— Это вызовет парадоксы. Будет происходить размножение индивидуальности. А мы не можем этого допустить. Мы просто не решимся на это.

Пожав плечами, Эвинг произнес:

— Вам надо рисковать. Осторожность полезна только в том случае, когда она не превращается в глупость.

— Мы надеялись, — сказал сидевший в углу землянин с глазами мечтателя, — что сможем договориться с вами об отъезде на Корвин. Возможно, на корабле, которым вы сюда прибыли.

— Но это же одноместный корабль! — воскликнул Эвинг. Никто из присутствующих землян не смог скрыть своего разочарования.

— В таком случае, вы смогли бы прислать за нами корабль побольше, — начал Майрак. — У нас вообще нет космических кораблей, поймите это. Строительство звездолетов прекратилось на Земле два столетия назад, а старые были либо проданы, либо пришли в негодность. Промышленность Земли в настоящее время контролируется сирианами, а они не позволяют нам обзаводиться кораблями. Так что галактика, просторы которой мы некогда бороздили, ныне для нас закрыта.

Эвингу хотелось хотя бы чем-нибудь помочь этим тщедушным малым. Однако ничего путного не приходило в голову.

— У Корвина самого очень мало звездолетов, — сказал он. — Таких, которые способны совершать межзвездные путешествия — с очень небольшим количеством пассажиров — менее дюжины. Все корабли, которые у нас есть, определенно будут переданы военным в целях использования их в грядущей войне против клодов. Я не представляю, каким образом мы могли бы устроить переселение. Кроме того, даже если я покину Землю завтра же, меня не будет на Корвине целый год. И еще год понадобится для возвращения на Землю с кораблями — уже для вас. Вы рассчитываете, что сможете продержаться против сириан?

— Возможно, — сказал Майрак, однако в голосе его явно слышались нотки сомнения.

Некоторое время в комнате стояла тишина. Затем Сколар произнес:

— Мы готовы уплатить за наш переезд. Возможно, мы располагаем некоторыми научными достижениями, которые неизвестны на вашей планете. В этом случае наше переселение могло бы оказаться весьма ценным для вас.

Эвинг задумался над этими словами. Безусловно, у землян есть много всего, что они могут предложить, и прежде всего аппаратуру управления временем. Но он легко представил себе, как по возвращении на Корвин он безуспешно пытается убедить Совет в необходимости посылки крупного звездолета за учеными-беженцами с Земли, планеты, которая не смогла хоть чем-нибудь помочь Корвину! Если только у этих милых созданий не окажется какого-нибудь сверхоружия…

С другой стороны, будь оно у них, им не нужно было бы спасаться бегством от сириан. Заколдованный круг, из которого нет никакого выхода!

— Возможно, я могу что-то придумать, — начал неуверенно Эвинг. — Мне кажется, что все не так безнадежно…

Глаза Майрака засветились надеждой:

— Вы так думаете?

— Меня очень интересует ваше оборудование для перемещения во времени. Можно ли мне самому испытать его в действии?

Майрак обменялся со своими друзьями несколькими фразами на непонятном языке. В интонациях этого разговора звучали сомнения, но все же Майрак дрожащим голосом произнес:

— Не вижу причин для отказа вам испытать нашу аппаратуру.

“Они мне не слишком-то доверяют, — отметил Эвинг. — Они побаиваются решительного человека со звезд. Что ж, за это их нельзя порицать”.

Майрак поднялся и обратился к Эвингу.

— Пройдите сюда. Лаборатория находится внизу.

Эвинг последовал за землянином, сзади тащились другие ученые.

Они спустились по винтовой лестнице в помещение, ярко освещенное излучением, которое испускала каждая молекула стен и пола. Громоздкая аппаратура была расположена по кругу, а в центре был подвешен большой шар. С одной стороны стояла небольшая платформа. Повсюду было много измерительной аппаратуры, назначение которой Эвингу определить не удалось.

— Это не основная машина, — сказал Майрак. — Большой генератор, который сдвигает нас во времени относительно всего остального мира, хранится на самом глубоком уровне этого здания. Я мог бы показать вам и его, но эта машина гораздо более интересна.

— А для чего она предназначена?

— Она вызывает прямое темпоральное перемещение в небольших пределах. Теория, на основе которой создана эта машина, очень сложна, однако ее основные принципы чрезвычайно просты. Видите ли…

— Один момент! — перебил его Эвинг. В голову ему пришла мысль, заставившая его встрепенуться. — Скажите, эта машина способна перенести человека в непосредственное Абсолютное Прошлое? Вы понимаете, что я имею в виду?

Майрак нахмурился.

— Пожалуй, да. Но мы не смели рисковать…

Эвинг опять не дал землянину закончить фразу:

— Я нахожу ото очень интересным, — произнес он. — Скажите, возможно ли теоретически направить человека, скажем, меня, назад во времени, ну хотя бы в вечер Второго дня этой недели?

— Да, это можно было бы сделать, — признался Майрак.

Кровь прилила к голове Эвинга. Пальцы его рук дрожали. Но он подавил в себе чувство страха. Один раз такое путешествие уже состоялось, и притом успешно. Он смог бы совершить его еще раз!

— Что ж, очень хорошо! Я хотел бы увидеть эту машину в действии. Отправьте меня назад, в вечер Второго дня.

— Но…

— Я настаиваю! — с улыбкой произнес Эвинг.

Теперь он знал, кто был его неизвестный спаситель в маске!

Глава 10

На бледном лице Майрака появилось выражение неподдельного ужаса. Несколько секунд он беззвучно шевелил губами, пока наконец ему не удалось выдавить из себя еле слышно:

— Вы шутите! Произойдет раздвоение континуума, если осуществить то, что вы предлагаете! Поймите, будет одновременно существовать два… Бэрда Эвинга…

— Разве это так опасно? — спросил Эвинг. Майрак, казалось, был сбит с толку.

— Мы не знаем. Мы никогда не отваживались на подобное. Последствия могут выйти из-под контроля. Возможен внезапный взрыв галактических масштабов…

— И все же я рискну, — сказал Эвинг. Он знал, что на первый раз ничего опасного не произойдет. Теперь он был уверен, что его спасителем был ранний Эвинг, тот, который предшествовал ему в колесе времени, достиг этого пункта и, сделав петлю, отправился назад, чтобы стать его спасителем, — точно так, как он сам теперь хотел это сделать. Голова его поплыла. Он запретил себе погрузиться в эти запутанные, парадоксальные аспекты сложившегося положения.

— Не понимаю, как вы решились на такой опаснейший эксперимент, — тихо проговорил Майрак. — Вы ставите нас в крайне неприятное положение. Риск слишком велик. Мы не можем сделать это.

В пределах досягаемости руки Эвинга лежал гаечный ключ. Он схватил его и угрожающе сказал:

— Извините, что вынужден угрожать вам, но вы никогда не сможете понять меня, даже если я попытаюсь объяснить вам, почему я вынужден так поступить. Либо вы перенесете меня во Второй день, либо я начну крушить вашу аппаратуру!

— Я уверен, что вы не решитесь на подобное насилие, — испуганно взмолился Майрак. — Мистер Эвинг, мы знаем вас как человека рассудительного. Конечно же вы не станете…

— Конечно, стану! — пальцы его сжимали рукоятку ключа, по лбу катились крупные капли пота. Он был уверен, что никто из них не ответит на его вызов, что в конце концов они либо уступят, либо… Второго “либо” быть не могло — они уже уступили один раз — но когда? Когда эта сцена проигрывалась в первый раз? В первый ли? Эвинг почувствовал, что внутри у него похолодело.

Майрак безвольно кивнул.

— Хорошо. Мы сделаем все, что вы хотите. У нас нет выбора.

На его лице изобразилось нечто вроде презрения к самому себе и извиняющаяся улыбка, за которой, как показалось Эвингу, скрывалось чувство превосходства.

— Пожалуйста, встаньте вот на эту платформу.

Эвинг отложил в сторону гаечный ключ и осторожно ступил на платформу. Вокруг него и над ним громоздилась внушающая самые противоречивые чувства аппаратура. Майрак возился у регулировочной панели управления, находящейся вне поля зрения Эвинга. Остальные земляне, испуганно сбившись в кучу, следили за происходящим.

— А как я совершу обратный переход в Четвертый день? — неожиданно спросил Эвинг.

Майрак пожал плечами.

— Передвигаясь вперед во времени с ускорением одна секунда за секунду, у нас нет возможности вернуть вас в это время или место в ускоренном темпе. — Он умоляюще посмотрел на корвинита. — Я прошу вас не совершать этого. Не вынуждайте меня, мистер Эвинг, на подобное! Мы еще не разработали до конца методику путешествий во времени. Нам неясно…

— Не беспокойтесь! Я вернусь… как-нибудь или когда-нибудь!

Он улыбался, хотя уверенности в благополучном исходе дела у него не было. Он вступал в самую неясную из сфер — во вчера! В его арсенале было только одно утешение: поставив все на карту, он, возможно, спасет Корвин. Если не рискнет, то потеряет все.

Он ждал взрыва энергии, думая, что должна возникнуть сокрушительная вспышка сверхъестественной силы, которая отшвырнет его в прошлое. Было слышно только бормотание Майрака, заканчивающего настройку аппаратуры. Затем раздалась команда “Готово”, и рука землянина протянулась к тумблеру включения.

— Возможно, произойдет и некоторое перемещение в пространстве, — произнес Майрак. — Я надеюсь, что вы материализуетесь в открытом месте, а не в…

Конца предложения Эвинг не услышал. Ничего особенного он не почувствовал, однако лаборатория и земляне исчезли, будто стертые начисто величественной космической рукой, а он сам оказался парящим в воздухе, на высоте полуметра над зеленой лужайкой. Был теплый солнечный день.

Мгновение спустя он плюхнулся на землю, упав на руки и колени. Он поспешно выпрямился, чувствуя незначительную боль в колене. Глянув вниз, он увидел, что ссадил колено о камень, валявшийся на земле.

Поблизости раздался детский смех. Звонкий голос произнес:

— Смотри, как кувыркается этот смешной человек!

— Так говорить невежливо, — произнес ровный механический голос. — Не следует вслух обсуждать поведение другого человека.

Эвинг обернулся и увидел мальчика примерно лет восьми, которому делал замечание высокий робот-нянька.

— А откуда взялся этот человек? — не унимался мальчик. — Он как будто упал с неба. Разве ты не видел?

— Я смотрел в другую сторону. Однако тебе пора знать, что люди не могут падать с неба. Во всяком случае, в наши дни в городе Валлон-сити.

Посмеявшись над собой, Эвинг пошел прочь. Хорошо, что он узнал, что все еще находится в Валлон-сити. Ему стало интересно, продолжает ли мальчик спрашивать о человеке, который упал с неба. Этот робот, казалось, совершенно не имел в своем мозгу цепей, отвечающих за чувство юмора. Ему стало жаль мальчугана.

Он находился в парке. Это было совершенно очевидно. Чуть дальше он заметил детскую площадку и нечто вроде зоосада. Поблизости продавались прохладительные напитки. Он подошел к ближайшему киоску, где молодой человек с ярко окрашенными волосами покупал мальчику у продавца-робота воздушный шарик.

— Прошу прощения, — сказал Эвинг. — Я новичок в Валлон-сити и боюсь, что заблудился.

Землянин протянул роботу монету, взял шарик, отдал его ребенку и только потом вежливо улыбнулся корвиниту.

— Чем же я могу вам помочь?

Эвинг тоже улыбнулся в ответ.

— Я вышел прогуляться и заблудился. Я хотел бы вернуться в консульство Сириуса, в котором я остановился.

Землянин в изумлении уставился на него и не сразу овладел собой.

— Вы прошли пешком весь путь от консульства до Муниципального парка?

Эвинг понял, что совершил грубейшую ошибку. Он покраснел и начал оправдываться.

— Нет, не совсем так. Часть пути я проехал в такси. Но я забыл, через какой вход я вошел сюда, и теперь…

— Вы можете взять такси, — предложил землянин. — Конечно, ехать отсюда весьма дорого. Если хотите, вы можете проехать на автобусе номер шестьдесят до Большого круга, а оттуда добраться до центра на метро. Чтобы попасть в консульство, вам надо выйти на станции “Семьдесят восьмая улица”.

Эвинг терпеливо ждал, когда прекратится этот поток вежливых разъяснений.

— Мне кажется, лучше всего сесть в автобус. Будьте добры, подскажите, где ближайшая остановка?

— С другой стороны парка, у главного входа.

— Боюсь, что я не смогу найти. Вы не могли бы немного меня проводить? Мне не хотелось бы причинять вам такие хлопоты, но видите ли…

— Пожалуйста, что за разговоры!

Они пошли по аллее, пересекающей парк. На полпути к главному входу землянин остановился и проговорил:

— Видите? Вон там! Здесь уже не заблудитесь.

Эвинг кивнул.

— Еще одна, последняя, просьба.

— Да?

— Я потерял все свои деньги во время одного утреннего инцидента. Понимаете, я потерял свой бумажник. Вы не могли бы одолжить мне кредитов сто?

— Ну, парень! Я не против того, чтобы показать дорогу и все такое, но сто кредитов… Это совсем другое дело! Отсюда до консульства автобус обойдется вам всего в два кредита.

— Я знаю, — кивнул Эвинг. — Но мне нужна именно сотня. Он похлопал по карманам брюк.

— В этом кармане парализатор. Мои пальцы касаются спусковой кнопки. Предлагаю вам отсчитать сотню кредитов небольшими купюрами или я буду вынужден прибегнуть к оружию. Поверьте, мне очень не хотелось бы делать это.

Землянин, казалось, был готов вот-вот разрыдаться. Он бросил быстрый взгляд на мальчика, забавляющегося с шариком метрах в пяти от него, затем резко обернулся к Эвингу. Не проронив ни слова, он вытащил свой бумажник и отсчитал деньги. Эвинг молча взял их и положил в карман, где хранил бумажник до того момента, как его конфисковал Фирник.

— Я очень сожалею о том, что мне пришлось так поступить, — сказал он землянину. — Но я не имею времени на объяснения, и мне нужны деньги. А теперь я хочу, чтобы вы взяли ребенка на руки и медленно пошли к тому большому озеру, не оглядываясь назад и не зовя на помощь. Как вам известно, парализатор действует на расстоянии до пятнадцати метров.

— Помог незнакомцу — и вот что заработал! — проворчал землянин. — Грабеж среди белого дня в Муниципальном парке!

— Пошевеливайтесь, приятель! Да побыстрее.

Землянин с ребенком пошли к озеру. Эвинг еще некоторое время следил за ними, чтобы удостовериться, что все происходит так, как было сказано, затем развернулся и быстро зашагал к выходу из парка. Он достиг его как раз в тот момент, когда автобус номер шестьдесят огибал угол. Улыбаясь, Эвинг вскочил в него. Неподвижный робот спросил у корвинита:

— Вам куда, сэр?

— До Большого круга.

— Ноль целых шесть десятых кредита, пожалуйста.

Эвинг достал из кармана банкноту в один кредит, поместил ее в приемную щель робота и стал ждать. Прозвенел звонок, из приемной щели выпал билет и четыре медных монеты сдачи. Он подобрал монеты и прошел в салон. Из окна он посмотрел в сторону парка и заметил красный воздушный шарик мальчика. Мужчина с ярко-красными волосами стоял рядом с ним спиной к выходу и смотрел на воды озера. По-видимому, он до сих пор не может отойти от испуга, подумал Эвинг. Он испытал минутный укор совести за то, что совершил. Ему нужны были деньги. Фирник забрал у него всю наличность, а его спаситель не удосужился снабдить его деньгами.

Большой круг соответствовал своему названию: к нему сходились пятнадцать радиальных улиц. В центре круглой площади стоял какой-то памятник.

Выйдя из автобуса, Эвинг отыскал робота-регулировщика уличного движения и спросил:

— Где я могу сесть на линию метро, ведущую к центру?

Получив точное разъяснение, он вошел в станцию метро и через несколько минут уже был на Семьдесят восьмой улице, по обеим сторонам которой были расположены бесчисленные магазины.

Немного поразмыслив, он понял, что ему нужна маска и парализатор. Неподалеку он увидел вывеску оружейного магазина. Навстречу ему, услужливо улыбаясь, вышел невысокий морщинистый землянин.

— Чем могу служить вам, сэр?

— Я хотел бы приобрести парализатор по сходной цене.

— Я не уверен, что у нас есть парализаторы, — нахмурился землянин. — Но все же пройдемте, посмотрим.

Он порылся под прилавком и извлек коробку из темно-синей пластмассы. От нажатия на защелку крышка коробки открылась.

— Вот, сэр! Прелестная модель. Всего восемь кредитов.

Эвинг взял у него пистолет и внимательно его осмотрел. Парализатор был удивительно легким. Эвинг вскрыл механизм и с удивлением обнаружил, что внутри ничего нет. Он рассердился.

— Это что, шутка? А где силовая камера?

— Вы имели в виду настоящий пистолет, сэр? Я думал, что вы ищете просто украшение, чтобы придать законченный облик вашему прекрасному костюму…

— Ближе к делу! У вас имеется настоящее оружие? — Приказчик побледнел. Казалось, он вот-вот упадет в обморок. Однако скоро он овладел собой, скрылся в подсобке и через несколько минут появился снова, держа в руке небольшой пистолет.

— Вам повезло, сэр. Один покупатель родом с Сириуса заказал его в прошлом месяце, но, к несчастью, умер. Я хотел было возвратить его на склад, но если он вам нужен, то за девяносто кредитов я вам его отдам.

Девяносто кредитов — это почти все, что у него было. А он хотел приберечь немного денег, чтобы передать тому, кого собирался спасти.

— Слишком дорого. Я могу дать вам только шестьдесят.

— Сэр! Я…

— Берите шестьдесят, — твердо сказал Эвинг. — Я — близкий друг вице-консула Фирника. При первой же встрече он вернет вам разницу.

Землянин смиренно взглянул на лжесирианина и вздохнул.

— Что ж, берите за шестьдесят. Завернуть?

— Не беспокойтесь, не нужно, — ответил Эвинг, засовывая в карман коробку с пистолетом. Отсчитав требуемую сумму, он было пошел из магазина, но обернулся с порога и произнес:

— У вас есть маски для лица?

— Да, сэр. Большой выбор.

— Прекрасно! Подберите мне маску золотистого цвета.

Дрожащими руками приказчик выбрал маску. Она точно соответствовала той, память о которой смутно запечатлелась в мозгу Эвинга.

— Десять кредитов, сэр… Впрочем, для вас восемь.

— Возьмите десять, приятель, — усмехнулся Эвинг.

Он сложил маску, широко улыбнулся до смерти перепуганному приказчику и вышел из магазина.

Очутившись на улице, он увидел, что огромные часы на одном из зданий показывают 15.52.

От досады он хлопнул себя по лбу — он же забыл о самом важном! И бросился назад в оружейный магазин.

— Да, слушаю вас, сэр! — выдавил из себя дрожащий приказчик.

— Все, что мне сейчас нужно, приятель, это кое-какая информация, — спокойно произнес Эвинг, похлопывая приказчика по плечу. — Какой сегодня день?

— Что?! Ка… какой день? Разумеется… второй. Второй день, одиннадцатое число.

Эвинг торжествующе улыбнулся и опрометью выскочил на улицу. Схватив за руку одного из прохожих, он спросил:

— Извините меня, сэр! Мне хотелось бы узнать, как пройти к консульству Сириуса?

— Два квартала на север, затем налево. Пройдете еще три квартала, увидите большое светлое здание. Его невозможно не заметить.

— Благодарю, — кивнул Эвинг.

Стараясь скрыть свое возбуждение, он быстро зашагал к консульству, засунув руки в карманы. Одна из них покоилась на холодной рукоятке парализатора, другая сжимала маску.

Глава 11

Чтобы попасть в консульство, Эвингу пришлось проталкиваться сквозь толпу сириан, каждому из которых нужно было обязательно посетить его по тому или иному личному делу. Корвинита удивило, что в Валлон-сити так много сириан.

Консульство размещалось в здании весьма внушительных размеров. Будучи одним из самых новых сооружений в Валлон-сити, оно по своей архитектуре сильно отличалось от окружающих его зданий. Пересекающиеся грани и многочисленные козырьки придавали ему потрясающий вид. Эвинг пересек просторный вестибюль и повернул налево, к лестнице, которая вела вниз. Он не очень задумывался над тем, каким образом ему удастся проникнуть в подземную темницу, где в этот самый момент другая его версия подвергалась допросу. Он знал, что однажды он уже был спасен и, значит, это можно повторить.

Он спустился вниз, пока его не остановил сержант на последней лестничной площадке.

— Куда вы идете, сэр?

— На самый нижний уровень. Мне нужно срочно встретиться с вице-консулом Фирником по неотложному делу.

— Фирник сейчас на совещании. Он распорядился, чтобы его не беспокоили.

— Все правильно, сержант, — кивнул Эвинг. — Но у меня специальное разрешение. Я случайно узнал, что сейчас он допрашивает внизу одного узника вместе с Вирой Корк, сержантом Драйлом и лейтенантом Фирском. У меня для него очень важные сведения, и вам может нагореть, если я не попаду туда, чтобы тут же обговорить их с ним.

На лице сержанта отразилось замешательство.

— Ну, что ж…

— Смотрите! — прервал его Эвинг. — Почему бы вам не спуститься в караулку и не спросить, что делать, у своего непосредственного начальника, если вы не хотите брать на себя ответственность? Я могу подождать здесь.

Сержант улыбнулся, довольный тем, что бремя принятия решения будет снято с его плеч.

— Не уходите отсюда, сэр, — попросил он. — Я быстро вернусь.

— Не беспокойтесь! — заверил его Эвинг.

Сержант повернулся и побежал вниз. Когда он спустился на один лестничный пролет, Эвинг молниеносно вытащил из кармана парализатор и, поставив его на небольшую активность, прицелился и выстрелил.

Затем он быстро подбежал к сержанту, подтащил его на первоначальное место, усадил на стул и поспешил на нижний уровень.

Еще один часовой, на этот раз в форме лейтенанта, находился в самом низу лестницы.

Эвинг подбежал и, запыхавшись, произнес:

— Сержант послал меня сюда, сэр! Он сказал, что здесь я смогу отыскать вице-консула. У меня срочное сообщение на его имя…

— Идите прямо по коридору, вторая дверь налево, — выпалил лейтенант и отдал честь.

Эвинг поблагодарил его и побежал в указанном направлении. На какое-то мгновение он остановился у указанной двери, чтобы надеть маску, и услышал голоса, идущие изнутри.

— Хорошо. Это ваш последний шанс. Почему Свободная планета Корвин решила послать вас на Землю?

— Из-за клодов, — произнес бесконечно усталый голос. Акцент был знакомый, свойственный только корвинитам. Но голос был несколько выше по сравнению с тем, который ожидал услышать Эвинг. Это был его собственный голос. — Они происходят из Туманности Андромеды и…

— Хватит! — перебил его грубый оклик Фирника. — Бира, приготовьтесь начать запись. Я включаю извлечение содержимого его мозга.

Легкое замешательство на миг охватило Эвинга, того Эвинга, который находился сейчас перед дверью. Включает экстрактор? Именно в этот момент он был спасен двумя днями раньше! Теперь он был своим собственным предшественником на оси времени к… он покачал головой. Размышления о парадоксах были сейчас неуместны! Нужно было действовать, а не философствовать!

Он уперся рукой в дверь и распахнул ее. Крепко сжимая в руке парализатор, он вошел внутрь.

Его взору открылась весьма странная сцена. Фирник, Бира, Драил и Фирск сгрудились вокруг пятого человека, неподвижно лежавшего под металлическим колпаком.

И этим пятым человеком был…

ОН САМ!

Фирник удивленно поднял брови:

— Кто вы? Как вы сюда попали?!

— Сейчас это не имеет значения! — резко произнес Эвинг.

События разворачивались с такой ясностью, будто он уже видел их однажды во сне. Каждая фраза, каждая фаза действий была ему знакома до мелочей. “Я уже был здесь прежде”, — подумал он, глядя на безвольное, измученное пытками тело более раннего себя, сгорбившегося под колпаком экстрактора.

— Прочь от аппарата, Фирник! — прорычал он. — У меня парализатор, а мои руки так и чешутся, чтобы пустить его в ход. Быстро все к стене. Вы тоже, Бира! Драил, отстегни запястья и сними с него шлем.

Аппаратуру отодвинули в сторону, и взору корвинита предстало небритое лицо второго Эвинга. Взгляд его был затуманен. Он смотрел, не в силах что-либо понять, на человека в маске, стоящего у двери. Эвинга в маске охватил ужас при виде самого себя из Второго дня, но он заставил себя оставаться хладнокровным. Он пересек комнату, не сводя дула парализатора с сириан, и поднял того, другого, на ноги.

Тоном, не допускающим возражений, он приказал Фирнику позвонить наверх, в охрану консульства, и дать указания о том, чтобы его пропустили. Когда Фирник сделал это, Эвинг со словами “это должно обезвредить вас по крайней мере на несколько часов” парализовал одного за другим всех четырех сириан и потащил другого себя по коридору в лифт.

И только когда он оказался на первом этаже, он позволил проявиться своим чувствам. Дрожь пробежала по всему телу, как только он вышел из переполненного сирианами вестибюля консульства на улицу. Все еще оставаясь в маске, он вытащил полуотключиврегося другого Эвинга на тротуар. В горле у него пересохло, ноги казались ватными. Он спас сейчас самого себя от мучителей, и все повторилось вплоть до мельчайших деталей для того из них, кто, казалось, был более “ранним” для Эвинга в маске, но кто на самом деле не был ранним вообще.

“Теперь этот сценарий должен отключиться от своего раннего прототипа”, — угрюмо осознал Эвинг. Но пока не пройдет должного отрезка времени, он предпочел не думать о суровой необходимости, которая ожидала его.

Он заметил такси, одну из тех редких машин, которая управлялась не автоматически, а человеком, и остановил его. Заталкивая своего спутника внутрь, он приказал водителю:

— Нам нужно как можно быстрее попасть в Гранд-отель.

— Похоже, что ваш приятель неплохо кутнул, — заметил таксист. — Даже не припомню, когда я в последний раз видел кого-нибудь в такой степени опьянения.

— Ему здорово не повезло, — сказал Эвинг, глядя на то, как теряет сознание его альтерэго.

Дорога до гостиницы обошлась в пять кредитов. Эвинг быстро провел своего двойника через вестибюль к лифту и поднял его в номер 4113. Эвинг-2, как он теперь его называл, сразу же упал в постель лицом вниз. Эвинг с удивлением смотрел на него, изучая распухшее, с заплывшими глазами лицо человека, который был им самим двумя днями раньше. Он взял на себя труд раздеть его, снять с лица щетину, умыть. Он затащил его под ионный душ. Затем он положил этого обессиленного человека в свежую постель. В течение нескольких секунд теперь можно было перевести дух.

До сих пор все шло по уже проверенному сценарию. Правда, были кое-какие отклонения в поведении некоторых “актеров”, но Эвинг не собирался сейчас задумываться над этими столь ничтожными деталями.

Теперь он должен был принимать решения самостоятельно.

У него было несколько возможностей. Он мог выйти из номера и предоставить Эвинга-2 самому себе. В этом случае, если события будут разворачиваться, как им положено, Эвинг-2 проснется, отправится по просьбе Майрака посмотреть на машину времени и в соответствующий промежуток времени отправится назад, в этот день, чтобы стать Эвингом-1, спасающим нового Эвинга-2. Но этот путь оставляет слишком много вопросов, на которые не было, либо не могло быть ответов. Что станет с изменившимся Эвингом-1? При каждом колебании временного цикла будет ли проявляться еще один Эвинг и какая судьба его ждет? Справиться с этим парадоксом было безнадежной задачей!

Однако есть путь, на котором можно было избежать парадоксов, подумал Эвинг. Он состоит в том, чтобы разорвать цепь циклов, которые угрожают поддерживать топтание бесчисленных Эвингов на одном и том же месте во веки веков. Но чтобы ступить на этот путь, нужно было быть отважным человеком.

Он посмотрел на себя в зеркало. “Решусь ли я на это?” — подумал он.

Он вспомнил о своей жене и сыне, перебрал в памяти все, что произошло с ним на Земле. “Я теперь уже не нужен”, — подумал он. “Человек в постели был тем, в чьих руках была судьба. Эвинг-1 был просто временным заместителем, человеком-дополнением, вполне заменимой спицей в колесе времени”.

“Я не имею права оставаться в живых”, — признался самому себе Эвинг-1. Его лицо в зеркале было спокойно и бесстрастно. Он кивнул и улыбнулся самому себе.

Путь его был ясен. Он должен уйти в сторону. Но ведь он покинет этот мир ради самого себя и, возможно, такого чувства, что что-то прервалось, не возникнет вообще.

Он еще раз твердо и решительно кивнул самому себе.

На письменном столе в номере имелся диктофон, присоединенный к печатающему устройству. Эвинг включил его, немного выждал, приводя в порядок свои мысли, и стал диктовать.


“Второй день после полудня. Самому себе из более раннего времени — человеку, которого я называю Эвингом-2, от Эвинга-1. Прочти это очень внимательно, даже запомни наизусть, а затем полностью уничтожь.
Только что ты был вырван из рук палачей посредством, как тебе казалось, чудесного вмешательства. Ты должен поверить в то, что твоим спасителем был некто иной, как ты сам, удвоившийся при переходе в прошлое, то есть в сегодня, из своего русла времени, отстоящего от сегодня на два дня в будущем. Поскольку я уже прожил это время, которое только еще разворачивается перед тобой, позволь мне рассказать о том, что ждет тебя впереди. Заклинаю тебя точно следовать моим инструкциям ради того, чтобы спасти наше общее существование.
Сегодня — Второй день. Твое избитое тело проспит более суток, и ты проснешься в Четвертом дне. Вскоре после пробуждения тебе позвонит Майрак Сколар, который напомнит тебе о назначенной им встрече и который организует твою доставку в его Институт на окраине города. Ты должен отправиться туда. Там тебе откроют возможность перемещения объектов во времени — по сути, само здание института перемещается во времени на три микросекунды, чтобы избавиться от преследований.
В этой точке моего собственного русла времени я заставил их силой отправить меня в прошлое из Четвертого дня во Второй и по прибытии сюда организовал твое спасение.
Моей целью, ради которой я предпринял это путешествие во времени, было снабжение тебя этой информацией, которую мой спаситель не догадался передать мне. Ни при каких обстоятельствах ты не должен предпринимать перемещение в прошлое! Запомни это! Это очень важно! Тобой должен быть разорван этот цикл навсегда!
Когда Майрак покажет тебе машину времени, ты должен заинтересоваться ею, но не настаивать на демонстрации ее действия. Тем самым автоматически будет создано новое прошлое, в котором по-настоящему умрет на допросе у Фирника Эвинг-3, в то время как Эвинг-2 останется в живых и на свободе, готовый продолжать свою деятельность. Если это не очень тебе понятно сейчас, перечитай это более тщательно. Надеюсь, тебе станет немного яснее.
Что же касается меня, то для нормального развития событий я больше не нужен и поэтому намереваюсь покинуть поток времени, как только закончу эту записку. К твоему сведению, я намерен сделать это, совершив короткое замыкание в энергитронном киоске в вестибюле. Ты легко можешь в этом удостовериться, просмотрев новости за Второй день одиннадцатого числа. Эта акция вкупе с твоим отказом воспользоваться машиной времени положит конец множественности существующих Эвингов и оставит тебя единственным на сцене жизни. Получше используй все предоставленные тебе возможности. Я знаю, что ты способен решить задачу по делу спасения нашей планеты.
Желаю тебе удачи! Она сейчас очень нужна тебе. С самыми дружескими чувствами к тебе Эвинг-1”.


Закончив диктовать, Эвинг вытащил из машины отпечатанный текст и медленно перечитал его три раза. Теперь можно было уже не спешить.

Он сложил записку и вынул из кармана десять кредитов — об этом также забыл его предшественник во времени — и спрятал деньги и записку в конверт, который положил на стол.

Удовлетворенный сделанным, он тихо вышел из номера и отправился в вестибюль гостиницы. Маска больше была не нужна, и он выбросил ее. Парализатор он тоже оставил наверху, на случай, если он понадобится еще Эвингу-2.

В вестибюле он нашел телефон, набрал номер центрального бюро связи и произнес:

— Я хотел бы послать письмо Майраку Сколару, в Центральный Институт абстрактных знаний, отделение восемьдесят шесть, Валлон-сити. (Это было поддельное сообщение, переданное ему Майраком.) Передать нужно вот что: ваши враги допрашивали и сильно избили Бэрда Эвинга. В настоящее время он спит у себя в номере гостиницы. Позвоните ему днем и помогите избавиться от западни. Закройте кавычки. Это послание нужно передать не раньше Четвертого дня, но не позже полудня. Ясно?

Оператор-робот повторил сообщение, включая инструкцию по доставке, и под конец произнес:

— С вас один кредит, сэр.

Эвинг бросил в щель монету и подождал, пока оператор не удостоверился, что оплата произведена.

Эвинг удовлетворенно кивнул. Механизм был запущен, и теперь он может уйти со сцены. Он пересек вестибюль и подошел к праздно слонявшемуся землянину.

— Извините меня за беспокойство. Вы не могли бы мне разменять один кредит? Я хочу воспользоваться энергитроном, но, как назло, нет мелочи.

Землянин разменял бумажку, они перебросились парой принятых фраз, и Эвинг направился к киоску с энергитроном, довольный тем, что дал о себе знать своему двойнику.

Когда произойдет взрыв, будет один свидетель, который покажет, что в киоск только что вошел какой-то высокий мужчина.

Он бросил в щель автоматической двери киоска монету в полкредита. Энергетический занавес стал почти прозрачным, позволив корвиниту пройти внутрь, а затем киоск снова принял свой черный лоснящийся цвет, скрывая от посторонних глаз все, что происходило внутри.

Энергитронный киоск был всего-навсего коммерческой разновидностью обычного ионного душа. Он взбадривал тело и успокаивал душу, так гласила надпись снаружи. Эвинг знал также, что это было и чрезвычайно эффективное устройство для совершения самоубийства. Внутри на эмалированной табличке крупными буквами было написано:


“ОСТОРОЖНО!!!


Вас предупреждают о том, что нельзя приближаться к ограничительным линиям или дотрагиваться до механизма энергитрона. Этот сложный агрегат в неумелых руках может быть очень опасным”.

Эвинг улыбнулся. Настало время для него уйти со сцены — однако ни тело, ни личность Бэрда Эвинга не будут уничтожены. Исчезнет только один из его отростков.

Без дрожи в руках он вцепился в опечатанную панель управления, раздавил ее и резко повернул регулятор, находившийся внутри. Теперь молекулярный душ изменился. Он стал видимым, словно клочья тумана, и потрескивающим.

Теперь уже было достаточно просунуть руку или ногу за ограничительную линию, как тут же произойдет оглушительный взрыв.

Эвинг подошел поближе к ограничительной черте и стал водить рукой возле опасной зоны.

Внезапно ему в голову пришла одна мысль.

— А что же случилось с тем, кто спас его самого? — Он совсем забыл о нем. Но ведь существует еще один Эвинг — Эвинг-1, тот, который не оставил ни записки, ни денег, ни оружия и который, вероятно, не совершил самоубийства. Где теперь этот человек???

Эвинг на мгновение задумался. Однако времени на размышления оставалось у него совсем немного.

Вспыхнул ослепительный свет, и сокрушительная сила смела и раздавила его бренное тело.

Глава 12

Эвинг проснулся.

У него гудела голова и ныло все тело. Кровь стучала в висках и страшно хотелось пить. Он повернулся на спину и сдавил руками виски.

Что это со мной случилось?

Мало-помалу воспоминания стали разматываться, будто нить времени. Он припомнил, как обнаружил в своем номере Биру, выпил спиртное с примесью какого-то наркотика, которое она ему подсунула, вспомнил, как его перевезли в консульство Сириуса. В памяти его возникли, будто окутанные туманом, дни бесконечных мучений и допросов. Он вспомнил эту ужасную машину, предназначенную для ковыряния в мозгу, этот металлический шлем, который уже был надет на его голову…

Затем это неожиданное спасение. Кто этот неизвестный? Может быть, все это приснилось ему?

На этом воспоминания заканчивались. Морщась от боли, он сполз с кровати и взглянул на себя в зеркало. Он выглядел жутко изможденным: темные круги возле глаз, обвисшая под подбородком кожа, туго обтянутые скулы. Он выглядел еще хуже, чем в момент пробуждения несколько дней назад на борту своего корабля.

На стуле возле кровати лежал конверт. Он нахмурился, поднял его, пощупал пальцами. Конверт был заклеен, сверху было написано его имя. Из вскрытого конверта выпали пять бумажек достоинством по два кредита и вместе в ними записка. Он аккуратно положил банкноты на постель, развернул записку и начал читать:


“Второй день, после полудня. Самому себе из более раннего времени — человеку, которого я называю Эвинг-2, от Эвинга-1…”


Прочтя записку, он стряхнул с себя остатки сна. Первой его реакцией были гнев и недоверие, затем он задумчиво поскреб по подбородку, обдумывая определенные обороты речи, некоторые характерные черты изложения. У него был довольно своеобразный стиль при пользовании диктофоном. Прочтенное им послание было очень хорошей подделкой, если не было подлинным.

В последнем случае…

Он набрал справочную гостиницы и спросил:

— Пожалуйста, какой сегодня день?

В голосе робота-дежурного не было и тени удивления:

— Четвертый день, тринадцатое число Пятого месяца, — прозвучал уверенный ответ.

— Спасибо. Я могу получить по телестату новости за Второй день, одиннадцатое число?

— Мы можем соединить вас с Бюро регистрации, — предложил робот.

— Соедините, — сказал Эвинг, думая про себя, насколько это все глупо и что записка эта наверняка простая подделка.

Он услышал щелканье переключателя и голос другого робота:

— Регистрация. Чем можем быть вам полезны?

— Меня интересуют новости, касающиеся происшествий, имеющих… вернее, имевших место во второй половине Второго дня.

— У нас есть нужная вам информация. Прочитать?

— Пожалуйста, — хрипло произнес Эвинг.

— Второй день, одиннадцатое число Пятого месяца 3806 года. При взрыве киоска энергитрона в вестибюле Гранд-отеля в Валлон-сити погиб один человек. Нанесенный ущерб оценивается в две тысячи кредитов. Обычное функционирование гостиницы было прервано на два часа. Причиной взрыва считают удавшуюся попытку самоубийства.

Среди обломков киоска тело самоубийцы не было обнаружено, однако имеются свидетели, заметившие, как за минуту до взрыва в киоск вошел высокий мужчина в верхней одежде. Проверка проживающих в гостинице показала, что среди постояльцев такой не присутствовал. Полиция Валлон-сити заявила, что будет произведено расследование.

Голос робота осекся.

— Вот и все, сэр. Вам нужна копия? Есть ли необходимость в передаче вам дополнительной информации по данному делу по мере ее поступления?

— Нет, — четко ответил Эвинг. — Спасибо, но мне больше ничего не нужно. Я удовлетворен.

Он отключился и тяжело опустился на кровать.

Это все равно могло быть розыгрышем. Он проспал несколько дней. Этого было вполне достаточно, чтобы какой-нибудь шутник, прослышав о взрыве в гостинице, направил ему записку.

Однако бритва “Оккама” начисто отмела предположение о розыгрыше. Слишком много во всем этом было непонятных обстоятельств и немотивированных действий. Допущение того, что предшествующий Эвинг раздвоился во времени, чтобы организовать его спасение и оставить записку, было несоизмеримо более простой гипотезой, если, разумеется, допустить возможность совершения путешествия во времени, до сих пор считавшегося невозможным.

И все же одно, достаточно убедительное, доказательство можно было получить. Эвинг отыскал на туалетном столике маленький темно-синий парализатор и принялся его осматривать.

Согласно записке, вскоре после того, как он проснется, ему позвонит Сколар Майрак.

“Прекрасно! — подумал Эвинг, — подожду звонка Майрака”.

Глава 13

Через час он уже сидел в глубоком кресле в гостиной Института абстрактных знаний, чувствуя, как боль после пыток покидает его тело в результате манипуляций, совершенных искусными пальцами Майрака. Вокруг него струились звуки волшебной старинной музыки. Бетховен, судя по словам этого маленького землянина, был одним из знаменитых древних композиторов. Эвинг с наслаждением потягивал предложенный ученым напиток.

Все было для него абсолютно непостижимо: звонок Майрака, поездка через весь Валлон-сити, сказочное здание, сдвинутое во времени на три микросекунды по сравнению с остальным городом, и превыше всего — тот факт, что записка в его комнате была, сейчас он уже в этом не сомневался, несомненно настоящей. Эти земляне владели тайной путешествий во времени, и хотя никто и не догадывался, что они уже отправили по меньшей мере одного Бэрда Эвинга в прошлое из точки, которая в потоке времени все еще лежала в будущем где-то во второй половине этого Четвертого дня, сам Эвинг был оглушен.

Он понял, что его ответственность, и без того огромная, теперь стала просто чудовищной. Один человек отдал свою жизнь ради того, чтобы настоящая жизнь при этом не оборвалась. Эвингу казалось, что какая-то его часть, о существовании которой он и не догадывался ранее, отмерла, и теперь он снова был единственным хозяином своей судьбы.

Беседа текла непринужденно. Земляне, настороженные и любознательные люди, хотели как можно больше узнать об угрозе со стороны клодов и о том, способны ли жители Корвина отразить это нападение, когда оно произойдет. Эвинг рассказал им всю правду — что они приложат все силы, но что надежды на успех совсем немного.

И тогда Майрак перевел разговор в другое русло. Его интересовала возможность организации переброски сотрудников Института абстрактных знаний на Корвин, где они, во всяком случае, были бы в большей безопасности, чем сейчас на Земле, под пятой Сириуса-4.

Это предложение об эмиграции показалось Эвингу весьма сомнительным. Он откровенно объяснил разочарованным землянам, насколько тяжело организовать такое крупное мероприятие и какое малое число кораблей способен выделить Корвин для этой цели. Он также упомянул и о неизбежной задержке, которую повлекут за собой переговоры.

Он прочитал горечь на лицах. С этим ничего нельзя поделать, подумал он. Корвину грозит уничтожение. Земле же — всего лишь оккупация. Корвину нужна помощь гораздо больше, чем Земле. Но от кого?

— Мне очень жаль, — произнес он под конец. — Я просто не вижу, каким образом мы могли бы предоставить вам убежище. С другой стороны, мне кажется, что на Корвине вы можете оказаться в гораздо худшем положении, чем на Земле. Нападение клодов будет жестоким и смертельным. Здесь же Сириус, по-видимому, оставит все, как оно есть, разве что теперь вы будете платить те же налоги сирианам, а не правительству Медлиса.