Пока я пробивалась к автомобилю, из подъезда появился майор Хефернон — в шортах-хаки, белой тенниске и нахлобученной на лысину рыбацкой шляпе. Пожав мне руку, он сказал:
— Надеюсь, вы всегда будете проводить свои отпуска в Халф-Мун-Бэй, лейтенант. — Он постучал по микрофону, и толпа на площади затихла. — Минутку внимания. Я хочу поблагодарить всех, кто сюда пришел. Сегодня у нас День независимости. — Голос майора дрогнул от волнения. — Мы опять свободны — для мирной и спокойной жизни. — Он поднял руку, чтобы остановить аплодисменты. — Дамы и господа — начальник полиции Питер Старк.
Шеф вышел на площадку в полной полицейской форме — с начищенными пуговицами, сияющей бляхой и пистолетом в блестящей кобуре. Когда он пожал руку Хефернону, его губы дрогнули и расплылись в улыбке. Он прочистил горло и склонился к микрофону:
— Мы арестовали человека, подозреваемого в ужасных преступлениях, которые терроризировали жителей нашего города. Он во всем признался.
Публика ответила ему восторженными криками, кое-кто даже пустил слезу. Из толпы выбежал мальчишка и протянул шефу бенгальский огонь.
— Спасибо, Райан. Этот малец — мой сынок, — растроганно объяснил Старк. — Подожди немного, ладно?
Он прижал к себе ребенка и, положив руку на его плечо, продолжил речь.
Старк сказал, что полиция выполнила свою работу, и теперь все зависит от прокуратуры и судебной власти. Он поблагодарил меня за «неоценимую помощь, оказанную следствию», и под дружный смех публики передал своему сыну ленточку с медалью. Один из патрульных подержал бенгальский огонь Райана, пока тот вешал медаль на шею Марты.
Это была ее первая награда.
— Хорошая собачка, — улыбнулся шеф.
Старк поименно перечислил всех награжденных сотрудников из его команды и выразил общую благодарность полиции штата, остановившей «преступника-одиночку, отнимавшего жизни у невинных граждан».
Что касается меня, то поимкой убийцы я полностью восстановила свою репутацию. Я снова стала «чертовски хорошим коном». Моей радости мешало лишь одно — тревожное чувство, шевелившееся где-то в сердце. Оно вело себя точь-в-точь как мальчишка Старка, который размахивал игрушкой и тянул за рукав отца, требуя внимания.
Мне не давала покоя одна простая мысль. А если преступник не был одиночкой?
ГЛАВА 133
Ночью я едва не оглохла от грохота фейерверков и петард, которые одна за другой взлетали над Пиллар-Пойнт и пышно расцветали в небе. Сколько я ни натягивала на голову подушку, спать под канонаду было невозможно. Моя храбрая собачка забилась под кровать и дрожала, поджав хвост.
— Все в порядке, Бу. Не бойся. Скоро все закончится. Когда я наконец заснула, меня разбудил металлический звон ключей, загремевших во входной двери. Марта его тоже услышала, быстро выскочила в коридор и разразилась громким лаем.
Кто-то пытался войти в дом. Дальше все происходило очень быстро.
Я схватила пистолет, сняла предохранитель, скатилась с кровати на ковер и ползком двинулась к прихожей. Нащупывая по дороге стены, я стала отсчитывать двери от спальни до гостиной, и вдруг сердце у меня подскочило к горлу — в дверном проеме возникла темная фигура. Лежа на полу, я вскинула перед собой оружие и заорала:
— Стоять, чертов ублюдок! Руки за голову, быстро! Раздался сдавленный крик.
Лунный свет упал на испуганное лицо моей сестры. Она держала на руках ребенка, который зашелся от громкого плача. Я сама едва сдержала крик. Вскочив, я торопливо щелкнула предохранителем и опустила руку.
— Кэт, это я. Прости. Назад, Марта, назад!
— Линдси? — Кэт шагнула ко мне, поправляя на руках маленькую Мередит. — Твой пистолет заряжен?
Шестилетняя Бриджид робко прижалась к матери. Она закрыла лицо мягкой игрушкой и ударилась в громкий рев. Руки у меня тряслись, а в ушах бешено стучала кровь. Боже милостивый. Я едва не убила собственную сестру…
ГЛАВА 134
Я отложила пистолет и порывисто обняла Кэт и Мередит.
— Прости, — выдохнула я. — Прости, ради Бога.
— Я звонила тебе раз двадцать, — пробурчала мне в плечо сестра и отодвинулась. — Ты ведь меня не арестуешь?
Я взяла на руки Бриджид, прижала к себе, поцеловала в мокрую щеку и в кудрявую головку.
— Мы с Мартой не хотели тебя испугать, милая.
— Ты останешься с нами, тетя Линдси?
— Только на одну ночь, солнышко мое.
Кэт включила свет и увидела на стене следы от пуль.
— Ты не брала трубку, — пробормотала она. — А на ответчике нет свободной памяти.
— Это все из-за журналистов. — Сердце по-прежнему колотилось в горле. — Извини, что я вас напугала.
Сестра протянула руку и потрепала меня по щеке.
— Ты действительно очень страшный полицейский. Вместе с Кэт я отвела девочек в детскую, где нам удалось немного успокоиться, а мои племянницы перестали хлюпать носами. Мы переодели их в пижамы и уложили на кровати.
— Я слышала новости, — произнесла сестра, как только мы закрыли за собой дверь. — Это правда? Ты поймала того парня, и преступник — Кит? Я знала Кита. Он мне нравился.
— Мне тоже.
— А что это за машина у подъезда? Похожа на автомобиль дядюшки Дуги.
— Верно. Это для тебя.
— Неужели? Ты серьезно?
— Подарок от жильца. Прими его, Кэт.
Мы крепко обнялись. Мне хотелось сказать: «Теперь все будет хорошо. Мы поймали этого ублюдка». Но я лишь проговорила:
— Завтра устроим пробную поездку.
Пожелав сестре спокойной ночи, я забрала Марту и вернулась в спальню. В темноте щелкнула выключателем и застыла на пороге.
Мне опять захотелось крикнуть.
ГЛАВА 135
На моей кровати сидела Эллисон, дочка Кэроли. То, что она оказалась здесь, само по себе было достаточно пугающе, но вид девочки встревожил меня еще больше. Она была босиком, и одной ночной рубашке и плакала навзрыд.
Опустив пистолет, я бросилась к Эллисон, упала рядом на колени и схватила ее за плечи.
— Что случилось, милая? Почему ты здесь?
Восьмилетняя малышка всхлипнула и, прильнув ко мне, горячо обняла за шею. Она сотрясалась от рыданий. Я прижала ее к себе и стала забрасывать вопросами, почти не давая ей времени ответить.
— Тебе плохо? Что случилось, Эллисон? Как ты сюда попала?
Девочка пролепетала:
— Дверь была открыта, и я вошла.
Ее захлестнула новая волна плача, причину которого я не могла понять.
— Эллисон, поговори со мной, — попросила я, отодвинувшись и быстро осмотрев девочку.
Ее ноги были в свежих ссадинах и испачканы землей. Дом Кэт стоял в миле от школы, на противоположной стороне шоссе. Значит, она пришла сюда пешком. Я снова стала задавать вопросы, но девочка точно окаменела. Она жалась ко мне и захлебывалась слезами.
Не теряя времени, я натянула поверх пижамы джинсы, обулась в кроссовки, повесила на плечо кобуру с «глоком» и прикрыла ее кожаной курткой.
Потом завернула Эллисон в теплый шерстяной свитер и понесла ее к двери.
— Не бойся, — сказала я плачущей девочке. — Мы идем домой.
ГЛАВА 136
Машина Кэт стояла позади моего «иксплорера», загораживая выезд на шоссе. Зато «понтиак-бонневилл» был свободен, и его бронзовый нос смотрел прямо на улицу. Пристроив Эли на заднем сиденье, я села за руль и повернула торчавший в замке ключ. Мотор мягко заурчал. Под треск ослепительных ракет я выскочила на шоссе и уже собиралась повернуть на север к школе Кэроли, когда сзади послышалось громкое «Нет!».
Взглянув в зеркальце заднего обзора, я увидела бледное лицо Эллисон и ее широко раскрытые глаза. Она показывала на юг.
— Ты хочешь, чтобы я поехала туда?
— Пожалуйста, Линдси. Скорее!
Нотки отчаяния в ее голосе ударили меня, как электрический ток. Я развернула автомобиль на юг и давила на газ до тех пор, пока на одном из перекрестков не услышала, как Эли прошептала:
— Поверни здесь.
Бесконечная пальба и грохот пиротехники продолжали выматывать мне душу. Я была сыта по горло перестрелками и от каждой вспышки вздрагивала, как от пулеметной очереди. Несколько минут мы мчались по грязной и извилистой Клифф-роуд, увеличивая скорость. Машину заносило на поворотах, как старую карету. В моих ушах звучал укоризненный голос Кита: «Линдси, это автомобиль-люкс».
Просвистев сквозь темную, как ночь, эвкалиптовую аллею, автомобиль вылетел на открытое место. Впереди и слева возвышался круглый дом, прилепившийся к склону холма. Я взглянула в зеркальце.
— Что теперь, Эллисон? Куда ехать?
Эллисон показывала на круглое строение. Она закрыла ладонями глаза. Ее голос был едва слышен:
— Здесь.
ГЛАВА 137
Я съехала с дороги на обочину и подняла голову, чтобы взглянуть на особняк — трехэтажную башню из стекла и камня. На нижнем этаже вспыхивали какие-то маленькие огоньки. Фонари, догадалась я. Остальной дом тонул во мраке.
Внутри явно были чужаки. Я пошарила в карманах куртки, и по спине у меня пробежал неприятный холодок — мой мобильник остался дома. Я вспомнила, что, уходя, оставила его на столике возле кровати.
Плохая новость…
У меня не было ни рации, ни огневой поддержки, ни даже бронежилета. Соваться в одиночку прямо в лапы к преступникам не самая лучшая идея.
— Эллисон, мы должны вернуться за помощью, — пробормотала я.
— Нет, Линдси. Тогда все погибнут.
Я коснулась ее лица. Губы девочки были сжаты, а стоявший в ее глазах страх разрывал мне сердце.
— Ложись на сиденье, — произнесла я. — Жди меня здесь и не двигайся, пока я не вернусь, ладно?
Она послушно уткнулась лицом вниз. Я ободряюще похлопала ее ладонью по спине. Потом вышла из машины и закрыла дверцу.
ГЛАВА 138
Склон холма заливал яркий лунный свет, и лежавшие на земле густые тени напоминали бездонные провалы. Я метнулась к кустам на обочине дороги, обогнула открытую лужайку и очутилась с задней стороны дома. Перед большими деревянными воротами стоял роскошный джип. Взявшись за дверную ручку, я почувствовала, как она легко повернулась у меня в руке, и скользнула внутрь особняка.
Из темного холла я стала на ощупь продвигаться дальше, пока не попала в просторную кухню. Дальше находилась главная гостиная — огромный зал, наполненный лунным блеском. Прижимаясь к стенам, я стала осторожно обходить длинные диваны и тяжелые кадки с пальмами и пампасовой травой. Подняв голову, заметила вспышку фонаря на лестничной площадке.
Выхватив пистолет, я взлетела наверх через две ступеньки, присела за перилами и замерла на месте. Сквозь шум дыхания мне послышалось невнятное бормотание в дальнем конце коридора. Вдруг воздух разорвал пронзительный крик. Я бросилась вперед, рванула дверную ручку и распахнула дверь.
Мой взгляд мгновенно охватил всю сцену. Посреди комнаты стояла двуспальная кровать. На постели сидела женщина, прижавшись спиной к высокому изголовью. Рядом возвышалась фигура в черном и держала около ее горла нож.
— Руки вверх! — заорала я. — Брось нож!
— Слишком поздно, — прозвучал голос. — Убирайся ко всем чертям.
Я нащупала на стене выключатель и зажгла свет. То, что я увидела, было чудовищно и невероятно. У кровати с ножом в руке стояла Кэроли Браун.
ГЛАВА 139
Кэроли собиралась убить эту женщину… На мгновение я застыла, не веря своим глазам. Потом что-то толкнуло меня изнутри, и я завопила со всей силы:
— Назад, Кэроли! Руки за голову!
— Линдси, — промолвила моя подруга спокойным тоном, — я прошу тебя уйти. Что бы ты ни сделала, она уже мертва. Ты не сумеешь остановить меня.
— Последнее предупреждение! — бросила я, взведя курок. — Положи нож, или я тебя убью.
Кэроли отвела глаза от хнычущей женщины и смерила взглядом разделявшее нас расстояние, прикидывая, сможет ли она перерезать горло жертве, прежде чем я вышибу ей мозги.
В голове у меня промелькнула та же мысль.
— Ты совершаешь большую ошибку. — В голосе Кэроли звучало сожаление. — Я хорошая, Линдси. А та дрянь, что ты видишь перед собой, Мелисса Фарли, — полное дерьмо.
— Брось нож на ковер, — распорядилась я.
Я так крепко сжала «глок», что у меня побелели костяшки пальцев. Но смогу ли я нажать на курок?
— Ты в меня не выстрелишь, — заявила Кэроли.
— Боюсь, ты забыла, что я коп.
Кэроли хотела добавить что-то, но ее остановило выражение решимости на моем лице. Я готова была выстрелить, и моя подруга поняла это. Она устало улыбнулась. Нож выпал из ее руки и глухо стукнул о ковер.
Я отбросила его ногой под шкаф и приказала Кэроли опуститься на пол.
— На колени! Руки вперед!
Я уложила ее лицом вниз, обыскала, но не нашла ничего, кроме тонкого кожаного пояса, обернутого вокруг талии. Я велела ей сцепить руки за спиной и скрестить лодыжки.
Потом посмотрела на женщину, сидевшую на кровати.
— Мелисса? Вы в порядке? Позвоните 911. Сообщите, что здесь едва не произошло убийство и мне срочно нужна помощь.
Мелисса потянулась к телефону на столике, не сводя с меня завороженных глаз.
— Мой муж, — прошептала она. — Он там, в ванной комнате, вместе с Эдом.
ГЛАВА 140
Я проследила за взглядом Фарли и увидела рядом с кроватью дверь. Створка медленно открылась, и в спальню тихо вошел мужчина в забрызганных кровью очках. Пока он двигался ко мне, я успела рассмотреть его. Мокрая от крови черная футболка. Ремень, снятый с пояса и болтавшийся на блестящей пряжке. Большой охотничий нож, зажатый в правой руке.
Все мои мысли сосредоточились на ноже, вернее, на том, где он окажется в следующую минуту.
— Брось оружие! — крикнула я. — Брось, или я стреляю! Мужчина мрачно усмехнулся с видом человека, готового на все. Он продолжал надвигаться на меня, подняв окровавленный нож.
Я собралась и сконцентрировала внимание на главной цели. На том, что представляло реальную угрозу. Кэроли находилась сзади, и это было плохо. Мужчина с ножом тоже это понимал. Его губы раздвинулись в улыбке.
Он произнес с запинкой:
— П-поднимайся! Мы возьмем ее.
Я попыталась представить, что произойдет, если я спущу курок. Враг находился в десяти футах от меня. Даже если я попаду ему в грудь, прямо в сердце, он все равно успеет прыгнуть.
Преступник шагнул еще ближе. Я подняла оружие, положила палец на спусковой крючок, но неожиданно Мелисса Фарли сорвалась с кровати и бросилась в ванную комнату.
— Нет! — закричала я. — Оставайтесь на месте!
— Мой муж ранен!
Я не услышала, как сзади открылась дверь. Даже не увидела, как кто-то вошел в комнату. Но в следующий момент она была уже рядом.
— Бобби, не надо! — воскликнула Эллисон. В комнате воцарилась мертвая тишина.
ГЛАВА 141
Человек, которого Эллисон назвала Бобби, застыл на месте. Потом он попятился, и в его глазах мелькнула растерянность.
— Эллисон, почему ты не дома?
Бобби! С моих глаз словно упала пелена, и я мгновенно вспомнила его лицо. Боб Хинтон, местный адвокат, налетевший на меня на велосипеде. Но у меня уже не было времени соображать, как и почему он оказался здесь.
Эллисон, как сомнамбула, выступила на середину комнаты. Она шагнула к Бобу Хинтону и обвила его руками. Я хотела остановить ее, но Хинтон быстро обнял девочку и крепко прижал к себе.
— Сестричка, — прошептал он, — напрасно ты сюда пришла. Ты не должна это видеть.
От напряжения у меня подгибались ноги, а палец на спусковом крючке стал влажным от пота. Я все еще держала Хинтона на мушке. Продолжая целиться, я немного сдвинулась в сторону, но он тут же повернулся и поставил Эллисон перед собой. Я поняла, что он пытается прикрыться девочкой.
— Боб! — произнесла я как можно искреннее. Мне хотелось, чтобы он мне поверил. — Тебе выбирать. Но если ты сейчас не положишь нож и не встанешь на колени, клянусь, я вышибу тебе мозги.
Боб наклонился и спрятал лицо за головой Эллисон, используя ее как щит. Я знала, что в следующий момент он приставит нож к ее горлу и потребует бросить оружие. Мне придется это сделать.
Однако произошло то, чего я не ожидала: Хинтон прижался щекой к Эллисон, и на его лице появилась глубокая печаль.
— Ах, Эли, Эли! Ты еще очень маленькая, чтобы понять. Эли покачала головой:
— Я все знаю, Бобби. Ты должен сдаться. Я расскажу про вас Линдси.
В дверях ванной комнаты замаячило что-то красное: оторвав взгляд от девочки, я увидела Мелиссу Фарли. Она была почти в обмороке, а ее ночная рубашка набухла от темной крови.
— «Скорую», — простонала она. — Вызовите «скорую», прошу вас. Эд еще жив.
ГЛАВА 142
Через десять минут за окнами завыли сирены, и на ночной дороге вспыхнули фары подъехавших машин. В небе слышался рокот вертолета.
Мелисса Фарли вернулась в ванную комнату к своему мужу.
— Эллисон, — попросила я, — будь добра, спустись вниз и открой дверь полиции.
Хинтон крепко держал девочку в руках. Она взглянула на меня широко раскрытыми глазами. Ее губы дрожали, с трудом сдерживая плач.
— Иди, милая, — пробормотала лежавшая на полу Кэроли. — Не бойся, все будет хорошо.
Стоявший в десяти шагах Боб вдруг обмяк, будто у него исчезла последняя надежда. Он резко сжал плечи Эллисон, и я ахнула. Затем он выпустил ребенка.
Как только Эли выбежала из комнаты, мой гнев вырвался наружу:
— Кто вы такие, черт возьми? Что о себе возомнили?
Шагнув к Бобу Хинтону, я вырвала у него из руки нож и приказала положить руки на стену. Зачитала ему правило Миранды и обыскала с ног до головы.
— Тебе ясны твои права?
Хинтон ответил хриплым смехом:
— Яснее некуда.
В карманах Боба нашлись стеклорез и маленькая фотокамера. Я заставила его лечь на пол и села рядом на кровать, держа на мушке Хинтона и Кэроли.
Я не сводила с них глаз, пока на лестнице не загремели тяжелые шаги.
ГЛАВА 143
Около четырех утра нас привезли в полицейский участок. Шеф Старк уже сидел с Бобом Хинтоном в комнате для допросов, где Боб подробно рассказывал обо всех убийствах, которые он, Кэроли и Кит совершили в Халф-Мун-Бэй.
Кэроли отвели в кабинет Старка и посадили за его захламленный стол, на котором разместился старенький кассетник «Сони». Детектив принес нам поднос с чашечками кофе и занял пост в дверях, а я приступила к допросу Кэроли.
— Тебе лучше поговорить с моим адвокатом! — сухо бросила моя подруга.
— Ты имеешь в виду Боба? Подожди немного. Как раз сейчас он закладывает тебя шефу, и нам не хочется прерывать его.
Кэроли вежливо улыбнулась. Она смахнула с воротника выбившуюся прядь волос и скрестила на груди руки. Воцарилось молчание.
Кэроли была моим хорошим другом. Мы часто беседовали по душам. Я сама просила ее позвонить, если ей понадобится помощь. Я обожала ее дочь. Теперь она сидела передо мной — холодная, трезвая и полная достоинства.
— Тебе нужен другой адвокат? — предложила я.
— Не важно, — отмахнулась она. — Какая разница?
— Хорошо. Тогда, может, поговоришь со мной?
Я включила магнитофон, назвала время и дату записи, свою фамилию и должность, номер моего полицейского значка, полное имя и фамилию подозреваемой. Перекрутила назад пленку и проверила, все ли записалось. Убедившись, что устройство работает нормально, я откинулась в кожаном кресле Старка.
— Давай, Кэроли. Я тебя слушаю.
Минуту она сидела, собираясь с мыслями и благоухая духами «Донна Каран», — красивая и обаятельная, как всегда.
— Линдси, — мягко начала она, — ты должна понять, что этим людям следует винить самих себя. Уиттакеры снимали детское порно. Далтри морили голодом своих детей. Они состояли в какой-то дурацкой секте, которая требовала не кормить подростков твердой пищей.
— Тебе не приходило в голову, что можно обратиться в службу помощи детям?
— Думаешь, я этого не делала? Сто раз. Но Джейк и Эллис были не дураки. Они забивали едой все полки в кухне, но никогда не кормили своих детей.
— А доктор О\'Майли и его жена? В чем их вина?
— Доктор торговал собственным ребенком через Интернет. В ее комнате стояла камера. Эта дурочка Лорели все знала. И Кэтлин тоже знала. Я очень надеюсь, что ее дед и бабка помогут ей. Жаль, что у меня уже не будет такого шанса.
С каждым словом, сказанным этой женщиной, я все глубже проникала в ее бесконечный нарциссизм. Кэроли и ее соратники решили устроить крестовый поход против всех обидчиков детей в Халф-Мун-Бэй и организовали его в полном соответствии с юридическими нормами — с собственным судом, присяжными и исполнителями приговора. В их действиях имелись логика и правда.
Если забыть о том, что они делали.
— Кэроли, ты убила восемь человек.
Нас прервал стук в дверь. Детектив приоткрыл створку и выглянул наружу. Я увидела в проеме шефа Старка. Его лицо было серым от усталости. Я вышла к нему в коридор.
— Звонили из больницы, — сообщил он. — Хинтон все-таки добил жертву.
Я вернулась в кабинет, села в мягкое кресло.
— Уже девять, Кэроли. Фарли только что скончался.
— Слава Богу! — откликнулась Кэроли. Когда вы заглянете в сарай во дворе Фарли, вам захочется наградить меня. Супруги Фарли занимались контрабандой мексиканских девочек. Они продавали их для секса по всей стране. Позвонив ФБР, Линдси. Это серьезное дело.
Ошеломив меня последней новостью, Кэроли слегка расслабилась. Она подалась вперед и промолвила:
— Давно хотела сказать тебе одну вещь. Она касается только тебя. Помнишь Джона Доу? Его звали Брайн Миллер. Это я его убила.
ГЛАВА 144
Я не верила своим ушам. Она убила моего Джона Доу!
Десять лет я не могла отвязаться от этой смерти. Кэроли была близка с моей сестрой. Получалось, что все это время я и убийца Джона Доу ходили рядом, пока наши пути не пересеклись в этой комнате.
— Кажется, приговоренным к смерти дают покурить. Можно, Линдси?
— Да, да, конечно, — пробормотала я. — Кури сколько хочешь.
На канцелярском шкафчике лежала нераспечатанная упаковка «Мальборо». Разорвав обертку, я достала пачку и небрежно бросила на стол вместе с коробком спичек.
Я пыталась сохранять невозмутимый вид, но мне очень хотелось услышать о мальчике, чью гибель я переживала и носила в себе столько лет.
— Спасибо, — кивнула Кэроли.
Прекрасная учительница, мать, защитница детей.
Она сорвала с пачки целлофановую пленку, сняла верхний вкладыш из фольги и вытащила сигарету. Ярко сверкнула спичка, и в воздухе запахло серой.
— Киту было двенадцать, когда он пришел в нашу школу, — произнесла она. — Столько же, сколько моему сыну Бобу. Оба были отличные ребята. Умные, способные.
Кэроли подробно описала появление Брайна Миллера — мальчика постарше, бродягу, сбежавшего из дома, который быстро завоевал ее доверие и стал воспитателем в их школе.
— Брайан постоянно насиловал их обоих, Боба и Кита, — не только телом, но и духом. У него был складной десантный нож. Он пригрозил, что превратит их в девчонок, если они заикнутся о том, что он с ними сделал.
На щеках Кэроли сверкнули слезы. Она помахала рукой, словно расплакалась только от дыма. Чашка с кофе задрожала. В комнате слышалось тихое шипение пленки, продолжавшей крутиться в магнитофоне.
Когда Кэроли возобновила рассказ, ее голос стал тише. Я наклонилась вперед, чтобы не упустить ни слова.
— Как только Брайан получил от мальчиков все, что ему хотелось, он исчез и унес с собой лучшее, что в них было, — невинность, достоинство и чистоту.
— Почему ты не позвонила в полицию?
— Я звонила. Но когда Боб рассказал мне обо всем, прошло уже много времени. Да и полицию не особенно интересовали беглецы из моей школы. Миновало много лет, прежде чем на лице Кита снова появилась улыбка. А с Бобом было еще хуже. Когда он вскрыл себе вены, я поняла: надо что-то делать.
Кэроли крутила ремешок своих ручных часов — грациозный, чисто женский жест, — но на ее лице было столько же гнева и страдания, как и десять лет назад.
— Продолжай, — пробормотала я. — Я слушаю, Кэроли.
— Я нашла Брайана в захудалом отеле в Тендерлойне. Он торговал своим телом. Я угостила его хорошим обедом и вином. Мне удалось вспомнить, что когда-то Брайан мне очень нравился, и он на это купился. Он решил, что мы друзья. Я вежливо попросила объяснить, что произошло. Он сказал, что у него с мальчиками была «романтическая любовь». Представляешь? — Кэроли рассмеялась и постучала сигаретой об алюминиевую пепельницу. — Я пошла в его номер вместе с ним. По дороге купила ему кое-какие вещи: футболку, книгу, всякие мелочи. Как только он повернулся спиной, я накинулась на него. Полоснула ему по горлу его собственным ножом. Брайан даже не понял, что случилось. Он попытался закричать, но я перерезала ему голосовые связки. Пока он корчился в агонии, я выпорола его своим ремнем. Это было здорово, Линдси. Последнее, что он увидел, — мое лицо. Последнее, что он услышал, — мой голос.
В моей памяти снова всплыло лицо «Джона Доу № 24», но теперь рассказ Кэроли превратил его в живого человека. Меня не волновало, было ли правдой все, что она о нем сообщила, — в моих глазах он по-прежнему оставался жертвой, которую казнили без суда и следствия.
Напоследок меня ждало еще одно открытие — насчет надписи «Всем плевать», которую Кэроли сделала на стене номера отеля. В то время надпись мелькала во всех газетах. Десять лет спустя вырезки из газет нашли в коллекции криминальных историй, которую собирала Сара Кэйбот. Они с братом попросту украли эту фразу.
Я перебросила блокнот к Кэроли и протянула ей авторучку. Она взяла ее и гордо вскинула красивую голову.
— Я готова заплатить за то, что сделала для тех детей. Все это — ради них.
— Да, Кэроли. Я слышала твою историю.
— Линдси, кто-то должен был спасти их. Я стала этим человеком. Я хорошая мать.
Мы взглянули друг на друга сквозь сигаретный дым.
— Я разделяю твою ненависть к людям, издевавшимся над невинными детьми, — промолвила я. — Но убийство — нет. Мне никогда этого не понять. Как и то, что ты могла поступить так с Эллисон.
ГЛАВА 145
Я шла по мрачной и темной Голд-стрит, пока не увидела большую неоновую надпись «Бикс». Звуки рояля возбуждающе неслись из открытого подъезда, выложенного блестящим кирпичом.
Огромные потолки, сигаретный дым над плавно изогнутыми стойками, мебель красного дерева и отделка в стиле арт-деко — все это напоминало голливудский вариант подпольного ночного клуба времен «сухого закона».
Я обратилась к метрдотелю и узнала, что пришла первой.
Он проводил меня по лестнице на второй этаж и усадил в одну из кабинок — мягких удобных диванчиков в форме подковы, которые возвышались над танцплощадкой. Я заказала себе «Темную грозу» — смесь черного рома с имбирным пивом — и прихлебывала ее до тех пор, пока не увидела лучшую подругу.
— Эй, я тебя знаю! — воскликнула Клэр, усевшись рядом и заключив меня в объятия. — Ты та девчонка, которая раскрыла кучу убийств, даже не попросив о помощи своих друзей.
— И выжила, чтобы обо всем этом рассказать.
— С большим трудом, как мне говорили.
— Постойте! — перебила Синди, скользнув в кабинку с другой стороны. — Я тоже хочу послушать. Ты не против, если мы превратим это в репортаж? Например, в эксклюзивное интервью от признанного аса-детектива?
Я чмокнула ее в щечку.
— Обсуди это с нашей пресс-службой, — сказала я.
— Вот зануда! — рассмеялась Синди, ответив на мой поцелуй.
Клэр и Синди заказали себе экзотические напитки, которыми славился бар, и через несколько минут к нам присоединилась Юки, приехавшая из офиса. Она по-прежнему была в строгом деловом костюме, но в ее смолисто-черных волосах теперь пылала одна яркая красная прядь.
Нам подали устрицы и креветки-фейерверк, и официант подкатил особый столик, на котором был сервирован тонко нарезанный бифштекс по-татарски. Пока на столе расставляли блюда и напитки, я сообщила о том, что произошло в круглом доме на холме.
— Я чуть не спятила, увидев там собственную подругу, — добавила я. — Оказалось, все это время она меня дурачила.
— Что заставляет усомниться в твоей интуиции, — вставила Клэр.
— Верно. Сестру она тоже обманула.
— Думаешь, Кэроли нарочно за тобой приглядывала, зная, что ты расследовала убийство Брайана Миллера?
— Скорее всего. Держи друзей близко, а врагов — еще ближе.
Юки провозгласила тост:
— За «Джона Доу номер двадцать четыре»! Его дело закрыто!
— Дело закрыто! — подхватили мы и звонко чокнулись бокалами.
Потом мы заказали филе из морского ангела, жареного ската со спаржей, спагетти с лобстером по-мэнски и ростбиф блэк ангус и, запивая все это изысканным вином, принялись одновременно рассказывать друг другу сразу несколько историй — каждая свою.
Синди работала над статьей о незадачливом грабителе, который написал записку с требованием «упаковать все деньги» на обороте собственной банковской квитанции.
— Он оставил документ на стойке и удрал с деньгами, — продолжила Синди. — А когда вернулся домой, его уже ждали копы. Это будет жемчужиной в моей коллекции «Сто самых глупых преступлений».
— Могу подкинуть тебе еще кое-что, — вмешалась Юки. — Мой клиент — пасынок одного из наших боссов, так что защищать его придется. — Она улыбнулась, покручивая свой багряный локон. — Так вот, однажды к нему в дом нагрянули копы, искавшие одного грабителя. Мой парень пригласил их войти — об ограблении он ничего не слышал, — а потом объявил: «Можете искать, где хотите, только не на чердаке». — Юки глотнула жермен-робэн и бросила на нас лукавый взгляд. — Судья выписал ордер на обыск, и копы обнаружили на чердаке плантацию марихуаны. На гидропонике, с искусственным освещением. Приговор объявят на следующей неделе, — закончила она под общий смех.
Разговор перескакивал с одной темы на другую, а я наслаждалась тем, что вернулась в нашу компанию. Вместе мы были одной дружной семьей, где каждый понимал друг друга с полуслова, — в том числе и Юки, которую мы единодушно приняли в наш кружок за то, что она спасла мою шкуру.
Мы уже собирались заказать десерт, когда я увидела знакомого парня. Он, прихрамывая, направлялся в нашу сторону.
— Боксер, — произнес Джейкоби, не обращая внимания на моих подруг, — мне срочно нужна помощь. Машина ждет.
Я застыла с поднятым бокалом. У меня заколотилось сердце, а перед глазами замелькали автомобильные гонки и пальба из пистолетов.
— Что случилось? — пробормотала я.
Джейкоби наклонился ближе, но вместо того чтобы зашептать что-нибудь на ухо, поцеловал меня в щеку.
— Да ничего, — ответил он. — Сначала я хотел устроить сюрприз с тортом, но твои девчонки меня отговорили.
— Спасибо, Джейкоби. — Я с облегчением рассмеялась и взяла его за руку. — Давай присаживайся и попробуй наш десерт.
— С удовольствием.