— Думаешь, надо и Тимми взять с нами? — Он задумчиво посмотрел в маленькое личико. — Я не уверен, что его манеры за столом подойдут. О да, еще его зубы, — добавил он.
— А мои подходят? — медленно спросила Бет, сощурив глаза и предполагая игру с его стороны.
— Черт возьми, Бет, ты перестанешь на меня так смотреть? — вдруг рассердился Джеймс. — Почему ты всегда ищешь скрытый подвох во всем, что бы я ни сказал и ни сделал?
— Потому что обычно так оно и бывает, — бросила она в ответ.
— Я пригласил тебя на обед, а не к себе в постель!
— Так как у меня нет привычки бросаться в постель к каждому, я не предполагала, что ты приглашал, — огрызнулась Бет, горячо желая, чтобы краска на ее лице была истолкована как возмущение, а отнюдь не впечатление от картины, нарисованной ее воображением.
— У меня обычно не возникает такой проблемы, когда я приглашаю женщину на обед, — сказал Джеймс, обращаясь к Тимми, который глядел круглыми зачарованными глазами на две пустые коробки из-под украшений на кофейном столике.
— Ты не пригласил меня, ты просто решил, что я пойду, — упорствовала Бет, понимая, что не права. — И я не женщина. Я — твой секретарь.
Она почувствовала, как нелепо это прозвучало. На лице Джеймса отразилось изумление.
— Сразу две неточности, — мягко засмеялся он.
— Ты отлично знаешь, что я имею в виду, — живо отреагировала Бет.
— А ты отлично знаешь, что ты — больше чем просто мой секретарь.
О, конечно! И в каком же смысле? Скептицизм вдруг сменился неуверенностью, когда она встретила его взгляд. Ее охватила дрожь. Джеймс опять дразнил ее!
— Так кто же я? — спросила она и где-то в глубине темно-голубых глаз увидела такие же колебание и нерешительность.
— Я не знаю, — прозвучал тихий ответ, который почти утонул в громком требовательном плаче.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
— Я не знаю, — жаловалась Бет водопроводным кранам в ванной, когда, завернув вымытую голову полотенцем, легла в теплую душистую воду. На Джеймса, который обычно четко формулировал свои мысли и привык быстро принимать верные решения, это явно было не похоже. Если бы не Тимми, который так некстати заявил о себе, вероятно, Джеймс и объяснил бы все в деталях. Но бедный малыш почувствовал себя голодным и заброшенным.
Однако Бет подозревала, что Джеймс, скорее всего, уже пожалел о своем признании и с облегчением воспринял вмешательство племянника. Позже он, конечно, не проявил желания возобновить тот интригующий разговор, хотя и возможности такой не было: надо было накормить и положить Тимми спать.
— Не могла бы ты быть готовой к семи? — небрежно спросил Джеймс, когда она вышла из комнаты Тимми, и, не давая ей времени ответить, исчез в своей комнате.
Выйдя из ванны, она быстро вытерлась и, накинув халат, пошла в свою спальню. Присев у туалетного столика с феном в руке, Бет приказала себе не думать о том, что происходит в голове Джеймса и почему сегодня вечером он не встречается с Джулией. Взглянув на себя в зеркало, она отметила явные признаки смущения и даже смятения.
Нет, надо постараться успокоиться. По крайней мере она избавлена от мучительных поисков ответа на вопрос, что надеть. Выбор ограничен. Бет похвалила себя за предусмотрительность: в самый последний момент она взяла с собой черное шелковое платье-джерси.
Это платье вполне удовлетворяло ее требованиям — простое и стильное, на все времена. В течение нескольких лет оно было ее любимым, в нем она всегда чувствовала себя уверенно. Именно этого ей сейчас и не хватало.
Застегнув молнию, Бет осмотрела себя в зеркале и поморщилась. Да, выглядит она усталой, темные тени вокруг глаз. К тому же она и чувствовала себя больной. В желудке болтанка, будто она каталась на американских горках.
Паника снова охватила ее. Приближающийся вечер будет полным провалом, катастрофой. Нет рабочей обстановки, нет Тимми — никакого буфера. Только она и Джеймс Феннер. Далекая от надежды поразить его интересным разговором, Бет представила, как будет сидеть напротив него, проглотив язык, будто неловкая девочка. Или еще хуже: после пары бокалов вина может уставиться на него влюбленными, мечтательными глазами. Ей самой стало смешно. Может быть, она преувеличивает?
Взяв сумочку, Бет покинула спальню и прошла в холл, инстинктивно замедляя шаги около комнаты Тимми. Заглянув в нее, она увидела в полумраке высокую склоненную фигуру и поспешила пройти мимо, отведя глаза и пугаясь тревоги, возникающей каждый раз при виде Джеймса и его маленького племянника.
— Вы прекрасно выглядите, — улыбнулась ей миссис Эндрюс, когда она вошла в холл. Большая плитка шоколада и бестселлер, лежащие на диване около нее, указывали на то, как она планировала провести вечер.
— Спасибо, — комплимент почти сотворил чудо с ее слабеющей уверенностью в себе.
Однако ее улыбка застыла на лице, когда Джеймс вошел в комнату. В горле пересохло. Бессчетное количество раз она видела его в темном костюме в офисе, так почему сегодня вечером его вид лишает ее присутствия духа? Галстук, завязанный на белоснежной рубашке, гармонировал с цветом глаз. Он выглядел изысканно и мужественно.
— Готова? — спросил он небрежно.
Бет кивнула. Вот уже и дара речи лишилась! Переведя дух, она едва смогла попрощаться с миссис Эндрюс, остро ощущая за своей спиной присутствие Джеймса.
Закрыв дверь, он провел ее по устланному ковром коридору к ожидающему лифту и нажал на кнопку первого этажа.
— Если ты подождешь в вестибюле, я подгоню машину к подъезду.
— Спасибо, Джеймс, — сказала Бет, улыбнувшись.
Ее напряжение мгновенно испарилось. Ведь обычно именно она суетилась вокруг него, стараясь сделать его жизнь настолько более комфортной, насколько это было возможно! Ее улыбка стала шире, когда Джеймс посмотрел на нее, вопросительно подняв бровь.
— Нет, все в порядке, — невинно отклонила она немой вопрос.
— Бет… — настаивал он, явно не убежденный.
— Просто более привычно, что ты швыряешь в меня ключами и просишь… нет, приказываешь подогнать машину. Так уже случалось много раз в офисе, когда ты в неистовой спешке направлялся на какое-либо собрание или деловую встречу.
— Только если шел дождь, — подсказал он. — Неужели я уж такой тиран, что и работать со мной невозможно?
— Невозможно, — согласилась она бодро. То, что он решил сменить тему, было слишком необычно…
— И жить со мной вместе также невозможно? — протянул он.
Это становилось уже немного опасным, даже учитывая, что он просто дразнил ее.
— Черт, — тихо пробормотала Бет, избегая смотреть на него и занявшись якобы плохо закрытым замком сумки.
— Ладно, тогда выходи, — скомандовал он, когда лифт остановился.
— Да, Джеймс, — покорно согласилась она, получая удовольствие от новизны в их отношениях. Ей наконец представлялась возможность изображать хрупкую женственность перед господствующим покровительственным мужеством. Бет вышла в коридор и обернулась посмотреть, как лифт спускается в подземный гараж. Наверное, этот вечер не будет таким уж тяжелым испытанием. На душе потеплело. Бет пошла к выходу, стараясь не выглядеть возбужденным подростком, которого впервые выводят в свет. Она вышла в зимнюю ночь, когда к подъезду подъехал знакомый серебристый автомобиль.
— Удобно? — спросил Джеймс, когда она расположилась позади него на роскошном широком сиденье, вытянув стройные ноги.
— Ммм, — пробормотала Бет, когда мощная машина тронулась с места. Она ничего не могла поделать с ощущением счастья, переполнившим ее. Воспользовавшись моментом, она устремила взгляд на профиль Джеймса. Бет любила в нем все: и квадратный подбородок, и чувственные губы, и чисто выбритые щеки. Но больше всего эту небольшую горбинку на прямом носу.
Повернув голову, она выглянула в окно.
— Ой, дождь со снегом, — удивилась Бет, наблюдая, как снегоочистители сметали хлопья тающего снега.
— Дождь со снегом идет уже пять минут, — сухо проговорил Джеймс и включил радио.
Бет отрешенно наблюдала, как на другой стороне улицы такси высаживало пассажиров на тротуар, и едва улавливала обрывки фраз из прогноза погоды:
— Снежные бури в Шотландии… части Йоркшира полностью отрезаны… многие дороги непроходимы… более сильные снегопады ожидаются сегодня вечером… условия ухудшаются… распространяется на юг.
Она очнулась. Когда же начались эти снегопады, что половина страны уже под снегом? Да! Бет в изумлении признала, что отстала от жизни. Последние несколько дней она не слушала новости ни по радио, ни по телевидению и даже не проглядывала заголовки газета. И не потому, что не было такой возможности. Просто она стала более замкнутой. Ее мир замкнулся вокруг Тимми и… Джеймса.
— Было бы лучше, если бы ты поехала в Уайлдшир утром, не дожидаясь понедельника, — тихо сказал Джеймс.
Неопределенность мучила Бет. И все же она собралась объясниться прежде, чем ситуация станет еще более запутанной.
— Вообще-то в этом году я не буду проводить Рождество с тетей, — небрежно сказала она. — Я остаюсь в Лондоне.
— Понятно. И когда ты приняла это решение?
Она не принимала никакого решения. Оно было принято за нее. Бет заметила, что в его голосе сквозило холодное неодобрение. Или ей показалось?
— Вчера вечером?
Бет удивленно посмотрела на него. При чем тут вчерашний вечер? И холодность в его голосе явно не воображаемая.
— Ты ни разу в этом году не навестила свою тетю. И теперь хочешь уклониться от встречи с ней на Рождество? — презрительно сказал он. — Ты хотя бы побеспокоилась о том, чтобы в последний момент предупредить ее об изменении своих планов? Ты рассказала ей, что у тебя есть лучшее предложение от твоего друга?
Ее друга? В голове Бет мелькнула догадка: Джеймс думал, что Дэвид прошлым вечером попросил ее провести Рождество с ним и она согласилась, бессердечно забыв о тете. Если бы Бет не была так рассержена, она бы рассмеялась.
Майкл Коннелли
— Как и с кем я провожу Рождество — не твое дело! — вспыхнула она. — И именно тетя Мэри не хочет… — Бет замолчала, уставившись в окно с каменным лицом.
Последнее шоу
Они остановились на красный сигнал светофора.
Michael Connelly
— Бет? — позвал Джеймс, ожидая продолжения.
THE LATE SHOW
Она глубоко вздохнула. О Господи!
Copyright © 2017 by Hieronymus, Inc.
— Я получила письмо от тети несколько дней назад, — сообщила Бет бесстрастно. — Она пригласила к себе на Рождество овдовевшую школьную подругу.
— И что?
This edition published by arrangement with Little, Brown and Company, New York, New York, USA
— Тетя живет в маленьком коттедже… Только две спальни. Мало места…
All rights reserved
Бет знала, что это звучит неубедительно. Так же неубедительно, как и слова из письма: «Конечно, ты всегда сможешь лечь на софе…» Тетя добавила их, видимо, надеясь, что намек будет понят и ее не станут ловить на слове.
© А. С. Полошак, перевод, 2021
Бет остро ощутила наступившую тишину и осторожно посмотрела на Джеймса.
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2021
Отводя взгляд от его полных сострадания глаз, она поняла, что он догадывается о многом, о чем она умолчала.
Издательство АЗБУКА®
Последнее, чего она ждала от него или от кого-либо еще, это жалость.
* * *
— Почему ты не сказала мне об этом раньше? — спокойно спросил он, трогаясь с места.
Майкл Конелли — американский писатель, автор детективных романов, в прошлом криминальный репортер, так что полицейскую работу знает не понаслышке. Его публикации имели широкий резонанс, одна из статей получила Пулицеровскую премию, и благодаря этому успеху талантливый журналист был приглашен в такую крупную газету, как «Лос-Анджелес таймс».
Бет пожала плечами. Она не говорила об этом никому. Частично из-за гордости, частично из-за того, что не хотела ставить своих друзей в трудную ситуацию — чувствовать себя обязанными пригласить ее праздновать Рождество с их семьями. Кроме того, еще пять дней назад она и сама не знала, что так сложатся обстоятельства.
В 1992 году увидел свет первый роман Конелли «Черное эхо», за который автор был награжден премией Эдгара По в номинации «Лучший дебют». После выхода четвертого романа Майкл Конелли смог целиком посвятить себя писательской работе. Он написл более 30 книг, многие из которых признаны бестселлерами № 1 по версии «New York Times».
Первоначальная боль от письма тети сменилась грустью. Как далеки они друг от друга! Бет была достаточно честна с собой, чтобы признать в этом и свою вину. Она внезапно решила, что в следующем году обязательно поедет проведать тетю Мэри. Или, может быть, убедит ее приехать в Лондон на выходные…
Конелли является обладателем уникальной коллекции литературных наград из разных стран, в 2003 и 2004 годах возглавлял Ассоциацию детективных писателей Америки (MWA), в 2018 году был удостоен престижнейшей премии «Алмазный кинжал» Ассоциации писателей-криминалистов (CWA).
— Так мы с Тимми не отделаемся от тебя и на Рождество? — Дразнящий голос Джеймса пробился сквозь ее мысли.
* * *
— Не-ет… отделаетесь.
Бет не собиралась проводить с ним Рождество, не хотела его жалости и снисхождения.
Отличный запуск серии от автора бестселлеров Конелли! Далее следует классический Конелли: мастер-класс по внутренней политике и культуре полиции Лос-Анджелеса, добротная детективная работа старого образца и современная судебная наука плюс главный герой, который умен, неумолим и рефлексивен.
Publishers Weekly starred review
— Так что ты намерена делать?
Самая интригующая тайна в романе «Последнее шоу» — это главная героиня.
Tampa Bay Times
Бэллард — вот это сила! Такую героиню полюбят, начиная с первого романа серии. Нет сомнений, что Конелли настоящий мастер криминального жанра, и «Последнее шоу» еще раз подтверждает это.
Associated Press
— Я еще не решила, — беззаботно ответила Бет, подразумевая, что хотела бы иметь свободу выбора.
* * *
Но Джеймс не сделал попытки продолжить разговор. И вместо облегчения Бет почувствовала разочарование. Ведь она была готова дать себя уговорить!
Как Джеймс собирался провести эти два дня? Ведь он обычно встречал Рождество со своей семьей, но в этом году его родителей и двух старших сестер не было в стране.
Посвящается сержанту Стиву Оуэну (управление шерифа округа Лос-Анджелес). Казнен 5 октября 2016 года, застрелен сквозь жетон
Бет кинула быстрый взгляд на мужчину, сидящего рядом, и ее сердце сжалось. К черту глупую нелепую гордость! Больше всего она хотела бы проснуться рождественским утром и увидеть Тимми и Джеймса. Это было бы лучшей рождественской сказкой. Увы! Сказка рано или поздно заканчивается. Она закусила губу.
— Джеймс?..
1
— Ммм?
Вскоре после полуночи Бэллард с Дженкинсом подкатили к дому на Эль-Сентро: первый вызов за смену. У бордюра уже стояла патрульная машина, а на крыльце бунгало — седая женщина в банном халате и двое людей в синем. Бэллард знала обоих: Джона Стэнли, старшего офицера смены — так сказать, главного по уличным делам, — и его напарника Джейкоба Росса.
Смелость тотчас покинула ее.
— Твой клиент, — сказал Дженкинс.
— Идет снег, — весело сказала она, когда он повернул налево и по гладкой дороге подъехал к свободному месту на стоянке.
За два года совместной работы выяснилось, что потерпевшие женского пола охотнее разговаривают с Бэллард. Не то чтобы Дженкинс пугал их, просто Бэллард лучше находила с ними общий язык. И наоборот: если потерпевшим был мужчина, с ним работал Дженкинс.
Он точно знал, что она попыталась ему сказать, и знал, что она передумала.
— Так точно, — ответила Бэллард.
— Спасибо, — проговорила холодно Бет, когда через несколько секунд Джеймс открыл дверцу машины.
— Идет снег. — Джеймс посмотрел на крыши зданий на другой стороне улицы и улыбнулся, наклонившись к Бет.
Оба вышли из машины и направились к освещенному крыльцу. В руке у Бэллард была рация. Когда они поднялись на три ступеньки, Стэнли познакомил их с женщиной: Лесли Энн Лантана, семьдесят семь лет. Бэллард сразу поняла, что здесь по большому счету делать нечего. Как правило, расследование кражи со взломом заканчивается рапортом. Максимум вызовом дактилоскописта — это если повезет и детективы заметят, что преступник касался какой-нибудь поверхности, с которой можно снять отпечатки.
Бет улыбнулась ему в ответ, и все забылось.
— Не припомню, когда в последний раз на Рождество шел снег. — Джеймс будет с нею весь вечер, и Бет хотела наслаждаться каждой секундой, проведенной рядом с ним. — И это не намек, — добавила она с нарочитой строгостью.
— Сегодня вечером миссис Лантана получила электронное извещение о мошенничестве. Кто-то хотел расплатиться ее карточкой на «Амазоне», — сказал Стэнли.
— Сложный ты человек, Бет Синклер, — заметил он и наклонился, чтобы закрыть машину.
Джеймс был предупредительно вежлив, сопровождая ее по дороге в ресторан.
— Но вы ничего не покупали, — уточнила Бэллард, хоть это и так было ясно.
— Добрый вечер, мистер Феннер! — Метрдотель прервал разговор с безупречно одетым официантом и подошел поприветствовать их.
— Нет. Эту карточку я держу для непредвиденных случаев. В сети ею не пользуюсь, — ответила Лантана. — Потому-то система и заподозрила неладное. Для «Амазона» у меня другая кредитка.
— Добрый вечер, Марк, — просто ответил Джеймс, обменявшись улыбками с молодой женщиной, которая появилась ниоткуда и быстро унесла пальто Бет в гардероб.
— Понятно, — кивнула Бэллард. — В банк-эмитент уже звонили?
Так, Джеймс, очевидно, здесь частый посетитель, решила Бет, стараясь не думать, с кем он был здесь раньше. Она посмотрела на подсвечники, на узорчатые скатерти на столах, большинство из которых были заняты парами. Нет, только то, что происходило сегодня вечером, имело значение!
— Сперва решила проверить, не потерялась ли карточка. Оказалось, из сумки пропал кошелек. Его украли.
— Остальные гости уже прибыли, — доложил метрдотель, повернувшись, чтобы провести их к столику.
— Можете предположить, где и когда?
Бет онемела, почувствовав легкое прикосновение Джеймса к своему локтю.
— Вчера я ездила в «Ральфс» за продуктами. Кредитка точно была в кошельке. Потом я вернулась домой и никуда не выходила.
— Какие гости?
— В магазине расплачивались карточкой?
— Сегодня день рождения моей бабушки, — ответил он вежливо.
— Нет, там я всегда плачу наличными. Погодите… Я доставала из кошелька бонусную карту «Ральфс».
Что?! Ее взгляд метнулся к лицу Джеймса.
— Скажите, вы не могли забыть кошелек в магазине? Может, на кассе, когда доставали бонусную карту?
— Ты хочешь сказать, что это семейное торжество?
— Нет, вряд ли. Я человек очень аккуратный, особенно с сумочкой и кошельком. И на слабоумие пока не жалуюсь.
Бет почувствовала, как его рука сжала ее запястье, словно Джеймс боялся, что она может повернуться и убежать.
— Я ни на что не намекаю, мэм. Просто задаю вопросы.
— Почему ты не сказал мне? — выпалила Бет.
Бэллард решила повернуть разговор в другое русло, хоть и допускала, что кошелек остался в магазине, а там его мог стащить кто угодно.
— Потому, что ты, вероятно, не пошла бы, — ответил он спокойно.
— Кто с вами живет, мэм? — спросила она.
— Я бы предпочла иметь выбор, — съязвила она.
— Никто, — ответила Лантана. — Я живу одна. Если не считать моего пса. Его зовут Космо.
Как он посмел сделать это без всякого предупреждения? В глазах Бет появился страх, когда она увидела группу совершенно незнакомых ей людей, собравшихся вокруг овального стола. Она кое-как сумела взять себя в руки, чтобы провести вечер наедине с Джеймсом, но его семья…
— Итак, вчера вы вернулись из магазина. С тех пор кто-нибудь стучался к вам? Заходил в дом?
Холеная женщина, сидящая в центре стола, около видного седовласого мужчины, который учтиво поднялся, когда они подошли, выглядела удивительно моложаво. Прервав слова приветствий, Джеймс наклонился поцеловать ее.
— Нет, никто.
— С днем рождения, — проговорил он и, выпрямившись, представил Бет.
— Ни друзья, ни родственники?
— Нет. Даже если бы и заходили, они не стали бы брать кошелек.
Когда Бет пожимала протянутую ей руку, она ощутила, что выцветшие, но все еще проницательные глаза, которые сверкнули, когда Джеймс назвал ее имя, теперь оценивающе осматривают ее. Без сомнения, бабушка была поражена появлением секретарши внука на праздновании своего дня рождения не меньше, чем сама Бет. Та чувствовала себя незваным гостем. Как мог Джеймс поставить ее в такое глупое положение?
— Разумеется, и я снова ни на что не намекаю. Просто хочу разобраться, кто мог здесь побывать. Значит, вернувшись из «Ральфс», вы все время были дома?
Боясь, что может в любой момент взорваться, Бет старательно избегала смотреть на него, пока он продолжал представлять сидящих. Безымянные образы обретали индивидуальность.
— Совершенно верно.
— А как же Космо? Вы его выгуливаете?
У дедушки Джеймса глаза были теплыми и смеющимися. Выразительные подвижные лица близняшек, Бэки и Рут, отличавшихся друг от друга только длиной темных волос, были абсолютно одинаковы. У Анны — она была немного полнее своих младших сестер — глаза были такими же яркими, как и у Джеймса. Анна сидела рядом со своим мужем, очень приятным мужчиной.
— Конечно, дважды в день. Но всегда запираю дверь, и мы далеко не уходим. Он старый пес, да и я не молодею.
Официант отодвинул для нее стул напротив Джеймса, и она села между его дедушкой и Рут. Вероятно, он заранее позвонил в ресторан и сделал дополнительные распоряжения, так что все обошлось без затруднений для официанта.
Бэллард понимающе улыбнулась.
— Ты хочешь чего-нибудь выпить, Бет? — спросил Джеймс.
— Каждый день гуляете в одно и то же время?
Тройное бренди, и залпом!
— Да, по расписанию. Так лучше для собаки.
— Минеральную воду, пожалуйста, — ответила Бет, все еще не поднимая на него глаз. — Спасибо, — промямлила она, когда официант подал ей меню.
— И как долго?
— Я умираю от голода, — объявила Рут и с шаловливой усмешкой мягко добавила: — Вы с Джеймсом только что поссорились? У тебя такой вид, будто ты хочешь удушить его прямо здесь!
— Полчаса утром, вечером чуть подольше, в зависимости от самочувствия.
Пораженная откровенностью девушки, Бет не успела ничего ответить, так как Рут продолжила, ничуть не смущаясь:
Бэллард кивнула. Любой гастролер к югу от Санта-Моники, заметив на улице эту старушку с собакой, мог проследить, где она живет. Засек время прогулки, посмотрел, есть ли в доме другие жильцы, и вернулся на следующий день. Люди, как правило, не понимают, что распорядок дня — просто подарок для всевозможных мошенников. Чтобы войти и выйти, опытному вору надо минут десять, не больше.
— Бывали случаи, когда я мечтала о том же самом!
— Что-то еще исчезло? Вы не смотрели, мэм? — спросила Бэллард.
Ее слова были опровергнуты любящим взглядом, который она кинула на брата, беседующего с бабушкой и дедушкой.
— Когда Бэки и мне было тринадцать-четырнадцать лет, мама иногда сопровождала папу на гастролях с оркестром, оставляя нас на нежное попечение старшего брата. — Ее лицо выразило поддельный ужас. — Это было похоже на жизнь с тюремным надзирателем!
— Пока нет, — ответила Лантана. — Как только увидела, что пропал кошелек, тут же вызвала полицию.
— Эй, Бэк, — позвала она сестру, сидевшую напротив. — Помнишь то время, когда нам было семнадцать и мы отправились на вечеринку, а Джеймс настаивал на том, чтобы заехать за нами?
— Ну, в таком случае давайте посмотрим вместе. Вдруг что-нибудь заметите, — сказала Бэллард.
— В десять часов! — со стоном уточнила Бэки.
— А помнишь, когда…
Пока они ходили по комнатам, Дженкинс проверил, все ли в порядке с замком на задней двери. В спальне обнаружилась подстилка, на которой лежал пес с седой от возраста мордой: помесь боксера с кем-то еще. Пес блестящими глазами проследил за Бэллард, но вставать не стал — слишком стар. Издал лишь утробный рык.
— Не думаю, что Бет интересны наши семейные дела, — низким голосом решительно отрезал Джеймс.
— Все хорошо, Космо, — успокоила его Лантана.
О, ей было интересно! Бет обменялась с близняшками улыбками, абсолютно очарованная.
— Это у вас метис боксера и… — начала Бэллард.
— Как Тимми, Джеймс? — спросила Анна. — Я действительно не понимаю, почему ты настаивал на том, чтобы нанять для него няню, ведь я была бы просто счастлива присматривать за ним, когда закончится сессия.
— Риджбека, — сказала Лантана. — Ну, мы так думаем.
Бэллард не поняла, кто такие эти «мы»: Лантана и Космо или кто-то еще. Может, Лантана и ветеринар.
— И мы с Бэки не возражали бы поиграть в любящих тетей: сейчас мы на каникулах, — присоединилась Рут.
Заглянув в шкатулку с украшениями, старушка закончила осмотр и сообщила: похоже, все на месте, кроме кошелька. Бэллард снова подумала про «Ральфс». Или же вор поспешил уйти, хотя на самом деле времени у него было предостаточно.
— Прибрал к рукам племянника! — вставила любезно Бэки.
Явился Дженкинс. Замки на обеих дверях были в порядке: следов отмычки или фомки не обнаружено.
Ситуация становилась все интереснее! Бет чуть не подавилась минеральной водой. Оказывается, не только члены семьи Джеймса удивились тому, что он нанял няню, — ведь совершенно очевидно, что в этом не было нужды. Так для чего же она у него жила? Чтобы присматривать за Тимми, когда три его тети просто дрались, чтобы занять ее место?
— Когда гуляли с собакой, видели на улице что-нибудь странное? — спросила Бэллард у старухи. — Что-нибудь привлекло ваше внимание?
Посмотрев на Джеймса, она подняла брови и мягко улыбнулась.
— Нет, ничего необычного, — ответила та.
— Поблизости нет стройки? Строители здесь не шастают?
Не смущаясь, Джеймс улыбнулся в ответ.
— Нет, ничего такого.
— Тимми поселился там, где поселился, — проинформировал он сестер не терпящим возражений тоном. — Так, все готовы сделать заказ?
Бэллард попросила Лантану показать сообщение из банка-эмитента. Они отправились на кухню. Там обнаружился закуток с ноутбуком, принтером и стойкой для бумаг. Стойка была забита конвертами. Похоже, здесь Лантана занималась оплатой счетов и онлайн-шопингом. Усевшись, она открыла нужное письмо. Бэллард наклонилась к ее плечу, прочла текст и попросила еще раз позвонить в службу поддержки.
На стене висел телефон с длинным проводом. Набрав номер, Лантана вернулась в закуток и передала трубку Бэллард. Та вышла в прихожую вместе с Дженкинсом, вытянув провод на всю длину. Специалист по мошенничеству говорил с индийским акцентом. Бэллард назвала свое имя и должность: детектив Управления полиции Лос-Анджелеса. Спросила, какой адрес доставки был указан при покупке, прежде чем ее отклонили по подозрению в мошенничестве. Специалист сказал, что может раскрыть эту информацию только по решению суда.
Бет присоединилась к взрыву всеобщего смеха, когда Джеймс торжественно закончил веселую, но совсем неправдоподобную сказку, которой он всех потчевал.
— То есть? — удивилась Бэллард. — Вы же специалист по мошенничеству. Налицо факт обмана, и, если вы дадите мне адрес, это поможет следствию.
— Не верю ни единому слову, — насмешливо сказала Рут и с энтузиазмом вернулась к большому шоколадному пудингу.
— Простите, не могу, — ответил индус. — Должен получить от юридического отдела разрешение, а пока его у меня нет.
— Соедините меня с юридическим отделом.
— Там никого. Сейчас обеденный перерыв.
— Что мы закажем теперь? — С этим вопросом дедушка Джеймса повернулся к Бет.
— В таком случае переключите на вашего супервайзера.
Они выбрали сыр вместо сладкого десерта и теперь дружно пробовали его, высказывая наперебой свое мнение.
— Вот этот с грецкими орехами аппетитно выглядит, — решила Бет, поднимая нож для сыра и отрезая два тонких кусочка.
Взглянув на Дженкинса, Бэллард сокрушенно помотала головой.
С серьезностью знатоков они дегустировали вина; глядя друг на друга, обдумывали минуту и затем оба одобрительно кивали.
— Слушай, утром это дело пойдет на стол краж, — напомнил Дженкинс. — Пусть там и разбираются.
— Еще печенья, Бет?
— Разбираются? Ага, как же! — хмыкнула Бэллард. — Там таких дел целая гора. Никто не станет им заниматься. Это нечестно по отношению к старушке.
— Спасибо, — Бет взяла крекер из предложенной корзиночки. Ее симпатия к вежливому, учтивому мужчине росла с каждой минутой. Ей понравились все члены теплой любящей семьи Джеймса. Все оказалось совсем не так страшно при ближайшем знакомстве.
И она кивнула в сторону кухни, где сидела жертва преступления. У той был несчастный и одинокий вид.
Тайком Бет взглянула на Джеймса из-под ресниц, заметив, как перебегает отблеск свечи на его лице. Искушение смотреть на него не отрывая глаз стало таким сильным, что ему трудно было противостоять. Но Бет приходилось делать это скрытно не только от самого Джеймса, но и от хитрой розовощекой Рут!
— Ну да, нечестно. А кто обещал, что будет иначе? — спросил Дженкинс. — Жизнь, она такая.
— Бет…
Через пять минут в трубке раздался голос супервайзера. Бэллард сказала, что дело срочное: у миссис Лантаны украли кредитку. Чтобы поймать вора, нужно действовать быстро. Супервайзер объяснил, что транзакцию отклонили, так что система сработала правильно.
Она вздрогнула. Секунду назад она словно зачарованная наблюдала, как Джеймс слизнул капельку крема с верхней губы.
— Вы говорите, что дело срочное, но я ничего срочного тут не вижу, — добавил он.
— Передай воду, пожалуйста.
— Система сработает правильно только в том случае, если мы поймаем преступника, — с расстановкой произнесла Бэллард. — Неужели непонятно? Предотвратить попытку мошенничества — это еще не все. Да, вы защитили банк, но не миссис Лантану. А у нее дома, между прочим, побывал вор.
— А, да, извини. — Быстро отведя взгляд, Бет передала кувшин с водой Анне и вдруг с ужасом обнаружила, что взгляды всех сидящих за столом, кроме Джеймса, устремлены на нее. Произошло то, чего она и боялась: сама того не желая, Бет открылась, выдала свои чувства. И эта усмешка на лице Рут говорила сама за себя.
— Простите, — сказал супервайзер, — до решения суда ничем не могу помочь. Таковы правила.
— Как я могу к вам обращаться?
По инерции Бет доела сыр и печенье, обрадовавшись тому, что вокруг нее зажужжал веселый разговор.
— Меня зовут Ирфан.
— Как ты проведешь это Рождество, дорогая? — вдруг спросила ее бабушка Джеймса, складывая салфетку.
— Где вы, Ирфан?
Рано или поздно этот вопрос был бы неизбежно задан. Бет улыбнулась пожилой женщине, вдруг заметив, что Джеймс пристально смотрит на нее.
— Не понял?
— Я…
— В Мумбаи? В Дели? Где?
— Бет проведет это Рождество со мной, — перебил ее низкий голос.
— Да, я в Мумбаи.
В самом деле? Смущенная Бет увидела умело скрытое удивление в выцветших голубых глазах, когда взгляд женщины упал на Джеймса и затем снова вернулся к ней.
— Вот почему вам наплевать. Потому что этот ворюга не поедет в Мумбаи, не проникнет к вам в дом и не сопрет ваш бумажник. Большое вам спасибо!
— Тогда ты присоединишься к нам на нашем рождественском ленче. Я буду с нетерпением этого ждать, моя дорогая.
Не дожидаясь очередной отговорки, Бэллард вернулась на кухню и повесила трубку.
— Спасибо. — Бет с трудом выдавила это слово, понимая, как деликатно это было выражено, учитывая, что у старой женщины не было иного выбора, кроме как включить Бет в список приглашенных.
— Ну ладно, — повернувшись к напарнику, произнесла она. — Едем в контору, пишем рапорт, сдаем в отдел краж. Погнали.
Руки Бет, лежащие на коленях, сжались в кулаки.
— Кофе? — спросил Джеймс.
2
— Вообще-то, дорогой… — его бабушка переглянулась с мужем, — я думаю, нам пора уходить. Это был приятный вечер… — Наклонившись, она поцеловала Джеймса в щеку. — Не вставай, не надо, — добавила она, поднимаясь на ноги, когда муж отодвинул ее стул.
Но до участка Бэллард с Дженкинсом так и не доехали, и рапорт по делу Лантаны пришлось отложить. Начальник смены велел им отправляться в Голливудский пресвитерианский медицинский центр, взглянуть на потерпевшую с тяжелыми увечьями. Бросив машину с включенной мигалкой на парковке для «скорой», Бэллард с Дженкинсом прошли сквозь автоматические двери и оказались в отделении экстренной медицинской помощи. Бэллард взглянула на часы: в отчете нужно будет указать время прибытия. Циферблат над регистратурой показывал сорок одну минуту первого.
— Думаю, нам тоже надо уезжать. — Анна и ее муж последовали за уходящими.
— Бэки и я обещали заглянуть на вечеринку, — заметила Рут. — Ужин был восхитительным, Джеймс. Спасибо.
Под ним стоял патрульный — бледный, словно вампир. Бэллард кивнула ему, и он подошел, чтобы ввести детективов в курс дела. На рукаве ни одной нашивки — может, даже новобранец. В любом случае поступил на службу совсем недавно, и Бэллард не знала, как его зовут.
Все случилось так быстро, что, когда Бет поняла, что происходит, все уже разошлись и она осталась с Джеймсом наедине.
— Нашли ее на Санта-Монике, на парковке. Неподалеку от Хайленд, — сообщил патрульный. — Похоже, выбросили из машины. Наверное, преступник решил, что она мертва. Но ошибся: на пару минут она вроде как очнулась, но не полностью. Обработали ее на славу. По словам парамедика, не исключен перелом черепа. Она в палате. Мой наставник там же.
— Это было низко, просто отвратительно! — Не сдерживаемая больше присутствием его семьи, она наконец взорвалась. — Ты не оставил бабушке выбора, ей пришлось пригласить меня на рождественский ленч. Это было нечестно по отношению к нам обеим. — Машинально она поблагодарила официанта, который поставил перед ней чашку кофе.
Стало быть, не только «тяжкие телесные». Может, еще и похищение. Всё интереснее и интереснее. Взглянув на бейдж патрульного, Бэллард узнала, что его зовут Тейлор.
— Я думаю, ты опять делаешь поспешные выводы, Бет. Как обычно, — проговорил Джеймс, отпивая из чашки. — Дело в том, что это я пригласил тебя на ленч. Обычно мы все собираемся у моих родителей, но в этом году Анна едет к родителям мужа, а близняшки с бабушкой и дедушкой приедут ко мне.
— Тейлор, я Бэллард, — представилась она, — а это детектив Дженкинс. Дитя ночи, как и мы с вами. Давно в «великолепной шестерке»?
— Что? — Бет уставилась на него. — Ты готовишь рождественский обед? — не поверила она.