– Я помню, Алекс. Знаю-знаю, для тебя это большой напряг, и очень ценю твою помощь. Мне ведь больше не к кому было обратиться.

– Оливер, не волнуйся, Калеба мы вытащим. И если это действительно шпионская группа, о которой все вокруг только и шепчутся, и мы сумеем ее обезвредить, вам, ребята, положены медали. Когда они позвонят, сразу сообщи нам все детали. Я уже договорился о помощи со всеми нашими агентствами. Чтоб ты знал, мне даже не пришлось никого особенно упрашивать: ребята просто землю роют – так им не терпится прихватить этих ублюдков.

Стоун залез в машину, где уже сидели все остальные.

– А теперь сделаем наш ход! – сказала Аннабель.

– Да, теперь наш ход, – кивнул Стоун.

Глава 63

Звонок раздался точно в десять вечера. Стоун и компания сидели в номере отеля в центре города. Позвонивший начал было диктовать время и место встречи, но Стоун перебил его:

– Мы туда не приедем. Мы взяли Альберта Трента. Если хотите получить его назад, обмен будем производить на наших условиях.

– Это неприемлемо, – ответил голос в трубке.

– Отлично. Тогда мы передаем вашего дружка в ЦРУ, а уж они вышибут из него всю правду о ваших делишках, включая все имена, и можете мне поверить, я уже вполне успел оценить этого вашего Трента, так что много времени это у них не займет. Вы и глазом моргнуть не успеете, как ФБР уже будет стучаться к вам в дверь.

– Хотите, чтоб ваш приятель умер? – рявкнул голос.

– Я вам объясняю, каким образом они оба могут остаться в живых, а вы сами избежите тюремного заключения на всю оставшуюся жизнь.

– Откуда мне знать – может, вы блефуете?

– А мне откуда знать, может, вы намерены всадить мне пулю в голову? Все очень просто: нам обоим придется довериться друг другу.

Последовала долгая пауза.

– Где? – спросил наконец голос.

Стоун сказал где и когда.

– Вы хоть представляете, что там будет завтра?

– Именно поэтому я и назначил вам это место. Увидимся в полдень. И еще одно: если с Калебом что-то случится, я убью вас собственными руками. – Стоун выключил телефон и повернулся к остальным.

Лицо Милтона было немного испуганное, но решительное. Робин исследовал содержимое рюкзака, который им дал Алекс Форд. Аннабель смотрела прямо на Стоуна.

Оливер взглянул на Робина:

– Ну и как тебе все это?

Тот вытащил два шприца и два пузырька, наполненных жидкостью.

– Поразительные штуки, Оливер! И чего только люди не придумывают!

Стоун прошел в соседнюю комнату, где к кровати был привязан Альберт Трент – он все еще был без сознания. Оливер постоял над ним, борясь с желанием как следует врезать этому типу, причинившему им столько бед.

Минуту спустя он вернулся к остальным.

– Завтра будет длинный день, так что нам надо поспать. Сторожить Трента будем по очереди, по два часа. Я первый.

Милтон тут же улегся на диван, а Робин расположился на одной из двуспальных кроватей. Через несколько минут оба они уже спали. Стоун перебрался в соседнюю комнату, сел на стул рядом с кроватью Трента и уставился в пол. Он вздрогнул, когда Аннабель пододвинула к нему свой стул и протянула ему чашку свежесваренного кофе. Она была все еще в свитере и джинсах, но босиком. Поджав под себя ногу, она села.

Он поблагодарил ее за кофе, потом добавил:

– Тебе тоже надо поспать.

– Я по большей части веду ночной образ жизни. – Она посмотрела на Трента. – Ну и каковы, по-твоему, шансы, что завтра все пройдет нормально?

– Нулевые, – ответил Стоун. – Они всегда нулевые. А потом делаешь все, что только можно, чтобы повысить их, но это не всегда получается.

– Знаешь это по собственному опыту?

– Откуда же еще?

– Я тебе верю.

Он отпил кофе и уставился в стену.

– Алекс Форд – отличный мужик. С таким можно идти в бой. По правде сказать, я с ним уже ходил. Вообще-то мы вполне можем сработать быстро и чисто.

– Очень хочется придавить этого червя, – задумчиво сказала Аннабель, глядя на Трента.

Стоун кивнул и тоже посмотрел на лежащего без сознания «крота».

– На вид – сущий мышонок, канцелярская крыса, чем он, в сущности, для большинства людей и является. Вроде бы и муху не способен обидеть. Но может заставлять других делать за него всю грязную работу, и его жестокость не имеет границ, потому что самому ему не приходится даже смотреть на это, даже руки себе пачкать. Вот из-за таких подонков страна и попадает в опасные ситуации.

– И все из-за денег?

– Я встречал таких, кто утверждал, что это все во имя высоких идеалов, во имя того, во что они верят, даже просто для развлечения и удовольствия, но в конечном итоге все всегда сводится именно к деньгам.

Она с любопытством подняла брови:

– Тебе, значит, приходилось иметь дело с предателями?

Он искоса посмотрел на нее:

– Неужели тебе это и впрямь интересно?

– Мне ты интересен. – И когда он ничего на это не сказал, добавила: – Так как насчет предателей?

Он пожал плечами:

– Мне их попадалось гораздо больше, чем хотелось бы. Но это все были недолгие знакомства. – Он встал и подошел к окну. – Откровенно говоря, эти знакомства продолжались всего по несколько секунд перед тем, как люди отправлялись на тот свет. – Последние слова он произнес почти шепотом.

– Так вот, значит, чем ты занимался? Убивал предателей Америки? – Стоун чуть приподнял вдруг напрягшиеся плечи, и она поспешно добавила: – Извини, Джон, мне не следовало это говорить.

Он повернулся к ней лицом:

– Кажется, я забыл сказать, что Джон Карр умер. И лучше тебе впредь называть меня просто Оливер. – Он снова уселся на стул, не глядя в ее сторону. – И тебе нужно поспать.

Она встала и пошла к двери, но по пути оглянулась. Стоун в напряженной позе сидел на стуле и вроде бы не сводил глаз с Трента, но Аннабель была уверена, что он смотрит не на связанного шпиона в наручниках. Его мысли наверняка были где-то в прошлом – может быть, в не самых радужных воспоминаниях.



Недалеко от них Роджер Сигрейвз готовил собственную команду, стараясь предусмотреть любые ходы, которые может сделать противник. Он не был дома, так как подозревал, что с Трентом что-то случилось. Они с партнером давно уже разработали целую систему предупреждений, в соответствии с которой каждый должен был звонить другому в определенное время по вечерам, если все шло как надо. Но сегодня такого звонка не последовало. То, что они захватили Трента, осложняло дело, но отнюдь не превращало его в неразрешимую проблему. Следовало полагать, что Оливер Стоун и его приятели уже обратились к властям, – стало быть, ему придется преодолеть несколько уровней сопротивления, чтобы вывезти Трента, если, конечно, тот уже не раскололся и не заложил его. Однако, вместо того, чтобы бояться завтрашнего дня, Сигрейвз с нетерпением ждал его наступления. Настоящий человек живет именно ради таких вот моментов. Когда выживает именно сильнейший. Сигрейвз был совершенно уверен, что сильнейшим завтра окажется он сам, а Оливер Стоун и его друзья умрут.

Глава 64

Утро следующего дня было безоблачным и теплым. Стоун и остальные покинули отель, забрав с собой большой сундук, который они погрузили в машину. В него был засунут Трент. Стоун присел возле Трента и сделал ему инъекцию в руку. Минуту спустя у того задрожали веки. Придя в себя, Трент дико осмотрелся и попытался сесть.

Стоун надавил ладонью ему на грудь, потом вынул нож из висевших на поясе ножен. Прижав острие к трясущемуся лицу Трента, он ввел его между повязкой, закрывавшей тому рот, и губами и разрезал тряпку.

– Что вы делаете? – произнес Трент дрожащим голосом. – Я федеральный служащий. Вы в тюрьму пойдете!

– Кончайте, Трент. Нам все известно. И если вы не сделаете какую-нибудь глупость, мы обменяем вас на Калеба Шоу. Тихо и мило, очень просто. Но если не станете выполнять то, что вам скажут, я вас убью, собственными руками. Или вы предпочли бы пожизненное тюремное заключение за государственную измену?

– Да я понятия не имею…

– Вот вы уже проявляете строптивость. – Стоун поднял лезвие повыше. – Книга с кодированной информацией у нас, а еще улики, указывающие на то, что это вы организовали убийство Брэдли. Мы все знаем и про Джонатана де Хейвна и Корнелиуса Бина. Кроме того, вы хотели прибавить и нас к этому списку покойников, но мы решили, что нам пока еще рановато убираться на тот свет. – Он мотнул головой в сторону Аннабель.

– Когда собираетесь напустить своих бандитов на людей, Ал, – добавила та улыбаясь, – не надо вставать так, чтобы в зеркале было видно ваше отражение. Что до меня, то я бы прямо сейчас распорола вам глотку и вышвырнула ваше дохлое тело на свалку. Туда, куда свозят мусор и всякие отходы. Понятно?

Стоун снял наручники с рук и ног Трента.

– Это будет обмен. Мы получим Калеба, вы получите свободу.

– А какие гарантии?

– Такие же, как у Калеба. Придется верить мне на слово. Вставайте!

Трент поднялся на подкашивающихся ногах, и все сгрудились вокруг него.

– Только вы об этом знаете? Если вы сообщили полиции…

– Заткнитесь! – окрысился на него Стоун. – Надеюсь, у вас уже готов фальшивый паспорт и куплены билеты на самолет.

Робин открыл дверцы, и они вылезли, держа Трента в середине.

– Господи! – воскликнул Трент, глядя на море людей перед собой. – Что за черт? Что тут происходит?!

– Вы что, газет не читаете? – ответил Стоун. – Это Национальный книжный фестиваль на Молле.

– И марш против бедности, – добавил Милтон.

– Две сотни тысяч народу, – вставил Робин. – Замечательный праздник, прямо в столице. Читайте книги и боритесь с бедностью. – Он толкнул Трента в бок. – Пошли, вонючка, нам не следует опаздывать.

Молл протянулся почти на две мили, ограниченный с запада мемориалом Линкольна, а с востока Капитолием и окруженный огромными музеями и впечатляющими правительственными зданиями.

Национальный книжный фестиваль, ежегодное празднество, собрал более ста тысяч участников. Здесь были установлены огромные шатры размером с цирк-шапито, украшенные флагами и транспарантами с надписями: «Художественная литература», «История», «Детская литература», «Триллеры», «Поэзия» и так далее. В этих шатрах писатели, художники-иллюстраторы, сказочники и все прочие собирали огромные толпы людей.

По Конститьюшн-авеню к Капитолию двигался марш протеста против бедности. После него участники всех прочих маршей тоже присоединятся к книжному фестивалю, доступ на который был открыт для публики.

Стоун тщательно спланировал обмен, назначив встречу в месте, подсказанном ему Алексом Фордом. Оно было выбрано возле Смитсоновского института на Джефферсон-стрит. Когда вокруг толпы людей, убийце почти невозможно получить хороший обзор цели и произвести точный выстрел, тем более с приличного расстояния. В рюкзаке у Стоуна было некое устройство, которое должно было помочь ему завершить дело так, как ему было необходимо, поскольку, добившись возврата Калеба, Оливер вовсе не желал позволить Альберту Тренту и его приятелям-шпионам сбежать.

– Впереди и чуть правее, возле стоянки мотоциклов, – сказал Робин.

Стоун кивнул: он уже заметил Калеба, стоявшего на небольшом газоне и до пояса закрытого живой изгородью. За ним виднелся огромный фонтан. Он давал некоторое прикрытие от толп людей. Позади Калеба стояли двое мужчин в темных очках и натянутых на головы капюшонах. Стоун был уверен, что они вооружены, но он также знал, что на крыше Смитсоновского института уже сидят снайперы, и они уже навели прицелы на этих людей. Но стрелять они будут только в случае крайней необходимости. И еще он знал, что Алекс Форд где-то поблизости, координирует операцию.

Стоун пристально смотрел на Калеба, а тот, кажется, уже запаниковал, что вообще-то было для него обычно, но Стоун заметил в глазах друга кое-что еще, что ему очень не понравилось: выражение полной безнадежности.

И только тут он увидел, что надето Калебу на шею.

– Господи! – пробормотал он. – Робин, ты видишь?

– Вот ублюдки! – Гигант выглядел совершенно пораженным.

Стоун обернулся к Милтону и Аннабель, шедшим позади:

– Стойте здесь!

– Что такое? – спросила Аннабель.

– Но, Оливер… – запротестовал Милтон.

– Стойте здесь! – резко повторил Стоун.

Милтон и Аннабель замерли на месте. Аннабель выглядела обиженной, а Милтона приказ Стоуна вообще словно парализовал. Робин, Стоун и Трент продолжали продвигаться вперед, пока не оказались лицом к лицу с Калебом и его похитителями.

Калеб издал стон, слышимый даже на фоне шума воды в фонтане, и показал на то, что напоминало собачий ошейнику него на шее.

– Оливер…

– Я знаю, Калеб, знаю. – Он ткнул пальцем в устройство и бросил людям в капюшонах: – Снимите это с него. Немедленно!

Те лишь покачали головами в ответ. Один показал Стоуну маленькую черную коробочку с двумя кнопками, торчащими из крышки:

– Только когда будем в безопасности.

– Полагаете, я дам вам уйти, оставив мину на шее моего друга?

– Как только мы окажемся достаточно далеко, мы ее дезактивируем.

– И, по вашему мнению, я должен в это поверить?!

– Именно.

– Тогда вы отсюда никуда не уйдете, и если взорвете мину, то погибнете вместе с нами.

– Это не мина, – сказал похититель и снова показал Стоуну коробочку. – Если я нажму красную кнопку, он получит такую дозу токсина, что слона хватит убить. Он будет мертв еще до того, как я сниму палец с кнопки. А если нажать черную кнопку, вся система выключится и вы сможете снять ошейник, не опасаясь утечки яда. Только не пытайтесь силой отнять у меня это устройство. Даже если начнут стрелять снайперы, я все равно успею нажать кнопку. – Он так и держал палец над красной кнопкой и улыбался Стоуну, оказавшемуся перед неразрешимой дилеммой.

– Наслаждаешься своим преимуществом, скотина? – словно выплюнул Робин.

Человек не отводил взгляда от Стоуна.

– Мы полагаем, что вы тут собрали кучу полицейских, готовых схватить нас, как только ваш приятель окажется в безопасности. Так что извините – мы просто приняли некоторые меры предосторожности.

– А что помешает вам включить эту штуку, когда вы уйдете? – возразил Стоун. – Только не надо мне снова твердить о доверии. Это меня из себя выводит.

– У меня приказ: не убивать его, если у нас будет свободный путь для отхода. Если вы дадите нам уйти, он останется в живых.

– Куда именно вы хотите попасть, прежде чем отключите это устройство?

– Не так уж и далеко. Через три минуты нас здесь не будет. Но если придется ждать слишком долго, я нажму на красную кнопку.

Стоун посмотрел на Калеба, потом на разъяренного Робина и обратно на Калеба.

– Калеб, послушай меня. Нам придется им поверить.

– О Боже, Оливер! Спаси меня. Пожалуйста. – Калеб явно не доверял вообще никому.

– Я тебя спасу, точно спасу, – произнес Стоун в полном отчаянии. – Сколько отравленных игл в этой проклятой штуке?

– Что?! – Похититель, кажется, был очень удивлен.

– Сколько?

– Две. Одна справа, другая слева.

Стоун повернулся к Робину и отдал ему свой рюкзак. И сказал шепотом:

– Если я погибну, постарайся, чтобы это было не напрасно.

Робин взял рюкзак и кивнул. Лицо его было бледным, но движения четкими и решительными.

Стоун повернулся назад и поднял левую руку:

– Дайте мне пощупать под этим ошейником. Тогда левая игла попадет в меня, а не в моего друга.

– Но ведь тогда вы оба погибнете! – Похититель совершенно ничего не понимал.

– Именно. Мы погибнем вместе!

Калеб перестал трястись и уставился на друга:

– Оливер, ты с ума сошел!

– Калеб, заткнись, – велел Стоун и посмотрел на противника: – Куда нужно засунуть руку?

– Ну я не знаю, следует ли…

– Говори! – рявкнул Оливер.

Похититель показал ему место, и Стоун протиснул ладонь в узкое пространство и прижал к шее Калеба.

– О\'кей, – сказал он. – Как я узнаю, что вы ее отключили?

– Красный сигнал на боку ошейника погаснет, зеленый загорится, – ответил похититель, указывая на маленький алый светодиод. – После этого достаточно открыть застежку и он сам свалится. Но если попытаетесь силой снять его раньше, он сработает автоматически.

– Понял. – Стоун взглянул на Трента: – А теперь забирайте это дерьмо и проваливайте отсюда.

Альберт Трент вырвался из рук Робина и пошел к человеку в капюшоне. Когда они тронулись прочь, Трент обернулся и непотребно оскалился:

– Адью!

Стоун не отводил взгляда от лица Калеба. И непрестанно твердил ему что-то тихим голосом. Прохожие невольно замедляли шаг и удивленно смотрели на весьма необычное зрелище: один мужчина засунул руку под нечто вроде собачьего ошейника на шее другого.

– Дыши глубже, Калеб. Они нас не убьют. Даже и не собираются. Дыши глубже. – Он глянул на часы: прошло шестьдесят секунд, как похитители и Трент исчезли в толпе. – Еще две минуты, и мы поедем домой. Все в порядке, все идет просто отлично. Уже почти все. Держись за меня. За меня держись, Калеб.

Калеб вцепился в руку Стоуна окоченевшими пальцами. Лицо его было багровым, дышал он с большим трудом, но на ногах стоял твердо и даже сумел сказать:

– Со мной все в порядке, Оливер.

Какой-то не в меру ретивый полицейский направился было в их сторону, но двое людей в белых комбинезонах, собиравшие мусор из урн, перехватили его и отправили прочь. Они уже сообщили о создавшемся положении снайперам, и те опустили оружие.

Милтон и Аннабель между тем протиснулись вперед, и Робин шепотом сообщил им, что произошло. У побледневшего Милтона на глазах выступили слезы, Аннабель закрыла рот дрожащей рукой, глядя, как Стоун и Калеб стоят прижавшись друг к другу.

– Еще тридцать секунд, Калеб, мы уже почти приехали. – Глаза Стоуна теперь не отрывались от красного маячка на ошейнике, и он продолжал отсчитывать секунды. – Так, еще десять секунд, и мы свободны.

Они вместе отсчитали последние секунды. Но огонек не погас и не сменился зеленым. Калеб этого не видел и сказал:

– Оливер, его уже можно снять?

Теперь и у Стоуна начали сдавать нервы, но он и не думал вытаскивать ладонь из-под ошейника. Закрыл на секунду глаза, ожидая в любой момент укола отравленной иглы и смерти.

– Оливер! – крикнула Аннабель. – Посмотри!

Стоун открыл глаза и уставился на зеленый огонек, вспыхнувший на ошейнике.

– Робин! Помоги-ка мне.

Робин прыгнул вперед, и они вместе расстегнули застежку ошейника и сняли его с шеи Калеба. Библиотекарь упал на колени, остальные сгрудились вокруг. Когда он наконец поднял глаза, то тут же ухватил Стоуна за руку:

– Это был самый мужественный поступок, на какой способен человек! Спасибо, Оливер!

Стоун оглянулся на остальных, и тут его вдруг осенило. На ответную реакцию ему понадобилась лишь доля секунды.

– Все на землю! – заорал он.

Схватив ошейник, он швырнул его через живую изгородь в огромный фонтан.

Через две секунды ошейник взорвался, подняв в воздух настоящие гейзеры воды и осколки бетона. Началась паника – люди бросились врассыпную. Когда все поднялись на ноги, Калеб сказал:

– Господи, Оливер, как ты догадался?..

– Это старая уловка, Калеб, – собрать нас всех вместе и усыпить нашу бдительность. Он сказал мне, где в ошейнике расположены иглы, потому что знал, что нас убьют не иглы, а взрыв. Если там вообще был этот яд. – Стоун взял у Робина рюкзак и достал оттуда плоский прибор с небольшим экраном. По экрану быстро двигалась красная точка.

– А теперь давайте со всем этим покончим, – сказал он.

Глава 65

– Они пошли к станции подземки «Смитсоновский институт», – сказал Робин, вглядываясь в маленький экран прибора, который держал Стоун. Вся их группа пробиралась через Молл, протискиваясь сквозь объятую паникой толпу и посты полиции.

– Именно поэтому мы и выбрали это место для обмена, – пояснил Стоун.

– Но в подземке будет не протолкнуться, – сказал Милтон. – Как мы их там найдем?

– Мы получаем сигнал от Трента и всей их компании. Помнишь тот химический состав, которым они маркировали буквы, чтоб те светились?

– Конечно. И что?

– Я сделал то же самое. Всадил Тренту инъекцию некоего вещества, которое получил от Алекса Форда; оно подает постоянный сигнал вот на этот приемник. Человек буквально светится, как те буквы. С его помощью мы можем выявить его в тысячной толпе. У Алекса тоже есть такой приемник. Так что мы их все равно прихватим.

– Надеюсь, это сработает, – заметил Калеб, с трудом пробираясь сквозь толпы людей. Он потер себе шею. – Пусть они сгниют в тюрьме! И никаких книг для чтения! Ни одной, ни за что! Вот это будет справедливо!

Тут снизу, с перрона станции, донеслись крики.

– Быстрее! – закричал Стоун, и они бросились вниз по эскалатору.



Пока Трент и сопровождавшая его парочка ждали следующего поезда, два агента, переодетых в форму обслуживающего персонала метро, приблизились к ним сзади. Но прежде чем они успели достать оружие, оба рухнули головой вперед с зияющими пулевыми отверстиями в спинах. Позади них стоял Роджер Сигрейвз в широком плаще, засовывая два пистолета с глушителями в кобуры на поясе. Шум толпы перекрыл и без того едва слышимые выстрелы, но когда оба агента упали и люди увидели кровь, граждане дружно заорали и в панике шарахнулись во все стороны. За секунду до того, как потерять сознание, один из агентов успел обернуться, выхватить пистолет и выстрелить типу в капюшоне в голову. Когда тот упал, маленький черный пульт управления, который он все еще держал в руке, со стуком отлетел в сторону по каменному полу.

Поезд, идущий в западном направлении, с грохотом ворвался на станцию и выбросил на перрон еще одну партию пассажиров, которые тут же присоединились к царящему на станции хаосу.

Трент и его второй охранник воспользовались паникой и заскочили в один из вагонов. Сигрейвз сделал то же самое, но в толчее сумел попасть только в следующий вагон.

Прямо перед тем как закрылись двери поезда, Стоун и его группа пробились сквозь массы людей и бросились вперед. Вагон был набит битком, но Стоун по экрану приемника определил, что Трент где-то рядом. Он осмотрелся и обнаружил того в другом конце. И еще заметил, что с ним остался только один человек в капюшоне. Проблема была в том, что Трент и его охранник могут в любой момент заметить своих преследователей.

Несколько секунд спустя через толпу пробились Алекс Форд и несколько его людей, но поезд уже тронулся. Алекс что-то крикнул своим агентам, и те рванули к выходу со станции.



Уже в вагоне Стоун приказал:

– Робин, немедленно сядь!

Огромный Робин возвышался над всеми пассажирами, и его без труда могли заметить преследуемые. Робин отпихнул в сторону нескольких тинейджеров и сел на пол. Стоун пригнулся, не отводя взгляда от Трента. Тот что-то говорил своему охраннику и почему-то держал ладони прижатыми к ушам. Поскольку Стоун смотрел только в сторону Трента, он не мог видеть Роджера Сигрейвза, едущего в следующем вагоне и наблюдающего за ним сквозь стекло. Сигрейвз был крайне удивлен, увидев, что Калеб и все остальные живы. Он уже подумывал выстрелить Стоуну в голову, когда поезд влетел на следующую станцию и остановился. Люди рванули с мест, покидая жуткий вагон, который тут же заполнился другими, и Сигрейвза отнесло в сторону от выгодной для выстрела позиции.

Поезд снова тронулся и быстро набрал скорость. Стоун уже пробирался сквозь толпу поближе к Тренту. Он нащупал свой нож и прижал лезвие к руке, пряча его в рукаве. Он представлял себе, как всадит клинок Тренту в грудь по самую рукоятку, но на самом деле план его был иной. Он убьет охранника, а вот Трента не стоит обижать, лишая его удовольствия провести остаток жизни в тюрьме.

Стоун был уже близко к цели, когда его план неожиданно рухнул. Поезд влетел на станцию «Метро-Центр» и остановился. Двери открылись. «Метро-Центр» – самая перегруженная станция. Трент и его охранник выскочили наружу. Сигрейвз тоже выпрыгнул из следующего вагона. Стоун и остальные выбрались на перрон и оказались в самой гуще толп пассажиров, устремившихся из поездов и к поездам, прибывающим и уходящим сразу с нескольких направлений от перронов, расположенных на двух уровнях.

Стоун не отрывал взгляда от Трента и фигуры в капюшоне рядом с ним. Краем глаза он заметил двух людей в белых комбинезонах, продвигающихся к Тренту. Чего он не видел, так это Роджера Сигрейвза, который достал из кармана небольшой металлический предмет, выдернул зубами запал и бросил цилиндрик вперед, а сам повернулся спиной и закрыл уши ладонями.

Стоун заметил что-то блестящее, пролетевшее мимо него, и тут же понял, что это такое. Он развернулся на месте и заорал Робину и остальным:

– Ложись! Уши закрыть!

Пару секунд спустя светошумовая граната взорвалась, и люди вокруг дюжинами повалились на пол, зажимая уши и закрывая руками глаза, вопя при этом от ужаса и боли.

Трента и его охранника взрыв и вспышка не коснулись. Они успели вставить в уши защитные пробки и не смотрели в сторону слепящей вспышки, с которой взорвалась граната.

Стоун, оглушенный и одуревший, несмотря на то, что прижался лицом к полу и закрыл уши рукавами, посмотрел вверх и увидел промелькнувшие рядом чьи-то ботинки и ноги. Когда же он попытался встать, огромный мужчина, в панике мчавшийся мимо, налетел на него и сбил с ног. Приемник вылетел у него из руки, и Стоун с досадой наблюдал, как тот пролетел по полу и упал с платформы под колеса поезду, как раз когда тот тронулся с места. Когда последний вагон исчез в тоннеле, он бросился к краю и глянул вниз. Приемник разбился вдребезги.

Он обернулся и увидел, что Робин навалился на человека в капюшоне. Стоун бросился на помощь другу, но гигант в ней вовсе не нуждался. Он уже провел захват, оторвал противника от пола и бросил головой вперед прямо в стальной столб. Потом отшвырнул его прочь, и тот отлетел по скользкому полу в сторону, а перепуганные люди шарахнулись назад, чтоб он в них не врезался. Робин рванул было за ним, но тут Стоун ударил друга сзади, сбив его с ног.

– Какого черта?! – рявкнул Робин, но тут раздался выстрел и над ними просвистела пуля. Стоун успел заметить пистолет и очень вовремя убрал Робина с линии огня.

Человек в капюшоне поднялся на одно колено и прицелился, готовый выстрелить в упор, но упал – в грудь ему попали сразу три пули, выпушенные федеральными агентами, которые уже бежали на выручку. За ними следовали полицейские.

Стоун помог Робину подняться и оглянулся на остальных.

Аннабель махнула ему рукой. Калеб и Милтон стояли рядом с ней.

– Где Трент? – крикнул Стоун.

Аннабель помотала головой и с сожалением развела руками.

Стоун беспомощно огляделся. Платформа была забита людьми. Трента они упустили. И вдруг Калеб вскрикнул:

– Вон он, едет вверх по эскалатору! Это он, он меня похитил! Фоксуорт!

– И Трент! – добавил Милтон.

Все посмотрели вверх. Услышав, как кто-то выкрикивает его вымышленное имя, Сигрейвз посмотрел через плечо назад, и его капюшон упал, давая всем возможность рассмотреть и его, и Трента, стоявшего рядом.

– Черт побери! – пробормотал Сигрейвз и потащил Трента дальше сквозь толпу к выходу со станции.

Выбравшись на улицу, Сигрейвз впихнул Трента в такси и назвал водителю адрес.

– Встретимся там несколько позже, – шепнул он Тренту. – У меня наготове частный самолет, на нем уберемся из страны. Вот ваши документы, новое удостоверение личности и все остальное. Потом поменяем вам внешность. – Он сунул Тренту в руки толстую пачку документов и паспорт.

Сигрейвз уже готов был захлопнуть дверцу такси, но вдруг остановился:

– Альберт, дайте мне ваши часы.

– Что?!

Сигрейвз не стал повторять. Он просто сорвал часы с запястья Трента и закрыл дверцу. Сигрейвз планировал убить Трента позднее и желал заранее заполучить что-то из его личных вещей. Его очень злило то, что коллекцию придется бросить – он уже не мог вернуться домой, это было слишком рискованно. И еще Сигрейвз злился, что не смог заполучить никаких вещей, принадлежавших тем двоим агентам, которых он убил в метро.

Ну ладно, коллекцию можно начать собирать и снова.

Он перебежал через улицу, свернул в переулок, влез в микроавтобус, который поставил там заранее, и быстро переоделся. Потом стал ждать, когда появится погоня. На этот раз он уж не промахнется.

Глава 66

Стоун и остальные поднялись на эскалаторе и выскочили из подземки вместе с сотнями других охваченных паникой людей. Вокруг вопили сирены, небольшая армия полицейских огораживала и очищала территорию, чтобы начать расследование инцидента. А они бесцельно побрели по улице.

– Слава Богу, с Калебом все в порядке, – сказал Милтон.

– В полном порядке! – завопил Робин и обхватил Калеба за плечи. – И что бы мы стали делать, если б тебя с нами не было, над кем тогда нам подшучивать?

– Калеб, как это ты умудрился попасть в заложники? – с любопытством осведомился Стоун.

Калеб быстро рассказал о человеке, назвавшемся Уильямом Фоксуортом.

– Он сказал, что у него есть книги и он хотел бы, чтоб я на них взглянул, а потом я сразу потерял сознание.

– Фоксуорт, так он назвался? – уточнил Стоун.

– Да, так было написано в его читательском билете, а стало быть, он предъявил какое-то удостоверение личности, чтобы его получить.

– Несомненно, вымышленное имя. Но, по крайней мере, мы его видели.

– Что теперь будем делать? – спросила Аннабель.

– По правде говоря, я все еще не понимаю, как действует эта химия, которой метили книги, – сказал Милтон. – Альберт Трент работает в Комиссии по разведке. Он каким-то образом получает секретную информацию и потом передает кому-то. Кому? И как они ее помещают в книги в читальном зале, где Джуэлл Инглиш и, видимо, Норман Дженклоу находят ее и считывают с помощью специальных очков?

Пока они раздумывали над этими вопросами, Стоун набрал номер на мобильнике, связавшись с Алексом Фордом. Тот все еще искал Трента, но порекомендовал Стоуну и остальным не ввязываться в погоню.

– Нет смысла и дальше подставляться. Слишком опасно. Вы и так достаточно сделали.

Когда Стоун сообщил это остальным, Калеб спросил:

– И что дальше? Домой?

– Нет. – Стоун покачал головой. – В библиотеку конгресса, она рядом. Мне туда нужно.

Калеб захотел узнать зачем.

– Да затем, что все началось именно там, а библиотека всегда хорошее место, чтобы найти ответы на возникшие вопросы.

Калеб сумел провести всех в библиотеку, но не в читальный зал – тот по субботам не работал. Побродив по коридорам, Стоун сказал остальным:

– Что меня больше всего смущает, так это последовательность событий. – Он немного помолчал, приводя мысли в порядок. – Джуэлл Инглиш пришла в читальный зал два дня назад, и в книге Бидла уже были помеченные буквы. В тот же вечер, когда мы изучали книгу, пометки исчезли. Что-то уж очень плотный график.

– И правда, – сказал Калеб, – это просто удивительно, потому что большая часть книг стоит в хранилище, никем не востребованная, годами, даже десятилетиями. А ведь кому-то нужно было пометить все эти буквы, и потом связаться с Джуэлл, чтоб та явилась в читальный зал, и сообщить ей название книги, которую следует затребовать. К тому же, как ты сказал, в тот же самый день пометки исчезают.

Стоун остановился и прислонился к мраморной балюстраде.

– И как они могли быть столь уверены, что все сработает? Они ведь должны были понимать, что пометки не станут держаться на страницах слишком долго – на тот случай, если их прихватит полиция. Вот если бы мы сработали несколько раньше, то могли бы отнести книгу в ФБР, прежде чем эта химия исчезла. А из этого логически вытекает, что пометки должны были быть нанесены незадолго до того, как Инглиш пришла в библиотеку.

– Я все время заходил в хранилище, перед тем как Джуэлл приходила в читальный зал, – напомнил Калеб. – И не видел там никого, кроме нескольких сотрудников, и никто там не оставался дольше десяти-пятнадцати минут. Этого совершенно недостаточно, чтобы пометить все буквы. И они не могли это сделать в каком-нибудь другом месте, потому что тогда нужно было взять книгу домой. – Он вдруг дернулся. – Погодите! Если кто-то из штатных сотрудников брал книгу домой, это можно выяснить! Они ж должны были заполнить соответствующее требование! Пошли! Читальный зал закрыт, но я могу это проверить не заходя туда.

Он отвел их в справочную службу библиотеки, поговорил там с женщиной-сотрудницей, потом зашел за стойку, включил в компьютер и застучал по клавиатуре. Минуту спустя он разочарованно поднял голову:

– Биллов из зала не выносили. В сущности, никто из персонала в течение более четырех месяцев ни одну книгу отсюда не брал.

Они все еще стояли там, когда мимо прошла Рейчел Джеффрис. Она отреставрировала книгу, которую Калеб отдал сегодня в ремонт – десятицентовую книжку Бидла с маркированными буквами.

– Ой, Калеб, – удивилась она. – А я уж думала, что вы по уик-эндам в библиотеку больше не приходите.

– Привет, Рейчел. Я тут просто кое-что выяснить зашел.

– А я решила доделать несколько книг, с которыми задержалась, и сюда зашла по поводу одного проекта. Да, кстати, раз уж вы здесь, я как раз хотела вам сказать, что Бидл, которого вы мне отдали сегодня, совсем недавно был возвращен в хранилище после ремонта.

– Что? – спросил Калеб, пораженный.

– У него была немного повреждена задняя обложка и несколько страниц вывалились. Когда я заглянула в журнал регистрации, то очень удивилась, потому что, как я уже сказала, ее только что вернули в хранилище. Вы не знаете, каким образом ее опять повредили?

– А когда ее вернули в хранилище? – спросил Калеб, не отвечая на ее вопрос.

– Да за день до того, как вы мне ее отдали.

– Рейчел, подождите минутку. – Калеб опять принялся что-то набирать на клавиатуре компьютера. Он хотел выяснить, сколько изданий Бидла было направлено в отдел реставрации в последнее время. Ответ был получен довольно быстро. – Тридцать шесть книг Бидла были отреставрированы за последние два года, – сообщил он остальным.

После этого он проверил регистрационные данные на книги, которые запрашивали Джуэлл Инглиш и Норман Дженклоу, и сравнил их со списком книг, направленных на реставрацию в последние шесть месяцев. И обнаружил, что Джуэлл Инглиш затребовала семьдесят процентов из всех книг Бидла, что побывали в реставрации за эти последние полгода. И брала она их точно в тот день, когда они возвращались из реставрационного отдела. Та же картина обнаружилась и в отношении Нормана Дженклоу. Он тут же сообщил остальным результаты своих поисков.

– Книжки Бидла очень часто нуждаются в реставрации, потому что это дешевые издания, – пояснил он.

Стоун, чьи мысли были далеко, повернулся к Рейчел Джеффрис:

– Вы не могли бы нам сказать, кто из реставраторов занимался этой книжкой Бидла?

– Конечно. Монти Чемберс.

Стоун и остальные бегом бросились по коридору.

– Рейчел, я тебя люблю! – крикнул Калеб, обернувшись на ходу.

Она покраснела, но все же успела ответить:

– Калеб, вы же знаете, я замужем. Но мы, может быть, как-нибудь вместе выпьем.

– Ты знаешь, где Чемберс живет? – просил Калеба Стоун, когда они выскочили на улицу.

Калеб кивнул:

– Вообще-то совсем недалеко отсюда.

Они остановили два такси и поехали. Пятнадцать минут спустя машины замедлили ход и свернули на тихую улицу в жилом районе. По обе стороны от нее выстроились в ряд старые, но хорошо отремонтированные дома. Перед каждым был небольшой квадратный дворик, огороженный двухфутовой кованой железной изгородью.

– Что-то мне этот район кажется знакомым, – заметил Стоун.

– Да тут в округе полно таких кварталов, – сказал Калеб.

Они вылезли из такси, и Калеб повел их к одному из домов. Кирпичная кладка была выкрашена в синий цвет, ставни – в угольно-черный. На подоконнике – цветы в горшках.

– Ты, видимо, здесь уже бывал, – сказал Стоун, и Калеб утвердительно кивнул.

– У Монти имеется дома мастерская, где он реставрирует книги по частным заказам. Он даже мне пару книг восстанавливал. Не могу поверить, что он замешан в нечто подобное. Он же лучший реставратор библиотеки конгресса, он там несколько десятков лет проработал.

– У каждого своя цена, а реставратор – самый подходящий человек, чтобы заносить в книги тайные знаки, – заметил Стоун, осторожно осматривая фасад дома. – Сомневаюсь, что он дома, но как знать… Мы с Робином пойдем постучимся, а вы ждите здесь.

На стук никто не отозвался. Стоун огляделся по сторонам. На улице было пусто.

– Прикрой меня, Робин, – сказал он.

Робин повернулся лицом к улице и закрыл Стоуна от посторонних взглядов своим мощным телом. Через минуту замок со щелчком открылся. Стоун вошел первым, Робин – за ним. На первом этаже не обнаружилось ничего интересного. Мебель была старая, но вряд ли антикварная, картины на стенах – дешевые эстампы, в холодильнике завалялась какая-то готовая еда, мойка была пуста. Две спальни наверху тоже мало что дали. Брюки, рубашки, пиджаки в стенном шкафу, белье и носки в небольшом комоде. В ванной – самые обычные вещи, хотя Стоун с удивленным выражением лица все же взял с полки пару предметов. В аптечке хранился обычный набор лекарств и туалетных принадлежностей. Ничего, что могло бы указать, куда делся Чемберс.

Когда они спустились вниз, остальные уже ждали их в прихожей.

– Есть что-нибудь? – озабоченно спросил Калеб.

– Ты ведь говорил о мастерской? – вместо ответа спросил Стоун.

– Она внизу.

Подвальный этаж имел отдельный вход снаружи, и Стоун сначала осмотрел окно.

– Оно выходит в переулок, и на другой стороне сплошной ряд домов.

– И что? – раздраженно спросил Робин. – Сомневаюсь, чтобы ударившийся в бега предатель прятался в переулке, дожидаясь, когда появятся федералы.

Стоун отворил дверь, вышел наружу и посмотрел в обе стороны: