Настройки шрифта

| |

Фон

| | | |

 

— Пусть останется, — выдавил Брон. — Лучше скажите… что случилось? — Повернув голову, он убедился, что лежит на кушетке в приемной губернатора, а рядом стоит хмурый джентльмен — наверное, врач — и покачивает стетоскопом. В дверь с интересом заглядывало с десяток незнакомых лиц.

— Что за дело привело тебя, соратник, — осторожно начал Тил, обойдя молчаньем забинтованную и подвязанную руку. Он выглядел постаревшим, но все таким же уверенным в себе. Все время рассказа Сэва, Тил разглядывал тунику безымянного, пытаясь определить, что под ней скрывается.

— Мы только что нашли вас, — пояснил губернатор. — Вот все, что нам известно. Я работал в кабинете, когда услышал вой, напоминающий детский плач, — он даже передернулся, вспоминая. — Люди услышали его даже на улице, и мы разом бросились туда, наткнулись на вас. Вы лежали на полу у черного хода, похолодевший и с разбитой головой, а над вами стояла эта свинка и выла… Даже не предполагал, что свиньи могут издавать такой ужасный звук. Она никого не подпускала к вам, щелкала зубами и пыталась наброситься. Она успокоилась только когда пришел врач, но подпустила его к вам, предварительно обнюхав.

— Ну что ж, бывший соратник, вызов принят. Но мое племя намного сильней твоего. Так что сначала ему придется показать себя с кем-нибудь ниже рангом.

Брон соображал быстро, настолько быстро, насколько позволяла пила, жужжащая в его голове.

— Значит, вы знаете об этом не больше моего, — вздохнул он. — Я-то пришел поинтересоваться, как тут дела с моими фермерскими бумагами. Дверь с улицы почему-то оказалась заперта, ну я и подумал, а не смогу ли пробраться через черный ход, ежели кто внутри еще сидит. Значит, я полез через черный ход, там-то меня и хватили по башке, а потом… я уже лежал здесь, за что должен благодарить Жасмин. Видать, она пошла следом за мной и видела, как меня, значит, ударили по башке. Вот тогда-то она и начала визжать, что вы сами слышали, и, я так думаю, кусать за лодыжки того, кто меня ударил, кто бы он ни был. Знаете, у свиней отличные зубы. Она напугала его, и он дал деру. — Брон застонал: — Доктор, дали бы вы мне чего от головы, — попросил он.

— Конечно. Выставь своего третьего — это будет соответствовать моему первому. Если он побьет, дело будет за тобой. Сегодня посмотришь его в поединке, завтра — сразишься сам.

— Возможно, у вас сотрясение мозга, — ответил доктор.

— Рискну согласиться с вами, док, но лучше уж сотрясение, чем голова напополам.

— Я гляжу, ты в нем уверен больше, чем в себе…

Толпа любопытных рассеялась, пока доктор колдовал над Броном; так что в гудевшей от боли голове осталась лишь одна пульсирующая точка Брон потрогал пальцами кровоподтек на руке, дождался, когда губернатор запер дверь и только тогда сказал:

— Разумеется, я сказал не все.

Сэв обернулся к Сосу:

— Я так и думал. Что же на самом деле произошло?

— На меня напали в темноте. Может, один, может, двое. Не знаю, кто именно. Остается благодарить Жасмин, которая проснувшись, обнаружила, что я ушел, и последовала за мной, видимо, подсознательно почувствовав опасность. Только с ее помощью я остался жив, попавшись в искусно расставленную ловушку.

— Вождь, не могли бы вы снять свою одежду…

— Что вы имеете в виду?

— В игре задействована Ли Дэвис: она позвонила, назначила место и время нашей встречи, и ждала меня, когда я вошел…

Сос кивнул. Парень был прирожденным советником и дипломатом.

— Вы хотите сказать!..

— Не хочу — говорю. Самое время пригласить ее сюда и получить показания.

Тилу оказалось достаточно одного взгляда. От потрясения он даже привстал.

Губернатор пошел к фону, а Брон медленно опустил ноги на пол и попытался подняться. Он ухватился за спинку дивана, и тут же комната пошла кругом, а пол закачался, как палуба утлого суденышка во время шторма. Жасмин прижалась к его ноге, вздохнув протяжно и сочувственно. Когда качающаяся мебель, танцующий пол и вращающиеся стены здания остановились, заняв привычные места, Брон сделал несколько пробных шагов не негнущихся ногах. Убедившись, что не упадет, он отправился на кухню.

— Ясно. А какое у тебя оружие?

— Что желаете заказать, сэр? — спросила кухня. — Быть может, подать легкую закуску?

— Я иду в круг с пустыми руками.

— Кофе. Только черный кофе — и как можно больше.

— Через минуту кофе будет готов, сэр. Хочу заметить, диетологи считают, что вредно пить кофе на пустой желудок. Рекомендую подогретый сэндвич или отбивную…

— Ясно, — повторил Тил и задумался.

— Отстань! — отмахнулся Брон — в голове опять застучало. — Чего ради я должен слушать советы ультрасовременной болтливой кухни? Я предпочитаю кухни-старушки, которые готовят пищу на огне, а говорят лишь одно-единственное слово: «готово».

— Ваш кофе, сэр, — обиженно ответила кухня. Хлопок раскрывшейся дверки, и на стойку вылетел кипящий кофейник.

В тот же день одним пудовым ударом кулака Сос повалил на землю третьего меченосца. Бил правой, а левой — чтобы не мешал меч — схватил его прямо за лезвие. На роговом панцире ладони, под которым пружинилась проволочная подкладка, появился небольшой порез. К лезвию он подбирался осмотрительно, но зрители остались в полной уверенности, что он остановил его голой рукой на самом полном ходу.

Брон осмотрелся.

— А как насчет чашки? Или прикажешь пить пригоршнями?

Тил умел учиться, он держался на расстоянии и орудовал мечом так, словно пальцы Безымянного были лезвиями кинжалов, а голова — тяжелым шаром булавы. Мелькающий клинок обеспечил хорошую защиту, Тил долго не сдавал позиций.

— Чашка, конечно, сэр. Только хочу заметить, вы не уточняли, что желаете пить из чашки. — Внутри машины раздался приглушенный щелчок, и чашка с отбитым краем, дребезжа, скатилась по наклонной доске на край стола.

«Вот теперь нормально, — подумал Брон. — А кухня-то с характером». Вошла Жасмин, постукивая копытцами по кафельным плиткам. «Придется наладить отношения с автоматическим поваром, а то придется объясняться с губернатором из-за такого пустяка».

— Ты, кажется, говорила об ужине, кухня, — громко сказал Брон, наигранно-медовым голосом. — Я премного наслышан о твоем искусстве готовить замечательные кушанья. И хотел спросить, а не сможешь ли ты приготовить мне яйца по-бенедиктински?

Но он не учел одного: и ноги Безымянного были опасны, — не только руки и голова. Один резкий удар в колено — и на мгновение Тил утратил способность двигаться, пронзенный нестерпимой болью. Он был уверен, что это конец, но, презирая опасность, продолжал драться: любая задержка была гибельна. Подкошенный вторым ударом в колено, Тил предпринял отчаянную атаку. Клинок вонзился в плечо. Сос взметнул руку и свалил Тила, ударив сжатыми пальцами у основания шеи.

— Секундное дело, сэр, — радостно ответила кухня, и мгновение спустя осторожно поставила на стол поднос-тарелку с дымящимся блюдом, аккуратно сложенную салфетку, нож и вилку.

Он вырвал из плеча меч и сам перевязал рану. Металлическое укрепление внутри кости остановило острие.

— Замечательно! — воскликнул Брон, осторожно переставляя поднос под стол, для Жасмин. — В жизни своей не пробовал ничего вкуснее!.. — воскликнул он, и тут же громкое чавканье наполнило кухню.

— О, сэр, вы действительно отличный едок, — прогудела довольная кухня, — приятного аппетита, приятного аппетита.

Когда Тил снова обрел способность двигаться, они направились к следующему племени, все ближе подбираясь к лагерю самого Сола. Тил взял и семью, Безымянный не обещал быстрого возвращения. Дети во все глаза смотрели на чудовище, победившее их отца.

Брон осторожно вышел, прихватив с собой кофе, и бесшумно сел на диван. Губернатор посмотрел на него, нахмурился и озабоченно произнес:

— Ее нет ни дома, ни у друзей… по-моему, я проверил все места. Специальная группа прочесывает территорию, кроме того, я адресовал экстренный запрос всем частным фонам. Никто не видел ее, никто не знает, где она может находиться в данный момент. Невозможно, чтобы человек бесследно пропал. Осталось связаться с рудниками, это последний шанс.

В откровенные беседы не пускались, Тил не узнал Соса, а случайные и опасные реплики Сэв ловко отводил.

Губернатору Хэйдену понадобился еще час, чтобы убедиться — Ли Дэвис исчезла. Поселения колонистов занимали незначительную часть Троубри, до сих пор нужного человека отыскивали с помощью фона за несколько минут. Но Ли Дэвис как будто растворилась. Брон, не сомневаясь что поиск напрасен, ожидал когда губернатор придет к аналогичному выводу. Сняв башмаки, Брон положил ноги на теплый бок Жасмин, которая погрузилась в сладкий сон, как по щелчку выключателя; он откинулся на спинку дивана и задремал, определив план дальнейших действий.

— Она пропала, — сказал Хэйден, получив отрицательный ответ на последний запрос. — Как это могло случиться? Уверен, она не имеет ничего общего с теми, кто напал на вас.

Через три недели они добрались до лагеря Тора. Чтобы заставить Сола войти в круг, нужно было укрепить свою свиту еще одним командиром. Он властвовал уже над шестью сотнями воинов, но оставалось еще восемь племен, и некоторые — довольно большие. Сол мог удержать империю, отказавшись от личного поединка и дав приказ другим не принимать вызов. Захват третьего племени сделал бы отвалившийся кусок слишком большим, чтоб так просто им можно было поступиться.

— Вероятно, ее вынудили позвонить мне.

— Что вы такое говорите?

— Я только выдвигаю предположения, они хорошо объяснимы. Если предположить, что брат ее остался жив…

Племя Тора было меньшим, чем у Тила, но все же достаточно грозным формированием. В нескольких кругах упражнялись парные команды: похоже, сражение с Питом прошло успешно.

— О чем вы?

— Разрешите мне закончить. Предположим, ее брат жив, но ему угрожает смертельная опасность. И тут появляется шанс спасти его, надо только выполнить условие, то есть вызвать меня. Не будем пока осуждать девушку; думаю, она не предполагала, что меня собираются убить. Но после покушения ее как свидетельницу нападения забрали с собой.

Конечно, его уже ждали. Тор встретил его и немедленно увел к себе для личных переговоров. Сэв и Тил остались у входа.

— Вы что-то знаете, Вьюбер?! — воскликнул Хэйден. — Расскажите! Как губернатор я имею право знать все!

— И обязательно узнаете, когда у меня на руках окажутся факты, а не подозрения и предположения. Нападение в темноте, как и похищение девушки, говорят о том, что мое появление на Троубри нежелательно. Кому? Тем, кто понимает, что я приблизился к разгадке. Надо ускорить ход событий, чтобы поймать ваши привидения, застав врасплох.

— Я вижу, у тебя семья… — начал Тор.

— Вы думаете, что между нападением на вас и ситуацией на Плато Привидений существует связь?

— Уверен, что так и есть. У меня к вам просьба, губернатор: постарайтесь сделать так, чтобы к утру все жители только и говорили о том, что завтра я отправляюсь на свой участок. Убедитесь, что все «извещены» о моем намерении.

Сос пошевелил обнаженным запястьем:

— Куда? На какой участок?

— На Плато Привидений — куда же еще?

— У меня когда-то была семья.

— Самоубийство!

— Нет. Я почти уверен, что знаю причину трагедии на плато, кстати, знаю и средство защиты. Я очень надеюсь, что знаю. К тому же у меня отличная команда, и она уже дважды за сегодняшний день справилась с «работой». Думаю, у нас есть преимущество перед соперником но его надо развить, если мы хотим увидеть Ли Дэвис живой и невредимой.

— Ясно… — Тор не ожидал такого промаха и никак теперь не мог найти у противника слабое место. — Ты, говорят, пришел неизвестно откуда, входишь в круг безоружным, победил Сэва и Тила и собираешься отвоевать у Сола всю империю…

Хэйден сжал кулаки, уперся ими в крышку стола и, размышляя вспух, произнес:

— У меня есть право остановить вас, но я им не воспользуюсь, если вы сделаете так, как скажу я. Постоянная радиосвязь, вооруженная охрана, коптеры, приведенные в боевую готовность…

— Да.

— Большое спасибо, сэр, но я вынужден отказаться, помня, что случилось с геологами…

— В таком случае, — произнес Хэйден, натолкнувшись на решительный взгляд Брона, — я иду с вами. Я несу ответственность за жизнь Ли. Решайте: либо вы идете со мной, либо никуда не идете.

— Было бы глупо мне драться, я слабее Тила…

— Тогда по рукам, губ, — улыбнулся Брон. — Лишняя пара глаз не помешает, к тому же может понадобиться свидетель. Сегодня вечером на плато события будут развиваться стремительно. Да, забыл сказать самое главное — никакого оружия с собой.

— Это самоубийство.

Сос молчал.

— Послушайте моего совета, памятуя о трагедии — вы скоро поймете, что у меня есть для этой просьбы серьезные основания Я оставляю все свое снаряжение на складе. Надеюсь, его туда перевезут и сохранят до нашего возвращения.

— Но не в моих привычках уклоняться от вызова. Сделаем так: я ставлю свое племя против твоих, если ты сразишься с моим представителем.

ГЛАВА 6

Брон заставил себя одолеть десять часов сна; он не сомневался, что запас ему не помешает.

— С одним из твоих воинов? Неужели ты думаешь, я выставлю шестьсот человек против одного твоего племени? — Сос изобразил возмущение, в тайне беспокоясь лишь об одном: узнал его Тор или нет?

В полдень прикатил грузовик, погрузил снаряжение и увез его, после чего отряд выступил в путь. Губернатор Хэйден оделся соответственно «прогулке» со стадом: охотничьи ботинки и костюм из толстой грубой ткани. Двигались они со скоростью самых медленных поросят; со всех сторон раздавались шумные комментарии горожан, а свиньи шустрили по канавам в поисках съестного. Брон направил стадо по маршруту предыдущей экспедиции. К плато вела извилистая дорога, проложенная вдоль берега быстрой реки с мутной водой.

— Я сказал — с моим представителем. Он не принадлежит моему племени. Если он победит — ты освободишь всех людей и пойдешь своей дорогой, Сол со временем вернет их себе. Если победишь — я сдам свое племя, но сам останусь на службе Сола. Не хотелось бы служить другому вождю, по крайней мере, сейчас…

— Река пересекает плато? — спросил Брон

— Хм, интересный случай. — Сос чуял подвох, Тор всегда отличался хитростью.

— Дружище, — возразил Тор, — это ты — интересный случай!

— Да, — ответил Хэйден. — Она начинается в горах и спускается вниз на плато.

Сос размышлял. Нет, вроде ничего подозрительного. Условия нахальные, но какая ему разница, с кем драться сейчас. Главная цель — добраться до вождя империи. И Тор, похоже, не узнал его. Он, наверное, даже слишком переживал по этому поводу.

Брон, едва успев кивнуть, бросился высвобождать пищащего сосунка, который ухитрился втиснуться между камнями и застрял. Это небольшое происшествие оказалось на их пути единственным. К заходу солнца они поднялись на плато и остановились на прогалине, рядом с поляной, на которой нашла свой последний приют предыдущая экспедиция.

— Вы считаете, что мы удачно выбрали место? — спросил Хэйден.

— Хорошо. Давай своего представителя.

— Лучше не придумать, — ответил Брон. — Оно будто специально приготовлено для нас, — и посмотрел на солнце, коснувшееся горизонта. — Давайте поужинаем. К наступлению темноты мы должны находиться в боевой готовности.

Брон установил огромную палатку; внутри нее стояла пара складных стульев да висел фонарь, работающий на батарейках.

— Он будет через пару дней, я уже послал гонца. А пока — наш прием.

— В духе спартанцев?! — ехидно заметил Хэйден.

— Тащить в горы оборудование за сорок пять световых лет только для того, чтобы его уничтожить? Мы разбили лагерь, и это самое главное. Все необходимое оборудование — здесь, — он похлопал по небольшому пластиковому мешку на плече. — А теперь — жевать.

Сос поднялся и направился к выходу.

Хороший офицер прежде всего заботится о своем войске — первыми были накормлены свиньи. Хэйден и Брон расположились за пустой коробкой, в которой хранился пищевой рацион для свиней. Положив на коробку два саморазогревающихся обеда, Брон снял с них изолирующую упаковку и вручил Хэйдену пластиковую вилку. К тому времени, как они закончили трапезу, стало совсем темно. Брон высунулся в проем палатки, свистом подозвал Крепыша и Завитка. Оба борова мгновенно появились из темноты и резко остановились перед Броном, оставив на земле глубокие борозды.

— Да, кстати… Кто этот воин?

— Отлично, ребята, — улыбнулся Брон и похлопал кабанов по спинам. Крепыш и Завиток восторженно захрюкали и уставились на него, выкатив глаза. — Они, знаете ли, уверены, что я их мамаша. Брон спокойно ждал, когда Хэйден справится с удивлением. — Звучит забавно, но это абсолютная правда. Дело в том, что их отняли от свиноматки сразу после рождения, и я выкормил их собственными руками, поэтому именно я запечатлелся в их памяти как родитель.

— Их родители — свиньи, — Хэйден искоса посмотрел на Брона, — вы не очень-то похожи на свинью.

— Его зовут Рок. Рок-Булава.

— Вы просто никогда не сталкивались с термином «имбридинг». Доказано, что котенок, выращенный со щенками, считает себя собакой. На его поведение влияют не только ассоциативные воспоминания детства. В данном случае срабатывает психологический процесс, называемый имбридингом. Механизм действия основан на том, что родителем своим — котенок или щенок — считают первое существо, которое они видят, когда у них открываются глаза. Ведь, как правило, новорожденный видит своего родителя, как правило — но не всегда. Вот почему котенок уверен, что его мать — собака. А мои кабаны-переростки уверены, что юс родитель — я. Я приступил к их обучению, окончательно убедившись в их сыновней преданности, без нее нельзя чувствовать себя совершенно спокойно рядом с ними. Как бы разумны они ни были, кабаны остаются стремительными, неутомимыми зверями, способными запросто убить. Но их преданность, в свою очередь, значит, что я нахожусь в безопасности, пока они рядом со мной. Если кто-либо попробует напасть на меня в их присутствии, они выпотрошат его за считанные секунды. Я рассказываю все это для того, чтобы вы ненароком не совершили какой-либо глупости. А теперь — отдайте пистолет, который вы обещали не брать.

Угораздило же поверить этой хитрой лисе! Рок! Рок, которого не смог одолеть даже Сол! И как ловко придумано! Рок всегда был безразличен к власти, дрался из чистой радости действия. Гонцу стоит только шепнуть: “Отличная драка!” — и тот как ребенок, готов следовать куда угодно.

Рука Хэйдена дернулась к набедренному карману и остановилась, потому что оба кабана повернули головы в его сторону, уловив резкое движение. Крепыш, которого Брон тут же потрепал по загривку, от радости распустил слюни. Губернатор обратил внимание, как капля слюны стекла по языку кабана на острие десятидюймового клыка.

— Оружие необходимо мне для самозащиты… — запротестовал Хэйден.

Выбор был безупречен и в другом смысле: Сос не знал более выносливого и по-настоящему неуязвимого человека. Другие пытались одолеть его мастерством — и ничего не добились. У Рока мастерства не было и в помине, зато была неистощимая сила.

— Без пистолета вы защитите себя надежней. Доставайте, только без резких движений.

Вздохнув, Хэйден вытащил компактный плазмострел и протянул Брону, который повесил оружие на крюк, рядом с фонарем.

Рок объявился через три дня, все такой же огромный и сияющий. За два года он ни капельки не изменился. Хотелось броситься к нему, пожать гигантскую ладонь, и снова услышать радостное “О’кей!” — но… Он должен был остаться безымянным.

— А теперь — выверните карманы, — сказал он. — Все металлические предметы должны лежать на этой коробке.

— Чего вы от меня хотите?

Начало смеркаться, и Тор уговорил Рока отложить поединок на утро.

— Побеседуем чуть позже, сейчас не время. Вытаскивайте.

Хэйден, глянув на кабанов, опустошил карманы, Брон поступил точно так же. Они разложили на коробке коллекцию монет, ключей, ножиков и небольших инструментов.

— Сильный воин, большая драка, — объяснил он. — Нужен целый день.

— Конечно, сейчас поздно решать, как поступить с металлическими деталями ваших ботинок, — вздохнул Брон, — но не думаю, что они доставят нам неприятности. Видите, я предусмотрительно надел ботинки из эластика.

Люди вышли из палатки в кромешную тьму; Брон, посвистывая, отвел свое войско в близлежащий лес, рассредоточив свиней под деревьями на доброй сотне ярдов… Лишь понятливая Царевна осталась с ними, лежа за стулом Брона.

Рок расплылся в улыбке:

— Я требую объяснений, — объявил губернатор Хэйден.

— Не сбивайте меня, губ, я прорабатываю свою версию. Если до утра ничего не произойдет, я вам все объясню — и даже принесу свои извинения Ну разве она не красавица? — добавил он, уходя от темы разговора, и наклонился к массивной туше, застывшей у его ног.

— О’кей!

— Боюсь, я бы употребил по отношению к ней совсем другое прилагательное.

— Ну ладно, только не произносите его вслух громко. Царевна неплохо понимает английский, и я не хочу, чтобы она была задета. — Брон на несколько секунд задумался. — Отношение к свиньям связано с недоразумением. Свиней называют грязными, но лишь из-за того, что их вынудили жить в грязи и отбросах. От природы они чистоплотны и привередливы Они склонны вести сидячий образ жизни и расположены к полноте — точно как и люди — они легко набирают вес, если их посадить на соответствующую диету. Если как следует разобраться — они похожи на людей больше любого животного: они страдают от язвы и болезней сердца. Как и у людей, их тело лишь слегка покрыто волосами, а зубы идентичны нашим зубам. Они похожи на нас даже своим темпераментом. Несколько столетии назад один из первых физиологов — Павлов — использовал собак в научных экспериментах и попытался повторить опыты на свиньях. Но стоило поместить свинью на операционный стол, животное начинало визжать, как сумасшедшее, и вырываться. Он сделал вывод, что они «врожденно истеричны», и вернулся к собакам, что доказывает — и у гениальных умов случаются проколы. Свиньи отнюдь не истеричны — они невероятно чувствительны в отличие от собак. Реакция свиньи соответствует реакции человека, которого пытаются связать, чтобы положить на операционный стол для немедленной вивисекции… Что там? — спросил он у Царевны. Она резко приподняла голову, навострила уши и хрюкнула.

Сос наблюдал, как великан, навернув за троих, с наслаждением облизывал жирные губы, как подлетела стайка хорошеньких девушек, облепила его и принялась разглядывать и щупать браслет. Сос затосковал по прошлому. Вот человек, владевший формулой вечного счастья: невероятная сила, фантастический аппетит и никаких забот о будущем. Как здорово было бы странствовать с ним, купаясь в отраженных лучах его счастья! Действительность могла волновать кого угодно, но не Рока.

— Ты что-то слышишь? — поинтересовался Брон. Свинья в ответ хрюкнула громче и вскочила на ноги. — Напоминает шум приближающегося мотора? — Царевна кивнула мощной головой, по-человечески утвердительно ответ ив на вопрос.

— Быстро в лес! Под деревья! — закричал Брон, подталкивая Хэйдена. — Быстрее! Еще несколько секунд и — можете считать себя покойником!

Утром, как только рассеялась мгла, они направились к кругу. Воины столпились на подступах такими плотными рядами, что Тору пришлось расчищать дорогу. Об условиях знали все, кроме, пожалуй, Рока, которому было все равно. Однако самой интересной оставалась, конечно, сама схватка. Только дважды, как гласили предания, Рок был остановлен: один раз наступлением ночи, другой — стремлением его булавы полетать. Но по-настоящему его не побеждал никто. Но говорили также, что он никогда не связывался с неизвестным оружием, например, сетью…

Очертя голову они бросились к деревьям и едва спрятались за ними, как услышали далекий, приближающийся рокот. Хэйден попытался задать вопрос, но его туг же ткнули лицом в листья, — грохочущая тень наплыла на поляну, заслонив собой звезды. Хэйден поднял выпученные глаза — что это? Сучья и листья взлетели в воздух над их головами; губернатору показалось, что его тянут за ноги, стараются приподнять. — Брон дунул в пластиковый свисток и скомандовал: «Крепыш, Завиток — в атаку!», — вытащил продолговатый предмет, напоминающий палку, и бросил ею на поляну. Ударившись о землю, пиросвеча с хлопком загорелась, слепя глаза ярким пламенем. Тень оказалась машиной, не менее десяти футов в диаметре: округлой, черной и гремящей, к ее поверхности крепилось несколько дисков. Она зависла в футе над травой. Один из дисков довернулся в направлении палатки. Последовала серия хлопающих и щелкающих звуков — тент разорвало на части, и он рухнул на землю. В но же мгновение люди увидели атакующих кабанов, появившихся на противоположной стороне поляны. Они мчались неправдоподобно быстро с опущенными головами и бешено мелькающими ногами. Один из них, на секунду опередив другого, врезался в машину, проломив корпус. Раздался звон металла и треск искореженных механизмов, машину отбросило в сторону, она накренилась так. сильно, что едва не перевернулась. Второй кабан, оценив ситуацию, закрепил успех. Не замедляя бега, он прыгнул через открытый верх в кабину машины. Хэйден с ужасом наблюдал за битвой. Машина опустилась на землю, то ли из-за повреждения механизмов, то ли из-за солидного веса кабана. Первый кабан, приподнявшись на ногах, взобрался по краю и нырнул вслед за вторым. Несмотря на рокот мотора, Хэйден хорошо слышал звуки ломающейся аппаратуры и гонкие пронзительные вопли. Потом раздался грохот рвущегося металлического корпуса, и гудение мотора прекратилось одновременно с затихающим стоном. Как только с первой машиной было покончено — послышался рокот мотора второй машины.

Рок вскочил в круг, залихватски вертя своей булавой, пока соперник раздевался. Аккуратно сложив свою тунику, Сос остался в одних штанах и, расправив плечи, поигрывал мускулами. Зрители смотрели на них, затаив дыхание.

— Еще одна! — Брон вскочил на ноги и дунул в свисток. Один из кабанов приподнял голову, высунулся из останков машины и спрыгнул на землю Второй с шумом продолжал буйствовать внутри кабины. Первый кабан метнулся на звук, как камень, выпущенный катапультой, и оказался на месте приземления одновременно с машиной, появившейся на краю поляны; он вонзил клыки в обшивку и отодрал от машины длинную черную полосу. Машина накренилась, ее водитель, увидев останки первой машины, заложил крутой вираж и скрылся в темноте. Брон достал вторую пиросвечу, бросил к первой, которая уже догорала. Одна свеча горит в течение двух минут, так что вся операция — от начала до конца — заняла еще меньше времени.

— Да они же совершенно равны! — потрясенно выкрикнул кто-то.

Брон подошел к уничтоженной машине, Хэйден поспешил следом Кабан, выпрыгнув из машины, стоял возле нее, тяжело дыша; он принялся вытирать клыки о землю.

Сос невольно оглянулся. Неужели он не уступает этому гиганту? Не может быть!

— Что это? — спросил Хэйден.

Однако, в самом деле, Рок был выше и шире в плечах, но Сос превосходил его в мощи сложения. Инъекции в операционной подземелья, ускорявшие рост мышц, и защитные материалы, вживленные в тело, намного увеличили его вес, хотя при всей его массе в Сосе не было ни грамма лишнего жира. Весил он, вероятно, вдвое больше, чем в тот день, когда впервые вышел на поиски приключений.

— Экраноплан, — ответил Брон. — Сегодня их редко встретишь — но и им нашли применение. Экранопланы легко передвигаются над открытой поверхностью, над водой и никогда не оставляют следов. Но они не летают между деревьев или над лесом.

Плечи и руки обоих покрывали шары немыслимой величины, а шею — загрубелая кожа, испещренная шрамами. Но если фигура Рока сужалась книзу, переходя в небольшие бедра и относительно стройные ноги, то по всему телу Соса, делая его похожим на столб, выпирали защитные мускулы. Теперь он не нуждался в оружии: он сам был оружием.

— Никогда о них не слышал.

Сос вступил в круг.

Рок начал как обычно, атакуя без приглядки и расчета. Сос нырял и делал все, чтобы не попасть под булаву. Для пущего эффекта он мог спокойно выстоять против любого удара шестом, но с булавой шутки плохи: удар по голове, от души влепленный Роком, мог запросто лишить его чувств. Сам металлический череп, возможно, и не пострадал бы, но его содержимое превратилось бы в бесформенное желе. Возможно, не пострадают при ударе укрепленные кости рук и ног, но его великолепные мускулы превратятся в кровавую кашу. Рок был в состоянии отдубасить его по первому разряду.

— Ничего удивительного. С тех пор, как лучистую энергию научились накапливать в компактных батареях, на их основе создали более современные средства передвижения. Но до изобретения компактных батарей экранопланы собирали в таком же количестве, как дома Они являются гибридом наземного и воздушного транспорта. Да, они летают по воздуху, но их движение зависит от наличия твердого грунта или воды, так как они держатся в воздухе за счет «воздушной подушки».

Увильнув от набиравшей обороты булавы, Сос выбросил руку, поймал идущую на подъем рукоять и всадил в живот Року свой поистине железный кулак. Тот покачнулся, но выстоял. Рывком освободив оружие, он обрушил его на бедро Соса, восстановил нарушенное равновесие и снова перешел в атаку. Удара он не ощутил.

— Вы знали, что они прилетят, поэтому мы спрятались в лесу?

— Я подозревал. Как и то, что прилетят именно они. — Брон указал внутрь разбитого экраноплана; Хэйден отпрянул, пораженный открывшейся картиной.

Сос закружил у самого края, расхаживая ушибленное бедро и начал лихорадочно соображать. В живот Рока не взять: он выдержал такой удар, от которого у другого все кишки вылезли бы наружу. В том, как он перехватывал булаву, занося ее слева, была своя легкость и даже изящество — качества, которых никто за ним почему-то не замечал. И потом, движения Рока были вовсе не такими уж неосмысленными. Он постоянно менял углы поворота, вкладывая в каждую дугу точную порцию силы. Ни меч, ни шест, не говоря уже о более легком оружии, не могли прорваться сквозь непрестанное мелькание его булавы. Теперь стало ясно, что манера его нападения была и таким же превосходным способом защиты.

— Я стал забывчив, но это происходит не только со мной, — сказал губернатор. — Инопланетян я видел лишь на картинках, для меня они оставались чем-то нереальным. Но эти существа! Кровь, зеленая кровь Серая кожа, саблевидные трубчатые конечности — как на картинке, которую я видел; неужели это…

— Салбени, вы правы. Одна из трех разумных рас инопланетян, которую мы встретили за время нашего освоения Галактики. И единственная, обладающая средствами межзвездных перелетов. Они уже отхватили себе кусок Галактики и отнюдь не рады нашему появлению. Мы стараемся держаться подальше от них, и при каждом удобном случае даем им понять, что не имеем намерений захватить их территории. Вы знаете, что и люди не всегда находят общий язык, а договориться с инопланетянами и того тяжелее. Но хуже всего иметь дело с Салбени. У них по жилам течет не кровь, а сама подозрительность. Несомненно, многие факты указывали на то, что они здесь, на Троубри, но я окончательно уверился, лишь столкнувшись с ними нос к носу. Они предпочитают ультразвук в качестве оружия. Человеческое ухо не воспринимает его, зато животные способны его слышать. Можно повысить частоту до уровня, так что даже животные перестают его воспринимать — но они чувствуют его, впрочем, как и мы. С помощью ультразвука можно проделывать таинственные вещи. — Брон постучал по вогнутому диску, не очень-то похожему на микроволновую антенну.

Странно, что он не замечал этого раньше. Да и был ли Рок на самом деле таким воплощением тупой силы, каким его привыкли считать? Может быть, все заблуждались, думая, что при своей огромности и мощи он непременно должен быть идиотом? А может быть, подобно Солу, Рок был прирожденным воином, которого вело к победе безошибочное, звериное чутье? И все же у него должны быть слабые места.

— Это первый ключ к разгадке. В лесу спрятаны ультразвуковые прожекторы, их невозможно услышать, но легко почувствовать страх и беспокойство, которые они вызывают. Вот она, аура необъяснимого, висящая над плато и заставляющая людей его сторониться. — Он дунул в свисток, сигнализируя с гаду общий сбор.

— Животные, как и человек, стараются обходить стороной источники излучения, которые использовались как орудия охоты, как средства запугивания. Когда ультразвук перестал вызывать страх и люди вернулись, Салбени прибегли к более изощренным методам нападения. Взгляните на свои ботинки и на фонарь.

Не успев до конца рассчитать движение, Сос рванулся и нанес удар в колено, получив ответ по ноге, будто случайный, но весьма ощутимый. Он снова отразил булаву рукой, сбив ее с пути, и в прыжке по-медвежьи навалился на Рока, сцепив руки за его спиной. Рок шумно выдохнул, высоко занес булаву — и не успей Сос отскочить, поединок бы закончился.

От удивления Хэйден раскрыл рот: металлические ушки исчезли с ботинок, а шнурки, разорванные на кусочки, свисали из лохматых отверстии. Фонарь, как и металлическое оборудование предыдущей экспедиции, оказался смят.

— Магнитострикция, — пояснил Брон. — Они проецируют на металлические предметы увеличивающееся и уменьшающееся магнитное поле невероятной интенсивности, которую трудно выразить в гауссах. Похожая технология используется на фабриках для пластической обработки металлов. Но как вы могли убедиться, ее применяют я в полевых условиях. Сначала магнитострикция, а затем прожекторы, чтобы довершить дело. Даже обычный сканирующий радар вызывает на теле ожог, если встать к нему слишком близко. А специальные ультразвуковые прожекторы превращают воду в пар, взрывают органические материалы. Именно так Салбени поступили с группой геологов, остановившихся здесь, на плато — неожиданно включили свое зверское оружие в тот момент, когда люди находились в палатках, окруженные оборудованием; оно взорвалось, уничтожив и себя, и людей… А теперь — пойдемте.

Да, Рок умел защищаться.

— Не понимаю, что все это значит? Я…

— Позднее. Мы обязаны догнать улетевший аппарат.

Предприняв очередной бросок, Сос поймал его руку и, схватив с двух сторон, попытался сломать, — Рок напряг мускулы и снова оказался неуязвим. Он перекинул булаву в левую ладонь, нацелив смертельную дугу на спину Соса, и тому опять пришлось отступить. Еще один удар пониже локтя Сос провел костяшками сжатых пальцев, стараясь попасть в нервный узел, но, не успев достигнуть цели, был вынужден ретироваться, боясь угодить под булаву. Этим ударом он мог бы сильно ослабить Рока, приблизив свою победу, но в то же время сам оказывался опасно открыт, и один полновесный подзатыльник сделал бы эту победу весьма сомнительной.

На краю поляны, где исчез второй экраноплан, они обнаружили длинную покореженную полосу черного пластика.

— Часть днища машины. Без нее он начнет крениться и терять высоту. Это поможет нам преследовать его. — Он протянул пластик Царевне, Жасмин и другим свиньям, столпившимся вокруг людей.

Простыми средствами здесь ничего не добьешься. Оставаясь в сознании, Рок будет драться до конца, а свалить его с ног было не так-то просто. Прямой удар в основание черепа? Но от черепа Рока пострадают, скорее, собственные пальцы.

— Как вы знаете, собаки прекрасно берут след, но могу вас заверить — у свиней нюх не хуже собачьего, если не лучше Как факт напоминаю, что в Англии многие годы использовали охотничьих свиней, а не собак. И еще свиней натаскивали вынюхивать трюфеля. Вот, полюбуйтесь!

Однако оставались самые коварные приемы: удары в пах, в глаза, в ухо были способны лишить великана чувств.

Похрюкивая и повизгивая, лучшие из питомцев Вьюбера, рванувшись по следу, растворились в темноте. Мужчины, спотыкаясь, побежали следом в окружении остального стада. Хэйден, пробежав несколько ярдов, остановился, чтобы подвязать ботинки полосками разорванного носового платка Губернатор ухватился за ремень Брона, который, в свою очередь, погрузил пальцы в густые пряди на загривке Завитка; в таком порядке они дружно проламывались сквозь заросли. Экраноплан мог лететь только над открытой местностью, иначе их кошмарная погоня бесполезна. Невдалеке из темноты поднялся треугольник горы; Брон свистом собрал стадо.

— Остановитесь! — приказал он. — Оставаться на месте, вместе с Царевной! Завиток, Крепыш и Жасмин — со мной.

Сос продолжал нырять и парировать, рукой отбивая руку. Он сомневался. Всякая ли необходимость стоила того, чтобы навсегда превратить друга в калеку? Времени на размышления не было, и он решил драться, как делал всегда: честно.

Впятером они двинулись медленнее и осторожнее; наконец трава сменилась обломками скал, заскрежетавшими под ногами, и они остановились возле вертикальной стены. Слева темнело узкое ущелье, они услышали, как внизу плещется вода.

— Вы, кажется, говорили мне, что эти штуковины не могут летать? — напомнил Хэйден.

— Не могут. Жасмин, ступай по следу.

Тем более, что в подобной тактике не было большого смысла. Рока, не знавшего поражений, вряд ли смогла бы остановить обыкновенная боль. Схватку надо закончить быстро и решительно — и значит, нужно подставиться хоть под один прямой, полный удар. Не рисковать уже невозможно.

Маленькая свинка приподняла голову, фыркнула. Ее копытца застучали по камням и замерли у ровной вертикальной плиты.

Сос подошел вплотную и, нырнув, нацелился головой на подбородок Рока. Булава опустилась на его бедро, сильно задев мышцы, пихнув в сторону; но его удар пришелся на лоб Рока, отбросив голову великана назад с силой, удвоенной сокрушительным падением его собственной булавы. Сос даже не рассчитывал, что прием окажется таким опасным.

ГЛАВА 7

— Наверное, это замаскированный вход? — предположил Хэйден, положив ладонь на шершавую поверхность плиты.

Он опустился на корточки и, переместившись, чтобы опереться на здоровую ногу, прыгнул, ребром ладони поразив шею Рока. Непобедимый Рок покачнулся — и рухнул на землю.

— Конечно, он где-то здесь. Жаль только, что нет времени подобрать ключ. Спрячьтесь-ка за скалой, а я постараюсь открыть запертые ворота.

Брон достал из мешка небольшие прямоугольники — пластиковую взрывчатку — и прикрепил их к скале в углах квадрата над местом, указанным Жасмин. Вдавив во взрывчатку детонатор, он включил таймер и побежал. Едва он успел броситься на землю рядом с остальными, как в небо взметнулось пламя взрыва, земля задрожала; вокруг забарабанили камни. Мужчины бросились вперед сквозь пыль и увидели свет, лившийся из продольной расщелины в скале. Кабаны не задумываясь бросились сквозь нее, и расщелина расширилась. Оказавшись внутри, Брон успел заметить, как закрылась массивная металлическая дверь соседней секции. Он повернулся и внимательно изучил тоннель, который вел к центру горы.

Сос замер, не сразу сообразив, что произошло. И поняв — похолодел. Смещение удара, сделавшее его сильней; инерция, с которой тело Рока следовало за булавой; эффект отдачи от удара по ноге; сама мускулатура, делавшая неподвижной его шею, — все вместе, соединившись, привело к страшному итогу, которого он так хотел избежать!

— Что будем делать? — шепотом спросил Хэйден.

— Сейчас решим. Ночью или на открытой местности я не задумываясь напустил бы на Салбени моих кабанов, но тоннели для них — смертельные ловушки. Даже их стремительность не защитит от лучевого ружья. Я не пущу их вперед в таких невыгодных условиях. А пока — всем прижаться к стене.

Шея Рока была сломана.

Губернатор достаточно быстро выполнил приказание, а вот с возбужденными кабанами — пока один не лишился части хвоста, а второй не получил пары крепких тычков — пришлось повозиться. Лишь через несколько минут Брон решился действовать, он резко включил свет на стене входной камеры тоннеля. Массивная, вмонтированная в стену дверь начала медленно подниматься, луч лазера тут же пронзил образовавшееся отверстие.

— Ангар экраноплана, — прошептал Брон. — Похоже, кто-то из Салбени засел внутри.

Он не был мертв. Но даже если он выживет, он уже не сможет двигаться. Никогда больше Рок не войдет в круг.

Кабанов мелко затрясло от нерастраченной энергии. Стоило двери приподняться на высоту, достаточную, чтобы впустить их, они, не дожидаясь команды, — да она им была просто-напросто не нужна — бросились в атаку, одновременно, как близнецы-фурии.

— Оружие не трогать! — закричал Брон одновременно с повторным и последним выстрелом лазера. В ответ из ангара донесся громкий хруст.

— Теперь и мы можем войти, — сказал Брон.

Сос поднял голову, только сейчас ощутив присутствие людей, о которых совершенно забыл, и его взгляд встретился с глазами Тора. Тот мрачно кивнул.

Внутри секции, заставленной станками и инструментами, они обнаружили тело единственного Салбени, скорее всего — механика; он уже снял с экраноплана искореженную обшивку, и подготовил новую, чтобы начать ремонт машины. Брон перешагнул через труп и поднял лазерное ружье.

Подняв с земли осиротевшую булаву, Сос замахнулся ею и изо всей силы обрушил на голову Рока.

— Вы когда-нибудь стреляли из такого? — спросил он.

— Нет, но хотел бы научиться.

— В другой раз. У меня есть опыт точной стрельбы из этого оружия, и я буду счастлив доказать вам, что прав. Оставайтесь здесь.

— Нет.

— Как знаете. В таком случае, стойте за моей спиной, возможно, мы достанем оружие и для вас. Но поторопимся застать их врасплох.

Глава 20

В сопровождении двух кабанов, они осторожно двинулись по хорошо освещенной пещере, Хэйден следовал за Броном по пятам. Неожиданность подстерегала их на первом же пересечении тоннелей; они находились ярдах в двадцати от следующего тоннеля, когда из него выскочил Салбени и вскинул ружье. Брон, не поднимая руки и, казалось, не целясь, сделал одиночный выстрел, пришелец беззвучно повалился на каменный пол.

— Пойдем со мной, — сказал Сэв.

— Взять их! — скомандовал Брон, и кабаны бросились к пересечению тоннелей, разделившись, свернули в противоположные стороны. Брон, целясь в устье тоннеля, стрелял поверх них, пока воздух не нагрелся так, что аж затрещал, а лазер полностью не разрядился. Мужчины бросились вперед, но оказались у пересечения тоннеля, когда битва уже завершилась. Крепышу обожгло бок, что не умерило его прыти, наоборот, добавило злости. Пыхтя, как паровой двигатель, он вгрызался в наспех сооруженную баррикаду, цепляя клыками и перекидывая через голову коробки и мебель, сваленную в кучу.

— А вот и для вас подарок, — Брон поднял с пола лазерное ружье. — Я установлю его на максимальную мощность и на одиночные выстрелы. Вам останется прицеливаться и нажимать курок. Пойдемте. Конечно, они уже знают, что мы проникли в тоннель, но нам повезло, что Салбени не подготовились к сражению внутри собственного убежища.

Сос поплелся за ним к лесу, ничего вокруг не замечая. Он был подавлен и растерян, как тогда, на Горе, после смерти Глупыша. И вот огромный, слегка глуповатый, но славный, веселый малый — убит. Кто бы мог подумать, что неуязвимого великана постигнет столь страшный конец? Он любил Рока, вечно счастливого человека, с которым когда-то бок о бок сражался в круге. По всем воинским понятиям Рок был его другом.

Они побежали, то убыстряя бег, то останавливаясь, когда наталкивались на сопротивление. Миновав одну из ниш тоннеля, они услышали приглушенные голоса.

— Подождите-ка. Что там, вы слышите? Очень напоминает человеческие голоса.

Будь на то его воля, он мог бы прикончить булавщика множеством способов. Он не хотел — и все его старания не причинить Року серьезного вреда лишь затянули схватку.

Металлическая дверь была вмурована в камень, но луч лазера превратил замок в расплавленную лужу. Брон толкнул дверь.

— Я почти не сомневалась, что нас никто никогда не найдет, что мы здесь так и умрем, — сказала Ли Дэвис. Она с большим трудом вышла из камеры, поддерживаемая высоким мужчиной с такими же медно-рыжими волосами.

Хотя, наверное, другого выхода просто не было: победить Рока можно было только убив его. Рано или поздно груз этой вины должен был лечь на его плечи.

— Хью Дэвис? — спросил Брон.

— Он самый, — ответил Хью. — Знакомиться будем после. Когда они тащили меня в камеру, я успел запомнить много интересного, Самое главное — центральная контрольная рубка. Все управление осуществляется из нее, станция энергообеспечения расположена в соседнем помещении. В рубке — аппаратура связи.

Впрочем, он мог утешиться, Рок принял от его руки смерть, какую, возможно, сам для себя желал: один быстрый, беспощадный удар булавой.

— Отлично, — кивнул Брон. — Если мы захватим рубку и отключим электроснабжение, то оставим их без света. Моим кабанам должно понравиться: тогда они смогут шнырять повсюду до прибытия подкрепления. Из рубки мы свяжемся с городом.

— Я бы очень хотел забрать оружие из ваших рук, губернатор, совсем ненадолго, — Хью Дэвис кивнул на лазерное ружье. Если вы разрешите. Надо он кое с кем расквитаться.

Слабое утешение…

— Оно ваше, — согласился Хэйден, — показывайте дорогу к рубке.

Бой за пультовую оказался быстротечен — кабаны постарались и за себя, и за людей. От мебели остались одни щепки, зато контрольные приборы продолжали работать.

Сэв жестом приказал остановиться. Перед ними открылась лесная поляна, в центре которой возвышался небольшой круглый холм из нетесанных глыб, — место погребения и молитвы для тех воинов, кого друзья не желали отдавать ненормальным для кремации.

— Останьтесь у входа, Хью, — сказал Брон, — я читаю по-салбенийски, а вы, вероятно, нет. — Он что-то промычал себе под нос, продираясь сквозь фонетику символов и удовлетворенно рассмеялся. «Контур освещения», — ничего другого означать не может. — Брон утопил кнопку, и свет погас.

— А там, в этом подземелье, его могли бы спасти?

— Надеюсь, темнота повсюду? — тихо спросила Ли из чернильных глубин рубки.

— Несомненно, — ответил Брон — Так, вот эта кнопка — «Контур аварийного освещения рубки»… — Голубые плафоны под потолком мигнули и ожили.

— Да, пожалуй… Но только они сожгли бы нас огнеметами раньше, чем мы смогли бы добраться до входа. Честно говоря, я боюсь туда возвращаться.

Ли громко вздохнула.

— Кажется, впечатлений мне хватит надолго.

— Ладно. Что теперь говорить…

Кабаны нетерпеливо следили за Броном, их глаза светились красными угольками.

Они стояли, глядя на холм, под которым скоро должен был успокоиться Рок.

— Идите, мальчики, — Брон махнул рукой, — только не попортите свои шкуры!

— Это едва ли, — заметил Хью. Громадные животные стремительно вылетели в дверь, так что стук копыт слился в один глухой звук, не предвещая Салбени ничего хорошего. — Я видел их в деле и рад, что они на моей стороне.

— Сол время от времени приходит к этому кургану… один… — отрывисто произнес Сэв. — Я думаю, тебе нужно это знать.

Отдаленный треск и тонкий возглас эхом ответил на его похвалы.

Губернатор Хэйден посмотрел на огоньки контрольных приборов.

Незаметно пролетел месяц, пока Сос, продолжая странствовать, залечивал свои раны. Он вернулся на печальную поляну — и увидел Сола, который на коленях стоял перед холмом, обратив неподвижный взгляд к его вершине.

— Теперь, — сказал он, — когда неожиданности и опасности на время покинули нас, пусть кто-нибудь объяснит мне, что же здесь произошло. И, вообще, в чем дело?

Сос подошел к нему и тоже опустился на колени. Так, в полном молчании, они стояли рядом.

— Рудник, — Хью указал на схему расположения тоннелей, висевшую на противоположной стене рубки. — секретная урановая шахта, которую Салбени эксплуатируют многие годы. Не знаю, как они вывозят уран, но добыча и обогащение руды — все процессы механизированы — происходит именно здесь, а отходы сбрасываются в реку.

— У меня был друг, — наконец сказал Сос. — Однажды мне пришлось сразиться с ним, хотя я этого не хотел. Теперь он похоронен здесь.

— А я расскажу, что происходит с обогащенной рудой, — добавил Брон. — Когда партия груза готова к отправке, ее забирает челнок. У Салбени далеко идущие замыслы расширить свои владения в космосе. Но они ограничены в месторождениях тяжелых металлов, а Земля прикладывает все усилия, чтобы положение не изменилось для инопланетян к лучшему. Одна из причин заселения Троубри — планета рядом с сектором, занимаемым Салбени. Если у Земли нет потребности в урановой руде, это не значит, что мы готовы отдать ее в руки Салбени. Патруль не имел информации, что Салбени вывозят уран с Троубри — именно с Троубри — нам стало известно, что они его где-то добывают. Рассматривалось несколько вариантов, но когда губернатор обратился в Патруль за помощью, версия с Троубри стала наиболее вероятной.

— И у меня был друг, — отозвался Сол. — Он пошел на Гору.

— И все же я чего-то не понимаю, — сказал Хэйден. — Мы можем обнаружить любой корабль с помощью радарной системы.

— А теперь я должен завладеть империей, которая мне не нужна, и ради этого, возможно, снова убить. Хотя все, чего я хочу, — это только дружба.

— Не сомневаюсь, — кивнул Брон, — Салбени нужен был хотя бы один человек для сотрудничества с ними, но не просто человек, а специалист, имеющий информацию о посадках кораблей.

— Сегодня я целый день молился о дружбе. — Сол сказал так, словно перед ним высились все курганы мира и все времена сошлись в одно. — Когда он снова вернулся в мой лагерь, я подумал, что мои молитвы услышаны, но он потребовал от меня то, что я не мог ему отдать… — он помолчал. — А сейчас бы я мог отказаться от своей империи, если бы это вернуло моего друга.

— Человек! — воскликнул Хэйден и стукнул костяшками пальцев по металлическому корпусу какого-то прибора. — Невозможно! Предатель среди людей? Кто пойдет на это?

— Послушай, может, нам с тобой уйти отсюда, куда глаза глядят, и больше никогда и ни за что не вступать в круг?

— Трудно не догадаться, учитывая известные факты, — ответил Брон, — особенно теперь, когда ваша кандидатура, как возможный вариант, отпала…

— Я возьму с собой только дочь, — Сол повернулся к нему. Увидел ли он под личиной безымянного захватчика кого-то другого, удивился ли словам, столь странным в устах врага? — А ее мать я оставлю тебе, если ты свободен.

— Моя кандидатура?!

— Я приму ее. Во имя дружбы.

— Вы самый подходящий объект для подозрений, вы хорошо информированы, и вам легче, чем кому бы то ни было, заметать следы преступлений; вот почему я не слишком откровенничал с вами. Но ваша неосведомленность о нападении экранопланов и отсутствие знаний о мангитострикции заставили меня вычеркнуть вас из списка подозреваемых. Осталась единственная возможная кандидатура: Реймон — оператор радиостанции.

— Во имя дружбы.

— Он прав, — вздохнула Ли, — Реймон разрешил мне переговорить с Хью по фону, а потом заставил пригласить Вьюбера, угрожая, что убьет Хью, если я откажусь. О причинах встречи с вами он не сказал, а я не знала…

Они поднялись и крепко пожали друг другу руки. Большей откровенности они себе не позволили.

— Вы и не могли знать, — улыбнулся Брон. — Он не похож на профессионала и скорее всего выполнял задание Салбени избавиться от меня. Он честно отрабатывал деньги, не замечая, как Салбени опускаются на Троубри. Это он проследил, чтобы радиосвязь с группой Хью прервалась одновременно с нападением Салбени. Наверное, он записывал сигналы, давая убийцам время — час или два — чтобы расправиться с группой, после чего сообщил о том, что связь внезапно прервалась. Трагедия подлила масла в огонь таинственности, окутывавшей плато. Губернатор, — Брон повернулся к Хэйдену, — надеюсь, вы составите положительный отчет о операции, проведенной С.В.И.Н. ом.

Лагерь поражал своими размерами. Пять оставшихся племен, готовясь встретить захватчика, пришли сюда, чтобы объединиться вокруг вождя. В ожидании этой встречи две тысячи воинов со своими семьями расположились в лесу и на равнине, проводя ночи в общих палатках и питаясь из общих котлов. Грамотные воины следили за распределением продовольствия, каждый день давая новичкам уроки счета и письма. Руководствуясь сведениями из книг, спецбригады отправлялись в горы, добывали руду. Другие — обрабатывали землю, чтобы вырастить овощи и пшеницу. Женщины, собираясь в группы, учились прясть, вязать, работать на самодельном ткацком станке, пока единственном на весь лагерь. Империя были уже слишком большой, чтобы кормить себя запасами окрестных стоянок, и слишком самостоятельной, чтобы зависеть от внешних источников оружия и одежды.

— Не беспокойтесь, — заверил Хэйден и посмотрел на Жасмин; маленькая свинка лежала у его ног и с наслаждением поглощала пищевой запас Салбени. — Если честно, я не смогу есть окорок до конца своих дней.

— Это Сола, — вождь представил ему высокую цветущую женщину и обратился к ней. — Я отдаю тебя этому безымянному. Он могучий воин, хотя и не носит оружия.

Кейт Лаумер

КОРОЛЬ ГОРОДА

— Как хочешь, — она пожала плечами и окинула Соса равнодушным взглядом. — А где его браслет? Как меня будут звать?





— Можешь носить мой браслет. Я возьму себе новый.

I

— Можешь носить свое имя. Я не могу предложить тебе другого.

Я стоял на краю пустыря, огороженного металлической сеткой с висящими на ней обрывками бумаги и прочего мусора. По ту сторону находилась стоянка автомобилей, больше похожая на свалку. Колымаги, стоявшие под навесом, давно скучали но струе воды из шланга. За стоянкой темнело двухэтажное здание. В прошлом чей-то загородный особняк, оно превратилось в контору, о чем свидетельствовала вывеска над дверью: «Эскорт Хога» За исключением этих аршинных букв, выкрашенных в желтый цвет, на здании на было и следа краски.

— Ненормальные, — ответила она сразу обоим.

В конторе меня встретил невысокий, коренастый тип, не брившийся, видимо, со вчерашнего утра. Полюбовавшись на меня и пожевав сигару, он сообщил:

— Эскорт от ворот до ворот обойдется тебе в две тысячи кредиток, — и добавил: — Гарантирую.