– Мне действительно хотелось бы это знать.

Я отвернулся, медленно обводя взглядом ресторан. Большинство посетителей были джури, но я заметил также несколько халков и циммахеев.

И конечно, мы, люди. Шляемся по всей Галактике, будто она – наша собственность…

– Вам известно, каким образом человечество оказалось на двенадцатом месте в перечне империй пауков?

– Полагаю, таким же образом, как и все остальные, – ответила она. – Когда какая-то раса колонизирует достаточное количество систем, пауки включают ее в свой перечень.

– Если быть точным, то колоний должно быть четыре. – Я вспомнил услышанные несколько дней назад слова полковника Эпплгейта: «Пять вместе с Яндро». – Всего получается пять, включая родную систему. Благодаря Яндро Земля преодолела барьер и нас пригласили в клуб избранных.

– И что, были какие-то проблемы?

Я вздохнул.

– Проблема заключается в том, что там нет ничего ценного. Вообще. Несколько сортов пряностей, немного древесины, несколько видов животных, которые, возможно, когда-нибудь удастся – или не удастся – одомашнить.

– И?

– Что значит – «и»? Директорат ООН спустил в трубу триллион долларов на постройку станции квадрорельса лишь для того, чтобы придать себе больший вес и получить возможность путешествовать по Галактике.

Глаза Бейты вдруг расширились – похоже, она поняла.

– И вы пытались этому помешать?

– Черт побери, да! – прорычал я. – На фоне поддельных сведений о ресурсах и тщательно подготовленного энтузиазма колонистов могло показаться, будто Яндро – новая Аляска. И я не мог такого допустить.

– Аляска?

– Самый северный штат Западного альянса, – сказал я. – Когда-то идею покупки Аляски называли «безумием Сюарда» по имени государственного секретаря, который несколько веков назад настоял о приобретении этой земли за деньги, которые, по мнению большинства, были выброшены на ветер. Насмешки продолжались до тех пор, пока там не обнаружили месторождения золота и нефти[1].

– Вы не думаете, что то же самое могло бы случиться и с Яндро?

Я покачал головой.

– Информация, сообщавшаяся общественности, была мастерски подделана. Но мне в руки попали подлинные сведения, и можно было представить отчаяние экспертов: по мере того как их исследования приближались к концу, они так и не смогли найти на Яндро что-либо достаточно ценное для того, чтобы его можно было экспортировать в более-менее серьезных количествах.

– Могу понять, почему члены директората ООН на вас обиделась, – пробормотала она.

– О да, они обиделись, это точно! – горько согласился я. – И общественность точно так же обиделась на них. На какое-то время. Проблема в том, что обида эта длилась не слишком долго для того, чтобы могла на что-то повлиять. Директорат устроил большое шоу, уволив нескольких козлов отпущения, снял с себя всю ответственность и подождал, пока шум сам утихнет из-за отсутствия интереса. А потом они спокойно продолжили свое дело и начали строить станцию. Могу добавить – с помощью своих друзей и сторонников, получивших большую часть контрактов на материалы и строительные модули.

– А потом они вынудили вас поплатиться за ваше противодействие, – тихо сказала девушка. – Мне очень жаль.

Я пожал плечами.

– Все в порядке. Я уже пережил.

Что, естественно, было ложью. Даже несмотря на то, что прошло уже немало времени, при любом разговоре на эту тему у меня внутри все переворачивалось.

К нашему столику подошел паук, держа поднос с пенящейся крем-содой.

– Малиновая и из джурианского шишуна, – сообщил я, ставя высокие стаканы на столик. – Какую хотите?

Моя спутница выбрала малиновую, и мы молча принялись за напитки. У меня не было настроения продолжать разговор, а она то ли чувствовала себя так же, то ли была слишком занята общением со своими друзьями-пауками, чтобы уделить мне хоть какое-то внимание.

Лишь когда мы уже шли назад к платформе, я с опозданием сообразил, что вопрос Бейты о моей карьере полностью разрушил мои планы выяснить хоть что-то о ней самой.



Поезд, отправлявшийся по гракланской ветке, оказался – впрочем, неудивительно – значительно короче того, на котором мы прибыли в Джуркалу, что соответствовало меньшему пассажиропотоку и объему перевозимого груза. Пауки зарезервировали для нас очередное двойное купе первого класса, и мы уже устраивались, когда раздался сигнал со стороны двери и кондуктор передал Бейте чип.

– Это информация от Растры и Джан Кла? – спросил я, пока она доставала ридер.

– Кондуктор этого не знал, но я полагаю, что да. – Девушка несколько секунд изучала экран. – Именно так, – сказала она, протягивая ридер мне.

Я просмотрел список файлов.

– Не вижу ничего о двоих халках, которые набросились на меня в комнате для допросов.

– Вероятно, у них пока не было времени собрать сведения.

Я поморщился. Никогда не могут довести дело до конца!

– Как насчет беллидо?

– У двоих из них купе сразу за нашим, – медленно проговорила моя спутница. – Остальные трое пошли в последний вагон третьего класса.

– Нам нужны сведения и о них тоже, – сказал я. – Добавьте-ка и это в список заданий для пауков.

Поезд тронулся. Я посмотрел в окно, но по эту сторону пути бродили лишь несколько рабочих.

– Я могу поговорить с начальником станции на следующей остановке, – продолжала Бейта. – Но до Си-старрко всего четыре дня пути. Они могут просто не успеть собрать данные.

– Все нормально, – сказал я, садясь в кресло. – У меня и так уже хватает чего почитать. Хотите ко мне присоединиться?

– Нет, спасибо. – Девушка направилась к двери. – Если понадоблюсь – я у себя в купе.

– Погодите! – Я нажал кнопку, открывавшую перегородку между нашими купе. – Давайте не будем без особой нужды выходить в коридор, хорошо? Слишком уж любопытные у нас соседи.

– Ах, да, – кивнула она. – Верно.

Бейта прошла мимо меня в свое купе, нажав на кнопку со своей стороны. Я подождал, пока закроется перегородка, а затем поднялся с кресла и подошел к койке. Забросив чемоданы на полку, я приглушил свет, откинулся поудобнее на подушку и начал читать.

Учитывая, в какой спешке пауки собирали информацию, я не ожидал обнаружить что-либо выдающееся или удивительное, однако и разочарован тоже не был. Растра родился в семье, занимавшей неплохое, хотя и не слишком высокое, положение в обществе, и делал карьеру в качестве телохранителя, пока у него не обнаружился талант к улаживанию конфликтов, следствием чего стало звание посредника. В этой роли он продолжил свое повышение по служебной лестнице, занимая все более высокие посты, пока не получил титул «фальк» и свои нынешние полномочия, позволявшие ему отправляться куда угодно, где в нем нуждалось его правительство. Пауки приложили сведения о его передвижениях квадрорельсом за последние пять лет, и оказалось, что последние три месяца он провел в дороге вместе с Джан Кла, несомненно скрашивая путь верховного комиссара сквозь мрачные лабиринты джурианского протокола.

В противоположность ему Джан Кла родился в одной из семей халканской элиты. Он обучался искусству быть аристократом, после чего получил должность комиссара на Влизфе. Там он прослужил три года, зарекомендовав себя не с самой худшей стороны, а затем последовательно получал все более важные посты на различных халканских планетах. О подробностях того, каким образом он стал верховным комиссаром, не сообщалось, но у халков это мог быть результат заслуг, семейных отношений или даже интуитивной прозорливости, позволившей оказаться в нужном месте в нужное время. Большинство из его путешествий квадрорельсом за последние пять лет – поездки внутри империи Халкависти.

Насколько я мог понять, сравнивая эти данные, ничто не говорило о том, что он и Растра когда-либо бывали в одной и той же звездной системе до нынешнего своего длительного визита в Джурианское сообщество.

Мне показалось, будто в поле моего зрения что-то мелькнуло. Я поднял взгляд, но ничего подозрительного не увидел. Осмотревшись по сторонам, я снова переключил свое внимание на ридер и сменил чип на тот, где содержались данные о системе безопасности туннеля.

В первый раз у меня для знакомства с ними было лишь несколько минут, но даже тогда, несмотря на головную боль, я успел заметить немало интересного. Сейчас же, углубившись в детали, я обнаружил, что первое впечатление оказалось верным.

Естественно, датчики реагировали на взрывчатые вещества, включая заряд в пистолетных патронах, это было известно всем. Однако детекторы обнаруживали и многие из куда более безобидных компонентов, из которых можно было собрать нечто такое, что могло бы взлететь на воздух посреди ночи. Так что даже самодельная взрывчатка явно исключалась.

В списке также присутствовало большое количество химических и биологических ядов, болезнетворных микробов, как быстро, так и медленно действующих, многие из которых мне были неизвестны. Некоторые представляли угрозу для всей Галактики, к примеру «саарикс-5» или вирус сибирской язвы, которые в той или иной степени воздействовали на любые организмы, метаболизм которых был основан на углероде, другие же – вроде ВИЧ или токсина шоршианских панцирников – представляли опасность лишь для определенных видов.

Перечень включал в себя и все стандартные средства нанесения увечий, от плазменного и лазерного оружия до тадвамперов и шреддеров, с которыми я был хорошо знаком, а также более изощренные устройства вроде арбалетов и даже нунчаки и полицейские дубинки. Если и существовало оружие, которое пауки не учли, то я не мог себе представить, что бы это могло быть.

Очевидно, одни лишь датчики вряд ли смогли бы справиться со столь сложной задачей, но в чипе содержался ответ и на этот давно интересовавший меня вопрос. Датчики действительно проверяли пассажиров, прибывавших на челноках, но более глубокое и более тонкое сканирование проводилось по пути к платформам, с помощью устройств, встроенных в пол туннеля и стены служебных зданий. В итоге каждая станция квадрорельса оказывалась напичкана техникой, защищавшей пассажиров друг от друга.

И их стоимость явно не входила в расходы, составлявшие большую часть триллиона долларов, пошедших на постройку станции. Все это было добавлено уже позже, самими пауками. Таким образом, стоимость новой станции была не столь уж и завышенной, как мне всегда казалось.

Мне снова почудилось, будто что-то промелькнуло рядом, но, подняв взгляд, я опять ничего не увидел. Впрочем, на этот раз я заметил кое-что, чего не замечал раньше: чересчур занятый содержимым чипов и собственными мыслями, я забыл сделать окно непрозрачным. Нахмурившись, я отложил ридер, выключил свет и, когда глаза привыкли к темноте, увидел, что от окна исходит слабое свечение. Несколько мгновений я не мог понять, где находится его источник, потом сообразил, что вижу отражение света Оси от окружавшей нас стены туннеля.

Поднявшись, я подошел к окну и с минуту стоял возле него, глядя в вечную ночь туннеля. Интересно, сколько тысяч световых лет составляет протяженность путей квадрорельса? Наверняка достаточно, чтобы соединить все известные обитаемые планеты, и, вероятно, уже готовы новые линии, которые ждут появления новых, подающих надежды рас. Возможно, вскоре будет уже тринадцать империй, а потом четырнадцать, пятнадцать…

Внезапно где-то в хвосте поезда сверкнула яркая красная точка. Потом она мигнула снова, и я едва не подпрыгнул от удивления. Теперь я понял, что она вовсе не такая уж и яркая, просто кажется такой на фоне мягкого свечения Оси для моих сузившихся зрачков. Я уставился в то место, где только что была светящаяся точка, думая, не она ли привлекла мое внимание ранее и что это вообще может быть. Что-то вроде ходового огня? Но на поездах квадрорельса, насколько мне было известно, не было никаких ходовых огней. Тогда что – предупреждающий сигнал? Я от всей души понадеялся, что это не так.

Огонек опять моргнул. Я слегка отвел взгляд, и на этот раз мне показалось, что он сопровождался легким мерцанием.

А когда он мигнул в очередной раз, я вдруг все понял.

Мой пиджак висел на вешалке рядом с окном. Быстро пошарив в кармане, я достал свой ридер и набор чипов, а затем попытался прочитать этикетки в слабом отраженном свете Оси. Наконец, бормоча ругательства, я нашел нужный чип, включил ридер и приложил его к окну.

Притворщику беллидо из бара в поезде на Джуркалу не требовалось прибегать ни к каким ухищрениям, вроде проникновения в компьютер пауков или в их систему управления, чтобы поддерживать связь со своими приятелями из третьего класса. Достаточно было воспользоваться окном купе, дешевой маломощной лазерной указкой, частотным модулятором и… стеной туннеля, от которой отражался луч. Неудивительно, что преступники меня поджидали, – вероятно, они получили соответствующие распоряжения еще до того, как я вышел из вагона первого класса.

Красный огонек вспыхнул снова, и я плотнее прижал ридер к окну, старясь держать его по возможности неподвижно. Последовательность модуляций была слишком быстрой для того, чтобы ее мог распознать человеческий глаз, но встроенный в ридер датчик вполне мог уловить ее и записать, с тем чтобы расшифровать ее позже.

За последующие несколько минут огонек вспыхивал еще трижды. Вероятно, беллидо сегодня были особо словоохотливы. Три минуты спустя он мигнул последний раз.

Я прождал у окна еще полчаса, прежде чем решил, что на сегодня хватит. Вернувшись к койке, я включил свет на неполную мощность и принялся за работу.

Учитывая, что способ их связи вряд ли мог быть кем-либо замечен, я надеялся, что беллидо обойдутся чем-нибудь простым вроде оцифрованного текста или голоса. Но мне не повезло. Модуляция, как оказалось, представляла собой нечто вроде азбуки Морзе и не подходила ни под одну из обычных беллидоских систем шифрования.

Тем не менее, по крайней мере, теперь я знал, каким образом все происходило. Уже хорошо, особенно учитывая, что я смог узнать чуть больше о тех, кому мне приходилось противостоять. Похоже, их действия отличались мастерством и простотой, и об этом теперь нужно будет помнить постоянно.

Но пока что у меня снова разболелась голова да и глаза закрывались от усталости. Зайдя в крошечную ванную, я выпил воды и принял обезболивающего, затем выключил свет и начал раздеваться.

Последнее, что я сделал, прежде чем забраться под одеяло, это поставил ридер в режим записи и прислонил его к окну. Просто на всякий случай.



Спал я долго и без сновидений и проснулся… от голода. Заглянув в соседнее купе, я обнаружил, что Бейта уже встала. Я быстро принял душ и побрился, и мы отправились в вагон-ресторан.

Беллидо там не было. Пауки – друзья Бейты сообщили ей, что двое из первого класса уже поели и вернулись в свое купе, те же, кто ехал третьим классом, ели по очереди. Я окинул внимательным взглядом нескольких присутствовавших в ресторане халков: не посадил ли нам Джан Кла на последней станции кого-нибудь на хвост? Однако, похоже, никто не проявлял к нам особого интереса.

Позавтракав, мы вернулись в мое купе, где в течение нескольких минут просматривали туристические проспекты о курорте Модхра и обсуждали, что именно будем делать, оказавшись там.

Как ни удивительно, самым большим камнем преткновения оказался выбор жилья. Бейте хотелось поселиться на поверхности, откуда можно было увидеть Модхру-2 и газовый гигант Касп, в то время как я столь же настойчиво ратовал за подводный отель, о котором упоминал Джан Кла. В конце концов Бейта сдалась, хоть и без особой радости, а затем отправилась переживать по поводу своего поражения в споре к себе в купе.

Когда стена между нами закрылась, я проверил ридер – не передавали ли беллидо ночью еще какие-нибудь секретные сообщения. Оказалось, что нет.

Остаток пути прошел без происшествий. Большую его часть Бейта провела у себя в купе, присоединяясь ко мне только во время визитов в вагон-ресторан, а я прилагал все усилия к тому, чтобы хоть как-то выспаться и подлечиться.

Только готовясь к прибытию на Си-старрко, я сообразил, что информация была на самом деле не единственным, о чем мне следовало в свое время попросить пауков.

Не помешало бы и оружие.

Глава 11

Джан Кла описывал Си-старрко как одну из малозначительных колоний, но по размерам и облику пересадочной станции можно было бы предположить, что это скорее региональная столица вроде Керфсиса. А два военных корабля, сопровождавшие нас по пути от туннеля, настолько впечатлили меня, что я бы поставил ее даже выше.

Через таможню мы прошли без каких-либо инцидентов – их датчики не сумели учуять «саарикс» в ручках моих чемоданов. Никого из беллидо я не заметил, но это меня не удивило. У халков были раздельные таможенные зоны для пассажиров разных классов, а эти деятели меняли свой класс и статус, даже ухом не шевельнув. Вероятно, сейчас они находились двумя этажами ниже, покорно стоя в очереди на таможню для пассажиров третьего класса.

И естественно, после этого они достанут из своих багажных ячеек настоящие церемониальные пистолеты. В следующий раз, когда я окажусь с ними лицом к лицу, беллидо будут вооружены по полной программе.

Приятная мысль, ничего не скажешь.

Гракланская ветка проходила через внешние окраины системы Си-старрко, в данном случае – за орбитой Каспа. В результате курорт Модхра оказывался на значительном расстоянии от станции большую часть каждого десятилетия, что, как я подозревал, через пару лет могло нанести немалый ущерб туризму. Впрочем, в данный момент планета находилась почти на минимальном расстоянии, и на полет к ней требовались часы, а не дни.

Движущаяся дорожка доставила нас в зал отправления, где мы обнаружили пятидесятиместный челнок, куда и погрузились в компании тридцати других путешественников. Я ожидал, что к нам присоединится по крайней мере один из беллидо, хотя бы для того, чтобы не терять нас из виду, но никто из них не появился.

Судно стартовало в пламени перегретой плазмы и пять часов спустя достигло окаймленного тонкими кольцами газового гиганта. Заглушив двигатели на достаточном отдалении от ледяной поверхности Модхры-1, челнок перешел на шоршианские двигатели малой тяги и через несколько минут мягко опустился на окруженную огнями посадочную площадку.

Вокруг все выглядело именно так, как и обещал Джан Кла. Висевший над горизонтом Касп был покрыт теми же полосами рваных облаков и тянувшихся на тысячи километров штормовых туч, что и Юпитер или Сатурн в Солнечной системе, но по сравнению с ними более разнообразно окрашен. Система его колец выглядела не менее впечатляюще, чем кольца Сатурна, а над головой двигалась по небу Модхра-2, сверкающий шар из камня и льда, совершая свой путь вдоль общей орбиты двойной планеты Модхра.

Благодаря какой-то игре законов небесной механики орбита Модхры оказалась расположена под таким углом к системе колец Каспа, что, когда два спутника двигались вокруг своего общего центра масс, наблюдатели могли видеть, как кольца смещались то вверх, то вниз. Впечатляющее зрелище, которое наверняка способствовало посещению этой планеты в качестве туристической достопримечательности.

Здание, возле которого сейчас находился наш челнок, представляло собой копию древней халканской высокогорной крепости, включая хорошо заметные звездообразные орудийные башни. Вид слегка портили современные входы в шлюзы, но ни один из двух спутников не был достаточно велик, чтобы удерживать атмосферу. Вместе с остальными пассажирами мы облачились в имевшиеся в челноке скафандры и несколько минут спустя уже шагали по замерзшей поверхности.

Внутри здание было оформлено в том же стиле. Перед халканскими гобеленами, насчитывавшими несколько веков, стояли столь же древние халканские доспехи. Вместо компьютерных терминалов самообслуживания прибывших регистрировали сидевшие за столами служащие в чешуйчатых кольчугах. Когда подошла наша очередь, я спросил про подводную гостиницу, и меня направили к ряду витиевато украшенных лифтов в противоположной стене зала. Вместе с пятью другими гостями мы вошли в кабину и пятнадцать минут спустя оказались в вестибюле отеля.

Настоящее морское царство! Водоросли, разноцветные камни, покрытые льдом и замороженной морской пеной. Служащие за стойкой были одеты в костюмы, чем-то напоминавшие русалок, хотя я не помнил подобных легенд в халканской мифологии. Через большие выпуклые окна открывался вид на панораму морского дна, освещенную рядом прожекторов. По словам Джан Кла, глубина здешних океанов достигала пяти километров, но курорт был построен на более мелком месте, и можно было увидеть знаменитые модхранские коралловые рифы.

Цена на одноместный номер оказалась весьма высокой, но стоимость нужного нам двухместного люкса была воистину астрономической, намного больше той суммы, которой я располагал наличными. Пауки не подумали о том, чтобы вместе с билетом на квадрорельс снабдить меня еще и деньгами, что не оставляло мне иного выбора, кроме как воспользоваться кредитной карточкой – что я и сделал не моргнув глазом, хотя и подозревал, что подобный поступок повлечет в будущем немало неприятных последствий.

С другой стороны, если верить Бейте, вполне возможно, что мне предстояло погибнуть именно здесь. И тогда – никакого будущего, никаких последствий, никаких поводов для беспокойства.

Я подписал подтверждение авторизации, и нас направили еще к одному лифту, идущему вниз.

Наш номер оказался не столь роскошным, как элитный вагон Джан Кла, но он был достаточно богато обставлен, и открывавшийся из него вид не шел в никакое сравнение с пейзажем, который я мог наблюдать за окнами вагона. Мы находились на самом нижнем этаже отеля, сквозь прозрачный пол и две прозрачных угловых стены которого можно было видеть колеблющуюся воду и коралловые рифы на дне. В центре комнаты стояли лицом друг к другу два дивана, а между ними – горящий очаг, естественно искусственный, но выглядевший весьма реалистично. Кроме этого, обстановку номера составляли два удобных кресла и шесть резных деревянных стульев, стоявших вокруг такого же резного деревянного стола. Возле двух непрозрачных стен располагались стол с компьютером и громадный мультимедийный центр.

Спальня выглядела не хуже, хотя и была несколько меньше. Ее пол и единственная внешняя стена тоже были прозрачными, а центр занимала гигантская кровать, которой хватило бы для пары циммахеев или по крайней мере четверых обычных людей. У одной стены стоял такой же мультимедийный центр, как и в гостиной, а у другой – большой шкаф, который, как я заметил, был заполнен одеждой разнообразных стилей и размеров.

«Жучков» нигде в номере не оказалось, что меня удивило больше всего.

– Ну как, вас все устраивает? – спросил я Бейту, выходя из спальни в гостиную.

Бейта стояла у стены, глядя на кораллы и огни, освещавшие группу ныряльщиков и две маленькие подводные лодки, двигавшиеся среди рифов.

– Я имею в виду – если вам хочется чего-то получше, то здесь есть и апартаменты, – добавил я.

– Чем, собственно, вы собираетесь здесь заниматься? – не оборачиваясь, спросила она.

С тех пор как мы прибыли на станцию Си-старрко, девушка не сказала и двух слов, а мышцы ее шеи и спины, казалось, пребывали в постоянном напряжении.

– Начнем с того, что попробуем отдохнуть. – Я подошел к ней и взял ее за руку. Вернее, лишь попытался взять, поскольку Бейта тут же вырвала ее. Мне показалось, будто от ее кожи исходит ледяной холод. – Никто не собирается нас здесь убивать. Здесь слишком много народа, и это место чересчур привлекает внимание.

– Значит, они будут ждать, пока мы не окажемся в каком-нибудь менее людном и более спокойном месте. – В ее голосе ощущался едва заметный сарказм.

Я пожал плечами.

– Вроде того.

– И естественно, мы именно в такое место и отправимся.

– Что касается меня – да. Как я уже говорил, вы можете оставаться здесь или даже вернуться обратно в туннель. – Я подошел к столу с компьютерным терминалом. – Давайте посмотрим, какие у них тут есть развлечения.

Как оказалось, выбор был достаточно велик. Джан Кла упоминал о возможных вариантах времяпрепровождения на открытом воздухе, но курорт предлагал множество способов развлечься и в закрытых помещениях. Здесь имелось полдюжины ресторанов, от вполне скромных до самых роскошных, два театра, постоянно сменявшиеся постановки в которых могли удовлетворить разнообразные вкусы как халков, так и инопланетян, и казино для тех, у кого еще оставались деньги после оплаты проживания и питания.

– Давайте сходим в казино, – предложил я. – Если, конечно, не хотите начать с плавательного бассейна.

– Может, все-таки займемся делом? – возразила она.

– У нас есть время, – заверил я девушку, вставая из-за стола и подходя к ней. – Думаю, наши беллидо появятся еще до того, как произойдет что-нибудь интересное, а в челноке вместе с нами их точно не было. Либо они решили отправиться на следующем, что, в соответствии с расписанием, произойдет не раньше чем через восемь часов, либо полетели на саму Си-старрко – в таком случае они не появятся здесь еще как минимум часов тридцать.

– Зачем им лететь на Си-старрко?

– Понятия не имею, – ответил я. – Возможно, им нужно каким-то образом подготовиться. Тем не менее Джан Кла направил нас именно сюда, а не на Си-старрко, и именно название Модхра, похоже, привлекло внимание моего якобы пьяного собеседника. Судя по всему, что-то должно здесь случиться, и, вероятнее всего, в течение ближайших ста часов.

– Откуда вы знаете? – нахмурилась она.

– Ящик, в который меня запихнули, предназначался для торговца из Альракаэ, это почти в двух днях пути от Джуркалы, – напомнил я. – Если бы меня не нашли и мне пришлось бы возвращаться, потребовалось бы как раз около ста часов. Если их цель заключалась в том, чтобы избавиться от меня, пока здесь что-то будет происходить, можно предположить, что к тому времени все уже закончится. – Я показал на открывавшуюся за окнами картину. – Но пока они не появились – мы свободны. Так что давайте пока совместим полезное с приятным.

– Как вы узнаете, когда появятся беллидо?

– Есть способы, – заверил я. – Итак, казино или бассейн?

– Казино, – помедлив, выбрала Бейта и направилась в сторону спальни, но тут же остановилась. – Вероятно, здесь все украшено модхранскими кораллами, – неожиданно странным голосом сказала она. – Что бы ни случилось, не прикасайтесь к ним. Хорошо?

– Они вовсе не хрупкие, – успокоил я ее. – Я видел на фотографиях, что их используют для…

– Просто не трогайте их! – резко оборвала она меня. – Обещайте, что не станете к ним прикасаться. – Ее плечи чуть приподнялись, словно от глубокого вдоха. – Пожалуйста, – уже тише добавила она.

– Хорошо, – сумел выговорить я, пытаясь прийти в себя. Подобная вспышка эмоций у всегда спокойной, бесстрастной Бейты? – Раз уж вы просите… конечно, не буду.

– Спасибо. – Ее плечи снова поднялись и опустились. – Ладно. Пошли.



В халканских казино неизменно строго подходили к внешнему виду посетителей, а я не взял с собой никакой подходящей одежды! К счастью, в шкафу в спальне обнаружилось несколько деловых костюмов, как мужских, так и женских. Все они были так называемого трансформирующегося покроя, что означало – как только мы наденем наиболее подходящие нам по размеру, их можно будет подключить к имевшемуся в номере компьютеру и подогнать под наши фигуры.

По местному времени была середина дня, и в казино царило оживление. Я заметил еще несколько костюмов «из шкафа», но большинство посетителей предпочли выглядеть более роскошно.

В двух углах зала находились бары с напитками и закусками, отделенные от остальной части казино барьером высотой по пояс, вдоль которого струился ручеек с модхранскими кораллами на дне. В центре казино располагался пятиметровой высоты фонтан, дно которого тоже покрывали кораллы.

– Вижу беллидо, – прошептала Бейта. – Возле того длинного зеленого стола.

– Стол для добса, – пояснил я.

Беллидо в полной военной форме внимательно наблюдал за халком, совершавшим традиционный ритуал с игральными костями перед броском. С этого расстояния я не мог разглядеть его знаки различия, но под мышками у него торчало по паре рукояток пистолетов, что позволяло оценить его звание не ниже чем генерал-лейтенант. – Это халканский эквивалент игры в кости.

– Он в военной форме, верно?

– Именно так. Пойдемте, смешаемся с толпой. Вы – налево, я – прямо.

– Вы хотите, чтобы мы разделились? – спросила девушка с необычной для нее дрожью в голосе.

– Здесь слишком много народа, и это место чересчур привлекает внимание – успокоил я ее. – Просто улыбайтесь, слушайте, о чем говорят вокруг, и не покидайте казино без меня. Встретимся через час в баре, в том углу, где голубая стенка. – Ободряюще сжав ее руку, я направился в самую гущу великосветского хаоса.

Я знал, что в реальности азартные игры обычно вовсе не выглядят столь драматично и таинственно, какими их обычно представляли в видеофильмах. Кардинальные решения крайне редко принимались за столом для покера, и главный злодей практически никогда не встречался с героем за игрой в баккара, чтобы обменяться парой острот и завуалированных угроз. Тем не менее, поскольку мысли игроков в основном сводились к деньгам и развлечениям, у них порой развязывался язык и они теряли осторожность. Держа уши востро, я шел сквозь толпу, то и дело останавливаясь у каждого стола, чтобы понаблюдать за игрой, а заодно и послушать, о чем говорят игроки.

Как и в вагоне квадрорельса первого класса, здесь, похоже, свободно общались представители разнообразных рас Галактики. Все подслушанные мной беседы сводились либо к текущей игре, либо к выигрышам и проигрышам в предыдущих, либо к другим развлечениям, доступным на Модхре-1. Даже трое циммахеев, которые, достигнув определенного возраста и статуса, обычно избегали праздного времяпрепровождения словно чумы, оживленно обсуждали предстоящую экскурсию на подводной лодке к находившимся неподалеку глубоководным пещерам.

В конце концов я оказался возле фонтана в центре зала. Многочисленные отверстия в «горе», откуда под давлением извергалась вода, располагались на разной высоте и разных расстояниях, образуя нечто вроде художественной композиции. Разнообразным выглядел и водный поток – какие-то устройства создавали в нем небольшие водовороты или взбивали пену. «Гору» окружал бассейн шириной около метра, глубина которого составляла всего полметра.

Кораллов в бассейне оказалось существенно больше, чем я предполагал. Торчавшие из воды веточки были лишь верхушками намного более крупных образований, местами полностью покрывавших дно и отбрасывавших колеблющиеся тени в свете скрытых разноцветных огней.

В любой иной точке Галактики подобное количество модхранских кораллов стоило бы миллионы. Здесь же, в пятидесяти метрах над местом их произрастания, они выглядели не более примечательно, чем ледяные скульптуры посреди зимнего ландшафта.

– Как вам? – послышался чей-то голос на фоне общего шума толпы.

Я обернулся. Позади меня стоял беллидо в военной форме, которого упоминала Бейта, покачивая бокалом с красной жидкостью. Теперь я заметил знаки различия, соответствовавшие апосу – бригадному генералу.

– Великолепно, – сказал я.

– Воистину, – согласился он, глядя на меня. – Апос Таурин Мааф, штаб армии Генеральных Штатов Беллидоша.

– Фрэнк Комптон, – представился я. – В данный момент никакой должности не занимаю.

Он издал глухое ворчание.

– Они сделали большую глупость, отпустив вас.

– Прошу прощения? – нахмурился я.

Его бурундучья морда оскалилась в улыбке.

– Извините. Вы ведь Фрэнк Комптон, когда-то работавший в разведке Западного альянса Земли, верно?

– Да, верно. – По-моему, с этим беллидо я никогда прежде не сталкивался. – Мы встречались?

– Один раз, несколько лет назад, на церемонии открытия новой станции Нью-Тигрис. Я был одним из телохранителей члена Верховного совета, прибывшего в знак уважения к вашему народу.

– Ах да. – Я помнил ту церемонию… и если только апос Мааф не сменил полностью расположение полос на морде, можно было уверенно утверждать, что его там не было. – Замечательное было действо, верно?

– Несомненно, – ответил он, отпивая из бокала. – А чем вы сейчас занимаетесь?

– В данный момент я работаю в туристической компании. Куда более простая и безопасная работа.

– И даже при этом вам, похоже, не удается избежать приключений, – заметил он. – Как я понимаю, во время вашей последней поездки вы едва не потерялись.

По спине у меня пробежал неприятный холодок.

– Что вы имеете в виду? – осторожно спросил я.

– Ваше приключение в багажном вагоне, – пояснил Мааф. – Нападавший так и остался неизвестным?

– К несчастью, да, – ответил я.

– И никаких соображений? – настаивал апос. – Если вы знаете хотя бы, какой он был расы, – это уже во многом могло бы помочь властям.

– Я вообще ничего не видел и не слышал. Расследование этого инцидента – часть вашей работы?

Он махнул рукой, что у беллидо соответствовало пожатию плечами.

– Вовсе нет. Но высшие круги галактического общества не столь уж многочисленны и достаточно тесно связаны друг с другом. Слухи распространяются быстро.

– Ах вот как! – Я решил провести небольшой эксперимент. – Да, это было неожиданное приключение. Вроде как с той старухой из классического фильма.

Усы Маафа неуверенно дернулись, затем снова разгладились.

– Да, в самом деле, – понимающе сказал он. – «Леди исчезает». Действительно, очень похоже. И тем не менее я рад, что в конце концов все хорошо закончилось.

– Я тоже, – пробормотал я онемевшими губами. Он никак не мог догадаться, какой именно фильм я имел в виду. Никаким образом.

Если только не был напрямую связан с кем-то, кто был в том элитном вагоне вместе с нами.

Пауки сообщили Бейте, что все, кто был там, остались на Джуркале. Я проверял расписание поездов на Си-старрко, и ни у кого не было возможности отправиться более поздним из них, чтобы уже сейчас оказаться здесь. Джан Кла или Растра могли лишь послать сообщение, видимо, настолько подробное, что оно даже включало сведения о фильмах, которые мы смотрели.

Либо пауки солгали Бейте. Либо Бейта солгала мне.

– Вижу, вы восхищены кораллами, – прервал мои размышления Мааф.

Мне сейчас было вовсе не до кораллов, но я все же кивнул.

– Они прекрасны. К несчастью, наши законы запрещают ввозить их на наши планеты.

– Полагаю, это означает, что у вас никогда не было возможности к ним прикоснуться.

Я сразу же вспомнил странное предупреждение Бейты. Неужели эта навязчивая идея преследовала всех в Галактике?

– Нет, но я много раз трогал земные кораллы, – сказал я. – Они очень шершавые и колючие.

– Но ведь это модхранские кораллы, – укоризненно возразил он. – И на ощупь заметно отличаются от любых других кораллов в Галактике. Я бы даже сказал – они вообще ни на что не похожи.

Я подошел к ограждению, наклонился и посмотрел вниз. Мне никогда прежде не приходилось видеть модхранские кораллы вблизи, и у меня вдруг возникло ощущение, будто они живые. Земные кораллы просто лежали на дне, предупреждая неосторожного ныряльщика своими острыми отростками, но здешние производили впечатление чего-то мягкого, чуть ли не пушистого.

– Ну, давайте же, – промурлыкал Мааф. Он стоял рядом со мной, почти дыша мне в шею. – Потрогайте. Это совершенно безопасно и очень приятно.

– Нет, – сказал я, выпрямляясь и отходя от бассейна. – Мама учила меня никогда не прикасаться к незнакомым вещам.

Он долгим взглядом посмотрел на меня, и его прежняя жизнерадостность внезапно сменилась деревянной маской. Затем, к моему облегчению, на его лице вновь появилась улыбка.

– Я бы никогда не стал пытаться пренебречь подобным советом, – сказал он, поднимая бокал. – Всего вам доброго, Комптон. Желаю приятно провести время.

Вдоль стены стояло несколько кассовых кабинок, отгороженных традиционными железными решетками.

– Чем могу служить, сэр? – спросил кассир, когда я подошел к окошку.

– У вас пасьянсы есть? – спросил я.

– Да, конечно, – заверил меня кассир, выбирая чип из коробки. – Ридер нужен?

– У меня есть, спасибо, – ответил я, беря чип и направляясь к бару. Выбрав столик, с которого хорошо было видно все казино, я достал ридер, затем включил его и сделал вид, будто вставляю чип с пасьянсом, затем быстро подменил его на свой. Притворяясь, будто погружен в раскладывание пасьянса, я запустил программу сканирования частот, на которых работали коммуникаторы.

Учитывая размеры курорта, трафик оказался невысоким, впрочем, сюда приезжали затем, чтобы оставить все свои дела и проблемы дома, а не брать их с собой. Естественно, все переговоры были зашифрованы, и я не располагал достаточно мощным оборудованием, чтобы пробиться сквозь защиту.

Впрочем, сейчас в мою задачу входило вовсе не прослушивание чужих переговоров.

Основная масса трафика, что неудивительно, была зашифрована халканским гражданским кодом, и я прежде всего взялся за него. Код различался по уровню сложности, в зависимости от того, насколько пользователь хотел защититься от посторонних, но так или иначе соответствовал характерному халканскому алгоритму. Следующим по распространенности был циммахейский код, что опять-таки было не удивительно, учитывая близость республики Циммал. Еще мне удалось обнаружить около десятка джурианских систем и, наконец, две пиркарских.

И больше ничего. Никто не использовал кодов халканской элиты, которыми владели высокопоставленные чиновники типа Джан Кла. Ничто также не напоминало стандартные беллидоские коды, как военные, так и гражданские.

Краем глаза я заметил какое-то движение, и, подняв взгляд, увидел Бейту, которая села на стул напротив меня.

– Что-то не так? – спросила она. – Вы сказали – через час.

– Все в порядке, – ответил я, выключая ридер и вынимая чип. – Просто немного устал. Насколько вы уверены, что Джан Кла или кто-то из его окружения не сели на наш поезд на Джуркале?

– Пауки сказали, что все они остались там.

– Значит, мы можем быть уверены в этом настолько, насколько в том уверены пауки, – заключил я, хотя сам уверенности отнюдь не испытывал. – Прекрасно. Слышали что-нибудь интересное?

– В общем, нет, – ответила она, слегка нахмурившись. – В основном они обсуждали исключительно те игры, в которые играли.

– Угу, с подобным мне тоже пришлось столкнуться, – согласился я. – Вы случайно не слышали какого-нибудь разговора циммахеев?

– Был один. – Девушка кивнула. – Обсуждали экскурсию в подводную пещеру, в нескольких километрах отсюда.

– И я слышал то же самое, – кивнул я. – Интересно.

– Для меня не особо интересно. Как и все остальное.

– Вот именно, – проговорил я, глядя на бродящих по залу игроков. – Столько народу, и никто не говорит о деле.

Она надула губы.

– Возможно, у них принято говорить о делах где-нибудь в другом месте.

– Возможно. Но разговоров о семье и политике я тоже не слышал. Об этом тоже принято говорить в другом месте?

Бейта посмотрела в сторону, на пару халков, сидевших через два столика от нас.

– На что вы намекаете? – тихо спросила она.

– Точно не знаю. В нормальной ситуации вряд ли стоит предполагать, что все что-то скрывают. Но в данном случае я начинаю об этом задумываться.

– Вы имеете в виду нечто вроде заговора?

– Согласен, подобное допущение может показаться чересчур смелым. – Я пожал плечами. – Но вы сами говорили, что здесь у меня нет друзей. К тому же апос Мааф сказал, что в обществе сверхбогатых все тесно связаны друг с другом.

– Апос Мааф?

– Беллидо, который вас заинтересовал. Он утверждает, будто знает меня.

Девушка бросила на меня странный взгляд.

– Он упомянул церемонию, на которой я присутствовал несколько лет назад, но, видимо, не знал, насколько у меня хорошая память на лица. Даже на беллидоские.

– Но откуда ему известно, что вы были на церемонии, если не был там?

– Потому что в выпуски новостей случайно попали несколько телохранителей на заднем плане, – объяснил я. – Собственно, за это я потом получил основательный нагоняй, как будто в том была моя вина. – Я прикусил губу, осененный внезапной мыслью. – Если подумать – ведь основную взбучку я тогда получил от нашего старого друга полковника Эпплгейта. Вернее, нашего старого знакомого.

Не слишком удачная шутка. Бейта никак на нее не прореагировала, просто поинтересовалась:

– О чем вы говорили с Маафом?

– Он пытался возобновить наше несуществующее знакомство, а потом допытывался об инциденте в поезде на Джуркалу. Что интересно, он упоминал подробности, о которых никак не мог знать. Вот почему я спросил, не могли ли пауки упустить кого-то, кто последовал за нами с Джуркалы.

– Нет, – уверенно заявила Бейта.

– В таком случае кто-то, видимо, отправил весьма подробное сообщение, которое пришло сюда раньше нас, – проворчал я, убирая ридер в карман. – Давайте вернемся в номер и посмотрим расписание подводных экскурсий.

Похоже, мои слова застали ее врасплох.

– Что?

– Похоже, подводные экскурсии пользуются немалой популярностью, – сказал я. – Разве не так? Какие-то проблемы?

– Нет, ничего. – Но в ее голосе чувствовалась тревога. – Просто…

– Просто вы не любите, когда вас водят за нос? – предположил я.

– Что-то в этом роде.

– Я этого тоже не люблю, – многозначительно заметил я. – Но кто-то снова приложил немало усилий, чтобы выложить перед нами след из хлебных крошек. Я хочу выяснить, куда он ведет.

– А если в ловушку?

Я пожал плечами.

– Будем надеяться, что мы поймем это прежде, чем в нее угодим.



Отель предлагал три подводные экскурсии – две к дальним коралловым рифам и одну к пещерам, о которой мы с Бейтой уже слышали в казино. На дневные экскурсии все места были заняты, но на экскурсию к пещерам, запланированную на следующее утро, еще оставалось несколько свободных мест. Я зарезервировал два, а заодно заказал ужин в ресторане.

У нас еще оставалось несколько часов, и Бейта отправилась в спальню подремать. Налив себе бокал из мини-бара, я сел за компьютер, чтобы узнать все необходимое о Каспе, о двойной планете Модхра и о Модхранском курорте.

Ужин прошел на высшем уровне, как и следовало ожидать. Потом мы прошлись по местным магазинам, я купил Бейте комплект заколок для волос и дорожный косметический набор.

Насколько я понял, подарки ее особо не впечатлили. Более того, шоппинг утомил ее едва ли не до слез. Я же вел себя как истинный галантный спутник.

Конечно, я не думал, что хоть кто-то в это поверит, но, возможно, мне удалось бы одурачить своих противников, заставив их думать, будто я до сих пор ни о чем не подозреваю.

Наконец мы вернулись к себе в номер. Для сна еще было слишком рано, так что, сделав непрозрачными стены и полы, я выбрал для просмотра еще один классический триллер Хичкока – «На север через северо-запад». История человека, преследуемого некими темными силами, если как-то и затронула Бейту, она ничем этого не показала.

Поскольку вставать утром нужно было ни свет ни заря, после фильма мы отправились спать. Как я уже упоминал, кровать была огромных размеров и выглядела весьма уютно. Хочу заметить, что диван в гостиной оказался не менее удобным.

Глава 12

– А теперь для тех, кто любит приключения, пришло время покинуть безопасную кабину лодки и обследовать пещеры! – объявил гид, специально для нас переходя с халканского на английский. – Должен, однако, предупредить, что пещеры весьма обширны, и лишь небольшая их часть изучена и нанесена на карту. Просьба оставаться в пределах зоны, обозначенной сигнальными огнями.

Я кивнул Бейте, и мы надели шлемы. Я заметил, что лишь несколько из двадцати пассажиров пожелали к нам присоединиться, остальные же предпочли остаться на борту и совершить обзорную экскурсию вокруг дальних пещер. Между прочим, на нашей лодке не было ни одного циммахея, несмотря на весь их словесный энтузиазм накануне.

Закончив подготовку, мы выстроились в очередь к выходу. Каждый получал короткий инструктаж от гида, затем нас по двое отправляли в шлюз. Мы с Бейтой выслушали последнее предупреждение о том, чтобы не сходить с отмеченных троп, и вышли наружу.

Я знал, что меня окружает ледяная вода, но благодаря скафандру холод практически не ощущался. Коснувшись кнопки реактивного двигателя, я почувствовал, как из-под моих пяток ударили потоки воды, и направился к широкому входу в пещеру, следуя за фонарями тех, кто шел впереди нас. У самого входа мы натолкнулись на подводное течение, пытавшееся отнести нас в сторону, но после небольших маневров смогли его преодолеть.

В молодости мне приходилось путешествовать по пещерам, в том числе и по подводным, и в сравнении с ними здешние не казались столь впечатляющими. Однако благодаря эффектному освещению зрелище завораживало, тем более что в уходивших в разные стороны туннелях можно было различить интересные коралловые образования.

– Вы хотели обследовать какой-то определенный туннель? – послышался голос Бейты в наушнике моего шлема.

– В общем, нет, – небрежно ответил я, зная, что наши коммуникаторы имеют связь и с подводной лодкой и все сказанное нами могло быть услышано другими. – Давайте вот сюда.

Я направил луч фонаря в проход, который, казалось, больше никого не интересовал. Маневрируя реактивными струями, мы подплыли к туннелю и заглянули внутрь.

– Довольно извилистый, – заметила девушка. – Да и сигнальные огни уходят не слишком далеко.

– Вовсе нет, – возразил я, разглядывая каменные стены. Туннель действительно не выглядел извилистым, по крайней мере для нас. Но даже отсюда я мог видеть несколько мест, преодолеть которые для халков было бы проблематично.

Не поэтому ли нас сюда заманили? Чтобы мы обследовали для них пещеру?

Мое внимание привлекло какое-то пятно, отчетливо выделявшееся на фоне неровных скал в нескольких метрах впереди.

– Так или иначе, мы здесь не затем, чтобы следовать проторенными путями, – добавил я, отталкиваясь ногами и направляясь внутрь прохода. – Посмотрим, куда он ведет.

Мои глаза меня не обманули. А пятно, которое я заметил, явно образовалось не само собой. По камням в этом месте протащили нечто тяжелое и, вероятно, металлическое, содрав с них верхний слой – причем, судя по всему, совсем недавно.

Я посветил фонарем дальше в проход и обнаружил несколько других подобных пятен, одно из которых находилось прямо перед последним сигнальным огнем.

Поймав взгляд Бейты, я показал на пятно, затем на другие, дальше в туннеле. Она нахмурилась, вопросительно подняла брови и постучала по своему ранцу с воздушным генератором и реактивным движителем. Я покачал головой и провел пальцем по пластиковому покрытию, давая понять, что оно слишком упругое для того, чтобы подобным образом оцарапать камень.

– Похоже, сигнальные огни заканчиваются, – сказал я вслух для тех, кто мог нас подслушать и многозначительно пошевелил рукой.

Девушка понимающе кивнула.

– Отчего бы не пройти до конца? – предложила она. – У нас еще много времени.

– Не возражаю. – Показав ей большой палец, я двинулся вперед.

Другие пятна выглядели примерно так же, как и первое. Что интересно, ни одно из них не находилось в особо узких участках туннеля – как будто тащивший тяжесть был достаточно осторожен в сложных местах, но становился чересчур беззаботным там, где идти было легче.

Мы добрались до последнего огня, и я посветил фонарем в туннель. Прямо за сигнальным огнем виднелось еще одно пятно, крупнее остальных, словно под конец носильщики торопились побыстрее оказаться там, где их не будет видно.

Похоже, они спешили настолько, что не просто ударили своей ношей о стену: прямо перед пятном виднелся большой выступ с глубокой выбоиной в том месте, где таинственный предмет, видимо, налетел на камень. Судя по размерам и характеру выбоины, его носовая часть имела сантиметров пятнадцать в поперечнике, была острой и закручивалась под углом спиралью.

В точности как сверло промышленной буровой установки.

Я показал выбоину Бейте. Она озадаченно нахмурилась, но кивнула, когда я махнул рукой вперед. Бросив взгляд через плечо, чтобы убедиться, что никто не следует за нами, я проплыл мимо сигнального огня дальше в туннель.

В метре от выбоины туннель сужался, а затем резко сворачивал влево. Мне пришлось изогнуться в пояснице, чтобы преодолеть поворот, а затем перевернуться, чтобы мои ноги не уперлись в стену. У тащившего бур явно были похожие проблемы, поскольку он оставил еще два следа в тех местах, где его ноша цеплялась за стены. К счастью, вода здесь была спокойной – будь здесь такое же течение, как и снаружи, преодолеть изгиб туннеля было бы практически невозможно.

За поворотом туннель снова выпрямился и расширился. Я подождал, пока Бейта проберется следом за мной, и мы вместе двинулись дальше.

Еще через несколько метров туннель превратился в запутанный лабиринт, соединившись с другими проходами, ответвлявшимися в разные стороны. К счастью, я предусмотрительно захватил тюбик яркой губной помады из нового косметического набора Бейты и на каждом перекрестке, а также во всех сомнительных местах ставил на камнях отметку для обратного пути.