— Потом все это соединить. И начать укладывать коржи. Слой моркови с майонезом, корж, слой лука с майонезом, корж, слой…

— Как просто, а? Люська — молодец!

— … постоять и пропитаться. Вы видите сейчас телефоны, по которым можно звонить к нам в студию и задавать вопросы.

— И телефоны магазина, где можно приобрести эту замечательную посуду!

— Я позвоню, — высунул руку из-под одеяла Стас. — Хочу!

— Посуду?

— Девушку.

— Все, Стас: сегодня будешь есть печенку. Ты сам напросился.

— В следующей нашей передаче мы расскажем о диете для людей со второй группой крови, — многообещающе сообщил кандидат наук.

— Никаких звонков в студию я слушать не буду! — Стас заявил это категорично, взял пульт и убрал звук. — Лучше печенка!

— Тогда поднимайся. Одиннадцать скоро, а мы еще лежим!

— Если долго-долго лежать в постели, то можно долежаться до…

— Обратись к итальянскому производителю. Я обиделась.

— Ну, Люба! Ты самая лучшая! Я пошутил!

— А лишние десять килограмм?

— Пошутил.

— А сколько лишних?

— Ни грамма. Для своего возраста ты просто…

— Теперь ты уж точно ничего не получишь. Даже печёнки.

Всякому терпению есть предел! Люба не выносила, когда он начинал говорить о разнице в возрасте. Если бы не радость за лучшую подругу, которая в роли ведущей кулинарного шоу смотрелась великолепно, настроение было бы испорчено окончательно. Вот сейчас она соберется и поедет в гости. Куда поедет? Шоу еще не закончилось! И потом, у Людмилы, наверное, теперь и кроме шоу полно работы.

«Сварю кофе только для себя, — думала она, доставая жестяную банку. — Только для себя. Все отныне только для себя. Только для…»

Он подкрался почти неслышно, положил руки на плечи и сунулся к уху, отодвинув губами ее волосы:

— Я больше так не буду.

Люба всыпала в турку ложку молотого кофе.

— Ты самая добрая, самая замечательная. Честное слово, мне нет дела до твоего возраста и твоих лишних килограммов. Когда не любят, на это обращают внимание, а когда любят…

— Что-что?

— Не хочу я с тобой ссориться. Думаешь, мне здесь плохо? Очень хорошо. У нас с тобой все очень хорошо.

Она подумала и всыпала в турку еще одну ложку кофе:

— Завтракать будешь?

— Буду. Хочешь, я с тобой на рынок схожу?

— На рынок?

— Ну да. Картошку помогу донести.

— Мы же привезли целый мешок с твоей дачи!

— Да? Точно: привезли. Ну, тогда пойдем погуляем.

— Ты съездишь со мной в гости к Люсе?

— Сегодня?

— Нет. Когда позову.

— Хорошо. Съезжу. Мир?

— Мир.

… Они увидели Олега Варягина возле дома. Его, Михаила Борисова, и еще какого-то незнакомого мужика. Все трое стояли возле почти новенькой черной машины, иномарки. Варягин беседовал о чем-то с мужиком, настаивая на том, чтобы тот непременно заглянул в открытый багажник. А вот Борисов стоял поодаль с неприкаянным видом и рассеянно оглядывался по сторонам. Люба поклясться могла, что он заметил ее под руку со Стасом.

— Иди сюда! — Люба затащила его обратно в подъезд.

— Что случилось?

— Варягин знает, что ты в милиции работаешь?

— Ну. Знает, конечно!

— А Борисов?

— Бывший кладовщик? Мы его еще не вызывали. Пока только выясняем характер его отношений с Варягиным, общих знакомых, связи. Вот в понедельник и начнем раскручивать. Вызовем к следователю, и…

— Значит, кто ты Борисов не знает? — нетерпеливо прервала Стаса Люба.

— Нет. Пока нет, — уточнил Стас.

— Очень хорошо.

— Почему?

— Потому что он нас, кажется, заметил. Стоит с Варягиным возле дома. Машину, кажется, смотрят.

— Ну и что?

— Давай переждем.

— Слушай, подруга, ты не темни! Почему это мы должны отсиживаться в подъезде в то время, как я хочу с тобой под ручку прогуляться?

— Давай поднимемся на второй этаж и посмотрим в окно, тогда расскажу.

Он, сердито сопя носом, все-таки поднялся вслед за Любой на площадку второго этажа. Люба посмотрела во двор, на Олега Варягина, суетящегося возле черной машины:

— Как думаешь, что они делают?

— Что-что. Машину, кажется, смотрят. Хорошая тачка: «Форд». Почти свеженький. Продает, что ли?

— Может быть, — задумчиво сказала Люба. -И Борисов тут же. Напросился все-таки.

— Куда напросился?

— Варягину помочь. Должно быть, он покупателя привел, а Варягин ему сейчас машину показывает.

— А откуда ты знаешь, что Борисов напрашивался помочь?

— Он же заходил к Варягину недавно. Ты сам рассказывал.

— Подробности не рассказывал. Давай, колись, почему не хочешь вместе со мной этим троим на глаза показываться?

— Видишь ли, согласно врачебной этике, я не могу рассказывать тебе ничего о своих пациентах.

— Пациентах?!

— Не кричи. Да, пациентах.

— Варягин твой пациент?

— Ну, я же консультировала его в тот первый раз, когда относила письмо.

— Врешь.

— Не вру.

— Врешь.

— Я не хочу, чтобы он знал о нас с тобой. О том, что я живу с сотрудником милиции.

— Ох, ты, как звучит! «Я живу с сотрудником милиции»! Прямо, как начало романса! Значит, я не мужчина, а всего лишь сотрудник милиции? Ты стесняешься сотрудников милиции вообще, или меня в частности?

— Отстань. Они, кажется, уходят.

— Да. Не договорились, — посмотрев в окно, сказал Стас. — Или мужик решил еще немного подумать. Чего тут думать! Деньги есть — брать надо! Классная тачка! Или Варягин цену заломил? Вроде, не должен, ему деньги до зарезу нужны. И на чем, интересно, этот буржуй недорезанный собирается ездить, если машину продаст?

— За что ты его буржуем недорезанным обзываешь? Он, между прочим, несчастный человек!

— Ага. Но счастливым побыть успел. А мы вот с тобой не дождемся. Несчастными родились, несчастными и помрем.

— Все, пошли.

— По-моему, ты темнишь. Ты не случайно от Варягина прячешься. Неужели ходила к нему? Признайся: ходила?

— Нет.

— Клянешься?

— Клянусь.

— Тогда звонила?

— Нет, — сказала Люба с легкой заминкой. Хотя при выходе в сеть и используется телефонная линия, но никакого же разговора не было. А звонить — значит разговаривать. — Нет, я не звонила, — уже тверже повторила она.

— Хорошо, пошли, — потянул ее к лестнице Стас. — Как подростки в подъезде тремся. Да ушли они уже, ушли, не переживай.

Люба переживала только о том, что в понедельник Борисов встретится со Стасом в месте не столь приятном, как кабинет психотерапевта, и тогда… Тогда Борисов подумает, что Люба не помочь ему пытается, а выведать то, что может пригодиться следствию. Еще и в ней заподозрит сотрудника милиции! Мол, внедрилась под видом психотерапевта. И Варягину расскажет. Прощай тогда откровенные письма! И никто никогда не узнает, почему убиты два человека. А убийца останется на свободе и, возможно, совершит еще одну попытку.

Узнал он ее или не узнал? Смотрел в их сторону, это точно. Как у Борисова со зрительной памятью?

— … ты не слушаешь.

— А? Что?

— Я говорю, что этот Борисов — человек не простой. Стали выяснять подробности его биографии, и всплыла очень интересная история. Погоди, ты, куда это направляешься?

— К метро.

— Я же на машине!

— Ах, да.

— Конечно, это не «Форд», но… Слушай, у тебя нет тысчонок этак десять?

— Есть.

— Да не рублей. Зеленых. Гринов.

— Зачем?

— Давай у Варягина машину купим? Помочь ведь надо человеку. Да шучу я, шучу.

— Если ты хочешь новую машину…

— С ума, что ли сошла? Подъеду я к управлению на черном «Форде», и, считай, карьера моя в органах закончена. А я свою работу люблю.

— Да?

— А работу любят когда? Когда ничего другого делать не умеют. Так что, не нужен мне «Форд», -с сожалением сказал Стас, открывая дверцу стареньких «Жигулей».

— А если любимая женщина подарила?

— Тогда прощай любимая женщина. Уведут. Таких женщин, которые дарят такие машины, мужчины ищут всю свою жизнь…

— Так что за история?

— Какая история? А, ты опять про Борисова! Вообще-то, согласно милицейской этике, я не могу рассказывать тебе тайны подследственных.

Ох, как хитро Стас на нее смотрит! Что ж, один — один. «Жигули» хоть и старенькие, а заводятся с первого раза. Поехали. Дорога длинная, Стас решил ее в центр прокатить. Разве удержится? Скучно молча-то ехать.

— Ну и не рассказывай.

— Раз криминала никакого не нашли, — притворно вздохнул Стас, — то могу и рассказать. Я про жену Борисова, которая погибла три года назад. Несчастный случай: мыла окно и упала с десятого этажа. Маша мыла раму, нынче Маша тама. На кладбище, то есть. А в организме ее, между прочим, при вскрытии обнаружилась большая доза транквилизаторов.

— Борисов?

— Что Борисов? Подсыпал? В квартире они находились вдвоем, свидетелей нет. А ему после смерти жены тещина квартира досталась. Женато на себя наследство оформила. Чтобы, значит, при разводе не делиться.

— Они разводиться собирались?

— Кто знает. Может, и собирались. Квартирку-то он продал, и живет себе припеваючи, нигде не работает. Деньги к концу подойдут, а тут теткино наследство на подходе.

— А что с теткиным наследством?

— Умерла тетка. Скоро полгода будет, как умерла. Пора вступать в законное владение имуществом.

— Тоже упала с десятого этажа?

— У нее был дом в деревне. Одноэтажный. Хотя та деревенька километрах в пятидесяти от Москвы. Место престижное, дачки там хорошие строят.

— От чего ж она умерла?

— Несчастный случай. Повела бычка на пастбище, да цепь вокруг ноги обмоталась. Бычок дернулся, взбрыкнул, понесся пулей, и протащил старушку по земле метров немало. Многочисленные ушибы, в том числе и головы, кровоизлияние в мозг. Много ли ей надо?

— Вот видишь! Борисов тут ни при чем.

— Вообще-то, он именно в этот день гостил у тетки в деревне. Может, он того? Громко свистнул? Скотинка-то и взвилась.

— Ерунды не говори! Борисов свистнул! Да он говорить громко не умеет, не то что…

— Стоп-стоп-стоп… Все тайное становится явным. Когда это ты услышала его тихий голос? И где?

— Хорошо, я тебе скажу. Только не думай: я не влезала в расследование и вообще… У него серьезные проблемы, нуждается в помощи психотерапевта.

— И какого плана проблемы? — напряженным голосом спросил Стас.

— Обостренное чувство справедливости. Он считает, что в силу своей доброты и природной застенчивости не может приспособиться к окружающей действительности. И у него неконтролируемые вспышки агрессии. Только ты не думай.

— Агрессии. Г-м-м…

— Но это как раз не значит, что он мог совершить тщательно спланированное убийство. Спонтанно, может быть. Но накормить жену транквилизаторами и послать мыть окно на десятом этаже…

— А потом обидчику того же транквилизатора в водку подсыпать…

— Почерк похожий, хочешь сказать?

— Если у человека с головой не в порядке, кто знает, во что это рано или поздно может вылиться. Он застенчив, но имеют место вспышки агрессии. Застенчивая агрессия — вот тебе и яд в бокале.

— Погоди делать выводы.

— Да уж, погожу. Все-таки, как он попал к тебе на прием?

— Варягин посоветовал.

— Ах, Варягин! Он тебе что, уже клиентов подыскивает? Из благодарности, что ли?

— Из какой благодарности?

— Что выслушала его бред насчет самоубийства? Запомни: такие люди с собой не кончают.

— Это почему?

— Потому что мне он не показался человеком беззащитным. Бизнесмен, акула. Пыль в глаза пускает.

— Мне-то зачем?

— Думаешь, он с тобой живет в одном доме и не знает обо мне? Думаешь, не видел ни разу нас вместе?

— Ты не так уж часто здесь появляешься. Появлялся. Я, например, не знаю, с кем живет, допустим, женщина в квартире надо мной, а с кем мужчина в соседнем подъезде на том же этаже. Сейчас люди заняты собой и ни с кем стараются не общаться.

— Но жителей своего дома ты, по крайней мере, в лицо знаешь?

— Не всех.

— Тогда ты просто невнимательная.

— Я нормальная. И он нормальный. А у тебя просто профессиональная память на лица. Не суди всех по себе.

— Хорошо. Насчет Борисова я все понял. В понедельник будет, о чем спросить.

— Не смей!

— Что?

— Ссылаться на меня.

— Ну, до тебя он же к кому-то обращался со своими неконтролируемыми вспышками агрессии?

— К невропатологу.

Вот я и наведу справки по месту жительства.

— Какой же ты…

— Куда ты хочешь? В бар? В кафе? Или просто прогуляться?

— Все равно.

— Если было б все равно, люди лазили в окно.

— Вот ты и лезешь все время, вместо того, чтобы культурно постучаться в дверь. Вытянул из меня все, что хотел.

— А как ты хотела, подруга? Ты знаешь, сколько будут меня трясти за два нераскрытых убийства? Ну, ладно еще, один мужик водкой отравился, это можно как-то списать на несчастный случай. Но когда нож в спину втыкают, это уже не смешно. Это уже «глухарем» пахнет. А у нас не любят, когда маньяки на свободе разгуливают. У общества и так хватает проблем.

— Борисов не маньяк.

— Ну да? Это он тебя сказал?

— Это я так думаю.

— Человек с неконтролируемыми вспышками агрессии не маньяк? Да ему место если не в тюрьме, то в психушке! Все, вылезай. На горизонте Красная площадь. Давай на время прервемся. Обмен мнениями произошел в теплой и дружественной атмосфере, высокие стороны остались каждая при своем. Прошу на обед в честь важной персоны. То есть, меня.

— Ах, так!

— Ну, я же собираюсь за все платить. Ладно, не дуйся. Справедливость рано или поздно восторжествует. Так, что ли?

— Представь себе. Ты еще вспомнишь мои слова.

Через час они помирились окончательно. Люба даже почувствовала, что дальнейшая жизнь ее обретает какую-то определенность. С понедельника до пятницы работа, в выходные либо поездка на дачу, либо прогулка по Москве, магазины, кафе, приятная усталость после бурно проведенного дня, и в результате смены обстановки на короткое время, полная готовность к новой трудовой неделе.

Вечером она сама села за компьютер и стала просматривать сообщения чата. Теперь она уже целенаправленно изучала только сайт «Досуг в vip-сауне».



 …Просто муж: эй, кто-нибудь! Скучно, ей-богу!

 Чужая жена: мне тоже

 Просто муж: развестись, что ли?

 Чужая жена: а зачем тогда женился?

 Просто муж: так все женятся!

 Чужая жена: вот и не знаешь, как отвязаться потом от вас, уродов!

 Страшила: скучно, я недоволен

 Сказочник: птичка выпорхнула из гнезда

 Страшила: а когда прилетит?

 Сказочник: похоже, подалась в теплые страны, а там долго не задерживаются

 Страшила: надо было в клетку поймать

 Сказочник: поймали, никуда не денется

 Страшила: вот пусть знает, что никуда не денется, надо бы проучить

 Сказочник: проучим

 Bella: вошла в чат! Ура!!!!!!!!!!!!!!

 Страшила: встретимся на этой неделе?

 Bella: где?

 Сказочник: когда?

 Страшила: в среду

 Сказочник: постараюсь придумать что-нибудь интересное

 Bella: вы мне что, мужики, групповуху предлагаете?

 Страшила: групповуха давно надоела

 Bella: но вас же двое! Где свидание?

 Сказочник: на старом месте

 Bella: так я ж там еще ни разу не была!

 Марианна: вошла в чат! Я с вами, ура!!!!…



— Стас, проснись! У тебя работа! Вот теперь я точно уверена, что речь идет о Вере.

— О какой еще Вере?

— О Бабкиной. Которая к тебе так и не пришла.

— А, это та девушка, которая хочет, чтобы всем было за то, чтобы ей ничего не было!

— Она уехала за границу с мужем, а ей хотят какую-то гадость устроить.

— Ну и замечательно.

— Да ты что?!

— Знаешь, ей полезно. И не смотри так. Ну, что я могу сделать? Поймать этого Страшилу? Как? И что предъявить? Треп в Интернете? Может, всех тогда посадить? Они там далеко не на невинные темы болтают!

— Что же они хотят сделать? Веры-то нет, уехала.

— На теплом солнышке греется. Хорошо ей сейчас, должно быть, — он сладко зевнул. — Ничем не могу помочь. Вот пусть они сделают это что-нибудь, тогда посмотрим…



…Погода испортилась. Осень скоро, теперь уже самая настоящая осень. Что ж, и это тоже не плохо. Осенью работы на фирме много. А к новогодним праздникам будет еще больше, только поспевай! Будет работа, будут и деньги, выгребла последнее, чтобы купить машину. Надеяться не на кого, только на себя. И машина не роскошь, а предмет первой необходимости, потому что надо же на чем-то каждый божий день ездить на работу из Зеленограда. Маршрутное такси уже пятнадцать рублей, а электричка и все шестнадцать. А ездить надо, потому что надеяться не на кого, она одна. Любовник, конечно, есть, но он сам, как ребенок, честное слово! Молодой, очень хорошенький мальчик. Что бы такое подарить ему к Новому году? Надо думать о подарке заранее, к праздникам цены взлетят до небес. Лучше купить подарок, и спрятать его, а потом достать. Деньги сэкономит. Экономить надо на всем, такая она, жизнь. Жизнь одинокой женщины, самостоятельно зарабатывающей себе на все.

Хорошо, что ребенок пока живет у мамы. И то, что развелась вовремя, тоже хорошо. Ничего, все наладится. Девочка подрастет, ее можно будет отпускать в школу одну. Тогда и к себе можно взять. А пока…

…Надо бы заранее подумать о подарках. Обо всем надо думать заранее. И надо же было выйти замуж за этого подлеца! Тогда не думала, очертя голову бросилась в омут, как тогда показалось, большой любви. А можно было бы как сейчас: иметь ни к чему не обязывающие отношения с понравившимся молодым человеком, жить, как тебе нравится, ни перед кем не отчитываться. От нынешнего кавалера тоже копейки не дождешься, но он, по крайней мере, не муж, его содержать — кормить не надо. Почему ей везет именно на таких мужиков? Наверное, такова судьба всех женщин, самостоятельно зарабатывающих себе на жизнь. Те, которые не умеют этого делать, находят себе богатых мужей, а тем, кто умеет, достаются бедные. И не просто бедные, а норовящие сесть на шею…

Да что это она? В новой машине такие старые мысли! Все еще наладится, тридцать лет, не сорок. Да и сорок не пятьдесят. В любом возрасте можно встретить свое счастье. А счастье может быть и в труде. Главное, чтобы работа была, а уж нравится она, или не нравится…

Приятно все-таки ехать с работы не в битком набитой электричке и не в душном автобусе, а в своей машине. Это было правильное решение: купить машину. Пусть все деньги потратила, дома ни копейки, пусть. Скоро зарплата, фирма солидная, никаких задержек, все в срок. Ей теперь нравится, когда все приходит в срок: и зарплата, и любовь. По расписанию, в пятницу вечером, потому что каждую субботу она едет к дочери. Размеренная, налаженная жизнь, теперь уже окончательно налаженная…

Устала. Скорей бы домой, принять ванну, улечься на диване с книжкой. Скоро поворот, а там до дома рукой подать. Вот только машин слишком уж много. Целая очередь выстроилась, чтобы повернуть налево. Неужели же на этот раз не проскочить? Вроде бы есть зазор в несколько метров, черный «Мерседес» едет не спеша. Газануть? Вырулит, успеет! Да и он притормозит, пропустит женщину. На машине всем известный знак: женская туфля. Ну же, тормози! Ну же! Ну!

От удара дернулась, откинулась назад, в шее резкая боль. Ничего, вроде бы обошлось. Все-таки, притормозил чуть-чуть, бампером врезался в правое заднее крыло «Жигулей». Но что же это она? Виновата. Никаких нет сомнений в том, что виновата. Не имела права выезжать, «Мерседес» ехал по главной дороге. Она же прекрасно знает правила дорожного движения! И прекрасно знает, что мужчины не джентльмены. Не в первый раз. Просто наваждение какое-то!

— Ты знаешь, чувиха, кого я вожу?

С сомнением оглядела старый «Мерседес». Ну, да! Крутые на таких машинах не ездят!

— Двести сороковой «мерин»? И кого же ты возишь?

— Ты это, того. Все равно виновата. Милицию будем вызывать?

— Сколько?

— Семь штук.

— Рублей?

— Ха! Рублей! Баксов?

— Что-о?!! Нет, не пойдет. И вообще: денег у меня все равно нет.

— Ну, натурой отработаешь. Правда, Вован?

Вован нехотя вылезает из машины. Если водила возит его, то на большую зарплату рассчитывать не приходится.

— Что значит, натурой?

— Приятный вечерок в сауне. В приятной компании.

Она с сомнением оглядела разбитый передний бампер «Мерседеса». Конечно, это не семь тысяч долларов, и даже не две. Но денег нет ни копейки. И своя машина пострадала. В первую очередь надо думать о ней, о том, как скорее ее починить и снова ездить на работу. Даже лишней сотни долларов нет, а тут ремонта на полтысячи, если принимать в расчет обе машины, видно на глазок. Или больше. «Мерседес», конечно, старый, но железки к нему все равно дорогие. Как же это она так? Может, рискнуть? Уехать, и пусть они вызывают, кого хотят?

— Так. Номерок твоей тачки я записываю, -Вован что-то чертит в блокноте. Надо было сразу уехать, теперь поздно.

— Хорошо. Что я должна делать?

— Вот и умница. Паспорт у тебя есть?

— Паспорт мой вы не получите. И адрес тоже.

— Как же мы тебя отыщем, если что?

— Ты же номер машины записал.

— А тачка-то из салона, новехонькая. Там и адресок есть, и телефончик. Так?

А он не такой уж тупой, этот Вован. Да, попала. Надо признать, что попала. И лица у мужиков серьезные. Кто бы они ни были, но она одна, а их много. И не двое, это сразу понятно, а целая компания. Водитель мог и пропустить ее «Жигули», но не захотел. И удар рассчитал верно. Что ж, придется заплатить.

— Адрес давайте.

— Вот и умница. Не надо с нами ссориться. А при должном раскладе, можно и самой остаться не в накладе. Некоторым даже нравится.

Заржал, как конь. Никогда не думала, что дойдет до такого: ехать в сауну, отрабатывать долг. Как последняя…

— Так что? Среда устроит?

А в четверг на работу. И с каким лицом? Но чем, скорее, тем лучше. Нет, никогда больше не сядет за руль. И денег надо зарабатывать больше. На такие случаи надо всегда иметь про запас деньги. А дома ни копейки. Значит, среда. Пять минут позора, а потом все сначала. Легко выкрутилась, могли бы и ГАИ вызвать, протокол составить, повесить на нее долг. Может, надо было сделать именно так? И слушать потом еще долгое время эти голоса по телефону с требованием денег?

«Жигули» на ходу, хорошо хоть, буксировщика нанимать не придется. Ничего, постоят пока в гараже так, с разбитым боком. Все-таки, хорошо, что он успел хоть немного затормозить…

… — Ловко я, а? Еще по тому, как она выруливала, сразу сообразил, что баба. И тачка новенькая, значит, за рулем недавно. Мог бы, конечно, затормозить, но решил на всякий случай легонько ее тюкнуть. В нашей профессии нужно еще и немного везения.

— Да, — согласился пассажир. — Весь день проездили без толку, а тут сама нарвалась. Чистое дело, она, ведь и правда виновата.

— Хочешь сказать, что ментов стал бы вызывать? — захохотал водитель.

Пассажир тоже рассмеялся:

— Главное, что она этого не знала. Баба неглупая, но, как говорится, и на старуху бывает проруха. Одним словом: повезло. Сегодня нам повезло.



ГЛАВА 5

 Кому: Варягину О. В.

 От кого: письмоносица

 Тема: консультация

 Уважаемый Олег Валерьевич!

 Прошу извинить за то, что задержалась с ответом. Дело в том, что Михаил Борисов воспользовался вашим советом и обратился ко мне за помощью. Я его консультировала в качестве психотерапевта, и считаю своим долгом предупредить вас относительно этого человека. Воздержитесь от контактов с ним.

 Паниковать не надо, нервничать не надо, просто поддерживайте с ним ровные, дружеские отношения, но ни в коем случае не конфликтуйте и не принимайте его помощь, в каком бы виде она вам ни предлагалась. Дождитесь результатов расследования.

 Лично я не верю в то, что это Борисов покушался на вас, но лучше вам не провоцировать его на решительные действия. Я имею в виду, действия относительно людей, которые вам вредят. Говорите, что у вас все налаживается, и держите себя в руках.

 Давайте обратимся лучше к личности другого человека. Если вам не трудно, расскажите о женщине, которая хотела иметь с вами близкие отношения.

 Петрова Л.



 Кому: Петровой Л.

 От кого: Варягин О. В.

 Тема: проблема

 Уважаемая Любовь Петрова!

 Я вам, конечно, благодарен за совет, но дело в том, что я уже принял помощь от своего бывшего кладовщика. Вернее сказать, что он нашел мне клиента. Покупателя на мою машину. Дело в том, что жена, уйдя от меня, оставила в числе прочих вещей и свою машину. То есть, «Жигули», которую я ей подарил на двадцатипятилетие. Правда, незадолго до своего ухода она умудрилась въехать в автобусную остановку, но машину уже починили, и теперь я могу на ней ездить. «Жигули» — это, конечно, не так престижно, как «Форд», но в моем положении выбирать не приходится. Десять тысяч долларов на дороге не валяются, по крайне мере один из моих кредиторов будет частично удовлетворен и на короткое время оставит меня в покое.

 Я, конечно, давал объявление о продаже машины, и на стекло наклеил «продается», но цены нормальной никто не давал. Не знаю, где Борисов умудрился найти покупателя, говорит, что это его сосед по даче. То есть, у покупателя особняк рядом с домиком борисовской тетки. Михаил, мол, зимой часто туда наезжает и следит за виллой соседа, потому и телефончик его знает. Мужик разбогател недавно, летом строительство дачных домиков хорошо шло, вот и наварился. Теперь потихоньку обзаводится имуществом, то есть, машину хорошую хочет прикупить, да и квартирку бы не мешало. О квартире у нас речь пока не шла, а вот о машине, вроде бы сговорились. Если сегодня будет звонок, то Михаил привезет деньги и завтра утром отгонит машину покупателю. Почему-то сосед по даче верит в его честность. Сам он человек жутко занятой, и с утра до ночи пропадает на своей фирме. Пока сезон, надо договариваться с подрядчиками, дома-то еще строят.

 Кстати, звонил брат родной, «Фордом» тоже интересовался, мол, как тачка, нет ли каких проблем, но я скорее сбавлю тысячу, чем отдам свою машину ему. О том, что продаю машину, не сказал ни слова, пусть уж лучше чужой дядя забирает.

 Что касается той женщины, то, честное слово, мне не хочется о ней вспоминать. Даже если и было что, она, наверняка, уже перебесилась. Тем более, что последние несколько дней все тихо — спокойно, никто меня не тревожит, за исключением, конечно, кредиторов, но к тем вроде бы начинаю привыкать. Может, это они меня пытаются того? На тот свет отправить? Но, вроде бы, с меня пока есть чего взять. Еще и квартирка не продана, и дела окончательно не ликвидированы. Им еще рановато суетиться. И потом: эти обычно киллеров посылают, профессионалов, а такие не ошибаются. Словом получается, что куда ни кинь, везде клин. Обложили меня, как волка красными флажками. Один Борисов из всего этого окружения и есть человек. И зря вы так о нем, человек он больно хороший. Правда, все эти его рассуждения об эго сапиенсах…

 По-моему, он решил обратить меня в свою веру. Субботний вечер провели в дискуссии на тему о человеческой сущности. Получается, что и он слабое звено, и я тоже. Я потому что слишком умный, а он, потому что слишком, пардон, дурак. И тех и этих сжирают в первую очередь. На дураках денег не заработаешь, а умный в финале слишком опасный конкурент. Вот и получается, что крепкие середнячки, которые звезд с неба не хватают, но и глупостей не делают — те и в фаворе у фортуны.

 Вы, наверное, думаете, отчего ж это меня на философию потянуло? Борисов накрутил. Зарядил меня склонностью к долгим рассуждениям. Занудливый он, все-таки, человек, а кроме него со мной никто общаться не хочет. Кроме вас, конечно. Только мне странно, почему это вы не звоните и не заходите? Почему предпочитаете такую странную форму общения? Это новомодные веяния в психотерапии, или у вас есть какие-то особые причины со мной не встречаться? Если есть, то скажите, я как-нибудь это переживу.