Как много людей ведет себя, подобно Самсону! Как часто между нечестивыми и верующими заключаются браки только потому, что страсть управляет людьми в выборе мужа или жены! В таких случаях ни будущий муж, ни жена не спрашивают совета у Бога и не думают о Его славе. Христианство должно оказывать влияние на создание брачных уз, но как часто случается, что мотивы, ведущие к возникновению брачного союза, не согласуются с христианскими принципами. Сатана постоянно стремится усилить свое влияние на народ Божий, соблазняя вступать в союз с принадлежащими ему людьми, и чтобы достигнуть своей цели, он пытается возбудить в сердце человека греховные страсти. Но Господь в Своем Слове ясно наставляет Свой народ не соединяться с теми, в ком нет Его любви. «Какое согласие между Христом и Велиаром? Или какое соучастие верного с неверным? Какая совместность храма Божия с идолами?» (2 Кор. 6:15, 16).

На брачном пиру Самсон близко сошелся с теми, кто ненавидел Бога Израилева. Кто добровольно заводит знакомство с такими людьми, тот вынужден до некоторой степени приспосабливаться к их привычкам и вкусам. Время, проведенное подобным образом, хуже потерянного. Приходят такие мысли, произносятся такие слова, которые могут поколебать принципы и ослабить крепость души.

Женщина, ради обладания которой Самсон нарушил повеление Божье, предала своего мужа уже на свадебном пиру. Негодуя на ее вероломство, Самсон оставил ее на некоторое время и один ушел домой, в Цору. Позже, смягчившись, он вернулся к своей невесте, но нашел ее женою другого. Его месть, выразившаяся в том, что он сжег все поля и виноградники филистимлян, спровоцировала их убить ее, несмотря на то, что именно их угрозы заставили ее поступить нечестно, с чего все и началось. Еще перед этим Самсон проявил свою удивительную силу, когда голыми руками убил молодого льва и тридцать мужчин из Аскалона. Теперь, обуреваемый гневом уже из-за зверского убийства своей жены, он напал на филистимлян и поразил их «поражением великим». Затем, стремясь укрыться от врагов, он. ушел «в ущелье скалы Етама», принадлежащей колену Иуды.

Многочисленные враги преследовали Самсона, когда он бежал в ущелье, и жители Иудеи, охваченные тревогой, самым бесчестным образом согласились выдать Самсона в руки неприятеля. Итак, три тысячи человек из колена Иудина пошли к нему. Но даже при таком неравенстве сил они не осмелились бы приблизиться к нему, если бы не были уверены, что он не сделает зла своим соотечественникам. Самсон позволил себя связать и отдать филистимлянам, но прежде взял обещание с иудеев, что сами они не будут нападать на него и не вынудят его к кровавой схватке с ними. Его связали двумя новыми веревками и под ликующие крики отвели в стан врагов. Но в то время, когда радостные возгласы эхом разносились по холмам, «сошел на него Дух Господень». Самсон разорвал в клочки крепкие новые веревки, словно они перегорели в огне, схватил первое попавшееся под руку оружие и, хоть оно и было всего-навсего ослиной челюстью, орудовал им лучше, нежели мечом или копьем, и сражался с филистимлянами, пока наконец они не обратились в бегство, оставив на поле боя тысячу убитых.

Если бы израильтяне воспользовались этой победой и объединились с Самсоном, они могли бы уже тогда освободиться от власти притеснителя, но они оробели и струсили. Они пренебрегли обязанностью, которую Бог поручил им исполнить, – изгнать язычников, но, наоборот, восприняли их низкие культы, сносили их жестокость и даже поддерживали их несправедливость, если только это не задевало их самих. Сдавшись без борьбы, они сами обрекли себя на падение, которого могли бы избежать, если бы повиновались Богу. Даже тогда, когда Он посылал им освободителя, они часто оставляли Его и объединялись со своими врагами.

После этой победы израильтяне сделали Самсона своим судьей, и он в течение двадцати лет управлял Израилем. Но один неверный шаг влечет за собой другой. Самсон нарушил волю Божью, взяв в жены филистимлянку, а теперь – в угоду новой незаконной страсти – опять отважился появиться среди врагов, теперь уже смертельных. Полагаясь на свою великую силу, приводившую филистимлян в такой ужас, он смело отправился в Газу к местной блуднице. Жители города узнали о его присутствии, и жажда мести завладела ими. Их враг находился теперь среди мощных стен одного из самых укрепленных городов, и, уверенные в успехе, они ожидали только утра, чтобы насладиться своей победой. Но в полночь Самсон проснулся. При воспоминании о том, что он нарушил обет назорейства, им овладели мучительные угрызения совести. Несмотря на этот грех, милость Божья его не оставила. Его чудовищная сила снова спасла его. Придя к городским воротам, он сорвал их с места и вместе со столбами и запорами взвалил себе на плечи и отнес на вершину горы по пути к Хеврону.

Однако даже этот случай, когда он с трудом избежал опасности, не образумил Самсона. Он не осмеливался больше идти к филистимлянам, но продолжал искать чувственных наслаждений, которые вели его к гибели. Он полюбил одну женщину, жившую в долине Сорек, недалеко от места его рождения. Ее имя было Далида, «истребительница». Долина Сорек, славившаяся своими виноградниками, также послужила искушением для колеблющегося назорея, который уже однажды тешил себя вином и порвал таким образом еще одну нить, связывавшую его с чистотой и Богом. Филистимляне внимательно следили за всеми движениями своего врага и, узнав о его новом увлечении, решили с помощью Далиды погубить исполина.

В долину Сорек была послана группа людей, состоявшая из видных представителей от каждой филистимской провинции. Они не решались схватить Самсона, помня о его невероятной силе, но намеревались, если удастся, узнать тайну его мощи. Поэтому они подкупили Далиду, чтобы она выведала у него и открыла им этот секрет.

Когда предательница засыпала Самсона вопросами, он обманул ее, сказав, что, если определенным образом связать его, он будет таким же, как и все люди. Когда же она так сделала, то обман обнаружился. Тогда она обвинила его во лжи, говоря: «Как же ты говоришь: «люблю тебя», а сердце твое не со мною? вот, ты трижды обманул меня, и не сказал мне, в чем великая сила твоя». Трижды Самсон имел возможность убедиться в том, что его возлюбленная состоит в заговоре с филистимлянами и хочет погубить его, но когда ее планы рушились, она все превращала в шутку, и он слепо гнал от себя всякий страх.

Так день изо дня Далида мучила его расспросами, и «душе его тяжело стало до смерти». Но какая-то неизъяснимая сила все больше влекла его к ней. Наконец побежденный Самсон открыл ей тайну: «Бритва не касалась головы моей, ибо я назорей Божий от чрева матери моей. Если же остричь меня, то отступит от меня сила моя; я сделаюсь слаб, и буду, как прочие люди». Далида немедленно отослала нарочного к филистимским князьям, чтобы они тотчас пришли к ней. Когда мужественный воин уснул, тяжелые пряди его волос были срезаны, затем, как и первые три раза, Далида закричала: «Филистимляне идут на тебя, Самсон!» Внезапно разбуженный, он вскочил и, как и раньше, попытался напрячься и уничтожить врагов, но бессильные руки отказывались повиноваться, и он понял, что «Господь отступил от него». Когда он был обрит, Далида стала дразнить его и причинять боль, чтобы убедиться, действительно ли сила покинула его, ибо филистимляне не осмеливались приблизиться к нему, не уверенные, что он действительно обессилел. Затем они схватили его, выкололи ему глаза и привезли в Газу. Там в тюрьме его заковали в цепи и заставили тяжко трудиться.

Какая перемена наступила для того, кто был судьей и защитником Израиля, а теперь превратился в слабого, слепого невольника, выполняющего черную работу раба! Шаг за шагом он нарушал условия своего святого призвания. Бог долгое время терпел все это, но когда Самсон настолько отдался силе греха, что выдал свою тайну. Господь отступил от него. В его длинных волосах не было никакой силы, но они были символом его верности Богу, и когда этот символ оказался принесен в жертву страсти, он утратил благословения, которые символизировали волосы.

Страдающий и униженный, служа забавой для филистимлян, Самсон, впервые в жизни, осознал всю глубину своего бессилия, и скорбь привела его к раскаянию. По мере того как волосы отрастали, к нему постепенно возвращалась сила, но враги, по-прежнему обращаясь с ним как с беспомощным, закованным в цепи узником, не подозревали об этом.

Филистимляне приписывали одержанную ими победу своим богам и, торжествуя, поносили Бога Израилева. В честь бога Дагона, «бога рыб», «покровителя моря», было устроено великолепное празднество. Со всех городов и селений филистимской земли собрался народ со своими князьями на этот праздник. Толпы молящихся наполнили огромный храм и крытые галереи. Всюду царили радость и ликование. После торжественного обряда жертвоприношений под звуки музыки начался пир. Затем к пирующим привели Самсона как самую выдающуюся добычу могучего Дагона. Его появление было встречено криками восторга. Народ и князья насмехались над его жалким положением и превозносили бога, который сокрушил губителя их земли. Спустя некоторое время, как бы испытывая усталость, Самсон попросил разрешения опереться на центральные столбы, поддерживавшие крышу храма. Затем он молча помолился: «Господи Боже! вспомни меня, и укрепи меня только теперь, о. Боже! чтобы мне в один раз отметить Филистимлянам…» С этими словами он обвил своими сильными руками столбы и, воскликнув: «Умри, душа моя, с Филистимлянами!» – наклонился. Крыша храма рухнула, уничтожив все несметное множество присутствующих. «И было умерших, которых умертвил Самсон при смерти своей, более, нежели сколько умертвил он в жизни своей».

Идол и его поклонники, жрец и землепашец, воин и знатный – все были погребены под развалинами храма бога Дагона. Среди них лежало и исполинское тело того, кого Бог избрал освободителем Своего народа. Весть об ужасном происшествии дошла и до Израильской земли, и тогда пришедшие родственники Самсона беспрепятственно взяли тело павшего героя «и похоронили его между Цорою и Естаолом, во гробе Маноя, отца его».

Божье обетование о том, что через Самсона «он начнет спасать Израиля от руки Филистимлян», исполнилось, но как мрачна и ужасна история жизни того, кто мог быть славой Божьей и гордостью нации! Если бы Самсон оставался верен Божественному призванию, тогда намерение Божье осуществилось бы к его чести и славе. Но, уступив искушению, он оказался недостойным Его доверия, и предназначение Самсона исполнилось лишь через поражение, рабство и смерть.

Физически Самсон был одним из самых сильных людей на земле, но с точки зрения самообладания, честности и твердости он был одним из самых слабых. Многие принимают сильные страсти за сильный характер, в действительности же тот, кто подчиняется своим желаниям, является слабым человеком. Истинное величие человека измеряется силою чувств, которыми он управляет, а не теми, которые управляют им.

Провидение Божье заботилось о Самсоне, готовя его к осуществлению миссии, для которой он был призван. С первых дней жизни он имел благоприятные условия для развития физической и умственной силы, нравственной чистоты. Но под влиянием нечестивых связей он перестал полагаться на Бога, Который является единственной защитой человека, и поток зла увлек его. Тот, кто, выполняя свой долг, подвергается испытанию, может быть уверен, что Бог защитит его, но если люди добровольно уступают обольстительной силе, они рано или поздно падут.

Именно тех, кого Бог избрал Своим орудием для выполнения Своей воли, сатана особенно силится ввести в заблуждение. Он атакует самые слабые наши места и использует недостатки, чтобы обрести полную власть над человеком; он знает, что если этим слабостям дать волю, он выиграет. Однако каждый может в этом сражении стать победителем. Человеку не нужно одному, своими слабыми усилиями побеждать силу зла, помощь находится рядом, и она дается каждой душе, действительно желающей ее. Ангелы Божьи, восходящие и нисходящие по лестнице, которую Иаков видел во сне, помогут всякой жаждущей душе подняться в самые высокие небесные сферы.

Глава 55

ОТРОК САМУИЛ

Эта глава основана на Первой книге Царств 1; 2:1—11


Елкана, левит с горы Ефремовой, был человек богатый, уважаемый, который любил и боялся Господа. Его жена Анна по праву слыла весьма набожной женщиной. Мягкая и непритязательная, она отличалась глубокой искренностью и возвышенной верой.

Эта благочестивая чета была лишена благословения, которого так горячо желала каждая еврейская семья. Им не дано было радоваться детскому лепету, и желание сохранить свой род побудило Елкану, как и многих других, заключить второй брак. Но этот шаг, продиктованный недостатком веры в Бога, не принес счастья. В семействе появились сыновья и дочери, но была утрачена радость и красота священного союза, установленного Богом, и мир семьи рухнул. Феннана, новая жена Елканы, оказалась ревнивой и ограниченной женщиной и держала себя надменно и дерзко. Жизнь Анны превратилась в изнурительное бремя, ей казалось, что исчезла всякая надежда, но несмотря на это она переносила испытание с безропотным смирением.

Елкана верно исполнял все Божьи установления. Служение происходило по-прежнему в Силоме, но из-за нерегулярности богослужений его помощь не требовалась в святилище, которое он обязан был обслуживать как левит. Тем не менее на назначенные собрания он ходил вместе со всей семьей, чтобы поклониться Богу и принести жертвы.

Злой дух, мучивший эту семью, давал о себе знать даже во время священных праздников, связанных со служением Божьим. После принесения благодарственных жертв вся семья, согласно установленному обычаю, собиралась на торжественный, но веселый пир. В таких случаях Елкана давал матери его детей специальную часть для нее и для каждого ее сына и дочери, а Анне, в знак особого уважения, – двойную часть, подчеркивая этим, что он любит ее так, как если бы она имела сына. Тогда вторая жена, охваченная ревностью, требовала, чтобы первенство оставалось за ней как особо удостоенной милости Божьей, и насмехалась над Анной, над ее бездетностью, доказывающей, что Бог не благоволит к ней. Эти сцены повторялись из года в год, пока, наконец, Анна больше уже не могла выносить этого. Не в состоянии скрыть своего горя, безутешно рыдая, она оставила пирующих. Напрасно муж старался утешить ее: «Что ты плачешь, и почему не ешь, и отчего скорбит сердце твое? – говорил он. – Не лучше ли я для тебя десяти сыновей?» (1 Цар. 1:8).

Анна не произнесла ни слова упрека. Бремя, которое она не могла разделить ни с одним другом на земле, она доверила Богу. Она искренно умоляла, чтобы он снял с нее поношение и даровал ей драгоценный дар – сына, которого она воспитала бы для Него. Она дала торжественный обет, что, если Бог услышит ее молитву, она с самого рождения посвятит дитя Ему. Анна близко подошла к скинии и в душевной скорби «молилась и горько плакала». Не произнося ни звука, она мысленно молилась Богу. В те недобрые времена не часто случалось наблюдать такую сердечную молитву. Неблагопристойные пиры и даже пьянство были обычным явлением даже во время религиозных празднеств, и Илий, первосвященник, заметив Анну, подумал, что она пьяна. Думая, что заслуженно выговаривает ей, он сурово сказал: «Доколе ты будешь пьяною? вытрезвись от вина твоего».

Уязвленная и напуганная Анна кротко ответила: «Нет, господин мой; я – жена, скорбящая духом, вина и сикера я не пила, но изливаю душу мою пред Господом; не считай рабы твоей негодною женщиною; ибо от великой печали моей и от скорби моей я говорила доселе».

Слова Анны глубоко тронули первосвященника, ибо он был муж Божий, и вместо упреков он благословил ее: «Иди с миром, и Бог Израилев исполнит прошение твое, чего ты просила у Него».

Молитва Анны была услышана. Она получила тот дар, о котором так сердечно молила. Своего сына она назвала «Самуил» – «выпрошенный у Бога». Как только мальчик подрос и его можно было отнять от матери, Анна исполнила свой обет. Она любила свое дитя со всей преданностью материнского сердца. Наблюдая за развитием сына и вслушиваясь в его детский лепет, она с каждым днем все больше и больше привязывалась к нему. Он был ее единственным сыном, особенным даром Неба, но она получила его как сокровище, посвященное Богу, и не считала себя вправе удерживать от Подарившего то, что принадлежало Ему.

Еще раз пошла Анна вместе с мужем в Силом, чтобы отдать первосвященнику, во имя Бога, свой драгоценный дар, говоря: «О сем дитяти молилась я, и исполнил мне Господь прошение мое, чего я просила у Него; и я отдаю его Господу на все дни жизни его – служить Господу». Илий был глубоко тронут верой и преданностью этой израильтянки. Будучи сам слишком снисходительным отцом, он был сражен и восхищен великой жертвой матери, которая расставалась со своим единственным ребенком, чтобы посвятить его на служение Богу. Он почувствовал в этом упрек своей эгоистической любви и в смирении и благоговении упал перед Богом и поклонился Ему.

Сердце матери было исполнено радости и хвалы, и она жаждала излить свою признательность Богу. Дух пророчества сошел на нее, и Анна молилась и говорила:



«Возрадовалось сердце мое в Господе;вознесся рог мой в Боге моем;широко разверзлись уста мои на врагов моих;ибо я радуюсь о спасении Твоем.Нет столь святого, как Господь;ибо нет другого, кроме Тебя;И нет твердыни, как Бог наш.Не умножайте речей надменных;дерзкие слова да не исходят из уст ваших;ибо Господь есть Бог ведения,и дела у Него взвешены…Господь умерщвляет и оживляет,низводит в преисподнюю и возводит.Господь делает нищим и обогащает,унижает и возвышает.Из праха подъемлет Он бедного,из брения возвышает нищего,посаждая с вельможами,и престол славы дает им в наследие;ибо у Господа основания земли,и Он утвердил на них вселенную.Стопы святых Своих Он блюдет,а беззаконные во тьме исчезают;ибо не силою крепок человек.Господь сотрет препирающихся с Ним;с небес возгремит на них.Господь будет судить концы земли,и даст крепость царю Своему,и вознесет рог помазанника Своего».



Пророческие слова Анны относились и к Давиду, царю Израиля, и к Мессии, Помазаннику Божьему. Слова ее песни, обращенные прежде всего к кичливой, дерзкой, вероломной женщине, указывают на гибель врагов Божьих и на окончательное торжество Его искупленного народа.

Из Силома Анна в мире возвратилась к себе домой в Раму, оставив дитя Самуила в скинии, где под руководством первосвященника он должен был научиться служить в доме Божьем. С первых шагов его сознательной жизни она учила сына любить и чтить Бога и считать себя принадлежащим Ему. С помощью всего окружавшего она пыталась направить его мысли к Творцу. Хотя и разлученная с сыном, преданная мать не переставала заботиться о нем. Он был ежедневным предметом ее молитв. Каждый год она собственными руками ткала ему одежду для служения и, приходя с мужем на поклонение в Силом, приносила ее сыну как дань своей любви. Каждая нить этой маленькой одежды была соткана с молитвой, чтобы он был чистым, благородным и верным. Она не просила для своего сына земного величия, но сердечно молилась, чтобы он достиг того величия, которое дорого в очах Неба, чтобы он чтил Бога и был благословением для своих ближних.

Каким чудесным образом была вознаграждена Анна! Какое поощрение верности таится в ее поступке! Каждой матери даны неоценимые возможности и преимущества. Скромный круг обязанностей, которые женщина считает утомительным бременем, должен рассматриваться как благородный и великий труд. Своим влиянием мать может благословить мир, и, делая это, она и своей душе доставляет великую радость. Она может проложить прямую стезю для своих детей через свет и мрак к славным вершинам. Но только сама стремясь следовать учению Христа, она может воспитать своих детей по Божественному образцу. Мир отравлен разлагающим влиянием. Мода и прочие суетные обычаи приобрели огромную власть над молодежью. Если мать не выполнит своего долга, наставляя, направляя и сдерживая детей, тогда они, естественно, научатся всему плохому и уклонятся от праведного пути. Пусть каждая мать почаще приходит к Спасителю со словами молитвы: «Научи нас, как нам поступать с младенцем сим и что делать с ним?» Пусть каждая мать обратит серьезное внимание на наставления Бога в Его Слове, и в нужное время ей будет дана мудрость свыше.

«Отрок же Самуил более и более приходил в возраст и в благоволение у Господа и у людей» (1 Цар.2:26). Хотя юность Самуила, посвященная служению Богу, и прошла в скинии, но и там он не был избавлен от дурного влияния и плохих примеров. Сыновья Илия не боялись Бога и не почитали своего отца, но Самуил не искал их общества и не поступал, как они. Его постоянным стремлением было стать таким, каким желал его видеть Бог. Это привилегия каждого юного сердца. Богу приятно, когда даже маленькие дети посвящают себя Ему на служение.

Самуил был отдан на попечение Илия, и прекрасный характер мальчика вызвал глубокую симпатию престарелого первосвященника. Самуил был добрым, великодушным, послушным и почтительным. Илий, опечаленный своенравием собственных сыновей, находил покой, утешение и мир в обществе своего питомца. Самуил был услужлив и нежен в обращении, и никогда ни один отец не любил своего ребенка сильнее, чем Илий этого мальчика. Было нечто необыкновенное в том, что между высокопоставленным судьей народа и простым мальчиком существовала такая горячая любовь. Только в одном Самуиле находил Илий утешение, когда пришла старость с ее недомоганиями и когда душа изнывала от тревоги и угрызений совести из-за распутства его сыновей.

Было не принято, чтобы левиты приступали к служению, не достигнув двадцатипятилетнего возраста, но Самуил стал исключением из этого правила. С каждым годом ему доверяли все более ответственное служение, и, будучи еще ребенком, он уже носил льняной ефод в знак посвящения на служение при святилище. Уже в том юном возрасте, в каком его привели в скинию, Самуилу поручались, соответственно его способностям, некоторые обязанности при богослужении. Эти обязанности вначале были очень скромными и не всегда приятными, но он, насколько мог, выполнял их хорошо и от всего сердца. Его вера пронизывала каждую житейскую обязанность. Он считал себя слугой Божьим и работу свою также Божьей. Его старания были приняты, потому что им двигала любовь к Богу и искреннее желание выполнить Его волю. Вот почему Самуил стал соработником Господа неба и земли. И Бог нашел его достойным для исполнения великой работы для Израиля.

Если бы детей учили смотреть на скромный круг своих ежедневных обязанностей как на средство, предначертанное Богом, как на школу, в которой они должны научиться преданно и успешно трудиться, насколько приятнее и почетнее показалась бы им их работа. Если каждая обязанность исполняется как для Господа, тогда это придает особую прелесть самым скромным занятиям и объединяет земных тружеников со святыми существами, творящими волю Божью на Небе.

Успех в этой жизни и в достижении вечной жизни зависит от верного, добросовестного отношения к мелким делам. В самых мелких делах Божьих видно не меньше совершенства, чем в самых больших. Рука, разместившая миры во Вселенной, с утонченным мастерством создала и полевые лилии. Подобно тому, как Бог совершенен в Своей деятельности, и мы должны быть совершенны в своей. Гармоничный, сильный, благородный характер складывается благодаря исполнению личных обязанностей. Нашу жизнь должна отличать верность и в самом малом, и в самом большом. Добросовестное отношение к мелким делам, верность и доброта в малом озарят радостью стезю жизни, и когда наша деятельность на земле окончится, тогда обнаружится, что каждая верно исполненная малая жизненная обязанность способствовала распространению благотворного влияния – влияния, которое никогда не исчезнет.

Современные юноши могут стать такими же дорогими в очах Божьих, как и Самуил. Своей преданностью христианскому долгу они способны оказать сильное влияние в работе преобразования. В наше время нужны такие люди. Бог имеет дело для каждого из них. В наши дни можно достичь немыслимых прежде свершений во имя Бога и человечества благодаря тем, кто будет верен тому, что вверил им Бог.

Глава 56

ИЛИЙ И ЕГО СЫНОВЬЯ

Эта глава основана на Первой книге Царств 2:12-36


Илий был священником и судьей в Израиле, он занимал самое высокое и ответственное положение среди народа Божьего. Избранный Богом для выполнения священных обязанностей и поставленный над страной как высшая судейская власть, он был образцом для всех и имел огромное влияние на израильские колена. Но хотя он и был избран править Израилем, он не управлял своим собственным домом. Илий оказался слабохарактерным отцом. Любя мир и покой, он не пользовался своим авторитетом для исправления дурных привычек и наклонностей детей. Вместо того чтобы бороться с их нравом или наказывать их, он подчинялся их воле и предоставлял им полную свободу действий. Вместо того чтобы отнестись к воспитанию сыновей как к одной из самых важных обязанностей, он придавал этому мало значения. Как священник и судья Израиля он не мог не знать принципов воспитания детей, которых Бог вверил его попечению. Но Илий уклонялся от этой обязанности потому, что это противоречило бы воле его сыновей и вынудило бы наказывать их и ограничивать в чем-то. Не задумываясь об ужасных последствиях своего поведения, он разрешал детям делать все, что бы они ни захотели, и пренебрегал воспитанием их для служения Богу и выполнения жизненных обязанностей.

Бог сказал об Аврааме: «Ибо Я избрал его для того, чтобы он заповедал сынам своим и дому своему после себя, ходить путем Господним, творя правду и суд» (Быт. 18:19). Но Илий позволял своим детям управлять собой. Отец стал подчиненным своих детей. Поведение его сыновей было низким и порочным. Сами они не познали сущность Бога и святость Его закона. Богослужение являлось для них обыкновенным делом. С детства они привыкли к святилищу и служению в нем, но вместо того, чтобы с возрастом все больше благоговеть перед этим служением, они утратили всякое представление о святости и значении этого служения. Отец не требовал от них уважения к себе, и не пресекал их непочтительного отношения к торжественным служениям в святилище, и когда они возмужали, их сердца уже были отравлены смертоносными плодами скептицизма и мятежности.

Хотя сыновья Илия совершенно не подходили для служения в скинии, все же их определили священниками в святилище. Бог дал особые указания по поводу жертвоприношений, но эти нечестивые люди проявили непочтительное отношение к власти и к служению Божьему и не придавали никакого значения закону о жертвоприношениях, которые следовало совершать в самой торжественной обстановке. Жертвы, указывавшие на смерть Христа, должны были поддерживать в сознании народа веру в грядущего Искупителя, следовательно, очень важно было строго соблюдать все указания Божьи на этот счет. Мирные жертвы являлись особым выражением благодарности Богу. Во время этих жертвоприношений на алтаре сжигался только тук, затем определенная часть отдавалась священнику, а большая возвращалась тому, кто ее приносил, чтобы он ел ее вместе со своими друзьями на жертвенном обеде. Таким образом всякое сердце с признательностью и верой обращалось к Великой Жертве, берущей на Себя грехи всего мира.

Сыновья Илия, вместо того чтобы осознать серьезность этого прообразного служения, думали только о том, как бы сделать его средством удовлетворения своих желаний., Не довольствуясь принадлежавшей им частью мирных жертв, они требовали дополнительной части, и большее количество этих жертв, приносимых на ежегодных праздниках, становилось для них источником обогащения за счет народа. Они не только просили больше положенного, но отказывались подождать, пока будет сожжен тук, жертвуемый Богу. Они настаивали на той части, которая нравилась им, и если получали отказ, то угрожали отнять ее силой.

Такое неблагоговейное отношение со стороны священников лишало служение его святого и торжественного значения, и людей они «отвращали от жертвоприношений Господу». Они не осознавали более великой прообразной Жертвы, которой должны были ожидать в будущем. «И грех этих молодых людей был весьма велик пред Господом».

Несмотря на то, что эти нечестивые священники нарушали Закон Божий и бесчестили священное служение низкими, отвратительными делами, они продолжали осквернять своим присутствием Божью скинию. Многие в народе, возмущенные развращенностью Офни и Финееса, перестали приходить к назначенному для служения месту. Таким образом, люди оставляли служение, учрежденное Богом, и пренебрегали им, видя грехи этих нечестивых мужей, а склонные ко злу сердца еще более поощрялись ко греху. Беззаконие, распутство и даже идолопоклонство приняли ужасающие масштабы.

Илий допустил большую ошибку, позволив своим сыновьям совершать святое служение в скинии. Оправдывая их поведение под тем или иным предлогом, он совсем перестал замечать их грехи, но в конце концов они достигли такого предела, что больше он не мог закрывать глаза на преступления сыновей. Народ не скрывал недовольства их неподобающими деяниями, и первосвященник скорбел и печалился. Он решил больше не молчать, но сыновья его, привыкшие думать только о себе, и теперь не заботились ни о ком другом. Они видели, как скорбит отец, но это не трогало их сердец. Они выслушивали его кроткие предостережения, но это не производило на них никакого впечатления. Они не испытывали ни малейшего желания оставить прежний образ жизни, хотя и знали о возможных последствиях своих грехов. Если бы Илий поступил справедливо, его нечестивые сыновья были бы лишены права участвовать в священном служении и понесли бы смертное наказание. Однако, опасаясь подвергнуть их публичному позору и осуждению, он продолжал доверять им самые святые посты. Он по-прежнему позволял им смешивать греховное со священным служением Божьим, нанося непоправимый вред истине. И поскольку судья Израиля пренебрег возложенным на него долгом, Бог взял это дело в Свои руки.

«И пришел человек Божий к Илию, и сказал ему: так говорит Господь: не открылся ли Я дому отца твоего, когда еще были они в Египте, в доме фараона? И не избрал ли его из всех колен Израилевых Себе во священника, чтоб он восходил к жертвеннику Моему, чтоб воскурял фимиам, чтоб носил ефод предо Мною? И не дал ли Я дому отца твоего от всех огнем сожигаемых жертв сынов Израилевых? Для чего же вы попираете ногами жертвы Мои и хлебные приношения Мои, которые заповедал Я для жилища Моего, и для чего ты предпочитаешь Мне сыновей своих, утучняя себя начатками всех приношений народа Моего – Израиля? Посему так говорит Господь, Бог Израилев: Я сказал тогда: «дом твой и дом отца твоего будут ходить пред лицем Моим вовек». Но теперь говорит Господь: да не будет так; ибо Я прославлю прославляющих Меня, а бесславящие Меня будут посрамлены… И поставлю Себе священника верного; он будет поступать по сердцу Моему и по душе Моей; и дом его сделаю твердым, и он будет ходить пред помазанником Моим во все дни».

Бог обвинил Илия в том, что он поставил сыновей своих выше Него. Вместо того чтобы стыдить сыновей за их нечестивые и отвратительные дела, Илий допустил, чтобы жертвоприношения, определенные Богом как благословение для Израиля, стали ненавистны им. Те, кто слепо любит своих детей, потворствует им в удовлетворении эгоистичных желаний и не порицает их греха, опираясь на авторитет Божий, не стремится исправить возникшее зло, ставят своих нечестивых детей выше Бога. Они больше заинтересованы в том, чтобы сохранить репутацию своих детей, нежели прославить Бога, больше радовать детей, нежели угождать Господу или же стараться уберечь Его служение от всякого зла.

Бог поставил Илия священником и судьей Израиля, и он нес ответственность за моральное и религиозное состояние Его народа и, особенно, за поведение своих сыновей. Вначале ему следовало бороться со злом мягко, а если это не помогало, прибегнуть к самым строгим мерам. Он навлек гнев Божий тем, что не порицал грех и не проявил справедливости к грешнику. Он оказался неспособным сохранить чистоту Израиля. Те, кто не имеет достаточно смелости, чтобы обличить грех, или же те, кто ленится или пренебрегает серьезными усилиями для очищения семьи или церкви Божьей, отвечают за те печальные последствия, к которым может привести небрежное отношение к своим обязанностям. Мы ответственны и за то зло, которое способны предотвратить, используя свою отцовскую или пасторскую власть, как если бы мы сами совершили его.

Илий не управлял своей семьей согласно принципам Божьим. Он поступал соответственно собственному рассуждению. Любящий отец сквозь пальцы смотрел на ошибки и грехи сыновей в детстве, надеясь, что когда они подрастут, то откажутся от своих дурных наклонностей. В наши дни многие совершают подобную ошибку. Родители подчас думают, что лучше разбираются в воспитании детей, нежели этому учит Слово Божье. Они оправдывают плохие привычки детей: «Ребятишки еще маленькие, чтобы их наказывать. Подождем, пока они повзрослеют и будут больше понимать». Таким образом, дурные привычки укореняются и превращаются во вторую натуру. Из-за такого отношения родителей у подрастающих детей развиваются качества, которые могут стать проклятием всей их последующей жизни и легко передаться другим.

Не существует большего наказания для семьи, чем разрешать детям делать все, что им хочется. Если родители потакают каждому желанию детей и позволяют им совершать то, что не служит их благу, вскоре такие дети теряют всякое уважение к родителям, к авторитету Бога или людей и превращаются в рабов сатаны. Нехватка твердой руки в семье – весьма частое явление, оно гибельно для всего общества. Так рождается поток зла, захлестывающий семьи, общины и правительства.

Илий, занимавший высокое положение, имел влияние гораздо большее, чем обыкновенный человек. Его семейной жизни подражали во всем Израиле. Гибельные последствия его нерадивого, безответственного поведения наблюдали в тысячах домов, где следовали его примеру. Если дети ведут себя плохо, а их родители – верующие люди, истина Божья подвергается осуждению. Лучшей проверкой христианской семьи является характер, сформировавшийся под ее влиянием. Дела говорят громче, нежели самые красноречивые свидетельства о благочестии. Если исповедующие истину не прилагают настойчивых усилий к тому, чтобы их семья занимала должную высоту, тем самым доказывая всемогущество веры в Бога, если они небрежно относятся к своим обязанностям и потворствуют прихотям детей, они поступают, как Илий, навлекая бесчестие на дело Божие и губя себя и свои семьи. Но как бы ни было велико зло, причиненное родительской неверностью, оно становится в десять раз больше, если существует в семействах учителей народа. Когда тем не удается стать достойными главами своих семейств, они своим примером губят многих. Чем ответственней положение, которое они занимают, тем тяжелее их вина по сравнению с другими.

Семье Аарона было обещано, что его дом навеки будет ходить пред Богом, но лишь при условии, что они всецело посвятят себя работе служения и прославят Бога на всех путях своих и не будут служить себе или следовать своим дурным наклонностям. Илий и его сыновья были испытаны, и Господь нашел их совершенно недостойными высокого призвания быть священниками в Его служении. И сказал Господь: «Да не будет так». Он не мог осуществить то доброе, что намеревался совершить для них, потому что они, со своей стороны, не сделали того, что должны были сделать.

Все, занимающие святые посты, обязаны своей жизнью давать такой пример, чтобы народ с благоговением чтил Бога и боялся оскорбить Его. Когда мужи, стоящие как «посланники от имени Христова» (2 Кор. 5:20). Чтобы проповедовать народу Божью весть о Его милости и примирении, используют святое призвание как покров для удовлетворения своих эгоистических или чувственных желаний, они становятся самыми деятельными помощниками сатаны. Подобно Офни и Финеесу они «отвращают от жертвоприношений Господу». Некоторое время они могут действовать скрытно, но когда наконец открывается их истинная суть, вере народа наносится такой удар, что люди часто теряют всякое доверие к религии. Это заставляет их с сомнением относиться ко всем проповедующим Слово Божье и к словам истинных слуг Христа. Неотступные вопросы волнуют их: «Не откроется ли однажды, что и этот такой же, как и тот, о ком мы думали, что он святой, а он оказался столь испорченным?» Слово Божье утрачивает свое влияние на человеческую душу.

Обличительные слова Илия, произнесенные им сыновьям, – это торжественные и грозные слова, над которыми должны задуматься все, занимающие святые посты. «Если согрешит человек против человека, то помолятся о нем Богу; если же человек согрешит против Господа, то кто будет ходатаем о нем?» Если бы их преступления оскорбили только ближних, судья мог бы назначить соответствующее наказание и возмещение убытка, и таким образом виновники были бы прощены. Или, если бы они не были виновны в грехе самонадеянности, за них принесли бы жертву. Но работа во имя Бога была настолько осквернена и опорочена ими, священниками Всевышнего, что никакая жертва не могла искупить их грехи. Родной отец, хотя он и был первосвященником, не осмеливался ходатайствовать за них. Он не мог защитить их от гнева Святого Бога. Из всех грешников самыми виновными являются те, кто презирают средства, предназначенные Небом для искупления человека, – они «распинают в себе Сына Божия и ругаются Ему» (Евр. 6:6).

Глава 57

ВЗЯТИЕ КОВЧЕГА ФИЛИСТИМЛЯНАМИ

Эта глава основана на Первой книге Царств 3-7 гл.


Еще одно предостережение следовало сделать дому Илия. Бог не мог общаться с первосвященником и его сыновьями – их грехи подобно густому облаку скрыли от них присутствие Святого Духа. Но среди царящего бесчестия отрок Самуил оставался верным Небу, и ему как пророку Всевышнего было поручено сообщить приговор дому Илия.

«Слово Господне было редко в те дни, видения были не часты. И было в то время, когда Илий лежал на своем месте, – глаза же его начали смежаться, и он не мог видеть, – и светильник Божий еще не погас, и Самуил лежал в храме Господнем, где ковчег Божий; воззвал Господь к Самуилу». Думая, что его зовет первосвященник, Самуил вскочил и поспешил к его постели, говоря: «Вот я! ты звал меня». Тот ответил: «Я не звал тебя, пойди назад, ложись». Трижды слышал Самуил голос, звавший его, и трижды он отвечал подобным образом. Тогда Илий понял, что таинственный голос был голосом Божьим. Господь прошел мимо Своего избранного слуги, мужа, убеленного почтенной сединой, и обратился к ребенку. Само собой разумеется, это был горький, но заслуженный упрек Илию и его дому.

Но в сердце Илия не пробудились ни зависть, ни ревность. Он посоветовал Самуилу ответить, если вновь услышит этот голос: «Говори, Господи; ибо слышит раб Твой». Самуил был настолько охвачен благоговейным страхом при мысли о том, что великий Бог будет говорить с ним, что не мог припомнить в точности тех слов, которые Илий повелел ему сказать.

«И сказал Господь Самуилу: вот, Я сделаю дело в Израиле, о котором кто услышит, у того зазвенит в обоих ушах. В тот день Я исполню над Илием все то, что Я говорил о доме его; Я начну и окончу. Я объявил ему, что Я накажу дом его на веки за ту вину, что он знал, как сыновья его нечествуют, и не обуздывал их. И посему клянусь дому Илия, что вина дома Илиева не загладится ни жертвами, ни приношениями хлебными вовек».

До этого момента «Самуил еще не знал тогда голоса Господа, и еще не открывалось ему Слово Господне», то есть ему было неведомо Божье присутствие, в отличие от пророков. Намерение Божье и состояло в том, чтобы открыть Себя так неожиданно и чтобы Илий узнал об этом из расспросов юноши и по его удивлению.

Ужас и изумление наполнили сердце Самуила, когда он осознал, какая страшная весть ему передана. Утром, как обычно, он занялся своей работой, но тяжелое бремя придавило юную душу. Господь не приказал ему передать эти страшные слова, поэтому он хранил молчание, но всеми силами старался избежать присутствия Илия. Он весь трепетал при мысли о том, что расспросы Илия заставят его сказать о Божественном суде над тем, кого он так любил и почитал. Но Илий был уверен, что эта весть предсказывает великие несчастья ему и его дому. Он позвал Самуила и повелел откровенно рассказать обо всем, что Бог открыл ему. Юноша повиновался, и престарелый муж со смиренной покорностью выслушал страшный приговор. «Он – Господь, – сказал он, – что Ему угодно, то да сотворит».

Однако Илий не проявил искреннего раскаяния, он признал свою вину, но пренебрег возможностью истребить грех. Из года в год Господь откладывал Свои страшные суды. Многое можно было предпринять в те годы для искупления ошибок прошлого, но престарелый священник не сделал ничего, чтобы исправить зло, осквернявшее святилище Божье и приведшее тысячи израильских душ к гибели. Долготерпение Божье еще сильнее ожесточило Офни и Финееса, и они еще больше осмелели в своем беззаконии. Илий сообщил всему народу слова предупреждения и обличения, посланные его дому. Он надеялся как-то помешать распространению пагубного влияния своего неверного поведения в прошлом. Но поскольку сами священники отнеслись к этим предостережениям пренебрежительно, то и народ поступил так же, а окружавшие их племена, которые знали о явных беззакониях Израиля, еще больше погрузились в идолопоклонство и преступления. Они не испытывали чувства вины за грехи, как это случилось бы, если бы Израиль сохранил свою чистоту. Но день возмездия приближался. Авторитет Божий был попран, служением Ему пренебрегали, и поэтому настал момент, когда Он должен был вмешаться, чтобы защитить честь Своего имени.

«И выступили Израильтяне против Филистимлян на войну, и расположились станом при Авен-Езере, а Филистимляне расположились при Афеке». Этот поход израильтяне предприняли без Божьего сочета, без согласия первосвященника или пророка. «И выстроились Филистимляне против Израильтян, и произошла битва, и были поражены Израильтяне Филистимлянами, которые побили на поле сражения около четырех тысяч человек». Когда разбитые и упавшие духом люди возвратились в стан, «сказали старейшины Израилевы: за что поразил нас Господь сегодня пред Филистимлянами?» Чаша беззаконий народа переполнилась, однако люди не сознавали, что их собственные грехи и были причиной столь ужасного бедствия. И они сказали: «Возьмем себе из Силома ковчег завета Господня, и он пойдет среди нас, и спасет нас от руки врагов наших». Господь не давал никакого указания или разрешения взять ковчег на войну. Однако израильтяне были уверены, что этим они обеспечат благополучный исход битвы, и когда сыновья Илия принесли ковчег в стан, там раздались громкие крики ликования.

Филистимляне воспринимали ковчег как Бога Израилева. Все великие дела, совершенные Богом для Своего народа, язычники приписывали ковчегу. «Отчего такие громкие восклицания в стане Евреев? И узнали, что ковчег Господень прибыл в стан. И устрашились Филистимляне; ибо сказали: Бог тот пришел к ним в стан. И сказали: горе нам! ибо не бывало подобного ни вчера, ни третьего дня. Горе нам! кто избавит нас от руки этого сильного Бога? Это – Тот Бог, Который поразил Египтян всякими казнями в пустыне. Укрепитесь и будьте мужественны. Филистимляне, чтобы вам не быть в порабощении у Евреев, как они у вас в порабощении; будьте мужественны и сразитесь с ними».

Филистимляне яростным ударом поразили израильтян, которые понесли огромные потери. Тридцать тысяч воинов легли на поле брани, а ковчег Божий был взят и два сына Илия, защищавшие его, убиты. Так для всех грядущих поколений история запечатлела еще одно свидетельство того, что нечестие народа Божьего не останется ненаказанным. Чем больше знают люди о воле Божьей, тем тяжелее грех тех, кто пренебрегает ею.

На израильтян обрушилось одно из самых больших бедствий, какое только могло случиться, – ковчег Господень был захвачен врагом. Воистину слава покинула Израиля, когда он лишился этого символа постоянного присутствия и силы Иеговы. Со священным ковчегом были связаны наиболее чудесные откровения Божьей истины и могущества. В прежние дни везде, где бы ни появлялся ковчег, одерживались знаменательные победы. Его осеняли крылья золотых херувимов, и невыразимая слава Шекины – видимого символа Всевышнего Бога – покоилась над ним в Святое святых. Но теперь он не принес им победы. Недавнее поражение свидетельствовало, что он уже не является их защитой, и скорбь охватила весь Израильский народ.

Люди не осознавали, что их вера не была истинной и что в таком духовном состоянии нельзя больше побеждать с Богом. Закон Божий, находившийся в ковчеге, являлся символом присутствия Господа, но, пренебрежительно относясь к принципам этого закона и отвергая его требования, они огорчили Дух Господень, и Он оставил их. Пока израильтяне повиновались святым предписаниям. Бог был с ними и дарил им Свое неограниченное могущество. Но когда они смотрели на ковчег, не связывая его с Богом, когда не проявляли никакого почтения к откровению Его воли и не повиновались Его закону, тогда он мог быть для них полезным не более, чем обыкновенный ящик. Они относились к ковчегу так, как языческие народы – к своим богам, словно он сам по себе таил силу и спасение. Они нарушили Закон, хранившийся в нем, ибо преклонение перед самим ковчегом привело их к формализму, лицемерию и идолопоклонству. Грехи отдалили их от Бога, и Он не мог даровать им победу до тех пор, пока они не раскаются и не оставят свои беззакония.

Было недостаточно, чтобы ковчег и святилище находились в среде Израиля. Было недостаточно, чтобы священники приносили жертвы и чтобы израильтяне назывались детьми Божьими. Господь не мог исполнить просьбы того, кто вынашивает в своем сердце нечестие. Написано, что тот, «кто отклоняет ухо свое от слушания закона, того и молитва – мерзость» (Притч. 28:9).

Когда армия отправилась в бой, Илий, старый и слепой, остался в Силоме. Охваченный мрачными предчувствиями, он ждал исхода битвы, «ибо сердце его трепетало за ковчег Божий». Целыми днями он сидел у ворот скинии возле дороги, с тревогой ожидая вестника с поля боя.

Наконец на крутой тропинке, ведущей в город, показался один вениамитянин, «одежда на нем была разодрана и прах на голове его». Не обращая внимания на старца, сидевшего у дороги, он вбежал в город и рассказал нетерпеливой толпе о поражении и потерях.

Вопли и причитания достигли ушей старца, сидевшего у скинии. К нему привели человека, принесшего известия, и он сказал Илию: «Побежал Израиль пред Филистимлянами, и поражение великое произошло в народе, и оба сыновья твои, Офни и Финеес, умерли». Как ни ужасна была весть, все же у Илия нашлись силы выслушать ее, ибо он ожидал этого. Но когда вестник прибавил: «... и ковчег Божий взят»,– невыразимая мука исказила лицо старца. Мысль о том, что его грех настолько обесчестил Бога, что заставил Его покинуть Израиля, была для него так страшна, что он не мог ее перенести. Силы оставили его, он упал, «сломал себе хребет и умер».

Жена Финееса, несмотря на неблагочестивый образ жизни мужа, была богобоязненной женщиной. Смерть свекра, мужа и более всего ужасная весть о захвате ковчега стали причиной и ее смерти. Она чувствовала, что рухнула последняя надежда Израиля, и, давая своему дитяти, родившемуся в тот час бедствия, имя «Ихавод» – «бесславие», горестно, слабея дыханием, повторяла: «Отошла слава от Израиля; ибо взят ковчег Божий».

Но Господь не отринул совсем Свой народ. Он не мог больше сносить торжество язычников. Он использовал филистимлян как орудие в Своих руках, чтобы наказать израильтян, а с помощью ковчега поразил филистимлян. В прежние времена Божественное присутствие сопровождало ковчег, чтобы быть силой и славой Его послушного народа. Это невидимое присутствие и теперь сопутствовало ему, чтобы навлечь ужас и смерть на нарушителей Его святого закона. Господь часто использует Своих злейших врагов, чтобы наказать Свой народ за неверность. Пусть нечестивые торжествуют некоторое время, видя страдание Израиля, несущего наказание, но наступит время, когда и им будет вынесен приговор святого, ненавидящего грех Бога. Где бы ни процветало беззаконие, там скоро и неотвратимо разразятся суды Божьи.

С торжеством принесли филистимляне ковчег в Азот, один из своих пяти главных городов, и поместили в доме бога Дагона. Они вообразили, что сила, сопровождавшая ковчег до этих пор, будет принадлежать им и что, объединив ее с могуществом Дагона, они станут непобедимы. Но войдя на другой день в храм, они увидели картину, которая наполнила всех их невыразимым ужасом: перед ковчегом Иеговы на земле вниз лицом валялся бог Дагон. Жрецы благоговейно подняли идола и водворили на прежнее место. Но на следующее утро они нашли его странно обезображенным и вновь лежавшим на земле перед ковчегом. Верхняя часть идола была подобна человеку, а нижняя часть – рыбе. Теперь все, что напоминало человека, было отсечено, и оставалось лишь тело рыбы. Великий страх объял жрецов и народ. Они восприняли это таинственное событие как дурное предзнаменование, предвещавшее гибель их самих и их богов перед Богом евреев. Они вынесли ковчег из храма и поместили его в отдельном здании.

Жителей Азота поразила мучительная и смертельная болезнь. Вспоминая язвы, посланные на Египет Богом Израилевым, народ приписал свои бедствия присутствию ковчега. Было решено отправить его в Геф. Но язва тут же последовала за ним, и жители этого города отправили его в Аскалон, население которого с ужасом приняло ковчег, говоря: «Принесли к нам ковчег Бога Израилева, чтобы умертвить нас и народ наш». Они молили своих богов о защите, подобно жителям Гефа и Азота, но губитель продолжал совершать свое дело, «так что вопль города восходил до небес». Опасаясь дальше хранить ковчег в населенных местах, народ отнес его в открытое поле, но это вызвало нашествие мышей – они заполонили всю землю, уничтожая все и в хранилищах, и на поле. Теперь народу угрожала полная гибель либо от болезней, либо от голода.

В течение семи месяцев ковчег оставался в филистимской земле, и за все то время израильтяне не предприняли ни одной попытки возвратить его. Но филистимляне теперь так же сильно желали освободиться от него, как некогда жаждали обладать им. Вместо того чтобы стать для них источником силы, он был тяжелым бременем и страшным проклятием. Однако они не знали, что предпринять, поскольку куда бы они ни помещали его, всюду за ним следовали неизменные суды Божьи. Народ обратился к князьям, жрецам и гадателям, с тревогой спрашивая их: «Что нам делать с ковчегом Господним? научите нас, как нам отпустить его в свое место». Им посоветовали возвратить его обратно с богатыми дарами. «Тогда, – сказали жрецы, – исцелитесь и узнаете, за что не отступает от вас рука Его».

Среди язычников господствовал древний обычай: для предотвращения бедствия или излечения какой-либо болезни они делали из золота, серебра или другого ценного металла изображение того, что несло с собой смерть, или же ту часть тела, которая особо поражалась болезнью. Затем такое изображение помещали на столбе или в другом видном месте, – люди верили, что это надежная защита от несчастья. Подобные обычаи все еще существуют среди некоторых языческих народов. Когда кто-либо страдает, он идет за исцелением в храм своего идола и приносит с собой фигуру или изображение той части тела, которая поражена болезнью и которую он оставляет как жертву своему богу.

Согласно господствовавшему суеверию, филистимские князья посоветовали народу сделать изображение язв, постигших их, – «по числу владетелей Филистимских пять наростов золотых и пять мышей золотых; ибо, – говорили они, – казнь одна на всех вас и на владетелях ваших».

Эти мудрецы признавали таинственную силу, сопровождавшую ковчег, силу, сокрушить которую у них недоставало мудрости. Однако они не посоветовали народу отказаться от идолопоклонства и начать служить Господу. Они продолжали ненавидеть Бога Израилева, хотя и вынуждены были под давлением непреодолимых судов покориться Его власти. Так суды Божьи могут убедить грешников, что борьба с Ним тщетна. Даже если они подчинятся Его могуществу, сердца их возмутятся против Его власти. Такая покорность не спасет грешника. Прежде чем раскаяние человека будет принято, он должен отдать сердце Богу, подчиниться Божественной благодати.

Как велико долготерпение Божье к нечестивцам! Идолопоклонники – филистимляне и отступники – израильтяне в одинаковой мере пользовались дарами Его провидения. Десятки тысяч незамеченных милостей бесшумно опускались на жизненную дорогу неблагодарных, мятежных людей. Каждое благословение говорило им о Подателе этих благ, но они были равнодушны к Его любви. Велико было терпение Божье к сынам человеческим, но когда они упорствовали в своем беззаконии. Он лишал их Своей защиты. Они отказались услышать голос Божий в Его творении, предостережениях, советах и в Его обличающем Слове, и поэтому Он вынужден был говорить с ними через Свои суды.

Среди филистимлян нашлись и такие, кто готов был помешать возвращению ковчега в его землю, потому что такое признание могущества Бога Израилева унизило бы их национальную гордость. Но «жрецы и прорицатели» увещевали народ не подражать упрямству фараона и египтян, навлекая тем самым на себя еще большие несчастья. Был предложен план дальнейших действий, который все одобрили и к исполнению которого немедленно приступили. Ковчег с золотыми изображениями в знак жертвы повинности поместили на новую колесницу, чтобы его ничем не осквернить, затем в колесницу впрягли коров, которые никогда не знали ярма. Их телят заперли в стойле, а коровам дали возможность идти, куда они хотят. Филистимляне рассуждали так: если ковчег возвратится в Израиль дорогой, ведущей к Вефсамису, ближайшему городу левитов, то значит, что это Бог Израилев причинил им великое зло. «Если же нет, – говорили они, – то мы будем знать, что не Его рука поразила нас, а сделалось это с нами случайно».

Оказавшись на свободе, коровы, не возвращаясь к тому месту, где находились их телята, пошли прямо по направлению к Вефсамису. Управляемые не человеческой рукой, терпеливые животные продолжали свой путь. Божественное присутствие сопровождало ковчег, и он благополучно прибыл к назначенному месту.

Было время уборки пшеницы, и жители Вефсамиса жали в долине. «И, взглянув, увидели ковчег Господень, и обрадовались, что увидели его. Колесница же пришла на поле Иисуса Вефсамитянина и остановилась там; и был тут большой камень, и раскололи колесницу на дрова, а коров принесли во всесожжение Господу». Филистимские князья, следовавшие за ковчегом «до пределов Вефсамиса», видели, как ковчег был принят, и потом возвратились в Аскалон. Язва прекратилась, и они убедились, что это бедствие было наказанием, посланным Богом Израилевым.

Жители Вефсамиса быстро распространили весть о том, что ковчег у них, и со всех ближайших мест стекались люди, чтобы приветствовать его возвращение. Ковчег поместили на камень, который перед этим служил жертвенником, и перед ним дополнительно принесли жертвы Господу. Если бы люди, приносившие жертвы, раскаялись в своих грехах, им были бы ниспосланы благословения Божьи. Но они не повиновались с верностью Его закону и, радуясь возвращению ковчега как доброму предвестнику, не имели истинного представления о его святости. Вместо того чтобы приготовить для него соответствующее место, они оставили его в поле. Продолжая смотреть на этот священный ящик и обсуждая его чудесное возвращение, они начали высказывать всевозможные догадки о том, где могла бы скрываться его особенная сила. Наконец, одолеваемые любопытством, они сняли с него покрывало и осмелились его открыть.

Весь Израиль был научен благоговейно и почтительно относиться к ковчегу. Когда требовалось перенести его с места на место, левитам дозволялось лишь взглянуть на него. Только один раз в году разрешалось первосвященнику смотреть на ковчег Божий. Даже филистимляне, будучи язычниками, не осмелились снять с него покрывала. Невидимые ангелы Божьи всегда сопровождали его во время всех путешествий. Непочтительная смелость жителей Вефсамиса вызвала мгновенное наказание. Многих из них поразила внезапная смерть.

Оставшиеся в живых не раскаялись в своем грехе, несмотря на постигшее их наказание, только стали относиться к ковчегу с суеверным страхом. Страстно желая избавиться от него, но не решаясь это сделать, жители Вефсамиса послали весть в Кириафиарим, приглашая его жителей взять ковчег к себе,. С великой радостью люди этого города приветствовали священный ковчег. Они знали, что он был залогом Божественной милости для всех послушных и верных. С торжественной радостью принесли они его в свой город и поместили в доме Аминадава, левита, который поручил своему сыну Елеазару заботиться о нем. И ковчег оставался там многие годы.

С тех пор как Господь впервые открылся сыну Анны, призвание Самуила на пророческое служение было признано всем народом. В точности передав Божественное предостережение дому Илия, как ни мучительно и тяжело было для него сделать это, Самуил тем самым доказал свою верность как вестник Иеговы. «И Господь был с ним; и не осталось ни одного из слов его неисполнившимся. И узнал весь Израиль от Дана до Вирсавии, что Самуил удостоен быть пророком Господним».

Как нация израильтяне продолжали оставаться в неверии и идолопоклонстве и в наказание были порабощены филистимлянами. В течение всего этого времени Самуил ездил по городам и деревням страны, стараясь обратить сердце народа к Богу их отцов, и его стремления не оставались тщетными. После двадцати лет тяжелого угнетения израильтяне «обратились к Господу». Самуил посоветовал им: «Если вы всем сердцем своим обращаетесь к Господу, то удалите из среды себя богов иноземных и Астарт, и расположите сердце ваше к Господу, и служите Ему одному». Мы видим, что в дни Самуила пророческое благочестие, религия сердца проповедовались, как и в дни Христа, когда Он был на земле. Для древнего Израиля внешние формы религии без благодати Христа не имели никакой ценности. Такими же они остаются и для современного Израиля.

И сегодня, как и в дни древнего Израиля, есть нужда в подобном возрождении религии сердца. Раскаяние – первый шаг, который должны совершить все, желающие вернуться к Богу. Никто не может сделать это за другого. Каждому из нас в отдельности следует смирить душу перед Богом и оставить своих идолов. Когда мы сделаем все, что в состоянии сделать, тогда Господь явит нам Свое спасение.

Благодаря содействию глав колен в Массифе собралось много народа. Здесь все торжественно постились. С глубоким раскаянием люди исповедовали свои грехи, и, в доказательство решимости повиноваться услышанным указаниям, они поставили Самуила судьей над народом.

Филистимляне думали, что израильтяне собрались для военного совещания и стянули к этому месту огромные войска, надеясь разогнать израильтян прежде, чем их планы созреют. При известии об их приближении ужас охватил весь Израиль. Народ умолял Самуила: «Не переставай взывать о нас к Господу, Богу нашему, чтоб Он спас нас от руки Филистимлян».

В то время как Самуил был занят принесением ягненка в жертву, филистимляне подошли ближе, чтобы сразиться. Тогда Всемогущий, Который среди огня, дыма и грома сошел на Синай, Который разделил Красное море и проложил через Иордан дорогу для Израильского народа, снова явил Свое могущество. Ужасная буря разразилась над идущими в наступление войсками, и вся земля оказалась усеяна телами могучих воинов.

В святом безмолвии стояли израильтяне, трепеща от страха и надежды. Созерцая поражение врагов, они поняли, что Бог принял их раскаяние. Хотя и не готовые к сражению, они взяли в руки оружие погибших филистимлян и преследовали бегущих до Вефхора. Эта блестящая победа была одержана на том же самом поле, где двадцать лет назад израильтян разбили филистимляне, где были убиты священники и где был взят ковчег Божий. Как для целых государств, так и для каждого человека в отдельности путь послушания Богу является единственным путем обретения безопасности и счастья, в то время как беззаконие ведет лишь к бедствию и поражению. Теперь филистимляне настолько покорились, что отдали израильтянам все взятые у них укрепления и в течение долгих лет не предпринимали никаких враждебных действий против них. Другие народы также последовали этому примеру, и израильтяне наслаждались миром до тех пор, пока Самуил оставался их единственным правителем.

Чтобы это событие никогда не изгладилось из памяти народа, Самуил поставил большой памятный камень между Массифою и Сеном. Он назвал это место «Авен-Езер» – «камень помощи», сказав народу: «До сего места помог нам Господь».

Глава 58

ШКОЛЫ ПРОРОКОВ

Господь заботился об Израиле. Его забота не ограничивалась только духовной сферой – все, что способствовало умственному или физическому благополучию, также направлялось Божественным провидением и подчинялось Божественному закону.

Бог повелел евреям учить детей Его требованиям, им следовало знать о том, как Он обращался с их отцами. Это одна из главных обязанностей каждого отца, которую нельзя перепоручить кому-либо. Не чужие уста, а любящие сердца родителей должны наставлять детей. Размышления о Боге должны быть неотделимы от событий повседневной жизни. Могущество Господа, освободившего Свой народ, обетования о грядущем Искупителе – вот непременная тема домашних бесед, эти уроки следовало закреплять с помощью образов и символов. Великие истины о Божьем провидении и будущей жизни должны были запечатлеться в сознании юных. Детей учили видеть Бога и в природе, и в словах откровения. Мерцающие на небе звезды, деревья и полевые цветы, величественные горы, журчащие ручейки – все говорило о Творце. Торжественное жертвоприношение, служение в святилище, слова пророков являлись откровением Божьим.

Такое воспитание получили Моисей в Гесеме, в скромной хижине своих родителей; Самуил – от верной матери Анны; Давид – среди холмов Вифлеемских; Даниил – прежде чем стал пленником в чужой стране; в такой же обстановке прошли и детские годы Христа в Назарете. Таким было воспитание и мальчика Тимофея, которого учили истинам Священного Писания бабушка Лоида и мать Евника (см. 2 Тим. 1:5; 3:15).

Для воспитания юношества предназначались и школы пророков. Если юноша стремился к более глубокому познанию истин Слова Божьего и искал мудрости свыше, чтобы стать учителем в Израиле, двери этих школ были открыты перед ним. Школы пророков были основаны Самуилом, чтобы препятствовать всеобщему разложению, уберечь юношество на должной нравственной и духовной высоте и способствовать дальнейшему процветанию нации, готовя в качестве руководителей и советников людей, способных действовать в страхе Божьем. Для осуществления этой цели Самуил собирал молодых, благочестивых, умных и прилежных людей. Они назывались сынами пророков. Когда они общались с Богом, изучая Его Слово и деяния, к их природным дарованиям прибавлялась мудрость свыше. Их учителями были люди, не только сведущие в Божественной истине, но и те, кто находился в тесной связи с Богом и получил особый дар Его Духа. Такие люди пользовались уважением и доверием народа благодаря своей учености, а также благочестию.

В дни Самуила существовали две подобные школы – одна в Раме, где жил пророк, а другая в Кириафиариме, где в то время находился ковчег. Другие школы были учреждены гораздо позже.

Ученики этих школ сами содержали себя, занимаясь возделыванием земли или ремесленными работами. В Израиле любой труд был очень уважаем, и тот, кто, воспитывая детей, не обучал их какому-нибудь полезному делу, считался преступником. Согласно Божественному повелению, каждый ребенок должен был знать какое-либо ремесло, даже если он готовился для святого служения. Многие из духовных учителей содержали себя трудом своих рук. Позднее, во времена апостолов, Павел и Акила пользовались не меньшим уважением, зарабатывая себе на пропитание деланием палаток. Основными предметами, изучавшимися в этих школах, были Закон Божий и установления, данные через Моисея; священная история, духовная музыка и поэзия. Методы преподавания в этих школах коренным образом отличались от тех, что приняты в современных богословских школах, выпускники которых имеют гораздо меньшее реальное знание Бога и духовной истины, чем люди, только что поступившие туда. В пророческих школах древнего времени перед всеми учащимися стояла важнейшая задача – постижение воли Божьей и обязанностей человека перед Ним. Там изучали летопись Священной истории, отмеченную присутствием Иеговы. Великие истины в символических образах оживали перед учащимися, и верой они постигали главный предмет – Агнца Божьего, Которому предстояло взять на Себя грехи всего мира.

В этих школах у всех учащихся самым заботливым образом развивали дух посвященности. Им не только внушали необходимость молитвы, но учили, как они должны молиться, как следует в молитве приближаться к Своему Творцу, как развивать веру в Него и как понимать учения Его Духа и повиноваться им. Освященные умы молодых людей извлекали из сокровищницы Божьей новые и древние истины, и Дух Божий обнаруживался в пророчествах и священных песнях.

Преподавание музыки имело своей целью служение святому идеалу, устремление мыслей человека ко всему чистому, благородному и пробуждение в душе его посвященности и признательности Богу. Какая поразительная разница между отношением к музыке в древнее время и тем, как используют ее теперь! Сколь многие употребляют этот дар для самопрославления, вместо того чтобы с его помощью славить Бога! Любовь к музыке побуждает ее неосторожного ценителя объединяться с любящими мир на увеселительных сборищах, куда Господь запретил ходить Своим детям. Таким образом, то, что при правильном использовании является великим благословением, становится одним из самых успешных средств, которыми сатана отвлекает нас от долга и размышления над вечными истинами.

Музыка составляет часть богослужения в небесных обителях, и мы должны стараться, чтобы наши хвалебные песнопения по возможности приближались к гармонии небесных хоров. Правильное развитие голоса является важной чертой воспитания, и на это следует обращать серьезное внимание. Пение как часть религиозного служения столь же важно, как и молитва. Поющий должен сердцем чувствовать дух произведения, чтобы придать ему надлежащую выразительность.

Как отличаются между собой школы пророков Божьих и современные учебные заведения! Большинство нынешних школ руководствуются принципами и обычаями мира. Как прискорбно видеть, что в них нет надлежащей строгости и разумной дисциплины. Пренебрежение к Слову Божьему, распространенное среди так называемых христиан, вызывает тревогу. Поверхностные беседы, дешевый сентиментализм становятся основой нравственного и духовного воспитания. Справедливость и милосердие Божье, красота святости и истинное вознаграждение за благочестивый образ жизни, мерзость греха и неотвратимость его ужасных последствий – все это не запечатлевается в умах молодежи. Дурные сообщества толкают молодых людей на путь преступления, распущенности и безнравственности.

Разве наши воспитатели не могли бы заимствовать немало полезного из методов преподавания в древних еврейских школах? Тот, Кто сотворил человека, сделал все для его всестороннего развития. Следовательно, истинный успех воспитания зависит от верности, с которой человек выполняет замысел Творца.

Подлинная цель воспитания заключается в восстановлении образа Божьего в душе человека. В начале Бог сотворил человека по Своему подобию. Он наделил его благородными качествами. Человек обладал уравновешенным умом, и все способности его были гармоничны. Но грехопадение и его последствия извратили эти качества. Грех исказил и почти уничтожил образ Божий в человеке. Для того чтобы вновь восстановить его, был задуман план спасения и человеку дана жизнь, полная испытаний. Поэтому великая цель жизни, которая лежит в основе всех других, – вернуть человеку совершенство, которое ему было присуще изначально. Миссия родителей и учителей заключается в том, чтобы разделять Божественное намерение относительно воспитания юношества, и тогда они становятся «соработниками у Бога» (1 Кор. 3:9).

Разнообразные способности Бог даровал человеку для того, чтобы он всеми возможными силами стремился достичь высочайшей степени совершенства. Но тут не должно быть места эгоизму или чувству исключительности, ибо сущностью Бога, чье подобие мы должны восстановить в себе, является любовь и благожелательность. Каждое дарование, свойство характера, которыми Творец одарил нас, должны служить умножению Его славы и духовному росту наших ближних,– только такое применение окажется самым чистым, благородным и счастливым.

Если бы этому принципу уделялось должное внимание, тогда произошла бы коренная перемена в некоторых обычных системах воспитания. Вместо того чтобы идти к достижению намеченной цели, воздействуя на гордость и честолюбие, вместо того чтобы разжигать дух соперничества, учителям следовало бы стремиться пробудить в душе человека любовь к добру, истине и красоте, пробудить желание совершенства. Учащийся должен стремиться к развитию в себе Божьих даров, а не к тому, чтобы превзойти других, должен стараться осуществить намерение Творца и уподобиться Ему. Вместо того чтобы направлять разум только к земным идеалам, вместо того чтобы сосредоточиваться на самовозвышении, что само по себе мелко и ничтожно, мы должны устремлять все силы к Творцу, чтобы познать Его и уподобиться Ему.

«Начало мудрости – страх Господень, и познание Святого – разум» (Притч. 9:10). Формирование характера является великой работой всей жизни, а познание Бога есть основа всякого истинного воспитания. Задача каждого учителя состоит в том, чтобы передать это познание и сформировать характер в согласии с ним. Закон Божий является отражением сущности Господа. Поэтому псалмопевец говорит: «…все заповеди Твои праведны», и «повелениями Твоими я вразумлен» (Пс. 118:172, 104). Бог открыл нам Себя в Слове Своем и делах творения. Книга, написанная по вдохновению Святого Духа, и книга природы помогут нам обрести познание о Боге.

Интеллектуальная деятельность характеризуется тем, что уровень развития человека постепенно достигает уровня тех предметов, над которыми тот более всего размышляет. Если наш разум занят простыми обыденными вещами, он постепенно мельчает и слабеет. Если человек никогда не трудится над разрешением каких-либо трудных задач, спустя некоторое время его развитие совсем прекращается. В этом отношении Библия, как воспитательная сила, не знает себе равных. В Слове Божьем разум находит для себя пищу для глубочайшего размышления и опору для высочайших взлетов духа. Библия содержит в себе самые назидательные истории, когда-либо известные людям. Она берет начало от истоков вечной истины, и Божественная рука оберегает ее чистоту на протяжении всех веков. Она проливает свет на далекое прошлое, куда тщетно пытается проникнуть пытливый человеческий ум. В Слове Божьем явлена сила, которая положила основание земли и распростерла небеса. Только там мы можем найти историю нашего рода, не извращенную человеческими предрассудками и гордостью. Там зафиксированы битвы, поражения, победы самых выдающихся мужей, которых когда-либо знал мир. Там все сказано о предназначении человека и его участи в вечности. Занавес, отделяющий видимый мир от невидимого, поднят, и мы наблюдаем борьбу сил добра и зла, противостоящих друг другу, начиная с того момента, когда впервые возник грех, и до окончательной победы правды и истины, – и все это не что иное, как откровение сущности Господа. При благоговейном размышлении над истинами, выраженными в Его Слове, разум того, кто погружается в Библию, соприкасается с Безграничным Разумом. Такие занятия не только обновят и облагородят характер, но непременно умножат и освежат умственные силы.

Изучение Библии существенно сказывается на благополучии человека во всех жизненных отношениях. Ему открываются принципы, являющиеся краеугольным камнем процветания народов, – принципы, на которых зиждется благополучие общества, которые служат основой семьи, то есть те принципы, без которых ни один человек не может достигнуть успеха, счастья и почета в этой жизни и бессмертия – в будущей. В жизни не существует ситуации, на которую нельзя было бы найти ответ в Библии. Изучение Слова Божьего и повиновение ему способствовало бы развитию более сильного и деятельного интеллекта, чем это в состоянии сделать тщательное изучение всех направлений человеческой философии. Это дало бы миру людей с сильным и цельным характером, острым восприятием, здравым суждением, людей, которые были бы славой Божьей и благословением для мира.

При изучении других предметов мы также должны обретать знание о Творце. Всякая подлинная наука является не чем иным, как истолкованием рукописи Божьей в материальном мире. Научные исследования лишь служат доказательством мудрости и могущества Божьего. Правильное понятие – будь то книга природы или писаное слово – знакомит нас с Богом и теми мудрыми и возвышенными законами, в которых открывается Его воля.

Учащегося следует вести к тому, чтобы он видел Бога во всех делах творения. Педагогам следует подражать примеру великого Учителя, который обращался к известным явлениям природы, используя их как иллюстрации, помогающие понять Его учения, которые благодаря такому методу глубже запечатлевались в сознании слушателей. Птицы, поющие в зелени лесов, полевые цветы, величественные деревья, плодородные земли, проклюнувшийся росток, иссохшая земля, заходящее солнце, освещающее небеса своими золотыми лучами – все это средства обучения. Христос объединял зримые дела Творца со словами жизни, которые в Его устах звучали так, что всякий раз, когда эти предметы попадались на глаза его слушателям, они вспоминали уроки истины, которые Он связывал с ними.

Печать Божества, оттиснутая на страницах откровения, видна и на могучих горах, плодородных равнинах, необъятном глубоком океане. Природа свидетельствует человеку о любви его Творца. Он связал нас с Собой бесчисленными знамениями на небе и на земле. Этот мир не состоит только из страданий и скорбей. «Бог есть любовь» написано на каждой распускающейся почке, на лепестках каждого цветочка, на каждом стебельке травы. Хотя из-за проклятия греха на земле немало шипов и колючек, но и на колючем стебле цветут цветы, а шипы скрыты розами. Вся природа свидетельствует о нежной отцовской заботе нашего Бога и Его желании сделать Своих детей счастливыми. Его запреты и установления даны не только как выражение Его власти – во всем, что Он делает, сквозит забота о благосостоянии Его детей. Он не требует от них, чтобы они отказались от того, что содействует их благу.

Господствующее в некоторых слоях общества мнение, что религия не способствует здоровью и счастью в этой жизни, является самым вредным заблуждением. Писание говорит: «Страх Господень ведет к жизни, и кто имеет его, всегда будет доволен, и зло не постигнет его» (Притч. 19:23). «Хочет ли человек жить и любит ли долгоденствие, чтобы видеть благо? Удерживай язык свой от зла и уста свои от коварных слов. Уклоняйся от зла и делай добро; ищи мира и следуй за ним» (Пс. 33:13-15). Слова мудрости – «жизнь для того, кто нашел их, и здравие для всего тела его» (Притч. 4:22).

Истинная религия позволяет человеку гармонично следовать Божественным законам – в физическом, умственном и нравственном отношении. Она учит самообладанию, спокойствию, воздержанию. Религия облагораживает разум, воспитывает вкус и освящает рассудок. Она делает душу причастницей небесной чистоты. Вера в Божью любовь и во всесильное провидение облегчает бремя забот и тревог. Она наполняет сердце радостью и удовлетворением во дни счастья и горя. Религия непосредственно способствует улучшению здоровья, продлению жизни и увеличивает наслаждение всеми ее благословениями. Она открывает душе неистощимый источник счастья. Пусть те, кто еще не встал на сторону Христа, поймут, что Он предлагает гораздо больше, чем они могут пожелать. Человек причиняет своей душе величайший вред и поступает несправедливо по отношению к себе, когда думает и действует вопреки воле Божьей. Никто не может найти истинной радости на пути, запрещенном Им, Тем, Кто знает, что для нас лучше, и Кто заботится о благе Своего творения. Беззаконный путь ведет к несчастью и гибели, а пути мудрости – «пути приятные, и все стези ее – мирные» (Притч. 3:17).

При внимательном рассмотрении становится ясно, что методы физического, а также религиозного воспитания, практиковавшиеся в еврейских школах, могут принести известную пользу. Но это не оценено должным образом. Между разумом и телом существует теснейшая связь, и для того чтобы достичь высокого уровня нравственного и умственного развития, мы должны соблюдать законы, управляющие нашим физическим естеством. Для того чтобы сформировать сильный, уравновешенный характер, как умственные, так и физические силы должны упражняться и развиваться. Может ли быть более важное занятие для юношества, чем изучение чудесного организма, вверенного нам Богом, и законов, позволяющих сохранить его в здоровом состоянии?

Теперь, как и в древнем Израиле, каждый юноша должен научиться выполнять каждодневные обязанности. Каждый должен иметь в руках какое-либо ремесло, чтобы при необходимости зарабатывать себе на пропитание. Это нужно рассматривать не только как поддержку в трудные минуты жизни, но и как средство физического, умственного и морального развития. Даже если кто и уверен, что ему никогда не придется прибегнуть к физическому труду для того, чтобы зарабатывать себе на пропитание, все равно его следует научить работать. Без физических упражнений ни у кого не будет сильного тела и цветущего здоровья, а умение правильно организовать труд не менее необходимо для приобретения сильного и деятельного ума и благородного характера.

Каждый учащийся должен отводить часть дня для физического труда. Таким образом появятся трудовые навыки, разовьется чувство уверенности в себе, и вместе с тем юношество будет защищено от различного рода опасностей низменных привычек, которые часто являются следствием безделья. Все это находится в тесной связи с первоначальной целью воспитания, ибо, подвизаясь на пути труда, прилежания и чистоты, мы входим в гармонию с Творцом.

Ведите юношество к пониманию цели бытия – необходимости чтить Бога и быть благословением для своих ближних; дайте юношам увидеть нежную любовь, которую Отец Небесный проявляет к ним, и свое великое предназначение, к которому жизненная школа должна приготовить их; это исполненное чести предназначение – стать сынами Божьими. И тогда тысячи с презрением и отвращением отбросят низкие, эгоистичные стремления и пустые удовольствия, которые до того времени владели ими. Они научатся ненавидеть грех и опасаться его не просто ради награды или из чувства страха перед наказанием, но сознавая свойственную ему порочность, сознавая, что это пагубным образом отразится на данных им Богом способностях и извратит в них образ Божий.

Бог повелевает юношеству не довольствоваться достижением малого. Черты характера, которые делают человека удачливым и уважаемым членом общества, непреодолимое стремление к совершенству, настойчивая воля, энергичные действия и неутомимая настойчивость не должны быть подавлены. Напротив, с помощью благодати Божьей юношей следует направлять к целям, которые настолько возвышенней эгоистических временных интересов, насколько небеса превыше земли. И воспитание, начатое в этой жизни, будет продолжаться в вечности. Изо дня в день чудесные дела Божьи, доказательства Его мудрости и силы в сотворении и управлении Вселенной, безграничная тайна любви и мудрости в плане искупления будут открываться пытливому уму все в новой красоте. «Не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его» (1 Кор. 2:9).

Уже в этой жизни мы можем улавливать искры Его присутствия и согреваться радостью общения с Небом, но всю полноту радости и блаженства мы испытаем в вечности. Только вечность откроет тот высочайший идеал, которого сможет достичь человек, возвращенный в подобие Божье.

Глава 59

ПЕРВЫЙ ЦАРЬ ИЗРАИЛЯ

Эта глава основана ни Первой книге Царств 8-12 гл.


Управление Израилем осуществлялось от имени Бога и Его власти. Задача Моисея, семидесяти старейшин, начальников и судей заключалась только в проведении в жизнь законов, данных Богом, но власти издавать законы для народа они не имели. Это было условием существования нации. Из столетия в столетие посылались люди, вдохновленные Богом, чтобы наставлять народ и учить его жить по Божьим Законам.

Господь предвидел требование Израиля иметь царя, но Он не согласился изменить принципы, на которых было основано государство. Царю предстояло стать наместником Всевышнего. Бог должен был оставаться признанным Владыкой народа, а Его закон нужно было почитать наивысшим законом страны.

Когда израильтяне поначалу поселились в Ханаане, они признали принципы теократического правления, и нация процветала под управлением Иисуса Навина. Но умножение численности народа и взаимоотношения с другими странами внесли перемены. Израильский народ перенял безнравственные обычаи своих языческих соседей и во многом утратил, таким образом, свою особую святость. Постепенно иудеи потеряли благоговение перед Богом и уже не дорожили своим преимуществом быть Его избранным народом. Пораженные великолепием и блеском языческих царей, они тяготились своей простотой. Между коленами возникли ревность и зависть. Внутренние разногласия ослабляли их; враждебно настроенные язычники постоянно совершали набеги на их земли, и среди израильтян крепло убеждение, что для сохранения своего положения между народами все колена должны объединиться под единой сильной властью. Уклонившись от повиновения Закону Божьему, они желали освободиться от своего Божественного Правителя, и, таким образом, желание иметь царя стало общим требованием всего Израиля.

Со дней Иисуса Навина никто не управлял Израилем с такой великой мудростью и успехом, как Самуил. Помазанный Богом на тройное служение – как судья, пророк и священник – Самуил неутомимо, с бескорыстным рвением трудился на благо своего народа, и нация процветала под его мудрым руководством. Повсеместно был восстановлен порядок, народ боялся Бога и чтил Его, и на некоторое время дух недовольства утих. Но с наступлением старости пророк вынужден был разделить с другими бремя своих трудов и назначил себе в помощники двух своих сыновей. В то время как Самуил исполнял свои обязанности в Раме, молодые люди находились в Вирсавии, чтобы вершить справедливость среди народа, живущего у южной границы страны.

Со всеобщего согласия народа Самуил назначил на это служение своих сыновей, но они не оправдали доверия отца. Через Моисея Господь дал Своему народу специальные указания, чтобы начальники Израиля судили справедливо, честно поступали с вдовами и сиротами и не брали взяток. Но сыновья Самуила «уклонились в корысть, и брали подарки, и судили превратно». Напрасно Самуил старался запечатлеть в сознании своих сыновей определенные принципы. Они не подражали чистой, бескорыстной жизни своего отца. Предостережение, посланное Илию, не оказало должного влияния на Самуила. Излишняя снисходительность к сыновьям не могла не сказаться на их характере и жизни.

Несправедливость этих судей вызвала много недовольства и послужила поводом к перемене управления, – перемене, которой уже долгое время втайне желал весь народ. «И собрались все старейшины Израиля, и пришли к Самуилу в Раму, и сказали ему: вот, ты состарился, а сыновья твои не ходят путями твоими; итак поставь над нами царя, чтобы он судил нас, как у прочих народов» (1 Цар. 8:4, 5). Самуил не знал, что его сыновья злоупотребляли своим положением. Если бы ему было известно их нечестное поведение, он немедленно устранил бы их, но не этого желали пришедшие с прошением. Самуил видел, что они руководствуются гордыней, что они раздражены, и их требование – результат продуманного и решительного замысла. Ни одной жалобы не было предъявлено Самуилу. Честность и мудрость его руководства признавались всеми, но престарелый пророк рассматривал подобные слова как недовольство им лично и видел в этом прямую попытку сместить его. Однако он ничем не проявил своих чувств, не произнес ни единого слова упрека, но в молитве обратился к Богу и только у Него одного просил совета.

И Господь сказал Самуилу: «Послушай голоса народа во всем, что они говорят тебе; ибо не тебя они отвергли, но отвергли Меня, чтоб Я не царствовал над ними. Как они поступали с того дня, в который Я вывел их из Египта, и до сего дня, оставляли Меня и служили иным богам: так поступают они и с тобою». В этих словах пророк почувствовал упрек себе в том, что поведение народа он отнес на свой счет. Они проявили неуважение не к нему, но к власти Бога, Который назначал начальников в Своем народе. Те, кто отвергает и презирает верного слугу Божьего, проявляют презрение не просто к человеку, но к Владыке, пославшему его. Этим они умаляют Божьи слова. Его обличения и советы, этим они отвергают Его власть.

Наибольшего расцвета Израиль достиг в то время, когда признавал Иегову своим Царем, когда законы и правление, учрежденные Им, чтились превыше законов всех остальных народов. Моисей объявил Израилю относительно установлении Господних: «Ибо в этом мудрость ваша и разум ваш пред глазами народов, которые, услышав о всех сих постановлениях, скажут: только этот великий народ есть народ мудрый и разумный» (Втор. 4:6). Но, отступив от Закона Божьего, евреи не смогли стать таким народом, каким Бог желал сделать их, а в результате все зло, которое явилось следствием их отступничества и безумия, они приписали правлению Божьему. Вот до чего грех ослепил их.

Господь предсказал через пророков, что Израилем будет управлять царь, но ничего не говорилось о том, что это наилучшая форма правления для евреев или что это отвечает воле Божьей. Бог разрешил народу поступать согласно своей воле, ибо он отказался руководствоваться Его советом. Осия говорит, что Бог дал им царя во гневе Своем (см. Ос. 13:11). Когда люди упорно желают идти своим путем, не ища одобрения Божьего, или же когда они сопротивляются Его ясно выраженной воле. Он часто удовлетворяет их желания, дабы последующий горький опыт заставил их понять свое безумие и раскаяться в своем грехе. Человеческая гордость и мудрость – слишком опасные путеводители. То, чего желает сердце вопреки воле Божьей, впоследствии окажется скорее проклятием, нежели благословением.

Бог желал, чтобы Его народ видел в Нем единственного Законодателя и источник силы. Чувствуя свою зависимость от Бога, евреи всегда стремились бы к Нему. Как Его избранный народ, они должны были стать благородными, возвышенными людьми, отвечающими тому высокому предназначению, к которому Он их призвал. Но, избрав кого-либо в цари, они неизбежно отвратили бы свое внимание от Бога. И больше полагались бы на человеческую силу, нежели на Божественную, а беззакония царя ввели бы народ во грех и отдалили бы его от Бога.

Самуилу было велено удовлетворить требование народа, но предостеречь о Божьем неодобрении, а также поставить в известность о последствиях такого образа действий. «И пересказал Самуил все слова Господа народу, просящему у него царя». Он верно указал на те тяжелые обязанности, которые будут возложены на евреев, и провел разницу между их новым зависимым положением и настоящим, сравнительно свободным и процветающим состоянием. Он сказал им, что царь, подражая блеску и роскоши других монархов, будет очень многого требовать от них – и услужения, и имущества. Он выберет среди них самых красивых молодых людей для своего окружения и превратит их в своих возниц, кучеров и скороходов. Они должны будут составить его армию, обрабатывать его поля, собирать его урожай и изготовлять снаряжение для его воинов. Их дочери будут взяты в царские чертоги для приготовления пищи и выполнения других обязанностей. Для того чтобы содержать свой двор, он отнимет у них самые лучшие земли, которые дал им Сам Иегова. Он возьмет их лучших слуг и скот и «употребит на свои дела». Помимо этого, царь потребует у них десятую часть всех их доходов от ремесла или от произведений земли. «И сами вы будете ему рабами, – сказал в заключение пророк. – И восстенаете тогда от царя вашего, которого вы избрали себе; и не будет Господь отвечать вам тогда». Однако каким тяжелым ни окажется этот гнет, учрежденную некогда монархию они не смогут свергнуть, когда захотят.

Но народ ответил ему на все это: «Нет, пусть царь будет над нами; и мы будем, как прочие народы: будет судить нас царь наш, и ходить пред нами, и вести, войны наши».

«Как прочие народы». Израильтяне не понимали того, что их особое преимущество и благословение состояло именно в отличии от других народов. Бог отделил их от всех других, чтобы сделать Своим избранным сокровищем. Но они, пренебрегая этой высокой честью, страстно желали уподобиться язычникам! И поныне среди так называемого народа Божьего живет сильное желание сообразоваться с мирскими привычками и обычаями. Когда люди отдаляются от Бога, у них появляется честолюбивое стремление к почестям и преимуществам мира. Христиане постоянно стараются подражать обычаям тех, кто преклоняется перед божеством мира сего. Многие убеждены в том, что, завязывая близкие отношения со светскими людьми и сообразуясь с их нравами, они смогут оказывать большее влияние на неверующих. Но все поступающие так отдаляются от Источника своей силы. Становясь друзьями мира, они превращаются во врагов Бога. Ради земных почестей они жертвуют неизмеримо высокой честью, предназначенной для них Богом, – прославить Того, Кто призвал нас «из тьмы в чудный Свой свет» (1 Петр. 2:9).

С глубокой печалью Самуил выслушал слова народа, но Господь сказал ему: «Послушай голоса их, и поставь им царя». Пророк исполнил свой долг. Он верно изложил им предостережение, но оно было отвергнуто. С тяжелым сердцем он отпустил народ, а сам удалился, чтобы приготовиться к великой перемене в управлении.

Непорочная и бескорыстная жизнь Самуила являлась постоянным упреком корыстолюбивому служению священников и старейшин и надменному необращенному израильскому обществу. Тем не менее он не окружал себя пышностью и не выставлял напоказ свои труды, отмеченные одобрением Неба. Он был прославлен Искупителем мира, под Чьим руководством он управлял еврейским народом. Но людям надоела его набожность и верность, они отвергли его смиренное правление и променяли на человека, который должен был царствовать над ними.

Мы видим, что в Самуиле отразился образ Христа. Непорочность жизни Спасителя вызывала гнев сатаны. Его жизнь была светом для мира, и она обличала скрытую порочность человеческих сердец. Святость жизни Христа возбудила против Него самые яростные нападки со стороны благочестивых лицемеров. Христос пришел в этот мир не в блеске богатства, не в сверкании земной славы, однако Его дела свидетельствовали, что Он обладает большей силой, нежели любой земной царь. Иудеи ожидали, что Мессия свергнет ярмо угнетателей, однако сами продолжали творить те же беззакония, благодаря которым это ярмо оказалось надето на их шеи. Если бы Христос покрыл их грехи и поощрял их внешнее благочестие, они приняли бы тогда Его как своего царя, но Его бесстрашные обличения их пороков были невыносимы для них. Они презрели красоту Его характера, в котором было столько благожелательности, непорочности, святости и отсутствовала ненависть к чему бы то ни было, кроме греха. Это происходит во все века. Небесный свет обличает всех, кто отказывается пребывать в нем. Когда жизнь тех, кто ненавидит грех, становится упреком для лицемеров, тогда они превращаются в приспешников сатаны, чтобы мучить и преследовать верных. «Все, желающие жить благочестиво во Христе Иисусе, будут гонимы» (2 Тим. 3:12).

Хотя монархическая форма правления в Израиле и была предсказана в пророчестве. Бог оставил за Собой право избрать для народа царя. Евреи настолько уважали власть Бога, что полностью положились на Него в выборе царя. Выбор пал на Саула, сына Киса из колена Вениаминова.

Личные достоинства будущего монарха полностью отвечали тщеславным желаниям народа. «И не было никого из Израильтян красивее его» (1 Цар. 9:2). Благородный, полный достоинства, во цвете лет, высокий и красивый, он, казалось, был рожден для того, чтобы повелевать. Однако, невзирая на внешнюю привлекательность, у Саула не было возвышенных качеств, которые составляют истинную мудрость. В юности он не научился владеть своими порывистыми и пылкими страстями. Он никогда не испытывал на себе обновляющей силы Божественной благодати.

Саул был сыном влиятельного и богатого начальника, но по обычаям того времени вместе с отцом занимался скромным земледельческим трудом. Из стада отца среди гор затерялось несколько ослиц, и Саул вместе со слугой отправился искать их. Три дня ушло на бесплодные поиски, и когда они оказались недалеко от Рамы, где жил Самуил, слуга предложил спросить у пророка относительно потерянных ослиц. «Вот в руке моей четверть сикля серебра, – сказал он, – я отдам человеку Божию, и он укажет нам путь наш». Это соответствовало обычаям того времени. Обращаясь к тому, кто стоял выше него, человек должен был вручить ему маленький подарок в знак уважения.

Приблизившись к городу, они встретили молодых девиц, которые шли за водой, и спросили их о прозорливце. Те ответили, что в городе должно быть богослужение, и, значит, пророк уже здесь, потому что у народа жертвоприношение «на высоте», а потом будет жертвенный пир. Великая перемена произошла во дни правления Самуила. Когда впервые Божий призыв дошел до него, служение в святилище находилось в запустении. Люди отвратились от жертвоприношений Господу (1 Цар.2:17). Но теперь богослужения проходили по всей стране, и народ проявлял интерес к религиозным служениям. Поскольку служения в скинии не совершались, жертвы приносили в городах священников и левитов, куда народ обращался за наставлениями. Самые высокие места в этих городах обыкновенно предназначались для жертвоприношений, поэтому они и назывались «высотами».

У ворот города Саул был встречен самим пророком. Бог открыл Самуилу время, когда должен был прийти к нему избранный царь Израиля. И когда они встретились, Господь сказал Самуилу: «Вот человек, о котором Я говорил тебе; он будет управлять народом Моим».

На просьбу Саула: «Скажи мне, где дом прозорливца?» – Самуил ответил: «Я прозорливец». Заверив, что потерянные ослицы нашлись, пророк пригласил Саула остаться на пире, давая ему в то же самое время намек на великое будущее, ожидающее его: «И кому все вожделенное в Израиле? Не тебе ли и всему дому отца твоего?» Сердце Саула затрепетало от слов пророка. Он не мог не почувствовать, что в них содержится важное предсказание, ибо требование возвести кого-нибудь на израильский престол звучало из уст всех людей. Все же с благопристойной скромностью он ответил: «Не сын ли я Вениамина, одного из меньших колен Израилевых? И племя мое не малейшее ли между всеми племенами колена Вениаминова? К чему же ты говоришь мне это?»

Самуил проводил пришельца туда, где собрались именитые мужи города. По распоряжению пророка Саулу было отведено среди них почетное место, и на обеде ему подавали самые лучшие блюда. Когда служение окончилось, Самуил позвал гостя к себе и на кровле своего дома беседовал с ним, говоря о великих принципах, на которых основано правление Израиля, стараясь таким образом подготовить его в какой-то мере к высокому назначению.

Когда на следующее утро Саул отправился в путь, пророк пошел с ним. Выйдя из города, он послал слугу вперед, а Саулу велел остановиться, чтобы сообщить ему весть от Бога; «взял Самуил сосуд с елеем и вылил на голову его, и поцеловал его, и сказал: вот. Господь помазывает тебя в правителя наследия Своего». И в доказательство того, что это было сделано властью Бога, пророк предсказал все, что произойдет с Саулом по пути домой, и заверил его, что он будет помазан Духом Божьим на трон, ожидающий его. «И найдет на тебя Дух Господень… – сказал пророк, – и сделаешься иным человеком. Когда эти знамения сбудутся с тобою, тогда делай, что может рука твоя; ибо с тобою Бог».

Саул отправился своей дорогой, и все произошло так, как сказал пророк. На границе пределов колена Вениаминова ему сказали о том, что нашлись потерянные ослицы. На Фаворской равнине он встретился с тремя мужчинами, идущими на поклонение в Вефиль. Один из них нес трех козлят для жертвоприношения, другой – три хлеба, а третий – сосуд с вином для праздничного обеда. Они приветствовали Саула обычными словами и отдали ему два хлеба. В Гиве, его городе, он встретил группу пророков, возвращающихся с «высоты», которые пели, прославляя Бога под звуки труб, арфы, псалтири и гуслей. Когда Саул приблизился к ним. Дух Божий сошел на него, и он присоединился к певцам и пророчествовал вместе с ними. Он говорил так бегло и разумно и принимал такое горячее участие в служении, что знавшие его восклицали в изумлении: «Что это сталось с сыном Кисовым? неужели и Саул во пророках?»

Когда Саул вместе с пророками принял участие в служении, великая перемена произошла с ним под влиянием Святого Духа. Свет Божественной чистоты и святости засиял во тьме плотского сердца. Он увидел себя таким, каким был пред Богом. Он увидел красоту святости. Теперь он был призван вступить в борьбу с грехом и сатаной и начал осознавать, что в этой борьбе может рассчитывать только на силу Бога. План спасения, который казался ему таким неясным и непонятным, открылся его разумению. Бог одарил его мудростью и смелостью для высокого призвания. Он открыл ему источник силы и благодати и просветил его относительно Божественных требований и его собственного долга.

Народ не знал о том, что Саул помазан в цари. Выбор Божий должен был открыться перед людьми путем жеребьевки. С этой целью Самуил созвал народ в Массифу. Была вознесена молитва о Божественном водительстве, и затем произошла торжественная церемония бросания жребия. В молчании собравшиеся люди ожидали результата. Было указано на колено, племя, членов семьи, а затем жребий пал на Саула, сына Киса. Но его не оказалось среди собравшихся. Удрученный сознанием великой ответственности, которую собирались возложить на него, он незаметно удалился. Но его привели обратно в собрание, и весь народ с гордостью и удовлетворением смотрел на его царственную осанку, благородную внешность, поскольку он «был от плеч своих выше всего народа». Даже Самуил, представляя его собранию, воскликнул: «Видите ли, кого избрал Господь? подобного ему нет во всем народе». И в ответ из уст многочисленного народа раздался громкий клич радости: «Да живет царь!»

Тогда Самуил изложил перед народом «права царства», объясняя народу принципы, на которых основывается царское правление и которыми они должны будут руководствоваться. Царь не являлся абсолютным монархом – его власть ограничивалась волей Всевышнего. Это обращение записали в книгу, изложив права царя, права народа и его привилегии. Хотя народ и отверг предостережения Самуила, но преданный пророк, вынужденный уступить желанию людей, все же пытался по возможности оградить их свободу.

В то время как почти все были готовы признать Саула своим царем, нашлось немало и тех, кому очень не нравилось, что царя избрали из такого небольшого колена, а не из колена Иуды или Ефрема, самых больших и могущественных. Многие сочли это оскорблением и не могли примириться с этим. Они отказались засвидетельствовать свою преданность Саулу и не преподнесли ему подарков, полагающихся по обычаю. Именно те, кто раньше больше всех кричал о желании иметь царя, теперь отказались с благодарностью принять человека, назначенного Богом. Сторонники каждой группы имели своего избранника, которого они желали бы возвести на трон, а некоторые из начальников желали этой славы для себя. Зависть и ревность вспыхнули во многих сердцах. Поступки, продиктованные гордостью и честолюбием, принесли негодование и разочарование.

При таком положении вещей Саул не решался вступить в царские права. Оставив Самуила управлять, как и прежде, он вернулся в Гиву. Его с почестями сопровождали верные люди, которые видели в нем избранника Божьего и решили поддерживать его. Но он не предпринял никаких попыток силой поддержать свое право на трон. У себя дома, среди возвышенностей Вениаминовой земли, он мирно занимался земледелием, предав всецело в руки Божьи установление своего правления.

Вскоре после воцарения Саула аммонитяне во главе с царем Наасом напали на колена, жившие на восточной стороне Иордана, и осадили Иавис Галаадский. Жители этого города пытались заключить с ними мирный договор, обещая платить дань. Это предложение жестокий царь не принял, но выставил свое условие: выколоть у каждого по правому глазу, чтобы они были неизменным свидетельством его могущества.

Жители осажденного города просили семь дней для размышления. Аммонитяне согласились, думая таким путем усилить торжество ожидаемой победы. Тем временем из Иависа с просьбой о помощи немедленно были посланы люди к коленам, живущим на западной стороне Иордана. Они принесли эти известия в Гиву, возбуждая всеобщий ужас. Саул, возвращаясь вечером с поля, где целый день трудился со своими волами, услышал громкий вопль, что говорило о каком-то великом несчастье. Он спросил: «Что сделалось с народом, что он плачет?» Когда позорное условие мирного союза было передано ему, силы, до сих пор дремавшие в нем, пробудились, и «сошел Дух Божий на Саула… И взял он пару волов, и рассек их на части, и послал во все пределы Израильские чрез тех послов, объявляя, что так будет поступлено с волами того, кто не пойдет вслед Саула и Самуила».

По приказу Саула в долине Везек собрались триста тридцать тысяч человек. В осажденный город были немедленно посланы гонцы с вестью, что помощь придет к утру, как раз в тот день, когда горожанам предстояло стать рабами аммонитян. Ночью, стремительно продвигаясь, Саул со своей армией перешел Иордан и прибыл в Иавис «очень рано». Как и Гедеон, он разделил людей на три отряда и ранним утром, когда в стане врага меньше всего ожидали опасности, напал на аммонитян. В поднявшейся панике враг был наголову разбит. «Оставшиеся рассеялись, так что не осталось из них двоих вместе».

Находчивость и храбрость Саула, а также его воинское мастерство, проявленное в успешной битве с таким многочисленным врагом, как раз и были теми достоинствами, которые израильтяне желали видеть в своем царе, чтобы вести победоносные войны с другими народами. Теперь они приветствовали его как своего царя, приписывая торжество победы человеческому умению и забывая, что без особого Божественного благословения все их старания оказались бы тщетными. Некоторые решительно настроенные люди предложили убить тех, кто вначале отказался признать власть Саула. Но вмешавшись в это, царь сказал: «В сей день никого не должно умерщвлять, ибо сегодня Господь совершил спасение в Израиле». Эти слова свидетельствовали о перемене в его характере. Вместо того чтобы приписать славу себе, он воздал славу Богу. Вместо того чтобы проявить дух мести, он проявил милосердие и прощение. Это безошибочное доказательство того, что благодать Божья пребывает в сердце.

Затем Самуил предложил созвать народное собрание в Галгале, чтобы публично закрепить за Саулом царство. Так и сделали, «и принесли там мирные жертвы пред Господом. И весьма веселились там Саул и все Израильтяне».

Галгал был местом, где Израиль впервые расположился станом в обетованной земле. Здесь, согласно Божественному указанию, Иисус Навин соорудил столп из двенадцати камней в память чудесного перехода через Иордан. Здесь был возобновлен обряд обрезания. Здесь впервые после своего падения в Кадесе и странствования по пустыне народ праздновал Пасху. Здесь перестала сыпаться с неба манна. Повелитель воинства Господнего здесь открыл Себя как Вождь израильских ополчений. Отсюда они отправились на взятие Иерихона и Гая. Здесь Ахан понес свое заслуженное наказание, и также именно тут был заключен союз с гаваонитянами, ставший наказанием для Израиля, не обратившегося к Богу за советом. И сейчас на этой равнине, с которой у народа было связано столько волнующих воспоминаний, стояли Самуил и Саул, и когда утихли возгласы приветствий царю, престарелый пророк, бывший правителем израильтян, обратился к народу с прощальными словами.

«Вот, – сказал Самуил, – я послушался голоса вашего во всем, что вы говорили мне, и поставил над вами царя. И вот, царь ходит пред вами. А я состарелся и поседел… Я же ходил пред вами от юности моей и до сего дня. Вот я: свидетельствуйте на меня пред Господом и пред помазанником Его, у кого взял я вола, у кого взял осла, кого обидел и кого притеснил, у кого взял дар и закрыл в деле его глаза мои,– и я возвращу вам».

Весь народ единогласно ответил: «Ты не обижал нас и не притеснял нас, и ничего ни у кого не взял».

Этими. вопросами Самуил желал не только оправдать собственное поведение. Накануне он уже объяснил народу принципы, которыми должны руководствоваться царь и люди, но теперь желал придать весомость своим словам личным примером служения народу. С детства он трудился на ниве Божьей, и в течение всей его долгой жизни перед ним стояла одна цель – прославление Бога и наивысшее благо Израиля.

Израиль мог надеяться на свое благоденствие не раньше, чем совершится покаяние. В результате беззакония евреи утратили веру в Бога и способность ценить Его мудрость и могущество в управлении ими. Прежде чем найти истинный мир, они должны были признаться и раскаяться в совершенном грехе. Они так объясняли причину того, почему им нужен царь: «Будет судить нас царь наш, и ходить пред нами, и вести войны наши».

Самуил вспомнил всю историю Израиля, начиная с того дня, как Бог вывел их из Египта. Иегова, Царь царей, шел перед ними и руководил их битвами. Часто беззакония предавали их в руки врагов, но как только они оставляли свои злые пути. Божественное милосердие избавляло их от опасности. Господь послал Гедеона и Варака, Иеффая и Самуила и «избавил вас от руки врагов ваших, окружавших вас, и вы жили безопасно». Однако и сейчас, когда им грозила опасность, они на слова пророка: «Господь, Бог ваш, – Царь ваш» – заявили: «Царь пусть царствует над нами»

«Теперь, – продолжал Самуил, – станьте, и посмотрите на дело великое, которое Господь совершит пред глазами вашими: не жатва ли пшеницы ныне? Но я воззову к Господу, и пошлет Он гром и дождь, и вы узнаете и увидите, как велик грех, который вы сделали пред очами Господа, прося себе царя. И воззвал Самуил к Господу, и Господь послал гром и дождь в тот день» Во время жатвы пшеницы, в мае и июне, на востоке никогда не бывает дождя. Небо безоблачно, воздух чист и мягок. Свирепая буря в это время года преисполнила всех ужасом. Теперь люди в смирении исповедали свой грех, грех, в котором они были виновны «Помолись о рабах твоих пред Господом, Богом твоим, чтобы не умереть нам, ибо ко всем грехам нашим мы прибавили еще грех, когда просили себе царя»

Самуил не оставил народ пребывать в отчаянии, ибо это послужило бы для евреев препятствием к исправлению своей жизни. Тогда сатана внушил бы им мысль, что Бог суров, что Он не способен прощать, и таким образом ввел бы их во многие искушения Бог милосерден и готов прощать Он всегда желает оказать милость Своим детям, когда те повинуются гласу Его. «Не бойтесь, – сказал Бог через пророка, – грех этот вами сделан, но вы не отступайте только от Господа, и служите Господу всем сердцем вашим И не обращайтесь вслед ничтожных богов, которые не принесут пользы и не избавят, ибо они – ничто Господь же не оставит народа Своего»

Самуил не стал вспоминать о пренебрежении, с которым евреи отнеслись к нему Он не единым словом не упрекнул их за неблагодарность, которой Израиль вознаградил его служение на протяжении целой жизни, но уверял всех в своей преданности. «И я также не допущу себе греха пред Господом, чтобы перестать молиться за вас, и буду наставлять вас на путь добрый и прямый Только бойтесь Господа и служите Ему истинно, от всего сердца вашего, ибо вы видели, какие великие дела Он сделал с вами. Если же вы будете делать зло, то и вы и царь ваш погибнете».

Глава 60

САМОНАДЕЯННОСТЬ САУЛА

Эта глава основана на Первой книге Царств 13 и 14 гл.


После собрания в Галгале Саул распустил войско, собравшееся по его приказу для войны с аммонитянами, оставив при себе только две тысячи человек в Михмасе, и тысяча человек находилась в распоряжении его сына Ионафана в Гиве. Тут Саул допустил серьезную ошибку Среди воинов Саула царило приподнятое настроение Люди радовались и ликовали по поводу недавней победы, и если бы Саул воспользовался этим и тотчас пошел войной против остальных врагов Израиля, то, сокрушив их, он освободил бы свой народ.

Тем временем их воинственные соседи, филистимляне, не дремали. После поражения при Авен Езере в их руках все еще оставались некоторые укрепления на Израильской земле, и теперь они закрепились в самом сердце страны Что касается армии, снаряжения и поддержки со стороны других народов, то в этом отношении филистимляне имели большое преимущество перед израильтянами. В течение долгих лет угнетения они запрещали израильтянам заниматься ковкой железа, чтобы таким образом отнять у них возможность изготовления снаряжения. Заключив мир, евреи продолжали обращаться к филистимлянам по этому поводу, когда у них возникала нужда в оружии. Не привыкшие заботиться о себе, подавленные своим рабским положением, израильские мужи ничего не сделали для того, чтобы иметь свое оружие. Во время военных действий широко пользовались луком и пращой, и израильтяне могли это сделать для себя, но кроме Саула и его сына Ионафана никто не имел ни копья, ни меча.

Только на второй год царствования Саула были предприняты попытки покорить филистимлян. Первый удар нанес Ионафан, царский сын, который напал на отряд филистимлян в Гиве и разбил его. Разъяренные этим поражением, филистимляне спешно готовились к войне против Израиля. Теперь Саул был вынужден повелеть трубить по всей стране, чтобы все мужчины, способные к войне, включая и колена, живущие за Иорданом, собрались в Галгале. Этот приказ выполнили.

Огромная армия филистимлян расположилась в Михмасе – «тридцать тысяч колесниц и шесть тысяч конницы, и народа множество, как песок на берегу моря». Когда эти известия дошли до Саула и его людей в Галгале, все сильно испугались предстоящего сражения с таким могущественным противником. Они не были готовы к битве с врагом, многие так напугались, что даже не осмеливались вступить в бой. Некоторые перешли Иордан, в то время как другие попрятались в пещерах, ямах и среди скал, которыми так богат тот край. Начало военных действий приближалось, и вместе с тем число дезертиров все увеличивалось, а оставшиеся с Саулом были исполнены самых мрачных и страшных предчувствий.

Прежде, когда Саул был помазан в цари над Израилем, он получил определенные указания, как действовать в такое время. «И ты пойди прежде меня в Галгал, – сказал пророк, – куда и я приду к тебе для принесения всесожжении и мирных жертв. Семь дней жди, доколе я не приду к тебе, и тогда укажу тебе, что тебе делать» (1 Цар.10:8).

Изо дня в день Саул ожидал, не предпринимая никаких решительных попыток ободрить людей и внушить им, чтобы они полагались на Бога. Когда назначенное пророком время истекло, он не мог уже больше ожидать и впал в горькое разочарование, подавленный такими тяжелыми обстоятельствами. Вместо того чтобы приготовить народ к служению, на которое должен был прийти Самуил, и совершить его, он позволил себе впасть в неверие и сомнение. Искать общения с Богом с помощью жертвы – это в высшей степени торжественное и важное служение, и Бог требовал, чтобы Его народ, заглянув в свое сердце, покаялся в грехах, для того чтобы жертва была принята и чтобы Он мог благословить его на победу над врагом. Но беспокойство Саула все возрастало, а народ, вместо того чтобы обратиться к Богу за помощью, надеялся на царя, который должен был управлять и руководить.

Однако Господь по-прежнему заботился о евреях и не обрушивал на них бедствия, что неизбежно произошло бы, если бы их единственной опорой стала рука смертного человека. Он окружил их такими обстоятельствами, чтобы они поняли безумие своих надежд на человека и обратились к Нему – уповая только на Его помощь. Время испытания для Саула настало. Он должен был теперь показать, надеется ли он на Бога или нет и способен ли терпеливо ожидать, как повелел ему Бог, чтобы проявить себя человеком, на которого Бог может положиться в тяжелые минуты как на вождя Своего народа, или же, наоборот, он поколеблется и окажется недостойным своего святого призвания. Послушает ли царь, избранный Израилем, Царя царей? Обратит ли он внимание своих упавших духом подданных на Того, Кто был вечным источником силы и избавления?

Со все возрастающим нетерпением Саул ожидал прибытия Самуила и приписывал царящие в армии смятение, отчаяние и дезертирство отсутствию пророка. Назначенный срок настал, но человек Божий не появился. Божественное провидение удерживало Своего слугу. Но беспокойный, неугомонный Саул не мог больше ждать. Чувствуя, что нужно что-то предпринять для успокоения народа, он решил собрать людей на религиозное служение и при помощи жертвы умолять о Божественной помощи. Бог велел только особо посвященным людям приносить перед Ним жертвы. Но Саул приказал: «Приведите ко мне, что назначено для жертвы всесожжения», и, облеченный в военные доспехи и меч, он приблизился к жертвеннику и принес жертвы Богу.

«Но едва кончил он возношение всесожжения, вот, приходит Самуил; и вышел Саул к нему на встречу, чтобы приветствовать его». Самуил сразу же обнаружил, что Саул поступил вопреки данным ему указаниям. Господь сказал, что в это время Он через пророка откроет, что нужно делать Израилю в тот критический момент. Если бы Саул выполнил все условия, на которых была обещана Божественная помощь, тогда Господь посредством тех немногих, кто остался верен царю, совершил бы чудесное избавление для Израиля. Но Саул был настолько доволен собой и своими поступками, что вышел встречать пророка как человек, который заслуживал скорее похвалы, нежели порицания.

Тревога и волнение не покидали Самуила, но на его вопрос: «Что ты сделал?» – Саул начал оправдывать свой самонадеянный поступок. Он сказал: «Я видел, что народ разбегается от меня, а ты не приходил к назначенному времени; Филистимляне же собрались в Михмасе. Тогда подумал я: «теперь придут на меня Филистимляне в Галгал, а я еще не вопросил Господа»; и потому решился принести всесожжение».

И сказал Самуил Саулу: «Худо поступил ты, что не исполнил повеления Господа, Бога твоего, которое дано было тебе; ибо ныне упрочил бы Господь царствование твое над Израилем навсегда. Но теперь не устоять царствованию твоему; Господь найдет Себе мужа по сердцу Своему, и повелит ему Господь быть вождем народа Своего… И встал Самуил и пошел из Галгала в Гиву Вениаминову».

Израиль должен был либо перестать быть народом Божьим, либо придерживаться принципов, на которых утверждалась монархия, и таким путем руководствоваться Божественной силой. Если бы Израиль полностью предался Господу и свою волю подчинил воле Божьей, тогда Он оставался бы его Правителем. До тех пор пока царь и народ починялись Ему, Он мог оставаться их Защитником. Никакое правление в Израиле не могло быть успешным, если бы превыше всего не признавалась власть БОЖЬЯ.

Если бы в то время испытания Саул проявил уважение к требованиям Божьим, тогда Бог исполнил бы через него Свою волю. Недостойное поведение царя показало, что он неспособен стать наместником Господа и возглавить Его народ. Он повел бы Израиля по неверному пути. Он руководствовался бы не волей Божьей, но своей. Если бы Саул остался верен, тогда его царство было бы утверждено навеки, но он оказался недостойным, и замысел Божий должен был осуществиться через другого Его избранника. Управление Израилем должно было перейти в руки того, кто управлял бы народом в соответствии с волей Неба.

Зачастую мы не знаем, что таят в себе испытания. Единственно безопасный выход – это оставаться полностью покорным Слову Божьему. Все Его обетования даны на условии веры и послушания, а в случае неповиновения Его повелениям мы лишаемся богатых благословений, обещанных нам в Священном Писании. Не следует действовать под влиянием порыва или же полагаться на суждения людей. Мы должны руководствоваться явленной нам волей Божьей и поступать согласно Его ясным повелениям, невзирая на окружающие нас обстоятельства. Бог заботится о последствиях. Верностью Его слову во дни испытаний и трудностей мы можем доказать как перед людьми, так и перед ангелами, что Господь может доверить нам в трудный момент исполнить Его волю, прославить Его имя и стать благословением для Его народа.

Саул впал в немилость Божью, однако он не хотел смирить свое сердце и раскаяться. То, чего не хватало ему для истинного благочестия, он пытался возместить рвением в тщательном выполнении религиозных обрядов. Саул знал о поражении Израиля, когда ковчег Божий был принесен в стан Офни и Финеесом, и все же осмелился послать за ковчегом и священником, назначенным сопровождать его. Если бы это подняло дух народа, тогда он смог бы собрать разбегающихся воинов и вступить в сражение с филистимлянами. Он хотел теперь избавиться от присутствия Самуила и его поддержки и таким образом освободиться от его неодобрения и укоров.

Саулу был дан Дух Святой, чтобы просветить его разум и смирить сердце. Он получил точное указание относительно того, как следует поступать, он был обличен пророком Божьим. Но, несмотря на это, он поступил по-своему – столь велико было его упрямство! История жизни первого израильского царя – печальный пример силы плохих привычек, приобретенных в ранней молодости. В юности Саул не любил Бога и не боялся Его, он смолоду не укротил свой своенравный дух и был всегда готов восстать против Божественной власти. Те, кто с юности питает святое почтение к Божественной воле и верно исполняет свои обязанности, таким образом готовят себя к исполнению высшего служения в последующей жизни. Но невозможно годами извращать способности, данные Богом, и считать, что потом, когда тебе вздумается измениться, обнаружишь эти способности в целости и сохранности и направишь их в совершенно противоположном направлении.

Попытка Саула поднять дух народа оказалась бесплодной. Оставшись только с шестьюстами воинами, он покинул Галгал и возвратился в крепость Гивы, недавно отвоеванную у филистимлян. Этот город находился на южной стороне глубокой каменистой долины, то есть ущелья, в нескольких милях севернее Иерусалима. На северной стороне этой долины, в Михмасе, расположились лагерем филистимляне, которые совершали небольшие вылазки и опустошали страну.

Бог допустил такую тяжелую для Израильского народа ситуацию, чтобы обличить своенравие Саула и преподать всем урок смирения и раскаяния. Допустил из-за греха Саула, когда тот самонадеянно принес жертву Богу, – Он не мог позволить, чтобы слава победы над филистимлянами была присвоена Саулу. Ионафану, царскому сыну, человеку, боящемуся Бога, предстояло избавить Израиля. Движимый Божественной силой, он предложил своему оруженосцу тайно напасть на стан врага. «Может быть, – настаивал он, – Господь поможет нам; ибо для Господа нетрудно спасти чрез многих, или немногих».

Оруженосец, который также был мужем веры и молитвы, одобрил этот план, и вдвоем они тайно, чтобы им не помешали, оставили лагерь. Вознося искренние молитвы Тому, Кто вел их отцов, они договорились о знаке, после которого начались бы дальнейшие действия. Затем, спустившись в ущелье, разделявшее две армии, они молча двигались вперед, пробираясь в тени скал, а порой скрываясь за холмами и выступами гор. Приблизившись к крепости филистимлян, они оказались на виду у своих врагов, которые, завидев их, насмешливо закричали: «Вот, Евреи выходят из ущелий, в которых попрятались они», и подзадорили их: «Взойдите к нам, и мы вам скажем нечто», имея в виду, что проучат евреев за смелость. Эти слова и были тем знаком, который Ионафан и его товарищ условились ждать как доказательство того, что Бог благословляет их начинание. Скрывшись из вида филистимлян, по тайной труднопроходимой тропе воины пробирались к вершине скалы, которая считалась неприступной и поэтому не слишком-то охранялась. Так они проникли в лагерь врага, убили часовых, которые, застигнутые врасплох, не оказали никакого сопротивления.

Небесные ангелы охраняли Ионафана и его товарица. Они сражались на их стороне, и филистимляне падали один за другим. Земля дрожала, словно от множества приближающихся всадников и колесниц. Ионафан расценил это как признаки Божественной помощи, и даже филистимляне поняли, что Бог вступился за Израиля. Великий страх охватил войска – и на поле битвы, и в лагере. В смятении, принимая своих солдат за врагов, филистимляне убивали друг друга.

Вскоре шум сражения достиг израильского стана. Царские часовые доложили об ужасной панике среди филистимлян и о том, что их ряды заметно поредели. Отсутствие двоих еще не было обнаружено. После осмотра оказалось, что все на месте, кроме Ионафана и его оруженосца. Но видя, что филистимляне отступают, Саул повел свои войска в наступление. Евреи, которые прежде бежали от врагов, теперь устремились на них, многие скрывавшиеся также вышли из своих укрытий, и армия Саула преследовала бегущего в замешательстве врага, производя страшное опустошение.

Решив извлечь наибольшую пользу из создавшегося положения, царь необдуманно приказал своим солдатам ничего не есть весь день, скрепив свой приказ торжественной клятвой:

«Проклят, кто вкусит хлеба до вечера, доколе я не отомщу врагам моим». Победа уже была одержана и без Саула, но он надеялся снискать себе славу полным уничтожением побежденного врага. Приказ воздерживаться от пищи исходил из честолюбивых амбиций и говорил о том, что царь равнодушно относился к нуждам своих людей, когда они противоречили его желанию самовозвышения. Скрепив свой приказ торжественной клятвой, Саул выказал легкомыслие и невежество. Сами слова клятвы свидетельствовали о том, что он желал прославить себя, а не Бога. Он не заявил «доколе Господь не отомстит врагам своим», а – «доколе я не отомщу врагам моим».

Этот запрет привел к тому, что народ нарушил заповедь Божью. Весь день они сражались и ослабели от голода, а как только время запрета истекло, набросились на добычу и ели мясо вместе с кровью, нарушив таким образом закон, запрещающий вкушать кровь.

Во время дневного сражения Ионафан, который не слышал о приказе царя, поел немного меда, который нашел, пробираясь в лесу. Вечером Саул узнал об этом. Он сказал, что нарушение его приказа будет караться смертью, и хотя Ионафан непреднамеренно нарушил его, хотя Бог чудесным образом сохранил ему жизнь и совершил через него избавление евреев, царь объявил, что приговор должен быть приведен в исполнение. Пощадить сына значило для Саула признаться в том, что он согрешил, отдавая такой необдуманный приказ, а это, в свою очередь, уязвляло его гордость. «Пусть то и то сделает мне Бог, и еще больше сделает, – был его страшный приговор, – ты, Ионафан, должен сегодня умереть!»

Саул не мог приписать себе славу победы и надеялся прославиться соблюдением нерушимости своей клятвы. Даже жертвуя сыном, он хотел показать всем своим подданным, что следует поддерживать царскую власть. Не так давно в Галгале Саул осмелился поступить, как священник, вопреки повелению Божьему. Когда Самуил обличил его, он упрямо оправдывал свой поступок. Теперь же, когда его собственный приказ был нарушен, причем приказ, не имевший смысла, да и нарушен не умышленно, а по незнанию,– царь и отец приговорил своего сына к смерти.

Народ отказался подтвердить приговор. Смело встретив гнев царя, люди заявили: «Ионафану ли умереть, который доставил столь великое спасение Израилю? Да не будет этого! Жив Господь: и волос не упадет с головы его на землю; ибо с Богом он действовал ныне». Гордый монарх не осмеливался поступить вопреки единогласному требованию народа, и жизнь Ионафана была пощажена.

Саул не мог не чувствовать, что его сын пользовался большим расположением Бога и народа, чем он. Пощада Ионафана была суровым упреком опрометчивости царя. Он предчувствовал, что его проклятие обрушится на его же голову. Война с филистимлянами не была продолжена, Саул вернулся домой угрюмый и недовольный.

Те, кто всегда готов извинить или оправдать себя за совершенный грех, часто самым суровым образом осуждают и порицают других. Многие, подобно Саулу, навлекают на себя недовольство Божье, но пренебрегают советами и презирают обличения. Даже когда они убеждены, что Господь не с ними, они отказываются видеть в себе причину своих несчастий. Взращивая гордость и самодовольство, они жестоко судят и порицают других, которые лучше их. Было бы очень хорошо, чтобы такие самоуверенные судьи поразмыслили над словами Христа: «Ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить» (Мф. 7:2).

Часто те, кто стремится возвысить себя, попадают в такое положение, когда обнаруживается их истинный характер. Так было и с Саулом. Его поведение убедило народ, что царская честь и власть для него дороже, чем справедливость, милосердие и великодушие. Так народ, отвергнувший правление Божье, увидел свою ошибку. Люди променяли богобоязненного пророка, чьи молитвы приносили им благословение, на царя, который в слепом усердии молился о проклятии на них.

Если бы израильтяне не вступились за Ионафана, их избавитель пал бы жертвой царского указа. Нетрудно вообразить после всего происшедшего тревогу людей, остававшихся под управлением Саула! Как горько было сознавать, что он возведен на трон их же стараниями! Бог долгое время терпеливо сносит своенравные действия людей и всем дает возможность увидеть и раскаяться в своих грехах, и хотя, быть может, кажется, что Он способствует процветанию тех, кто нарушает Его волю и отвергает Его предостережения, – в свое время Он непременно обличит их безумие.

Глава 61

ОТВЕРЖЕНИЕ САУЛА

Эта глава основана на Первой книге Царств 15 гл.


Саул не выдержал испытания верой в момент трудного положения в Галгале и обесчестил служение Божье, но его грех все же был поправим, и Господь предоставил Саулу другую возможность проявить непоколебимую веру в Божье слово и послушание Его повелениям.

Когда пророк обличил его в Галгале, Саул счел свое прегрешение незначительным. Он решил, что с ним поступили несправедливо, и пытался оправдать свои действия и извинить ошибки. С тех пор он редко встречался с пророком. Самуил любил Саула, как сына, а смелый и пылкий Саул, в свою очередь, весьма уважал пророка; но он отнесся к обличениям Самуила как к незаслуженным и с тех пор по возможности избегал встречаться с ним.

Но Господь послал Своего слугу к Саулу с другой вестью. Своим повиновением он еще мог доказать верность Богу и оправдать доверие Израиля. Самуил пришел к царю и передал ему слова Божьи. Чтобы монарх понял, как важно повиноваться этим словам, Самуил особо подчеркнул, что говорит по повелению Божьему от имени Того, Кто поставил его на престол. Пророк сказал: «Так говорит Господь Саваоф: вспомнил Я о том, что сделал Амалик Израилю, как он противостал ему на пути, когда он шел из Египта. Теперь иди и порази Амалика, и истреби все, что у него; и не давай пощады ему, но предай смерти от мужа до жены, от отрока до грудного младенца, от вола до овцы, от верблюда до осла». Амаликитяне первые вступили в войну с Израилем в пустыне, и за этот грех, а также за то, что они отвергли Бога и погрязли в идолопоклонстве. Господь через Моисея вынес им приговор. По Божественному повелению история их жестокого обращения с Израилем была записана с указанием: «Изгладь память Амалика из поднебесной; не забудь» (Втор. 25:19). На протяжении четырехсот лет откладывалось исполнение этого приговора, но амаликитяне не отвратились от грехов своих. Господь знал, что этот нечестивый народ, если б только мог, стер с лица земли израильтян и их религию. Теперь наконец настало время привести в исполнение так долго откладываемый приговор.

Долготерпение Божье сделало этот нечестивый народ еще более дерзким в их беззаконии, и время не смягчило вынесенного приговора. «Ибо восстанет Господь, как на горе Перациме; разгневается, как на долине Гаваонской, чтобы сделать дело Свое, необычайное дело, и совершить действие Свое, чудное Свое действие» (Ис. 28:21). Для нашего сострадательного Бога наказание является чем-то чуждым, не свойственным Ему. «Скажи им: живу Я, говорит Господь Бог: не хочу смерти грешника, но чтобы грешник обратился от пути своего и жив был» (Иез. 33:11). «Бог человеколюбивый и милосердый, долготерпеливый и многомилостивый и истинный… прощающий вину и преступление и грех». Однако Он «не оставляет без наказания» (Исх. 34:6,7). Хотя Он и не находит удовольствия в мщении, все же Он накажет нарушителей Своего закона. Он должен так поступать, чтобы уберечь жителей земли от полного разложения и гибели. Чтобы спасти некоторых, Он вынужден уничтожить тех, кто ожесточился во грехе. «Господь долготерпелив и велик могуществом, и не оставляет без наказания» (Наум. 1:3). Страшным правосудием Он восстановит попранный авторитет Своего закона. Его нежелание вершить правосудие свидетельствует о глубине грехов, вызвавших это наказание, и о суровости возмездия, ожидающего грешника.

Но вершащий суд Бог помнит и о милосердии. Амали-китянам предстояло понести наказание, а Кинеян, живущих среди них, пощадили. Этот народ, хотя и не освободился полностью от идолопоклонства, служил Богу и дружески относился к Израилю. К этому племени принадлежал и шурин Моисея Ховав, который сопровождал израильтян во время их странствования по пустыне, и его знание страны оказало им ценную помощь.

После поражения филистимлян в Михмасе, Саул воевал с Моавом, Аммоном, Едомом, амаликитянами и филистимлянами и неизменно одерживал победы. Получив повеление выступить против амаликитян, Саул немедленно объявил войну. Его указ, скрепленный словами пророка, был объявлен по всей земле, и все способные воевать люди собрались для предстоящих действий. Этот поход предпринимался не с целью обогащения. В этой войне израильтянам не должна была принадлежать ни слава победы, ни добыча. Они отправлялись на войну исключительно для того, чтобы повиноваться Богу и совершить Его суд над амаликитянами. Бог желал, чтобы все народы видели, какая участь постигла народ, сопротивлявшийся Его верховной власти; Он хотел также показать, что их истребляет тот самый народ, который они ненавидели.

«И поразил Саул Амалика от Хавилы до окрестностей Сура, что пред Египтом. И Агага, царя Амаликова, захватил живого, а народ весь истребил мечем. Но Саул и народ пощадили Агага и лучших из овец и волов и откормленных ягнят, и все хорошее, и не хотели истребить, а все вещи маловажные и худые истребили».

Эта победа над амаликитянами была самой блестящей из одержанных когда-либо Саулом, и вновь воспламенилась гордость в его сердце, что являлось самой большой опасностью. Божественный указ полностью истребить врагов Божьих был выполнен лишь частично. Стремясь приумножить славу своего победоносного возвращения, Саул, подражая обычаям окружающих языческих народов, пощадил жизнь Агага, свирепого, воинственного царя амаликитян. Народ же оставил себе лучших волов, овец и вьючных животных, оправдывая свой грех тем, что принесет их в жертву Богу. Животных намеревались использовать взамен собственных и таким путем сохранить свой скот.

Саул подвергся последнему испытанию. Его самоуверенное пренебрежение волей Божьей говорило о том, что он намерен действовать как независимый монарх, и тем самым доказывало, что он недостоин быть наместником Божьим. В то время как Саул и его люди, упоенные победой, возвращались домой, глубокая скорбь царила в доме пророка Самуила. Он получил от Бога весть, осуждавшую действия царя. «Жалею, что поставил Я Саула царем; ибо он отвратился от Меня, и слова Моего не исполнил». Пророк был сильно сокрушен поведением мятежного царя и всю ночь плакал и молился, чтобы страшный приговор был отменен.

Раскаяние Бога не похоже на раскаяние человека. «…Не раскается Верный Израилев; ибо не человек Он, чтобы раскаяться Ему». Раскаяние человека подразумевает изменение ума. Раскаяние Божье подразумевает изменение обстоятельств и отношений. Человек может изменить свое отношение к Богу, подчинившись условиям, и, принимая их, он будет в благоволении у Бога; либо, вследствие своих поступков, он окажется вне условий, соответствующих благоволению Божьему; но Господь остается тем же «вчера и сегодня и во веки» (Евр. 13:8). Неповиновение Саула изменило его отношение к Богу; но условия принятия его Богом остались неизменными – Божьи требования были теми же, что и прежде, ибо в Нем «нет изменения и ни тени перемены» (Иск. 1:17).

Наутро с болью в сердце вышел пророк встретить провинившегося царя. Самуил лелеял в сердце надежду, что, одумавшись, Саул признает свой грех, раскается, смирится и вновь обретет милость Божью. Но когда сделан первый шаг по стезе беззакония, остальные уже не так трудны. Опороченный своим непослушанием, Саул вышел встречать Самуила с ложью на устах. Он воскликнул: «Благословен ты у Господа; я исполнил слово Господа».

Звуки, достигшие слуха пророка, разоблачили непокорного царя. На вопрос: «А что это за блеяние овец в ушах моих и мычание волов, которое я слышу?» – Саул ответил: «Привели их от Амалика, так как народ пощадил лучших из овец и волов для жертвоприношения Господу, Богу твоему; прочее же мы истребили». Народ подчинился указу Саула, но чтобы оправдать себя, он был готов взвалить всю свою вину на народ.

Весть об отвержении Саула вызвала у Самуила невыразимую скорбь. Об этом должна была узнать вся израильская армия, которая, охваченная чувством гордости и триумфа после одержанной победы, всецело объясняла ее гениальностью и доблестью царя. Но и Саул не приписывал Богу успех Израиля в этой битве. Убедившись в неповиновении Саула, пророк ощутил гнев – ведь тот, кого так высоко отличил Бог, нарушил повеление Неба и ввел Израиля в грех. Отговорки царя не обманули Самуила. Со смешанным чувством скорби и возмущения он сказал: «Подожди, я скажу тебе, что сказал мне Господь ночью. …Не малым ли ты был в глазах твоих, когда сделался главою колен Израилевых, и Господь помазал тебя царем над Израилем?» Он повторил повеление Божье относительно Амалика и потребовал от Саула объяснения.

Саул пытался оправдаться: «Я послушал гласа Господа, и пошел в путь, куда послал меня Господь, и привел Агага, царя Амаликитского, а Амалика истребил; народ же из добычи, из овец и волов, взял лучшее из заклятого, для жертвоприношения Господу, Богу твоему, в Галгале».

Сурово и торжественно пророк отверг спасительную ложь Саула и объявил ему неизменный приговор: «Неужели всесожжения и жертвы столько же приятны Господу, как послушание гласу Господа? Послушание лучше жертвы и повиновение лучше тука овнов. Ибо непокорность есть такой же грех, что волшебство, и противление тоже, что идолопоклонство. За то, что ты отверг слово Господа, и Он отверг тебя, чтобы ты не был царем».

Когда царь услышал этот страшный приговор, он закричал: «Согрешил я, ибо преступил повеление Господа, и слово твое; но я боялся народа, и послушал голоса их». Устрашенный осуждением пророка, Саул признал вину, которую до сих пор упрямо отрицал, но по-прежнему продолжал взваливать ее на народ, говоря, что согрешил из-за того, что боялся его.

Страх перед наказанием, а не скорбь о грехе руководили Саулом, когда он умолял Самуила: «Сними с меня грех мой, и воротись со мною, чтобы я поклонился Господу». Если бы Саул покаялся искренно, он бы всенародно исповедал свой грех, но его беспокоило лишь сохранение собственного авторитета и преданности народа. Он потому так горячо желал удержать Самуила, что боялся утратить влияние на народ.

«Не ворочусь я с тобою, – ответил пророк Саулу, – ибо ты отверг слово Господа, и Господь отверг тебя, чтобы ты не был царем над Израилем». Когда Самуил повернулся, чтобы уйти, охваченный ужасом царь схватил его за одежду, но она разорвалась. На это пророк сказал: «Ныне отторг Господь царство Израильское от тебя, и отдал его ближнему твоему, лучшему тебя».

Саула больше беспокоила отчужденность Самуила, чем недовольство Божье. Он знал, что народ питал больше доверия к пророку, нежели к нему. Саул чувствовал, что ему не удержать во власти народ, если тому сообщат, что кто-либо другой будет помазан в цари. Опасаясь, что если Самуил оставит его сейчас, то вспыхнет бунт, он умолял пророка почтить его перед старейшинами и народом, приняв вместе с ним участие в религиозном служении. Повинуясь Божественному распоряжению, Самуил уступил просьбе царя, чтобы не дать повода к восстанию. Но он присутствовал только как безмолвный свидетель происходившего служения.

Однако оставалось еще одно суровое и справедливое дело, которое нужно было совершить перед всем народом. Самуил должен был всенародно отстоять честь Божью и обличить поведение Саула. Он повелел привести к нему амаликитского царя. Больше всех остальных, павших от меча израильтян, был виновен жестокий Агаг; он ненавидел народ Божий, хотел его уничтожить и во многом способствовал распространению идолопоклонства. Агаг явился по повелению пророка, льстя себя мыслью, что опасность смерти миновала. Самуил сказал: «Как меч твой жен лишал детей, так мать твоя между женами пусть лишена будет сына. И разрубил Самуил Агага пред Господом в Галгале». Сделав это, он возвратился в свой дом в Раму, а Саул пошел к себе в Гиву. Только один раз после этого пророк и царь видели друг друга.

Когда Саул только стал царем, он имел скромное мнение о своих способностях и охотно выслушивал советы. Ему недоставало знаний и опыта, и у него были серьезные недостатки. Но Господь даровал ему Святого Духа в наставники и помощники и обеспечил его таким положением, при котором он мог развивать качества, необходимые царю Израиля. Если бы он оставался скромным и постоянно стремился к тому, чтобы Божественная мудрость руководила им, то исполнял бы свое высокое призвание с успехом и честью. Под влиянием Божественной милости каждое доброе качество приобретает силу, в то время как дурные наклонности ослабевают. Это и есть та работа, которую Бог совершает для всех, кто посвящает себя Ему. Есть много таких, кого Он призвал к Своей работе только потому, что они смиренны и восприимчивы к наставлениям. В Своем провидении Он создает такие обстоятельства, в которых люди могли бы учиться у Него. Он открывает им их собственные недостатки, и всем, кто ищет Его помощи, дает силу исправить ошибки.

Но Саул слишком полагался на себя и обесчестил Бога неверием и непокорностью. Хотя в начале своего царствования он был скромным и сомневающимся в себе человеком, успехи сделали его самоуверенным. Самая первая победа, одержанная в начале правления, разожгла в нем гордость, которая стала для него самой большой опасностью. Военное мастерство Саула, его находчивость во время сражения за Иавис Галаадский вызвали восторг народа. Люди славили царя, забывая, что он был всего лишь орудием, с чьей помощью действовал Бог; и хотя поначалу Саул воздал всю славу Богу, позже он присвоил ее себе. Он забыл о своей зависимости от Бога, и его сердце отошло от Него. Так был подготовлен путь для самонадеянного и кощунственного поступка в Галгале. Та же слепая самоуверенность побудила его отвергнуть обличения Самуила. Саул признавал Самуила как посланного Богом пророка, поэтому должен был прислушаться к его обличениям, хотя и не считал себя виновным. Если бы он захотел понять и исповедать свое заблуждение, этот горький опыт послужил бы для него защитой в будущем.

Если бы Господь совсем оставил Саула, Он не обратился бы к нему снова через пророка и не поручил бы выполнить определенную работу, чтобы искупить ошибки прошлого. Когда кто-либо из называющих себя детьми Божьими небрежно относится к исполнению Его воли и подает дурной пример другим, делая их непочтительными и легкомысленными по отношению к Божьим указаниям, он еще может одержать победу над грехом, если только примет обличения с искренним сердцем и возвратится к Богу с верой и смирением. Унижение, которое мы испытываем при поражении, часто оказывается благословением, поскольку показывает наше бессилие исполнить волю Божью без Его помощи.

Когда Саул отверг обличение, посланное ему через Духа Божьего, и продолжал упорствовать в своем самооправдании, он отверг единственное средство, с помощью которого Бог мог спасти его от самого себя. Он своевольно удалился от Бога. И не мог больше пользоваться Божественной помощью или руководством до тех пор, пока не возвратился бы к Нему, исповедав свой грех.

В Галгале Саул сделал вид, что с величайшей добросовестностью принес жертвы Богу перед всей израильской армией. Но его благочестие не было истинным. Религиозное служение, совершенное в прямом противоречии с повелением Божьим, только ослабило руки Саула, лишив его той помощи, которую Бог желал дать ему.

Воюя против Амалика, Саул думал, что сделал все, что повелел ему Бог, но Господь не был доволен частичным послушанием. Он не мог пройти мимо того, чем пренебрегли пусть даже под благовидным предлогом. Бог не дал людям свободы отступать от Его требований. Бог сказал Израилю: «Вы не должны делать… каждый, что ему кажется правильным», но вы должны слушать и исполнять «все слова сии, которые заповедую тебе, дабы хорошо было тебе и детям твоим после тебя вовек, если будешь делать доброе и угодное пред очами Господа, Бога твоего» (Втор. 12:8, 28). Принимая какое-либо решение, мы должны интересоваться не тем, причинит ли нам это ущерб, но тем, будет ли это отвечать воле Божьей. «Есть пути, которые кажутся человеку прямыми; но конец их – путь к смерти» (Притч. 14:12).

«Послушание лучше жертвы». Жертвоприношения сами по себе не представляли никакой ценности в очах Божьих. Принесением их человек выражал свое раскаяние в грехе, веру в Христа и дальнейшее повиновение закону Божьему. Но без раскаяния, веры и сердечной покорности эти жертвы не имели никакого значения. Когда Саул грубо нарушил повеления Божьи, намереваясь принести в жертву то, что Бог обрек на уничтожение, он продемонстрировал открытое презрение к Божественной власти. Это служение было бы оскорблением для Неба. Зная о грехе Саула и его последствиях, многие поступают так же! Отказываясь верить в некоторые требования Божьи и повиноваться им, они упорно продолжают исполнять перед Ним формальные религиозные обряды. Дух Божий не отвечает на такое служение. Как бы ревностно люди ни соблюдали религиозные церемонии. Господь не может принять их, если они продолжают нарушать одну из Его заповедей.

«Непокорность есть такой же грех, что волшебство, и противление то же, что идолопоклонство». Непокорность берет свое начало в сатане, и всякое возмущение против Бога исходит от него. Тот, кто восстает против правления Божьего, входит в союз с великим отступником, и он употребит всю силу и хитрость, чтобы поработить чувства и помрачить разум. Он представит все в ложном свете, подобном тому, под влиянием которого наши прародители видели только великие выгоды, что будут получены ими после нарушения закона.

Не существует более сильного доказательства чарующей силы сатаны, чем то, что многие из обольщенных им обманываются убеждением, будто служат Богу. Когда Корей, Дафан и Авирон восстали против авторитета Моисея, они думали, что ополчились против вождя человеческого, подобного себе, и верили, что тем самым служат Богу. Но отвергая избранное орудие Божье, они отвергли Христа; они оскорбили Дух Божий. Так и в дни Христа иудейские книжники и старейшины, выставляя напоказ великую ревность о Боге, распяли Его Сына. Подобный дух и поныне живет в сердцах тех, кто следует своей воле вопреки воле Божьей.

Саул получил красноречивые доказательства того, что Самуилом руководил Дух Божий. Смелость, с которой он нарушил повеление Божье, переданное пророком, противоречила здравому рассудку. Его роковую самонадеянность можно приписать сатанинскому волшебству. Саул усердно запрещал идолопоклонство и волшебство, но, ослушавшись Божественного повеления, он действовал под влиянием того же духа противодействия Богу и был так же искушаем сатаной, как и те, кто занимается волшебством; а когда его обличили, к его непослушанию добавилось еще и упрямство. Открыто объединившись с идолопоклонниками, он не мог нанести Духу Божьему большего оскорбления.

Это очень опасно – пренебрежительно относиться к обличениям и предостережениям Божьего Слова или Его Духа. Многие, подобно Саулу, уступают искушению, пока наконец, ослепленные грехом, не перестают видеть сущность греха. Они льстят себе тем, что имели доброе намерение и не сделали ничего, что противоречило бы Божественным требованиям. Так, действуя вопреки благодати Духа, они наконец перестают слышать Его голос, и остаются в сетях обольщения, которое сами выбрали.

Бог дал Израилю Саула, царя по сердцу их, как и сказал Самуил, когда воцарял его в Галгале: «Вот царь, которого вы избрали, которого вы требовали» (1 Цар. 12:13 – выделено автором). Миловидный и благородный, с царственной осанкой, – он своей внешностью отвечал их представлениям о царском достоинстве, а благодаря его храбрости и способности командовать войсками они рассчитывали приобрести уважение и славу среди народов. Их мало беспокоило, обладает ли их царь теми благородными наклонностями, которые только и могут сделать его способным управлять справедливо и беспристрастно. Они не просили такого царя, который имел бы действительно благородный характер, который любил бы и боялся Бога. Они не спрашивали совета у Бога, какими качествами должен обладать царь, чтобы Израиль сохранил свой особенный, святой характер как Его избранный народ. Они искали не Божьего пути, но своего. Поэтому Бог дал им такого царя, какого они желали, характер которого отражал их собственный. Их сердца не были покорены Богом, и их царь также не был покорен Божественной благодатью. Под управлением такого царя они должны были познать то, что открыло бы им глаза и возвратило бы их к Богу.

Однако Господь, возложив на Саула ответственность управлять царством, не оставил его на произвол судьбы. Он дал ему Святого Духа, чтобы Он пребывал в нем и открыл ему его слабости и нужду в Божественной благодати; и если бы Саул полагался на Бога, Господь был бы с ним. До тех пор, пока его воля была покорна воле Божьей и пока он повиновался Его Духу, Бог посылал ему успех во всем. Но когда Саул решил действовать независимо от Бога, Господь не мог больше оставаться Его руководителем и был вынужден устранить строптивца. Затем Он призвал на трон «мужа по сердцу Своему» (1 Цар. 13:14), тоже не лишенного недостатков, но такого, который, вместо того чтобы полагаться на себя, полагался бы на Бога и был водим Его Духом; такого, который, когда согрешит, покорно примет обличение и исправится.

Глава 62

ПОМАЗАНИЕ ДАВИДА

Эта глава основана на Первой книге Царств 16:1– 13.


В нескольких милях к югу от Иерусалима, «города великого царя», находился Вифлеем, в котором за тысячу с лишним лет до того, как в яслях баюкали Иисуса и Ему поклонились мудрецы Востока, родился Давид, сын Иессея. За целые столетия до пришествия Спасителя Давид, совсем еще ребенок, пас овец на холмах, окружавших Вифлеем. Скромный мальчик, пастушок, занимаясь привычным делом, распевал песни собственного сочинения, а звуки арфы были благозвучным аккомпанементом его мелодичному, чистому, молодому голосу. Господь избрал Давида и готовил его, в уединении пастушеской жизни, для работы, которую Он намеревался доверить ему в последующие годы.

В то время как Давид занимался нехитрым своим делом пастуха. Господь Бог сказал пророку Самуилу: «Доколе будешь ты печалиться о Сауле, которого Я отверг, чтоб он не был царем над Израилем? Наполни рог твой елеем, и пойди; Я пошлю тебя к Иессею Вифлеемлянину; ибо между сыновьями его Я усмотрел Себе царя. …Возьми в руку твою телицу из стада, и скажи: «я пришел для жертвоприношения Господу». И пригласи Иессея к жертве; Я укажу тебе, что делать тебе, и ты помажешь Мне того, о котором Я скажу тебе. И сделал Самуил так, как сказал ему Господь. Когда пришел он в Вифлеем, то старейшины города с трепетом вышли на встречу ему, и сказали: мирен ли приход твой? И отвечал он: мирен». Старейшины приняли приглашение явиться на служение, и Самуил позвал также Иессея и его сыновей. Возвели жертвенник, и все было готово для принесения жертвы. Все семейство Иессея присутствовало при этом, кроме Давида, самого младшего сына, которого оставили сторожить овец, так как небезопасно было оставлять стада без присмотра.

Жертвоприношение было окончено, и, прежде чем начать жертвенную трапезу, Самуил пророческим взором осмотрел всех благородных с виду сыновей Иессея. Елиав, старший сын, видом, фигурой и красотой больше всех напоминал Саула. Его красивое лицо и безукоризненное телосложение привлекли внимание пророка. Глядя на его царственную осанку, Самуил думал: «Верно, сей пред Господом помазанник Его!» – и ждал Божьего разрешения помазать его. Но Иегове безразлична внешность человека. В Елиаве не было страха Божьего. Если бы он взошел на трон, то был бы гордым, суровым правителем. Господь сказал Самуилу: «Не смотри на вид его и на высоту роста его; Я отринул его; Я смотрю не так, как смотрит человек; ибо человек смотрит на лице, а Господь смотрит на сердце». Внешняя красота ничего не говорит Богу о душе. Мудрость, а также совершенство характера и поведения выражают истинную красоту человека; внутренняя наполненность и совершенство сердца определяют, будем ли мы приняты Господом. Как глубоко должны мы проникаться этой истиной в суждении о нас самих и о других. Ошибка Самуила учит, как ничтожно мнение, основанное на красоте лица или величественности фигуры, как недалека человеческая мудрость в понимании тайн сердца или в постижении советов Божьих без особого просвещения свыше. Намерения и пути Божьи в отношении Его созданий превосходят наш ограниченный разум, но мы можем быть уверены, что Он пошлет Своих детей именно туда, где они будут в состоянии исполнять порученную им работу, где их воля подчинится воле Божьей, чтобы Его благие планы не нарушались своенравием человека.

Таким образом, Елиав был оставлен, и пророк осмотрел других шестерых братьев, присутствовавших на служении, но Господь не остановил свой выбор ни на ком из них. В мучительном ожидании смотрел Самуил на последнего из юношей. Пророк был растерян и смущен. Он спросил Иессея: «Все ли дети здесь?» Отец ответил: «Есть еще меньший; он пасет овец». Самуил повелел, чтобы его привели, говоря: «Мы не сядем обедать, доколе не придет он сюда».

Одинокий пастух был сильно удивлен неожиданным приглашением: присланный к Давиду человек рассказал о пророке, который пришел в Вифлеем и послал за ним. С удивлением расспрашивал он, зачем пророк и судья Израиля пожелал его видеть, но без задержки повиновался приглашению. «Он был белокур, с красивыми глазами и приятным лицем». Когда Самуил с удовольствием смотрел на красивого, мужественного, скромного юношу-пастуха, голос Божий сказал пророку: «Встань, помажь его: ибо это он». Занимаясь своим скромным делом пастуха, Давид проявлял смелость и преданность, и теперь Бог избрал его быть руководителем Своего народа. «И взял Самуил рог с елеем, и помазал его среди братьев его, и почивал Дух Господень на Давиде с того дня и после». Пророк выполнил порученное ему дело и с легким сердцем возвратился в Раму.

Самуил не открыл цели своего поступка даже семье Иессея, и поэтому помазание Давида было совершено втайне. Но этим пророк дал понять юноше, какой высокий удел ожидает его, чтобы среди всевозможных затруднений и опасностей последующих лет мысль об этом помогала ему быть верным призванию Божьему, которое должно осуществиться в его жизни.

Великая честь, оказанная Давиду, не сделала его гордым. Невзирая на высокое положение, которое ему предстояло занять, он мирно продолжал заниматься своим обычным делом, покорно ожидая осуществления Божьих планов в определенное Им время и назначенным Им способом. Кроткий и скромный, как и до своего помазания, мальчик-пастух вернулся к своим стадам и с прежней нежностью заботился о них. Но с новым вдохновением он продолжал слагать свои мелодии и играть на арфе. Взор его ласкали великолепные, роскошные ландшафты. Тяжелые кисти винограда переливались на солнце. В рощах деревья, одетые зеленой листвой, качались от легкого ветра. Он смотрел на солнце, которое, заливая все небо светом, выходило, как жених из своего чертога, и ликовало, как сильный муж, бегущий по ристалищу. Крутые вершины холмов поднимались к небу, а вдали виднелись голые утесы горной гряды Моава, над всем этим расстилался лазурный покров небес, а выше был Бог. Он не мог видеть Его, но Его дела были полны славы Свет дня, золотящий леса и горы, луга и потоки, возносил мысли к созерцанию Отца света. Автора каждого доброго и совершенного дара Ежедневное откровение сущности и величия Творца наполняли сердце молодого поэта обожанием и восторгом. В размышлениях о Боге и Его делах развивались и крепли для будущей работы умственные и душевные способности Давида, Его ум проникал все глубже в познании Бога, черпая новые темы для песен и мелодий Его звучный, мелодичный голос разливался в воздухе, отдаваясь эхом в холмах, как бы в ответ на ликующие песни ангелов в небесах.

Кто может измерить результаты тех лет труда и скитаний среди одиноких холмов»? Общение с природой и Богом, забота о стаде, опасности и избавление, горе и радости его скромного жребия не только должны были сформировать характер Давида и оказать влияние на его последующую жизнь – псалмам чудесного израильского певца предстояло во всех грядущих веках зажигать любовь и веру в сердцах народа Божьего, привлекая их ближе к вечнолюбящему сердцу Того, в Ком заключена жизнь всех Его создании.

Давид в самом расцвете мужества и красоты был приготовлен занять высокое положение среди благороднейших людей на земле. Его дарования как драгоценные дары Бога послужили прославлению Божественного Подателя. Возможности размышлять и созерцать славу Божью обогатили его мудростью и благочестием, что сделало его возлюбленным Бога и ангелов. Во время размышлений о совершенстве Творца его душе открывалось более ясное представление о Боге. Непонятные вопросы разъяснялись, трудности разрешались, смущение переходило в гармонию, и каждый луч нового света вызывал в нем новые порывы восторга и рождал более звучные мелодии о славе Бога и Искупителе Любовь, двигавшая им, осаждавшие его скорби, одержанные победы – все являлось темой для деятельного ума, и когда он размышлял о любви Божьей, проявленной к нему и его жизни, сердце его наполняли все большее обожание и признательность, его голос звенел, рождая еще более красивые мелодии, арфа звучала торжественней и радостней, и мальчик-пастух шел от света к свету, от знания к знанию, ибо Дух Божий покоился на нем.

Глава 63

ДАВИД И ГОЛИАФ

Эта глава основана на Первой книге Царств 16:14-23; 17 гл.