Рут Уэйр
Один за другим
Посвящается Али, Джилли и Марку, показавшим мне Скрытую Долину.
Информация с веб-страницы «О нас» сайта компании «Снуп»
Привет. Мы — «Снуп». Смелей, читайте о нас, пишите нам, снупьте за нами — не стесняйтесь! Мы классные. А вы?
Тофер Сент-Клер-Бриджес
Кто тут главный? Если и есть человек, который имеет право так называться, то это Тоф. Соучредитель «Снупа» (вместе со своей бывшей девушкой, моделью/художницей/профессиональной сорвиголовой @evalution). С Тофа все началось. Его нет на месте? Значит, он покоряет горнолыжные склоны в Шамони, отрывается в берлинском ночном клубе «Бергхайн» или просто где-нибудь тусит. Ищите Тофера в «Снупе» под ником @xtopher или стучитесь через его личного помощника Иниго Райдера — единственного, кто смеет давать Тофу указания.
Слушает: Oscar Mulero «Like a Wolf»
Ева ван ден Берг
Из Амстердама в Сидней, из Нью-Йорка в Лондон — куда только не забрасывала ее карьера! Сейчас Ева обитает в лондонском Шордиче вместе с мужем, финансистом Арно Янковичем, и дочерью Рэдиссон. В 2010-м Ева основала «Снуп» вместе со своим тогдашним спутником жизни @xtopher. Идея родилась из одного-единственного желания влюбленных: поддерживать связь через океан, на расстоянии пяти тысяч километров. Тофер с Евой разошлись, но их связь жива — «Снуп». Вы тоже можете связаться с Евой: по нику @evalution или через ее личную помощницу Ани Крессуэл.
Слушает: Nico «Janitor of Lunacy»
Рик Адейми
предводитель монет
Рик — блюститель денег, счетовод, хранитель ключей… словом, вы поняли. Он ведет «Снуп» с первых дней, а Тофа знает и того дольше. Что тут скажешь? «Снуп» — семейный бизнес. Рик живет с женой Вероникой в Хайгейте, Лондон. За Риком можно снупить по нику @rikshaw.
Слушает: Willie Bobo «La Descarga del Bobo»
Эллиот Кросс
главный умник
Музыка, конечно, сердце и душа «Снупа», зато программные коды — его ДНК. Эллиот же — маэстро кодов. Прежде чем стать ярко-розовым логотипом на экране вашего телефона, «Снуп» выглядел просто строчками языка «Java» на экране одного человека, и человеком этим был Эллиот. Лучший друг Тофа чуть ли не с пеленок, Эллиот чересчур классный для технаря. Снупьте его по нику @ex.
Слушает: Kraftwerk «Autobahn»
Миранда Хан
царица друзей
Миранда обожает высоченные каблуки-шпильки, ультрамодные вещи и исключительно хороший кофе. Она смакует гватемальские вина углекислотной мацерации, изучает последние дизайнерские коллекции на сайте высокой моды, а в промежутках улыбается от имени «Снупа» миру. Хотите написать о нас, пообщаться, устроить нам головомойку или просто сказать «привет»? Вам к Миранде. «Снуп» уверен — поклонников и подписчиков много не бывает, друзей тоже. Сделайте своим другом Миранду, @mirandelicious.
Слушает: Madonna «4 Minutes»
Тайгер-Блю Эспозито
повелительница нирваны
Воплощение релакса, Тайгер поддерживает свое фирменное состояние дзен при помощи ежедневной йоги, безоценочной осознанности и — конечно же! — «Снупа», звучащего в огромных наушниках. Между балансировками в бхуджапидасане и отдыхом в анантасане (подъем ноги к потолку из положения лежа на боку, для непосвященных) Тайгер отшлифовывает до блеска каждую шестеренку «Снупа», доводит наш имидж до совершенства — и представляет его миру. Расслабляйтесь с Тайгер на @blueskythinking.
Слушает: Jai-Jagdeesh «Aad Guray Nameh»
Карл Фостер
законник
Двух мнений быть не может: Карл удерживает нас в рамках закона, следит за тем, чтобы в любых обстоятельствах мы снупили по правилам. Выпускник Университетского колледжа Лондона, Карл стажировался в компании барристеров «Темпл скуэйр чамберс». Затем работал во многих международных фирмах, в основном в индустрии развлечений. Он живет в Кройдоне. Снупьте за Карлом по нику @carlfoster1972.
Слушает: The Rolling Stones «Sympathy for the Devil»
Информация с новостного сайта Би-би-си
Четверг, 16 января
Олдисс Брайан
НА ГОРНОЛЫЖНОМ КУРОРТЕ ТРАГИЧЕСКИ ПОГИБЛИ ЧЕТВЕРО БРИТАНЦЕВ
Элитный горнолыжный курорт Сент-Антуан во Франции потрясла новость о второй трагедии за неделю — после того как сошедшая лавина унесла жизни шестерых человек и оставила почти весь регион без электричества.
Стало известно, что в уединенном, отрезанном от мира шале разыгралась настоящая драма из фильма ужасов. В результате четверо британцев погибли, двое госпитализированы.
Тревогу подняли лишь после того, как выжившие преодолели по снегу больше трех миль и запросили помощи по рации. Возникает вопрос — почему французские власти не позаботились о восстановлении энергоснабжения и мобильной связи раньше, сразу после схода воскресной лавины?
Шеф местной полиции Этьен Дюпон не пожелал давать комментарии, ограничившись фразой «ведется расследование». Пресс-секретарь британского посольства в Париже заявил: «Подтверждаем, что нам сообщили о смерти четырех граждан Британии в департаменте Савойя во Французских Альпах и что на нынешнем этапе местная полиция трактует данные происшествия как связанные убийства. Выражаем соболезнования друзьям и родственникам жертв».
Семьи покойных оповещены.
По последней информации, восемь выживших, предположительно также британцы, помогают полиции в расследовании.
Этот год отмечен необычайно сильными снегопадами. Воскресная лавина стала шестой с начала горнолыжного сезона и увеличила число смертельных несчастных случаев в регионе до двенадцати.
Человек в своем времени
За пять дней до упомянутых событий
Брайан Олдисс
Лиз
ЧЕЛОВЕК В СВОЕМ ВРЕМЕНИ
Снуп ID: ANON101
Перевод И. Невструева
Слушает: James Blunt «You’re Beautiful»
Его отсутствие.
Снупобъекты: 0
Снупписчики: 0
Жанет Вестермарк внимательно наблюдала за тремя находившимися в кабинете мужчинами: директором Института, который должен был вот-вот исчезнуть из ее жизни, психологом, который в нее вступал, и мужем, жизнь которого текла параллельно ее жизни, и все-таки совершенно отдельно.
Даже в микроавтобусе по пути из аэропорта Женевы я не вынимаю наушников из ушей. Игнорирую полные надежд взгляды Тофера и косящуюся в мою сторону Еву. Наушники помогают. Помогают заглушить голоса в голове, их голоса, которые тянут меня в разные стороны, заваливают призывами и аргументами «за» и «против».
Не только ее занимало это наблюдение. Психолог, Клемент Стекпул, сгорбившись, сидел в кресле, обхватив сильными некрасивыми ладонями колени и выдвинув вперед обезьянье лицо, чтобы лучше видеть Джека Вестермарка - новый объект своих исследований.
Я предпочитаю слушать не это, а Джеймса Бланта. Он твердит, что я прекрасна, вновь и вновь. Смешно, конечно, но я не смеюсь. Его ложь успокаивает.
Сейчас тринадцать часов пятьдесят две минуты. Небо свинцово-серое, за окном кружат снежинки. Завораживающая картина. Удивительно, на земле снег белый-белый, а на фоне неба, пока падает, — серый. Точно пепел.
Директор Института Психики говорил громко и оживленно. Весьма характерной чертой разговора было то, что Джек Вестермарк, казалось, находится не здесь, а где-то в другом месте.
Начинается подъем. Мы забираемся выше, снег усиливается, уже не тает на стекле, а налипает, скользит по нему; дворники отшвыривают в стороны снежную жижу, она пролетает мимо пассажирских окон. Надеюсь, у автобуса зимние шины.
Водитель переключает передачу: впереди очередной крутой поворот. Автобус делает вираж, земля исчезает; чудится — сейчас упадем в пропасть. Желудок бунтует, голова кружится. Я закрываю глаза, отгораживаюсь от всего, целиком ухожу в музыку.
Особенный случай, беспокойство. Руки его неподвижно лежали на коленях, но вел он себя беспокойно, хотя явно держал себя в руках. \"Как будто находится сейчас где-то в другом месте и среди других людей\", - подумала Жанет. Она заметила, что муж взглянул на нее, когда она на него смотрела, но, врежде чем успела ответить, он уже отвел глаза в сторону и снова замкнулся в себе.
Песня вдруг умолкает.
- Правда, мистер Стекпул не имел до сих пор дела с таким особенным случаем, как твой, - говорил директор, - но опыт у него огромный. Я знаю...
Я остаюсь наедине с собой, в голове звучит лишь один голос, и заглушить его не получается. Голос принадлежит мне. Он шепотом повторяет вопрос, который я задаю себе с той минуты, как самолет оторвался от взлетной полосы в Гатвике.
Почему я поехала? Почему?
- Спасибо, обязательно, - сказал Вестермарк, сложив руки и слегка склонив голову.
Впрочем, ответ мне известен.
Директор тщательно записал это замечание, указал рядом точное время и продолжал:
Я поехала, потому что не поехать не могла.
- Я знаю, что мистер Стекпул слишком скромен, чтобы говорить это самому, но он отлично сходится с людьми и...
- Если ты считаешь это обязательным, - прервал его Вестермарк, - хотя на время я хотел бы отдохнуть.
Эрин
Карандаш пробежал по бумаге, а голос совершенно спокойно продолжал:
Снуп ID: НЕТ ДАННЫХ
- Да. Он отлично сходится с людьми, и я уверен, что скоро вы убедитесь, как хорошо иметь его рядом. Помните, что его задача - помочь вам обоим.
Слушает: НЕТ ДАННЫХ
Снупписчики: НЕТ ДАННЫХ
Пытаясь улыбнуться одновременно директору и Стекпулу, Жанет сказала с островка своего стула:
Снег идет и идет — пушистые белые снежинки лениво плывут вниз, мягко укутывают пики, лыжные трассы и долины Сент-Антуана.
- Я уверена, что все будет...
В этом месте ее прервал муж, который встал, опустил руки и, глядя куда-то вбок, сказал в пространство:
За пару недель насыпало три метра, и прогнозируют еще. Снегопокалипсис, как выражается Дэнни. Снегмагеддон. Подъемники закрыли, потом открыли — и вновь закрыли. Сейчас они остановлены почти по всему курорту, однако стойкий маленький фуникулер, ведущий к нашему крошечному поселению, пыхтит по-прежнему. Он остеклен, поэтому не боится даже самых сильных снегопадов: снег просто укрывает тоннель, а рельсы не заносит. Это хорошо, потому что в тех редких случаях, когда фуникулер закрывают, мы отрезаны от мира. Дорог к Сент-Антуану 2000 нет — по крайней мере зимой. Абсолютно все попадает сюда на фуникулере, начиная от гостей и заканчивая каждым кусочком пищи на завтрак, обед и ужин. Можно, правда, нанять вертолет, если денег хватит (не самая неслыханная вещь в здешних местах, поверьте). Впрочем, при плохой погоде вертолеты в небо не поднимаются. Метель они пережидают в безопасности, в долине.
- Я могу попрощаться с сестрой Симмонс?
Если долго об этом думать, возникает странное ощущение — вроде клаустрофобии, которая никак не согласуется с просторами вокруг шале. Дело не только в снеге, но и в уйме горьких воспоминаний. Стоит остановиться на минуту-другую, и перед глазами всплывают непрошеные картины: одеревенелые пальцы, скребущие спрессованный снег; сияние заката в голубом небе; блеск покрытых льдом ресниц. Благо сегодня расслабляться некогда. Начало второго, а я еще убираю предпоследнюю комнату. И тут слышу вибрирующий удар гонга с нижнего этажа. Дэнни. Он громко зовет меня, добавляет что-то неразборчивое.
Голос ее уже не дрожал.
— Не поняла?! — кричу вниз.
- Все, наверняка, будет хорошо, - торопливо сказала она, а Стекпул с миной заговорщика кивнул - пусть знает, что он разделяет ее точку зрения.
Дэнни повторяет, теперь отчетливей. Видимо, подошел к лестнице.
- Мы как-нибудь поладим, Жанет, - сказал он.
— Кормежка, говорю! Суп из пастернака с трюфелями. Тащи свой ленивый зад сюда!
— Да, шеф, — рапортую со смехом.
До нее еще только доходило, что он вдруг обратился к ней по имени, а директор по-прежнему смотрел на нее с ободряющей улыбкой, уже столько раз адресованной ей с тех пор, как Джека вытащили из океана вблизи Касабланки, как вдруг Вестермарк, ведя одинокий разговор с воздухом, ответил:
Быстро опорожняю мусорное ведро, застилаю его новым пакетом и спешу по винтовой лестнице в вестибюль, где меня приветствуют аромат приготовленного Дэнни супа и песня «Venus in Furs».
- Да, конечно. Я совсем забыл.
Суббота — это одновременно и лучший день недели, и худший. Лучший, потому что в субботу пересменка: гостей нет, шале в нашем с Дэнни распоряжении, мы можем нежиться в бассейне, париться в горячей ванне на улице и включать какую угодно музыку на какую угодно громкость.
Он поднял руку ко лбу - а может, к сердцу, - подумала Жанет, - но с полпути опустил ее и добавил:
Худший, потому что в субботу пересменка, а значит, нужно перестелить девять двуспальных кроватей, убрать в девяти санузлах (в одиннадцати, если считать туалет на первом этаже и душ у бассейна), подмести и пропылесосить восемнадцать лыжных шкафчиков, а еще гостиную, столовую, кабинет, каморку и уличное место для курения, где земля усеяна отвратительными окурками всем урнам вопреки. Спасибо, Дэнни приводит в порядок кухню сам, хотя у него тоже дел хватает. Субботний вечер — время торжественного ужина. Для новых гостей, видите ли, необходимо устроить целое представление.
- Может, он как-нибудь навестит нас.
Мы сидим за большим обеденным столом, я просматриваю информацию, которую Кейт прислала утром по электронной почте, и зачерпываю суп. Он сладковатый и насыщенный, на поверхности плавают крошечные хрустящие кусочки — пастернак, обжаренный в трюфельном масле.
Потом с улыбкой и легким, словно просительным, кивком, обратился к другому пустому месту комнаты:
— Очень вкусный суп, — хвалю.
- Нам было бы приятно, верно, Жанет?
Я свою роль знаю. Дэнни закатывает глаза — ясное дело! Скромностью он не отличается. Зато готовит божественно. Великолепный повар.
Она взглянула на него, инстинктивно стараясь поймать его взгляд, и ответила:
— Думаешь, гостям понравится?
- Разумеется, дорогой.
Он явно напрашивается на комплименты, да оно и понятно. Дэнни — нескромная примадонна на кухонной сцене и, как все артисты, обожает дифирамбы в свой адрес.
Голос ее уже не дрожал, когда она обращалась к мужу, мысли которого находились где-то в другом месте.
— Обязательно понравится. Суп изумительный, согревающий и… м-м… вкус многогранный.
Лучи солнца, сквозь которые они видели друг друга. Один угол комнаты освещали солнечные лучи, льющиеся сквозь венецианское окно, и когда Жанет встала, профиль мужа на мгновение осветился этими лучами.
Я старательно подбираю эпитеты для описания удивительного пряного вкуса. Дэнни любит точные комплименты.
Лицо у него было худое и интеллигентное. Жанет всегда считала, что излишняя интеллигентность ему в тягость, но сейчас заметила выражение потерянности и вспомнила, что сказал ей другой психиатр:
— Что еще готовишь?
- Помните, что подсознание непрерывно атакует заново просыпающийся разум.
Атакуем подсознанием.
— На закуску подам amuse-bouche
[1]. — Перечисляя блюда, он загибает пальцы. — Трюфельный суп для аппетита. Затем оленье филе для мясоедов и грибные равиоли для вегетарианцев. На десерт — крем-брюле. Ну и сыр.
Стараясь не думать об этих словах, она произнесла, разглядывая улыбку директора, улыбку, которая, несомненно, помогла ему сделать карьеру:
Крем-брюле — коронное блюдо Дэнни, и это нечто! Я своими глазами видела, как гости дрались за добавку.
— Замечательное меню, — одобрительно киваю я.
- Вы мне очень помогли. Не знаю, что бы я делала без вас эти месяцы. А теперь мы, пожалуй, пойдем.
— Ага, если только за столом не притаится очередной неопознанный веган! — угрюмо ворчит Дэнни.
Она быстро выбрасывала из себя эти слова, боясь, чтобы муж снова не прервал ее, и все-таки это произошло:
Это он об уехавших накануне гостях: среди них оказался не просто веган, а веган с непереносимостью глютена. Дэнни до сих пор не пришел в себя и, по-моему, не простил Кейт.
- Спасибо за все. Если узнаете что-то новое...
— Теперь Кейт расписала все четко, — пробую задобрить я Дэнни. — Один с непереносимостью лактозы, один — глютена, три вегетарианца. Никаких веганов. Без сюрпризов.
Стекпул тихо подошел к Жанет, а директор встал и сказал:
— Как же, без сюрпризов, — брюзжит Дэнни, смакуя свое мученичество. — Найдется кто-нибудь на низкоуглеводный диете. Или фруктоед. Или солнцеед.
- Вспоминайте о нас, если возникнут какие-то проблемы.
— Ну, солнцееды тебе хлопот не доставят, логично? — говорю я. — Они питаются воздухом, а его тут полно.
- Спасибо, обязательно.
Я указываю на огромное окно во всю южную стену комнаты. Оно смотрит на горные вершины и хребты Альп. От панорамы дух захватывает. Хотя я теперь и живу тут, сама иногда замираю как вкопанная, сраженная этой красотой. Сегодня видимость плохая, тучи висят низко, густо сыплют снежинками. Зато в хорошую погоду видно чуть ли не до Женевского озера. К северо-востоку от шале вздымается Ле Дам Бланш — наивысший пик долины Сент-Антуан, который затмевает все вокруг.
- И еще одно, Джек. Каждый месяц ты должен являться к нам на контрольное обследование. Жаль, если будет простаивать вся эта аппаратура, а ты к тому же наша звезда... гм... показательный пациент.
— Огласи имена, — командует Дэнни, жуя.
Он натянуто улыбнулся и заглянул в блокнот, чтобы проверить ответ Вестермарка, но тот уже повернулся к нему спиной и медленно шел к двери. Вестермарк попрощался раньше, одинокий в своем обособленном существовании.
«Огласи» звучит скорее как «охласи». Уроженец Портсмута, Дэнни говорит с чистейшим южнолондонским акцентом. Никогда не поймешь, притворяется или нет. Настоящий артист. Чем лучше я узнаю Дэнни, тем сильнее восхищаюсь сложным сочетанием разных личностей, таящихся у него внутри. Образ простоватого кокни, который Дэнни нацепляет на себя для гостей, лишь одна из личин. Он умеет в мгновение ока превращаться из безупречного Гая Ричи в эпатажного Ру Пола.
Еще не успев взять себя в руки, Жанет беспомощно взглянула на директора и Стекпула. Омерзительно было их профессиональное спокойствие, с которым они, казалось, не замечали невежливого поведения ее мужа. Стекпул с миной доброй обезьяны взял ее под руку.
Впрочем, я тоже не безгрешна — разыгрываю собственный спектакль. Наверное, так поступают многие. Тем и хороши курортные деревушки — здесь никто не задерживается надолго. Можно начать жизнь с чистого листа.
— Хочу не ударить в грязь лицом, — прерывает мои мысли Дэнни. — К черту, больше никаких Мадлен! Кейт с меня шкуру спустит.
- Идемте. Моя машина ждет перед клиникой.
Кейт — региональный представитель, она отвечает за бронирование и логистику по всем шести шале компании. Любит, чтобы мы обращались к гостям по имени с первого дня заезда. Индивидуальный подход. Именно он, по словам Кейт, отличает нас от крупных сетевых отелей. Легче сказать, чем сделать: гости ведь постоянно меняются. На прошлой неделе Дэнни завел дружбу с женщиной по имени Мадлен, а когда пришли бланки с отзывами, ни одной Мадлен среди постояльцев не обнаружилось. Вообще никого с именем на «М». Дэнни до сих пор понятия не имеет, с кем беседовал целую неделю.
Молчание, домыслы, поддакивание, проверка времени. Она кивнула, ничего не говоря, записки директора не были ей нужны, чтобы понять: именно в этом месте он сказал: \"Могу я попрощаться с сестрой - как ее там? - Симпсон?\" Она медленно училась следовать за мужем по ухабистым тропам его разговоров. Сейчас он был уже в коридоре, раскрытая дверь все еще покачивалась, а директор говорил в воздух:
Я пробегаю пальцем по списку, полученному вчера вечером от Кейт.
- У нее сегодня выходной.
— Нас ждет корпоратив. Технологическая компания под названием «Снуп». Девять человек, все в отдельных комнатах. Ева ван ден Берг, соучредитель. Тофер Сент-Клер-Бриджес, соучредитель. Рик Адейми, предводитель монет. Эллиот Кросс, главный умник.
- Вы отлично справляетесь с этим разговором, - сказала она, чувствуя руку, сжимающую ее плечо. Женщина осторожно стряхнула ее - этот Стекпул невыносим, - стараясь вспомнить, что произошло всего четыре минуты назад. Джек что-то сказал ей, она не помнила что, поэтому ничего не ответила, опустила глаза, вытянула руку и крепко пожала ладонь директора:
Дэнни шумно фыркает, но я продолжаю:
- Спасибо.
— Миранда Хан, царица друзей. Иниго Райдер, босс Тофера. Ани Крессуэл, укротительница Евы. Тайгер-Блю Эспозито, повелительница нирваны. Карл Фостер, законник.
- До свидания, - громко ответил он, переводя взгляд поочередно с часов на блокнот, потом на нее и наконец на дверь.
Под конец Дэнни уже рыдает от хохота и чуть было не захлебывается супом.
- Разумеется, - сказал он, - если только мы что-то обнаружим. Мы не теряем надежды...
— Там правда так написано? — выдавливает из себя между приступами кашля. — Предводитель монет? Тайгер… как, мать ее, дальше? Не знал, что у Кейт есть чувство юмора. Где настоящий список?
— Это и есть настоящий список. — Я с трудом сдерживаюсь от смеха при виде перепачканного и блестящего от слез лица Дэнни. — Возьми салфетку.
Директор поправил галстук, снова глядя на часы.
— Что?! Издеваешься? — Он ахает и откидывается на спинку стула, обмахивая себя ладонью. — Стой, беру свои слова назад. «Снуп», он такой.
— Ты их знаешь?!
- Ваш муж уже вышел, - заметил он более свободным тоном, подошел с ней к двери и добавил: - Вы вели себя очень мужественно, и все мы понимаем, что мужество потребуется вам и в дальнейшем. Со временем это станет легче, ведь еще Шекспир сказал в \"Гамлете\": \"Повторность изменяет лик вещей\". Если позволите, я посоветовал бы вам следовать нашему примеру и записывать слова мужа вместе с точным временем.
Я удивлена. Обычно Дэнни не в курсе подобных вещей. У нас чего только не бывает: частные вечеринки, необычные свадьбы и юбилеи, а сколько выездных корпоративов, просто удивительно! Видимо, цену за шале легче переварить, если платит работодатель. Приезжают многие — юридические фирмы, хедж-фонды, корпорации из списка пятисот крупнейших мировых фирм. Однако впервые Дэнни что-то слышал о компании-госте, а я нет.
Они заметили ее колебание и подошли к ней - двое мужчин, находящихся под обаянием этой красивой женщины. Стекпул откашлялся, улыбнулся и сказал:
— Чем они занимаются?
- Сама понимаешь, он легко может почувствовать себя в изоляции. Это очень важно, чтобы именно ты отвечала на его вопросы, иначе он почувствует себя совершенно одиноким.
— «Снуп»? — Теперь удивлен Дэнни. — Ты что, в пещере живешь, Эрин?
Всегда на шаг впереди.
— Нет, я… Просто я о них никогда не слышала. Медиакомпания? Сама не знаю, почему медиа. Ну а где еще может работать Тайгер-Блю Эспозито?
- А что с детьми? - спросила она.
— Нет, это приложение. — Дэнни смотрит на меня недоверчиво. — Ты правда не в теме? «Снуп»! Музыкальное приложение. Где можно… эээ, снупить за людьми. Вроде как шпионить.
- Лучше вам пока пожить вдвоем, - ответил директор, скажем, недели две. А потом, когда все утрясется, мы подумаем об их встрече с отцом.
— Совершенно не представляю, о чем ты.
— «Снуп», Эрин! — повторяет Дэнни раздраженно.
- Так будет лучше для всех, Жанет: для них, для Джека и для тебя, - добавил Стекпул.
Точно ждет, что я хлопну себя по лбу и воскликну: «Ах да, «Снуп»!»
\"Не так-то все гладко, - подумала Жанет.- Бог, конечно, знает, насколько нужна мне надежда, но вы относитесь ко всему этому мимоходом\". Она отвернулась, боясь, что чувства отразятся на ее лице.
Дэнни пролистывает приложения в телефоне до иконки с двумя круглыми глазами на ядовито-розовом фоне. Или не глазами, а шестеренками? Бог его знает. Дэнни тыкает пальцем на логотип, экран становится ярко-розовым, затем черным, на нем вспыхивают слова цвета фуксии: «СНУП. Реальные люди, реальное время, реальная громкость».
В коридоре директор сказал на прощание:
Два «О» в английском названии представляют собой колесики аудиокассеты.
- Разумеется, я понимаю, что бабушка их балует, но, как говорится, ничего не поделаешь.
— Привязываешь «Снуп» к своему аккаунту «Спотифай» или любому другому музыкальному приложению, — поясняет Дэнни.
Она улыбнулась ему и быстро ушла, держась на шаг впереди Стекпула.
Показывает меню. Список знаменитостей. И что?
Вестермарк сидел в машине перед зданием, и Жанет села рядом с ним на заднем сиденье. В ту же секунду он резко дернулся назад.
— Дальше твои прослушивания становятся доступны всем.
— Зачем? — не понимаю я.
- Что с тобой, дорогой?
— Принцип quid pro quo
[2], разве не ясно? — нетерпеливо бросает Дэнни. — Разрешаешь слушать себя — получаешь разрешение слушать других. «Снуп» называет это «вуайеризм для ушей».
Он не ответил. Стекпул еще не вышел из здания, вероятно, хотел переговорить с директором. Жанет воспользовалась случаем, наклонилась и поцеловала мужа в щеку, понимая при этом, что с его точки зрения жена-призрак уже это сделала. Его реакция снова оказалась необыкновенной.
— То есть… я могу посмотреть, что слушает… э-э… например, Бейонсе? Если она в приложении.
- Какие зеленые луга, - сказал он, щурясь и глядя на серые стены здания напротив.
— Угу. И Мадонна. И Джей-Зи. И Джастин Бибер. Кто угодно. Звездам нравится — новый «Инстаграм». Способ установить связь, понимаешь? Причем не выдавая никакой особой информации.
Я медленно киваю. Да, что-то в этом есть…
- Да, - ответила она. Стекпул торопливо сбежал по ступеням и, извинившись за опоздание, сел за руль. Он слишком резко освободил педаль сцепления, машина дернулась и двинулась. Жанет поняла, почему ее мужа недавно сильно откинуло назад. Сейчас, когда машина действительно ехала, Джек беспомощно откинулся на спинку сиденья. Во время поездки он судорожно держался за ручку двери, поскольку тело его раскачивалось в ритме, не совпадающем с движением машины. Выехав из ворот Института, они сразу оказались среди зелени, в полном расцвете августовского дня.
— В общем, «Снуп» показывает плейлисты знаменитостей?
— Нет, не плейлисты. Вся фишка — в реальном времени. Ты получаешь то, что звезда слушает прямо сейчас!
Его теории.
— А если она спит?
— Тогда ничего не получаешь. Если человек не в сети и не слушает музыку, он не появляется в поисковой строке. Если ты за кем-то снупишь, а он перестает слушать, трансляция обрывается. Можешь переключиться на кого-нибудь другого.
Вестермарк с трудом приспособился к некоторым законам времени, которое уже не принадлежало ему. Когда машина въехала в аллею и остановилась перед домом (знакомым, и все же словно чужим из-за нестриженой изгороди и отсутствия детей), он оставался на месте целых три с половиной минуты, прежде чем решился открыть дверцу. Выбравшись, он, хмуря лоб, смотрел на щебень под ногами. Такой ли он, как всегда? Блестит ли он? Как будто что-то пробивалось изнутри земли, расцвечивая все вокруг. А может, он сам огражден от остального мира стеклянной пластиной? Нужно выбрать одну из этих двух теорий и жить по законам какой-то из них. Он надеялся доказать, что именно теория проникания света правдива, поскольку согласно ей он вместе с остальными людьми был бы одним из факторов, обеспечивающих функционирование Вселенной. А по теории стеклянной пластины он был бы отрезан не только от всего человечества, но и от всего космоса (за исключением Марса?). Однако слишком рано принимать решение, слишком многое нужно еще обдумать, а точные наблюдения и дедукция, несомненно, подскажут какие-нибудь новые решения. Нельзя ничего решать под воздействием эмоций, нужно сначала успокоиться. Результатом всего этого могут быть совершенно революционные теории.
— Значит, если тот, за кем снупят, ставит песню на паузу и отвечает на телефонный звонок…
— Да, песня выключается, — кивает Дэнни.
Он увидел рядом с собой жену, она держалась несколько в стороне, чтобы случайно не произошло болезненного для них обоих столкновения. Вестермарк заставил себя улыбнуться ей через окружающий его поблескивающий туман и сказал:
— Кошмарная идея какая-то.
- Это я, но не собираюсь давать интервью.
Он со смехом качает головой:
Он направился к дому, отметив, что скользкий щебень остается неподвижным под его ногами. Он шевельнется, лишь когда ему позволит это земное время. Вестермарк добавил еще:
— Нет, ты не прониклась. Тут дело в… — Дэнни подыскивает слова для описания неописуемого. — Дело в связи. Ты слушаешь то же самое, что и звезда, вместе с ней, такт в такт. Представь: где бы ни была сейчас леди Гага, она слушает то же, что и ты. Как будто… — Его осеняет, лицо светлеет. — Вот знаешь, когда на первом свидании вы делите одни наушники на двоих: один вкладыш в твоем ухе, а второй — в ухе парня?
- Я очень ценю ваш журнал, но сейчас не хочу давать интервью.
Я киваю.
— Так и тут. Ты и Леди Гага, она делится с тобой наушником. Очень круто. Когда лежишь в постели, слушаешь, и тут трансляция выключается… Сразу думаешь — звезда, наверное, сейчас делает то же самое, что и я: вертится в кровати, засыпает… почти интимные чувства испытываешь. Хотя там же не только звезды. Вот, скажем, у тебя с кем-нибудь отношения на расстоянии. Пожалуйста — снупь за своим парнем, слушай вместе с ним одно и то же. Если знаешь его уникальный идентификатор, ясное дело. Я свой блокирую.
Знаменитый астронавт возвращается домой.
— Блокируешь… — озадаченно повторяю я. — То есть… твоя трансляция всем доступна, но никто не знает, что это ты?
На веранде перед домом они застали какого-томужчину, который с просительной улыбкой на лице дожидался возвращения Вестермарка домой. Не слишком уверенно и в то же время решительно он подошел и вопросительно посмотрел на трех человек, вышедших из машины.
— Да, и у меня всего два подписчика, потому что я не синхронизирую приложение своими контактами. Заметь, некоторые популярные снуперы сохраняют инкогнито. Например, один парень из Ирана. Называет себя HacT. Он почти ежемесячно попадает в топ-десять. Ну, якобы из Ирана, а там кто знает. Указал Иран на своей страничке, да и ладно. На самом-то деле парень, может, из Флориды.
- Простите, капитан Джек Вестермарк?
Телефон издает звук, Дэнни показывает мне экран:
Тут ему пришлось отойти в сторону, потому что Вестермарк шел прямо на него.
- Я корреспондент отдела психологии газеты \"Гардиан\". Можно задать вам несколько вопросов?
— О, видишь? Это франкоговорящая девчонка из канадского Монреаля, я на нее подписан, Msaggronistic. Любит классный панк. Мне пришло оповещение, что она появилась онлайн и включила… — Дэнни листает уведомление. — «The Slits». Я не в курсе, кто такие, но в том-то и кайф, вдруг мне понравится.
— Согласна.
Мать Вестермарка открыла парадную дверь и стояла в ней, приветливо улыбаясь, одной рукой нервно поправляя волосы. Сын прошел рядом с ней, а журналист проводил его удивленным взглядом.
Я тоже не в курсе. Впрочем, логика в рассуждениях Дэнни есть.
Жанет, извинясь, заговорила:
- Простите, пожалуйста. Муж вам ответил, но он, действительно, не может сейчас ни с кем разговаривать.
— Ладно. — Он начинает убирать со стола. — Я к чему: все эти технологические стартапы вполне способны обозвать финансового директора счетоводом-монетчиком, или как они его там окрестили? Типа, оригинально и смело. Кофе будешь?
- Когда он успел ответить? До того, как услышал мой вопрос?
Я смотрю на часы. Два семнадцать.
— Не успеваю. Мне еще две комнаты убирать, потом бассейн.
- Конечно, нет, но его жизнь идет... простите, я не могу этого объяснить.
— Принесу тебе кофе, иди.
- Он живет с опережением времени, верно? Вы не могли бы сказать несколько слов о том, как чувствуете себя сейчас, когда прошел первый шок?
Я встаю и потягиваюсь, разминаю шею, плечи. До этой работы я и не подозревала, каким тяжелым физическим трудом является уборка. Таскать пылесос вверх-вниз по лестнице, драить туалеты и кафельную плитку… Убрать девять комнат подряд — все равно что в тренажерном зале позаниматься.
- Извините, в другой раз.
Жанет проскользнула мимо него, а когда входила в дом вслед за мужем, услышала, что Стекпул говорит:
Не успеваю я закончить работу у бассейна, как с чашкой кофе является Дэнни. На нем любимые плавки, крошечные и на редкость тесные. Желтые, как банан, а на попе — алая надпись «ПЛАХОЙ МАЛЬЧИК»; она бросается в глаза, когда Дэнни, нагнувшись, ставит кофе на шезлонг.
— Не вздумай расплескать, вытирать не буду, — предупреждаю я.
- Так сложилось, что я читаю \"Гардиан\", поэтому могу вам помочь. Институт поручил мне опеку капитана Вестермарка. Мое имя - Климент Стекпул, возможно, вы знаете мою книгу \"Постоянные связи между людьми\". Прошу вас не писать, что Вестермарк живет с опережением времени - это совершенно неверное определение. Вместо этого можете указать, что некоторые его психические и физиологические процессы каким-то образом передвинуты во времени...
Дэнни в ответ лишь показывает язык, затем красиво, без единого всплеска, входит в воду. Для ныряния здесь глубины недостаточно, но Дэнни легко скользит у самого дна и всплывает на поверхность в дальнем конце бассейна, целый и невредимый.
- Осел, - буркнула Жанет и прошла внутрь.
— Хватит драить, тут уже чисто. Ныряй!
Меня одолевает нерешительность. Я еще не пропылесосила столовую — заметит ли это кто-нибудь?
Разговоры, висящие в воздухе во время долгого ужина. За ужином в тот вечер было несколько неловких минут, несмотря на то, что Жанет и ее свекрови удалось ввести настрой меланхолической невозмутимости: они поставили на стол два скандинавских подсвечника - память об отпуске, проведенном в Копенгагене, - и удивили обоих мужчин набором веселых и разноцветных закусок. \"Наш разговор тоже напоминает закуски, подумала Жанет, - соблазнительные, отдельные обрывки фраз, не успокаивающие голода\".
Смотрю на часы. Три пятнадцать. Гости приедут в четыре. Все рассчитано до минуты.
Старшая миссис Вестермарк не научилась еще разговаривать с сыном и обращалась только к Жанет, хотя часто смотрела в его сторону.
— Ладно, уговорил.
- Как там дети? - спросил он ее.
Это наш еженедельный ритуал. Десятиминутное погружение в бассейн после всех дел; способ предъявить права на территорию и напомнить себе, кто тут на самом деле главный.
Понимая, как долго ему пришлось ждать ее ответа, она потеряла голову, ответила что-то невпопад и уронила нож.
Купальник уже на мне, под одеждой. Я стаскиваю потную футболку и грязные рабочие джинсы. Не успеваю оттолкнуться от бортика, как чья-то рука дергает меня за лодыжку, и я с визгом шлепаюсь в бассейн.
Выныриваю, отплевываясь и убирая волосы с глаз. Вода повсюду.
Жанет, желая разрядить напряженность, мысленно готовила какое-нибудь замечание о директоре Института Психики, когда Вестермарк сказал:
— Кретин! Я же просила не брызгать!
- В таком случае он одинаково заботлив и начитан. Это редкость у людей подобного рода и весьма похвально. Мне показалось, наверное, как и тебе, Жанет, что он интересуется не только собственной карьерой, но и ходом исследований. Можно даже сказать, что его можно любить. Впрочем, вы знаете его лучше, - обратился он к Стекпулу. - Что вы о нем думаете?
— Спокойствие! — раскатисто хохочет Дэнни, вода блестит на темной коже драгоценными камнями. — Я все вытру, клянусь.
— Убью, если не вытрешь!
Катая шарики из хлеба, чтобы скрыть замешательство от того, что не знает, о ком идет речь, Стекпул ответил:
— Вытру! Я же пообещал, да? Вытру, пока ты будешь сушить волосы. — Он указывает на свою стриженную под машинку голову.
- Не знаю, мне трудно сказать что-либо. - Он пытался выиграть время, делая вид, что вовсе не смотрит на часы.
Да, тут у него передо мной преимущество.
- Директор был очень мил, правда, Джек? - сказала Жанет, помогая Стекпулу.
Я толкаю его в плечо, но злиться на Дэнни долго не умею, и следующие десять минут мы плаваем, толкаем друг дружку и боремся, словно щенки. Наконец оба начинаем задыхаться и прекращаем возню.
- Да, он производит впечатление неплохого игрока, - тон Вестермарка указывал на то, что он согласен с чем-то еще не сказанным.
Довольный Дэнни вылезает из бассейна и, хватая ртом воздух, шлепает к раздевалкам — наряжаться и встречать гостей.
Мне тоже пора, столько дел еще… Однако на мгновенье — всего на мгновенье — я позволяю себе передышку. Ложусь на спину и дрейфую, распластав руки и ноги. Нащупываю шрам на щеке, веду пальцем по линии — кожа внутри до сих пор тонкая, нежная. Вижу сквозь стеклянную крышу серое небо, кружащие снежинки.