— Какой ужас! Девочки, разве вы не слышали, что вам сказали? Давайте поскорее выйдем. — И вышла первой, остальные последовали ее примеру, бросая неодобрительные взгляды на Бетти, готовую от стыда провалиться сквозь землю.

— Я убью тебя, Райли! — процедила она. — На этот раз я на самом деле тебя удавлю!

Эдгар убрал значок в карман и, прислонясь к двери, чтобы никто не вошел, заметил:

— Угрожаете полицейскому, мисс Эджерли? Это уголовно наказуемое деяние. Придется вас на самом деле задержать!

— А мне придется тебя удавить! Отойди от двери, я ухожу!

— Со мной.

— Ни за что!

— Ну, тогда я с места не двинусь.

В дверь постучали, сначала робко, потом настойчиво.

— Эдгар! Здесь не место выяснять отношения!

— Согласен. Пошли домой.

— Пошли, — сломалась Бетти, ибо грохот стоял такой, словно в дверь били тараном.

Эдгар отступил в сторону, пропуская Бетти вперед. Вид у нее был такой, что, замешкайся он, она бы прошла сквозь него, да и сквозь стену. За дверью стояла беременная дама; она наградила Бетти взором, исполненным укоризны, а когда появился Эдгар, открыла рот и так и осталась стоять, глядя им вслед.

В гардеробе Эдгар имел глупость подать Бетти пальто.

— Если ты до меня хоть пальцем дотронешься, я раздроблю тебе коленные чашечки! — со сладкой улыбкой предупредила она.

Райли решил не рисковать и, идя за ней к выходу, подумал, что, пожалуй, на этот раз перегнул палку.



15

Домой они ехали в гробовом молчании. Эдгар не решался его нарушить, боясь этим еще более усугубить положение. Да и сил не было — сказалось напряжение, накопившееся за вечер. С каким бы наслаждением он стер Мюррея в порошок, но ведь сдержался, не стал устраивать сцен? Ну, не считая одной, в женском туалете. Эдгар покосился на Бетти. Остается только надеяться, что она скоро остынет.

Когда они вошли в дом, Бетти бросила сумочку, сняла пальто и, демонстративно хлопнув дверью, удалилась в спальню для гостей. Раз она решила дуться, мешать ей он не станет. Заснуть явно не удастся, решил Эдгар и, переодевшись в спортивную форму, пошел в подвал. Играть так играть!



Бетти, так и не сняв вечернего платья, лежала на кровати поверх покрывала и глядела в потолок. Никому еще не удавалось так ее разозлить! Она в бессильном гневе стукнула по подушке. Только Эдгар Райли может в считанные секунды лишить ее самообладания. Только он способен довести ее до вершины блаженства, а потом, словно в издевку, сбросить оттуда.

Бетти застонала. Нет, она бессильна перед его властью. Она его любит, к чему себя обманывать? Но признаться ему не смеет. Райли не раз давал понять, что его тяготят взаимные обязательства, так что рисковать не стоит.

А как же объяснить его поведение сегодня? Он ревновал ее к Джиму, это очевидно. Но Эдгар не настолько примитивен, ведь не лев же он на самом деле, чтобы подобным образом защищать свою территорию! Бетти покачала головой. Нет, разобраться в нем выше ее сил. Он как лабиринт— чем дальше идешь, тем меньше шансов выбраться.



Два часа интенсивных физических упражнений не сняли напряжения у Эдгара, а лишь добавили усталости. И душ не помог. Он долго ворочался, силясь уснуть, и все смотрел в темноту. Потом ему это надоело, он натянул на голое тело так и не убранные после вечера брюки, пошел в гостиную, выбрал пластинку, включил музыку, не забыв уменьшить звук, и раздвинул шторы. Комната наполнилась лунным светом. Эдгар устроился в кресле и, вполуха слушая щемящие звуки саксофона, глядел в звездное небо.

Да, неслабо он сегодня порезвился! Когда он думал о том, что вытворил, ему становилось и неловко, и жутко. Эта женщина вызывала в нем чисто первобытное по силе желание ее защищать. Бетти… С ней он чувствовал себя таким неуверенным в себе, что просто диву давался. Раньше он с легкостью расставался с женщинами, лишь только возникал намек на осложнения. А теперь, стоит подумать, что ему придется от нее уйти, сердце сжимается от безотчетной тоски, но еще мучительнее мысль, что Бетти уйдет от него первой.

И он еще обманывался, что сумеет держать дистанцию и не привяжется к ней! А на самом-то деле он никогда не мог справиться с желанием, которое она в нем будила. Да он влюбился в нее, как только увидел, и его страсть с каждым днем все ненасытнее. Впрочем, что это меняет? Бетти нужен другой человек. Надо срочно поговорить с ней. Когда ей не будет угрожать опасность, она посмотрит на все другими глазами и ужаснется, что связалась с ним. Нет, он не намерен сидеть и ждать, пока она придет к такому выводу!

Эдгар так задумался, что, услышав за спиной какой-то звук, вздрогнул и вскочил. Рядом с ним, молча на него глядя, стояла Бетти в ослепительно-белом махровом халате.

— Не могу уснуть, — первой нарушила молчание она.

— Я тоже, — хрипловато отозвался Эдгар.

— Я подумала, пойду приму душ.

— Иди.

Бетти не шелохнулась, не в силах оторвать от него глаз. Он стоял на фоне окна, и при лунном свете его золотистые волосы блестели, подобно нимбу вокруг головы. Бетти усмехнулась. Нечего сказать, ангелочек! Да это вылитый Люцифер, дьявол-искуситель! Она поскорее отвела взгляд и повернулась, чтобы идти в ванную, подальше от соблазна— еще чуть-чуть, и она забудет, как он ее разозлил.

Эдгара охватила паника. Ведь он собирался с ней поговорить.

— Ну что, надоело дуться? — вырвалось у него прежде, чем он успел подумать.

— А я и не дулась, — не сразу ответила Бетти на удивление спокойно.

— Вот как? — осмелел он.

— Просто дала нам обоим возможность отдохнуть перед тем, как обсудить твое хамское поведение. — У нее руки так и чесались его ударить.

— Может, прямо сейчас и приступим?

— Отлично. — Бетти подошла к нему вплотную. — Объясни, будь любезен, почему ты вел себя, как полный идиот?

— А поконкретнее можно?

— Можно. Зачем ты вломился в женский туалет? Что это еще за игры в сыщика и вора? А если эти дамы решили, что я преступница?!

— Думаю, они разобрались, в чем состоит твое преступление.

— А что ты сказал Мюррею? Как ты мог?!

Хватит состязаться в остроумии, подумал Эд и выложил все как есть:

— Из ревности.

— Ты… меня… приревновал?! — Бетти не верила своим ушам.

Эдгар взял в руку кончик пояса ее халата и начал нервно его теребить.

— Да, принцесса, я тебя ревновал. А ты что, не догадалась? — Он заглянул ей в глаза. — Разве не поэтому ты весь вечер была ко мне так внимательна?

Его прямота разоружила Бетти, и она честно призналась:

— Нет, не поэтому.

— А почему?

— Хотела, чтобы ты понял, что я хочу быть с тобой всегда. Чтобы узнал, как много ты для меня значишь.

Господи! Она такая открытая, такая бескорыстная! Он ее не стоит. Зачем ей такой негодяй?!

— Не надо, Бетти. Так будет лучше для нас обоих. — Она так и знала. Стоит ей заговорить о чувствах, как он сразу захочет убежать! Она сжалась от боли и обиды. — Я не тот человек, который тебе нужен. Я не подхожу для мира, в котором мы были с тобой сегодня. Это очевидно.

— Да, — еле слышно прошептала она, думая о своем. Откуда такое самоуничижение? Да он сам целый мир!

Услышав ее «да», Эдгар нервно сглотнул.

— А ты создана для такой жизни. — Бетти хотела возразить, но он ее опередил. — Пусть ты родилась в бедной семье и не училась в престижных школах, как я раньше думал, все равно, сразу видно, какая ты.

— И какая же я? — с неподдельным интересом спросила она.

— Классная, — шепнул он. — Изысканная. — Он нежно коснулся ее подбородка. — Элегантная. Ты должна блистать в свете, есть черную икру и пить французское шампанское, ходить в оперу, на балет, ну и все такое прочее. — Он за пояс притянул Бет к себе, обнял и зарылся лицом в ее волосах. — А я простой парень. Меня вполне устраивает пицца, пиво и бейсбольный матч. Ты достойна лучшего.

Бетти обняла его за голую талию и удивленно спросила:

— Чего лучшего?

Эдгар поцеловал ее волосы и пробормотал:

— Всего самого лучшего. Зачем тебе я?

Как же он ошибается! Он ей нужен, именно он и никто другой! Только сейчас она поняла, что такое жить настоящей жизнью. Да с ним она сама стала другой — страстной, ненасытной! Ну почему он хочет ее бросить? Ведь она тоже ему небезразлична, она это чувствует! По какому праву он решает за нее, кто ей нужен?!

— А ты хороший полицейский? — решила сменить тактику Бетти.

Эдгар удивился, но промолчал.

— Наверное, хороший. — Терять Бетти было нечего. — В твоем возрасте редко становятся лейтенантами.

— Ну и что?

— Значит, многие считают, что ты заслужил этот чин, и верят в тебя.

— Что ты хочешь сказать, Бет? — нахмурился он.

— Я хочу сказать, — она поцеловала его в подбородок, — что ты достойный человек, Эдгар Райли. Ты достоин вот этих медалей на полке, достоин благодарностей, которых наверняка полно в твоем деле. Ты настоящий профессионал! Ты так много можешь дать людям! Но ведь жизнь это не только работа.

— Для меня работа и есть жизнь.

— Я не дам тебе вот так просто от меня уйти! — сердито шепнула она. — Я люблю тебя, Эд. Я ни о чем тебя не просила и не прошу. Только позволь мне самой решать, что мне нужно!

Еще ни одна женщина вот так безоговорочно не принимала его таким, каков он есть. Но он не может принять ее любовь, как бы ему это ни хотелось. Эдгар наклонился и нежно прижался к ее губам. Пусть это будет прелюдией неизбежного прощания, думал он, но очень скоро поцелуй из нежного превратился в страстный. Он с трудом оторвался от ее губ и, схватив Бетти на руки, понес из гостиной.

— Куда ты меня поволок, Эд? — шепнула она, играя прядью волос на его затылке.

— Ты ведь хотела принять душ? — севшим от волнения голосом спросил он и понес ее в ванную. Там он поставил ее на пол и, обняв одной рукой, другой включил душ и проверил температуру воды. Бетти стояла, прислонясь к его сильной груди, и молча следила за его действиями.

Эдгар развязал пояс ее халата, распахнул его и жадными глазами смотрел на нее, словно не веря, что она настоящая. Он прижал Бет к себе, и, когда ее набухшие соски коснулись волос на его груди, Бетти вздрогнула, обняла его за плечи и, потянувшись, куснула за мочку уха.

— Я хочу принять душ, а вот что ты тут делаешь? — Она провела пальцем ему по груди, высвободилась из объятий и вошла в кабинку, закрыв за собой дверь.

Встав под теплые струи, она подставила воде счастливое лицо. Ну и какой же будет следующий ход? — думала она, улыбаясь. Ждать пришлось недолго. Эд вошел в кабинку душа и, закрыв дверь, протянул ей мыло.

— Ты забыла мыло.

Бетти засмеялась и вскрикнула. Эдгар прямо в брюках залез под воду, прижал ее к прохладным плиткам и начал целовать в шею.

— Ты тоже кое-что забыл, — пробормотала она. — Душ обычно принимают раздетыми.

— Верно, — согласился он, отбрасывая со лба мокрые волосы, — но мне не терпелось указать на злостное нарушение тобой душевого этикета.

— И ты, не снимая брюк, поспешил восполнить пробел в моем воспитании? — парировала Бетти. Это было не так-то легко, если учесть, что Эдгар в это время ловил ртом сбегающие по ее шее струйки воды.

— Вот именно, любовь моя. — Он прижал ее к себе, и Бетти ощутила его затвердевшую плоть. — Ведь я тебя раздел и, согласно этикету, смею рассчитывать на ответную любезность.

Бет на мгновение отстранилась и бросила на него взгляд. Мокрые вечерние брюки скрывали его тело ничуть не лучше набедренной повязки. Она сглотнула и не спеша расстегнула молнию.

— Сними их, Бет, — прерывающимся голосом попросил он.

Брюки намокли до нитки, и ей пришлось, наклонившись, сантиметр за сантиметром их стягивать. Эдгар, как завороженный, следил за движениями ее рук. Наконец брюки были сняты, и Бэт, угадывая его желание, опустилась на колени и, продолжая игру, ловила губами бегущие струйки, а вода все лилась и лилась…

Эдгару казалось, еще чуть-чуть — и он умрет от блаженства. Он схватил Бетти за плечи, поставил на ноги и прижался к ее рту. От сладкой истомы у нее подкашивались ноги, а он все ласкал и ласкал ее.

— Эдгар… — шепнула она, вложив в его имя невысказанное желание, и он, приподняв ее на ладонях за ягодицы, прижал к прохладной стене. Бетти обхватила его ногами за пояс, и Эдгар вошел в нее с такой силой, что оба застонали.

— Ты такая горячая, Бет, такая страстная! — бормотал он, с первобытным восторгом любуясь ее затуманенными страстью глазами, счастливым отрешенным лицом, темными волосами, шелковой лентой струящимися по спине… Моя языческая принцесса, подумал Райли, еще больше распаляясь и от этой мысли, и от ответных ласк Бет, и, уже не в силах более сдерживаться, наполнил ее.

Придя в себя, Бетти почувствовала, что замерзла. Эдгар опустил ее на пол и, намылив руки, начал не спеша мыть, и она, удивляясь своей ненасытности, опять ощутила первые признаки желания. Эдгар выключил воду, открыл дверь и вывел ее из душа. Он завернул ее в полотенце, протянул второе, поменьше, чтобы высушить волосы, и вытерся сам. А потом молча взял на руки и понес в спальню, и они опять занимались любовью, тоже молча, словно боясь, что слова могут им помешать.



На рассвете Бетти проснулась. Ей было холодно и страшно. Дрожащей рукой она смахнула с глаз слезы — она плакала во сне — и попыталась осторожно, чтобы не разбудить Эдгара, вытянуть из-под его ноги одеяло, но руки ее не слушались. Она решила пойти принять горячий душ, но не успела спустить ноги с кровати, как Эд проснулся и притянул ее к себе.

— Что с тобой, Бет? — обеспокоился он, заметив, что она прячет от него глаза.

Бет знала, что не сумеет скрыть от него причину слез, и молчала. У нее болело горло, как будто кричала она не в страшном сне, а наяву. Эдгар прижал ее к себе, завернул в одеяло и тихо спросил:

— Что это было?

— Кровь. Пятна крови на рубашке, ручьи крови на грязном дощатом полу. — Она запнулась и жалобно, как испуганный ребенок, продолжила: — Она течет по полу и сочится между половицами.

— Все будет хорошо, родная. Скоро все кончится. Даю слово, мы найдем детей. — Он обнял ее еще крепче. — Больше никто не пострадает.

Бетти повернула к нему лицо, и Эдгара испугал ее пустой взгляд.

— Эдгар, это кровь твоя.



16

Бетти опустила телефонную трубку и тяжело вздохнула. Зря она рассчитывала на поддержку Хадсона. Он только наговорил ей кучу банальностей. Про многолетний опыт Райли, про его осторожность и осмотрительность — словом, ничего нового. Все то же говорил ей Эдгар. Господи, ну почему они такие упрямые?! Не хотят понять, что Эду грозит серьезная опасность! Утром, когда Бетти рассказала Эдгару свой сон, он даже не подумал о том, чтобы принять хоть какие-нибудь меры предосторожности. Его гораздо больше волновала ее безопасность. Ну почему он не хочет позаботиться о собственной!

— Такая уж у меня работа, — ответил он, прижимая ее к себе. — Рисковать без особой на то необходимости я не собираюсь. Дело идет к концу. Мы знаем, что преступников как минимум двое. А найти их — вопрос времени.

Бетти чувствовала, что спорить с ним бесполезно. Он будет делать то, что считает нужным, и может поплатиться жизнью! Жаль, что она так мало увидела во сне. Как и всегда, всего лишь один кусочек головоломки, а остальное расплывается, как в тумане. Она не смогла убедить Эдгара, но сама-то уверена, что ему грозит опасность! И как всегда в отчаянии, что ничем не может помочь.

Нет, может! А что, если опять прибегнуть к гипнозу? От одной мысли о прошлом сеансе у нее мороз пробежал по спине. Хватит ли у нее сил? Бетти дрожащей рукой откинула со лба прядь волос. Раз речь идет о безопасности Эдгара, она готова на все что угодно.

— Бетти, что с вами? Вам нехорошо? — донесся до нее участливый голос Джуди. Она так задумалась, что не заметила, как в кабинет въехала секретарша.

— Нет, все в порядке. А почему ты спросила?

— Вы такая бледная и вся дрожите. Может, простудились? Или схватили грипп? Говорят, опять эпидемия.

— Я и сама не знаю. — Джуди подкинула ей неплохую идею. — Пожалуй, ты права. Мне на самом деле не по себе. — Хотя бы в этом она не обманывает, виновато подумала Бетти. Сейчас она могла думать только об Эдгаре, но, чтобы ему помочь, придется прибегнуть к обману. Другого выхода у нее нет. Пусть Эд считает, что она заболела.

— Немедленно отправляйтесь домой, в постель! Никаких возражений! И ни о чем не беспокойтесь. Я отменю все визиты на сегодня, а завтра вы мне позвоните и расскажете, как себя чувствуете, договорились?

— Джуди, ты прелесть! Ну что бы я без тебя делала? — Бетти оделась и, уже выходя, вспомнила, что ее привез Эдгар. — Я сегодня без машины. Вызови мне такси, будь добра!

Бетти вышла из кабинета и в холле чуть не столкнулась с Мюрреем. Он взял ее за руки и с тревогой заглянул в глаза:

— Что с тобой, Бет?

— Мне что-то нездоровится. Джуди вызвала мне такси, — с вымученной улыбкой пробормотала она. Джим молча смотрел на нее, по-прежнему держа за руки. Бетти высвободила руки. — Ничего серьезного, наверное, грипп. Попью дня два аспирин и отлежусь.

— Бет, я понимаю, тема щекотливая, но все же рискну спросить: ты уверена, что дело в гриппе?

— А в чем же, по-твоему, Джим?

— Нездоровье может быть следствием эмоционального или психологического дискомфорта. Может… может, дело в Эдгаре Райли?

На какое-то мгновение Бетти испугалась. Ей показалось, что Джим знает, что она беспокоится за жизнь Эдгара, но он пел старую песню: Райли ей не подходит. Бетти разозлилась. Кто дал ему право лезть в ее личную жизнь?!

— Джим! — властным тоном обратилась она к нему, и он от неожиданности потерял нить и умолк, удивленно на нее глядя. — Я была бы тебе весьма признательна, если бы ты заткнулся! — И Бетти вышла на улицу, где ее уже ждало такси, а Мюррей так и остался стоять с открытым ртом.

Как только Бетти приехала к Эдгару домой, она сразу занялась делом. Сначала необходимо как следует расслабиться. Она выбрала пластинку со спокойной классической музыкой, легла на диван и закрыла глаза. Усилием воли, постепенно, начиная с пальцев ног, она расслабила все группы мышц.

Ничего. Она распахнула глаза. В чем дело? Что-то не так? Она оглядела себя. Одна рука сжата в кулак. Выходит, она не до конца расслабилась. Бетти разжала ладонь и начала все снова, расслабляя тело и освобождая мозг…

Вот уже кончилась музыка, а она все лежала неподвижно, не желая признавать поражения. Много лет она старалась гнать от себя образы ночных кошмаров, и это, наверное, вошло в привычку. Во всяком случае, сегодня явно ничего не получится. Бет открыла глаза, встала и пошла в душ. Она долго стояла под горячими струями, ни о чем не думая, и, когда выключила воду, ей показалось, что тело у нее легкое, словно в нем нет костей. Бетти вдруг потянуло ко сну, но сначала она решила убраться в ванной. Она открыла шторки на окошке, и солнечные лучи, отразившись в запотевшем зеркале, разбежались зайчиками по комнате. Бет полотенцем протерла насухо зеркало. У себя она редко сразу убирала за собой, предпочитая устраивать раз в неделю большую уборку, но здесь, в доме Эда, все было иначе.

Она прошлась последний раз по зеркалу полотенцем, и… из зеркала ей на руки потекла кровь, кровь Эдгара! Бетти в ужасе отдернула руки и невидящими глазами посмотрела в зеркало. В луче света плясали пылинки, солнце пробивалось через заколоченное окно. На полу лежит Эдгар, а рядом на коленях стоит она с руками, вымазанными кровью. Она пытается закрыть ими рану у него на груди, но кровь не останавливается и все течет и течет на пол.

Бетти показалось, что она вот-вот упадет в обморок, но она пересилила себя. Она увидела, как подходит к окну и выглядывает наружу. Перед ней грунтовая дорога, треснутый колокол на старой часовне, вдали виднеется ферма, слева лес. Она услышала где-то сзади журчание воды в реке, она смотрела и смотрела, силясь вобрать все детали…

У Бетти подкосились ноги, и она, обессиленная, сползла на пол, обхватила себя руками и раскачивалась, пытаясь унять дрожь и хоть немного согреться. Через какое-то время она встала и на непослушных ногах пошла в спальню одеться, на ходу обдумывая план действий. Теперь она знала, что ищет. Сомнений нет, дом, в котором держат детей, где-то в пригороде. Операция по спасению Эдгара Райли началась.



За три дня Бетти исколесила все грунтовые дороги в пригороде. И пока безрезультатно. Она затормозила: опять не то! Река есть, вдали лес, но никаких строений не видно. Бетти в сотый раз принялась изучать карту. Все эти дни она крутилась как белка в колесе. К возвращению Эдгара она должна была успеть очистить машину от придорожной пыли и поставить на то же самое место у его дома.

Каждое утро она звонила на работу и, чувствуя себя последней лгуньей, рассказывала Джуди про свой «грипп». Но это сущая безделица по сравнению с угрызениями совести, которые охватывали ее по вечерам, когда Эд приходил с работы и ухаживал за ней как за больной. Правда, его трогательная забота еще больше укрепляла ее уверенность в своей правоте. Она сделает все, что в ее силах, чтобы его уберечь.

Бетти устало опустила голову на руль. Делать нечего, придется опять заняться самогипнозом. Теперь ей будет легче, ведь она отлично представляет себе это место, остается только его найти! Она устроилась поудобнее и постаралась расслабиться, сконцентрировав внимание на причудливой кружевной тени от раскидистой кроны растущего неподалеку дерева…

…Лучи солнца пробиваются сквозь щели в заколоченном окне. Бетти, вернее вызванный ее силой воли призрак, опять подходит к окну и выглядывает наружу. Ну же, смотри, что ты там видишь?!

Она закричала и в ужасе зажала рот руками: кто-то открыл дверцу машины! Она подняла глаза и увидела Эдгара, в первую минуту не поняв, живой он или призрак из ее видений. Но он тут же развеял ее сомнения. Судя по ругани, обрушившейся на ее голову, это Эдгар наяву.

Он сел в машину, взглянул в ее мертвенно-бледное лицо и саркастически заметил:

— Какая неожиданная встреча!

— Что ты здесь делаешь, Эд?

— Что я здесь делаю? Нет, принцесса, скажи-ка лучше, что ты здесь делаешь?! Только не говори, что тебе захотелось прокатиться и подышать свежим воздухом. В эту байку я вряд ли поверю.

— А я и не говорю.

— Я ведь на самом деле о тебе беспокоился, Бет, думал, ты заболела из-за всех этих переживаний, — укорял ее он. Бетти виновато опустила глаза. — Можешь себе представить, как мне было приятно, когда я понял, что ты меня обманываешь? Когда я заметил, что машина вечером каждый раз на новом месте. — Бетти вскинула на него глаза. — Да-да, не зря же я сыщик! К тому же она была подозрительно чистая. И днем я никак не мог до тебя дозвониться. «Мне все время хочется спать, я отключаю телефон», — кажется, так ты сказала? Бетти, ну как ты могла так бессовестно лгать мне?!

— Я хотела тебя уберечь! У меня не было другого выхода. Если бы я тебе во всем призналась, ты бы мне не позволил!

— Вот тут ты права! Неужели ты не понимаешь, что я пытаюсь оградить тебя от этого психа, а ты, как назло, мне все время мешаешь!

— А я хочу оградить тебя! Ты нужен мне живой! — У Эдгара потеплели глаза, но он опять нахмурился. — И, если для этого понадобится лгать, я буду лгать. И сама найду бандитское логово.

— Интересно узнать, как? — угрожающим тоном спросил он и, не дождавшись ответа, взял карту и принялся рассматривать ее отметки. — Вижу, ты времени зря не теряла. Похоже, ты что-то от меня скрываешь. Или ты ради спортивного интереса ищешь лесистое место недалеко от реки?

Бетти обреченно вздохнула. Да, сыщик он что надо. Лучше во всем признаться и искать вместе.

— Я его видела. Думаю, теперь я сразу узнаю это место.

Эдгар молчал, судорожно соображая, как ему быть. Конечно, ему очень хотелось увезти ее поскорее отсюда и где-нибудь запереть, но по опыту последних трех дней он убедился, что она не станет там сидеть, как пай-девочка. И она доказала, что может помочь, так что придется оставить ее при себе, а там видно будет.

— Ну ладно, — смирился он.

— Ладно?! Что ладно?

— Ты можешь помочь найти это место. — Бетти обрадовалась, что больше не надо спорить, но он, как всегда, добавил ложку дегтя: — Если будешь меня беспрекословно слушаться. И как только мы его найдем, не будешь никуда лезть. Ясно?

— Ясно. А ты обещай мне, что, как только мы его найдем, сразу вызовешь подкрепление и не полезешь туда один. — Эдгар молчал. — Эд, дай мне слово!

— Бетти, ты ведь понимаешь, я не могу тебе ничего обещать.

— Тогда я не согласна. — Жаль, что у нее нет ничего тяжелого под рукой, а то так бы и двинула по его упрямой башке!

— Что?!

— То, что ты слышал. Я отказываюсь тебе помогать. Буду искать сама.

— Нет, не откажешься, принцесса! — Эдгар скомкал в кулаке карту. — А то я арестую тебя за сопротивление властям, и ты так и объяснишь своему любимому коллеге.

— Ты не посмеешь! — Глаза Бетти превратились в горящие угли.

— Посмотрим! — И он заглянул ей в глаза.

Бетти первой отвела взгляд и, помолчав, добавила:

— Я так за тебя боюсь, Эд!

— Тогда ты должна меня понять. Помоги мне, Бетти. Я могу обойтись и без твоей помощи. Людей у меня достаточно, но с тобой мы найдем их быстрее. Ты ведь не хочешь, чтобы дети дольше были в руках этих негодяев? Договорились?

— Договорились, — обреченно согласилась она.

— Там, где крестики, ты уже была? — спросил Райли, изучая карту. Она кивнула. — А почему ты начала именно отсюда?

— Ну надо же было откуда-то начать, — не сразу ответила она.

— Твою машину оставим пока здесь. Поедем на моей. — Он вылез из машины, Бетти молча шла за ним. — Поедем на северо-запад. — Эдгар разложил карту на капоте своей машины. — В этом районе похитили трех детей. Если похититель продолжит в том же направлении, он окажется вот тут. — Он нарисовал круг. — И ты здесь пока не искала.

Бетти молча села в машину и невидящими глазами стала глядеть в окно. Она не могла избавиться от ощущения, что план Эдгара приведет его к гибели.



Вот уже часов пять они колесили по живописному пригороду. Бетти устала, ей хотелось пить. Эдгар тоже был не в духе, ехидничал, чтобы не сказать грубил, и Бетти, наконец, взорвалась:

— Ради Бога, Эд, может, на сегодня хватит? Я устала, хочу есть, полежать в горячей ванне. Не знаю, как ты, Аттила, но я предпочитаю туалеты.

— Неужели? А ты посмотри в свой магический кристалл и узнаешь, вдруг предел твоих мечтаний где-то совсем близко.

В ответ Эдгар услышал, как бы Бетти распорядилась магическим кристаллом, будь он у нее под рукой, и какое-то время они ехали молча.

— Зато мы полюбовались красотами Массачусетса, — прервал паузу Эдгар. — Туристы платят за это бешеные бабки. Жаль, не взяли с собой фотоаппарат. — Он повернулся к ней и, заметив застывшее выражение ее лица, забеспокоился. — Что с тобой, Бет? Тебе нехорошо? — Он коснулся ее руки. — Да ты как лед! — Он затормозил и съехал на обочину. — Бет, да что с тобой?!

Бетти смотрела перед собой, словно запоминая пейзаж. Вдали, между зелеными холмами, расположилась ферма. А справа… Она знала, что прячется там, за этими деревьями; еще не видя, она почувствовала это. Ее охватила тревога, отчаяние и что-то, еще пока не осознанное, но уже такое знакомое.

Эдгар понял все по ее отрешенному взгляду, включил на полную мощность печку и поехал вперед, а через полкилометра опять остановился. Бетти так хорошо описала это место, что он сразу его узнал. Он связался по радио с участком, сообщил свои координаты, попросил подкрепления и повернулся к Бет.

— Похоже, там никого нет, — еле слышно шепнула она, показывая полными ужаса глазами на полуразвалившееся здание, служившее когда-то сельской школой для детей из окрестных ферм. Треснутый колокол на покосившейся часовенке, заколоченные досками окна… Глаза Бетти сами выбрали то, в которое она выглядывала во сне. Так и есть, вон и щель между досками.

— Дай мне руку, — приказал Эдгар, и Бетти удивилась, но послушалась, слишком поздно поняв его намерения. Он достал из кармана наручники и, щелкнув замком, надел один браслет ей на запястье.

— Что ты делаешь?! — возмутилась она.

— Ограничиваю твои движения, — безмятежно ответил Райли, защелкивая второй браслет на руле. Он опустил ключ в карман. — А я пойду осмотрю окрестности. — И он вылез из машины.

— Не надо, Эд! Не ходи один! Прошу тебя, подожди, пока приедут остальные! — кричала она ему в спину. Эдгар достал пистолет, крадучись, подошел к дому и скрылся за углом. Бетти свободной рукой стукнула изо всей силы по рулю. Шли минуты, а Эдгар все не появлялся. Она посмотрела на дорогу — ни одной машины. Вряд ли подкрепление придет так быстро.

Бетти подергала рукой в наручнике. У нее тонкие кости, может, удастся высвободить руку? Через несколько минут она сдалась, устало откинулась на спинку, но тут же выпрямилась и залезла свободной рукой в бардачок. Вдруг там еще одна пара наручников или запасной ключ? Увы! Тогда она встала на одно колено и, изловчившись, обшарила все под передним сиденьем. Безрезультатно!

Бетти решила поискать и под креслом водителя, но не смогла дотянуться. Да, не такая уж она оказалась гибкая! Она села на корточки спиной к рулю и опять свободной рукой стала шарить под сиденьем; наручник врезался в кожу, но на этот раз ей повезло. Извернувшись, она извлекла сумку с инструментами, полицейский значок Эдгара и еще одни наручники!

Она закричала от радости и выпрямилась, пребольно стукнувшись головой об руль. Потом села, ключом от второго комплекта наручников открыла замок на своих. Она вся взмокла и от усилий, и от жара работающей печки. Бетти выключила печку и потерла покрасневшее запястье.

— Ну, вот я и на свободе! — шепнула она и вышла из машины, тревожно глядя на дорогу. Никого! Бетти повернулась к дому. Эдгару давно пора вернуться. Когда он ушел— пять, десять минут назад? Она немного помедлила, задумчиво покусывая губу, и решительным шагом пошла к старой школе. Чтобы увидеть то, что уже столько раз видела в страшных видениях. Чтобы спасти любимого.



17

Бетти обогнула дом, остановилась у двери и прислушалась. Тихо, только журчит вода в ручье, такой приятный, но неуместный звук. Она вдруг опять замерзла, словно от дома несло холодом, и ей захотелось повернуться и убежать в машину, к горячей печке, подальше от этого страшного места.

Ее трясло как в лихорадке. Она обхватила себя руками и устало прикрыла глаза. Нет, она остается! Сковавший ее холод не отогреет никакая печка. Ей надо увидеть Эда, целого и невредимого, только тогда ей будет тепло.

У Бетти так дрожали руки, что она не сразу смогла ухватить ручку. Она потянула дверь на себя, и та открылась легко и без скрипа. Бетти показалось, что она уже была тут, и, заглянув в темноту, она переступила порог.

Дверь закрылась, отсекая дневной свет, и она остановилась, давая глазам привыкнуть к темноте. Через прохудившуюся крышу и подгнившие доски на окнах в помещение просачивались солнечные лучи. Она огляделась. Никого! Бетти заметила в углу лестницу, ведущую наверх, и ноги сами пошли к ней.

Она осторожно поднималась по старой шаткой лестнице. Ступени скрипели и стонали, а одна провалилась под ее ногой. Бет высвободила ногу и порадовалась, что тут темно и ей остается лишь догадываться, как теперь выглядит туфля. Лестница кончилась, и Бетти оказалась на чердаке. Здесь тоже было темно, но она сразу различила лежащего на полу Эдгара.

Она с криком бросилась к нему, переживая вновь страшный сон наяву— кровь Эдгара на ее руках… Но что это? Крови нет! Она приложила голову к его груди — дышит! Спасибо тебе, Господи! На этот раз она ошиблась!

— Эд! — позвала она его, но он лежал неподвижно. Потерял сознание, но почему? Что с ним могло случиться? Здесь никого нет… Да когда же, наконец, придет подкрепление? Ведь ему надо помочь!

— Отойдите от него, мисс Эджерли!

От неожиданности Бетти замерла и только через минуту начала оглядываться, но так никого и не увидела.

— Кто вы? — чужим голосом спросила она. — Что вы с ним сделали?

— Ничего страшного. Я же сказал вам: отойдите от него! Быстро! — командовал невидимка.

Бетти поднялась, и ее вдруг как громом ударило. Этот голос ей знаком! Она его где-то слышала!

— К окну! Быстро!

Бетти послушно, как робот, отступила к окну, а из темного угла появился невидимка, и, когда подошел к ней поближе, она его узнала!

— Клем! — шепнула она и потрясла головой, уж не сон ли это. — Как ты здесь оказался? Впрочем, это неважно! — Страх за Эдгара заслонил ей разум. — Помоги мне. Сначала посмотрим, что с Эдгаром, а потом поищем подмогу.

— А я знаю, что с ним, — ответил юный страж. (Куда делось его заикание?!) — Я ударил его вот этим. — Он поднял увесистую доску и отшвырнул в сторону. Доска с грохотом пересчитала ступени. — Он в отключке.

Бетти судорожно пыталась соотнести его слова с тем, что происходит у нее перед глазами. Да что с ним? Он какой-то другой, и дело не только в заикании, он и ведет себя совсем иначе: уверенно, агрессивно. Но почему?!

— Ты его ударил? — машинально повторила она. — Зачем? Зачем тебе это… — Увидев, что Клем достает пистолет, она запнулась. Бетти столько раз видела этот пистолет, что не могла его не узнать. Она видела его в разобранном виде на столе, когда его чистили, видела, как его засовывают в кобуру и пристегивают к поясу. Это был пистолет Эдгара.

— Где ты его взял, Клем? — спокойно, словно поддерживая беседу, поинтересовалась Бетти. Она сразу заметила, как неловко он с ним обращается, и не могла понять, плохой это знак или хороший.

— Снял с этого, — похвастался он, презрительно кивнув в сторону Райли. — Великий детектив оказался слабаком. Я и ударил-то не так уж сильно, а он сразу вырубился.

Бетти почувствовала приступ тошноты, но, справившись с собой, мягко спросила:

— Зачем ты ударил Эдгара? Ведь он не хотел тебя обидеть.

Роджер презрительно фыркнул.

— Думаете, я не знаю, что ему здесь нужно? Что вы оба здесь ищете? Только вы опоздали! Детей здесь больше нет, и вы никогда их не найдете! Я как раз убирал тут все. Так что ваш великий детектив никогда не раскроет это дело.

Бетти сразу поняла очень многое: она никогда не знала, что за человек Роджер; он причастен к похищению, и он их отсюда ни за что не выпустит. Но она не испугалась, а успокоилась. Теперь она знает, что делать. Нужно, чтобы Роджер говорил, вот и все. Пусть говорит, пока не подоспеет подмога. Она не сомневалась, у нее получится — ведь именно таким образом она зарабатывает себе на жизнь! Правда, на этот раз от ее умения зависит жизнь, и не только собственная, но и жизнь Эдгара.

— Расскажи мне обо всем поподробнее, Клем! — попросила она. — Как у тебя это вышло?

Роджер раздулся от гордости.

— Я первый обо всем догадался. Я, а не дубы фараоны! Да я знал больше их!

— Конечно больше, Клем, — согласилась Бетти. — А как ты догадался?

— А я видел похитителя, — расхвастался он. — Видел, как он похищает первого ребенка. Фараоны думали, никто ничего не видел, но они ошиблись! Я ехал в аптеку, за маминым лекарством.

— Так ты все видел! — похваливала его Бетти.

— Да, я все видел и похитителя знаю! Сто раз видел его в церкви. Мама всегда велит мне ходить в церковь, — счел нужным пояснить он. — Вот я и ехал за его машиной на своем мопеде, пока не отстал. А на другой день, после обедни, подошел к Стиву— его зовут Стив— и говорю: «А куда ты дел того ребенка?»

— И он тебе сказал? — искренне удивилась Бетти.

— Сначала не хотел. Думал, я тупой. А я не тупой! — Лицо его исказилось от гнева. — Мама говорит, я не очень быстро соображаю, но ведь это не значит, что я дурак!

— Я тоже так считаю!

Он помолчал и уже спокойно ответил:

— Верно! А Стив сначала решил, что я дурак. Думал запугать меня, чтобы я молчал, хотел от меня твязаться. Он не сразу разрешил мне ему помогать. Пришлось доказать, что я умный.

Райли очнулся, но лежал неподвижно. Пусть тот, кто его так здорово приложил, думает, что он все еще без сознания. Превозмогая тупую боль в голове, он прислушался к голосам. Голос мужчины ему незнаком, но, судя по тому, что он говорит, его владелец имеет прямое отношение к похищениям, а вот женский голос, такой мягкий, успокаивающий… Черт! Да ведь это Бет!

Ну почему эта женщина вечно путается у него под ногами? А как она умудрилась избавиться от наручников? Ну и что теперь ему с ней делать?! Он почти не сомневался, что, будь он сейчас один, ему бы удалось справиться с тем, кто его оглушил, а когда рядом Бет, рисковать он не может. Слишком много она значит в его жизни.

Эдгар прислушался и сразу понял — Бетти старается отвлечь негодяя, пока не подъехала машина с подкреплением.

— А почему ты хотел помочь Стиву? — спросила она.

Умница, похвалил ее про себя Эдгар. Правильный тон, ровный, заинтересованный. И никакого осуждения.

— Стив рассказал мне, почему он похищает детей. Мы хотели им помочь. Ничего плохого мы им не делали. Ничего! Забирали только тех детей, которые никому не нужны. За ними никто не следил, никто о них не заботился. Ну что это за жизнь? Мы только сделали им лучше!

От этих слов Бетти вся похолодела. Неужели они убили детей?!

— Мы поступали так, как учит преподобный отец. А он всегда говорит: «Поможем детям». Вот мы и помогали. Мы забирали тех, у кого нет родителей, то есть, считай, что нет. Разве это родители? Бросают детей у магазинов, в машинах… Малыши бегают без присмотра по улицам. Такие люди, мисс Эджерли, не заслуживают детей. Преподобный отец говорит, мы должны их спасти, вот мы и спасали.

Бетти молча смотрела на Роджера. «Поможем детям»— наклейка на бампере машины, которую она видела в гипнотическом сне.

— Зря вы полезли в это дело, мисс Эджерли! Вы всегда были так добры ко мне. Вот я и решил вас напугать, хотел предупредить… А вы не послушались!

— Когда, Клем? О чем ты хотел мне сказать? — Но она уже знала ответ.

— Это я послал вам письмо. Велел держаться подальше от фараонов. Ведь я вас предупреждал, так? Я увидел вас тогда по телевизору. Ну, когда выступал мэр. Я заметил вас в толпе перед полицейским управлением.

Бетти прекрасно помнила тот день, когда она наконец решилась и пришла в полицию сделать заявление. Она и сама испугалась, увидев телекамеры, но убедила себя, что, даже если и попадет в объектив, вряд ли кто узнает в толпе ее лицо, мелькнувшее на экране долю секунды. А Роджер увидел и узнал!

— Потом этот фараон, — он брезгливо кивнул головой в сторону Эдгара, — пришел к вам на работу. И я предупредил вас еще раз. Я часто видел его фотографию по телевизору, когда рассказывали, как ведется расследование о похищенных детях. Я его сразу узнал. Я пытался вас отговорить, но вы опять меня не послушали, ведь так?!

Бетти отлично помнила его «предупреждения», и в ней вспыхнул гнев.

Спокойно, девочка моя, спокойно! — умолял ее про себя Эдгар, с замиранием сердца ожидая ответа. Он боялся, что она выйдет из себя и сорвется.

— Клем, но ведь я не знала, что это был ты, — резонно заметила Бет. — И я испугалась. Если бы я знала, что это ты, я бы, конечно, не испугалась.

Вот умница! — восхищался Райли. Здорово подыгрывает!

— Я знаю, ты никогда меня не обидишь! — тихо, но убежденно сказала она.

— А я и не х-х-хочу! — неуверенно ответил Роджер. — И раньше не х-х-хотел. Стив сказал, у меня здорово п-п-получилось, как я залез к вам в дом. Никаких следов не оставил! — опять расхвастался он. — Я надел перчатки. А как п-п-придумал вырезать буквы из г-г-газеты, ловко, да?

— Это ты, Клем, хорошо придумал! — согласилась Бетти, в голосе которой слышалось неподдельное восхищение. — Вот поэтому я точно знаю: ты нас не обидишь. Ты для этого слишком умен.

— Я н-н-н-не могу вас отпустить, — не сразу ответил он.

— Ты должен нас отпустить, Клем. Ты ведь ничего плохого не сделал, верно? Ты хотел помочь бедным детям. Теперь мы это знаем. А вот если ты обидишь Эдгара или меня, это будет плохо. Тогда тебя будет искать полиция, а ведь ты этого не хочешь, да? Не хочешь зачеркнуть все то хорошее, что сделал?

Эдгар не дыша ждал, что скажет Роджер. Осторожно, принцесса. Этот тип сумасшедший, от него можно ждать чего угодно. Здесь не кабинет, а он не пациент. И у него пушка!

— Клем, отдай мне пистолет! — вкрадчиво попросила Бет.

Эдгар похолодел от ужаса. Ради Бога, держись от него подальше!

Бетти воспользовалась замешательством Роджера. Она должна забрать у него пистолет. В голове на бешеной скорости прокручивались обрывки страшных снов. Чтобы спасти Эда, ей надо забрать у Роджера пистолет!

— Все в порядке, Клем. Мы все понимаем. — Она шагнула к нему. — Отдай мне пистолет, и все будет хорошо.

— Нет! — закричал Роджер и, схватив пистолет двумя руками, прицелился в Бетти. — Не подходите ко мне!

Эдгар понял, что настал его черед. Он громко застонал и пошевелился, поднес руку в голове, делая вид, что только что пришел в себя. Приоткрыв глаза, Эдгар увидел, что Роджер смотрит на него, забыв о Бет. Райли продолжил игру. Он медленно приподнялся и сел, потом с видимым усилием встал на ноги.

— О-о-отойдите от н-н-нее! — приказал Роджер и направил пистолет на Эдгара. Эдгар послушно отошел на несколько шагов, радуясь, что Бетти больше не под прицелом.

Бетти сначала обрадовалась, что Эд пришел в себя, но, увидев, что Роджер трясущимися руками целится в него, пожалела, что он очнулся так рано. Черт! Полежал бы еще в обмороке пару минут! Еще чуть-чуть, и Клем отдал бы ей пистолет. Да где же это чертово подкрепление?!

— Бет права, Клем. Ты ни в чем не виноват. Только отдай мне пистолет, вот и все дела, приятель. Опусти пушку!

Тихий и спокойный тон Эдгара возымел на «приятеля» обратный эффект.

— Нет! — взвизгнул он. — Я н-н-не тупой! Я д-д-докажу! — Он навел пистолет на Эдгара, и палец соскользнул на курок.

То, что было потом, Бетти помнила смутно. На лестнице раздался шум, Роджер повернул голову, а Бетти на ватных ногах шагнула к нему и протянула руку к пистолету. Эдгар одним прыжком оказался рядом и отбросил ее за спину. Роджер обернулся. А потом пошли немые кадры замедленной съемки. Распахнутые от ужаса, безумные глаза Роджера; он поднимает пистолет; палец на спусковом крючке; Эдгар падает и дергает его за ноги.

Раздался оглушительный выстрел, и в ту же секунду Бетти увидеда, как Эд отпрянул, как от удара, и упал. Больше она ничего не видела и не слышала, как с лестницы приказали бросить оружие, как на чердак вбежали трое полицейских и схватили Роджера.

Ничего этого Бетти уже не видела. Она сидела на коленях, склонясь над лицом Эдгара. Через щель между досками на окне пробивался солнечный луч. Она смотрела, как из его тела ей на руки сочится кровь и все капает и капает на дощатый пол. И это было страшнее самого страшного сна.



Бетти осторожно приоткрыла дверь в палату. Она не хотела будить Эдгара, ведь ему так нужен сон, и, увидев, что он сидит в кровати, нахмурилась.

— Ну почему ты не спишь? — начала было она, входя в палату, но он посмотрел на нее так, что ей сразу расхотелось ругаться, и она села на край кровати.

— Ты же знаешь, я могу спать только тогда, когда ты рядом и шепчешь мне на ушко всякие нежности. — И он здоровой рукой притянул ее к себе.

Бетти чмокнула его в губы и, не обращая внимания на недовольный вид, вынырнула из-под его руки и пересела на стул.

Приподняв бровь, Эдгар насмешливо спросил:

— Держишь дистанцию?

Бетти покраснела. Оба прекрасно знали, что ему не составит большого труда уговорить ее вернуться на прежнее место.

— Просто пытаюсь сохранять приличия. А ты, как вижу, даже не пытаешься. — Она кивнула на его обнаженную грудь.