Через полчаса группа вышла к берегу небольшого – всего метров триста в диаметре – озера, берега которого заросли тростником и кустарником. Угрюмые зубчатые развалины неведомого сооружения стали видны чуть лучше, хотя не приблизились ни на шаг. Одно это указывало на то, что развалины – фикция, голографическая или психоэнергетическая картинка, внедряемая с помощью неведомых операций напрямую в мозг людей, минуя зрительные нервы.

Антон Громов первым увидел в воде отражение храма, стоявшего практически на противоположном берегу озера. Потом увидели и остальные.

Жора Пучков хотел было сказать: «Ну и сарай!» – но встретил взгляд Ратникова и вовремя прикусил язык.

По водам озера бежала легкая рябь от ветерка, и отражение колебалось и размазывалось, но все же легко можно было разглядеть тяжеловесное, угрюмое, увенчанное телесного цвета куполом в виде фаллоса и четырьмя более тонкими башенками такой же формы, здание.

– Странно… – тихо произнес Илья.

– Что? – посмотрел на него Антон.

– Что нас подпустили так близко… По колебаниям биополей, а тем более после включения перстня Хрис давно должен был засечь нас и спустить своих псов – хха…

— Он зло и тьма. — Вопрос поставил меня в тупик.

Неназываемый и Неназываемый. Тот, чьим именем пугают вас в далеком детстве, когда вы не хотите спать.

Алистан фыркнул, как бы говоря, что от вора он ничего большего и не ожидал.

— Смотря как это понимать, — произнес монарх. — Зло. А знаешь ли ты, что Неназываемый известен, кроме Валиостра, только в Пограничном королевстве, да и то только потому, что орки атакуют эти земли с именем Неназываемого на устах? Ну, может быть, он известен еще в Исилии, частью в Мирануэхе, но там Неназываемый только легенда, страшная сказка. Он ведь не черное зло и отнюдь не тьма, просто очень сильный волшебник, который засел в Безлюдных землях и вот уже сколько времени мечтает увидеть Валиостр разрушенным.

— Позвольте… — вклинился в разговор архимаг, доселе молчавший. — Я расскажу вам, молодой человек, легенду. Правда, никакая это не легенда… Когда еще наше королевство не было таким великим и могучим, лет пятьсот назад в Авендуме жили два брата. Один из них был великолепным полководцем, другой — талантливым магом, изучавшим проблематику шаманства. Тогда эта магия была для людей еще загадочным искусством, она постоянно совершенствовалась, люди набирались ума, перенимая опыт шаманов орков, гоблинов и темных эльфов, а также светлых эльфийских волшебников. Далее мы добавляли своего и получали то, что имеем теперь. К сожалению, магия камня гномов и карликов нам не дана. Гм… Но я отвлекся… Дело было в последний год Тихих времен, как называют это время сейчас. Грок, полководец, надеюсь, тебе известно это имя?

Я кивнул. Все знали площадь Грока и памятник ему. Старик удовлетворенно покряхтел, ерзая и поудобнее устраиваясь в кресле, а затем продолжил свой рассказ:

— В последний год Тихих времен армия орков напала на город и попыталась взять ее приступом. Тогда еще не было знаменитых стен Авендума, и Грок, командуя всего лишь несколькими тысячами уставших солдат, оставшихся в живых после ряда сражений, сдерживал натиск врага, вышедшего из лесов Заграбы. Мда… Брат не пришел ему на помощь. Не знаю почему, об этом, к сожалению, история умалчивает. Ссора, зависть, болезнь, нелепая случайность — в итоге самый сильный маг того времени не пришел на помощь оборонявшимся воинам. Но Грок и его люди выстояли. Они продержались до прихода армии темных эльфов. В конце концов от армии Валиостра осталась тысяча, а затем всего неполных четыре сотни. После победы маг был схвачен и казнен…

Старик замолчал и уставился на огонь своими слезящимися глазами.

— Как звали того мага? — не удержался я.

– Может быть, его сейчас в храме нет.

– Будем надеяться. Хотя вполне возможно, что нас заманивают в ловушку.

— Его звали так же, как и брата-близнеца, — Гроком. Это был позор для Ордена магов. Страшный позор. Мы стерли имя этого брата из всех анналов. С тех пор он стал называться Неназываемым. Но Неназываемый выжил. Точнее, выжил его дух, Неназываемый еще при жизни изучал Кронк-а-мор, запретное колдовство огров. С помощью этого вида шаманства дух умершего может жить некоторое время без телесной оболочки, а затем вселиться в другое тело. Неназываемый вселился в чье-то тело, ушел на север, в тундру, далеко-далеко в Безлюдные земли, вынашивая планы мести. Сила Кронк-а-Мора была такой, что огры, великаны и часть орков признали Неназываемого своим господином и повелителем. Хотя насчет орков я сомневаюсь. Эта раса слишком умна и независима, скорее всего, им просто удобно изображать из себя жестоких варваров и нападать на врагов, прикрываясь именем Неназываемого. Как говорят эльфийские дома — большая политика! Что же до огров, великанов и отдельных людишек, то они преданы Неназываемому и душой и телом. Эти враги Валиостра уже давно бы покинули свои земли и пошли войной, если бы их не сдерживал Одинокий Великан. А Неназываемый, хоть он и получил вечную жизнь, до сегодняшнего момента не решался вторгнуться в Валиостр. Мы сдерживали его силу до настоящего момента, пока равновесие не пошатнулось не в нашу пользу.

Из-за расщепленного высокого пня выглянула морда волка. Он отступил в заросли, вернулся, снова отступил, как бы приглашая людей за собой.

— Ну хорошо, — что-то у меня не складывалось в голове. — Огры, орки, великаны. А те твари, которые ночами охотятся на улицах столицы? Они тоже подчиняются Неназываемому? А этот таинственный Хозяин?

– Спасибо, Светлый, – покачал головой Илья. – Дальше мы сами. Жди нас здесь.

— Не знаю. — Маг разочарованно покачал головой. — Может, это слуги Неназываемого, еще чьи-то, может, вырвались из каких-то глубин, когда равновесие в магическом источнике пошатнулось.

— Кстати, — перебил старика король. — Долго мои подданные будут страдать от этих тварей?

Волк несколько мгновений не сводил с него своего исключительно умного горящего взгляда и исчез.

– Дальше пойдем под водой, – сказал Илья. – Надевайте ватер-комплекты.

— Совет делает все возможное и невозможное, ваше величество. Мы подготовили заклинание, и к концу недели ни одно дитя ночи не сможет проникнуть в наш город. По крайней мере, я надеюсь на это.

— Почему же Совет магов не уничтожит Неназываемого? — спросил я, возвращая разговор к первоначальной теме.

Они надели маски, достали терм-пакеты, развернули пусковыми скобами вниз и начали натягивать как сапоги, сначала до промежности, потом выше – чулком, после специального съема скоб. Через минуту все были завернуты в пленку по макушку, заклеили отверстия шлепком ладони по липкому канту на шлеме. Теперь у них оставалось всего семь-восемь минут до того момента, как в мундштуках масок кончится воздух. За это время надо было пересечь озеро под водой и тихо вылезти на берег в районе каменной плиты, похожей издали на фрагмент пристани.

— Кронк-а-Мор надежно защищает отступника. Мы, к сожалению, ничего не понимаем в шаманстве огров. Да и вряд ли теперь когда-нибудь научимся.

– Доложи своим ребятам, что мы дошли, – сказал Илья. – Двигаемся дальше.

— Неназываемый ждал века, набираясь сил и собирая армию. Лишь Рог Радуги, великий артефакт прошлого, который эльфы подарили Гроку, отняв его у огров еще в те давние времена, сдерживал Неназываемого и его армию за горами Отчаяния. Только благодаря Рогу Неназываемый не решался выступить против нас войной. Рог каким-то образом полностью нейтрализовал его магию. Как говорят эльфы, огры сами создали этот Рог в противовес своей магии, чтобы нейтрализовать ее, если Кронк-а-Мор вдруг вырвется из-под их контроля. Пока Рог имеет силу, Неназываемый не осмеливается пройти Одинокого Великана. Что он может без своей магии? Не надо причислять этого волшебника к тьме. Просто он хороший и талантливый маг, который удачно использовал свои знания и теперь хочет отомстить за то, что его наказали. Считай его немного свихнувшимся на почве ненависти. И теперь, когда сила Рога ослабла за века и не может нейтрализовать его магию, Неназываемый поднимает голову. И клянусь всеми богами Сиалы, Неназываемый скоро нанесет удар по нашему королевству — ведь оно находится ближе всего к его владениям.

Ратников послушно передал сообщение по рации четверке резерва, оставшейся в вертолете.

Один за другим десантники вошли в воду, проверили герметичность комплектов: ни у кого не обнаружилось щелей или случайно пропущенных отверстий, – и Пашин первым поплыл под водой на глубине полутора метров к противоположному берегу озера.

— Он почти нанес удар, — тихо сказал король. — Эльфы-разведчики докладывают, что Неназываемый готовит армию к походу. По всем Безлюдным землям собираются тысячи великанов, огров и других тварей. В Рачьем герцогстве без остановки куют оружие. К маю следующего года, может быть раньше, Неназываемый и его армия будут под стенами города. Одинокий Великан не выстоит, а я даже не могу послать им подкрепления. Сразу прознают орки и нападут с тыла, да и Мирануэх не очень-то сейчас спокоен. А нашему королевству помощи ждать неоткуда. Разве что темные эльфы и Пограничное королевство нам помогут, правда, насчет последних не уверен. Если орки решатся напасть, то они нападут и на Пограничье. В другие земли Неназываемый вряд ли пойдет, поэтому ни Гаррак, ни Империя, ни Филанд нам тут не помощники. Исилия, как всегда, соблюдает нейтралитет и отсидится в сторонке. Мирануэх только злорадно потрет руки. С Неназываемым нам придется бороться самим. Да и не только Неназываемый оживился. Орки поднимают головы в лесах Заграбы, тролли в горах стали нападать на поселения карликов, на южных границах видели дракона. Дракона! Больше двухсот лет ни один не подлетал к границам нашего королевства. Мир завис на грани войны. Страшной войны. Я начал собирать армию. Надеюсь успеть к концу года выставить против Неназываемого хотя бы пятьдесят из семидесяти тысяч солдат. Какую-то часть придется оставить на границах с Заграбой и Мирануэхом. Плюс ополчение. Но это так, жест отчаяния. Нужно объявить набор, хотя я и боюсь, что начнется паника, цены на товары подскочат до небес, беженцы, наконец. Слава богу, что эльфы Темных домов на нашей стороне, плюс еще и гномы с пушками.

Видимость на этой глубине была плохой, сказывалась близость илистого топкого дна, поэтому пловцы то и дело натыкались на стебли кувшинок и лилий, а то и на топляки, количество которых на один квадратный метр площади дна казалось невероятно большим.

— Прошу прощения, ваше величество, — осмелился я. — Насчет гномов я не сомневаюсь, им мешок золотых отсыпать — так они на родную бабку войной пойдут, а вот эльфы… Вы в них уверены?

Проплыли между рядами свай; очевидно, здесь когда-то был мост через озеро.

— Нам нет нужды врать, — произнесла женщина, откидывая вуаль. — Я сама видела готовящуюся к войне армию Неназываемого за Иглами Стужи.

Вода посветлела, дно ушло вниз. Это был центр озера, более или менее свободный от водных растений. Илья прикинул время: они плыли уже четыре минуты – и увеличил скорость. К берегу хотелось подобраться под водой, скрытно, чтобы не поднимать панику среди сторожей храма раньше времени.

На меня смотрела эльфийка. Настоящая темная эльфийка.

И в это время тень тревоги заставила Илью остановиться. Подплывшие спутники замерли рядом, не понимая, почему он медлит.

Граница видимости в толще воды центральной части озера отодвинулась метров на десять, и вот в этой зеленоватой мути обозначилось какое-то движение. Словно людям навстречу медленно скользнула струя более чистой воды, заметная по искривлению и преломлению лучей света, просачивающегося в глубину с поверхности озера.

Очарование эльфов… Его придумал тот же самый сказочник, который сочинил кровожадность гоблинов. Только в сказках эльфы очаровательны, только в сказках они бессмертны, только в сказках у них золотистые волосы, зеленые глаза, мелодичные голоса и легкая поступь. Только в сказках эльфы мудры, правильны, справедливы и великодушны. А в жизни… В жизни неподготовленный человек может принять обыкновенного эльфа из домов Заграбы и И\'альяла за орка. Потому как на самом деле сказочной красоты эльфов, раздутой до небес пьяными рассказами в тавернах, просто нет. Ну, да… Есть привлекательные лица и у этой расы, но что они — не эталон красоты, это уж точно. Эльфы похожи на людей, если не считать их смуглой кожи, желтых глаз, черных губ и пепельно-серых волос. А уж торчащие из-под нижней губы клыки совсем пугают сиволапого обывателя и знатока бабушкиных сказок. Не верьте в доброту эльфов, просто, если вам не повезет, поприсутствуйте на эльфийской пытке, когда они устраивают Зеленый Лист своим ближайшим родственникам оркам. Да-да. Орки и эльфы появились на Сиале в один и тот же год. Перворожденные. Хотя орки оказались здесь немного раньше эльфов, и пепельноволосые никак не могут им простить этого. И эльфы и орки были первыми, кого боги привели в Сиалу, если не считать огров. Раса орков получила гордость и ярость, эльфов — хитрость и коварство. Но те и другие получили еще один дар — ненависть. Они и до сегодняшнего дня воюют, истребляя друг друга в кровавых схватках, которые тысячами происходят в бескрайних лесах Заграбы. Это потом появились гномы и карлики, доралиссцы и люди, кентавры и великаны, а также множество других рас, населяющих Сиалу. А первыми, первыми были неудачные дети — орки и эльфы. Это уже потом эльфы разделились на темных и светлых, хотя разница между ними только в том, что темные обращаются к шаманству, а светлые — к волшебству. Темные и светлые не враждуют между собой, они просто относятся друг к другу с небольшой долей пренебрежения. До сих пор темные эльфы не могут понять своих сородичей, пользующихся чужой, не исконной для этой расы магией. Около двух тысяч лет назад темные и светлые все же не смогли жить вместе и разделились. Темные остались в лесах Заграбы, а светлые ушли жить в леса И\'альяла, что находятся возле самого Хребта мира.

Сторожевая система организма сработала раньше сознания.

— Познакомься, Гаррет, — сказал король, указывая на эльфийку. — Это леди Миралисса из дома Черной луны.

Илья одним движением разорвал пленку на груди, достал из клапан-кармана чешуйчатый крест-свастику, реквизированный у Калошина, и метнул в эту струю с яростной мыслью: тьма, р а с с е й с я!

Я сдержанно поклонился, отвечая на приветственный блеск пятисантиметровых клыков. Окончание имени «сса» означало, что эльфийка из Верховной семьи дома. Попросту принцесса.

— Очень приятно, миледи.

— И мне, — проворковала эльфийка.

Выйди она в город в вуали, никто и не заподозрил бы в этой женщине эльфа.

Глава 27

— Любезности потом! — произнес король. — У нас мало времени, и ты, Гаррет, должен нам помочь.

Витязи в храме

— Остановить Неназываемого? — скептически сказал я.

В себя они пришли уже на берегу.

Если это так, то король или его советники точно выжили из ума.

После того, как Илья метнул в плавно приближающееся н е ч т о волшебный крест-оператор магических сил, принадлежащий Черному Вею, череда удивительных видений промелькнула перед глазами застывших десантников, последними из которых были искаженные лица жуткого демона, старухи и молодой девушки с русой косой. Затем поток более чистой воды остановился, раскрылся цветком лотоса. Крест Калошина вспыхнул пронзительным зеленым пламенем, едва не ослепившим людей, и расползся черными струйками в стороны, превращаясь в подобие осьминога. В то же мгновение неведомая сила подхватила отряд и вместе с пластом воды выбросила на берег озера, прямо под стену храма, проявившегося на одно мгновение туманной громадой неопределенных очертаний.

— Да, — произнес архимаг.

Вода схлынула, оставляя на берегу мокрые, бликующие тела десантников, и никто из них не заметил, что в недра храма проскользнула гигантская прозрачно-туманная змея с двумя головами – старушечьей и девичьей. По неизвестной причине Ягья пощадил гостей, хотя сами они так и не поняли, что произошло.

Ну точно, в этой комнате ненормальные! Алистан внимательно смотрел на меня, стараясь обнаружить след насмешки над его королем. Я сдержался. С трудом, но сдержался. Но не Кли-кли. Гоблин захохотал и, упав на ковер, схватился за живот.

— Жизнь королевства в руках вора! Как бы он его не спер!

Храм тут же исчез, растаял в воздухе, но не оставалось никаких сомнений, что он находится здесь, на берегу, просто невидим человеческому глазу, словно накрыт гигантской шапкой-невидимкой. «Шапку» эту – мощное магическое поле, отводящее глаза людям, изменяющее их чувственное восприятие, – можно было нейтрализовать только более мощным магическим импульсом, да и то на очень короткое время.

Я лично не находил в этом ничего смешного, как и все остальные. Только на черных губах эльфийки промелькнула вежливая тень улыбки, оценившей хорошую шутку, но решившей, что этикет дворца в данном случае лучше не нарушать.

Кто встретился им на пути через озеро, почему не уничтожил, не сожрал, а наоборот – помог определить местоположение храма и вынес из воды на сушу, ни Илья, ни Антон, ни тем более их спутники не знали, но анализировать случившееся им стало недосуг. Хранители храма наконец опомнились и вылезли из своего убежища, чтобы уничтожить отряд, опасно приблизившийся к их обители.

— Помолчи, Кли-кли, — сурово произнес Алистан, не сводя с меня внимательных глаз.

Они появились, как чертики из коробки, – трое мужиков с угрюмыми серыми физиономиями, одетые во все черное, и еще пятеро заросших, бородатых парней в пятнистых комбинезонах российского спецназа. С суковатыми палками в руках, но без оружия. Лишь Илья и Антон знали, что их оружием, причем достаточно мощным и разрушительным, являются именно палки.

– Стреляйте по рукам! – скомандовал Илья, мгновенно оценив ситуацию. – Не допускайте, чтобы противник направил на вас острия своих посохов! Это излучатели энергии!

— Все, замолкаю, каюсь, умираю! — Гоблин трагически развел зелененькими ручками. — Если Крыса осталась серьезной после моей шутки, то пора увольнять меня с должности придворного шута. Придется снова мне, бедному и несчастному, уходить в родные леса и ждать, пока особо ретивый орк не позавтракает моими бедными косточками или не запустит в лабиринт.

Словно демонстрируя справедливость слов Пашина, один из хха-«спецназовцев» вытянул в его сторону свою палку, с ее острия сорвалась зеленоватая молния, и, если бы Илья вовремя не отпрыгнул в сторону, разряд неизвестного излучения пробил бы его насквозь. Но реакция путешественника превосходила скорость движений защитников храма, и молния ширкнула по каменной плите причала, проделав в ней дымящийся черный шрам.

Шут трагически, как актер на подмостках рыночной площади, вздохнул, а затем взглянул по сторонам и, заметив, что на нею никто не обращает внимания, весело подмигнул мне.

— Я, конечно, польщен такой честью, — осторожно произнес я. — Но не кажется ли вам, что сил и опыта у меня поменьше, чем у Ордена и Диких Сердец, и остановить волшебника в одиночку будет сложновато?

В то же мгновение Илья выстрелил дважды – под ноги противнику, заставив его подскочить, и в дубинку, выбивая ее из руки парня.

Гоблин прыснул и вновь шлепнулся на ковер. Видно, моя личность его уж очень сильно забавляла. А вот меня этот маленький зеленый негодяй начинал раздражать.

На мгновение все застыли: пригнувшиеся десантники, обтянутые бликующей пленкой, успевшие лишь сорвать пленку с лиц и снять маски, и две группы хранителей храма, приближавшиеся к ним с двух сторон. Затем началось общее д в и ж е н и е, которое лучше организовали члены группы, обученные тактике боя с превосходящими силами противника. Они в течение двух секунд перестроились, рассредоточились и открыли огонь по хранителям из «винторезов».

— Ох Гаррет! — Шут вытирал с глаз неподдельные слезы. — Ты не только умен и смел, но еще и самоуверен.

Слаженный залп сделал свое дело.

— Так в чем моя задача, ваше величество? — Я продолжал ломать комедию, дожидаясь момента, когда меня, может быть, отпустят.

Вот тогда я сделаю ноги. И плевать куда, хоть в сам Султанат, но так далеко, как только можно. В те земли, где нет безумных королей, ненормальных шутов и впавших в старческий маразм волшебников.

Все пятеро парней в камуфляж-костюмах спецназа одновременно потеряли свои дубинки! Двое оказались ранеными – пули попали им в кисти рук, у троих дубинки вылетели из рук, выбитые силой удара пуль. Лишь один из них успел «выстрелить» до залпа десантников из своего посоха-«излучателя», едва не сразив Жору Пучкова. Молния с ядовитым шипением пролетела в сантиметре от плеча, располосовала комбинезон и на какое-то время парализовала сержанту руку, оставив в воздухе канал страшного холода.

— Нам нужен Рог Радуги, — произнесла эльфийка. — Только он сможет остановить Неназываемого, потому что, боюсь, даже армия не устоит против всей рати Безлюдных земель.

Однако после секундного замешательства хха снова похватали свои палки, бросились на десантников, один выстрелил, целя в Ратникова, не попал, и последующий залп отряда прервал их атаку, в то время как группа мужчин в черном, с виду не вооруженная ничем, продолжала молча и целеустремленно приближаться к отряду по берегу слева, не обращая внимания на завязавшийся бой.

— Рог Радуги? — тупо переспросил я. — А при чем здесь он?

— Я же уже объяснил, — раздраженно нахмурился Арцивус. — Ты что, стал плохо слышать со страха?

Парни в камуфляже, также не обратившие внимания на раны, раздробленные пулями пальцы и пробитые ладони, подняли посохи – и выронили. Снова подхватили – и снова выронили!

— И думать, — вставил свое веское слово Кли-кли.

– Так мы будем возиться с ними до бесконечности! – бросил сквозь зубы Жора Пучков, рука которого начала потихоньку отходить, двигаться. – Командир, их надо мочить по-взрослому!

Я ожег шута очередным взглядом, чем еще больше его развеселил.

– Бейте по ногам и плечам! – скомандовал Илья. – Капитан, разделяемся! Берите эту пятерку на себя! И пусть ваши парни в вертолете готовятся к выступлению. На борту «вертушки» есть какое-нибудь серьезное оружие?

– Только НУРС «пчела».

— Пойми, Гаррет. Магия огров не идеальна и во многом топорна, как говорят люди, хотя мощна необычайно, но закон равновесия… — Эльфийка кисло поджала черные губы, еще сильнее обнажив клыки.

Я невольно подумал, что она вполне может пойти в рукопашную, скорее ротопашную, если враг отнимет у нее оружие. Такими зубками только шеи вспарывать.

– Пусть будут готовы к ракетной атаке храма с воздуха.

— В итоге Рог со временем теряет свои магические свойства. Его нужно…

– Есть! – Ратников метнулся к валуну на берегу, уворачиваясь от змеистого разряда посоха, выстрелил. – А вы куда?

– Мы попытаемся прорваться к храму слева.

— Активировать, — подсказал архимаг, неотрывно смотря в огонь, который весело поедал дрова в очаге.

– Их только трое, и они не вооружены.

— Да. Магически подзаряжать через определенное время. Иначе все его свойства сойдут на нет. Сейчас Рог как раз слабеет, потому Неназываемый и зашевелился за Иглами Стужи. Нам нужно, чтобы ты достал этот Рог для Ордена.

– Это навьи воины. Они были уже убиты когда-то и снова оживлены, они не боятся смерти.

— А он что, не у вас? — опешил я, даже приподнимаясь с кресла.

В голове у меня крутилась сказка о том, как один солдат по своей глупости отдал самое ценное — свой меч — в руки врагу. Конечно же мне моя голова дороже, и я про эту сказку промолчал, хотя думаю, что гоблина она бы позабавила.

– Зомби, что ли?

— В том-то и дело, что нет, — зло произнес Крыса. — А все по глупости Ордена.

– Нечто в этом роде. Если прорвемся – ждите нас здесь, за нами не ходите. Пошли, Антон.

— Орден сделал это из лучших побуждений! — резко вскинулся архимаг.

Пашин и Громов перешли на т е м п и призраками понеслись навстречу мужикам в черном, на лицах которых отражалось тупое равнодушие к происходящему. Они получили приказ уничтожить десант и не сомневались в своем превосходстве. Точнее, они в о о б щ е ни в чем не сомневались, так как давно не помнили, что такое сомнения.

— То-то мы их и расхлебываем!

Ратников кинул вслед друзьям лишь один оценивающий взгляд, не позволяя себе отвлекаться на задачи, контроль решения которых лежал не на нем. Он привык выполнять команды, как и всякий военный человек, хотя степень вариативности его ответов была выше, чем у армейского командира. К тому же он хорошо чувствовал ситуацию и точно знал, когда и на какие действия противника имеет право не реагировать. Или реагировать немедленно.

— Ваше дело, милорд Алистан, защищать жизнь короля и махать железякой, а не лезть в дела Ордена! — Старик просто кипел от возмущения. Его трясущаяся борода напомнила мне бороду доралиссца, у которого украли его самую любимую лошадь.

А противник ему достался серьезный. Пятерка молодых хранителей храма, несмотря на полученные раны и травмы, упорно лезла вперед, пыталась остановить десантников и не просто остановить, но убить, и, кроме посохов, стреляющих молниями, владела и другими колдовскими приемами, поэтому бойцам капитана приходилось учиться по ходу боя избегать прямых контактов с ними, что, естественно, играло на руку защитникам храма. Время работало на них – и против чекистов.

— Хватит! Мне еще ссор тут не хватало! — рассвирепел король. Теперь он нисколько не походил на добродушного трактирщика. — Объясните вору его задачу.

Упал Славик.

— Около трехсот лет назад, — глухо начал Арцивус, бросив недобрый взгляд из-под седых бровей в сторону капитана гвардии, который никак не прореагировал на него, — Совет Ордена решил воспользоваться Рогом Радуги и уничтожить Кронк-а-Мор, который связывает Неназываемого с этим миром. У нас… У нас немного не получилось…

Один из раненых охранников вдруг метнул в него камень, разорвавшийся не хуже гранаты, и лейтенант получил множественные «шрапнельные» ранения лица и шеи: осколки камня легко разбили забрало шлема, не пробиваемое пулями!

Алистан громко фыркнул.

Загорелся комбинезон Жоры Пучкова, словно его облили бензином и подожгли! Жора прыгнул в озеро, потушил огонь, но, стоило ему вылезти на берег, комбинезон вспыхнул вновь. Пришлось снимать его под обстрелом «шрапнельных камнегранат», получая при этом ожоги, и озлившийся сержант ответил противнику точными выстрелами из «винтореза», сняв сразу двух парней: одному пуля попала в горло, второму точно в лоб.

— Вас, ваше магичество, только дипломатом в Мирануэх отправлять! Авось и Спорные земли получим! Немного… — хихикнул шут, смакуя это слово, но, встретив свирепый взгляд мага, заткнулся.

— Да… Так о чем это я? А! Так вот, ничегошеньки из нашей попытки не вышло. Мы пытались управлять магией огров, которую совершенно не знали. Где-то не там замкнули силовой поток или переместили опейрон на несколько градусов относительно пятой астральной позиции… Мда… — Арцивус понял, что стал заходить в никому, кроме него, не понятные дебри. — Все вышло из-под контроля, и магический всплеск ударил по Авендуму. Точнее, по его части. Запретной части. Или Закрытой теперь территории.

Однако и тот и другой вдруг встали спустя несколько мгновений, не обращая внимания на смертельные раны и ручьи крови, снова пошли в атаку, стреляя из посохов и швыряя взрывающиеся камни. Это была уже настоящая черная магия, наглядно продемонстрированная защитниками храма, и будь десантники более робкого десятка, бой тут же бы и закончился. Но подчиненные Ратникова никогда не пугались н е п о н я т н о г о, воспринимая любые явления природы или технические приемы как дополнительные данные для решения задачи. Условия боя усложнились, к ним надо было приспосабливаться, остальные рефлексии и эмоции не должны были помешать решению проблемы.

— Так вот каким образом она появилась… — протянул я.

Славик с трех метров разнес голову ближайшего к нему хха двумя выстрелами из винтовки и вступил в рукопашную схватку с парнем, выскочившим сбоку.

— Понимаешь, как были бы благодарны жители славной столицы Валиостра, если бы они узнали, благодаря кому они получили Закрытую территорию? — Гоблин сделал большие глаза, превратив их в два голубых озерца.

Жора Пучков сбросил наконец дымящийся комбинезон, увернулся от камня-«гранаты» и отхватил ножом кисть «гранатометчику», а затем свалил его ударом в сердце.

Архимаг тяжело вздохнул — видно, шут успел достать не только меня — и продолжил:

— Орден решил от греха подальше спрятать Рог. Его зарядили (по подсчетам магов того времени, он должен был профункционировать еще лет триста — как раз до сегодняшних дней), а потом отнесли Рог Радуги к усыпальнице Грока, да там его и оставили. Вот, собственно, и вся история. — Архимаг вновь стал смотреть слезящимися глазами в пламя очага.

Ратников всадил в четвертого охранника всю обойму из пистолета и полоснул ножом по горлу пятого.

— И вы хотите, чтобы я добыл Рог из могилы? — удивленно спросил я. — Но зачем вам именно я? С этой работенкой справится любой грабитель могил! И кстати, где похоронен Грок?

Бой закончился.

– Илья! – позвал Ратников, оглядев поле боя и не увидев Пашина с Громовым.

В маленькой комнатке повисла напряженная и гнетущая тишина. Эльфийка и Арцивус даже изумленно переглянулись между собой. Граф Крыса криво улыбался, как бы говоря, что от вора он ничего больше не ожидал. Про шута и его отвисшую челюсть я вежливо промолчу. Лишь король все так же задумчиво крутил в руках мой нож, иногда бросая взгляд на меня, как бы прикидывая, не ломаю ли я комедию.

— Гм-гм. Молодой человек, а вы вообще историю знаете? — осторожно спросил маг.

Никто ему не ответил.

— Да на кой Х\'сан\'кор она мне сдалась?! Я же вор, а не ученая дева!!! — Мне хотелось что-нибудь разгромить.

– Куда они подевались? – прохрипел Жора Пучков, ворочая головой.

Эти ребята знают, как достать человека, и я сорвался на грубость. Никто этого не заметил. Или сделали вид, что не заметили.

– Ищите вход в храм! – приказал капитан, бегом направляясь к развалинам.

— Да он вообще и читать-то, наверное, не умеет, — с важным видом изрек гоблин.

Но ни через минуту, ни через пять они так и не обнаружили никаких дверей, арок или проломов, ведущих в обитель служителей Морока. Для чекистов Ратникова храм был по-прежнему недоступен.

Я проигнорировал этот очередной выпад.

* * *

— Рог похоронен вместе с Гроком в Костяных дворцах, Гаррет, — тихо произнесла эльфийка, поеживаясь, как будто ее смуглой кожи коснулся холодный ветерок, пришедший из-за гор Отчаяния.

Навьи воины, не боящиеся ни пули, ни ножа, были серьезным противником и очень опасным. Но против них сражались не просто профессионалы, мастера рукопашного боя, а будущие Витязи, защитники земли русской, и выстоять навьи, умершие уже однажды и возвращенные к жизни силой колдовства, не могли.

И тут я рассмеялся, поняв, что эта сумасшедшая пятерка чудаков либо меня разыгрывает, либо просто проверяет перед каким-то важным делом. К примеру: «Сопри ночной горшок у короля Мирануэха, когда он будет мучиться кровавым поносом».

— Свихнулся. — Шут в ответ на мой смех обреченно покачал зеленой головой, и колокольчики на колпаке грустно звякнули.

Илья поначалу щадил противника, двигавшегося вдвое медленней, поэтому потерял полминуты драгоценного времени, прежде чем понял, что его удары если и достигают цели, то не оказывают на хха должного воздействия. К тому же кряжистый, плотный бородач обладал громадной силой и ударом ноги сломал деревце в сантиметре от ноги Ильи, а затем вытащил огромный тесак, увеличивший зону поражения. Лишь на выплеске энергии Илье удалось достать богатыря и сломать ему шею. Но и после этого он, окривевший, обмякший, все еще пытался махать тесаком и ползти за Пашиным, как жуткая машина смерти, киборг, имеющий приказ-программу уничтожить прорвавшихся к храму десантников.

— Они шутят, ваше величество? Ведь правда? А почему Храд Спайн? Может быть, проще составить новую вастарскую сделку и пригласить драконов для защиты любимой родины? Или приручить для вас Х\'сан\'кора? Поверьте, с этим я справлюсь проще и быстрее, чем с путешествием в Храд Спайн!

Антон ошибки друга не повторил.

— Они не шутят. — Король просто буравил меня серьезными глазами, и новый позыв смеха застрял где-то у меня в горле. Они действительно не шутили. Я внутренне похолодел. Спуститься в Храд Спайн за какой-то дурацкой волшебной дудкой… Это не укладывалось в голове.

Первым же ударом тэгатана[49] он пробил грудь (через плотную черную куртку, рубаху и майку) первого навья, сломал ребро и развалил его сердце на-двое, отклонился от кинжала второго зомби, обошел его по спирали схода-закручивания и ударом локтем в спину перебил ему позвоночник.

— Нам нужен этот Рог, мастер Гаррет. — Эльфийка разговаривала со мной ласково, как с маленьким и капризным ребенком. — И нужен срочно. До наступления зимы, когда Неназываемый предпримет свою атаку.

Сраженные навьи воины еще пытались встать и продолжать бой – смотреть на их движения было жутко и противно, – но друзья не стали отвлекаться на полное контрольное добивание противника и метнулись к стене разрушенного «замка», созданной магическим полем защиты храма. Илья заметил, откуда вырвались им навстречу защитники черной обители, и надеялся быстро отыскать вход в р е а л ь н о существующий храм Морока, замаскированный «развалинами».

Однако удалось это ему не сразу.

— Но почему я?!

— Потому, что только хитрый и изворотливый человек пройдет там, где завязнет большой отряд воинов или магов. Например, лучший вор королевства. Да, да. Не скромничай. О тебе известно намного больше, чем ты думаешь.

Ни «третий глаз», ни интуиция, ни экстрасенсорное восприятие, подключенное через трансово-измененное сознание, не помогли. «Каменная выщербленная растрескавшаяся стена замка» так и осталась стеной, хотя Илья точно знал, что это иллюзия, прекрасно сработанная пси-голография.

— Значит ли это, что достать Рог уже пытались? — Я старался как можно дольше оттянуть время своего отказа.

Тогда он вспомнил о змеином перстне, называемом магидатом, который уже дважды помогал им «размотать» заклинания колдунов Морока. Но и перстень не открыл вход в храм, издав лишь ядовитое шипение, будто чешуйчатая металлическая змейка ожила и осерчала на владельца, собираясь его укусить. Оставался один путь – подключить талисман Рука Бога – цату, хотя Георгий и предупреждал, что делать это стоит лишь в исключительных случаях.

— Сто тысяч демонов! Да! Неужели ты думаешь, что мы обратились бы к вору, не будь больше никакого способа проникнуть в проклятые катакомбы? — Алистан несколько раз сжал, а затем разжал кулаки. — Первую экспедицию мы отправили еще зимой. Никто из тех, кто спустился в подземелье, не вернулся, а тех, кто остался на земле, посекли орки. Второй отряд ушел ранней весной. Мы, учитывая неудачу первой экспедиции, отправили в поход более ста человек. Опытные солдаты, восемь магов Ордена, поддержка темных эльфов, выступавших нашими проводниками в лесах Заграбы… И ничего, демон меня подери! Восемьдесят человек ушли в могильники, а вернулся только один, седой, как снежная сова, и полностью лишенный разума. Остатки второй экспедиции пришли в Авендум неделю назад. Все восемь магов так и остались под землей. Как и семьдесят два человека, больше половины из которых были моими солдатами!

Илья вынул медальон с мандалой, изображавшей Древо Мира – «схему входа во вселенную Белобога», сжал двумя пальцами, направляя талисман на «развалины», и произнес гортанным от клокочущей в горле силы:

Я потрясенно слушал. Восемь магов, и, наверное, не последних, как и несколько десятков солдат отборной гвардии короля, ушли в неизвестность, в темную дыру под зелеными сводами лесов Заграбы, и не вернулись…

– Тьма, рассейся!

— И теперь вы решили, что вор сделает то, что не сделала сотня, — констатировал я.

Пространство вокруг содрогнулось!

Интересно, в чью светлую голову пришла такая идея, а главное, почему? Что будет, если я не соглашусь?

Волна холодного ветра прянула от руки Ильи во все стороны, буквально сдула стены и полуразрушенные башни древнего строения. На несколько мгновений обнажилась тяжелая громада настоящего храма, окутанная сеточкой змеящихся голубовато-фиолетовых молний. Затем она исчезла, как бы растворилась в воздухе, на ее месте возникли полупрозрачные, кисейные, как туманная дымка, стены развалин – они такими дымчато-прозрачными и остались, – но Илья уже определил местонахождение реально существующего открывшегося входа в храм и бросился туда, все еще находясь в состоянии о з а р е н и я, рожденного струей резонанса светлых с и л.

— А если я откажусь? — Это был вопрос чистой риторики, как говаривает брат Фор.

— Барон Лантэн все еще за дверью. Прогуляешься с ним до Серых камней, — усмехнулся Алистан.

Антон прыгнул за ним. Задержись он хотя бы на мгновение – пройти в храм ему бы не удалось.

Понятно. Значит, вот как. Либо суй голову в Храд Спайн, либо подыхай в Серых камнях, и еще неизвестно, что лучше. Будь моя воля, я бы выбрал Камни, но тут, пожалуй, можно рискнуть и обмануть весь этот безумный Совет.

Оба оказались внутри огромного помещения с толстыми витыми колоннами, с куполообразным потолком и крупноблочными стенами, на которых крепились подсвечники в виде все тех же фаллосов, а также барельефы с изображениями жутких клыкастых звериных морд. Помещение напоминало церковный трансепт, но не имело обычного иконостаса и крестов с распятым телом Христа.

— Согласен, — кивнул я и встал с кресла. — Теперь я могу идти?

Пол этого помещения был выложен серыми и черными плитами в шахматном порядке, и на нем виднелись чьи-то светящиеся следы размером в три человеческие ступни: не то копыта с когтями, не то медвежьи лапы необычной формы. Но Илья почему-то знал, чьи это следы. Их по легенде храма оставил его основатель – сам демон Морок.

Свечи в подсвечниках не горели, но откуда-то сверху в зал просачивался сероватый свет, создающий неуютный зыбкий сумрак. Казалось, в углах зала прячутся привидения, глядящие на людей голодными глазами.

Что же, я получил реальный шанс дать деру, пока совсем не запахло жареным.

— Конечно. — Король вяло махнул рукой, и его огромный перстень сверкнул в пламени свечи. — Значит, ты принимаешь Заказ?

Антон здесь еще ни разу не был, Илья же во время первого посещения храма сподобился познакомиться с планом здания и знал, что они попали в главную молельню храма, где по утрам и вечерам собирались жрицы и хранители, чтобы исполнить древний ритуал причащения к дыханию Госпо-дина.

– За мной! – выдохнул Илья, бросаясь за ряд колонн слева. Канал о з а р е н и я – связи со светлыми богами русского пантеона – все еще пульсировал в его сердце и вел вперед.

Вот тут-то я сел обратно в кресло. Хотел обмануть всех, посчитав себя самым изворотливым угрем, а обманули в итоге меня. Да-а, правду говорит молва — во Внутреннем городе водится много щук, способных одним движением заглотнуть угря.

Цата в руке Пашина метнула золотистый лучик.

Заказ. Когда мастер-вор идет на задание клиента, то он принимает Заказ. Заказ, который скрепляет сделку вора и заказчика покрепче золота. Беря Заказ, вор обязуется исполнить его, а в случае неудачи вернуть задаток с процентами от общей суммы сделки, а клиент обязательно заплатит после выполнения Заказа. Заказ — нерушимый договор мастера-вора и заказчика. И нарушить, порвать, вильнуть в сторону без соглашения обеих сторон невозможно. Сагот четко следит за исполнением договора. Как говорят мастера, можно обмануть тьму и расторгнуть сделку даже с ней, но не с Саготом. Наказание последует незамедлительно. Ну, вроде попадания в цепкие руки стражи на месте преступления или заключения в тюрьму; удача может отвернуться от ночного охотника, или он наткнется на нож в темном и таком безопасном ранее переулке. Да и заказчику не поздоровится, если он без всяких причин откажется платить. Покровитель воров закрывает глаза на мелких воришек и обычное ворье, но не на мастеров-воров, работающих по выгодным наводкам.

Сплошная стена между колоннами покрылась сеточкой змеящихся голубых молний, в ней образовался черный прямоугольник входа.

Как вы поняли, я влип. В который раз за несколько дней!

Отказаться от Заказа — это значит расписаться в своей недавней лжи о согласии сотрудничать и отправиться в самую некомфортабельную камеру Серых камней с видом на Холодное море. Согласиться — значит уже не сбежать, потому как Заказ меня будет крепко держать. От него уже не отступишь, разве что король вдруг передумает, чтобы я искал этот проклятый Неназываемым Рог. Эх, прощайте ночные улицы Авендума и сундуки мирно спящих богатеев! Придется соглашаться.

Десантники миновали короткий коридор, ссыпались по истертым тысячами ног ступеням лестницы вниз, на подземный горизонт здания, где располагался огромный круглый бассейн, окруженный парапетом. В этом бассейне обитал сын Морока и Мары изверг Ягья, и отсюда начинались коридоры в кельи Хриса и верховной жрицы, а также в кельи и камеры, где содержались пленницы служителей храма.

— Какие условия? — обреченно спросил я у Сталкона.

– Разделяемся! – шепнул Илья, снимая шлем. – Я иду вниз, к подземельям, где наверняка томятся пойманные девочки. Ты проверь кельи верховной жрицы. Не забыл, где они располагаются?

— До начала января ты должен доставить в столицу Рог Радуги.

— Плата?

– Помню, – сквозь зубы проговорил Антон, также снимая шлем; эта защитная шапка была ему не нужна, так как не столько защищала, сколько мешала прислушиваться к долетавшим сюда звукам и не пропускала т о н к и е псиэнергетические вибрации.

Они разошлись.

— Пятьдесят тысяч золотом.

— Задаток? — Я постарался, чтобы мой голос не дрожал.

Илья тенью проскользнул в арку тоннеля, ведущего к нижним горизонтам храма. Антон, наоборот, поднялся на балюстраду, опоясывающую зал, и метнулся в узкий, как щель, проход, по которому верховная жрица спускалась или поднималась в свои апартаменты.

Однако до келий жрицы он не дошел.

Пятьдесят тысяч… Конечно, не половина королевства и не рука принцессы из сказки, но есть где развернуться… На такие деньги можно безбедно жить нескольким поколениям. Состояние некоторых баронов и графов будет втрое меньше названной суммы.

— Сколько нужно?

Коридор пошел вниз, вверх – на шесть ступенек, повернул, вывел к небольшой комнате, напоминающей холл с бугристыми, неровными, покрытыми коростой светящейся плесени стенами. Форму холл имел квадратную, по его углам стояли чудища в два человеческих роста с гипертрофированно увеличенными гениталиями. Холл казался пустым и венчал коридор, то есть представлял собой тупик. Но Антон знал, что вход в кельи верховной жрицы находится здесь, поэтому смело шагнул вперед… и замер, увидев появившуюся в центре холла полупрозрачную белесую фигуру.

В течение секунды фигура перестала колебаться, обрела плоть и жизнь и превратилась в черноволосую женщину ослепительной, но какой-то грозной, властной красоты, одетую в кисейно-багровый не то халат, не то монашеский наряд.

Я на миг задумался, заколебавшись. Все равно постоянно таскать с собой больше трехсот золотых — это надорвать пупок.

— Двести. Скуплю весь инвентарь магических лавок города. Нужно основательно подготовиться, прежде чем класть голову в пасть огру.

– Куда это мы так торопимся, мужчинка? – произнесла женщина приторно-игривым тоном. – Может быть, познакомимся?

— Получишь деньги при выходе из дворца. Кстати, не забудь свои игрушки. Это все?

— Прошу вас сказать официальную фразу, если она, конечно, знакома вашему величеству.

– С дороги! – проговорил Антон, прекрасно понимая, что перед ним колдунья. – Мне не нужна твоя жизнь! Отпусти пленниц, и мы расстанемся друзьями!

— Я прошу принять Гаррета-тень мой Заказ, — произнес король официальную формулировку договора вора и заказчика.

– Неплохое предложение, мужчинка. В другое время я бы задумалась над ним. Одно плохо: здесь я хозяйка, я имею право приказывать и предлагать, я казню и милую, а все непрошеные гости – всего лишь презренные воры, шудры, парии, просители, не имеющие права называться Витязями.

— Я принимаю Заказ, — вздохнул я.

– Я еще не Витязь, – глухо сказал Антон. – Но презренные воры – вы! Это именно вы крадете наших любимых, жен и детей, именно вы служите дьяволу, именно вы – убийцы и негодяи! Прочь с дороги, ведьма, иначе!..

— Услышано. — Эльфийка сверкнула клыками и накинула на лицо вуаль.

– Что? Иначе что? Ты посмеешь выстрелить в женщину? Попробуй. – Евангелина презрительно рассмеялась.

– Ты не женщина! Ты бездушная тварь!

Не было ни громов, ни молний. Просто где-то там Сагот запомнил и теперь будет внимательно следить за исполнением условий сделки. Или не он, а его слуги. Самое главное, что Заказ придется исполнить. Костьми лечь, но исполнить, потому что от судьбы не убежишь. И не исполнить его совсем невозможно. Нельзя уйти в Храд Спайн, притаиться у выхода, а потом сказать: извините, не вышло, хоть и пытался. Не зря говорили, что Сталкон умен. Он закрыл все щелочки и лазейки, назвав огромную сумму. И если у меня ничего не получится, я должен буду вернуть задаток и огромнейший процент от основной суммы. А таких денег у меня нет. Выходит, что Заказ будет нарушен.

– Очень мило! Меня оскорбляют в моем же собственном доме! Что ж, придется дать урок вежливости.

— Пряздрявлям, Гаррет! — Кли-кли отвесил мне изящный поклон и подергал ножками, видимо пытаясь скопировать какой-то жест из неизвестного мне придворного этикета. Смешно, не скрою, но мне сейчас не до смеха. — Теперь ты человек короля.

Черноволосая и черноглазая красавица взмахнула рукой, и в Антона полетел туманно-сверкающий шарик величиной с мячик для настольного тенниса. Он с трудом увернулся. Шарик воткнулся в стену помещения, взорвался языками ядовито-зеленого блескучего пламени и проделал в стене звездообразную дыру величиной с велосипедное колесо.

Я не знаю, чего он ко мне привязался. Может, моя рожа приглянулась? Кто поймет этих безумных гоблинов?

— У меня вопросы.

– Хорошая реакция, – похвалила Громова верховная жрица. – От ниргуны еще никто не уворачивался, ты первый. А что, если я сделаю тебе «темную» – справишься? Если сможешь – возьму в свою свиту.

– Я буду вынужден выстрелить! Где Владислава? У тебя?

Все «ваши величества» были отложены на потом. Сейчас был только заказчик, мастер-вор и Сагот, следивший за нами с небес или где он там живет.

— Да?

Верховная жрица изломила бровь, смерила Антона взглядом.

— Я отправляюсь один?

– Не нравится мне твой тон, не-Витязь. И настроение… Однако предложение остается в силе. Попробуй мне посопротивляться, меня это возбуждает.

Антон вскинул пистолет… и почувствовал, что рука онемела, палец на курке застыл, перестал двигаться. А потом на голову обрушилась темнота.

У меня промелькнула мыслишка, что если поеду один, то точно не доеду. Или заблужусь в лесах Заграбы, или попросту не доеду — пристукнут где-нибудь по дороге.

— Нет. Но мы решили, что в этот раз отряд должен быть маленьким и двигаться надо скрытно. Чьи-то глаза следили за первыми экспедициями. Слуги Неназываемого, может кто-то еще, мы не знаем.

Это был все тот же н е п р о г л я д – заклинание, блокирующее у человека передачу сигналов по нервным стволам от глаз к мозгу, поэтому паниковать не стоило. Заклинание действовало до тех пор, пока оператор держал объект воздействия в поле внимания. Но положение Антона мгновенно ухудшилось, он не видел своего противника и не мог отклониться от броска энергетической «гранаты», уповая только на интуицию и состояние боевого транса.

– Лови! – крикнула колдунья со смехом.

— Насколько небольшой отряд? — нахмурился я.

— Леди Миралисса и два ее соотечественника будут проводниками в лесу и прикроют вас магически.

Антон метнулся в сторону, ударился плечом об угол арки. Замер, превращаясь в слух.

— Стоп! — Я даже не обратил внимания, что перебил самого короля. Алистан нахмурился, но мне на это было плевать. Перед Заказом все равны. — Вы сказали — магически… А сколько магов поедет с нами?

Верховная жрица снова засмеялась.

— Ни одного, — отрезал очнувшийся от созерцания огня Арцивус.

Я немного помолчал, нервным жестом взлохматил волосы и произнес:

Антон уловил ток холодного воздуха, всегда сопровождавшего проявление магических сил, почуял протянувшуюся к нему струю угрозы и нырнул на пол коридора. Кожу спины свело судорогой, словно ее стегнули электрической плетью. С коротким грохотом взорвалась «граната» Евангелины, выбившая в стене коридора очередную звездчатую каверну.

— Мне только что послышалось, будто вы сказали…

– Молодец! – снова похвалила она Громова. – Конечно, тебе еще далеко до кондиций Витязя, но кое-что ты умеешь. Давай еще разок сыграем в эту игру.

— Ни одного, — так же твердо произнес архимаг. — Мы и так потеряли в этих проклятых Костяных дворцах восьмерых лучших. Все маги понадобятся на стенах города, если ваше предприятие окончится неудачно.

Антон вскочил на ноги, переходя на кожное зрение, и увидел-почувствовал стремительное движение руки Евангелины. А так как она о т п у с т и л а его мышцы, увлеченная игрой, он принял единственно правильное решение – в течение долей секунды сделал два выстрела из пистолета.

Час от часу не легче. Проще скинуть нас всех в лабиринт орков. Меньше трепыхаться будем. Без хорошего мага в лесах Заграбы, а тем более в Храд Спайне делать нечего.

Первая пуля попала в туманный шарик энергетической субстанции, которую сама жрица называла ниргуной.

— Кроме троих эльфов с вами отправятся десять Диких Сердец, которые сопровождали леди Миралиссу от Одинокого Великана. И еще милорд Алистан. Он будет командовать вашим отрядом.

Произошел необычный – какой-то ватный, глухой, но шатнувший весь объем холла взрыв, сопровождавшийся яркой сиреневой вспышкой света. Ударная волна этого взрыва отбросила Антона в глубь коридора и шмякнула о ребро стойки, так что он едва не потерял сознание.

Алистан бросил на меня кислый взгляд. Видно, ему не улыбалось путешествовать в компании вора. Крыса и Дикие составят небольшой кулак, которым можно будет отбиться от маленького отряда нападающих, если такие встретятся на пути. Так сколько же нас? Выходило, что пятнадцать. Хотя какое мне до них дело? Мне бы выполнить свою работу.

Вторая пуля попала Евангелине в руку и пробила запястье, а затем снесла ей мочку уха. Жрица вскрикнула от неожиданности и боли. И от этого дикого крика Антон снова едва не потерял сознание, нырнув в дурноту как в омут. Очевидно, колдунья владела магическим р е ч е н и е м и могла звуковыми мантрами воздействовать на психику и физическое состояние человека.

Черная пелена сползла с глаз Антона, зрение вернулось к нему. Однако он вряд ли смог бы долго сопротивляться верховной жрице храма, в которую вселилась «проекция» Морока, многократно усилив ее природные магические возможности.

— Хорошо. Когда выступаем?

— Чем скорее, тем лучше.

Вне себя от ярости и гнева, Евангелина метнула в противника один за другим три шарика ниргуны, заставляя его скакать из стороны в сторону, как зайца, извлекла откуда-то из складок своего необычного наряда клюку с острым концом и направила на пригнувшегося, готового к прыжку Антона.

— Тогда к концу недели, — посчитав дни, сказал я.

— Что?! — Алистан сделал шаг в мою сторону. — Ты издеваешься?!

– Ты меня разозлил, мужчинка! Попробуй, увернись от посохи!

— Я? Нисколько. — Я покачал головой, давая понять рыцарю, что у меня и в мыслях не было насмехаться. — Мне нужно купить снаряжение, основательно подготовиться к походу. Я лично хочу вернуться из Храд Спайна живым. Месяц, может, два скачки до лесов Заграбы, пусть приблизительно и с огромным запасом, месяц в Храд Спайне и столько же назад, до Авендума. Вполне успеем вернуться к ноябрю — декабрю. С учетом отсутствия неприятностей, естественно. Ваше величество, мне нужен доступ в Королевскую библиотеку.

С острого конца палки сорвалась извилистая фиолетовая молния… но за мгновение до разряда Антон разрядил в Евангелину всю обойму… и молния пролетела мимо, унеслась в глубину коридора, выбила брешь в одной из вертикальных каменных стоек. А верховная жрица с визгом завертелась на месте, спасаясь от пуль, как от пчел, три из которых ужалили ее в плечо, в другую руку и в шею. Правда, на этот раз они не причинили жрице особого вреда, так как она успела защититься заклинанием «железной рубашки», тем не менее заставили ее обороняться и тратить энергию и время на поиск уязвимых мест противника.

Шут сказал глупость. Я прекрасно умею читать.

— Это еще зачем? — удивился старик-маг.

Она исчезла!

И появилась вновь, но уже в облике драконовидного чудовища с головой женщины.

— Не хочу в Храд Спайне бродить заблудившимся идиотом. Там и Неназываемый ногу сломит. Мне нужны планы и старые карты. Хотя бы той части, которую называют людской. Грок ведь похоронен не на нижних ярусах?

– Готовься к большой боли, воин! – гулким басом прорычала колдунья. – Ты проклянешь тот день и час, когда родился на свет!

— Нет. Его могила на восьмом ярусе. — Архимаг покачал головой.

Про себя я облегченно вздохнул. Хоть какая-то хорошая новость. Пускай и маленькая. Лезть в ярусы огров — самоубийство. Я до них бы просто не добрался живым. Сожрали бы по дороге. А до восьмого можно рискнуть.

Ее руки, превратившиеся в когтистые лапы, протянулись к Антону, удлиняясь на полтора десятка метров, и, наверное, достали бы его, но в этот момент кто-то с силой отшвырнул Громова в сторону, начертил кончиком ножа окружность, охватывающую Антона и самого незнакомца, и руки-лапы верховной жрицы вдруг наткнулись на невидимую преграду, отдернулись.

Колдунья взвизгнула.

— Это хорошо. Думаю, в библиотеке есть старые планы\'

— Есть. — Арцивус кивнул, а затем, поколебавшись, изрек: — Только могилы Грока на них нет, я уверен.

Антон схватился за уши: показалось, что у него лопнули барабанные перепонки.