Пальцы масаи с новой силой вонзились в его кожу, и он едва не вскрикнул от боли. Зато избавился от наваждения и остался на месте.
А вот преследовавшие их солдаты, словно марионетки, сходились к белой девушке.
Их оказалось совсем немного. Шестеро.
Девушка что-то произнесла, и солдаты остановились. Каждый держал в руках оружие, но ни один не собирался сопротивляться.
Девушка, слегка покачиваясь, двигалась между ними. Теперь Рохан очень хорошо видел ее прямую спину, сужающуюся к талии и округло расширяющуюся к бедрам. Он видел, как струятся светлые волосы по ее лопаткам. И как покачиваются при ходьбе круглые ягодицы. Она больше не казалась призраком, но ощущение нереальности оставалось.
Девушка останавливалась около каждого из шестерых, прикасалась к каждому белой гибкой рукой. Длинные стебли травы огибали ее ноги, как будто она шла по колено в воде. Никогда не видел Рохан ничего более прекрасного!
Наконец девушка коснулась последнего из солдат, повернулась и пошла вправо, в глубину леса. И один из солдат двинулся следом, словно привязанный. Остальные остались. Фонари, зажатые в руках солдат, светили вниз, и Рохан не мог разглядеть толком их лица. Но почему-то был уверен: они совершенно спокойны. Вокруг царила почти абсолютная тишина. Словно все живое в лесу было точно так же зачаровано, как эти люди. Даже запахи, даже воздух, которым дышал Рохан, стал другим.
— За ней! — шепнул Тарарафе.
Рохан сделал шаг, другой. Тело плохо повиновалось ему, требовалось усилие, чтобы заставить мышцы сокращаться.
— Погоди немного! — негромко произнес Джибс.
- Когда я был маленьким, у меня был воображаемый друг.
Рохан увидел, как американец наклонился к ноге масаи.
Он был вампиром.
Ханна наморщила нос.
Тарарафе скрипнул зубами. Его ладонь, лежащая на плече молодого человека, стала влажной.
\"Серьезно?\"
— Чепуха! — бормотал Джибс, ощупывая рану. — Осколок. Чистая…
\"Ух хух.
Быстро соорудив из листьев и тонкой лианы нечто вроде повязки, он похлопал масаи по спине.
Его звали Френк и выглядел он как Дракула.
Он спал в моем шкафу головой вниз, как летучая мышь.
— Твоя кровь тебе еще пригодится! — сказал он. — А этих мы не потеряем, пока фонарь того парня горит! Только… Тара! Ты уверен, что нам— туда?
Я просил маму поставить еще одну тарелку для него на обед.
Небольшой смешок вырвался изо рта Ханны.
— Да! — прозвучал твердый ответ.
- Почему вампир?
Лиам пожал плечами.
Они двинулись вперед с возможной быстротой, какую допускало ранение масаи. И догнали девушку и ее добычу шагах в двухстах от западного берега. А через несколько минут увидели, как пятнышко света исчезло под землей.
\" Я не знаю.
— Пещера! — сказал Тарарафе и опустился на траву.
Мне казалось это клевая идея.
Они находились на прогалине, с четырех сторон окруженной кустарником. Со стороны океана заросли были пореже, и сквозь них можно было без труда наблюдать за берегом. И за площадкой перед входом в пещеру.
Я хотел, чтобы Френк был моим отцом, вместо настоящего.
Мы совсем не ладили.
— Ждать! — проговорил Тарарафе.
Он беспокойно посмотрел на Ханну.
— Как ты, старина? — спросил Джибс.
\" Мы все еще не.
Ханна откинулась на подушку, не желая больше говорить об отце Лиама.
— Пока жив! — В темноте блеснули белые зубы масаи.
- У меня тоже было много воображаемых друзей.
Вообще-то, одного из них мы придумали вместе с папой.
— И ты, сынок, молодец! — Джибс толкнул Рохана в плечо. — Действительно, молодец! Я — сейчас!
И нырнул в заросли. Рохан услышал негромкий шорох раздвигаемых ветвей — и они остались вдвоем.
Как, например, большая сова по имени Гортензия, которая присматривала за мной когда я спала - я боялась темноты, боялась оставаться одна.
Ненадолго. Джибс вернулся минут через пятнадцать и принес три кокосовых ореха.
Когда я была в четвертом классе, и у меня не было настоящих друзей, мой папа рисовал Гортензию пакетах для завтрака.
— Заметил по дороге! — сообщил он, срезая ножом верхушку одного из орехов и протягивая его Тарарафе.
Это действительно было мило.
Она закрыла глаза и представила неумелые рисунки своего отца на коричневых бумажных пакетах.
Затем очистил второй орех от кожуры, надрезал и передал Рохану.
Многие из них она прятала в своем школьном шкафчике, и смотрела на них, когда чувствовала себя особенно одиноко.
Но затем, в пятом классе, рисунки резко прекратились.
Только глотая кокосовое молоко, молодой человек понял, насколько он голоден.
Это было примерно в то время, когда ее родители начали ссориться.
-Это потрясающе, что у тебя такой отец, - тихо сказал Лиам.
— Тарарафе, — спросил он, когда с едой было покончено. — Кто это был?
Ханна фыркнула.
— Я не знаю, — ответил масаи.
- Раньше был.
- Что произошло?
— А мне показалось… — Молодой человек был уверен, что чернокожий знал, что делает.
Дот храпел в углу, снова быстро заснув.
Небольшая желтая полоска света под дверью была непоколебима.
— Я не знаю, но думаю: эта — из лесных духов. Мой отец, — добавил он не без гордости, — умел говорить с ними. Он был господином лесных духов! Только… — проговорил он с сомнением, — я не слышал, чтобы лесные духи жили под землей!
Ханна представила своего отца в двухспальной кровати этажом ниже и Изабель рядом с ним.
— Но ты уже видел таких? — возбужденно спросил Рохан.
Она представила Кейта в огромной кровати в комнате напротив с маской для сна на глазах.
Отец Ханны сказал, что на их этаже нет гостевых комнат, но когда Ханна спускалась и проходила мимо этого коридора, она заметила спальню на другой стороне от его, полную квилтинг подставок Изабель.
Кельтская примесь у него в крови вскипела.
Почему он не поселил Ханну в этой комнате? Разве он не помнит, как Ханна боялась темноты и страдала от кошмаров? Ханне было бы смертельно стыдно, если он бы указал на это, но было бы неплохо, если бы он предложил.
Это было мило, что он нашел Корнелиуса, но достаточно ли этого? Она по-прежнему чувствовала, как он держал ее на расстоянии вытянутой руки, по-прежнему считая ее отдельной от его настоящей семьи.
— Видел, — спокойно ответил масаи. — Других. Похожих. Но, — Тарарафе слегка понизил голос, — сипа этой непомерно велика!
Ханна посмотрела на Лиама, преодолевая грусть.
- Мы с папой были близки раньше, - сказала она, - но потом все изменилось.
— Пожалуй, я принесу еще по ореху! — сказал Джибс, ни к кому не обращаясь. И, не дожидаясь ответа, нырнул в заросли.
Она рассказала ему, как она подружилась с Эли в разгар развода ее родителей, но даже будучи самой популярной девочкой в Розвуд Дэй , она не предотвратила его уход.
Она рассказала об эпизоде в Анаполисе, когда она и Эли впервые встретились с Кейт.
— А что могут те, кого ты видел? — возбужденно проговорил Рохан.
- С тех пор, как появилась Кейт, я никогда не чувствовала себя достаточно хорошо, - вздохнула она.
- Я всегда думала, что папа любит ее больше.
— Многое могут, брат. Могут эаманить в чащу. Могут отвести дичь. Или — привести, если ты им по нраву. Могут повелеть тяжелой ветви упасть тебе на голову. Могут внушить любовь к себе или напугать так, что потеряешь память. Духи деревьев, духи вод, духи земли и ветра, они сильны… — Масаи замолк.
Лайам кивал и задавал вопросы, держа Ханну за руку, когда она чувствовала, что вот-вот заплачет.
- Отношения между нами стали налаживаться, так что я не должна жаловаться.
— И что же? — нетерпеливо спросил Рохан.
Но я просто хотела бы вернуться к тому времени, когда мой папа и я были близки.
— Но духи предков, дух-покровитель племени защита охотникам. А хорошая жертва умилостивит самых сильных!
Дело в том, что время, которое я хочу вернуть? Я не был счастлива тогда.
— Твой отец приносил жертвы? — спросил Рохан. — Он был — шаман, да?
Я, возможно, была популярна, но я все еще была толстой и уродливой и меня беспощадно дразнил мой лучший друг.
— Мой отец, — ответил масаи, глядя на луну, — великий колдун!
Так действительно ли я хочу вернуться туда? Это как скучать по времени, которого не существует.
Лиам вздохнул.
— Он что, вуду?
- Я тоскую по времени, когда мои родители ладили.
— Он — повелитель духов! — отрезал масаи.
- Я сожалею обо всем, что произошло между ними, прошептала Ханна.
\" Это должно быть сложно.
Похоже, вопрос обидел его.
На лице Лиама мелькну отсутствующий взгляд.
Он глубоко вздохнул и взял Ханну за руки.
Вернулся Джибс. С орехами. Бросил их на землю, посмотрел вниз и вдруг подтолкнул масаи.
- Сейчас ты единственный положительный момент в моей жизни.
Пообещай, что мы никогда не поволим чему-либо встать между нами И что ты будешь все мне рассказывать.
— Гляди, — прошептал он.
Я не хочу, чтобы между нами были секреты.
- Конечно.
На террасе, десятью футами ниже их прогалины, двигалась еще одна белокожая фея. Рохан не слишком удивился, когда увидел бредущего за ней солдата в пятнистой форме. Спустя минуту оба скрылись в пещере.
- Раздражающая мысль вторглась в ее мозг.
— Сегодня у них неплохой урожай! — пробормотал Джибс.
Она однозначно не рассказала Лиаму все - пока.
И, опустившись на траву, занялся кокосовым орехом.
Он не знал о новом Э.
Или Келси.
Прошло меньше минуты, когда за спиной Джибса раздался шорох.
Или Табите.
Рохан, который сидел лицом к нему, увидел, как над кустами поднялось белов прекрасное лицо. Вытянутая вперед рука, словно высеченная из белого мрамора, указала прямо на молодого человека.
Комната в общежитии из ее сна кружилиась в ее голове, свежая и яркая.
Ночь, когда Спенсер выдернула ее в Пенн, дорога от Розвуда до Филадельфии были как в тумане.
— Ты…
Ханна припарковалась как проинструктировала Спенсер и без труда нашла открытую дверь.
Никто не остановил ее, когда она вводила код двери комнаты Келси.
Джибс, в этот момент как раз срезавший верхушку с очередного ореха, не оборачиваясь, но с поразительной точностью метнул нож.
Никто ничего не сказал, когда замок щелкнул, и она проскользнула внутрь.
Ханна вытащила таблетки из кармана и сунула их под подушку Келси, потом передумала и вместо этого положила их в пустой ящик прикроватной тумбочки.
Рука девушки небрежно отбросила его в сторону.
Через пол минут она уже была снаружи.
Через две минуты после этого говорила по телефону полицией, сообщая им то, что велела Спенсер.
Джибс, оценивший точность и быстроту движения ночной феи, невольно прищелкнул языком от восхищения.
Она не чувствовала вину, пока проезжала мимо копа на обочине шоссе, остановившего двух детей для тестирования на алкоголь.
Одна из них была немного похожа на Келси, с рыжими волосами и тонкими, миниатюрными ногами.
— Не тронь нас, дух земли, злой дух! — произнес Тарарафе высоким вибрирующим голосом, с восходящей интонацией. И добавил еще несколько слов на языке, которого Рохан не знал.
Внезапно Ханна представила себе, что настоящая Келси, вероятно, переживает тот самый момент,и все из-за Ханны.
Разве Ханне не достаточно чувства себя вины из-за Ямайки? Должна ли она остановиться, позвонить в полицию и сказать им, что она сделала ошибку?
— ОНА правит нами! — сказано было на суахили.
Ханна отрывисто дышала.
Если бы она сказала полицейским, что это ошибка, стала бы Э-Келси преследовать их сейчас? Может быть, они заслуживают гнева нового Э.
И прозвучало как удар гонга.
Может, они сами навлекли это на себя.
- О чем ты задумалась?
— Оставь нас! — повторил Тарарафе. Но из его голоса исчезли обертона. И уверенность.
— ОНА правит! — повторила белокожая по-английски.
Ханна моргнула, возвращаясь в комнату.
Рука Джибса незаметно подобралась к автомату.
У него были самые серьезные намерения. Но они не осуществились.
Лайам перестал массировать ее плечи и осторожно всматривался в ее лицо.
Фея вытянула вперед обе руки, простерла их над мужчинами и пропела ту самую ноту, что слышал Рохан полчаса назад. И точно так же в животе у него стало пусто. Он попытался сопротивляться, но вдруг обнаружил, что уже стоит на ногах. Краем глаза молодой человек заметил, что и друзья его тоже встали. Даже Тарарафе больше не противился магической силе.
Секрет был настолько близко, словно третий в кровати.
Рохан сделал шаг по направлению к обрыву, прошел прямо через кустарник (ветви царапали кожу, но Рохан ничего не мог поделать) и продолжал идти, пока земля не ушла у него из-под ног. Упав на песок, Рохан сильно ударился коленями и локтем. Но тело его, невзирая на боль, тут же начало подниматься. Рохан уже встал на колено, когда в шаге от него сверху промелькнули ноги девушки. Упруго коснувшись террасы, они распрямились и грациозным прыжком перенесли тело белокожей на несколько футов в сторону. То, что ноги эти оканчивались острыми раздвоенными копытами, совершенно не удивило Рохана. Он даже ощутил что-то вроде удовлетворения. Словно уже догадывался об этом и убедился в собственной правоте.
Может, было бы разумно рассказать Лиаму.
Дух леса, лесная женщина, женщина-сатир… все вставало на свои места. Если руководствоваться не реальностью, а мифологией.
Может быть, он поможет ей понять, что делать.
«А что есть реальность?» — подумал молодой человек, пока его тело поворачивалось по направлению к входу в пещеру.
Но затем на улице проехала машин с ревущим мотором.
Рядом упал Дин.
Что-то защекотало в носу и она чихнула.
«Этой одного мало!* — мелькнула мысль в голове Рохана.
Всего лишь два простых действия испортили момент.
Потом он увидел, как падает Тарарафе.
Но масаи фея не дала коснуться земли. Быстрое движение — и она поймала его на руки. Как ребенка.
Она не могла сказать Лиаму.
Ничего из этого.
Зрелище было невероятное: Тарарафе был в полтора раза крупнее белокожей. И тем не менее фея двинулась: к пещере, неся его на руках. При этом стройное тело лишь немного откидывалось назад, а шаг был грациозен, как у балерины на пуантах. Но легче, шире, свободней. Рохан, который еще помнил тяжесть руки охотника на своем плече, был потрясен. Однако важнее было то, что белокожая явно заботилась о раненом. Значит, чудесному созданию не чуждо милосердие? Значит и он, Рохан, может надеяться на лучшее?
- Ни о чем, - мягко ответила она.
Пока молодой человек размышлял, ноги сами по себе преодолели расстояние до пещеры. Ночная фея уже исчезла в ее темном зеве. И Рохан последовал за ней. А позади, утратив обычную мягкость поступи, топал Дин Джибс.
- Просто я счастлива быть с тобой сейчас.
Темнота окружила Рохана со всех сторон. Будто его завернули в одеяло. Воздух был суше и прохладней, чем снаружи. Слабый ветерок дул в спину, принося запах океана. Рохан двигался, механически перебирая ногами. Все чувства его были напряжены, как и должно быть у человека, (идущего в абсолютной темноте. Рохан был уверен, что рано или поздно споткнется или ударится о что-нибудь. И но слишком удивился, когда твердый каменный пол кончился и он полетел в пустоту.
Лиам заключил Ханну в объятия.
- Я тоже счастлив быть с тобой.
Рохан весь сжался, ожидая удара… Но удара не было.
Он прозвучал спокойным и довольным.
Но даже когда он заснул в руках Ханны, она смотрела в потолое, страдая от бессонницы.
Несколько рук подхватили его и поставили на ноги.
Неважно, как сильно она старалась, у нее было чувство, что ни один из ее секретов не останется скрытым надолго.
Вокруг по-прежнему была непроглядная тьма. Но по неуловимым признакам молодой человек понял, что вокруг довольно много живых существ.
Не останется, если Э будет что с ними сделать.
Несколько женских голосов заговорили одновременно. Голоса были так красивы, что слышать их доставляло чувственное удовольствие. Но Рохан не только не узнал языка, на котором они говорили, но даже не смог соотнести его с любым из ему известных. Он уловил лишь ассоциативное сходство с «восстановленным» древнегреческим в тонировании произносимых гласных. Но самое примечательное, что в этой речи полностью отсутствовали шипящие и свистящие звуки.
Рохан настолько увлекся, что позабыл о своем положении. Но вспомнил о нем, когда тело его вновь пришло в движение. Сделав около десяти шагов, Рохан остановился. До его слуха донеслось журчание воды.
А потом среда женских голосов прорезался мужской. Властный певучий баритон, произнесший короткую фразу, после которой вокруг воцарилась тишина.
Глава 26 Разве мама Арии не говорила о том, что в её комнате не должно быть парней?
В пятницу днем, Эзра всунул голову в комнату Арии в доме Эллы и улыбнулся.
Стало слышно, как шагах в десяти плещет вода.
Вау Всё так, как я себе и представлял.
И еще — чье-то тяжелое дыхание.
- Правда? - сказала Ария, взволнованная тем, что он задумывался, как выглядит её комната.
Легкая рука коснулась лба Рохана. И мужской голос произнес одно единственное слово, от которого мир вокруг Рохана взвихрился и зеленая пелена накрыла его до сих пор свободный ум. Но, уже проваливаясь в воронку беспамятства, Рохан успел осознать, что понял то единственное слово, последним пришедшее из тьмы. Слово это означало:
За углом грохотал школьный автобус, высаживавший детей.
Элла была в галерее, Майк в медпункте из-за лакросса, а значит, место принадлежало Арии и Эзре на ближайший час.
БРАТ
Потом Ария должна будет встретиться с Клаудией, чтобы поговорить о проекте по истории искусства.
А пока Ария осмотрела свою спальню, пытаясь увидеть её глазами Эзры.
Старые книжные полки Байрона, найденные на блошином рынке, были битком набиты книгами и журналами Беспорядочная смесь ожерелий, косметики, флакончиков с парфюмом и шляп поверх антикварного туалетного столика, который Элла начала перекрашивать, но заскучала на полпути.
На комоде располагалась коллекция мягких игрушек, которых она в спешке убрала с кровати только утром, когда начала подозревать, что может прийти Эзра.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Эзра не должен знать, что она всё ещё спит с мистером Свином, Вязаным Котом, Трикотажным Козлом и мисс Вязаной Квадратной-Штуковиной-С-Руками-как-Лапша, которую Ноэль выиграл для Арии на карнавале прошлым летом.
Услышав звук открываемой двери, Фло моментально села на кровати и запахнула халат. Вошел Раххам. Фло вспомнила, какое хорошее впечатление он произвел сначала. Элегантный, красивый, с прекрасными Манерами — настоящий джентльмен. Особенно — после черных громил, два дня передававших ее из рук в руки. Но громилы не причинили ей вреда и обращались с подчеркнутым уважением. А этот африканский аристократ, похожий на метрдотеля из дорогого парижского кабака, с самого начала не скрывал своего презрения. И Фло ответила тем же. В конце концов, если она не слишком трусила в компании громил, что уж этого…
По правде говоря, Ария не знала, почему мисс Вязаная Квадратная Штуковина всё ещё здесь.
Ноэль, возможно, был милым в тот день, бросая дротики в воздушные шары, чтобы Ария получила именно ту игрушку, которую хотела, но она была уверена в том, что Эзра был бы даже более милым на карнавале, будь у него такая возможность.
Раххам окинул взглядом судящую девушку и скривил тонкие губы.
Эзра пробежался пальцами по складчатому абажуру из винтажного магазина, улыбнулся автопортрету Арии, написанному пером в десятом классе, и уставился на канадских гусей в пруду за окном.
Фло тут же вскочила на ноги. Ноздри ее раздувались.
- Великолепное маленькое укрытие.
«Что за сучонка? — подумал Раххам. — Тощая, безгрудая, бледная нахальная девка! Разве это зад женщины?»
Уверена, что хочешь оставить его?
«Черт меня возьми! — подумала Фло. — Этот парень — педик! Точно, педик!»
- Ты имеешь в виду поехать в Нью-Йорк? - Ария плюхнулась на кровать.
- Должна же я уехать когда-нибудь.
В коротком шелковом халате, с распущенными волосами она должна выглядеть потрясающе!
Но так скоро? Заканчивая школу через интернет? Ты рассказала об этом родителям?
Ария ощетинилась, раздражённая тем, что Эзра приплёл родителей, словно она маленькая.
— На, — сказал Раххам, кладя на стул принесенную одежду. — Надень!
- Они поймут.
Они тоже когда-то жили в Нью-Йорке, когда были молоды.
Фло посмотрела на то, что он принес. Ну ясно, солдатская форма! Ничего лучшего у них не нашлось!
Она наклонила голову, внезапная паника охватила её сердце.
- А что? Ты не хочешь, чтобы я возвращалась с тобой? - ссора с Клаудией промелькнула у неё в голове.
— Быстрей! — бросил Раххам.
Хотя она обещала себе не заводить разговор о том, что он разрешил Клаудии прочитать рукопись, Ария не могла не почувствовать укол ревности.
Фло послала ему убийственный взгляд и развязала пояс халата. Раххам брезгливо отвернулся.
- Конечно, я хочу, чтобы ты поехала.
Эзра сжал её бедро.
«Точно, педик!» — решила Фло.
Просто... ты ведь не уезжаешь по какой-то другой причине, да? Я вчера видел Ноэля Кана у Макдональдса для автомобилистов.
Ария неуклюже рассмеялась.
Одежда пришлась впору. Только пятнистые шорты немного тесноваты. Фло застегнула ремень и остановилась перед зеркалом. А что, не так уж плохо! Мужская одежда ей идет. А этот ровный загар делает ее длинные ноги еще красивее!
- Это не из-за Ноэля.
Что ещё она могла сказать? Кое-кто по имени Э знает о моём самом ужасном поступке? И, о да, ещё Э хочет убить меня? Прошлой ночью позвонила Эмили и рассказала, что Э столкнул её с крутого холма у Стокбриджской тропы.
«Так-то тебе должно больше понравиться, мистер педруччио?» — подумала Фло.
Это её чертовски напугало.
— Эй! — произнесла она.
Она должна была выбраться из города, подальше от психа Э, и огромный анонимный Нью-Йорк казался совершенным местом для той, кому нужно спрятаться.
Раххам повернулся.
Её руки обхватили лицо Эзры.
«Ни дать ни взять — сопляк-новобранец! — оценил он. — Будь я молодым Хамстером — и близко не подошел бы к такой глисте! Сомнительный план, очень сомнительный!»
- Я хочу поехать из-за тебя и только из-за тебя.
— Хорошо, — сказал он холодно. — С тобой будет говорить важный человек! Идем!
Я просмотрела бруклинские места—там мы могли бы осуществить что-то удивительное.
«Еще один черномазый!» — подумала Фло. Но ошиблась.
Может, завести собаку.
В комнате, обставленной как гостиная, ее поджидал белый. Худощавый загорелый мужчина лет сорока в военной форме и с кобурой на поясе. Впрочем, среди людей, которые окружали Фло после похищения, только Раххам не носил оружия.
Или кошку, если ты больше кошатник.
Военный отложил в сторону журнал и устремил на нее серые равнодушные глаза. Череп его, туго обтянутый кожей, напоминал лошадиную морду.
Мы могли бы выгуливать кошку на шлейке.
— Сядь! — приказал он и Раххам подтолкнул девушку к креслу без подлокотников посередине комнаты.
- Звучит отлично, - промурлыкал Эзра, убирая прядку волос с глаз Арии.
Если ты это всерьёз, я начну принимать меры, и мы сможем уехать через пару дней.
— Я — полковник Бейсн! — сказал военный безразличным голосом.
Ария наклонилась вперёд для поцелуя, и Эзра поцеловал её в ответ.
«Англичанин!» — определила Фло.
Но когда она на мгновение открыла глаза, его тоже были открыты.
Он пялился на что-то через всю комнату.
— Миссис Дейн! — произнесла девушка.
- Это первое издание? - он отстранился и указал на книгу с полки.
— Дейн? — Военный чуть заметно усмехнулся. —
\"И восходит солнце\" гласило золотое тиснение на корешке.
- Она выглядит по-настоящему старинной.
Или — Хамстер? Или — не Дейн и не Хамстер?
- Не-а, отец украл её из библиотеки Холлиса.
Ария поднялась, вытащила книгу и протянула ему.
Фло не смогла скрыть замешательства.
Когда он открыл титульную страницу, повеяло затхлым запахом старой книги.
- И всё же, она - одна из моих любимых.
Эзра ткнул её в колено.
— Впрочем, — тут же добавил полковник, — меня не интересуют формальности. Зато очень интересует сам Хамстер-младший! И вы мне в этом поможете!
- А я думал, моя книга - твоя любимая.
Его тон был лёгким и шутливым, но выглядел он серьёзным.
— Даже не подумаю! — фыркнула Фло. — Имейте в виду, я — гражданка Соединенных Штатов! Мое похищение не пройдет вам даром! Вы пожалеете!
Он действительно просил её сравнить себя с Хемингуэем?
- Я имею в виду, \"И восходит солнце\" - литературный шедевр, - выпалила она.
Бейсн наблюдал за девушкой очень внимательно. Он полагал, что с первого мгновения должен определить, кто перед ним, и найти верный подход. Опыт многочисленных допросов показывал, что первое верное впечатление помогает избежать ошибок и сэкономить время. Он знал также, что первоначально Вулбари предполагал, что сам справится с этой девушкой. Но она оказалась шейху не по зубам. Вернее, он не хотел отдавать ее своем палачу из опасения нанести непоправимый вред будущим отношениям с Хамстером-старшим.