— Полагаю, я не обидела ее… слишком сильно? — сказала Тогло Рэдналу.

Дорогая Хила,

— По-моему, вы вели себя как настоящий дипломат, — ответил он.

(Впервые встречаю это имя. Из какого оно языка?)

— Ну, учитывая положение дел в мире, я не уверена, что это комплимент.

Ты догадалась правильно. Нет, кроме тех трех книг, что ты уже читала, пока ничего больше не вышло. Четвертая появится этой осенью. Очень рад, что твоим друзьям понравились книжки. Забавно, что они все начали со второй. Всего наилучшего,

Рэднал промолчал. Учитывая то, что стало ему известно накануне, положение дел в мире гораздо хуже, чем представляла себе Тогло.

твой К. С. Льюис

Его собственные дипломатические способности были использованы на всю катушку, когда после завтрака пришлось объяснять группе, почему они отправятся не на запад, а на восток.

* * *

— Я нахожу изменение плана весьма неприятным, да. — На смуглое лунообразное лицо Голобола легло скорбное выражение.

14 сен[тября] 1953

Бентер вез Мапраб, разумеется, его поддержал.

Дорогая Филлида,

— Безобразие! — вспыхнул он. — Растительный покров вблизи Барьерных гор куда богаче, чем на востоке!

Хотя ты написала мне месяц назад, я получил письмо только сегодня, потому что был в Донегале [Ирландская республика]. Там замечательно. Спасибо тебе большое: так интересно узнать, что людям нравится, а что не нравится. Взрослые читатели никогда этого не говорят.

— Мне, по сути, все равно, куда идти, — сказала Тогло зев Памдал. — Насколько я понимаю, везде хватает интересных мест. Но хотелось бы знать, чем вызвано подобное изменение планов.

Теперь насчет слова «ребята»[10]. Я его сам терпеть не могу. Но если ты про главу 8 «Принца Каспиана», то дело в том, что Эдмунд тоже его ненавидит. Он употребил самое пакостное слово именно потому, что оно пакостное, он нарочно унижает себя, чтобы обмануть гнома, — как ты можешь сказать «разумеется, я только немножечко бренчу», если знаешь, что играешь на пианино ничуть не хуже других. Но если я употребил «ребята» где- то еще (надеюсь, что нет), то прошу прощения; ты совершенно правильно против него возражаешь. И еще ты права насчет пирующих в лесу, которых превратили в камень. Я думал, и так понятно, что Аслан вернул их к жизни, но теперь вижу, что надо было об этом сказать.

— Вот именно! — вставил Мобли, сын Сопсирка. — Тогло права. Что вы пытаетесь утаить?

Все туристы заговорили — чета Мартос закричала — разом. В поднявшемся гвалте Рэднал четко определил свою реакцию на слова лиссонесца: у него возникло желание, чтобы Низина была куда глубже — до раскаленного земного ядра; он бы столкнул туда наглеца. Мобли не только грубиян (использовать женское имя без вежливого обращения! Даже с частицей «вез» обращаться к женщине по имени без ее согласия на то — уже нарушение этикета), он еще любитель совать нос не в свои дела и подстрекатель!

Кстати, как по–твоему, не слишком ли Темный остров страшен для маленьких? Не испугал ли он твоего младшего брата? Не снились ли ему жуткие сны? Я очень этого боялся, но оставил как есть, потому что никогда не знаешь, кто и чего испугается.

Пеггол вез Менк хлопнул ладонью по столу, рядом с которым умер Дохнор из Келлефа, и в наступившей тишине медленно произнес:

Всего нарнийских историй будет семь. Мне очень жаль, что они так дорого стоят, но цены устанавливаю не я, а издатель. Посылаю тебе новую [«Серебряное кресло»].

— Свободный вез Кробир изменил план осмотра Котлован-Парка по моему предложению. Это продиктовано ходом расследования убийства и сделано в интересах Тартеша.

Как я уже сказал, я согласен с остальными твоими замечаниями, но уверен, что был прав, когда позволил детям вырасти в Нарнии. Конечно, они будут расти и в нашем мире. Подожди, прочтешь. Понимаешь, на мой взгляд, возраст не так важен, как люди думают. Какой‑то части меня все еще 12, и, думаю, какой‑то части было 50, когда мне было 12; поэтому мне совсем не кажется странным, что в Нарнии они выросли, а в Англии остались детьми.

— Это ни о чем нам не говорит, совершенно! — Теперь, похоже, Голобол был сердит, а не просто расстроен неожиданным изменением планов. — Вы говорите красивые слова, но где в них есть смысл?

Искренне твой К. С. Льюис

— Если я скажу вам все, что вы хотите знать, свободный, услышит и тот, кому это слышать не следует, — произнес Пеггол.

* * *

— Подумаешь! — возмущенно фыркнул Голобол.

[19 сентября 1953]

— Вы, Глаза-и-Уши, наверное, считаете себя маленькими оловянными полубогами, — вставил Эльтзак вез Мартос.

Дорогая Филлида,

Однако большинство туристов заявление Пеггола успокоило. С появлением звездной бомбы государства с еще большим рвением оберегали друг от друга свои секреты. По мнению Рэднала, это напоминало поведение человека, который начинал тревожиться о пещерном коте после того, как тот задрал козу. Впрочем, кто знает? Может, и звездная бомба — не самая страшная вещь на свете.

Я чувствую себя учеником, который сдал работу и внезапно вспомнил, что допустил ту же ошибку, за которую его ругали неделю назад! Я хочу сказать, что, уже отослав тебе книгу, я перечитал ее сам и нашел «ребята» два раза. Честное слово, постараюсь больше этого не делать. Начало Рилиановой истории там, где ее рассказывает Сова, по моему замыслу и должно звучать более похоже на обычную сказку, чем дальше, где я рассказываю сам. Я думаю, что мысль сделать эти куски разными была правильной, по, конечно, для книги важно не намерение, а воплощение.

— Обещаю: я расскажу вам все при первой возможности, — сказал он и удостоился тяжелого взгляда Пеггола вез Менка. Пеггол, дай ему волю, и собственного имени никому не открыл бы.

Желаю вам обоим всего самого лучшего, ваш К. С. Льюис

— Так что же все-таки происходит? — повторила Тогло.

* * *

По большому счету Рэднал и сам это толком не понимал, поэтому, выдержав многозначительную паузу, лишь промолвил:

18 дек[абря] 19[53]

— Чем дольше мы препираемся, тем меньше остается времени на осмотр достопримечательностей — в какую бы сторону мы ни отправились.

Дорогая Филлида,

— Логично, — сказала Эвилия. Ни она, ни Лофоса не возражали против изменения маршрута.

Спасибо за чудесные открытки. Как у тебя получается такое замечательное золото? Сколько я ни пытался им рисовать, каким бы золотым оно ни выглядело в коробочке, на бумаге получалась бурая мазня. То ли ты знаешь какой‑то фокус, которого не знал я, то ли со времен моего детства золотая краска стала гораздо лучше! «Жанровая сцена» (думаю, так бы назвали ее искусствоведы) — превосходна. Если бы ты не написала, что папа готовит шпаклевку, я бы решил, что он смешивает краски на палитре, но все остальное понятно с первого взгляда. Я еще никогда не видел семьи, где бы все так походили на маму.

Рэднал оглядел группу — лица туристов выражали скорее безнадежную покорность, чем недовольство.

Я не совсем понял, что ты подразумеваешь под «глупыми приключенческими историями без вашей сути». Если они глупые, «суть» их не спасет. Однако если они сами по себе хороши, а «сутью» ты называешь некую правду о жизни, которую можно извлечь из книги, я, наверное, не соглашусь. Во всяком случае, я считаю, что поиски такой «сути» иногда метают воспринять саму книгу — так можно не различить пения, например хорового, если чересчур внимательно вслушиваться в слова. Учти, я не совсем в этом уверен; просто размышляю на ходу. Сейчас у нас живут два американских мальчика, восьми и шести с половиной лет[11]. Очень славные. Они говорят гораздо более длинными словами, чем их английские сверстники, не потому, что воображают, а просто, видимо, не знают коротких. А вот за столом они ведут себя хуже, чем такие же английские мальчики.

— А теперь, свободные, давайте пойдем к стойлам, — сказал гид. — В восточной части Парка нам предстоит увидеть много интересного — и услышать тоже. Например, Убежище Ночных Демонов.

Поздравляю вас всех с Рождеством, желаю всего наилучшего, спасибо.

— Отлично! — Тогло зев Памдал захлопала в ладоши. — Когда я была здесь в прошлый раз, шел дождь, и гид нас туда не повел, опасаясь внезапного наводнения. А я хотела увидеть Убежище с тех пор, как прочитала триллер Хикаг зев Гинфер.

Твой К. С. Льюис

— Вы имеете в виду «Камни судьбы»? — Мнение Рэднала о вкусе Тогло изменилось в худшую сторону. Стараясь оставаться вежливым, он произнес: — Не могу сказать, что там верно описан антураж.

P. S. Конечно, ты права, что нарнийские книжки лучше трактатов — в том же смысле, в каком картинка лучше карты.

— О, по-моему, это полная чушь! — махнула рукой Тогло. — Но мы с Хикаг вместе ходили в школу и с тех пор дружим, так что приходится читать всю ее писанину. А она так показала Убежище Ночных Демонов!.. Уж не знаю, есть ли там хоть дуновение истины.

* * *

— Дуновение, может, и есть — слабое-слабое, — уступил Рэднал.

[16 января 1954]

— Я тоже читала, — вставила Носко зев Мартос. — Очень увлекательно.

Дорогая моя Сара,

— Наш гид считает, что это дрянь, — немедленно отреагировал ее муж.

Спасибо за очень интересное письмо. Похоже, в школе тебе живется куда веселее, чем в свое время нам. Особенно я завидую, что у тебя есть половинка пони и ты учишься верховой езде. Сам я ездить не умею, но очень люблю лошадей на вид, на слух, на запах и на ощупь и очень жалею, что так и не выучился сидеть в седле. По мне приземистая, смирная лошадка, которая бы знала меня и которую бы я знал, лучше всех автомобилей и личных самолетов в мире.

— Ну, такого я не говорил, — заметил Рэднал, но никто из Мартосов его словно и не услышал.

— Ладно вам про дуновения! — безапелляционно заявил Бентер вез Мартос. — Идем так идем.

Я тоже перечитываю «Гордость и предубеждение»[12] всю жизнь и мне не надоедает. И еще Лэма[13]. Его письма не хуже его эссе, точнее, они почти такие же, только еще более замечательные.

— Как скажете, свободный. — Хорошо бы в Убежище Ночных Демонов в самом деле обитали ночные демоны, подумал Рэднал. Тогда, если повезет, они бы утащили Бентера в свои камни, и никто в группе его бы больше не увидел — и не услышал. Увы, такие приятные случаи происходят только в книжках.

И не верю, что кто‑то «способен» или «неспособен» к языкам. Если очень захочешь прочитать что‑то, чего не можешь достать на английском, то обнаружишь, что тебе вполне но силам выучить язык. Мне понравился твой рассказ о Двенадцатой ночи, у нас такого праздника не было. В моем детстве главным событием был Хэллоуин (канун дня Всех Святых). Всегда устраивались игры, гадания, было немножко жутко — в такую ночь лучше не ходить через кладбище. (Впрочем, ирландцы, которые верят и в привидения, и в фей, последних боятся больше.)



Мне вырезали из загривка жировик (не боровик!). Самый серьезный итог: сейчас я не могу лечь с головой в ванну. (Я люблю забираться в воду, как бегемот, чтобы одни ноздри торчали.) Передавай всем приветы и пожелания всего самого лучшего в новом 1954 году.

Туристы понемногу осваивались. Даже Пеггол выглядел уже не так несуразно на спине осла, как вчера. Отъехав от лагеря, Рэднал обернулся и увидел, как милиция и Глаза-и-Уши продвигаются к хлеву, намереваясь их снова тщательнейшим образом осмотреть. Потом он заставил себя забыть о расследовании убийства и вспомнить об обязанностях гида.

Твой К. С. Льюис

— Поскольку мы выехали сегодня довольно рано, нам, возможно, посчастливится увидеть мелких представителей рептилий и млекопитающих, которые прячутся в разгар жары. Большинство…

[Это письмо американской семье из восьми братьев и сестер, жившей в Вашингтоне, округ Колумбия. Дети написали Льюису по совету «тети Мэри Уиллис», которая дружила с их родителями. Ей адресованы «Письма американке» К. С. Льюиса.]

Впереди неожиданно взметнулся фонтанчик песка. Рэднал замолчал и спешился.

[24 января 1954]

— Клянусь богами, кажется, это сцинк-широконосик.

Дорогие Хью, Энн, Ноэли (впервые встречаю это имя, из какого оно языка?), Никлас, Мартин, Розамунда, Мэтью и Мириам.

— Что?

Спасибо огромное за чудесные письма и картинки. Вы не пишете, кто нарисовал цветную, на которой Хросс везет Рэнсома в лодке. Хью? Мне очень понравилось. Хросс очень похож, только немного толстоват. Еще не знаю, кто нарисовал бой принца со змеей, но змея вышла как настоящая. (Я родился в Святой Ирландии, где змей нет, потому что, как вы знаете, св. Патрик выгнал их всех вон.) Еще мне очень понравилась картинка Никласа с принцем, Джилл и креслом, особенно ноги принца, ведь ноги рисовать очень трудно, правда? Белая Колдунья у Ноэли великолепна! — такая же гордая и злая, какой я старался се описать. А другая картинка Никласа к «Л. [ьву], К. [олдунье] и П.[латяному шкафу]» (не могу написать все!) — по–настоящему глубокая, уходящая вдаль. Спасибо вам всем.

Рэднал уже привык к удивленному хору голосов, неизменно сопровождавшему его рассказ о наиболее редких обитателях Низины.

Я тоже в свое время много мыл посуду и мне тоже читали вслух, но я не додумался, как вы, совместить эти два занятия. Сколько тарелок вы разбиваете за месяц?

— Сцинк-широконосик, — повторил он и нагнулся. Да, верно, вот приманка. А теперь — пятьдесят на пятьдесят, как повезет. Ухватит за хвост — ящерица просто сбросит этот придаток и убежит. А ухватит за шею…

Снега еще нет и так тепло, что глупые подснежники и чистотелы (маленькие желтенькие цветочки, не знаю, есть ли они у вас) вылезли, как будто уже весна. Белки (у нас их возле колледжа сотни и тысячи) так и не легли в зимнюю спячку. Я все говорю им, что пора спать, иначе они будут клевать носом в июне, но они не слушают.

Есть! Ящерица билась в руке, как кусок обезумевшей резины, пытаясь вырваться. При этом она опорожнила кишечник. Лофоса с отвращением фыркнула.

Какая у вас замечательная большая семья! Наверное, ваша мама иногда чувствует себя старушкой в дырявом башмаке (знаете стишок?)[14]. Я очень рад, что вам понравились книжки. Следующая, «Конь и его мальчик», выйдет совсем скоро. Всего их будет семь.

Через тридцать или сорок сердцебиений сцинк сдался и замер. Рэднал показал рептилию длиной с ладонь обступившим его туристам.

С любовью, всегда ваш К. С. Льюис

— Сцинки обитают по всему миру и широко распространены, но широконосик — довольно любопытное явление. Его можно назвать сухопутным аналогом морского черта. Посмотрите. — Он постучал по мясистому оранжевому наросту в конце спинного хребта. — Ящерица зарывается в песок, выставив наружу только эту приманку и кончик носа.

* * *

Особая мышечная система позволяет длинным ребрам изгибаться, казалось бы, самым невероятным образом. Когда насекомое «клюет» на приманку, широконосик кидает в него комочками земли или песка, а потом изворачивается и… Прекрасное создание!

[30 января 1954]

— В жизни не видел ничего уродливей! — заявил Мобли, сын Сопсирка.

Дорогая Хила,

Ящерице было все равно, что о ней говорят. Она уставилась на зрителей черными глазками-бусинками. Если этот вид протянет еще несколько миллионов лет (если Низина протянет еще несколько месяцев, нервно подумал Рэднал), ее далекие потомки вовсе утратят зрение, подобно другим ведущим подземный образ жизни сцинкам.

Вот это да, статуя Рипичипа![15] Он смотрит с моей каминной полки настоящим рыцарем. Спасибо тебе огромное. У нас сейчас очень холодно, наверное, не так, как в Нью- Йорке, но в колледже нет центрального отопления, и у меня совсем замерзли пальцы, еле пишу. Рад, что тебе понравилось «[Серебряное] кресло».

Рэднал отошел от тропы и опустил ящерицу на землю. Она молниеносно засеменила прочь, словно скользя на своих коротких лапках, и через сердцебиение слилась с почвой. Только ярко-оранжевая приманка выдавала ее присутствие.

С наилучшими пожеланиями, всегда твой К. С. Льюис

— А какие-нибудь твари покрупнее не ловят самих сцинков по их приманкам? — спросила Эвилия.

* * *

— Вы совершенно правы, — ответил биолог. — Коприт различает цвета, и вовсе не редкость обнаружить в его припасах нанизанную на шип терновника ящерицу. Большеухие ночелицы тоже едят сцинков, но они, практически слепые, охотятся по запаху.

19 марта 1954

— Надеюсь, меня коприт не схватит! — засмеялась Эвилия. Она и Лофоса щеголяли в красно-оранжевых туниках — почти такого же оттенка, что и приманка сцинка, — с двумя рядами крупных золотых пуговиц и в алых пластиковых бусах с золотыми застежками.

[Дорогие Хью, Энн, Ноэли, Никлас, Мартин, Розамунда, Мэтью и Мириам]

Рэднал улыбнулся.

Вы прислали мне столько сокровищ, что и не знаю, с чего начать. Твой рассказ, Мартин, очень хорош и держит в напряжении до конца. Меня немного удивило, что полицейский ничуть не испугался странной хозяйки. Или испугался, но ты нам об этом не говоришь? Я думаю, единственное, что можно было бы добавить, это имя для него и одно словечко о том, как он себя чувствует. То место, где ты описываешь его впечатления («На миг ему показалось»), заметно улучшает рассказ. На картинке, где Хью нарисовал однотопов, лучше всего (хотя и однотопы тоже хороши) корабль, такой он и должен быть, и тень корабля, и небо, и ветер. Я хочу сказать, мне нравится, когда природа на картинке выглядит, как в природе, и у Хью это получилось. Но вы все, по–видимому, это умеете. У Ники на картинке с Рипичипом солнце великолепно передано тенями деревьев. Болите всего мне понравилась «нимфа дерева». Она такая гибкая, изящная и трогательная. Браво!

— Да, полагаю, вам это не грозит. Теперь давайте продолжим… Подождите-ка, а где свободный вез Мапраб?

Буквально через несколько сердцебиений пожилой широкобровый вышел из-за густого терновника, на ходу надевая ремень.

Рукопись вашей книги[16] ушла к издателю на прошлой неделе, но выйдет не раньше следующего года. Она называется «Племянник чародея». Вы, наверное, часто гадали, почему профессор в «Л[ьве], К[олдунье] и Щлатяном шкафу]» поверил во все, что дети рассказывали ему о Нарнии. Дело в том, что мальчиком он сам там побывал. Книга расскажет вам, как он в ней оказался, и как (разумеется, по нарнийскому времени эпохи назад) видел ее рождение, и откуда взялась Белая Колдунья, и почему посреди леса очутился фонарный столб. Та, что перед вашей («Конь и его мальчик»), тоже посвящена двум американским детям[17] и выйдет этой осенью. У пас еще холодно, по уже вылезают подснежники, крокусы, примулы и нарциссы, а дрозды вьют гнезда. Целую вас всех,

— Прощу прощения за задержку — зов природы, понимаете ли, а мы все равно вроде остановились.

всегда ваш К. С. Льюис

— Я просто не хотел вас потерять, свободный. — Рэднал проследил, как турист садится на осла. Это первый раз, когда Бентер извинился. Может, ему нехорошо?

* * *

Группа медленно двигалась на восток. Вскоре люди устали и начали капризничать.

[С этого письма Льюиса американской девочке началась их долгая переписка. Джоан с семьей жили и Нью–Йорке, по зиму проводили во Флориде. В общей сложности Льюис написал ей двадцать восемь писем.]

— В вашем Парке все такое однообразное, одно место похоже на другое как две капли воды, — надула губки Лофоса.

15 апреля 1954

— Вот именно, когда мы увидим что-нибудь новое? — поддакнул Мобли, сын Сопсирка. Рэднал подозревал, что лиссонесец согласился бы с Лофосой, даже если бы та заявила, что небо розовое; он буквально слюни пускал. — Здесь жарко, сухо и голо. А эти колючие кусты мне уже надоели!

Дорогая Джоан.

— Свободный, если вам угодно лазать по горам и кататься в снегу, надо было ехать куда-нибудь в другое место, — сухо ответил гид. — Низина вам такого удовольствия не доставит. Но горы и снег есть по всему свету, а вот ничего подобного Котлован-Парку нигде нет. Если же вам кажется, что местные окрестности похожи на то, что мы видели вчера у Соленого озера, свободный, свободная, — он взглянул на Лофосу, — то уверяю вас, вы оба ошибаетесь.

Спасибо большое за доброе письмо с чудесными рисунками и прекрасной фотографией. Очень рад, что тебе понравились нарнийские книжки; хорошо, что ты об этом написала. Всего их будет семь. Уже вышли:

— Ошибаются, ошибаются, — вставил Бентер вез Мапраб. — Здесь совсем иная растительность. Отметьте более широкие листья, олеан…

1. «Лев, Колдунья и платяной шкаф»

— Растения — они и есть растения, — отрезала Лофоса.

2. «Принц Каспиан»

Бентер поднес руку к голове в жесте ужаса и смятения.

3. «Покоритель Зари»

Рэднал ожидал, что старик вот-вот разразится очередной желчной речью, однако он лишь пробормотал что-то тихонько и успокоился.

4. «Серебряное кресло»

Примерно через четверть десятины гид привлек внимание группы к серому пятнышку на восточном горизонте:

— Убежище Ночных Демонов. Даю вам слово, что ничего подобного в Котлован-Парке вы еще не видели.

— Надеюсь, это будет интересно, о да, — сказал Голобол.

— Я просто обожаю то место, где демоны выходят на закате и кровь капает с их когтей! — с чувством произнесла Носко зев Мартос.

Рэднал вздохнул.

— «Камни судьбы», свободная, всего-навсего триллер, страшилка. Никакие демоны не живут в Убежище и, естественно, не выходят оттуда ни на закате, ни в любое другое время. Я провел там ночь в спальном мешке, а поглядите-ка — цел и здоров, и кровь моя при мне.

Носко скорчила гримасу, явно предпочитая мелодраму реальности. Находясь замужем за Эльтзаком, она вряд ли могла питать теплые чувства к окружающей ее реальности.



Убежище Ночных Демонов представляло собой груду серого гранита, на сотню кьюбитов возвышающуюся над ровной поверхностью Низины. В лучах безжалостного солнца отверстия всевозможных размеров, испещрявшие гранит, казались Рэдналу глазницами черепов, повернувшихся в его сторону.

— Похоже, в некоторые отверстия можно пролезть, — заметил Пеггол вез Менк. — Их не исследовали?

— Исследовали, многократно, — ответил гид. — Мы, однако, не поощряем это, ибо хотя никто пока не нашел ни одного ночного демона, там полно гадюк и скорпионов. И огромные скопления летучих мышей! Должно быть, эта картина — полчища летучих мышей, устремляющихся в сумерках на охоту за насекомыми, — во многом и породила легенды про Убежище.

— Летучие мыши есть повсюду, — возразила Носко. — А Убежище Ночных Демонов одно, потому что…

Неожиданно набрал силу ветер, ранее едва ощущавшийся, и поднял с земли пыль. Рэднал схватился за кепочку; а из множества глоток Убежища Ночных Демонов исторгся утробный вой — до того мрачный и глухой, что волосы на его теле едва не стали дыбом.

Носко пришла в экстаз.

— Вот! — воскликнула она. — Крик не знающих смерти демонов, которые жаждут вырваться на свободу и пленить весь свет силами ужаса!

Рэднал вспомнил про звездную бомбу, возможно, заложенную у Барьерных гор, и подумал об ужасах куда худших, нежели все демоны вместе взятые.

— Вы, конечно, знаете, что это всего лишь ветер играет на плохо настроенной лютне, если можно так выразиться. Под напором ветра и песка более мягкие породы разрушились, таким образом возникли отверстия, а гуляющие в них струи воздуха порождают те самые дикие звуки, которые мы только что слышали.

Носко зев Мартос раздраженно хмыкнула.

— Если есть боги, то почему не может быть демонов?

— Об этом поговорите лучше со священником, а не со мной. — Рэднал мог призвать в сердцах богов Тартеша, но, как и большинство образованных людей его поколения, иного применения им не видел.

— Видите ли, свободная, — сказал Пеггол вез Менк, — вопрос существования ночных демонов не обязательно связан напрямую с вопросом, обретаются ли они в Убежище Ночных Демонов. Правда, если демоны вообще не существуют, то вряд ли мы найдем их здесь.

Мясистое лицо Носко исказил гнев, и все же она понимала, что Глаз-и-Ухо лучше не оскорблять. Поэтому она повернулась и заорала на Эльтзака. Тот, разумеется, немедленно ей ответил.

Ветер закрутил пыльные смерчи и бросал в лицо кусочки почвы, Убежище продолжало выть и стенать, щелкали камеры туристов.

— Жаль, что я не взяла записыватель, — сказала Тогло зев Памдал. — Самое интересное здесь не то, как выглядят эти пещеры, а как они звучат.

— Запись Убежища Ночных Демонов во время бури можно купить в сувенирном магазине возле входа в Котлован-Парк.

— Благодарю вас, Рэднал вез, пожалуй, я так и сделаю на обратном пути. Хотя приятнее было бы, конечно, записать то, что я слышала собственными ушами. — Взгляд Тогло мимолетно скользнул по продолжающим ругаться супругам Мартос. — Ну, по крайней мере кое-что из того, что я слышала.

— Убежище Ночных Демонов находилось вроде бы на дне моря? — сказала Эвилия.

— Верно. — И снова может там оказаться, подумал Рэднал. Он представил себе, как в отверстия древних гранитных глыб заглядывают рыбы и забираются крабы в поисках останков змей и песчаных крыс. Картинка как живая стала перед его глазами, яркая и красочная… Дурной знак — выходит, нависшую угрозу он принимал очень серьезно.

Биолог настолько погрузился в свои мысли, что не сразу заметил воцарившееся молчание. А очнувшись, завертел головой, пытаясь понять, что происходит.

На склоне Убежища стоял, замерев, как изваяние, пещерный кот.

В этом году появится пятая, «Конь и его мальчик», шестая, «Племянник чародея», уже ушла в типографию. (Ты и не подставляешь, как долго печатают книгу.) Седьмая закончена, но пока она только в рукописи, и я еще не выбрал названия. Иногда я думаю назвать ее «Последний король Нарнии», иногда «В Нарнии наступает ночь»[18]. Как, по- твоему, лучше звучит?

Он, должно быть, спал в какой-нибудь щели, пока его не разбудили крики. Кот зевнул, показав желтые клыки и розовый язык. Потом вновь посмотрел на туристов холодными янтарными глазами, словно прикидывая, с каким соусом их лучше съесть.

— Давайте отойдем назад, — тихо произнес Рэднал. — Ни к чему, чтобы он решил, будто мы ему угрожаем.

На прошлой неделе я был в зоопарке, видел настоящих львов и чудных медведиц с медвежатами.

Если пещерный кот нападет, выстрел из ручной пушки ранит зверя (если, конечно, посчастливится попасть), однако никак не убьет. И все же Рэднал незаметно открыл клапан седельной сумки.

Замечательно, что у вас есть бассейн.

На этот раз все туристы сделали так, как было сказано. Вид огромного хищника пробудил в сердцах страх, восходивший к тем дням, когда люди только учились ходить прямо.

Целую тебя и твоего брата,

— А других здесь нет? — спросил Мобли, сын Сопсирка. — У нас в Лиссонленде львы живут в прайдах.

всегда твой К. С. Льюис

— Нет, пещерные коты по природе своей одиночки и собираются вместе только в брачный сезон, — ответил гид. — У них и у львов общие предки, но повадки совсем разные. В Низине нет больших стад животных, чтобы охотиться на них сообща.

Дорогой Хью,

Рэднал уже решил было, что пещерный кот собирается снова лечь спать, как тот сорвался с места. Длинная серо-бурая грива волной мелькнула в воздухе, когда хищник прыжком метнулся со склона Убежища. Биолог выхватил из сумки свою ручную пушку и еще успел заметить такую же в руке Пеггола вез Менка.

Замечательно! Юстэс в виде дракона — Настоящий ужас берет. Привет всем.

Но хищник бросился прочь от группы. Через сердцебиение его сероватая шкура уже почти слилась с песком. Яростно защелкали камеры. Потом зверь исчез.

Модлин–колледж Оксфорд 28 апреля 1954

— Какой красивый… — выдохнула Тогло зев Памдал и, помолчав немного, спросила уже более практично: — Где он находит воду?

лучший на сегодняшний день твой рисунок.

Твой К. С. Льюис

— Ему много не надо, Тогло зев. Как и все обитатели Низины, пещерный кот обходится практически тем, что получает с телом жертвы. Кроме того, — гид указал на север, — в холмах есть несколько крошечных ручьев. В дни, когда охота на пещерных котов разрешалась, проще всего было найти такой источник и там залечь в засаде, ожидая, когда хищник придет на водопой.



* * *

— Какая жестокость! — воскликнула Тогло.

7 мая 1954

— С нашей точки зрения, безусловно, — кивнул Рэднал. — Но встаньте на место человека, у которого пещерный кот перебил стадо или унес ребенка. Нельзя судить по нашим меркам.

Дорогая Джоан.

— Величайшая разница между прошлым и настоящим заключается в том, что мы, ныне живущие, способны творить зло в гораздо больших масштабах, — сказал Пеггол вез Менк. Возможно, он думал о звездной бомбе. Впрочем, в недавней истории имелось столько примеров злодеяний, что трудно было с ним не согласиться.

— Ну, свободный вез Кробир, — сказал Эльтзак вез Мартос, — я должен признать, что ради такого стоило платить за поездку в Котлован-Парк.

Спасибо за письмо и рисунки. Это здорово, что у тебя есть доспехи; когда я был мальчиком, мне тоже такие хотелось. Твои больше подошли бы викингам, чем артуровским рыцарям. Что до восьмой и дальше нарнийских книжек, не лучше ли остановиться, когда еще просят о продолжении, чем писать, пока всем не надоест?

Рэднал просиял — уж от кого он меньше всего ожидал доброго слова, так это от Эльтзака. Затем вступила Носко:

С любовью,

— Но еще лучше было бы, если бы пещерный кот помчался на нас и пришлось бы в него стрелять.

твой К. С. Льюис

— Верно, — кивнул Эльтзак. — Заснять бы такое!

* * *

«Неужели они соглашаются друг с другом, только когда оба не правы?» — подумал Рэднал.

Модлин–колледж Оксфорд 26 мая 1954

— При всем к вам уважении лично я рад, что зверь предпочел ретироваться, — сказал он. — Я не хотел бы стрелять в столь редкого зверя и еще больше не хотел бы промахнуться. Тогда кто-нибудь мог пострадать.

Дорогие [Хью, Энн, Ноэли, Никлас, Мартин, Розамунда, Мэтью и Мириам],

— Промахнуться? — Носко повторила слово, как будто ей такая возможность и в голову не приходила. Да и немудрено — в приключенческих книгах герои всегда бьют без промаха.

Спасибо Мартину и Ники за чудесные письма. Вы хотите сказать, Мириам упала на плиту? Вы так написали, что получается, будто ее посадили туда нарочно — не собирались яге вы изжарить ее на обед? Надеюсь, ей скоро станет лучше. Ожоги — это ужасно.

— На самом деле стрелять метко не так легко, — сказал Эльтзак. — Когда меня призвали в Добровольную гвардию, я сдал зачет по обращению с винтовкой только с третьего раза.

всегда ваш К. С. Льюис

— Ну так это же ты, а не гид! — с презрением бросила Носко.

* * *

Пытаясь перекрыть рев взбешенного Эльтзака, Рэднал сказал:

[Это письмо было написано ученикам пятого класса из Мэриленда.]

— Да будет вам известно, что за все время моей работы в Котлован-Парке мне ни разу не приходилось стрелять.

Модлин–колледж Оксфорд 26 мая 1954

Он не добавил, что, будь у него выбор, он предпочел бы подбить Носко, а не пещерного кота.

Дорогие пятиклассники,

Вновь поднялся ветер, и Убежище Ночных Демонов отозвалось душераздирающим воем. Рэднал представил себе, каково слышать эти звуки невежественному охотнику — не грех и мантию обмочить от страха. И все же глупо судить по меркам прошлого, когда настоящее многое освещает ярким светом. Если Носко верит в ночных демонов лишь потому, что прочитала о них в приключенческой книжонке, значит, боги обделили ее и тем крохотным разумом, который даровали сцинку-широконосику. Рэднал улыбнулся — вообще-то, похоже, сцинк и в самом деле ее смышленее.

Очень рад, что вам поправились нарнийские книжки, спасибо, что написали об этом. Всего их будет семь, вы уже отстаете на одну. Четвертая, «Серебряное кресло», уже вышла.

— Пещерный кот убежал в одну сторону, а мы направимся в другую, — наконец сказал гид. — Держитесь вместе, не разбредайтесь. По мне, если кто по собственной воле отобьется, тому и быть съеденным.

Уговаривать туристов долго не пришлось — их ослы едва не наступали друг другу на ноги.

Вы ошибаетесь, когда думает, будто все в книгах «представляет» что‑нибудь в этом мире. Да, в «Пути паломника»[19] так, но я пишу иначе. Я не говорю: «Давайте представим Иисуса, как Он есть, в виде Льва Нарнии». Я говорю: «Предположим, была бы такая страна Нарния, и Сын Божий, как Он стал Человеком в пашем мире, стал бы там Львом, и представим, что бы могло случиться». Если вы подумаете, то увидите, что это совсем другое дело. Так что ответ на ваши первые два вопроса: Рипичип и Никабрик в этом смысле никого не представляют. Конечно, всякий, кто в этом мире посвящает жизнь поиску Небес, будет походить на Р[ипичипа], а всякий, кто стремится к чему‑то земному так сильно, что готов ради этого на подлости, будет вести себя как Н[икабрик]. Да, Рипичип попадет в страну Аслана. Путешествие Каспиана закончится благополучно, об этом говорится в конце; «Покорителя Зари». Юстэс вернется в Нарнию, об этом вы прочитаете в «Серебряном кресле». А насчет того, кто правит Нарнией сейчас, вы узнаете только из седьмой, последней книжки.

По мнению Рэднала, западная сторона Убежища Ночных Демонов ничем, в сущности, от восточной не отличалась. Но он-то здесь бывал десятки раз. Трудно винить туристов за то, что они хотят увидеть как можно больше.

Я — высокий, толстый, довольно лысый, с двойным подбородком, читаю в очках, у меня темные волосы, красное лицо и низкий голос.

— Здесь тоже нет демонов, Носко, — ядовито промолвил Эльтзак вез Мартос. Его супруга надменно вздернула голову.

Насколько мне известно; для нас единственный путь в страну Аслана лежит через смерть; может быть, некоторые очень хорошие люди видят ее отблески при жизни.

Любопытно, почему они не разводятся, размышлял Рэднал. А еще любопытней, как их угораздило пожениться — ведь постоянно ругаются! Давление родственных кланов? Да нет, вряд ли. Ну а почему он сам продолжает торговаться из-за цены, выставленной отцом Велло зев Патун? Патини — обеспеченный почтенный род, нижний эшелон аристократии, отличный плацдарм для энергичного, не без способностей выскочки. И Велло вроде бы ничем не дурна… просто оставляла его совершенно безразличным. Если ей вздумается прочесть «Камни судьбы», то она скорее всего будет книгой довольна. Это Рэднала тревожило. Не придется ли ему заводить наложницу только для того, чтобы отвести душу за разговором? В конце концов, у Пеггола наложница есть. Ну и что, он счастлив? Сомнительно. Пеггол вообще, похоже, получает своего рода извращенное удовольствие от того, что не получает удовольствия ни от чего.

Целую вас всех. Вспоминайте меня иногда в ваших молитвах.

Мысли о Велло заставили Рэднала вспомнить о двух ночах излишеств с Эвилией и Лофосой. Нет, жениться на женщине, чье тело — единственное ее украшение, он не хочет. Но с другой стороны, вряд ли брак получится прочным, если тело жены совсем не будет его привлекать. Что ему нужно, так это…

всегда ваш К. С. Льюис

Рэднал фыркнул. Что мне нужно, так это богиню во плоти, которая сойдет с небес и влюбится в меня… если, конечно, самим фактом своей божественности она не уничтожит мою веру в собственные силы. Найти такую невесту — особенно за цену, не превышающую годовой бюджет Тартеша, — весьма маловероятно. Может, Велло в конце концов и подойдет.

* * *

— Мы будем возвращаться тем же маршрутом? — спросила Тогло зев Памдал.

7 июня 1954

— Не хотелось бы, — ответил Рэднал. — Я планирую забрать дальше на юг и дать вам посмотреть местность, которую вы еще не видели. — Он не смог удержаться от искушения и добавил: — Каким бы однообразным ни находили здесь все некоторые люди.

Дорогая Джоан.

— Если вы имеете в виду меня, Рэднал, — с невинным видом сказал Мобли, сын Сопсирка, — то я, напротив, сторонник всего нового. Просто здесь ничего такого я не вижу.

Спасибо за чудесное письмо от 25 мая. Я тоже люблю открывать глаза под водой, и в море, и в ванне, только не надо делать его в очень горячей воде, им это вредно.

— Хм-м, — покачала головой Тогло, — а мне нравится. Я с удовольствием наконец посмотрела — и послушала — Убежище Ночных Демонов. Теперь понятно, почему наши предки считали, что там обитают кошмарные создания.

Вce семь нарнийских книжек уже написаны, пятая выйдет со дня на день. Что до поэм, я не чувствую в себе такого дарования. Вот некоторые поэмы, которые я любил (или любил бы) в твои годы: «Сага о короле Олафе» Лонгфелло, «Сухраб и Рустем» Мэтью Арнольда, «Песни Древнего Рима» Маколея и «Баллада о белом коне» Г. К. Честертона[20]. Интересно, нравятся ли они тебе.

— Несколько сотен сердцебиений назад я как раз об этом и думал, — сказал Рэднал.

Я тоже пользовался вечными перьями, а потом они мне почему‑то разонравились.

— Какое чудесное совпадение! — Лицо девушки осветила улыбка. К сожалению Рэднала, настроение ее тут же изменилось. — Поездка была бы еще приятней, если бы Дохнор из Келлефа был жив — или мы знали бы, кто убийца, по крайней мере.

У нас ужасно холодное, сырое лето. Кукушки (у вас есть кукушки?) кукуют только раз в день, и даже белки пригорюнились.

— Да, — кивнул Рэднал.

С любовью, твой К. С. Льюис

Он сам периодически оглядывал всех по очереди, пытаясь определить, кто из туристов свернул моргафцу шею. Его подозрения пали даже на чету Мартос, которых ранее он не брал в расчет как органически не способных убить кого-либо тихо. Но что, если их безумные крики и ссоры лишь скрывают злой умысел?

* * *

Рэднал рассмеялся — сухо и надтреснуто, как Пеггол вез Менк. Он не мог в это поверить. Кроме того, Носко и Эльтзак были тартешцами, неужели они захотят уничтожить свою страну? Или им достаточно много заплатили?..

Модлин–колледж Оксфорд 9 июня 1954

Носко обернулась на Убежище Ночных Демонов как раз в тот момент, когда в одно из отверстий влетел коприт.

Дорогие [Хью, Энн, Ноэли, Никлас, Мартин, Розамунда, Мэтью и Мириам],

— Демон! Я видела ночного демона! — взвыла она.

Поздравляю с [новорожденной сестренкой] Деборой. Мне нравятся рыжие. Я впервые видел на картинке детский душ. Мне пришлось взять зонтик, чтобы его разглядеть. Картинка с фонарным столбом тоже замечательная. Скажите Ники, что я не курю сигар. Целую всех.

Рэднал снова рассмеялся. Если Носко шпион и диверсант, то он — безгорбый верблюд.

Ваш К. С. Льюис

— Поехали, пора возвращаться.

* * *



[12 июля 1954]

Как обещал, гид повел своих подопечных в лагерь другим путем. Мобли, сын Сопсирка, остался к окрестностям безучастен.

Дорогая Джоан,

— Может, они и не такие же, но не сильно отличаются.

Я так занят проверкой экзаменационных работ, что еле могу продохнуть. С очень хорошими и очень плохими все ясно, а вот на средние уходит уйма времени. Спасибо, что написала о своих предпочтениях. (Да. У меня есть старые экземпляры.) «Чатака» звучит заманчиво. В большой спешке,

— О, ерунда! — заявил Бентер вез Мапраб. — Растительность совсем иного характера, чем та, что мы видели утром.

Всегда твой К. С. Льюис

— А по мне все одно, — упрямо повторил Мобли.

* * *

— Свободный вез Мапраб, судя по вашему интересу к флоре… вы случайно не ботаник? — поинтересовался Рэднал.

Модлин–колледж Оксфорд 9 сентября 1954

— Спаси меня боги! — визгливо хохотнул Бентер. — До выхода на пенсию я руководил сетью цветочных магазинов.

Дорогая Джоан,

— А, понятно. — С таким практическим опытом Бентер мог узнать о растениях ничуть не меньше, чем любой ботаник-исследователь.

Большое спасибо за чудесное письмо от 31 августа. Я прочел его с большим интересом. Замечательно, что тебе в твои годы снятся такие прекрасные сны; и как хорошо ты их описываешь. Это, добавлю, не просто комплимент, я и впрямь хочу сказать, что у тебя хорошо получилось описание. Я действительно увидел твои Цветные Горы. Мне в детстве снились только ужасы — насекомые размером с небольших пони, которые летели на меня, и т. д. Я никогда не слышал «Аиду»[21] в театре, но музыку знаю с раннего детства и очень люблю. Теперь у музыкальных снобов при имени Верди принято кривиться и говорить о «дешевых темах». На самом деле это значит, что Верди умел писать музыку, а они — нет! С любовью,

Через четверть десятины Бентер остановил своего осла и вновь удалился за кустарник.

твой К. С. Льюис

— Извините, что задерживаю, — сказал он, вернувшись, — почки уже не те.

* * *

Эльтзак вез Мартос фыркнул: