Искренно ваш
Лев Толстой.
26 октября 1903.
Печатается по копировальной книге № 5, лл. 307—308. Опубликовано в переводе на русский язык, с датой «21 октября 1903 г.» в Полном собрании сочинений Л. Н. Толстого под ред. П. И. Бирюкова, XXIII, М. 1913, стр. 73. Дата Толстого нового стиля: в копировальной книге письмо отпечатано среди русских писем от середины октября.
Эдуард Джемс летом 1903 г. ездил в Канаду, пробыл среди духоборов четыре недели и свои впечатления изложил в статье, напечатанной в журнале «Cooperative». Экземпляр журнала прислал Толстому из Вашингтона при письме от 29 сентября н. ст. 1903 г. Журнал в яснополянской библиотеке не сохранился. Толстой перевел помещенную в нем статью Джемса.
См. письмо № 281 и воспоминания И. И. Попова «Л. Н. Толстой и духоборы» — «Международный толстовский альманах», М. 1909, стр. 254—255.
1 Дед Эдуарда Джемса работал вместе с Вильямом Гаррисоном в течение пятидесяти лет.
* 276. П. И. и П. Н. Бирюковым.
1903 г. Октября 20. Я. П.
Пишу вам, милые друзья Паша и Поша, несколько слов только, чтобы познакомить вас с нашим приятелем и доктором Дмитр[ием] Васил[ьевичем] Никитин[ым], который хочет побывать у вас. Он расскажет вам про нас, а будем живы, то и нам про вас.
Л. Толстой.
20 окт. 1903.
277. В. Г. Черткову от 20 октября.
278. И. А. Гриневской.
1903 г. Октября 22. Я. П.
Милостивая государыня
Изабелла Аркадьевна,
Очень рад, что В. В. Стасов передал вам о том хорошем впечатлении, которое произвела на меня ваша книга, за присылку которой приношу вам мою благодарность.
О бабистах я знаю давно и давно интересуюсь их учением.
1 Мне кажется, что это учение, так же как и все рационалистические общественные, религиозные учения, возникающие в последнее время из изуродованных жрецами первобытных учений: браминизма, буддизма, иудаизма, христианства, магометанства, имеют великую будущность именно п[отому], что все эти учения, откинув все те уродливые наслоения, к[оторые] разделяют их, стремятся к тому, чтобы слиться в одну общую религию всего человечества. Поэтому и учение бабидов, в той мере, в кот[орой] оно откинуло старые магометанские суеверия и не установило отделяющих его от других новых суеверий (к несчастию, нечто подобное заметно в изложении учения Баба), и держится своих главных основных [идей] братства, равенства и любви, — имеет великую будущность. В магометанстве происходит в последнее время усиленное духовное движение. Я знаю, что одно такое имеет своим центром французские владения в Африке и имеет свое название (забыл его) и своего пророка.
2 Другое в Индии, в Лагоре и имеет тоже своего пророка и издает свой журнал: «Review of Religions».
3 Оба эти религиозные учения не содержат ничего нового и вместе с тем не полагают своей главной цели в изменении мировоззрения людей и потому и отношений людей между собой, — того, что я вижу в бабизме, не столько в его теории (в учении Баба), сколько в практике жизни, насколько я знаю ее. И потому всей душой сочувствую бабизму, в той мере, в кот[орой] он учит людей братству и равенству людей и жертве плотской жизни для служения богу.
Лев Толстой.
1903
22 окт.
Печатается по копировальной книге № 5, лл. 310—311. Впервые опубликовано в ПТСО, № 146.
Изабелла Аркадьевна Гриневская (р. 1850) — поэтесса, беллетристка, драматическая писательница, автор драматической поэмы «Баб» (1903) и поэмы-трагедин «Беха-Улла» (1912). О Толстом написала басню «Лев и белка» (рукопись), «Гимн Льву Толстому», «Кантата. Великому Льву» (журнал «Родник» 1908, 17).
Гриневская послала Толстому свою поэму «Баб». Узнав от В. В. Стасова о лестном отзыве Толстого о книге (Толстой сообщил его Стасову во время его пребывания в Ясной Поляне), Гриневская вновь писала Толстому 7 октября 1903 г. (почт, шт.) и передала ему просьбу бабидов высказать мнение об их секте.
1 Об отношении Толстого к бабизму см. т. 73, письмо N° 126.
2 Возможно, что Толстой имел в виду магометанскую секту Тиджанийа, основанную в Северной Афрпке Абу-л-Аббас Ахмедом (1737—1815).
3 См. письмо № 163.
* 279. Г. Ершову.
1903 г. Октября 22. Я. П.
Советую вам прежде всего стараться просветить себя в смысле евангельского слова: будьте совершенны, как отец ваш небесный. Решение же вопроса о том, какую избрать профессию, само собою выяснится.
Л. Толстой.
22 окт. 1903.
Открытка.
Ответ на письмо студента Григория Ершова (Екатеринослав) от 11 октября 1903 г., в котором Ершов просил совета в выборе профессии: инженера или учителя.
* 280. Эйльмеру Мооду (Aylmer Maude).
1903 г. Октября 22. Я. П.
Получил ваши письма, дорогой Моод, и очень радуюсь тому, что вы пишете в последнем об улажении дела с переводом сказок, а главное, о восстановлении ваших добрых отношений с Ч[ертковым].
Ваш Л. Толстой.
Лаилиэ
1 я взял из истории Вавилона, к[оторую] читал по-русски.
Печатается по фотокопии с автографа. Датируется по расположению письма в копировальной книге № 5, л. 312.
В письме от 29 октября и. ст. 1903 г. Э. Моод сообщил о согласии В. Г. Черткова на одновременное издание «Трех сказок» Толстого и в переводе Моода и в издательстве Черткова. См. письмо № 271, а также письма к В. Г. Черткову от 6 и 10 октября 1903 г., т. 88.
1 Царь Лаилиэ, царство которого завоевал Асархадон. Сведения о нем Толстой взял из книги 3. А. Рагозиной «История Ассирии», стр. 378 (см. письмо № 209).
* 281. А. Я. Острогорскому.
1903 г. Октября 22. Я. П.
Александр Яковлевич,
Прошу вас, если найдете удобным и возможным, поместить в вашем журнале прилагаемый мой перевод весьма интересной и важной статьи Джемса.
Желаю вам успеха в этом деле и всего лучшего.
Лев Толстой.
1903. 22 окт.
Печатается по копировальной книге № 5, л. 309.
О статье Эдуарда Джемса см. письмо № 275. Публикация перевода Толстого в журнале «Образование» была запрещена цензурой, о чем уведомил Толстого П. А. Буланже. Где находится оригинал перевода, не установлено.
* 282. Полю Фонтену (Paul Fontaine).
1903 г. Октября 22. Я. П.
Cher ami,
Votre lettre m’a fait grand plaisir en me donnant de vos nouvelles. C’est une grande joie pour moi de savoir que vous êtes dans les mêmes dispositions de vie spirituelle et religieuse dans lesquelles je vous ai vu. Je crois que votre idée que I\'amour est le principe fondamental de toutes les lois de la vie est parfaitement juste, mais pour ce qui est du miracle, je crois qu’il est parfaitement inutile de discuter la possibilité d’une chose dont nous n’avons jamais eu l’experience et qui nous est tout à fait inutile.
Adieu.
Votre ami Léon Tolstoy.
Дорогой друг,
Ваше письмо, принесшее новые известия о вас, доставило мне большое удовольствие. Для меня большая радость знать, что вы находитесь в том же духовном и религиозном состоянии, в каком я вас видел. Думаю, что ваша мысль о том, что любовь есть основной принцип всех законов жизни, совершенно верна; что же касается чудес, то я думаю, что совершенно излишне обсуждать возможность того, что мы никогда не испытывали и что для нас совершенно бесполезно.
Прощайте.
Ваш друг Лев Толстой.
Печатается по копировальной книге № 5, лл. 314—315. Датируется по отметке на письме П. Фонтена.
О Поле Фонтене см. т. 72, стр. 276.
Ответ на письмо П. Фонтена от 18 сентября н. ст. 1903 г.
* 283. П. М. Дас Шарма (Р. М. Dass Sharma).
1903 г. Октября 22/ноября 4. Я. П.
Dear Sir,
1) I am not a Christian in the accepted meaning of the word.
2) I belong to no church.
3) I don’t believe in the divinity of Christ and in all the miracles which are attributed to him.
My ideas about religion can be found in my books, «My religion» and especially in «Christian Teaching».
Leo Tolstoy.
3 Nov. 1903.
Милостивый государь,
1) Я не христианин в общепринятом смысле этого слова.
2) Я не принадлежу ни к какой церкви.
3) Я не верю в божественность Христа и во все чудеса, которые ему приписывают.
Мои мысли о религии можно найти в моих книгах «В чем моя вера?» и в особенности в «Христианском учении».
Лев Толстой.
3 ноя[бря] 1903.
Печатается по копировальной книге № 5, л. 312. Опубликовано в переводе на немецкий язык в книге П. И. Бирюкова «Tolstoi und der Orient», стр. 30. Дата Толстого нового стиля, но ошибочна. Датируется по отметке на письме Дас Шарма и по расположению письма Толстого в копировальной книге.
Ответ па письмо П. М. Дас Шарма от 25 сентября н. ст. 1903 г. из Индии. В связи с предстоявшим в его городе религиозным диспутом Дас Шарма задал Толстому несколько вопросов (письмо Дас Шарма в переводе с английского на немецкий язык опубликовано в указанной выше книге Бирюкова, стр. 29—30).
* 284. П. В. Веригину.
1903 о. Октября 24/ноября 6. Я. П.
Дорогой Петр Васильевич,
Ко мне вчера приехал выпущенный из Якутской области старичок Алексей Александрович Фофанов. Как вы знаете, он, Новокшонов и Щербаков приехали на Кавказ
1 и готовились уехать в Канаду, чтобы соединиться с своими семьями. Но кроме того, что им не дали заграничных паспортов, с ними случилось несчастье, о котором вам пишет сам Фофанов: у них украли все их деньги, так что они лишены теперь всякой возможности добраться до Канады. Я ходатайствую о том, чтобы им выдали заграничные паспорта, и надеюсь успеть в этом. Но во всяком случае им необходимы, вследствие их несчастья, деньги. Если община захочет дать эти деньги и в том размере, который бы был достаточен для их жизни и переезда, то вышлите эти деньги на мое имя или для выгоды времени телеграммой известите меня, сколько вы их высылаете, и я уже позабочусь о том, чтобы доставить эти деньги старичкам.
2
Очень рад был получить известие, что жизнь ваша и ваших и наших братьев сложилась и складывается всё лучше и лучше, всё ближе и ближе к заветам Христа.
Пишу вам не своей рукой, потому что чувствую себя нынче не совсем хорошо. Здоровье же мое вообще таково, каким оно должно быть в человеке, быстро приближающемся к перемене формы жизни. Буду рад, если напишете мне. Прощайте, братски приветствую.
Любящий вас Лев Толстой.
6 ноября 1903.
Печатается по копировальной книге № 5, лл. 320—321. Подлинник написан и датирован рукой Ю. И. Игумновой, подпись собственноручная. Впервые опубликовано в Полном собрании сочинений Л. Н. Толе,того под ред. П. И. Бирюкова, XXIII, М. 1913, стр. 76—77. Дата Толстого нового стиля; в копировальной книге письмо отпечатано среди русских писем от 24 октября.
1 Духоборы Осип Федорович Новокшонов, уроженец Елисаветпольской губ., Алексей Александрович Фофанов и Василий Щербаков, уроженцы Карской области, по окончании срока ссылки вернулись из Якутской области на Кавказ.
2 В ответном письме от 1 декабря н. сл. 1903 г. Веригин сообщил, что высылает двести долларов.
* 285. А. П. Кузнецову.
1903 г. Октября 24. Я. П.
Тула, Ясная Поляна.
Уважаемый Александр Петрович,
Невинно сосланный крестьянин Агеев, о котором я утруждал вас (за что прошу меня извинить),
1 теперь уже прибыл в Ачинск и, как пишет, 20-го или раньше ноября будет в Красноярске.
Позвольте вас еще утрудить просьбой передать Агееву прилагаемые при сем деньги.
С искренним уважением и благодарностью остаюсь
готовый к услугам
Лев Толстой.
24 окт. 1903.
Печатается по копировальной книге № 5, л. 315.
1 См. письмо № 236.
* 286. Эйльмеру Мооду (Aylmer Maude).
1903 г. Октября 24. Я. П.
Дорогой Моод,
Вчера
1 писал вам, изъявляя свою радость о ваших восстановившихся или восстанавливающихся отношениях с Чертковым].
Слишком странно, чтобы не только люди, исповедующие христианское учение, но просто люди, могли предпочитать разделение согласию.
Пишу теперь о тех суммах, кот[орые] вы желаете употребить па помощь людям и кот[орые] вы назвали духооборческим фондом. У меня уже был один духобор, отпущенный из Якутска и желавший присоединиться к своей семье в Канаде и нуждавшийся для этого в средствах. В настоящую минуту у меня сидит приехавший с Кавказа старик 70 лет, Фофанов, тоже отпущенный из Якутской области и желающий присоединиться к своим сыновьям, дочерям и внукам, к[оторые] все в Канаде. Но он так же, как и два его товарища, находящиеся в тех же условиях, как и он (их семьи в Канаде), не могут этого сделать, п[отому] ч[то] им не дают заграничных паспортов и у них нет нужных денег.
Я надеюсь выхлопотать им выдачу паспортов, но переезд во всяком случае будет стоить дорого, и потому хорошо бы было помочь им хотя заимообразно из тех денег, котор[ые] вы назначили на помощь духооборам.
2
О подробностях напишу вам другой раз.
Прощайте.
Лев Толстой.
24 окт. 1903.
Печатается по фотокопии с автографа.
1 Очевидно, не вчера, а позавчера, 22 октября. См. письмо № 280.
2 Моод прислал в распоряжение Толстого пятьсот рублей. См. письмо № 307.
287. Вел. кн. Николаю Михайловичу.
1903 г. Октября 24. Я. П.
Тула,
Ясная Поляна.
Дорогой Николай Михайлович,
Простите, пожалуйста, за то, что до сих пор не поблагодарил вас за книги
1 и любезную память. В особенности же мне жаль, что не выразил вам до сих пор моего сочувствия по случаю болезни вашего батюшки и моих искренних пожеланий его выздоровлению.
Как мне ни совестно после этого обращаться к вам с просьбою, я все-таки делаю это, так как чувствую в этом свою обязанность и почти уверен, что вы захотите помочь тем людям, о которых прошу. Люди эти три духобора: Осип Новокшонов 50 лет (4 женатых сына его в Канаде), Василий Щербаков, 65 лет (2 сына женатых в Канаде) и Алексей Фофанов 70 лет (3 сына и 2 дочери, внуки и правнуки в Канаде).
Старики эти, как особенно вредные по своему влиянию люди, были сосланы в Якутскую область. Теперь, отбыв срок, они вернулись на Кавказ, и, естественно, желают одного: присоединиться к своим в Канаду. Но, удивительное дело, людей, которые здесь, в России и на Кавказе, могут быть только вредны и ни на что не могут быть нужны, не выпускают за границу — не дают им паспортов. Не можете ли вы повлиять на тех, от кого это зависит, чтобы этим людям дали заграничные паспорта. Это всё, о чем они просят и о чем я позволяю себе просить вас.
Пожалуйста, простите меня, если мое обращение к вам неприятно, и посмотрите на него comme non avenu.
2 Если же, на что я, судя о вас по тому, что знаю, надеюсь, что вы поможете этим людям, то будьте так добры приказать уведомить меня об этом.
От души желаю вам всего хорошего.
Любящий вас Лев Толстой.
24 окт. 1903.
Впервые опубликовано в «Литературном наследстве», № 37-38, М. 1939, стр. 315.
1 Николай Михайлович прислал свое издание: «Граф Павел Александрович Строганов (1774—1817). Историческое исследование эпохи императора Александра I», тт. 1 и 2, СПб. 1903. В письме от 18 марта он просил особое внимание обратить на 2-й том. См. письма №№ 111 и 310.
2 [как будто его не было.]
288. В. В. Стасову.
1903 г. Октября 27. Я. П.
В. В. Стасову.
Простите, простите, простите, Влад[имир] Вас[ильевич], что не исполнил обещания.
1
Книги всё еще держу и совещусь, что так много. Шекспировские надеюсь на днях возвратить с велик[ой] благодарностью.
Я много таковых получил от Стороженко.
2 За Кершау тоже простите меня,
3 я вижу, что он chevalier d’industrie,
4 и он не стоит ваших забот.
Мы живем по-старому, т. е. со всячинкой.
Надеюсь, до свиданья.
Лев Толстой.
27 окт. 1903.
Впервые опубликовано в ТС, № 200.
Ответ на письмо В. В. Стасова от 15 октября 1903 г.
1 Речь идет об отказе Толстого от кинематографической съемки и от записи голоса в фонограф.
Голос Толстого был записан на граммофонную пластинку лишь в 1909 г. Первая кинематографическая съемка с него была произведена в 1910 г.
2 С просьбой о книгах Толстой обратился к Н. И. Стороженко через П. А. Буланже. Стороженко был библиотекарем Румянцевского музея в Москве (ныне Библиотека им. В. И. Ленина) и специалистом по Шекспиру. Среди других книг Стороженко прислал Толстому книгу: Dr. Roderich Benedix, «Die Shakespearomanie», Stuttgart (Д-р Родерик Бенедикс, «Шекспиромания», Штутгарт), 1873.
3 В. В. Стасов писал, что, по мнению знатоков Индии, профессоров С. Ф. Ольденбурга и Ф. И. Щербацкого, Нарайян Кершау (см. письма №№ 205 и 206) «слишком легонький, ненадежный человек, и лекция его может быть только фельетонная».
4 [аферист,]
Барбара Хэмбли
* 289. М. А. Таубе.
Драконья погибель
1903 г. Октября 27. Я. П.
Глава 1
М. Таубе.
Бандиты часто подстерегали путников в развалинах на распутье, и Дженни Уэйнест чувствовала уже, что сегодняшним утром они там засели втроем.
Тула. Ясная Поляна.
Сказала ли ей об этом ее магия, или же просто сработало чутье на опасность, присущее любому, кто сумел дожить до зрелых лет в Уинтерлэнде, но только Дженни натянула поводья – как раз у самых руин крепостной стены. Здесь, под густыми деревьями, она была укрыта вдвойне – осенним туманом и сумраком раннего утра. Машинально она отметила, что лошадиный помет на глинистой дороге еще не тронут изморозью, окаймлявшей палую листву, отметила также тишину в развалинах: не было слышно шороха кроличьих лапок в желтизне ракитника, обрызгавшей склон холма, на котором стояла когда-то церковь Двенадцати Богов, столь почитаемых прежними королями. Дженни показалось даже, что она чует дым костра, укрытого в развалинах придорожной гостиницы. Будь это добрые люди, они бы двинулись туда напрямик и оставили бы след в россыпи росы, покрывающей заросли сорняков. Белая кобыла по кличке Лунная Лошадка дернула ушами, почувствовав близость других лошадей, и Дженни, оглаживая косматую гриву, шепотом успокоила животное.
Простите, пожалуйста, за то, что обращаюсь к вам без имени и отчества. Я получил вашу статью
1 и очень благодарен вам за нее. Я бы очень желал написать к ней несколько слов в виде предисловия, но боюсь, что такое предисловие помешает ей пройти в цензуре. Это решат издатели Посредника, кот[орым] я отдал статью для просмотра. Сам же не успел еще прочесть ее. Думаю, что если содержание статьи осталось то же, а форма, и в прежней статье очень хорошая, еще улучшена теми переработками, о кот[орых] вы пишете, то статья должна быть превосходна.
Под прикрытием теней и тумана она притаилась, как куропатка, слившаяся с коричневатыми тонами леса. Дженни и впрямь слегка напоминала куропатку: маленькая, неприметная в блеклых северных пледах, худощавая, но крепко сбитая, жесткая, как вересковый корень. В сосредоточенном молчании она вплела заклинание в струю тумана и направила ее вдоль дороги – к безымянным руинам.
На днях мне привезут ее, и тогда я, если издатели посоветуют, внимательно прочтя ее, постараюсь написать предисловие.
Она умела это делать еще ребенком, еще до того, как старый бродяга-колдун Каэрдин указал ей пути власти. За тридцать семь лет, прожитых в Уинтерлэнде, она хорошо научилась распознавать запах опасности. Запоздавшие с перелетом черные дрозды, проснувшиеся в коричневом плетении плюща, наполовину скрывавшего полуразвалившуюся стену гостиницы, тоже вели себя тихо. А момент спустя Дженни почуяла запах коней и смрад грязных мужских тел.
Примите уверения моего уважения и благодарности.
Один из бандитов наверняка скрывался в обрубке башни, господствовавшей когда-то над южной и западной дорогами, – части укреплений разрушенного города, оставшейся от тех времен, когда королевские законы еще способны были что-либо защитить… Бандиты всегда прятались именно там. Второй, надо полагать, засел за стеной старой гостиницы. А вскоре Дженни почувствовала и третьего: этот наблюдал за распутьем из желтой чащи сыплющего семенами тамариска. Она уже чувствовала зловоние их душ: застарелую алчность и нежные, как костная гниль, воспоминания о каком-то давнем то ли насилии, то ли убийстве… Все это давало им минутное ощущение полноты жизни, заключавшейся в том, чтобы причинять и терпеть боль. Прожив всю жизнь в Уинтерлэнде, Дженни знала, что эти мужчины едва ли могли стать иными, и нужно было отбросить как ненависть, так и жалость и попробовать сплести подходящее заклинание.
Лев Толстой.
Она сосредоточилась и принялась нашептывать им сонливую усталость мужчин, слишком долго простоявших в дозоре. А на тот случай, если она в чем-нибудь ошибется… Дженни высвободила на треть из чехла свою алебарду, перепоясала потуже куртку из оленьей кожи и тихонько толкнула Лунную Лошадку вперед, к руинам.
27 окт. 1903.
Того бандита, что притаился в башне, она так и не увидела вообще. Позади разрушенной стены, заслоненные коричневато-красной листвой боярышника, переминались две стреноженные лошади – их дыхание клубилось белыми султанами в утреннем воздухе. А мгновением позже Дженни увидела второго – рослого мужчину в грязной и старой кожаной одежде, присевшего на корточки за обломком стены. Сначала он наблюдал за дорогой, потом вздрогнул, выругался и принялся с остервенением скрести в паху – раздраженно, но без особого удивления. Дженни он не увидел – призраком она скользнула мимо. Третий бандит, восседающий на костлявой черной лошади между проваленным углом гостиницы и рощицей оборванных берез, просто уставился в пространство, пребывая в наведенной на него дреме.
Она почти уже миновала его, когда мальчишеский голос отчаянно прокричал со стороны южной дороги: БЕРЕГИСЬ!
Печатается по копировальной книге № 5, л. 327.
Дженни выхватила алебарду из чехла, и бандит, вздрогнув, очнулся. Он увидел ее и проревел проклятие. Краем уха Дженни слышала приближающийся топот копыт.
Михаил Александрович Таубе (р. 1869) — доктор международного права, профессор Петербургского университета, в 1911—1915 гг. товарищ министра народного просвещения, с 1915 г. сенатор. Автор труда: «История зарождения современного международного права (средние века)», т. I, СПб. 1894; т. II, Харьков, 1899; т. III, СПб. 1902. Первый и третий томы имеются в яснополянской библиотеке. Первый не разрезан, в третьем сделаны Толстым пометки на стр. 30—35 и 39.
«Еще один путник,– с мрачным раздражением подумала она.– Как вовремя!..»
Бандит устремился к ней, но Дженни еще успела бросить взгляд на слякотную, тонущую в тумане дорогу, по которой (к ней на выручку, надо полагать) скакал во весь опор какой-то юноша.
1 При личном свидании с Ф. И. Масловым Толстой высказал пожелание, чтобы опубликованная в 1902 г. первая глава третьей части книги Таубе («Международный строй средневековой Европы во время мира. Христианство и организация международного мира») была переработана для более широкого круга читателей. При письме от 10 октября 1903 г. Таубе прислал Толстому рукопись переработанной главы.
Бандит, вооруженный коротким мечом, ударил плашмя, стараясь не слишком искалечить жертву и сберечь для предстоящего изнасилования. Дженни отбила удар как можно выше и тут же послала длинное лезвие на шесте в образовавшуюся брешь. Ноги впились клещами в бока Лунной Лошадки, иначе бы Дженни вылетела из седла, когда оружие вонзилось мужчине в живот. Доспех был из толстой кожи, но металла под ним не оказалось. Дженни выдернула окровавленное лезвие, а воющий бандит, сложившись пополам, все еще пытался ухватиться за древко. Оба коня танцевали и кружили, одурманенные запахом горячей брызжущей крови. Бандит еще валился на грязную, изрытую копытами дорогу, а Дженни уже развернула коня и поспешила на выручку своему нечаянному избавителю, вовлеченному в нелепую и отчаянную битву со вторым бандитом – тем, что раньше прятался за руинами крепостной стены.
Толстой предисловия не написал. Книга была издана «Посредником». См. письмо № 346.
Ее рыцаря подвел длинный плащ алого бархата, ухитрившийся запутаться в корзинообразном плетении рукоятки украшенного драгоценными камнями меча. Лошадь юноши была несомненно лучше тренирована и привычна к битвам, чем он сам: маневры мощного гнедого мерина были единственной причиной того, что владелец его еще жив. Бандит, вскочивший на лошадь сразу же после предостерегающего оклика, гнал благородного противника назад – в чащу орешника, разросшегося среди опрокинутых камней гостиничной стены. Прежде чем Дженни, пришпорив Лунную Лошадку, кинулась в драку, волочащийся плащ юноши зацепился за низкие ветви и после очередного рывка коня бесчестно выдернул своего владельца из седла.
* 290. Л. Л. Толстому.
Использовав правую руку как точку опоры, Дженни нанесла дальний рубящий удар по вооруженной мечом руке бандита. Мужчина развернул коня, и она увидела поросячьи глазки, глубоко упрятанные под козырек грязного железного шлема. Сзади все еще слышались стоны раненого разбойника. Нынешний противник Дженни мог явно составить ему компанию, поэтому, уклонившись от первого выпада, он хлестнул по морде Лунную Лошадку, заставив кобылу отпрянуть, и, пришпорив своего коня, припустился вверх по дороге, не желая ни связываться с оружием, превосходящим по длине его собственное, ни хотя бы помочь тому, кто все-таки имел глупость связаться.
1903 г. Октября 27. Я. П.
Последовал короткий треск в зарослях вереска, и третий бандит (тот, что укрывался в руинах башни) канул в туман. Затем наступила тишина, нарушаемая хриплыми стонами умирающего.
Дженни легко спрыгнула с седла. Ее юный избавитель все еще бился в сплетении кустов, как хорек в ловушке, полузадушенный драгоценной перевязью плаща. Дженни осторожно зацепила крюком на тыльной стороне лезвия алебарды рукоятку меча и вывернула ее одним движением из слабых пальцев, после чего шагнула поближе – откинуть залепивший лицо бархат. Юноша судорожно ударил воздух, как человек, отгоняющий осу, и уставился на Дженни большими и серыми близорукими глазами.
После продолжительного изумленного молчания он прочистил горло и отстегнул золотую, украшенную рубинами цепь, с помощью которой плащ застегивался под подбородком.
Получил, милый Лева, твое письмо и ты, верно, сам знаешь, как оно мне было более, чем приятно. Очень радостно сближение духовное с чужим человеком, а тем более радостно с своим близким, кот[орого] по привычной слабости мы привыкли считать более близким, чем другие люди. Мне радостно то, что я вижу теперь тебя всего. Нет в душе твоей уголка, кот[орого] бы я не видел или хотя бы не мог видеть. И это понятно, п[отому] ч[то] в твоей душе горит тот истинный свет, к[оторый] освещает жизнь людей. Помогай тебе бог беречь и разжигать его. Вижу теперь ясно твои слабости, и они не раздражают, как прежде, даже не огорчают, а трогают. Мне жалко тебя за них, п[отому] ч[то] знаю, что ты борешься с ними и страдаешь от них. Не скучай, не тяготись, милый, своим положением. Прекрасное народное определение всякого несчастия (мирского) божиим посещением. Так и тебя бог посетил болезнью Доры.
1 Прими это посещение, если не можешь с благодарностью, то, по крайней мере, с покорностью и уважением.
– Э… Спасибо, миледи,– выговорил он каким-то извилистым голосом и поднялся на ноги.
Дженни давно уже привыкла к тому, что люди, как правило, превосходят ее ростом, но не настолько же!
Как она, бедная, милая, перенесла переезд?
2 Как дети? Как вы устроились? Как подействовала на вас новая красота? Старайся не слишком восторгаться, а сдерживайся pour faire durer le plaisir.
3
– Я… гм…– Кожа у него была нежнейшая, а белокурые волосы, несмотря на молодость, уже начинали заметно редеть на макушке. Спасителю было не более восемнадцати, и его естественная неуклюжесть удесятерена была трудностью задачи – поблагодарить спасаемую им даму за спасение его жизни.
– Примите мою глубочайшую признательность,– сказал он наконец и с немыслимой грацией изобразил умирающего лебедя – придворный поклон, не виданный в Уинтерлэнде с тех самых пор, как последние аристократы покинули эти земли с арьергардом уходящей королевской армии.
У нас всё хорошо. Мама относительно здорова. Мы все живем дружно. У нас живут Сухотины, что очень приятно. Саша всё так же удовлетворяет меня в духовном отношении, но, к сожалению, очень много оставляет желать в физическом. Постараемся ее настроить на воздержание и хороший режим. Григ[орий] Моис[еевич]
4 очень содействует этому. Брату, С[ергею] Н[иколаевичу], говорят, немного лучше. Маша тоже, по слухам, хороша. Я всё собираюсь к ним, но не могу напасть на соединение трех вещей: хорошего состояния здоровья, погоды и дороги.
5 Я всё занят Шекс[пиром], и совестно и досадно мне, а не могу отстать.
– Я – Гарет из рода Маглошелдонов. Странствую в этих землях и спешу принести нижайшие уверения…
Про братьев своих, верно, знаешь: Сер[ежа] ездил в свое ковенск[ое] имение, чтоб кончить дела.
6 Не знаю, чем кончил. Он в Москве. Илья получил место в 4 000 в страх[овом] обществе
7 и, как мама рассказывала, очень мрачен, серьезно смотрит на жизнь. Хорошо бы, если б он поставил в душе и решил вопрос жизни. Андр[юша] и Миша суетятся, Миша радостно, а Андр[юша] мрачно. Прощай, целую тебя, Дору и милых детей.
Дженни качнула головой и подняла руку, прерывая его.
Л. Т.
– Подожди,– сказала она и, повернувшись, пошла прочь.
Сбитый с толку юноша последовал за ней.
27 окт. 1903.
Умирающий разбойник все еще шевелился в глинистом месиве дороги. Кровь скапливалась в выбитых пятками ямках, внутренности вывалились, вонь была ужасающей. Мужчина слабо стонал. В матовой бледности туманного утра кровь казалась поразительно светлой.
Дженни вздохнула, почувствовав разом холод, усталость и омерзение, глядя на дело своих рук. Она опустилась на колени перед умирающим, снова собирая вокруг себя тишину магии. Она слышала, как приближается Гарет – его башмаки хрустели мокрыми от росы сорняками в торопливом ритме, ломающемся, когда он спотыкался о меч. Устало шевельнулось раздражение – именно из-за Гарета ей пришлось это сделать. Не закричи он – Дженни и эта бедная злобная умирающая тварь разошлись бы каждый своей дорогой…
…И он бы наверняка убил Гарета чуть позже. И других путников в придачу.
Отрывок впервые опубликован в книге В. А. Жданова «Любовь в жизни Льва Толстого», 2, стр. 180.
Она давно уже прекратила попытки отделить доброе от злого, свершившееся от возможного. Существовало множество вещей, о которых она перестала думать хотя бы для того, чтобы не лгать себе самой. Однако неприятное чувство возникло снова, стоило ей положить руку на грязный липкий висок умирающего и, начертав надлежащие руны, прошептать заклинания смерти. Самоосквернение и привкус желчи во рту…
– Ты…– испуганно шепнул сзади Гарет.– Он… он мертв?
Ответ на письмо Л. Л. Толстого от 9—10 октября 1903 г.
Дженни поднялась, отряхивая кровавую грязь с юбки.
– Я не могла оставить его ласкам и лисам,– ответила она и пошла прочь. Уже слышно было маленьких пожирателей падали, собиравшихся вдоль обочины на запах крови и ждущих нетерпеливо, когда убийца покинет свою жертву. Ответ прозвучал резко – Дженни всегда ненавидела заклинания смерти. Выросши в землях, где нет законов, она впервые убила человека, когда ей было четырнадцать. С тех пор число убитых ею достигло шести,– не считая умирающих, которых она избавляла от жизни как целительница и повивальная бабка – единственная от Серых гор до моря. Но легче от этого не было.
Она хотела как можно быстрее покинуть это место, но юноша Гарет, пошатнувшись, схватил ее за руку, переводя взгляд с нее на убитого и обратно в каком-то странном очаровании отвращения. «Никогда не видел мертвых,– подумала она.– По крайней мере – в таком неприкрашенном виде». Горохово-зеленый бархат его испятнанного грязью камзола, золотые застежки на башмаках, вышивка на кружевной батистовой рубашке и, наконец, искусно уложенные волосы, кончики которых были окрашены в зеленый цвет, выдавали в нем придворного. Все, включая смерть, требовало соблюдения приличий там, откуда он пришел.
– Ты… ты – ведьма?– Он сглотнул.
1 В подлиннике: Дору. [О болезни Д. Ф. Толстой см. письмо № 1.]
Уголок ее рта слегка шевельнулся.
– Так оно и есть,– сказала она.
2 Переезд за границу.
Он отшагнул от нее в страхе, затем споткнулся, ухватился за ближайшее деревце, и Дженни заметила среди декоративных разрезов камзола безобразную дыру, сквозь которую виднелась рубашка – темная и мокрая.
– Со мной все в порядке.– слабо запротестовал он, когда Дженни двинулась поддержать его.– Мне только нужно…
Он сделал неуклюжую попытку освободиться от ее руки, его серые близорукие глаза выискивали что-то в наносах палой листвы на обочине.
3 [чтобы продлить удовольствие.]
– Для начала тебе нужно присесть.– Она отвела его к сломанному пограничному камню, заставила сесть и расстегнула бриллиантовые застежки, скрепляющие рукав камзола. Рана была неглубокая, но кровоточила сильно. Дженни развязала кожаный ремешок, перехватывающий ее черные волосы, и стянула им руку выше раны. Гарет вздрогнул, резко выдохнул и, пока Дженни отрывала полоску на бинт от своей сорочки, попробовал освободиться от перетяжки, так что пришлось шлепнуть его по пальцам, как маленького. Момент спустя он все-таки попытался встать.
– Я должен найти…
4 Григорий Моисеевич Беркенгейм, врач.
– Я найду их,– сказала Дженни, уже догадываясь, что он собирается искать.
5 См. прим. 1 к письму № 270.
Она закончила бинтовать руку и направилась к зарослям орешника, где Гарет недавно боролся с бандитом. Холодный дневной свет колюче сверкнул, отразившись от кусочка стекла в палой листве. Подобранные Дженни очки были погнуты, утратили форму, одна из линз украшена звездообразным узором трещин. Стряхнув со стекол грязь и влагу, она отнесла очки Гарету.
– А вот теперь,– сказала она, когда Гарет водрузил их на место трясущимися от слабости и пережитого руками,– тебе нужно, чтобы за рукой твоей кто-нибудь приглядывал. Я могу взять тебя…
6 С. Л. Толстой предполагал продать свое имение в Ковенской губ. (продано было двумя годами позднее).