— Да. И делают это очень быстро. Поэтому третий этаж превращается в ловушку. В мешок. Враг со всех сторон.
— Дальше.
— Дальше продвигались единицы. Мой сквад сумел пробиться до конца третьего этажа, после чего нам, потеряв семьдесят процентов состава, пришлось повторить твой вчерашний фокус.
— Выпрыгнули в окно?
— Да. Почти все — последнего поймали и разорвали прямо в воздухе над нами. Там уступы снаружи, так что лететь недолго. Но мы летели под кровавым душем…
— Меньше липкой слезливости, пифия. Когда вы оказались снаружи…
— Погоня. Безжалостная стремительная погоня! Твари прыгают следом. Бегут следом. Догоняют, рвут на части. Они преследуют до самого конца — пока могут или же пока жертвы не добегут до тамбура и не вырвутся из их лап.
— Это ваш максимальный результат? Вы дошли до конца третьего этажа.
— Да.
— Ты была там дважды.
— Второй раз мы закончили в начале третьего этажа. Все не сложилось считай с самого начала. Двое упали на втором, пока отбили их от подоспевших тварей, сверху уже слышался топот… Прикончив пару десятков зомби, мы смылись, отделавшись малой кровью.
— Это ваш результат.
— Это наш результат.
— А каков лучший результат?
— Не угадать.
— Почему?
— Говорю же — слухи самые невероятные. Из фактов — несколько сквадов сумели преодолеть третий этаж и подняться на четвертый. Назад не вернулся никто.
— Все полегли?
— Все до единого.
— Другие способы достижения цели?
— Ты про…
— Зомбаки лезут по наружным стенам…
— Не вариант. Нет разницы как ты поднимаешься — как только тебя увидят…
— То есть смысл в том, чтобы остаться незамеченным?
— Это невозможно. Ранды повсюду. Аймы повсюду.
— Они же молчаливы обычно.
— И что?
— Что происходит, когда вас замечают? Раздается какой-то сигнал, что дает знать зомбаков о новой попытке штурма второго больничного?
— Нет. Ничего такого. Оди… я тебе на полном серьезе говорю — Мать не посылает аймов по душу сквада, который получил проклятый синий факел.
— Как?
— Игра слов. Синий огонь никто никогда не зажигал, но при этом все его видели хотя бы в своем воображении. Есть еще одна картина в одном из отсеков четвертого барака — на нем нарисован лидер сквада несущий пылающий синий факел. Бойцы стоят кругом, ощетинились оружием, а на них бегут фигуры зомбаков… Короче — ты как бы получаешь проклятый синий огонь и должен доставить его на четвертый этаж второго больничного. Огонь привлекает к тебе всех ублюдков Зомбилэнда.
— Огня никто не зажигал, но при этом он полыхает синим факелом — хмыкнул я — Ладно. Давай о очевидном?
— Давай.
— Ты ведь можешь тупо отказаться от этого задания.
— Могу.
— И раз немало сквадов стало героями без всякого синего огонька в боевой жопе — и мы тому доказательство — то откуда тогда столько переживаний, пифия?
— Ты прав. Любой сквад не то, чтобы может отказаться, но всегда может схитрить — и делает это. Советов по этой теме куче. Главное ведь не показать Матери свою лень и нежелание. Так что сквад заходит в Зомбилэнд, доходит до второго корпуса, устраивает в окрестностях небольшую драчку, причем несколько бойцов калечатся. Сквад вынужденно отказывается от задания и возвращается домой.
— Ты так делала?
— Все так делают. И я тоже. Все последние разы. В этом суть, Оди. Мать злится на меня. Мать наказала меня.
— Я еще не въезжаю.
— Когда любой сквад получил задание «Синий свет» и не выполнил его… это задание больше никогда ему не будет выдано. Никогда. Да ему поломает статистику, сбросит в самое начало, придется опять зарабатывать баллы. Но призрачный синий факел он никогда больше не получит.
— Ни единого случая?
— Нет. «Синий свет» предлагается лишь однажды.
— Тогда как тебе…
— А мне Мать раз за разом протягивает призрачный синий факел едва только мы выполним кучу мелких заданий и вплотную подойдем к получению статуса героев. Я уперлась в «Синий свет», Оди. И мне ее не пробить. Я пыталась дважды, потеряв кучу бойцов. Я создала море различных планов — исписала страницы! Я переписала все гребаные слухи. Я заставила бойцов тренироваться до упаду. Бросила все силы на заработок крон и на покупку снаряжения, оружия, магии, информации. И я все еще не готова…
— Поэтому ты создаешь армию из еще нескольких сквадов и заодно создаешь и тестируешь огнеметы.
— Верно. Если придется — я выжгу второй больничный корпус! Пройду по пылающим углям до гребаной комнаты № 191-28Боль! И зажгу этот долбаный синий свет!
— Тогда зачем тебе я?
— Я молилась.
— Интересное начало…
— Я каждый день молюсь Матери.
— Бьешь поклоны системе?
— Заткнись и жри печеньки! Дай закончить! — на переносицу пифии уселся красный злой мотылек.
— Хрен с тобой. Давай свои бредни.
— Я молюсь. И каждый раз после того как получаю очередной «Синий свет» и благополучно заваливаю его, ночью я спрашиваю у Матери — за что она так со мной? Разве я не искупаю свою вину? Разве я не готова искупать вину и дальше? Почему она ставит передо мной невыполнимое задание? Почему она желает мне смерти? Как мне преодолеть это испытание? Как мне суметь выжить и зажечь синий призрачный свет?
— Только не говори что…
— И после очередной молитвы Мать даровала мне видение. В этом видении ты, в черной футболке, мрачный, убивал огромного уродливого Троллса, а рядом висела голая девка без одной руки.
— Так и знал — буркнул я — Это все дерьмо, пифия.
— Это не дерьмо, а видение ниспосланное Матерью! Думаешь я не проверила?!
— И что она тебе показала?
— Снова тебя. Снова в бою. Потом мне показали много трупов — их доставали и доставали из моря говна. Каждый раз, когда я просила у Матери помощи, она показывала мне тебя.
— И когда это началось?
— Очень недавно. Думаю, первый раз это случилось в тот день, когда ты появился на острове этноса сыроедов.
— Это бред — подытожил я.
— Помочь отказываешься?
— Этого я не говорил — ощерился я — Где все твои планы и слухи, что ты бережно записывала? Я как раз на больничном — вот и почитаю. У тебя почерк разборчивый?
— Так ты поможешь?
— Мне надо кофе, печенья, твои записи и немного времени. Нет неразрешимых задач, пифия. Есть лишь неправильный подход.
— Что-нибудь еще?
— Да. Что говорят сурверы про «Синий свет»?
— Пожимают плечами. Для них это такая же загадка.
— А что говорит Бруха про «Синий свет»?
— Считаешь, что я дружу с Брухой?
— Нет?
— Она ни с кем не дружит, гоблин. Она Бруха. Легендарный сурвер что живет здесь очень долго. Коварная злобная старуха имеющая своих любимчиков. Одним из ее любимчиков был Нерг. Еще она привечала Лизи Бом — ту, которую ты жопой на штырь понтона насадил.
— А что за награда за «Синий свет»?
— Геройство.
— Так и обещано?
— Так и обещано.
— И все?
— И бонусы. Пять строчек идущих подряд и обещающих бонусное вознаграждение по легендарному сурверскому классу.
— А если я уже герой и получил это задание?
— Станешь героем следующего ранга.
— Точно?
— Да. Только не говори, что решил…
— Я просто собираю информацию. Тащи свои записи, пифия. В качестве аванса — с тебя сытный обед для моего сквада. И блюдо жареной рыбы для моего личного огородника.
— Какой ты заботливый…
— И занятой — добавил я — Тащи записи, пифия.
— Больше ничего не попросишь?
— Поговори с Джоранн о умениях выдаваемых системой.
— Ты о магии? Заклинания Матери? Эй! Чего тебя так перекосило?!
— Поговори с ней — попросил я — Помоги чем можешь. Девочку пора вооружать чем-то кроме ножа.
— Это поможет ее психике — кивнула Кассандра — Еще что-нибудь?
— Ну раз уж ты настолько добра… пусть кто-то из твоих поможет моему орку оформить на себя игстрел.
— Сделаю. Что-то еще?
— Трусы я сам постирать хотел, но раз уж ты…
— Пошел ты!
— Вот это правильный посыл. Давай записи. И не дергайся.
— Нам скоро на задание. Но я предупрежу всех и оставлю пару бойцов у платформы, чтобы вас не беспокоили — Кассандра поднялась и прихватила с соседнего стола тарелку со жгучими ладошками — И не думай, что ты сможешь вдруг разобраться с тем, что погубило десятки сквадов.
— А на кой черт ты тогда мне вообще эту историю рассказала, раз не веришь?
Захрустев печеньками, Кассандра пошла прочь.
— Ага — кивнул я, подтягивая к себе блюдце с остатками сладких сердечек и круто посоленных голов зомби — Вот так всегда. Никто не верит в наши силы… Карту! Мне еще нужна карта Зомбилэнда! И карта второго больничного. Уверен, что у тебя все это есть!
— Принесут.
— Принесут — повторил я, потягиваясь — Синий призрачный факел… придумают же, гоблины… О! Кассандра!
— Что?
— А что это вообще за комната такая? Что за синий свет? Как его зажечь?
— А я знаю? Предполагают разное. Кто-то говорит, что там могущественный эльфийский артефакт. Кто-то говорит о голубом светящемся таймере бомбы, что уничтожит весь Зомбилэнд. Кто-то бредит про некий голубой маяк, что призовет огромный грузовой дрон заполненный самыми классными штуками. Ну и последнее что я слышала — когда загорится синий призрачный свет все сурверы разом умрут.
— Круто! — покрутил я трещащей шеей — Жду записи!
Первое и самое очевидное, что пришло в мою ушибленную голову — метод тотальной зачистки. Не пускать сквады в Зомбилэнд, зайти внутрь слаженной пятеркой сквадов и начать тотальную зачистку Зомбилэнда от тварей. Потратить на это сутки. Убить всех. И уже потом неспешно двинуться к цели…
И тут я вспомнил те светящиеся глаза в темноте…
Нет. Так просто не получится.
Да и возможно ли вообще вычистить весь Зомбилэнд и не спровоцировать систему на запуск новых зомбаков? Учитывая количество чуть ли не ежедневно поставляемых сюда бродосами замороженных полуфабрикатов, система по любому большую часть зомбаков держит по своим тайным морозильникам. Иначе в Зомбилэнде было не протолкнуться. Но ведь это тоже нарушает гражданские права зомбаков, верно? Нельзя ведь больных добросов бесконечно держать в морозилке? Их надо однажды выпустить в санаторную лечебницу Тихие Буки, где они будут бродить по аллеям и размеренно дышать свежим воздухом…
Лечебница без пациентов — не лечебница.
Есть ли какое-то максимальное число зомбаков могущих одновременно находится на территории Зомбилэнда?
А если ли такое же минимальное число?
Скажем, две сотни зомби максимум бродят по аллеям— и ни одной тварью больше. И не меньше пятидесяти зомбаков. Если даже нет заданий и нет сквадов, но число зомби уменьшилось по какой-либо причине, система выпустит еще?
Надо уточнить. Но тотальная зачистка Зомбилэнда видится попыткой безнадежной — я бы такого не допустил. А я ведь система, что по любому играет против претендентов и героев.
Ладно…
Что мы имеем?
А мы имеем самое паршивое — жестко навязанный маршрут, который, судя по рассказу Кассандры, невозможно сократить. Скваду буквально навязывают гибельный маршрут, что тянется по каждому этажу второго больничного корпуса. Это дает зомбаков слишком много времени. Едва получив сигнал общего сбора, они переходят на бег и по любому успевают на вечеринку…
А сигнал есть. Да он неслышим, но он есть. И у системы есть море способов донести свою волю до каждого из блуждающего по территории зомби.
Тогда в чем суть «синего света»? Зачем она просит его выполнить, если оно в принципе невыполнимо?
И ведь не слишком настойчиво просит — каждому скваду, не включая сюда Кассандру, подобное предложение приходит лишь один раз.
Похрустев печеньям, я запил их кофе, отставил чашку, закинул ноги на перила и задумчиво уставился на серые пенистые волны торопящиеся к берегу. Изредка среди волн мелькали высокие и длинные плавники. Неспешно проплыл крепкий основательный плот с пятью гоблинами, к плоту была привязана здоровенная окровавленная рыбина.
Толпой. Минимум десять рыл, верно? Бывало и больше — если другие сквады приходили на помощь по дружбе или по найму. Все тяжело экипированы, все бухают ботинками, с чавканьем и хрупаньем проламывают головы зомбаков…
— Вовремя! — повернул я голову к вернувшейся с не слишком толстой папкой пифии — Сразу два самых очевидных вопроса по «синему свету».
— Давай.
— Тотальная зачистка от всех тварей и затем неспешная прогулка по пустому корпусу…
— Пытались. Пять сквадов шаг за шагом вычищали всю территорию. Уничтожили сотню рандов и под полсотни аймов. Но не успели они подойти ко второму, как им навстречу уже потянулись совсем свежие ранды — еще в инее и со снегом на головах.
— Она разморозила следующую партию хищных куриных крылышек…
— Верно. Не стала их нацеливать, но на территорию запустила. И получилось только хуже — сквады уже изранены, измотаны. А зомбаки полны сил и желания убивать.
— Понял. Тотальную чистку отменяем.
— Она очевидна. Тоже думала в первую очередь о ней.
— Второй вопрос — почему толпой?
— Не поняла?
— Все твои рассказы о том, как отряды добрых героев пытаются пробиться к призрачному синему свету сквозь орды голодных злобных зомби.
— Ну.
— Почему ты не рассказала мне историю о неудавшейся попытке одиночного тихого профи? Основные силы сквада отвлекают на себя внимание, тусят вокруг второго больничного, но не заходят. В то время как реально умелый профи буквально крадется, избегая чужих глаз, подолгу сидя в засаде, чтобы переждать опасность, продвигаясь за раз метра по три, если придется. Ведь лимита на время система не дает. Так куда торопиться? Умелый одиночка порой может сделать куда больше толпы. Он и по стене может взобраться с такой скоростью, что даже заметивший его зомби почешет лапой зенки и решит наведаться к зомбо-окулисту. Пытались? Назови имя героя.
Положив папку на стол, пифия медленно опустилась на стул и глубоко задумалась:
— Я не помню такого. Да я и не думала о таком. Никто не думал! В одиночку лезть в самое пекло?
— Какое пекло? Ведь до того, как туда заявится громко сопящий отряд — на этажах никого. Заброшенное пустующее здание. Иди себе тихонько…
— Наверняка хоть один ранд окажется на этажах в какой-нибудь из палат. Даже не один.
— Наверняка — кивнул я — Но мимо всегда можно прокрасться незамеченным. Тут главное не торопиться. Короче — ты слышала о таком?
— Нет. Но возможно идея уже приходила кому-то в бедовую голову. Может даже кто-то и пытался. Я велю паре прикормленных старушек задать вопросы. Но…
— Но?
— У меня в скваде таких умельцев нет, Оди. И я сама не смогу проделать подобное. Ты сможешь провернуть такое?
— Не уверен. Я там не был.
— А если бы смог — перешел бы на время в мой сквад, распустив свой собственный?
— Нет. Это твоя беда, а не моя.
— Вот то-то и оно, гоблин. Что толку мечтать о тихо крадущемся профессионале, если такого нет?
— Ты можешь начать его искать.
— И я начну — кивнула пифия — Считай уже начала. Еще интересные идеи?
— Пытались ли смешать два варианта?
— Уточни мысль.
— Сквад доходит до третьего этажа. Баррикадируется в какой-нибудь из палат — оттуда гораздо легче отбиться. А если найти палату с решетками на большей части окон, то станет еще проще.
— И что это даст?
— В момент начала обороны двойка самых быстрых по наружной стене ломится наверх, выбрав момент, когда их вроде бы никто не видит.
— Вроде бы…
— Это шанс. Пусть мизерный, но шанс добраться до нужной комнаты со смешным номером.
— Сквад не сможет долго сдерживать оборону.
— Почему? Притащить с собой решетку, заблокировать ей дверной проход. Стрелять сквозь прутья, полностью от зомбаков не закрываться — чтобы видели и не теряли интерес. Шуметь как можно громче, притягивая к себе остальных. Заодно заблокировать и окна, чтобы оттуда точно никто в гости не нагрянул. Когда двойка героев доберется до нужной комнаты и зажжет синий свет — задание будет засчитано выполненным.
— Да… но уже штурмующие зомби интереса не потеряют.
— Пусть — пожал я плечами — Проредить их хорошенько.
— Система запустит новых.
— Пусть. Ведь задание выполнено. Свежеразмороженные будут рандами, а не аймами.
— Дерьмо… это звучит как стоящая идея.
— И сквозь решетку сможет неплохо работать огнемет — добавил я — Вообще тут главное психическая стойкость.
— Зомби очень сильны. Они выломают эту решетку к чертям.
— Может и так — вздохнул я, опуская ладонь на папку — Так пытались?
— Вроде как пытались, как я сейчас вспоминаю. Кончилось все плохо — никто не вернулся. Наблюдающие издалека свидетели сказали, что первой погибла полезшая по стене четверка. Следом уже кончились и два занявших оборону сквада — но они держались в одной из палат больше суток. Пытались разными путями, гоблин. Тут настоящие мудрецы и тактики ломали головы, выдумывая всякое. Но результат все время один — плачевный.
— Навязанный маршрут — произнес я пространство — Вот проблема.
— О чем ты?
— В этом задании жестко прописан маршрут. Сложный для сквада и приятный для зомбаков.
— Тоже мне удивил. Прочтешь об этом на первой странице. Я там пыталась выдумать различные способы попадания на четвертый этаж, не проходя при этом предыдущие. Но не придумала ничего реального.
— Есть предположения, когда тебя вновь попросят пробежаться с синим призрачным факелом?
— Уже очень скоро. Мы как раз набрали немало баллов и готовы стать героями. Может даже завтра.
— А может и сегодня, если выполнишь имеющееся и попросишь еще одно?
— Нет. Задание «Синий свет» всегда дается первым. Ты просыпаешься, заходишь с лист заданий и понимаешь… оппа…
— Я вот сегодня не смотрел еще задания — заметил я и широко улыбнулся, глядя на застывшее лицо пифии.
— Че ты лыбишься, придурок? А вдруг?! Ведь вы теперь сквад героев. Вам запросто могут преподнести. Хотя вас только пятеро, верно?
— Ага.
— Хорошо! Тогда вряд ли — обычно задание выдается сквадам числом не менее восьми.
— Так может тебе стоит чуть уменьшить свой отряд? Скажем до пяти.
— Пробовала и до четырех уменьшать как раз перед тем, как вплотную подойти к планке статуса героя.
— И?
— И получила факел в руки. Говорю тебе — Мать зла на меня.
— Думаешь?
— А незаметно?! — взорвалась Кассандра.
— Нихера незаметно — ответил я — Кто кроме тебя здесь еще из бывших героев? Из тех, кто раньше был реально крут и жил там — ближе к Землям Завета.
— Да вроде никто. Я одна.
— Именно. И при этом система никогда не посылает аймов по душу тех, кто получил синий призрачный факел.
— Я не понимаю…
— Может система посчитала тебя идеально подходящей? Может она требует от тебя именно такого геройства — зажечь призрачный синий свет? Как только ты это сделаешь — ты снова герой, вали куда хочешь.
Кассандра смотрела на меня и молчала. Подождав минуту, я предположил:
— Ты никогда не думала об этом в таком ключе?
— Нет, конечно! Как тебе это в голову пришло?
— Это на поверхности. Ты просто слишком тупая и спесивая, чтобы это заметить.
— Охренел?!
— Ты тупая и спесивая. Ты решила, что попала в личный черный список системы. В список тех, кого мамочка решила вдруг сурово наказать… Но ведь ты уже была наказана. Тебе стерли память, лишили статуса, вещей, денег. Тебя считай обнулили. Если бы система хотела наказать тебя строже — она бы это сделала тогда же. Отхерачила бы тебе руки, а может и ноги, заставив пресмыкаться ампутантом. Или же отправила бы тебя не в солнечное мирное поселение добросов, а куда-нибудь в куда менее приветливое и светлое место. Поверь — система из тех, кто наказывает сразу, а не растягивает удовольствие. Ты слишком много о себе возомнила, дура с бабочками на сиськах. Твое наказание давно закончилось. Скорей всего система просто раз за разом пытается добиться от тебя выполнения гиблого задания по той причине, что считает тебя самой подготовленной для этой цели. Но ты не видишь этого. Ты ослеплена своей идеей о том, что система тебя продолжает наказывать. Но ведь это бред…
— Я… вот черт…
— Я вижу лишь однажды оступившуюся воительницу, что давно уже понесла наказание. И ты давно бы стала снова героем, но твоя прошлая крутизна сыграла плохую роль — тебя признали идеально подходящей для выполнения невыполнимого. Думаю, что я и мой сквад следующие на очереди. Об этом говорит твое видение. И это же кстати еще раз говорит о тебе как о спесивой дуре. С чего ты решила, что меня в видении тебе показывают как того, кто поможет тебе с заданием? Может тебе показывали того, кто это задание и выполнит?
— Да ты тогда только на острове сыроедов появился?
— И что? Система уже успела изучить меня и понимает — я не остановлюсь пока жив. Я буду стремиться к центру. Буду рваться к ответам. Она знала, что я быстро узнаю про здешние статусы и про то, что быстрей всего героем можно стать в Зомбилэнде. Она знала, что я приду сюда. И показывала тебе — вот идет настоящий герой, так что, если ты не справишься, он все решит сам, а ты так и быть получишь желанный статус уже обычным способом. Не думала об этом?
Тишина…
— Ясно — вздохнул я — Все вы мните себя богоизбранными, да?
— Это скорее ты о себе так думаешь! Но… ты прав… я никогда не думала о том, что ты можешь быть главной фигурой, а я лишь на подхвате. Мне урок. Проклятье! — Кассандра вскочила, яростно топнула ногой — Ты поселил в моей голове уйму мыслей! Я дура!
— Не отрицаю.
— Но может ты дебил, а я права.
— Все может быть.
— Но раз система хочет завершения этого задания — зачем посылает орду зомби на перехват?
— Это система тебе так сказала?
— Что сказала?
— Что это мол она посылает зомбаков?
— А кто еще?
— Мало ли — дернул я щекой — Я спрашиваю другое — у тебя есть доказательство того, что это система собирает зомбаков?
— Нет, конечно. Но это же очевидно.
— А вот тут ты снова ошибаешься — нихера здесь не очевидно.
— Да кто еще может призвать всех зомби разом?! Есть смелые догадки?
— Может и есть — медленно произнес я — Вали уже.
Сделав несколько глубоких вдохов, Кассандра попыталась вернуться к образу суховатой умной лидерши:
— Орку помогут с игстрелом — но пока его пытаются вытащить из борделя. С Джоранн я поговорю прямо сейчас — мы уже перекинулись парой слов.
— Ты не совсем бесполезна.
— Но тогда почему тебе дали героя? Если система видит избранного для «синего света» в тебе так же, как во мне…
— Меньше пафоса — поморщился я — Какие еще нахрен «избранные»? Система отбирает тех, кто подходит по нужным параметрам.
— Ладно… почему вы стали героями?
— Потому что обманули систему. Сурвер продавил нам «доставку». И мы благополучно ее доставили. Выполнв перед этим кучу мелких заданий.
— Погоди… получается и мы так можем? Я так могу?
— Скорей всего — кивнул я — Всегда есть лазейка. Надо лишь ее найти. Не думаю, что система сможет отказать вам в статусе, если вы пройдете нашим путем. Но тут вам понадобится помощь сурвера — ведь это он выдавал нам задания, а система ничего не могла с этим поделать.
— Спасибо! Вот теперь — реально спасибо! С меня причитается, гоблин!
Через миг Кассандра умотала, унося с собой бабочек. А я открыл папку.
Глянул на первую страницу, где неумело был нарисован синий пылающий огонь, а сверху зловещие цифры странного номера заветной комнаты. Поглядел… и, подхватившись, рванул следом за пифией, нагнав ее у выхода из платформы.
— Что еще придумал? — оживилась она.
— Не придумал, а забыл спросить.
— Что?
— Там вообще кто-нибудь бывал? На четвертом этаже второго больничного. Пусть и без задания.
— А я не сказала?
— Нет.
— Никто и никогда. Любая попытка прогуляться по второму больничному корпусу приводит к массовому восстанию зомби.
— А задания бытовые туда выдаются? Косточки прибрать, пыль смахнуть…
— Нет. Никогда. Я думала, что сказала.
— Нет! А это ведь самое главное! — зло рявкнул я и, не дожидаясь ответа, пошел к столику. Вернувшись, обнаружил новый поднос с большим кофейником и здоровенной тарелкой полной печенья. Вот это по-нашему!
Закинув в пасть горсть соленых голов, добавил реально острых жгучих ладошек и, полностью довольный обедом, весело захрустел, открывая второй лист папки.
Никто и никогда…
Что же там сука такое находится, раз туда никого и никогда не пускают все эти годы?
Секунду… это сколько же оружия там сейчас пылится просто так?
Я как воочию увидел горку чуть пыльных дробовиков, рядышком пару модифицированных мощных игстрелов, а вон там лежит под иссохшим трупом заветный игдальстрел…
— Мне надо туда попасть как можно скорее — прочавкал я, погружаясь в чтение.
Читал я не слишком долго — надо отдать должное любительницы неумелых рисунков, информацию она умело рассортировала по разделам, сразу пометив, где находятся доказанные факты, а где лишь слухи.
Вот только полезной информации ноль — я уже выяснил все во время разговора. И львиную долю папки занимало скрупулезное описание всех достоверно известных попыток проникнуть во второй больничный. Я мельком просмотрел эти описания и понял, что каждый сквад, пусть с отличиями в деталях, в основном действовал одинаково. Тщательная подготовка, а следом марш-бросок по коридорам и этажам, в попытке прорваться до комнаты с призрачным синим светом.
Не выйдет.
Этот способ не работает.
Вытащив из папки карты, я разложил их на столе, придавил кофейником и тарелкой с печеньем, принялся внимательно разглядывать, запоминая окрестности, прикидывая маршруты, сразу отметая самые очевидные пути и пытаясь выискать хоть что-то интересное.
Спустя один час, литр кофе, поднос печенья и тройное посещение туалета меня осенило — как раз в момент, когда я задумчиво пытался нащупать струей странную кляксу на дне стального унитаза, напоминающую по форме раздувшийся гнилой труп с огромным улыбающимся пупком.
И осенило меня так ярко, что, едва закончив и наспех вытерев ладонь о футболку входящего в ресторанный туалетный отсек здоровяка, я торопливо вернулся к столу, открыл схему второго больничного корпуса, пробежал ее мельком глазами и кивнул. Все верно. Осенившая меня догадка верна.
И догадка звучит примерно так — я понять не могу почему никто и никогда не сумел добраться до «Синего света». На подробной схеме легко прослеживается десятка три различных и примерно в равной степени удачных результативных маршрута. Понятно, что некоторые маршруты подойдут для быстрых и рисковых сквадов, другие для медленных, глухо защищенных и тяжело вооруженных отрядов, найдутся и пути для небольших групп смешанного типа.
Правда, все прослеженные мной маршруты заканчивались не у искомой комнаты, а чуть ниже или в начале четвертого «темного» этажа, представляющего собой на схеме почти сплошное туманное пятно с частыми стрелочками и пояснениями типа «скорей всего», «предположительно», «вполне вероятно». Все эти пояснения касались однотипных элементов — количества комнат, дверей и прочего. Все эти предположения исходили из простого вывода — этажи ведь одинаковые, верно? Этажи зеркалят друг друга. Это больничное типовое здание.
Сказано не мной — так в обведенное рамке в верхней части схемы указано «Больничное типовое здание». И знак вопроса.
— Вполне предположительно и скорей всего вероятно — пробухтел я и рявкнул, обращаясь к седым ветеранам сидящим за угловым столиком украшенным лишь огромной бутылью самогона и роскошным кустом укропа — Старперы! Песок из ран не сыпется?
— Че хотел, новик? — не оборачиваясь, спросил старик с по-прежнему широкой массивной спиной тяжелоатлета.
— Здания в Зомбилэнде настоящие?
— Больницы?
— Они самые.
— А то ты там не был?
— Был в первом больничном. Все что видел — настоящее. Причем старое и заброшенное.
— Все верно. Везде так.
— То есть — не декорации.
— Это как?
— Ну типа здания в типа лечебнице…
— Нет! — уверенно заявил еще не совсем седой мужик со странно искореженным лицом — ему будто скулу ударом гири вмяли — Здания настоящие! От и до. Трубы, провода… как-то мы в одной кладовке даже заначенную лет триста назад бутылку вискаря нашли, завернутые в робу какого-то технаря.
— Ясно. В каком именно здании?