Равнина Читауан, территория которой превышает 2600 кв. км, находится почти в 100 км к юго-западу от Катманду. Когда-то она была густо заселена, но потом люди здесь постепенно вымерли, очевидно, от малярии. Другие же племена не селились на равнине из-за боязни заболеть желтой лихорадкой. Кроме того, самовольно селиться в Читауане было нельзя, так как вся долина реки Рапти считалась охотничьими угодьями властителей Непала. Они устраивали там помпезные охоты с участием десятков ездовых слонов, которые должны были преследовать тигров и носорогов. Но это было нечасто, поэтому охоты не представляли угрозы для популяции редких животных (в Читауане тогда насчитывалось примерно 800 панцирных носорогов).

После 1951 года было введено ограничение на охоту, но в лесах стали орудовать браконьеры, которые устраивали облавы на носорога и тигра. За один только год было обнаружено 60 убитых носорогов, официально признанных жертвами браконьерства; однако всего 24 рога носорогов было конфисковано. Дело в том, что добыча, как правило, сразу же переправлялась через индийскую границу, и хотя приобретение носорожьих рогов в Индии официально запрещено, но если рог привезен из Непала, то на него запрет не распространяется.

Для парка характерны леса и болота. В парке лес, непроходимые заросли, поэтому даже со спины слона трудно что-либо разглядеть, но если всматриваться в окрестности, многое можно заметить.

Здесь обитает однорогий носорог, который уже привык к ежедневным посещениям туристов. Панцирных носорогов в Читауане может увидеть каждый посетитель, остановившийся в гостинице „Тайгер-Топс-джунгли-лодж“ (из тысячи носорогов, обитающих на всем земном шаре, каждый четвертый живет в Читауане).

Водятся здесь индийский слон, гаур, тигр, леопард, гималайский медведь, красные волки, олени (замбар, аксис, мунтжак), обезьяны, шакалы и др.

Если поплыть по реке Рапти или по Нараяни (в нее впадает Рапти), можно увидеть речных дельфинов, крокодилов и гавиалов.

Обитает в парке триста видов птиц.

Тигров гораздо меньше: только 20 особей живут непосредственно в национальном парке Читауан, хотя 150 индийских тигров разгуливают по королевству Непал.

В определенных местах Читауана для тигров ежедневно выкладываются приманки, тем не менее тигры приходят туда далеко не каждый день.

Самые же крупные национальные парки Непала — Сагарматха, расположенный у подножия Эвереста, и Лантанг, находящийся к северу от долины Катманду. Но и они не застрахованы от посягательств браконьеров.

Сагарматха славится мускусным оленем, или кабаргой. Рост этих оленей-карликов не превышает 70 см, а самцы имеют на своем животе железу, выделяющую мускус, — ценное сырье для фармацевтической промышленности (чтобы извлечь мускус, совсем не обязательно убивать кабаргу, можно это сделать хирургическим путем без всякого ущерба для животного).

Лантанг населяют снежные барсы (но их увидеть не так просто) и гималайские медведи.

Самое живописное место в Непале — кристально чистое и самое большое ледниковое озеро Papa. Оно расположено на западе страны, и вокруг него на высоте около трех тысяч метров над уровнем моря раскинулся заповедник. Здесь обитает редкое животное — малая, или красная, панда, которую непальцы называют кошачьим медвежонком. Этот пушистый зверек, длина которого не превышает метра, а вес трех-четырех килограммов, обитает в бамбуковых зарослях на склонах гор. Панда питается побегами бамбука, травой, плодами и желудями, упавшими на землю. Днем животное обычно спит в кроне деревьев, лишь с наступлением сумерек спускается на землю, чтобы с рассветом вновь вернуться в свое убежище.

НОВАЯ ЗЕЛАНДИЯ

Тонгариро

Один из первых национальных парков в мире — Тонгариро — расположен на центральном плато Северного острова Новой Зеландии, округ Веллингтон. Национальный парк занимает 765 кв. км горного района с тремя действующими и потухшими вулканами. Заповедник выполняет две функции: сохранение природы вулканического района Северного острова и использование территории для туризма и горнолыжного спорта.

Издревле эту землю народ маори считал священной, там нельзя было заниматься никакой хозяйственной деятельностью. В 1887 году вожди местных племен преподнесли в дар нации священный участок площадью более 2,6 тысячи га. В 1894 году на базе этой земли был создан национальный парк на территории 67,4 тысячи га.

Дорога от Палмерстон-Норта до Тонгариро сначала проходит по освоенной сельскохозяйственной территории: луга-пастбища разделены легкими металлическими ограждениями на квадраты одинакового размера. Овцы и коровы пасутся внутри огражденных территорий. Потом туристам приходится пробираться через вулканическую равнину, сложенную молодой лавой и покрытую пеплом. Тут же возвышаются горы (2000–2500 м над уровнем моря) конусовидной формы, их вершины покрыты вечным снегом. Этот район новозеландцы называют пустыней, однако это холмистая равнина, покрытая зарослями тасэка — невысоких растений с жесткими мелкими листьями красновато-желтого цвета. Лишь полное отсутствие людей напоминает пустыню. Пока едешь по этой территории, не встретишь ни одного поселка, ни одной фермы, ни традиционных для Новой Зеландии овец, так как животные не едят тасэк.

Часть этой „пустыни“ принадлежит заповеднику. Однако и та, что оставлена на пользование местному населению маори, по существу простаивает (естественные пастбища низкого качества, а водопои отсутствуют). Постепенно и этот район осваивается человеком: английские переселенцы специально выращивают здесь европейский вереск, для того чтобы впоследствии охотиться на шотландского рябчика; расширяются посадки сосны.

Главная достопримечательность парка — вулканы Нгаурухоэ, Руапеху, Тонгариро, покрытые шапками снега. Все три вулкана — действующие. Но если Тонгариро и Руапеху в последние годы дремлют, то над Нгаурухоэ все время висит облако дыма.

Вулкан Руапеху — самая высокая гора Северного острова (2797 м). В переводе на русский язык его название означает „гремящая бездна“. В его кратере находится горячее озеро, исчезающее во время оживления вулкана. Вода в нем теплая, а берега покрыты льдом и снегом. Зимой, когда к Руапеху съезжаются лыжники, находятся смельчаки, которые отваживаются поплавать в теплой воде. Но администрация заповедника предусмотрительно напоминает туристам, что вода в озере может неожиданно вскипеть.

Время от времени вулкан проявляет свой строптивый характер. Так, в марте 1945 года на озере появился остров, а через четыре месяца на его месте образовался огромный купол черной лавы. Произошли мощные взрывы. К декабрю извержение прекратилось, после чего остался кратер диаметром более чем 300 м, и он постепенно стал наполняться водой. Это извержение напомнило о себе грандиозной катастрофой, происшедшей спустя восемь лет. Оказывается, во время извержения вулкана был засыпан сток, через который обычно изливался избыток воды в озере. Теплая вода, скопившаяся в озере, размыла часть берега, и поток хлынул вниз по склонам вулкана. Он как раз и стал причиной катастрофы, произошедшей 23 декабря 1953 года. В этот день по маршруту Веллингтон — Окленд шел скорый поезд, переполненный пассажирами, спешившими на Рождество. Но когда поезд проезжал по мосту через реку Ухангаэху, он врезался в стену воды, льда и грязи. Водяной поток снес мост, и весь состав рухнул в реку. Погибли 154 человека.

Так что с Руапеху шутки плохи. Но люди иногда забывают, что вулкан может проявлять активность. Сейчас на склоне вулкана, на высоте 1500 м над уровнем моря, вырос поселок с туристскими базами, магазинами, кафе.

Вулкан Нгаурухоэ (2291 м) — самый активный из действующих новозеландских вулканов. Во время сильных извержений в 1949 и 1954 годах вулкан выбрасывал из своих недр раскаленные глыбы размером с одноэтажный дом, выпускал потоки кипящей лавы.

Вулкан Тонгариро (1974 м) — самый старый и наименее активный, на его вершине находится система кратеров, а на северных склонах бьют горячие источники Кететахи. Его последнее извержение было в 1896 году. Лишь над одним из его семи кратеров можно видеть струи пара. Здесь расположены горячее озеро и многочисленные горячие источники.

Этим трем вулканам посвящена интересная маорийская легенда, о которой поведали И. Железнова и И. Лебедев в своей книге „Киви“: „В давние времена у Таупо, в самой середине Рыбы Мауи, жили Горы. Они жили в дружбе и согласии. Вместе они трудились, вместе пировали, вместе веселились. Но потом они стали ссориться. Те, что помоложе, не выдержали и ушли: одни на юг, другие — на север. Остались только Тонгариро, Руапеху, Нгаурухоэ и Таранаки. Тонгариро взял себе в жены Пихангу, красивую маленькую Гору, которая жила неподалеку. Их детьми были Снег, Град, Дождь и Непогода. Пиханга любила седоголового Тонгариро и была верна ему. Она не желала слушать Таранаки, домогавшегося ее любви. Но Таранаки упорствовал. Тогда разъяренный Тонгариро бросился на него. Таранаки обратился в бегство. За одну ночь он добрался до самого края земли. Там стоит он и поныне. Таранаки не опасается более гнева Тонгариро, но иногда закрывает свое чело пеленой тумана, чтобы скрыть слезы: он тоскует по Пиханге. А когда Тонгариро вспоминает о дерзости Таранаки, в груди его закипает пламя гнева, и тяжелое облако черного дыма поднимается над его вершиной“.

На территории парка представлены ландшафты различного типа: лесо-кустарниковые заросли, кустарниковые пустоши, степные пастбища и т. п. Хорошо развитый лес — смешанный субтропический лес из экзотических пород деревьев и густых зарослей древовидных и травянистых папоротников сравнительно мало изменен человеком. Встречаются смешанные леса из различных видов бука, красной сосны и других деревьев и безлесные равнины.

Здесь произрастает множество эпифитов и растений с воздушными корнями. На горах, на уровне выше 850 м, простираются леса из серебристого и горного бука (мелколистная вечнозеленая форма). На высоте около 1600 м расположена снеговая линия. В парке, в центральной его части, организован небольшой альпийский ботанический сад, где на площади около 1 га собрано 450 видов растений, встречающихся только в Новой Зеландии.

В парке много интересных птиц, в том числе краснолобый попугай, сокол, синяя утка и др.

В Тонгариро живет северный киви — ночная птица, родственник страуса, размером с курицу, без крыльев и хвоста, с длинным клювом. Птица покрыта бурыми перьями, напоминающими длинные толстые волосы. Величиной она не больше курицы, но клюв ее длинный (до 20 см) — он служит ей опорой, когда птица отдыхает. Клюв киви напоминает клюв вальдшнепа. Ноздри открываются на самом конце клюва и ведут в развитые обонятельные полости. Основание клюва снабжено чувствительными щетинками — вибриссами, с помощью которых киви легко находит червей под землей.

Эти птицы не летают, не лазают по деревьям. Весь день спят, забившись в укромное место, а ночью выходят на охоту. Поглощают массу червяков и личинок, но никогда ничего не пьют.

Киви — своеобразный рекордсмен среди птиц: его яйцо весит до 500 г — это примерно в четыре раза больше, чем можно было бы ожидать от птицы массой 3–3,5 кг. Некоторые ученые полагают, что такие крупные размеры яиц — результат происхождения этих птиц, потому что киви развивались как карликовая форма вымерших новозеландских моа: птицы уменьшались в размере, а величина их яиц оставалась прежней. Яйцо, снесенное птицей (всего одно яйцо в год), высиживает самец киви в течение двух с половиной месяцев, при этом он теряет треть своего веса. Позже сам самец и выращивает птенца.

Киви не поет, единственное, на что птица способна, — это произносить тоненько и протяжно „киуи“. Благодаря этому звуку она и получила свое название.

Киви стал эмблемой Новой Зеландии. Его изображение можно видеть на географических картах, рекламных проспектах, открытках, переплетах альбомов и книг, многочисленных сувенирах, украшениях. Силуэт птицы-символа соседствует с профилем английской королевы на новозеландских монетах. Кстати, киви называют в шутку и самих новозеландцев.

В лесах национального парка проживают и другие аборигенные виды птиц: белоглазки, медососы, плотоядные и веерохвостые голуби, попугаи, растительно-плотоядный зеленый нестор. Встречаются, хотя и редко, птицы, которые считались вымершими, — нелетающие пастушки.

В этих краях водятся также лоси, дикие свиньи, кролики и зайцы. Обитают олени, завезенные европейцами (вообще на Новозеландских островах встречается их от 600 до 800 тысяч голов). Эти олени наносят большой вред лесам, поэтому они не охраняются. Более того, охота на них поощряется. Создаются даже специальные группы охотников, занимающиеся отстрелом животных.

Тонгариро — одно из самых популярных туристических мест в стране, в течение года его посещает более 80 тысяч туристов, а в сезон горнолыжного спорта здесь бывает 5 тысяч человек и более.

Здесь есть гостиницы, мотели, клубы. Туристический центр района — большой отель „Шато“, построенный в 1929 году, но позже реконструированный. Рядом расположены туристический лагерь, небольшой научно-популярный музей, магазины, мастерские и т. д.

В Тонгариро оборудованы места для пикников, лыжные трассы. Устроены взлетно-посадочные полосы для небольших самолетов. Для туристов, альпинистов и горнолыжников разработаны многочисленные маршруты.

Фьордленд

Национальный парк Фьордленд — самый крупный новозеландский парк, расположенный на острове Южный, в округе Отаго, и один из крупнейших национальных парков мира. Он был создан в 1952 году и занимает площадь 12 116 кв. км.

Здесь расположены прекрасные горы (Камерон, Хантер, Мурчисон, Стюарт, Франклин) с ледниками, водопадами, альпийскими лугами. А также реки, озера, пещеры с известковыми образованиями, на побережье — фьорды.

В низинах Фьордленда произрастают почти в первозданном виде дождевые леса, выше — субтропическая растительность, потом — низкорослый кустарник. Еще выше находятся альпийские луга, а вершины покрыты снегами. Говорят, глубокие фьорды, далеко врезающиеся в сушу на крайнем юге Южного острова Новой Зеландии, вполне могут поспорить своей суровой красотой с фьордами Норвегии.

Вакатипу — самое длинное озеро страны. Его длина с юго-востока на северо-запад — около 100 км. В некоторых местах глубина озера достигает 400 м. В него впадает 25 речек, каждая из которых вместо названия имеет порядковый номер. Вода в озере необыкновенно чистая и прозрачная.

Любопытно, что вода в этом озере каждые пять минут то поднимается на 7,5 см, то опускается до прежнего уровня. По этому поводу новозеландцы говорят, что под водами Вакатипу бьется сердце Южного острова.

А вот какое объяснение этому явлению можно найти в одной из маорийских легенд. И. Железнова и И. Лебедев поведали эту легенду: „Маната, дочь вождя, и юноша Матакаури полюбили друг друга. Но они не могли пожениться, так как отец прочил Манату другому. Однажды злой великан Матау напал на селение и унес Манату в свои владения, в глубь покрытых снегом гор. Тогда вождь в отчаянии обратился ко всем молодым воинам селения, моля их спасти дочь. „Я отдам Манату в жены тому, кто спасет ее!“ — воскликнул он. Никто не решался идти в логово страшного великана, только Матакаури вызвался это сделать. Храбрый юноша поднялся в горы, и ему удалось освободить Манату, пока великан спал. Но Матакаури понимал, что, проснувшись, Матау обратит свой гнев против всех жителей селения. Поэтому он вновь вернулся в горы, где по-прежнему спал великан, положив голову на одну гору, а ноги — на две других. Много дней и ночей трудился Матакаури, принося из леса охапки хвороста и сухой травы и укладывая их громадными грудами вокруг тела спящего Матау. Затем, потерев друг о друга два куска дерева, Матакаури добыл огонь и со всех сторон поджег хворост и траву. Пламя охватило вершины гор, и дым закрыл солнце. Огонь проглотил великана. Пожар был так силен, что пламя прожгло землю. Образовалась огромная впадина, напоминающая своей формой тело великана. Дожди и горные реки наполнили впадину водой, превратив ее в озеро. Люди назвали это озеро Вакатипу. Глубоко на его дне лежит сердце Матау. Только сердце великана не сгорело. Оно живо, оно бьется. С каждым его ударом воды озера то поднимаются, то падают“.

К западу и юго-западу от озера Вакатипу, на побережье Тасманова моря, находится страна фьордов Новой Зеландии. Тасманово море во многих местах глубоко вдается в сушу, образуя узкие, но длинные фьорды. Берега фьордов отвесные, как стены, поросшие густым лесом.

Климат этого края влажный, почти каждый день идет дождь. Говорят, здесь есть еще такие места, где никогда не ступала нога человека. Новозеландские географы до сих пор наносят на карту новые горные вершины, реки, озера, долины.

Милфорд-Саунд — самый известный из фьордов. От озера Вакатипу к нему можно пробраться по узкой дороге по ущелью (Чудо-тропе). Здесь, в Милфорд-Саунде расположена крупнейшая туристическая база.

Даски-Саунд — другой фьорд, который врезается в сушу на юге страны. Здесь когда-то находился лагерь экспедиции Кука.

В глубине острова находятся высокие труднодоступные хребты, вершины которых покрыты снегами. Их склоны поросли густым лесом, выше — зарослями непроходимого кустарника. В лесах много мхов и лишайников. Здесь растет мох, достигающий более 60 см в длину, — самый длинный мох в мире.

Природа Новой Зеландии, по словам очевидцев, довольно своеобразная и неповторимая. И. Железнова и И. Лебедев пишут: „Здесь более чем на пятьдесят метров в вышину вздымаются прямые, похожие на серые колонны, стволы гигантских „сосен“ каури — самых больших деревьев на земле после американской секвойи. Старейшие из них, возраст которых исчисляется десятью-пятнадцатью веками, имеют в окружности до восемнадцати метров. Некоторым из этих патриархов леса маори, как бы очеловечив их, дали имена. Одного из таких великанов зовут, например, Тане махута (Отец леса). Из ствола Тане махута можно было бы добыть столько древесины, что ее хватило бы на постройку целого небольшого поселка.

Здесь нежные орхидеи цветут рядом с ледниками, а ромашки растут на деревьях. Пышные букеты этих простых, знакомых нам цветов колышутся высоко над головой, на ветвях ромашковых деревьев“.

Сохранились в этом районе Новой Зеландии эндемичные виды птиц.

Попугай кеа, окрашенный в разные оттенки зеленого цвета с оранжевым надхвостьем, досаждает человеку своим любопытством (с помощью крючковатого клюва он все исследует). Даже в метель кеа бродят по снегу, роясь в нем клювом. Туристы, приезжающие в эти края покататься на лыжах, принимают их издали за ворон: настолько и внешним видом, и образом жизни они не похожи на попугаев. Попугай кеа питался исключительно зеленью, пока в Новую Зеландию не были завезены овцы. Мясо этих животных пришлось ему по вкусу. Сначала он ел отбросы у скотобоен, потом сам стал потрошить павших овец, добивать больных. Затем и на здоровых овец начал нападать: сядет на спину и рвет острым клювом сало и мясо.

Кроме кеа на территории национального парка водятся кричащие лесные попугаи ка-ка, белые цапли, кустарная малиновка, крошечный горный королек и др. В лесу встречается киви, на морском побережье — пингвины. Водятся изумрудный попугай, желтая ворона, туи — сине-черно-зеленая птица с белой манишкой на груди, ее голос очень мелодичен.

Особо охраняются почти исчезнувшие виды птиц — совиный попугай какапо и пастушок такахе. Какапо называют еще совиным попугаем, потому что он очень похож на сову. У него очень красивое оперение, дымчатого серовато-зеленого цвета с черными крапинами. Голова широкая и плоская, как у совы, с большими глазами. Какапо редко летает, причем неуклюже, он чаще бегает по земле, ведет ночной образ жизни.

Такахе — нелетающая птица размером с большого гуся. У нее яркое, красивое оперение, сильные ноги, короткий толстый красный клюв.

Впервые такахе обнаружили в XIX веке. На Южном острове, особенно по берегам двух больших ледниковых озер Те-Анау и Манапоури, водилось так много этих птиц, что маори устраивали ежегодную охоту на них зимой, когда снегопад вынуждал птиц спускаться с гор в поисках пищи (когда-то страну фьордов маори называли местом, где живут такахе). Ко времени прибытия европейцев от этих птиц остались лишь одни кости. Однако в 1849 году на острове Резолюшн впервые была поймана живая такахе, и ловцы ее съели. Через два года была поймана еще одна птица, которую постигла та же участь. Однако шкурки обеих птиц были приобретены неким Мэнтеллом, и он отправил их в лондонский Музей естественной истории. Только в 1879 году недалеко от озера Те-Анау удалось снова поймать птицу, а в 1898 году одну такахе поймала собака. Позже эту птицу больше никто в этих местах не встречал, однако ученый Дж. Б. Орбелл отправился в 1948 году ее искать. Когда он ее нашел, и не в единственном экземпляре (численность птиц определяли в 30–50 штук), правительство Новой Зеландии объявило район вокруг озера Те-Анау (около 2 тысяч кв. км) заповедником.

В стране фьордов обитает множество оленей и лосей. Водятся дикие свиньи, которых называют капитанами Куками, так как они ведут свое происхождение от поросят, сбежавших из лагеря Кука.

Маунт-Кук

Национальный парк Маунт-Кук (около 70 тысяч га) занимает самую высокую часть Новозеландских Альп, на острове Южный, округ Уэстленд и Кентербери. Он был создан в 1953 году. Этот участок Южных Альп имеет 17 вершин высотой около 3000 м, здесь много ледников (в том числе ледник Тасмана длиной около 30 км).

Главная достопримечательность этого парка — гора Кука (3764 м), имеющая седловидную вершину и покрытая вечными снегами. Это самая большая вершина Новой Зеландии. Маори, представители коренного населения Новой Зеландии, называют эту вершину Аораки — Пронизывающая облака.

Рядом с горой Кука вонзают в небо свои острые вершины горы Тасмана (3498 м) и Дампьера (3440 м). Они, как десятки других вершин Южных Альп, покрыты вечными снегами и ледниками. Девятнадцать вершин поднимаются на высоту более трех тысяч метров.

Кук и Тасман — одни из самых популярных имен в Новой Зеландии. Острова, носящие название Новая Зеландия, были заселены полинезийцами в X–XIV веках. Голландец Абел Янсзон Тасман открыл их в 1642 году для европейцев. Первые слова, сказанные о Новой Зеландии европейцем, были такими: \" Большая гористая земля“. Англичанин Джеймс Кук обследовал острова во второй половине XVIII века и открыл их в 1769 году вторично для европейцев и, выполняя секретные инструкции английского адмиралтейства, объявил Новую Зеландию владением английской королевы. Англичане начали заселять Новую Зеландию с 1840 года.

Окружающий самую высокую вершину страны — гору Кука — ландшафт сформирован в основном ледниками. По сторонам горы Кука находятся ледники Хукера (на западе) и Тасмана (на востоке). Ледник Тасмана, названный именем голландского мореплавателя, тает уже в течение 20 тысяч лет. Вытекающая из этого ледника река Тасман устремляется сначала в горную долину, а потом петляет по „каналу“ из щебня и осадочных пород и впадает в озеро Пукаки. Ледяная река, идущая от ледника Тасмана, между хребтами Кука и Бруна, простирается на 30 км и достигает ширины 2–3 км. Неслучайно она пользуется большой популярностью у туристов и горнолыжников. Новозеландцы утверждают, что это самая длинная горнолыжная трасса в мире.

Хермитидж — самый известный в стране горный курорт и туристская база — расположен у подножия горы Кука. Здесь любят бывать новозеландские альпинисты. Говорят, что в этих краях начал делать свою карьеру один из известных современных альпинистов — новозеландец Эдмунд Хиллари (Хиллари и Тенсинг в мае 1953 года первыми поднялись на Джомолунгму).

„Одно из наиболее интересных восхождений я совершил в районе горы Кука в Южных Альпах, — писал Хиллари, — там, где гигантские, покрытые льдом вершины бросают вызов искусству и умению альпиниста“.

Однако Хиллари в этих горах столкнулся с неменьшими опасностями, чем в Гималаях. Здесь нередки сильные ливни, которые отшлифовывают и полируют поверхность ледников, а это, конечно, затрудняет и без того сложное восхождение на вершину.

Из Хермитиджа хорошо видна гора Кука. Приблизиться к ее вершине можно, воспользовавшись небольшим телескопом, установленным на постаменте рядом с гостиницей Хермитиджа. Можно даже совершить полет на легком самолете специальной авиакомпании, которая с небольшого аэродрома доставляет туристов и лыжников на ледники. Можно даже облететь на самолете вокруг горы Кука и других вершин.

Однако не только снег да лед — характерная особенность горы Кука. На высоте 900 м над уровнем моря растет эдельвейс, низкие горные склоны покрыты фиалками, незабудками, первоцветом. Для этой местности характерны леса, кустарниковые заросли и альпийская растительность. Из животных обычны серна, гималайский тар и благородный олень, акклиматизированные здесь в начале XX века. Среди птиц охраняется попугай кеа и др.

Вообще природа Новой Зеландии уникальна: из 1900 видов высших растений 1455 видов существует только в Новой Зеландии. За последние полтора столетия лесные массивы островов сократились на 60 процентов. Были уничтожены места обитания многих эндемичных видов животных и растений, многие из них не выдержали конкуренции со стороны видов, завезенных европейцами. Первыми осознали, что произошло сильное обеднение природы, аборигены — маори. Поэтому по их инициативе был организован первый в стране национальный парк Тонгариро.

Национальный парк Уэстленд (1175 кв. км) соединен с национальным парком Маунт-Кук. Здесь можно видеть красивейшие картины, созданные природой: горы, ледники, озера, леса. Вообще климатические условия здешних мест способствуют образованию очень больших ледников. Ледники центральной части Южных Альп занимают более тысячи квадратных километров площади. Самые известные из них — ледники Франца-Иосифа и Фокса. Ледники западных склонов Новозеландских Альп спускаются с гор чрезвычайно низко — до 213 м над уровнем моря. Ледник Франца-Иосифа — рекордсмен среди них.

И. Железнова и И. Лебедев пишут: „Ледник Франца-Иосифа знаменит тем, что его серебристые языки сползают по склонам гор до двухсот метров над уровнем моря и прямо вдаются в чащу вечнозеленого леса. Так низко на этой широте, пожалуй, не опускается ни один ледник мира. Здесь можно увидеть удивительную картину: искрящиеся на солнце глыбы льда и совсем рядом зеленые, покрытые яркими красными цветами деревья. Достопримечательность этого горного района — ледопад Хохштеттера. Начинающийся высоко в горах ледник шириной в километр где-то посредине по пути в долину низвергается с тысячеметрового обрыва. Сползая, масса льда обламывается на гребне обрыва и рушится вниз“.

Растительность этого национального парка сохранилась почти в нетронутом виде.

Национальный парк Артур Пасс (98,4 тысяч га) расположен в центральной части Южного острова, на горном плато. Он был создан в 1929 году для охраны высокогорной растительности и огромного водопада.

Хребет Мэйн Дивайд служит барьером для господствующих северо-западных ветров, несущих большую влагу с моря. Это во многом определило разнообразие растительности и фауны парка.

В лесах встречаются вечнозеленые виды, выше идет зона альпийской растительности. Кроме эндемичной орнитофауны здесь распространены виды животных, ставшие вредителями местных экосистем (благородный олень, выпущенный в 1897 году недалеко от будущего парка, быстро расселился по округе).

На территории парка есть несколько базовых лагерей скалолазов и альпинистов, которые начали развиваться здесь с 1923 года, когда через парк прошла дорога, соединяющая восточное и западное побережья острова. За двадцать лет альпинисты и скалолазы покорили все 35 горных вершин парка. Неменьшей популярностью парк пользуется у горнолыжников, а летом — у туристов, желающих совершить пешеходные прогулки.

Сейчас 15 национальных парков страны входят в систему особо охраняемых территорий (к ним относятся также резерваты и лесные парки). Таким образом, почти 14 процентов площади страны относится к охраняемым природным территориям.

В 1952 году был принят закон „О национальных парках“. Согласно этому документу, природа парков, объекты истории и археологии сохраняется в естественном состоянии, в пределах парков выделяются участки, где запрещается какое бы то ни было строительство. Посетители допускаются в парк без ограничений и бесплатно (пользование хижинами-приютами, музеями природы и автостоянками, расположенными в административных центрах парков, бесплатное).

В новозеландских национальных парках выделяются четыре зоны: научная, дикой нетронутой природы, естественной природной среды, обслуживания посетителей.

В национальных парках Новой Зеландии разрешены спортивный лов рыбы (по лицензиям), горнолыжный спорт, спортивное скалолазание и альпинизм. Разрешается лицензионная охота на некоторых животных (благородный олень, кабан, косуля, горный козел, опоссум). Парки находятся на расстоянии 50-350 км от основных городов страны и открыты в любое время года. Тем не менее посещаемость парков довольно низкая, правда, и контроль за числом посетителей отсутствует.

Восемь парков Новой Зеландии расположены в горной местности, и лишь парки Фьордленд и Абел Тасман находятся на морских побережьях. Во всех парках удивительно богатая растительность и невероятно бедная фауна, самая древняя в мире.

РОССИЯ

Аскания-Нова

Аскания-Нова — это уникальный уголок природы: здесь расположен единственный в Европе участок степи, которого никогда не касался плуг (однажды распаханная степь не восстанавливается никогда). Это заповедник и ценнейший музей под открытым небом: здесь сохранились одинокие курганы, каменные скифские бабы, созданные древними ваятелями.

Когда-то на левом берегу нижнего Днепра до самого Азовского моря находилась целинная степь, на которой паслись стада туров, зубров, дикие лошади.

На этой территории был создан заповедник площадью 11 тысяч га, из них абсолютно заповедные 1,5 га.

Аскания-Нова расположена почти на идеальной равнине с обширными, едва заметными понижениями — подами.

Климат Аскания-Нова засушливый, с длинным летом и короткой, пасмурной зимой. Средняя температура июля 23,4 градуса, максимум 38 градусов. Средняя температура января — 3,6 градуса, бывают и внезапные морозы, достигающие -34 градусов.

Основал Асканийский заповедник и зоопарк Ф. Э. Фальц-Фейн. Возможно, о создании охраняемой территории он начал задумываться в 1874 году, когда получил от отца в награду за успешно выдержанные экзамены в гимназию вольеру для птиц. Через 15 лет, вскоре после окончания Тартуского университета, Фальц-Фейн основывает уникальный акклиматизационный парк. А чуть позже выделяет участок целинной степи в 500 десятин и объявляет его защитным на вечные времена. Заповедник примыкал к лесопарку с искусственными прудами и каналами, где обитало множество зверей и птиц. Дальше шли отгороженные участки целинной степи, где жили антилопы, бизоны, зебры, олени, страусы. В акклиматизационном парке проводились работы по приручению и одомашниванию животных.

Опыт Асканийского заповедника не остался незамеченным: уже в первые годы после его создания крупнейшие ученые называли Аскания-Нова единственной во всем свете и неповторимой жемчужиной нашего юга.

В 1910 году на базе зоопарка возникла первая зоотехническая станция, где впервые проводились работы по искусственному осеменению лошадей. Там были получены первые в мире гибриды лошадей с зебрами, а потом и всемирно известные новые породы овец и свиней.

Потом открылся и парк для широких кругов населения: с 1912 по 1917 год в Аскания-Нова побывало почти 13 тысяч туристов.

В 1919 году Аскания-Нова была объявлена народным парком, а потом и государственным степным заповедником. В 1921 году в границы заповедника Аскания-Нова был включен акклиматизационный центр степных, лесостепных и саванных животных, в котором им предоставлялась максимальная свобода.

Разные времена выпадали на долю Асканийского заповедника. На его территории шли военные действия двух войн (Гражданской и Отечественной). После войны заповедник и акклиматизационный парк испытывали нажим хозяйственников им не терпелось использовать земли под выпас скота, предлагали даже распахать этот бесценный памятник природы, а лошадь Пржевальского не разводить, так как она якобы не имеет народно-хозяйственного значения.

Более 400 видов трав и цветов произрастает на территории заповедной зоны. В асканийской степи преобладают злаки, типичен пырей, из разнотравья — степной подовый василек. В конце апреля зацветают тюльпаны, затем ирисы, астрагалы, гиацинты, лютики. В мае раскрывают свои бутоны гвоздики, ромашки.

А Банников пишет: „До чего хороша степь! Она одинаково чудесна как ранней весной, усыпанная красными и желтыми тюльпанами, темно-фиолетовыми и желтыми ирисами, так и летом, закутанная в серебристо-сизую дымку ковыля, переливающуюся волнами от малейшего дуновения ветерка.

В период цветения перистых ковылей между их султанами видны стройные, изящные кисти сочно-лилового степного коровяка, едва проглядывают мелкие белые цветочки песчанки, нежно-розовые гвоздики и желтый козлобородник. Кое-где поднимаются степные зонтичные, а у нор сусликов разрастаются куртины серовато-сизой полыни.

Позднее, в середине июня, когда ковыли отцветут, появятся душистые шапки желтого подмаренника, пирамидальные беловойлочные шалфеи, нежные лиловые цветочки на шарообразных, раскидистых кустиках кермека, зацветут луки, желтые степные васильки. Если лето выдалось незасушливое, на смену цветущим перистым ковылям в середине июня приходят нежно-золотистые волны длинных остей ковыля-тырсы, покрывающие степь до самого горизонта“.

Асканийский парк площадью около 200 га существенно отличается от дикой степной зоны. Он разбит согласно строгому плану. В безводной степи были выкопаны колодцы, искусственные пруды, а на их берегах заложили ботанический парк. Сюда из различных климатических зон привозились деревья и кустарники. Посадки деревьев перемежаются полянами и группами кустов. В парке растет около 150 видов и форм деревьев и кустарников. Здесь прижились остролистный клен, крымская сосна, дубы пирамидальные и колонновидные, можжевельник виргинский, вяз, ель. Преобладают ясень, белая акация, вяз, дуб, туя, жимолость и сирень. У воды растут плакучие ивы. Центр композиции парка — живописный пруд.

На территории заповедника можно встретить представителей более 60 видов пернатых (в целинной степи гнездится 16 видов птиц, множество птиц бывает на пролете, в парках гнездится около 40 видов и на водоемах около 30 видов птиц, никогда раньше не живших в Аскания-Нова).

Больше всего жаворонков: малых, серых, хохлатых, степных, белокрылых и даже северных рогатых. Нельзя представить себе степь и без юрких каменок.

Можно увидеть в степи и неразлучную пару журавлей-красавок или двух важных серых журавлей, а также степных куликов — авдоток. Гнездятся в степи еще дрофы и стрепеты, серые куропатки. Редкий гость — степной орел. Чаще можно видеть низко летящего над землей степного луня или пустельгу.

Весной звонко кричат большие кроншнепы, по вечерам слышны голоса лебедей-кликунов.

В парке стали гнездиться скворцы, грачи, зеленушки, чернолобые сорокопуты, щеглы, садовые славки. Обитают пустельги, галки, кукушки, иволги, соловьи. Зимой — синицы, зарянки, зяблики, свиристели, дрозды, дятлы. На водоемах обитают кряквы, чибисы, камышовые луни, камышевки, трясогузки.

В заповеднике можно видеть белых и черных лебедей, фламинго, египетских, серых, черных, белых гусей.

В вольерах содержатся такие редкие птицы, как страусы африканские, эму, нанду, дрофы, фазаны, степные орлы, венценосные журавли, попугаи.

Мелких зверьков немного. Из типичных видов встречается полевка, которая в благоприятные годы размножается в огромных количествах. Меньше мышей, хомячков, мышовок, редки тушканчик и обыкновенный хомяк. Зато немало серых сусликов, сидящих столбиком.

Из хищников в асканийских степях обычны степные орлы, степные хорьки, лисицы, ласки и редки горностаи.

Парк Аскания-Нова обжили летучие мыши, рыжие вечерницы. Обитают здесь землеройка, еж, лесная мышь.

Утром на тропинках греются ящерицы, а иногда и степные гадюки, у пруда можно обнаружить присутствие ужа.

Мир насекомых степи разнообразен Черный жук, перекатывающий навозный шар, — главная ее достопримечательность. В цветах селятся усачи с черными поперечными полосами. Порхают репейницы, махаоны, перламутровки, сатиры, белянки. В середине лета особенно много кобылок. На травах сидят богомолы, по дорогам бегают скакуны.

В своеобразном зоопарке заповедника содержится уникальная коллекция животных. Еще в 1888 году Фальц-Фейн завез в парк американских страусов нанду, четыре года спустя — африканских, а потом — австралийских страусов эму. От всех страусов вскоре были получены птенцы, и только эму дала потомство через 20 лет (эму, несущая яйца австралийским летом, когда у нас зима, вынуждена сидеть на искусственном гнезде в домике).

В акклиматизационном центре диких животных представлены виды интересных зверей и птиц, проживающих не только в России, но и на других континентах (зебры, южноамериканские верблюды, индийские и африканские антилопы, страусы, фазаны, павлины, олени и т. д.).

В степи пасутся южноамериканские ламы, шотландские пони, американские бизоны, кафрские буйволы.

Еще Фальц-Фейн решил попытаться восстановить сайгака, который исчез из асканийских степей, очевидно, в конце XVIII века.

Сайгаки — древнейшие копытные, ровесники мамонтов. Они занимают промежуточное положение между козлами и антилопами. Сайгак похож на овцу, но более легкого сложения. Длина тела взрослых животных достигает примерно 150 см. Сайгак имеет относительно большую голову с вздутой горбатой мордой, нависающей надо ртом. На голове у самцов полупрозрачные, воскового цвета рога, слегка загнутые назад. Самки без рогов. Волосяной покров животных желтовато-рыжего цвета летом и светло-желтый зимой.

Питаются сайгаки злаками, разнотравьем, полынью. В воде нуждаются только во время сильных летних засух. В первых числах мая у сайгаков появляются детеныши, и стадо сразу увеличивается почти в два раза. Самки уже в годовалом возрасте дают потомство — по одному детенышу, взрослые обычно приносят по два детеныша.

Сайгаки дают хорошее мясо, шкуры, идущие на изготовление хрома, технический жир, а также рога, из которых готовятся лекарственные препараты типа пантокрина.

В 1887 году из окрестностей Царицына (Волгограда) привезли пару сайгаков. Позднее этих парнокопытных завозили многократно, и они стали самыми распространенными антилопами парка. Однако опыты выпуска их в степь на полную свободу так и не увенчались успехом — эти мигрирующие животные нуждаются в очень больших просторах, поэтому после выпуска они разбредались по окрестностям и погибали. Не удалось достичь успеха и при содержании сайгаков в отгороженном степном загоне.

Еще сложнее оказалось восстановить дикую лошадь — тарпана. Последняя в мире дикая кобыла тарпана была убита в декабре 1879 года, в 35 км от Аскания-Нова, у села Агайман. Вскоре участь таврического тарпана разделил джунгарский тарпан (лошадь Пржевальского).

Русский путешественник Н М Пржевальский открыл в Центральной Азии один вид дикой лошади, получившей его имя. Эта лошадь отличалась от тарпана только песчаной окраской (тарпаны были серые), более тяжелым складом и строением зубов. Лошадь Пржевальского, уже тогда единственную дикую лошадь на всем земном шаре. Ф. Э. Фальц-Фейн и решил завезти в Аскания-Нова.

Узнав о первых диких лошадях в парке Аскания-Нова, известный торговец животными в Гамбурге. К. Гагенбек предложил Фальц-Фейну купить лошадей Пржевальского за хорошие деньги. Получив категорический отказ, Гагенбек подослал в Аскания-Нова своих агентов, которые выведали у служителей парка, кто является поставщиком лошадей Пржевальского. Гагенбеку удалось достать диких лошадей и отправить их в различные зоопарки мира. После этого в прессе Германии появились сообщения, в которых превозносились заслуги. К Гагенбека.

Однако спасен этот вид от вымирания был благодаря купцу Асанову с охотниками. Именно они отловили в 1898–1901 годах несколько десятков жеребят для продажи их в зоопарки. Все ныне живущие в зоопарках мира джунгарские тарпаны — потомки асановских жеребят. Правда, в 1947 году в Монголии поймали жеребенка лошади Пржевальского, а зимой 1959 года там еще обитало около 20 лошадей.

Парк Аскания-Нова, первый в мире, получивший лошадей Пржевальского, и первый, начавший их разводить, вывел с 1904 по 1940 год 37 чистокровных лошадей и более 30 гибридов.

Благородных оленей также завез Фальц-Фейн в свой парк в 1894 году. При вольном содержании в степных загонах они образовали гибридную форму асканийского оленя, легко переносящего степной зной и отсутствие веточных кормов.

Чуть позже в Аскания-Нова появились американские бизоны, а потом зубры Скрещивание зубробизонов с чистыми зубрами оказалось очень ценным для восстановления кавказского зубра.

Еще в конце XIX века Фальц-Фейн завез в Аскания-Нова антилоп, завозились животные и позже. Лучше других размножалась здесь африканская антилопа канна, молоко которой имеет жирность в четыре раза больше коровьего и обладает целебными свойствами.

Хорошо размножаются в Аскания-Нова антилопа-гну, зебры. Этот заповедник — единственный в Европе, где на воле содержатся тропические животные — зебры. Оказалось перспективным и содержание оленей. С апреля по ноябрь почти все копытные пасутся в степи. Зимой наиболее теплолюбивые виды переводят в помещения.

Баргузинский заповедник

Баргузинский государственный биосферный заповедник относится к числу старейших в России. Он был организован в 1916 году. Расположен в Бурятии, на северо-восточном побережье Байкала. Его площадь более 263 тысяч га, к нему относится трехкилометровая зона акватории Байкала (15 тысяч га).

Аввакум называл Байкал океаном-морем, однако это все же озеро, гигантское по своим масштабам. Его длина 636 км (почти такое расстояние разделяет Москву и Санкт-Петербург). Байкальская впадина самая глубокая на земной суше — дно озера находится почти на 1200 м ниже уровня океана, его глубина достигает 1620 м. Такая огромная природная чаша наполнена до краев пресной водой — в ней содержится 23 000 куб. километров воды, то есть 1/5 всех запасов пресной воды мира.

Еще одна отличительная особенность Байкала — его древность. Если многие озера планеты существуют несколько тысячелетий, то Байкалу 25–30 миллионов лет!

В настоящее время известно более 1800 видов животных, обитающих в Байкале. При этом более 3/4 из них эндемики, то есть нигде в мире, кроме Байкала, не встречаются. Это байкальские нерпы, голомянки — живородящие полупрозрачные рыбки без чешуи, бычки-подкаменщики, омуль, осетры, рачки-бокоплавы, губки и др. Из-за самобытности фауны озеро выделяют в особую Байкальскую зоогеографическую подобласть.

Когда русские промышленники проникли на территорию нынешнего Баргузинского заповедника, они назвали эти места Подлеморьем, славу которому снискал баргузинский соболь.

„А соболь — зверек предивный и многоплодный и нигде ж на свете не родится, опричь в северной стране, в Сибири. Зверек редкостный и красив, а красота его приходит вместе со снегом и опять со снегом сходит…“ — писал Николай Милеску (Спафарий), возглавлявший русское посольство в Китае в 1675–1678 годах.

Эвенки с незапамятных времен промышляли в тех краях драгоценного соболя. Однако после эпидемии черной оспы семьи эвенков, оставшиеся в живых, были не в состоянии освоить свои земли и стали сдавать участки в аренду русским охотникам. Кроме того, алчные скупщики покупали соболиные шкурки за бесценок.

В эпоху Киевской Руси так называемая мягкая рухлядь, особенно мех соболя, ценилась наравне с благородным металлом. Поэтому зверька добывали в огромных количествах: в середине XVII столетия одна Восточная Сибирь давала 80 тысяч шкурок соболя в год, а в целом на Руси их заготавливали до 200 тысяч. Со временем этот некогда богатейший край стал оскудевать. Восточная Сибирь давала всего несколько тысяч шкур (менее пяти). Но спрос на мех соболя никогда не падал, и цены на него росли. Поэтому царское правительство было вынуждено в 1912 году запретить охоту на соболя на 3 года. А в 1914 году были организованы три экспедиции — в Саяны, на Камчатку и в Прибайкалье. Возникла идея создания специальных соболиных заповедников, в том числе Баргузинского. В 1920-е годы его существование было подтверждено указами Советского правительства.

Заповедник расположен на западных склонах Баргузинского хребта, одного из наиболее высоких в Забайкалье. Отдельные его вершины поднимаются более чем на 2800 м над уровнем моря. Хребет сильно расчленен и труднодоступен. Он задерживает осадки, которых на его западных склонах выпадает почти в два раза больше, чем за хребтом. Ученый и натуралист О. Гусев пишет: „Горы в заповеднике грандиозны. Их вершины, едва не достигающие трех тысяч метров, почти полностью лишены растительности, их называют гольцами. Ими занято около половины территории заповедника. Осенью и зимой вершины хребта ярко сверкают на солнце. Снег на горах лежит почти все лето, особенно долго задерживаясь под гребнями гор с южной и юго-восточной сторон, а также в каровых впадинах и распадках…“ Кроме гор, заповедник представлен тайгой, долинами горных рек и ручьев, альпийскими лугами, гольцами, скалами, ледниковыми цирками. Много горячих ключей с целебными водами.

Климат заповедника относительно суровый, так как испытывает большое влияние Байкала. Температура воды в Байкале обычно не поднимается выше 10–12°, с января по май озеро находится подо льдом. На побережье среднегодовая температура -4,6° (зимняя -20,8°, летняя 10,3°). Последние снегопады на территории заповедника бывают еще в середине июня, а первый снег выпадает в конце августа. Лето солнечное, но часто ветреное.

Наиболее крупные реки заповедника — Большая, Езовка, Давша, Биракан, Туркулик, Сосновка, Кудалды, Шумилиха.

В заповеднике есть горячие источники с выходом на поверхность. Температура воды в этих источниках достигает 75°. Деревья около таких горячих ключей вырастают до гигантских размеров, а трава — в рост человека. Здесь образовался маленький оазис с уникальными животными и растениями.

Самым ценным термальным источником считается большереченский: он дает около 200 куб. м горячей воды в сутки, благодаря чему даже зимой не замерзает плес длиной до 200 м и шириной 5–6 м. Вот какими увидел термальные источники реки Большая зимой биолог О. Гусев: „…В большие морозы над ключами густыми белыми клубами поднимается пар. Он оседает на окружающих источник снегах, на тончайших ветках кустарников, на махровых хвойных лапах. Постепенно все окружающие предметы покрываются ажурным куржаком, напоминающим тонкую кружевную филигрань морозной оконной живописи.

…Белый пар особенно обилен и хорошо виден ранним утром, задолго до восхода солнца. В это время клубы его так велики и так белы, что склон хребта Зародного лишь слегка виднеется в их восходящем, струящемся мареве Запах газов, выделяемых ключами, также бывает значительно резче по утрам.

…Зимой береговой пляж реки в местах истечения горячих ключей и газов покрывается шарообразными снежными образованиями. Выделяемые вместе с газами пары воды на сильном морозе быстро превращаются в иней и откладываются в виде плотного снежного кома: их в середине зимы вырастает по всему пляжу множество, причем наросты на поверхности придают шару очертания, напоминающие тюленя или нерпу, так что вся панорама приобретает издали сходство с лежбищем морского зверя“.

На территории Баргузинского заповедника есть еще один горячий ключ, расположенный вблизи устья реки Давши. Температура воды в нем круглый год держится в пределах 39–40°, он дает около 100 куб. м горячей воды в сутки, поэтому его используют как баню.

Флора Баргузинского заповедника представлена 600 видами растений, среди них встречаются эндемики и реликты, например произрастающие рядом с горячими ключами.

В заповеднике хорошо выражены высотные пояса растительности. Самый верхний, безлесный пояс занимают гольцы (они составляют более половины территории заповедника). На высокогорных плато расположена самая настоящая тундра, она переходит в заросли кедрового стланика. Еще ниже простирается тайга. В тайге среднего пояса гор растут преимущественно кедр и пихта, встречаются лиственница, сосна.

В поймах произрастают сосны, березы, осины, пихты, гигантские кедры. Встречаются заросли красной и черной смородины, черемухи, спиреи, жимолости, рябины, бузины, шиповника. Среди сплошной тайги, на южных склонах тянутся довольно широкой полосой вдоль реки луга — елаканы. Идущего по траве человека не видно: он оказывается закрытым травой с головой. В этих зарослях можно обнаружить борщевик высотой в полтора человеческих роста, фиолетовую саранку, венчик у которой расположен на уровне лица. Как лианы, оплетают травы вика и желтая чина.

Леса лиственниц обычно с примесью сосны и кедра, почвы покрыты мхом, лишайником и багульником. В прибрежной полосе обильно растут толокнянка, брусника. Здесь почти не встретишь желтого прострела, но повсюду цветет весной синий прострел.

Вот каким увидел Баргузинский заповедник летом О. Волков, автор книги „Чур, заповедано!“: „…На реке Давше мне пришлось побывать в разгар короткого прибайкальского лета, в пору, особенно красочную и поражающую быстротой, с которой все, распустившись, торопится пышно и ярко зацвести, дивя контрастами. Поистине поразительны эти лесные дебри, еще накануне стывшие в холодных туманах, еле расставшиеся с глубокими снегами, а назавтра густо зазеленевшие, засверкавшие крупными яркими цветами, зазвеневшие птичьими голосами и до краев заполнившиеся свежейшими запахами сочной зелени…

Не наглядишься на полянки в оранжевых головках жарков, запылавших под темной стенкой елей; на хоронящиеся в тени кустов крапчато-розовые орхидеи, на изредка попадающиеся в заповедных лесах рододендроны, покрывающие кручи лиловыми волнами. Луч солнца, невзначай легший на проталину в молчаливом листвяннике, осветил филигранные листья хвощей, таких легких и светлых, словно нежная дымка, легшая между вековых стволов. У ручьев и в болотцах расстелились розово-голубые ковры незабудок.

Лес отгораживает от холодного дыхания Байкала, и по-настоящему жарко, на припеках множество бабочек и шмелей. В немногих километрах от озера забываешь о его постоянных промозглых туманах и почти непрекращающихся ветрах. В гуще леса лето, настоящее лето!“

Богата и фауна заповедника. Здесь проживает около 40 видов млекопитающих, 240 видов птиц, 4 вида рептилий и 2 вида амфибий.

Обитает наиболее ценный баргузинский соболь с шелковистой блестящей темно-шоколадной, почти черной шкуркой. Ученые выделили соболя Баргузинского хребта в отдельный подвид.

Соболь относится к семейству куньих, которое включает таких представителей, как горностай, калан, выдра. Все они обладают ценным и дорогим мехом. Но мех соболя поистине уникален: почти невесомый, густой, шелковистый, теплый, прочный.

На всей территории заповедника обитает 700–800 соболей. Когда наступает пора высоких снегов, соболи, живущие высоко в горах, спускаются в долины рек.

В отличие от других соболей, баргузинский большую часть года кормится в основном растительной пищей. Любит полакомиться орехами кедра и кедрового стланика, ягодами, особенно рябиной, а также брусникой, черникой. На Дальнем Востоке он питается плодами лимонника и дикого винограда. Лишь летом охотится на красно-серых и красных полевок, реже на белок, иногда бурундука и сеноставку. Однако соболь может добыть зайца-беляка или глухаря, а также рыбу. На подкормочных пунктах заповедника зверьки охотно едят варенье и сахар, не отказываются и от мяса. При недостатке одного корма соболь легко переключается на другой и редко испытывает недостаток в пище.

Гон у соболей бывает в июне-июле (в феврале-марте бывает ложный гон, в который самцы не спариваются с самками), но развивается зародыш на ранних стадиях очень медленно. Детеныши появляются в апреле — начале мая. Маленькие (25–30 г, длина тела 100–115 мм), покрытые белесой шерстью, слепые, с закрытыми слуховыми отверстиями соболята быстро растут, через месяц прозревают, еще через две недели начинают выходить из гнезда, а в середине августа становятся почти взрослыми. На второй-третий год жизни у соболя наступает половая зрелость. В неволе соболь живет 15–18 лет.

Зверек крайне осторожен, и увидеть его в тайге, особенно летом, почти невозможно. Он имеет одно постоянное гнездо, в котором проводит большую часть светлого времени суток. Свое убежище он покидает в сумерках, и то ненадолго. В результате исследовательской работы ученые пришли к выводу, что необходимо сохранять его естественные укрытия в таежных дебрях.

С помощью разведения соболя в питомниках удалось восстановить численность этого зверька в Сибири до уровня, который был более 200 лет назад.

К моменту организации заповедника на его территории сохранилось не более 20–30 соболей, исключительно в верхней части лесного пояса, в непроходимом кедровом стланике и на каменистых россыпях. Однако уже в 1934 году число зверьков возросло в 8-10 раз, хотя плотность их не превышала одной особи на 10 кв. км. Еще через 10 лет соболь занял все лесные угодья Баргузинского хребта и даже те места, где его никто из старожилов раньше не встречал: появился на восточных склонах хребта, а на западных склонах ареал его значительно приблизился к Байкалу. К 1934 году соболь заселил уже все пригодные для обитания места. Через 20 лет в заповеднике можно было встретить одного зверька на 2 кв. км. А к 1960 году на каждом квадратном километре тайги находилось по одному зверьку. Такая плотность населения считается очень высокой.

В настоящее время поголовье соболя полностью восстановлено, и Россия ежегодно получает от охотников около 150 тысяч шкурок. Основные ресурсы соболя сосредоточены в Дальневосточном регионе (около 500 тысяч). Общая площадь ареала, на которой живет соболь, составляет 500 млн. га.

А вот горностая и колонка в заповеднике мало, редки здесь ласка, солонгой, росомаха. Нечасто появляется рысь (в заповеднике мало зайцев и нет косуль — основной ее добычи). Зимой в поисках пищи иногда заходят на заповедную территорию волки. Лисица в начале зимы живет на берегу Байкала, а когда уплотняются снега, уходит в тайгу.

В заповеднике обитают северные олени и лоси. Медведя в заповеднике можно встретить повсюду, так как от недостатка пищи в тайге он не страдает. По наблюдениям зоолога С. Устинова, на каждый километр побережья в среднем приходится по одному медведю.

Не редкость в тайге и белка (зимой темно-серая, летом смолисто-черная), летяга. На горных лужайках слышится короткий свист сурка. Там же обитают северные пищухи — пушистые бесхвостые зверьки с большими круглыми ушами.

В тундре обитают саянская высокогорная полевка, красная и красно-серая полевка, в нижнем поясе — полевка-экономка.

Но ни один зверек не попадается на глаза так часто, как бурундук, который встречает свистом или цоканьем каждого пришельца и провожает его до границы своего участка.

В реках до поздней осени живет выдра, охотясь на налимов и хариусов. А в водах Байкала обитает байкальская нерпа (буровато-серебристо-серая сверху и более светлая снизу, весом до 100 кг). Всего на Байкале сейчас насчитывают 25–30 тысяч нерп. Очевидно, рыбы попали в эти края в ледниковый период. Почти всю жизнь она проводит в воде, но каждые 20 минут поднимается на поверхность за воздухом. В воде нерпа плавает со скоростью около 18 км в час, но по берегу или льду передвигается в 4 раза медленнее. На байкальскую нерпу, обитающую вне заповедника, охотятся. Ценится ее жир, составляющий до половины общего веса зверя, а также шкура.

Из пернатых в заповеднике живут гаички, дятлы, кедровки, клесты, кукши, поползни, синехвостки, сойки. В прибрежной полосе Байкала обитают дубровники, кулики, овсянки, стрижи, трясогузки, чечевицы. Почти всегда можно видеть летящими вдоль побережья крякв, орланов, чирков. А вот водоплавающих птиц немного.

Из куриных встречаются рябчики, каменный глухарь — более легкий и стройный, чем обыкновенный, крупный, иссиня-черный с белыми пятнами на крыльях и хвосте. Довольно редки здесь куропатки. По долинам рек гнездится немой перепел. А вот тетеревов в заповеднике нет.

В Байкале обитает около 50 видов рыб. Одни из самых интересных экземпляров — голомянки — до 20 см длиной с голым, без чешуи, стеклянно-матовым прозрачным телом, лишенным брюшных плавников. До 35 процентов веса тела этой рыбы составляет жир, который у местных жителей считается лечебным.

В Байкале обитает около 25 видов бычков, омуль — ценная промысловая рыба, родственный омулю байкальский сиг. Хариус, таймень, ленок — жители заповедных речек. Когда-то Байкал славился сибирскими осетрами, которые достигают 180 см в длину и весят до 115 кг. В середине 1940-х годов их лов был запрещен, а сейчас популяция начинает восстанавливаться. В Байкале много ельца, плотвы, язя, водятся налим, голец и др.

Сотрудники Баргузинского биосферного заповедника изучают естественные процессы в экологии, проводят экологический мониторинг, выявляют воздействия антропогенного фактора на природу заповедника и др.

Байкальский государственный биосферный заповедник, так же как и Баргузинский, находится на восточном берегу Байкала, но южнее. Он был создан лишь в 1969 году. Его площадь более 165 тысяч га, из них 117 тысяч га составляет лес, полторы тысяч га — водоемы, остальная территория — безлесные высокогорья.

Рельеф заповедника формируется в основном хребтом Хамар-Дабан, достигающим 2300 м высоты относительно уровня моря. Северные склоны хребта покрыты пихтой и кедром, южные — лиственно-сосновые и кедрово-лиственничные. По долинам рек растут осины, тополя и березы. Животный мир представлен обитателями горной тайги. Здесь обитают высокогорная полевка, бурундук, северная пищуха, заяц-беляк. В лесах водятся бурый медведь, рысь, соболь, колонок, горностай, росомаха, выдра, северный олень, марал, лось. Реже встречаются белка, волк, лисица, косуля, кабарга, кабан. Из птиц многочисленны воробьиные, вра-новые, дрозды, дятлы, совы, глухари, рябчик и др.

Астраханский заповедник

Астраханский заповедник занимает площадь 72,5 тысяч га в Прикаспийской низменности, лежащей на 27 м ниже уровня моря (процесс опускания низменности продолжается до сих пор). Он расположен в 120 км от Астрахани, в дельте Волги, поэтому в заповеднике кругом вода; острова, заросшие тростником, рогозом, ивой, лотосом и чилимом, хотя он находится в зоне полупустынь. Пейзаж дельты Волги дополняют и необозримые морские заливы — култуки, непроходимые заросли камыша.

Когда-то, давным-давно на территории, отведенной под заповедник, тучи птиц закрывали небо, вода кишела рыбой, по камышовым крепям ломились стада кабанов. Но природное богатство оскудело довольно быстро. Местные жители заготовляли птичьи яйца, использовали их для приготовления лапши, продавали на мыловаренные заводы. Большим спросом пользовались и перья белых цапель, крачек, поганок и других птиц. Особенно высоко ценились белоснежные длинные перья белых цапель: шкурки трех-пяти больших птиц равнялись по стоимости корове. Все, кто имел ружье, охотились на кабанов, другую дичь, варварскими способами ловилась рыба.

В начале 1919 году в Москву из прифронтовой Астрахани приехал агроном Н. Н. Подъяпольский. 16 января его принял В. И. Ленин. Агроном начал, казалось бы, несвоевременный разговор о создании в дельте Волги заповедника. Но предложение Подъяпольского было встречено с пониманием. И уже 11 апреля этого же года был учрежден Астраханский государственный заповедник. Он был создан в месте слияния Каспия с Волгой. Его площадь составляла в то время около 23 тысяч га. Перед сотрудниками заповедника была поставлена задача сохранения и увеличения численности находившейся под угрозой полного истребления местной фауны, прежде всего белых цапель. С первых дней существования заповедника здесь ведется научная работа.

Рельеф Астраханского заповедника почти ровный, перерезанный многочисленными широкими и узкими, мелкими и глубокими протоками-ериками (Волга несет свои воды в Каспийское море более чем по 800 протокам) Здесь, в дельте Волги, расположены многочисленные острова, покрытые ивовыми лесами и тростником, встречаются заросли лотоса и чилима.

Флора заповедника представлена более чем 290 видами растений, относящихся к 65 семействам (это относительно мало) Однако среди них встречаются реликтовые и эндемичные формы. Такие как марсилея четырехлисточковая, водяной папоротник (сальвиния плавающая), водяной орех (чилим), лотос орехоносный. А тростник, произрастающий здесь, является своеобразным регулятором природных процессов дельты Волги, главным фоном ее растительности. В тростниковых крепях довольно легко заблудиться. Тростник здесь очень мощный — в два-три раза выше человека, толщина его стеблей достигает 5 см. Иногда к тростникам примыкает ивняк, перевитый колючей ежевикой и вьюнком.

Вся поверхность воды заповедной территории покрыта растениями. Особенно выделяются плавающие разноцветные розетки листьев чилима, или водяного ореха. У него твердая скорлупа, внутри белое ядрышко. Им любят лакомиться кабаны, серые гуси, водяные крысы.

Каспий — самая северная точка, где встречается лотос. Существует предположение, что в дельту Волги его завезли когда-то буддисты-калмыки, которые считали этот цветок священным. Тем не менее на Востоке плоды, корни, листья лотоса используют в пищу. Лотос на протяжении многих лет играл с людьми в „прятки“: то он неожиданно распускался в одном из протоков Волги, то исчезал, потом снова огромные сизо-зеленые листья появлялись в другом месте. Сейчас лотос занимает площадь более 2,5 тысячи га.

Розовый лотос цветет в июле-августе всего лишь три дня громадными розовыми или пурпурными цветами с янтарно-желтыми тычинками (диаметр цветка — до четверти метра). Цветки великолепно смотрятся на полутораметровых стеблях, на фоне зеленых больших листьев (они ничуть не меньше детского зонтика, их диаметр достигает 80 см). В первый день распускания венчик лотоса ярко-красный. На другой день становится светло-розовым. А перед увяданием приобретает кремовый, чуть желтоватый тон. Когда лепестки венчика осыпаются, остается тускло-фиолетовая коробочка с семенами на высоком стебле. Там, где растет это чудо природы, отступает даже камыш.

Заповедник интересен не только редкими видами растений, но и чрезвычайной интенсивностью процессов эволюции флоры.

В дельте Волги насчитывается более 260 видов птиц, из которых 106 гнездятся здесь, а остальные бывают в период кочевок, пролетов, зимовок, линьки. 21 вид птиц, проживающих на территории заповедника, занесен в Красную книгу.

Большинство птиц (цапли, каравайки, бакланы) гнездится на деревьях. На ветке ивы, свисающей над водой, можно увидеть, как качается пушистый шарик, издали похожий на осиное гнездо. Это гнездо свил ремез из растительных волокон и скрепил его пухом отцветшей ивы и тополя.

Много в заповеднике цапель разных цветов: белые (большие и малые), рыжие, желтые и еще кваквы — серовато-голубоватые. В брачный период у них на спине удлиняются перья и свисают вниз по бокам хвоста, при этом получается ажурная, кружевная мантия (такие перья называют эгретками). В прежние времена эгретки использовались для украшения дамских шляп, ради них, собственно, цапель и уничтожали.

В книге „Заповедными тропами“ можно прочитать: „В воздухе кружат белые и серые цапли. На земле нет травянистых растений, она белая от птичьего помета, как будто известкой полита. Лишь по краям острова зеленеет паслен с красными (спелыми) ягодами. Стволы деревьев тоже белые. На каждой иве по несколько гнезд. Верхний ярус занимают крупные птицы: серые и большие белые цапли, бакланы. Солнца и воздуха наверху больше. Бакланы селятся ближе к краю острова“.

Дельта Волги имеет международное значение и как резерват водоплавающих птиц. Здесь обитают серые гуси, лебеди-шипуны, кряквы, широконоски, шилохвосты, нырки, чирки и др.

Здесь можно встретить блестяще-черных птиц — лысух с белой лысинкой на лбу. В период линьки у гусей и уток выпадает такое количество перьев, что птицы теряют способность летать. Тогда они забираются в заросли и пережидают, когда у них отрастут перья.

Гнездятся в заповеднике редкие виды птиц: кудрявый и розовый пеликаны, каравайка, фазан и др. Многие из них, еще недавно очень редкие, стали обычными обитателями не только Астраханского заповедника, но и всей обширной дельты Волги.

Птенцы у пеликанов рождаются совсем беспомощными, голыми и слепыми. Только через 20 дней они покрываются пухом, и лишь в трехмесячном возрасте они могут летать и самостоятельно добывать корм. Поэтому иногда, при высоком уровне воды, животных приходится подкармливать.

Колпик, или колпица, довольно любопытная птица, также относится к числу редких. Она бело-кремового цвета. Клюв у колпика расширен на конце в виде лопаты. Когда эта птица охотится, то идет по мелководью и качает головой из стороны в сторону, как будто косит.

В тростниках обитают усатые синицы — необыкновенно изящные и красивые птички нежно-голубой окраски с охристо-кремовыми подпалинами. Птица получила свое название из-за того, что у самцов от основания клюва вниз идут черные полосы, как будто свисают усы. При этом у них очень короткий и тупой клювик.

И. Константинов пишет: „Если на плоскодонке-куласе спуститься по бесчисленным протокам в бескрайние заливы, попадаешь в царство птиц. Они повсюду — на воде, на деревьях, на отмелях, в небе, на берегу. Белые, черные, серые, золотистые, красные. Для них хватит лишь полной палитры, если начать рисовать пернатых из Астраханского заповедника. Сотни тысяч их гнездится здесь, а во время весеннего и осеннего пролетов бывает во много раз больше. Птицы давно уже признали заповедник своей „комфортабельной гостиницей“.

Дельта Волги объявлена особо охраняемым международным резерватом птиц. При заповеднике работает орнитологическая станция, которая изучает численность, размещение и миграции птиц. Окольцованные здесь особи встречались потом в Гренландии, Западной Европе, Африке, Индии и других уголках земного шара.

В заповеднике богато представлена ихтиофауна — около 50 видов рыб, многие из которых промысловые. Гордость заповедника — волжские осетровые (белуга, осетр, севрюга). Есть сельдевые (каспийский пузанок, волжская сельдь, черноспинка), карповые (вобла, лещ, сазан, красноперка, жерех, чехонь, золотой карась). Встречаются также щука, судак, окунь, бычки, игла-рыба, колюшка и др. Весной вода начинает бурлить и шуметь от идущей на нерест рыбы.

Фауна заповедника относительно небогата. Здесь обитают кабаны, лисицы, волки, енотовидные собаки, барсук, выдра, водяная крыса, мышевидные грызуны. Акклиматизировались речной бобр и ондатра.

Из пресмыкающихся встречаются ужи, ящерицы, узорчатые полозы, каспийские черепахи и др. В тростниках обитает масса озерных лягушек.

Несметное количество насекомых — 1250 видов. Это стрекозы, сверчки, ручейники, цикады, жуки. Особенно досаждают кровососущие насекомые: здесь миллионы комаров!

В заповеднике ведется большая научная работа. В естественной лаборатории под открытым небом ботаники, орнитологи, зоологи, паразитологи, геоморфологи, микробиологи, генетики, ихтиологи проводят многочисленные комплексные исследования. Основной предмет их интересов — экосистема низовий дельты Волги в условиях падения уровня Каспия, а также процессы дельтообразования.

А туристы приезжают сюда отдыхать на байдарках. Особенно много их бывает во время цветения лотоса.

Столбы

Заповедник Столбы — один из самых старых в России (был организован в 1925 году), находится в 3 км от юго-западной окраины Красноярска. Редкие по красоте сиенитовые скалы — столбы, возвышающиеся над тайгой, дали название заповеднику. Заповедник расположен на правом берегу Енисея, в междуречье Базилиха-Мана.

Территория его вытянулась на 34 км с северо-запада на юго-восток в виде треугольника. Его площадь — 47 тысяч га, почти полностью занятая лесом. Заповедник ежегодно посещает более 100 тысяч человек.

Почти три процента заповедной территории — 1,3 тысячи га — выделено в экскурсионно-туристский район с особым режимом (пришлось пойти на компромисс, чтобы не лишить горожан возможности посещать места традиционного отдыха). Именно здесь сосредоточена основная масса скал причудливой формы — знаменитые столбы.

„Зело превелики и причудливы сотворены скалы. А находятся они в отдаленной пустыне верст за 15, а может, и за 20. Только попасть туда трудно: конный не проедет, пеший не пройдет, да и зверья дикого немало. Разно рассказывают о них. Пожалуй, правду говорят, что даже в других землях не увидать такого. И залезти на сии скалы никто не сможет, и какие они — не известно“, — так писал в 1823 году красноярский натуралист Прохор Селезнев о местах, где сейчас расположен заповедник Столбы.

Подробное описание Столбов было составлено в 1842 году геологом Чихачевым и опубликовано в изданной во Франции книге. С конца 80-х годов XIX века Столбы начали посещать молодые рабочие и школьники Красноярска. Здесь нелегально собиралась революционно настроенная молодежь. На скалах появились надписи, которые сохранились до наших дней. На одной скале появилось слово „Свобода“. Царские жандармы пытались стереть его, тогда на соседней скале было написано: „А все-таки свобода“, „Долой самодержавие“, „Пролетарии всех стран, соединяйтесь“ и даже появилась карикатура на Николая II.

До организации заповедника на его территории были разрушены красивейшие скалы Кизямы в устье реки Моховая и несколько камней у подножья Второго Столба. Эти скалы были взорваны динамитом по приказу енисейского губернатора.

В 1920 году Енисейский губревком постановил запретить рубку леса и ломку камня в районе Столбов и взял под защиту территорию в 4 квадратных версты. В 1925 году по инициативе известного зоолога А. Тугаринова и художника Д. Каратанова Енисейский губревком постановил учредить заповедник площадью 3630 десятин. Последующими документами правительства заповедная территория была расширена, и в 1946 году она достигла 47 тысяч га.

Для заповедника характерен средне- и низкогорный рельеф. Горы здесь сильно сглажены, расчлененность рельефа возрастает к долинам рек. Хорошо выделяется район, где на поверхность выходит около 80 изолированных скал — столбов.

Эти красивые розово-красные скалы (высотой 40-100 м) в результате эрозии приняли самые причудливые формы. Один из столбов похож на гигантскую птицу и называется Беркутом. Другой напоминает полураспущенное крыло птицы, поэтому именуется Перьями. Третий — копия бородатого старика в ушанке (Дед). Столб Львиные Ворота, образованный сводом сомкнувшихся глыб, напоминает циклопические Львиные Ворота в древних Микенах. Есть Крепость, Колокольня и др.

Средняя годовая температура в Столбах -1,2° (а это на два градуса ниже, чем в Красноярске.

Заповедник находится в зоне типичной темнохвойной горной тайги, преимущественно пихтовой с включениями кедра, а в долинах — осинниками и пихтарниками.

Флора заповедника насчитывает свыше 550 видов растений. Четко выражены вертикальные зоны растительности. Леса разделяются на два высотных пояса — нижний сосново-лиственничных разнотравных лесов (200–500 м над уровнем моря) и средний пояс горной пихтовой тайги (500–700 м). Лишь в долинах ручьев и рек пихта делит свое господство с елью, а иногда уступает место осине, но вытесняет в заповеднике лиственницу и кедр (иногда 130-150-летнего возраста).

Кедр возобновляется слабо. Тяжелые кедровые орешки не разносятся ветром, а падают под деревом — на толстый моховой покров или лесную подстилку. Лишь сибирская кедровка помогает кедру размножаться. Она вылущивает семена и прячет их на зиму. Однако основная масса семян, припрятанных кедровкой, прорастает.

У северных границ заповедника на очень небольшой площади сохранилось несколько экземпляров реликта — приенисейской формы липы сибирской. Как отмечает А. Банников, „по-видимому, это олигоценово-миоценовый реликт, притом особой формы, отличной от липы Кузнецкого Алатау, представляющий собой исключительный научный интерес. Вместе с тем относительно поздние сроки ее вегетации, стойкость к низким температурам, раннее плодоношение делают эту липу весьма перспективной для садов и парков Сибири“.

В горах большие площади заняты ягодниками — брусникой, черникой, жимолостью. Там произрастают два вида малины, два вида красной смородины. В лесах предгорий произрастает много сибирских цветов (огоньки, ирисы, лилии, марьины коренья, башмачки и др.).

Южнотаежная сибирская фауна имеет типично таежный характер. Здесь в реках Мана и Базилиха и их притоках обитает 22 вида рыб: тугун, чебак, елец, шиповка, таймень, язь, окунь, щука, налим, карась. А вот стерлядь почти исчезла, редкими стали таймень, ленок, сиг, хариус.

На заповедной территории встречается 130 видов птиц. Общее количество видов и подвидов птиц заповедника составляет 86 процентов всех птиц Восточных Саян.

Многочисленны рябчик, глухарь, которые в первые годы существования Столбов встречались в единичных экземплярах. А вот тетерева мало из-за того, что на территории заповедника отсутствуют лесолуговые и полевые ландшафты, и преобладает он в светлых хвойно-лиственных лесах предгорий. В горной тайге обитают дятел, кедровка, клесты, кукушка, пеночка-королек, дрозды, синехвостка, соловьи. Соловей красношейка — один из лучших певцов горной тайги, он прилетает в первых числах июня, а с середины августа здесь уже не встречается. В светлохвойных лесах предгорий гнездится иволга.

Хищные птицы представлены 12 видами. Многочисленны совы, среди них наиболее распространены длиннохвостая неясыть, филин и ушастая сова. В скалах гнездятся сокол-сапсан, стрижи, филин, орел-могильник, беркут, занесенный в Красную книгу. В предгорьях встречаются скворцы, малый и белоспинный дятлы, чечевица, зяблик и др.

45 видов млекопитающих селятся в большинстве районов заповедника. Для некоторых видов заповедник стал границей их распространения. Так, для марала и сибирской косули это северная граница распространения, для кабарги и пищухи — западная.

Самые массовые зверьки в Столбах — красные полевки. Водятся белка, колонок, суслик, бурундук, лисица. Соболь ко времени организации заповедника был в этих местах полностью истреблен. В 1951 и 1956 годах сюда привезли две небольшие партии витимских соболей. Сейчас они размножились и стали обычными обитателями заповедника.

Здесь живут медведи (15–17 голов), волки, лоси, росомаха, заяц-беляк, но редки горностай и ласка. Обитателей водоемов — выдры, норки, водяной крысы, ондатры — немного.

Одна молодая рысь, появившаяся на территории заповедника, положила начало организации маленького зоопарка при Столбах. Сейчас в живом уголке заповедника в вольерах содержатся и приручаются звери и птицы горной тайги.

Богат заповедник дикими копытными: маралами и кабаргой.

Кабарга — самый многочисленный вид копытных в заповеднике. Это типичный представитель горной тайги, маленькое оленеобразное животное, длина тела которого редко превышает 90 см, а вес — 17 кг. Она придерживается участков с крутыми скалами.

Второй по численности в заповеднике среди диких копытных — марал. Летом он селится в травяных борах, по склонам, зимой — в темнохвойной тайге.

На охраняемой территории диких копытных подкармливают зимой сеном, вениками; сооружают искусственные гнезда (дуплянки), которые охотно заселяются птицами.

Научные сотрудники составили „Летопись природы“ заповедника за двадцатилетие (1925–1945 гг.). Позже здесь начали вести годовые „Летописи“, в которых отражаются изменения, происходящие в природе горной тайги. Ученых интересуют условия восстановления кедровых лесов, образ жизни кабарги, состав почвы сиенитового массива, фауна пресных водоемов.

С Красноярскими Столбами связана история зарождения скалолазания в России. В 1851 году здесь состоялся первый подъем на первый Столб; альпинисты, которые покоряли здешние скалы, стали называть себя столбистами, для которых характерны не только оригинальная техника скалолазания, но свои обычаи, этика.

В. Зайцев пишет: „Существует несколько групп, или общин, столбистов. Каждая из них имеет свое название, своих лидеров и, главное, какую-то свою характерную особенность, передаваемую от поколения к поколению. Например, чтобы стать членом легендарной команды „Абреков“, нужно непременно уметь пить, петь под гитару и проходить без страховки определенные сложные ходы и лазы. „Грифы“ — это общество столбовских интеллигентов, бережно хранящих традиции старого доброго „романтического“ столбизма. А вот „Эдельвейсы“ — кузница профессиональных альпинистских кадров, они пользуются богатым арсеналом современной техники скалолазания — при этом, правда, каждую новогоднюю ночь, за несколько минут до прихода Нового года, устраивают „забег“ на вертикальную двадцатиметровую кручу… со связанными руками! Победителя наверху ждут звезды и бутылка шампанского, рекорд подъема — 45 секунд!“

Еще одна особенность — у каждой группы обычно на Столбах есть своя избушка с одноименным названием. Хозяйкой избушки считается та компания, которая построила ее. Но вход в нее не закрыт для любого пришедшего на Столбы.

Столбисты всегда отличались и своей экипировкой. Они носили когда-то брюки и шаровары с лампасами и разноцветными заплатами, белый крахмальный воротничок с бантиком на шее, оригинальный головной убор и красный кушак длиной 6–7 метров (кушак помогал при лазании и страховке). Хотя кушаки уже давно не пользуются популярностью у столбистов, но обыкновенные резиновые галоши по-прежнему остаются здесь самой удобной обувью для восхождения на скалы.

Кроноцкий заповедник

Заповедник занимает обширную территорию восточного побережья Камчатки. Своим возникновением он обязан отнюдь не красоте природы, а камчатскому соболю. Соболиным заказником у коренного населения он был уже в середине XIX века (в нем под страхом смерти запрещался промысел), а заповедником стал в 1934 году. Однако Кроноцкий заповедник несколько раз упраздняли. И, наконец, 1 января 1967 года его открыли в третий раз (на площади 964 тысяч га). Переорганизация заповедника сопровождалась перекраиванием границ. В это время в заповедную зону вторгались лесорубы, вели разведочные работы нефтяники. Богачевская геологическая экспедиция тоже внесла свою лепту в истребление лесов, зверей, птиц и других природных ресурсов. Потом сюда пришли энергетики…

На процесс разрушения заповедника оказал влияние и тайфун „Эльза“, обрушившийся на Камчатку 4 октября 1981 года. Дожди, порожденные тайфуном, не прекращались трое суток. Под сильнейшим напором воды сходили с места громадные валуны, разбивая и уничтожая все на своем пути. Тогда перестал существовать гейзер Большая Печка, самый опасный из гейзеров долины (он фонтанировал в горизонтальном направлении на высоте человеческого роста). Серьезно пострадал источник Малахитовый Грот.

В 1982 году к заповеднику была отнесена трехмильная акватория, таким образом его площадь увеличилась до 1099 тысяч га.

Любопытно, что когда на Камчатке был образован Кроноцкий заповедник, Долина гейзеров (таких всего четыре на планете), о которой тогда еще никто не знал, оказалась внутри заповедной территории.

О возрасте Долины гейзеров можно лишь догадываться. Древние жители Камчатки, жившие менее чем в 30 км от этой долины, боялись забираться глубоко в горы. Ничего не слышали о Долине гейзеров и первые исследователи Камчатки, участники экспедиции Беринга. В 1854 году путешественник Карл Дитмар прошел со своим отрядом всего в 14 км от долины, в 1909-м совсем близко от нее находился лагерь Владимира Комарова. Не дошел туда в 1933 году и известный исследователь термальных минеральных источников Камчатки В. И. Пийп.

Лишь в апреле 1941 года тайна Долины гейзеров была раскрыта. В начале 1940-х годов в заповеднике производилась инвентаризация угодий, и молодому научному сотруднику Татьяне Устиновой было предложено выяснить, почему река Шумная никогда не замерзает и откуда она берет свое начало. Устинова отправилась в путь на собачьей упряжке вдвоем с наблюдателем заповедника, проводником-ительменом Анисифором Крупениным.

Поднявшись от устья Шумной, исследователи обнаружили, что Шумная образуется слиянием двух рек. Обследуя русло Шумной, они вошли в узкий проход между скалами. Шли сначала на лыжах, потом пешком (более семи часов в пути!), а истока все не было видно. Они уже решили возвращаться к лагерю и ненадолго присели на снежном склоне — закусить перед обратной дорогой. Т. Устинова вспоминает: „Напротив нас на левом берегу у воды на лишенной снега площадке выбивалось несколько струек пара. Вдруг одна из них стала быстро увеличиваться, повалили клубы пара, и с грохотом вырвались косые струи кипятка, достигавшие подножия нашего правого склона реки. Их сопровождали поднимающиеся высоко вверх клубы пара. Мы перепугались, не понимая, что же происходит. Было такое чувство, что начинается какой-то катаклизм: как-никак мы были в окружении действующих вулканов… Извержение продолжалось около трех минут, потом прекратилось. Все стихло, исчезло, как не бывало. Мы сидели, совершенно ошеломленные. Потом меня осенило — ведь это же гейзер! Гейзеры в Азии, в частности на Камчатке, не были известны, и трудно было сразу сообразить, что к чему…“ Этот впервые увиденный в Кроноцком заповеднике гейзер назвали Первенцем.

Летом этого же года Устинова с Крупениным сумели добраться до среднего течения этого притока, названного позже Гейзерной рекой, и обнаружили в долине свыше 20 крупных гейзеров (Великан, Жемчужный, Сахарный, Тройной, Конус, Фонтан, Малый, Большой и др.).

Самый крупный гейзер Великан (его фонтан поднимается на высоту 30 м) извергается каждые 6–8 часов. Гейзер Первенец — каждые 45 минут, гейзер Сахарный — каждые 2–3 минуты. Практически все гейзеры и горячие источники долины сгруппированы на площади 3–4 кв. км, поэтому интенсивность тепловыделения здесь одна из самых больших на Камчатке.

Но знаменитая долина привлекает путешественников не только гейзерами, но и необычайно красивым минералом, который образуется в основном вокруг гейзеров, похожий то на коралл, то на кактусы или морских моллюсков. Это гейзерит. Необычной расцветкой и формой гейзерит обязан живущим на нем водорослям и бактериям, которые неспособны существовать вне привычной для них среды обитания (однако туристы, не ведая об этом, уносили с собой на память из долины кусочки гейзерита). Поэтому сейчас самого красивого в „мелкую розочку“ гейзерита, который занимал площадь 900 кв. м, уже не существует — разобран на сувениры.

Яркие и разнообразные цвета характерны и для термальных источников долины (белые водоросли и бактерии комфортно себя чувствуют в горячей воде; темные, сине-зеленые водоросли — в теплой). Говорят, что в воде одних гейзеров можно заваривать чай (только надо наверняка знать, каких гейзеров, так как у других источников вода может содержать мышьяк и сурьму).

Неопытных путешественников привлекают в долине лужки, покрытые травкой. Но знатоки никому не советуют ступать на них: под покровом скрывается обжигающая жижа, и ногу засасывает, как в болото. Доверять в долине можно только полыни.

В каньон долины трудно попасть: нужно преодолеть четырехсотметровый, иногда почти отвесный склон, на многие сотни метров лишенный травяного покрова, иногда с редколесьем и высокой травой. Хуже всего идти в дождь: вулканические почвы превращаются в вязкую жижу. Каждый проходящий по тропе, стараясь удержать равновесие, хватается за побеги шеломайника. Его ломкие стебли гибнут тут же, поэтому за каждым ходоком тропа расширяется на ширину его подошвы. Ливни довершают смыв почвы. Каменноберезовые леса уже не могут восстановиться из-за отсутствия почвы. А сколько было срублено деревьев, вытоптано ягодников, осталось следов от кострищ и стоянок!

В 1975 году долину закрыли на благоустройство, которое продолжалось почти двадцать лет. После закрытия долины поток туристов сократился в десять раз. Но изолировать заповедную зону от „диких“ туристов все равно полностью не удавалось. По мнению автора книги „Национальный парк“ Н. Забелиной, лучше было бы оборудовать спуски — деревянные ступени, настилы, канатные перила. Автор книги „Чур, заповедано!“ О. Волков предлагает соорудить смотровые площадки, ограждения вокруг особо ценных и хрупких объектов и опасных мест, мостики, укрепить грунт на кручах, организовать стоянки.

Кроноцкий заповедник привлекает к себе внимание не только из-за уникальной Долины гейзеров, сама природа Камчатки удивительна по своей красоте и разнообразию. Прислушайтесь к мнению В. Черникина: „Доведется ли вам пройтись по берегу океана, любуясь водопадами, обрывающимися с мрачных базальтовых скал Кроноцкого полуострова, и разглядывая груды морских водорослей или кости китов; или случится идти узенькой тропкой между двумя стенами гигантского камчатского высокотравья, — вы запомните Камчатку навсегда“.

Как утверждают А. Науменко, Е. Лобков, А. Никаноров, авторы книги о Кроноцком заповеднике, там присутствуют все основные элементы геоморфологической структуры полуострова: хребты, сформированные цепью вулканов, вулканические равнины, межгорные впадины, холмисто-увалистые образования, а также приморские низменности. В заповеднике выделяются такие районы, как океаническое побережье, вулканический район и склоны Валагинского хребта.

На территории заповедника находятся 25 вулканов, в том числе 12 действующих. Самая высокая из вулканических вершин — Кроноцкая сопка (3528 м). Озеро Кроноцкое окружено полукольцом из 16 вулканов.

В заповеднике около 800 водоемов. Самые крупные реки: Шумная, Кроноцкая, Богачевка (самая длинная, ее протяженность 72 км), Тю-шовка. Озер относительно мало (самое большое Кроноцкое площадью 212 кв. км, глубиной до 148 м). Есть термальные ключи, реки и озера.

Здесь находятся уникальные объекты природы: помимо упоминавшейся уже Долины гейзеров вулканическая чаша вулкана Узона, роща пихты камчатской, таежный массив лиственницы камчатской, многочисленные снежники и мощные ледники на вулканах. Есть и Долина смерти (у истоков реки Гейзерная). Здесь выделяются парогазовые смеси, опасные даже для камчатского медведя.

Хотя Кроноцкий заповедник расположен примерно на широте Тулы, его климат заметно отличается от климата средней полосы России. Зимой выпадает много снега, нередко заносит даже дома с крышами. Но температура на побережье нечасто бывает ниже минус 20°. Однако лето прохладное, влажное, и уже в начале сентября бывают первые заморозки.

Значительная часть заповедной территории занята горами, поэтому широко распространены растения горных тундр (вообще тундровая растительность очень богато представлена в заповеднике). Но больше всего встречаются заросли ольхового и кедрового стлаников. Третью часть площади, покрытой лесами, занимают каменноберезовые леса с подлеском из камчатской рябины и стлаников (на береговых обрывах березняки принимают уродливые, искривленные карликовые формы).

На небольших площадях растут лиственничные, белоберезовые, ольховые, тополевые леса, кустарниковые ивы. Много различных ягодников, господствует шикша. Травы, особенно в долинах рек, густые, высокие (до 2–3 м) и иногда почти непроходимые.

Хвойных лесов почти нет, если не считать небольшую рощу реликтовой пихты.

В Кроноцком заповеднике насчитывается 120 видов водных беспозвоночных, около 350 — беспозвоночных суши, 26 — рыб, более 200 птиц, свыше 40 млекопитающих. Нет рептилий, и живет лишь один вид земноводных — сибирский углозуб. Хотя животный мир заповедника не очень разнообразен, он имеет свою особенность. Несколько видов млекопитающих и птиц занесены в Красную книгу.

Один из ценных обитателей заповедника — камчатский соболь, отличающийся величиной, с более светлым и жестким мехом, чем у восточносибирских подвидов. Питается он в основном мелкими грызунами, зимой переходит на вегетарианскую пищу — в основном на ягоды рябины.

Горностай широко распространен в речных долинах. Росомаха встречается на территории заповедника от побережья океана до высокогорья. Здесь обитают выдра, заяц-беляк, камчатская лиса-огневка (особенно у океанского побережья и низовий рек). А вот ласку увидишь нечасто.

Много в заповедной зоне бурых медведей, несмотря на то, что их численность в результате браконьерства и нерегулируемого отстрела существенно сократилась (в 1940-х годах на 1 км ягодной тундры можно было встретить одного медведя, в 1961 году медведей было почти в два раза меньше). К человеку камчатский медведь относится, как правило, миролюбиво (исключение составляют раненые звери, „шатуны“ и медведицы с медвежатами).

Из копытных здесь обитает всего два, но очень многочисленных вида — северный олень и снежный баран.

Широко распространены в горном поясе пищуха, сурок, суслик. Белка проживает в лиственничном лесу у Кроноцкого озера. Из мелких грызунов встречаются различные виды мышей.

В прибрежных водах Кроноцкого заповедника живут ластоногие: сивучи (обитают на скалистых островах у мыса Козлова), кольчатая нерпа, ларга. Иногда с полярными льдами попадают сюда моржи.