Друзья Моллы толпились на пороге и спорили, что все это значит и что же теперь делать. Молла, наблюдавший все это из окна, высунулся и прокричал им:

— Стыдно вам не верить словам честной женщины! Разве я не мог выйти через черный ход?



Откуда ты знаешь?

Молла Насреддин зашел в небольшую лавочку на базаре. Хозяин кинулся к нему с приветствиями и поклонами:

— Проходите, почтеннейший, проходите! Мы вас ждали, это такая честь! Молла удивленно посмотрел на него.

— Хозяин, ты видел, как я зашел в лавку?

— Да, почтеннейший!

— А раньше ты когда-нибудь встречал меня?

— Нет, сегодня наша первая встреча!

— Так откуда же ты знаешь, что я — это я?



Самое лучшее средство

Сосед увидел, что Насреддин ходит вокруг своего дома и вскрикивает, громко хлопая в ладоши.

— Эй, сосед! — позвал тот человек, подойдя поближе. — Что ты там делаешь?

— Отгоняю бешеных слонов.

— Ты в своем ли уме, Молла! Ведь никаких бешеных слонов тут нет!

— Да, конечно! Не любят они этого, ох, не любят!



Что делают с Луной?

— Молла, — спросил односельчанин у Насреддина, — скажи, а что делают со старой Луной, когда нарождается новая? Куда ее девают?

— Когда нарождается новая Луна, старую разрезают на сорок новых звезд, — ответил Насреддин.



Судебный приговор

Когда Молла Насреддин был судьей, к нему пришла женщина и привела с собой ребенка.

— Молла, — сказала она, — я очень беспокоюсь о моем сыне. Он ест так много сахара, что я боюсь за его здоровье! Пожалуйста, запрети ему это, прошу тебя. Меня он совсем не слушает.

— А сколько сахара он ест?

— Столько-то кусков в день.

— Хорошо, приходи через две недели.

Через две недели Молла послал сказать женщине, чтобы она подождала еще пару недель. Наконец он позвал ее прийти к нему вместе с сыном.

— Слушай, мальчик, отныне я запрещаю тебе есть больше, чем столько-то кусков сахара в день! — торжественно сказал Молла.

— Молла, почему ты так долго медлил, чтобы отдать такой простой приказ? — полюбопытствовала мать.

— Видишь ли, сначала я приучил себя есть столько же кусков сахара в день, сколько съедал твой сын. Потом мне нужно было время, чтобы самому сократить потребление сахара. И то, и другое было нелегко. Но я не мог приказать ему сделать это, не проверив, возможно ли это вообще!



Дикий скакун

— Мне говорили, что этого скакуна никто не мог оседлать, — сказал Молла Насреддин своему приятелю. — Тем не менее, я решил попробовать и все-таки сел на него!

— И что же получилось?

— У меня-то ничего не получилось, зато получилось у скакуна — и как здорово получилось!



В гармонии с рыбой

Однажды, путешествуя в Индии, Молла Насреддин встретил мудреца, погрузившегося в размышления перед воротами древнего храма.

Молла решил, что ему представился удобный случай поучиться мудрости. Поклонившись мудрецу, он спросил:

— Почтенный, чем ты здесь занят?

— Я стараюсь достичь гармонии с Природой, со всеми живыми существами, — последовал ответ.

— Вот здорово! Знаешь, однажды рыба спасла меня от смерти!

— Поразительно! — воскликнул мудрец. — Я провел в постах и размышлениях много лет, но никогда еще не достигал такого уровня общения с Природой! Побудь со мной, мы познакомимся поближе и поделимся друг с другом тем, что обрели в поисках истины.

Молла остался сидеть вместе с мудрецом перед воротами храма. После нескольких дней совместных размышлений мудрец попросил Насреддина:

— Уважаемый чужестранец, поведай, что же произошло между тобой и той благородной рыбой, спасшей тебя?

— Я не уверен, стоит ли рассказывать об этом, — скромно потупился Молла. —

— Теперь я знаю тебя лучше и не думаю, что мой рассказ будет тебе полезен.

— Умоляю тебя, расскажи!

— Ну, хорошо, — сказал Насреддин, — ведь рыба и вправду спасла меня. Я голодал целых три дня, а она поддержала мои силы.



Забытый рецепт

Однажды Молла шел домой с базара и нес в одной руке печенку, а в другой — рецепт пирога с печенью. Бродячая собака подбежала к Насреддину, изловчилась, вырвала из его рук печень и умчалась прочь.

— Вот глупая! — крикнул ей вдогонку Насреддин. — Печень-то ты забрала, а рецепт оставила! Что же ты будешь делать с печенкой без рецепта?



В бане

Молла Насреддин пришел в турецкие бани. Одет он был бедно, и банщик, не желая уделять много внимания «всяким нищим», сунул Молле старый прохудившийся таз и жалкий обмылок.

Однако же, выходя из бани, Молла заплатил золотую монету, чем поверг банщика в изумление и трепет.

В следующий раз Молла пришел в те же бани одетым с поразительной роскошью. За ним ухаживали так, словно он — наследный сын султана. Выходя, Молла подал банщику мелкую монетку.

— Это за прошлый раз, — объяснил Молла. — А тот золотой был за сегодняшнее посещение. Вы его уже получили.



В бурю

Корабль, на котором плыл Насреддин, попал в сильный шторм. Судно бросало вверх и вниз, словно ореховую скорлупку. Молнии сверкали на черном небе. Ветер дико выл и рвал в клочья паруса. Земли не было видно. И пассажиры, и команда отчаялись. Одни громко молились, обещая исправиться и не делать более ничего дурного, другие посылали небесам проклятья. И лишь Насреддин сидел спокойно, время от времени поглядывая на небо. Вдруг он вскочил и прокричал:

— Эй, любители перемен! Не стоило бы расточать обещания так обильно, ведь потом их все не выполнишь! Небо светлеет, и на горизонте, по-моему, виден порт. Не взяться ли нам за весла?



Слепой зять

У одного человека была очень некрасивая дочь. Он нашел молодого слепца и выдал дочь замуж за этого юношу. Как-то приятель сказал ему:

— Слушай, я знаю врача, творящего настоящие чудеса. Своди к нему своего зятя. Я думаю, что он прозреет.

— Вот еще! — воскликнул человек. — Прозреет и разведется с моей дочерью! Зачем же ему прозревать?



Неправильный голубь

На подоконник к Молле Насреддину слетел с неба королевский сокол. Он гнался за цаплей, промахнулся и чуть не убился насмерть. Птица была измучена и поэтому не сопротивлялась, когда Молла взял ее в руки.

Насреддин никогда прежде не видел сокола и решил, что эта птица — голубь.

— Какой-то ты странный, — сказал Молла птице, — и когти у тебя длиннее, чем надо, и хвост не тот, да и клюв слишком кривой! Плохо же за тобой смотрели!

Молла подрезал ножницами когти сокола, обкромсал перья хвоста и срезал «лишнее» с клюва.

— Ну вот, теперь ты хоть чуть-чуть стал на себя похож, — довольно сказал Насреддин. — Руки бы оторвать тем, кто тебя так запустил!



Луна или Солнце?

— Молла, — спросил один праздный бездельник в чайхане, — что, по-твоему, ценнее для людей — Луна или Солнце?

— Конечно же, Луна, — не задумываясь, ответил Насреддин.

— Почему?

— А когда, по-твоему, мы больше нуждаемся в свете — днем или ночью?



Стакан молока

Насреддин с приятелем делили на двоих один стакан молока.

— Ты, Молла, пей свою половину молока первым, а я потом. Добавлю к молоку сахара и выпью сладенького.

— Слушай, добавь сахар сейчас, и мы вместе полакомимся сладким молоком.

— Нет, братец, ведь сахара мало, и на весь стакан не хватит.

Молла задумался на мгновение.

— Знаешь, — сказал он вдруг, — у нас ведь есть соль! Я, пожалуй, выпью соленого молока.



Коза и волк

Коза, стоя на крыше, стала дразнить пробегавшего мимо волка.

— Думаешь, это ты меня оскорбляешь? — спросил волк. — Нет, вовсе не ты, а только место, на котором ты стоишь.



Мое одеяло

Насреддин и его жена проснулись ночью от громких криков. Прямо под их окнами двое дрались и осыпали друг друга бранью.

— Молла, сходи, посмотри, что они там не поделили, — попросила жена Насреддина.

Молла закутался в одеяло, вышел из дома и направился к дерущимся. Как только он подошел, два незнакомца перестали драться, вырвали одеяло у Насреддина и дали стрекача. Молла же вернулся домой.

— Ну и что же они там не поделили?

— Да, похоже, мое одеяло, — ответил Молла.



Свод законов

К Насреддину пришел его сосед-крестьянин.

— Молла, твой бык забодал мою корову. Что говорит об этом закон? Положено ли мне какое-то возмещение?

— Ну что ты, — ответил Молла, — какое возмещение! Ведь бык — это всего лишь глупая четвероногая бессловесная тварь. Как же он может отвечать за содеянное?

— Ой, Молла, прости! — попробовал схитрить крестьянин. — Я все от волнения перепутал. Это мой бык забодал твою корову. Но ведь это все равно, правда?

— Знаешь, — сказал Молла весьма серьезным голосом, — лучше все же посмотреть свод законов. Мне кажется, там найдется наказание и на Этот случай!



Не повторить ошибку

Глупец пришел к суфию и задал ему вопрос. Суфий принялся было отвечать, как вдруг глупец перебил его и попросил повторить все заново.

— Нет, — сказал суфий, — я ошибался, полагая, что ты поймешь мой ответ. Не проси же меня повторять мою ошибку.



Превосходный учитель

— Молла, ты разве даешь уроки чужеземного языка?

— Да, конечно! Ведь я изобрел особую систему, которую испытал на своем ученике, и могу тебе сказать — учил я превосходно.

— И что же, твой ученик в совершенстве овладел языком?

— Нет, не знает ни слова.

— Постой, как же так? Ведь ты же сказал, что учил его превосходно!

— Учил-то я его действительно превосходно, но он просто ничему не научился.



Первое дело

В одном городе жила бедная вдова, которая зарабатывала на пропитание, вышивая узоры на богатых халатах. Хоть работа ее и была прекрасна, платили ей немного.

Однажды пожилой странник в одеянии дервиша попросился к ней на ночлег. Ночь была холодная, поэтому вдова пустила странника переночевать и накормила его тем немногим, что могла предложить. Уходя поутру, старик сказал ей:

— Дочь моя, за твою доброту я желаю тебе, чтобы первое дело, к которому ты приступишь сегодня, длилось целый день.

Сказал он так и ушел. Вдова подумала, что сказанное — чужеземное благословение, и скоро позабыла о нем. Как раз пришел заказчик, и надо было садиться за вышивание. Заказчик принес золотую нить для шитья.

Вдова отмотала нитку, отрезала, сколько надо было, и сделала узор. Потом она стала сматывать остаток нитки и заметила, что нити стало намного больше, чем раньше. Она мотала и мотала. Нить кончилась только к ночи. Вдова продала «остаток» золотой нити, и денег ей хватило, чтобы жизнь ее переменилась к лучшему.

Об этой истории прослышал один богач. Тогда он начал выискивал в городе таинственного старика, желая заполучить его к себе на ночлег и взять с него ту же плату. «Если он скажет: пусть первое твое дело длится весь день, — побегу в лавку деньги считать, золотые. Буду только золотые пересчитывать целый день, а лучше бы два или три!» — так мечтал богатый купец.

И вот нежданно у самых ворот своего дома увидел он того старика.

С криком: «Постой, почтенный! Зайди и погости у меня!» — купец чуть не силой затащил старика к себе в дом. Там он принялся ухаживать за стариком с преувеличенной любезностью. Поутру же, целуя гостю руку, он попросил:

— Отец, благословите меня.

— Нет, нет, благословения я не раздаю. Но скажу тебе вот что: первое твое дело, которое ты будешь сегодня делать, будет длится неделю.

И с тем старик ушел.

— Неделю, неделю, великий Бог, неделю! — бормотал в восторге богач. — Старый хрыч, не мог сказать две недели или месяц. Побегу считать золото! Ой, от волнения живот подвело… Ой! Быстро в отхожее место, а потом — в лавку. Время-то идет, мои минутки уходят!

И дверь в уборную захлопнулась за богачом.

Неделю никто его не видел. Знакомые недоумевали, что случилось, уж не уехал ли куда?

А городской золотарь ворчал, отъезжая каждый день от дома купца и погоняя свою старую лошадку:

— Слава Аллаху, что почтенный старик не сказал: «Делай делаемое целый месяц». Город затонул бы в извергаемом этим жадиной.



Два взгляда

Два человека оказались в тюрьме, в одной и той же камере. Убогая обстановка, маленькое окно, забранное решеткой. Словно сговорившись, оба взглянули на окно. Один из них увидел толстые, покрытые грязью прутья решетки. Другой же увидел темнеющее небо и звезды.



На что похож дом?

— Молла, а Молла, — спросил Насреддина скучающий посетитель в чайхане, — скажи-ка мне, на что вообще похож твой дом?

— Я сейчас вернусь, — сказал Молла и вышел.

— Видели, как я озадачил его своим вопросом?

Молла вернулся в чайхану, держа в руке кирпич.

— Мой дом, — спокойно произнес он, — похож на кучу вот таких штук.



Каким должен быть учитель?

Суфийского мастера спросили:

— Каким должен быть учитель? Должен ли он быть искушенным в книжных науках и творить чудеса, или этого недостаточно?

Люди полагают, что учитель должен делать все перечисленное вами и многое другое. Но они заблуждаются. Есть только одно требование к настоящему учителю: он должен обладать всем, в чем нуждается ученик.



Овощная лавочка

В доме суфийского мастера ученики готовили трапезу. Неожиданно оказалось, что не хватило лука.

— Да, лук не помешал бы, — произнес мастер. И сразу же, словно с неба, посреди удивленных учеников упала связка с луком. Ученики стали перешептываться между собой в восторге: — Вот оно, доказательство божественного благословения! Теперь у нас нет никаких сомнений в величии нашего учителя… Это чудо!

— Чудо, говорите? — сурово переспросил суфий. — Что же, по-вашему, выходит, наш Господь содержит овощную лавочку?



Чтобы не обременяли

Жил один почтенный и уважаемый человек. Он был не стар, но все говорили вокруг, что более благоразумного и честного человека не найти во всей округе.

Приятель этого человека, уезжая, попросил его позаботиться о девушке, на которой собирался жениться. Тот согласился. Но вышло так, что красота девушки впервые возбудила в нем сильную страсть. Он не мог ни говорить, ни думать о чем бы то ни было ином. Спокойствие покинуло его, и он метался, как безумный.

Кто-то посоветовал ему:

— Обратись к пожилому суфию, живущему в соседнем городе.

Человек немедленно отправился в путь. Приехав в город, он стал расспрашивать жителей, где найти старого суфия. Но все советовали ему оставить эту затею:

— Зачем спрашивать совета у того, кто нарушает все заповеди, пьет вино, запрещенное Кораном, и исповедует ересь?

Все же человек решил пренебречь мнением толпы и разыскал дом суфия. Он очень волновался — а вдруг все, что ему говорили, окажется правдой? Войдя в дом суфия, он увидел в зале старика, восседавшего на подушках. Миловидный юноша подавал ему чашу для вина.

— Так, значит, все это правда! — вскричал человек. — И ты еще называешься суфием?!

— В этой чаше — вода, а юноша — мой сын. Все остальные, кроме нескольких друзей, покинули меня.

— Зачем же ты ведешь себя так, учитель?

— Чтобы люди не обременяли меня девицами на выданье.



Кому ты веришь?

К Насреддину пришел сосед и попросил:

— Молла, одолжи мне, пожалуйста, на сегодня своего ишака — на базар хочу съездить.

— С радостью, сосед, с радостью бы… Да только я уже одолжил его своему шурину.

— А кто же это тогда ревет в хлеву?

— Слушай, сосед, ты кому веришь больше — мне или какому-то ослу?



Вещи этого мира

Некий человек, считавший себя просвещенным, прослышал, что в таком-то городе живет мудрый суфий, который занят торговлей и ведет ее прибыльно. Человек немедленно написал суровое и обличительное письмо этому суфию, призывая его быть аскетичным и развивать в себе безразличие к вещам этого мира.

Списки с письма распространились среди искателей истины, и назидание это оценивали весьма высоко. Один юноша встретил того мудреца, которому и было адресовано письмо, и спросил его:

— Почтенный, что вы думаете об этом послании?

— Ничего.

— Как? Разве письмо не дошло до вас?

— Дошло. Письма-то я получаю, но не читаю их. Ведь письма принадлежат к вещам этого мира, а я к ним безразличен.



Дверь не заперта

Ученик, помогавший суфию наставлять вновь пришедших искателей истины, часто повторял слова писания: «Стучите, и откроют вам».

Когда учитель услышал эти слова в очередной раз, он не выдержал:

— И долго ты будешь это повторять? Ведь эту дверь никогда не закрывали!



Божий слуга

Прохожий забрался в чужой сад, нарвал плодов и уселся под деревом, чтобы полакомиться. Пришел хозяин сада и стал упрекать того человека:

— Как тебе не стыдно? Я смотрю, ты и Бога не боишься!

— С какой стати мне его бояться? Сад — Божий, я — Божий слуга и ем плоды с Божьего дерева.

— Что же, — сказал хозяин сада, — я вижу, ты совершенно прав. Тогда и я поступлю с тобой так же.

Он схватил вора, привязал к дереву, принес розгу и стал его пороть.

— Ой! Ай! Что вы делаете? Побойтесь Бога! — закричал несчастный.

— Чего же мне бояться? — возразил хозяин сада. — Ты — Божий слуга. Это — Божья розга, та самая, которой учат уму-разуму Божьего слугу.



Уповаю на Бога!

Один могущественный шах имел привычку, переодевшись в платье дервиша, обходить свои владения. Однажды он заночевал в хижине бедного дровосека.

— Твои дела, как я погляжу, идут неважно! — сказал переодетый шах.

— Да нет, уважаемый, что вы. Я уповаю на Бога и его милостью продаю дрова. На еду хватает.

— Что бы ты стал делать, если бы не смог продавать свои дрова?

— Все равно уповал бы на Бога и искал бы другое занятие, которым можно прокормиться.

Вернувшись во дворец, шах издал указ, чтобы дровосеки не появлялись в городе. Через пару дней, переодевшись в то же платье, шах пришел навестить дровосека.

— Ну что? Похоже, сама судьба подслушала наш разговор. Что же ты теперь делаешь?

— Мастерю всякие вещицы из кожи и продаю их в городские лавки. На еду хватает.

Шах вернулся во дворец и приказал запретить торговлю кожаными изделиями в городских лавках. И вновь он пришел к дровосеку и сказал:

— Судьба преследует тебя, о, несчастный! Теперь тебе нельзя продавать свои поделки из кожи. Чем же ты теперь живешь?

— Я устроился разносчиком на базаре. Все хорошо, почтеннейший! Уповая на Бога, на еду я всегда заработаю.

Шах пришел во дворец и отдал приказ — забрать всех базарных разносчиков в солдаты без содержания и без постоя.

Когда он вновь навестил дровосека, у того весело булькал котелок над очагом, а сам он что-то строгал из куска дерева.

— Ты, я вижу, не унываешь? — спросил переодетый шах.

— Нет. Ведь я уповаю на Бога. Меня забрали в солдаты и не дают ни денег, ни жилья. А я заложил свой меч и купил еды.

— Несчастный! А что, если это откроется?

— Тогда и посмотрим, что выйдет. А пока я выстругаю деревянный меч. Будет совсем как настоящий.

На другой день шах приказал призвать отряд, в котором был дровосек. Солдаты выстроились перед ним. Дровосек не узнал шаха — ведь тот был в богатых одеждах и короне!

— Ты, выйди вперед! — указал шах на дровосека. — Сейчас ты приведешь в исполнение смертный приговор, вынесенный изменнику!

Дровосек побледнел, но вышел вперед и вытащил меч из ножен. Человек, приговоренный к казни, стоял на коленях и молился:

— Боже, уповаю на тебя! Сделай так, чтобы этот меч обратился в дерево, ибо я не виновен!

Все вокруг удивленно вскричали, когда деревянный меч выпал из руки дровосека. Шах был столь изумлен, что возвысил его до визиря. Вскоре суд оправдал «изменника», поскольку нашлись свидетельства его невиновности. А шах своим девизом избрал слова: «Уповаю на Бога!»



Всего-навсего просветление

— Эй, Молла, твой сосед только что вернулся из долгого путешествия. Он встречался со знаменитым дервишем!

— И что же, удачной ли была эта встреча?

— Да нет, куда там. Он ведь хотел побеседовать, а вместо этого получил всего-навсего просветление!



Жужжание мухи

Жил-был один суфийский мудрец, которого люди считали глуховатым.

Однажды он беседовал со своими учениками. В это время в паутину попала муха и отчаянно зажужжала, пытаясь освободиться. Суфий сразу обратил внимание учеников на это маленькое происшествие, желая показать, насколько опасно запутаться в своих представлениях о том, как и что должно быть. Тут ученики сообразили, что их наставник вовсе не глухой — ведь он услышал жужжанье мухи, на которое никто из них не обратил внимания.

— Зачем вы притворялись глухим, учитель? — спросили они.

— Будучи глухим, мне нет нужды выслушивать ваши славословия и лесть, — ответил суфий. — Кто станет тратить красноречие на глухого? Зато я прекрасно знаю, как вы на самом деле ко мне относитесь. Ведь вы не стеснялись говорить все, что думаете.



Неправильная молитва

Встречаются на свете такие дервиши, которые понимают учение как постоянное повторение священных писаний по всем грамматическим правилам.

Один такой ученый дервиш прогуливался однажды по берегу реки. Голова его была заполнена глобальными проблемами бытия. Мысли его текли медленно и неторопливо. Как вдруг до него донесся чей-то возглас: «А-йа-ха!» Кто-то молился на острове неподалеку от берега.

«Надо помочь несчастному! Невежда, он не знает, как молиться!» — Рассудив так, дервиш взял лодку и поплыл к тому месту, откуда доносились звуки неправильной молитвы.

— Друг мой! Сама судьба направила меня сюда! — обратился он к единственному обитателю острова. — От меня услышишь ты спасительный совет. Твой голос должен вдохновенно повторять молитву, но правильно говорить: «Йа-ха!»

— Благодарю тебя, почтеннейший! — преклонился перед ним человек.

Совершив благое деяние, дервиш с легким сердцем сел в лодку и отправился обратно, подумав: «А ведь эта молитва (если читать ее правильно, конечно) дает такую великую силу человеку, что он и по воде пойдет аки посуху».

Через некоторое время до дервиша снова донеслись звонкие возгласы незнакомца: «А-йа-ха!»

«Что за упрямец!» — возмутился дервиш. Но вдруг он увидел, как «неуч» с острова бежит по воде вслед за лодкой.

— Стой! Стой, почтеннейший! Погоди! — переведя дыхание, сказал человек. — Прости мое невежество. Напомни, как правильно произнести молитву?



Беседа о Боге

Одного суфия попросили:

— Почтенный, давайте поговорим о Боге.

— Лучше помолчим о нем, — сказал суфий.

— Но почему?

— Если о Боге заговорите вы, то для Него это будет оскорблением. Если о Боге заговорю я, то для меня это будет слишком большой честью.



Что там, в Коране?

Как рассказывают, жил когда-то очень уважаемый дервиш. К мудрецу часто приходили с вопросами. Каждый раз, когда кто-нибудь спрашивал его, как он достиг просветления, дервиш отвечал:

— Я знаю, что в Коране. Однажды старец учил на площади города.

— Почтеннейший, как вы достигли святости? — спросили его в очередной раз.

— Я знаю, что в Коране, — отвечал тот.

— И что же там, в Коране? — раздался голос из толпы.

— В Коране, — отвечал дервиш, — находятся два засушенных цветка и письмо от Али, моего брата.



Умный орех

Насреддин нашел спелый орех. Молла попробовал раскусить его, но неожиданно орех выскочил изо рта и исчез в траве, а Молла чуть не прикусил себе язык.

— Да… — подивился Молла, проверяя, все ли зубы целы. — Каждая тварь старается избежать смерти.



Лис и цыплята

В одной деревне у крестьян стали пропадать цыплята. Это хитрый лис каждую ночь успешно наведывался в курятники. Жителям деревни никак не удавалось изловить вора. Тем временем ловкий зверь уже делился цыплятами со всеми лисами в округе.