— Кстати, когда произойдет это долгожданное событие? — тут же вклинилась Алла. Она чувствовала себя гостьей в собственном доме и оттого бесилась.

— Уже скоро, — пообещал Шурик. — Он, по-моему, к завтрашнему утру все дела закончит.

На лицах обоих людей читалось изумление. Дханн ухмыльнулся.

— Чего это у вас морды такие удивленные? В смысле, морда и лицо, не смотри на меня так, Алла.

— Они же с Димой почти не разговаривали, — высказалась женщина. — Зачем вообще приезжали, раз так быстро сматываются?

— Сидонец опытен. Он видел и разговаривал с тысячами смертных, изучал их реакции, знает, как они будут действовать в тех или иных ситуациях. Ему достаточно одного взгляда, чтобы оценить человека. Он парой фраз протестировал Митьку и решил, что тот ему не подходит. Это во-первых. Во-вторых, Риссамат еще ребенок. Нафига ей принятой? Вместе по дискотекам бегать? Они приехали, потому что должны были приехать и поддержать честь семьи. Такой термин, «местничество», слышали? Ну, вот.

Будущий ведун только вздохнул. Толстяк оторвался от тарелки и внимательно посмотрел на него.

— Хватит с тебя впечатлений, иди-ка спать. Утро вечера мудренее, а у тебя завтра денек сложный намечается. На, держи, — он покопался в кармане и вытащил крохотный бумажный сверток с порошком. — Выпьешь перед сном — мигом отрубишься.

После того, как юноша ушел, Шурик отставил посуду в сторону и подпер голову рукой. В глазах его застыла тоска.

— Я при мальчонке говорить не хотел, но тебе следует знать. Парнан, принявший Этбаала, и Велус, мой предок, в давней вражде. Причем Велус считается кем-то вроде главы официальной оппозиции Дома. Эвиар, — его средняя дочь и хозяйка самого опасного региона из числа принадлежащих роду, она пользуется полным доверием отца. Еще в городе сидит Славомира, тоже довольно любопытная личность с точки зрения политики. Словом, в моих землях сошлись доверенные представители лидера «партии войны», его соперника и полукровка-дочка верховного правителя. Заставляет задуматься, правда?

Алла зеркально скопировала позу Шурика. Ей от заморочек с людскими властями хватало, а тут еще и нелюдь…

— Может, случайность?

— Даже если так, — тон дханна выражал глубочайшее сомнение, — приставать с вопросами по поводу схода будут все равно ко мне. Ни одна серьезная организация в такие случайности не поверит.

— Что делать будем?

— Терпеть. Говорят, страдание облагораживает душу, — потянуло толстяка на философию. — Я в последнее время часто задумываюсь о карме, родовом проклятии, воздаянии за прижизненные грехи. Может быть, святоши правы, и Вечность посылает нам испытания, дабы закалить характер и преподать уроки? Тогда, получается, я уникален. Нет дханна, судьба которого походила бы на мою.

— По-моему, — задумалась Алла, — это гордыня. Но тебе можно, ты демон.

Намечавшуюся дискуссию прервало появление одной из гостий. Юная, цветущая и, скажем образно, не склонная к тяжким думам Риссамат пташкой спорхнула на один из трех табуретов, составленных Шуриком вместе для удобства сидения, и прижалась щекой к могучему мужскому плечу. Владелец упомянутого плеча смотрел на дальнюю родственницу с жалостью и раздражением.

— Отпустил?

Блондинка трагически закатила глаза и с надрывом в голосе принялась жаловаться.

— Он куда-то ушел, сказал, что у него дела, — дханн и Алла многозначительно переглянулись. — Лучше бы он подольше не возвращался! Он чудовище, самое настоящее чудовище! Издевается надо мной, бесконечные придирки, какие-то несуразные требования, постоянно говорит гадости, я так страдаю, назвал меня идиоткой, привязал к машине веревкой и заставил бежать половину дороги спасибо Эвиар встретила и уговорила отпустить это жуткое оружие зачем мне уметь водить танк я ненавижу технику хочу в Москву потусить в клубе массажик банька ногти в порядок привести коктейли пить не дают говорят тебе рано… Если бы вы знали, в каком аду я живу!

Шурик поковырял левым мизинцем в правом, принявшим на себя основной звуковой удар, ухе.

— Можешь с утра в салон красоты съездить, — предложил он. В конце концов, долгое пребывание в обществе Этбаала само по себе является серьезной заслугой и позволяет рассчитывать на бонусы со стороны окружающих. — Алла будет Эвиар город показывать… я что, забыл сказать? Совсем из головы вылетело. Они тебя с собой прихватят, в салон закинут и обратно часа через два заберут. Никто и не заметит ничего…

— Заметит, — насупилась девушка. — Плевать. Красота требует жертв. А на чем мы поедем?

— На «Бентли» — ответила Алла.

— Она маленькая?

— Нет, большая.

— Цвет какой?

— Черный.

— Плохо. Я, — тяжко вздохнула Риссамат, выдавая величайшую тайну, — мечтаю покататься на маленькой розовенькой машинке. Я в журнале видела, просто лапушка! Но отец сказал, что если увидит меня на такой, то бросит в бассейн с крокодилами. Они же машинку покусают!

Шурик сидел, закатив глаза к потолку. Его принятая кивала, испытывая острое чувство жалости к жертве произвола. Риссамат продолжала болтать.



День вышел насыщенным событиями, запоминающимся. Позднее Алла решила, что именно тогда она окончательно вошла в мир нелюди. Знакомство с неприглядными сторонами жизни, обычное для российского предпринимателя, подготовили ее ко многому, но все-таки общение с Эвиар обернулось для молодой принятой шоком.

После того, как счастливую и неумолкающую Риссамат отдали в руки персонала единственного на весь городок салона красоты, женщины решили слегка прогуляться. Точнее говоря, гостья захотела пройтись и оценить владения родича. Алла совершенно не представляла себе, что может заинтересовать дханну, какие достопримечательности та собирается осмотреть, но спорить не собиралась, да и, наверное, не осмелилась бы. Личность Эвиар произвела на нее очень сильное впечатление.

— Хорошее место, — оценила демоница сделанный внучатым племянником выбор. — Два источника, еще один можно создать. Церковь особо не возражает, отношения с ее представителями налажены. Финансовая поддержка есть. Сильных ведающих, способных доставить неприятности и побороться за влияние, в округе нет и не намечается. Колдун принес клятву. Из минусов — Славомира, пользующаяся немалым авторитетом и подгребшая под себя всех окрестных чародеев, но она настроена благожелательно и склонна помогать. Фактически владение уже создано, просто объявлять о нем во всеуслышание еще рановато. Я в свое время начинала с меньшего.

— Мне говорили, твое владение находится на особом счету? — несколько неуклюже заметила Алла.

Чувствовала она себя неуютно. Во-первых, строгое швейцарское воспитание не позволяло обращаться к малознакомой собеседнице, да еще принадлежащей к высшим кругам общества, на «ты». С главным инженером, которого даже по телевиденью показать не смогли из-за обилия ненормативной лексики в речи, или с другими мужиками с завода таких сложностей не возникало, а тут — поди ж ты! Во-вторых, Эвиар хоть и дала разрешение называть себя по имени, но определенную дистанцию сохраняла, и каким-то неявным образом четко указала, что о равенстве в общении даже думать бессмысленно.

Кроме того, Шурик представил тетку как «боярыню Эвиар», причем не шутил.

— В моем нынешнем владении идет война, — совершенно однозначно ответила дханна. — Когда перед Великой Войной старейшины приняли решение вернуть утерянные западные земли, они не предполагали, что напряженность сохраниться на столь долгий срок. Однако на всякий случай отвоеванное пограничье приняли под свою руку семеро опытных и сильных могущественных, изначально обладавших большой свитой, ресурсами и поддержкой собственных семей. Позднее это решение сослужило хорошую службу. Несколько людских магических орденов, при поддержке враждебных нашему Домов, на протяжении всего прошлого века пытались отбить потерю, чем изрядно осложнили нам жизнь. Тридцать лет назад мы потеряли Варшаву, там был убит владетель Тарфон. Кстати сказать, Общество Розы принимало активное участие в тех событиях. У Ассомбаэля есть какие-нибудь планы насчет той пятерки?

— Эээ, нет, — Алла остановилась, пропуская Ноночку. Такса нашла на земле какую-то дрянь и спешила похвастаться перед хозяйкой. — Он ждет не дождется, когда они уедут.

Эвиар присела на корточки:

— Выплюнь! Выплюнь это немедленно! Я же дала тебе косточку. Хорошо, вечером еще дам! Вот и молодец, хорошая девочка, — находка полетела в кусты, и прогулка продолжилась. — Уедут? Ну, посмотрим. Слушай дальше. Перед тем, как принять Туангсте, я жила под Ярославлем. Шестьсот лет правила городом, судила и защищала ведающих, ругалась с монахами и укрепляла власть. Обычная рутина, нарушенная волей отца — из всей семьи он выбрал меня. Пришлось передать землю сыну и отправиться воевать. Так что когда я сказала, что начинала с меньшего, то имела в виду свое старое владение. Что касаемо нынешнего… Стычки, стоящие упоминания, случаются не реже одного раза в год. Слабые ведающие покинули город уже давно, оставшиеся живут, словно на передовой, наемники и прочая шваль съезжаются со всего мира. Мне очень нужна помощь, любая.

Алла немного подумала и осмелилась уточнить:

— Имеет ли смысл везти мальчишку, ничего не умеющего, в такое место?

— Ну, я же не собираюсь сходу бросать его в бой, — улыбнулась Эвиар. — Откровенно говоря, я вообще не намерена учить его сражаться. Будь мальчик прирожденным воином, на него мигом положил бы глаз Сидонец, и мне пришлось бы доказывать свой приоритет. Но целители, оракулы или заклинатели духов нужны не меньше, а то и больше, у Митяя же прекрасные задатки для всех трех категорий. Хотя, пожалуй, склонность к лекарскому делу посильнее.

— Но… — женщина слегка замялась. — Ты ведь не станешь держать его в клетке, а иначе его быстро убьют. Он же совершенно беззащитен!

— Не переживай, — голос дханны чуть-чуть похолодел. Обиделась, услышав сомнение в способности защитить своего слугу? — Не в первый раз. Да и наставники так его загрузят, что в ближайшие года четыре у него и помыслов посидеть в трактире не появится. Дар завораживает. Он — сила, инструмент познания, основа мышления и тысяча других, не менее важных титулов. Каждый сам выбирает, какая грань важнее, чем для него является дар. Мы поможем Дмитрию найти свой путь — но пусть он не думает, что это будет просто.

— Ты уверена, что он согласиться поехать с тобой?

— Конечно, — Эвиар улыбнулась, словно услышала заданный ребенком нелепый вопрос. — Я говорила с ним утром и уверена в его решении. Алла, пройдут жалкие пять-шесть десятков лет, и ты сама без всякой магии сумеешь убедить шестнадцатилетнего подростка в том, что черное, — это белое. Поверь, мальчик уедет со мной.

Прежде чем продолжить наше повествование, следует ненадолго вернуться прошлое и отклониться от основной линии событий. Речь пойдет о магах, так неосмотрительно попавших в поле деятельности гражданина Уральцева и от оной деятельности пострадавших. Принадлежа, как уже неоднократно упоминалось, к касте воинов, бедняги страдали достойными сожаления пробелами в прочих областях подготовки, в том числе и сферы разума. То есть заморочить трех, четырех, десяток людей они могли без труда, но вот с большим количеством уже возникали проблемы. Кроме того, силы их были истощены безуспешным противоборством с проклятьем колдуна. Поэтому, когда вызванный встревоженной раздающимися из зала криками администраторшей усиленный милицейский патруль застал избитых сектантов и пятерку слегка встрепанных «иностранных граждан», маги предпочли сдаться. Они оптимистично рассчитывали за ночь отдохнуть и составить новый план действий.

Как следует из предыдущего предложения, с отечественными реалиями они знакомы не были. Иначе понимали бы, что Россия не Англия и порядки здесь другие.

Одним словом, после проведенных на нарах бессонных часов посланцы иноземной чародейской силы находились на взводе и требовать от них хорошего поведения не стоило. Сначала многочасовое общение с неадекватными иеговистами (тех, к слову, из отделения прямиком отвезли в областную психушку), истощение магических сил, затем знакомство с русской тюрьмой… Не удивительно, что завидев прогуливающуюся дханну и слабенькую принятую местного демона, они решили сорвать злость. Напрасно.

Со стороны силы казались неравными. Две дамы с собачкой успешно противостоят пяти сильным, крепким мужчинам разве что в кино, в современных голливудских боевиках. В жизни чудеса происходят редко. Природа предназначила мужчине воевать и охотиться, открывать неизведанные земли и возвращаться издалека, тяжело нагруженному добычей. У женщин иные функции. Поэтому в прямом столкновении слабый пол в большинстве случаев оправдывает свое прозвище и проигрывает грубой волосатой силе.

Тем не менее сейчас расклад был иным, пришлые чародеи нападать не спешили. Понимали, чем может для них закончиться драка. Они подошли к Эвиар, желая не столько спровоцировать, сколько напугать, выказать серьезность намерений. Вот и выказывали:

— Ты напрасно считаешь себя неуязвимой, — давил то ли самый сильный, то ли самый наглый маг. Крейцер. — На твоих землях уже стоят наши храмы.

— Предлагаешь разрушить? — заинтересованно склонила голову на бочок демоница.

— Попробуй. Мигом рабов лишишься. Кажется, твоего принятого недавно выбрали мэром? Говорят, мэров здесь часто стреляют. Дикая страна — как были варварами, так варварами и остались.

— Сказываются свежие впечатления? Или ты пытаешься мне угрожать, смертный?

— Всего лишь предупреждаю.

— Значит, ты слабак и трус, — сделала вывод Эвиар. — И прислушиваться к твоим словам у меня причин нет.

На скулах у мага заиграли желваки. Стоявший позади коллега положил ему руку на плечо, успокаивая, но говоривший первым резким движением сбросил ее вниз. Если раньше он играл, следуя задуманному сценарию, то теперь, получив тяжелое оскорбление, за речью следить перестал. Работа превратилась в личное дело.

— Наступит день, нечисть, и мы уничтожим вас всех. Спалим дотла, пепел развеем над текущей водой, а скрижали с именами выбросим за пределы мира. Радуйся, пока можешь.

— Нечто подобное я слышала от основателя вашего ордена, — трагически заломила руки дханна. — Как раз перед тем, как его превратили в одного из младших прислужников Замка Бури.

— Ложь! Иоанн Гамбургский погиб в бою, прикрывая отход…

— Не отход, а бегство.

— … в страны Нового Света!

— Не спорю, — примирительно улыбнулась Эвиар. — Погиб. Просто магом он был сильным, вот глава и решил, что Иоанн заслуживает чести попасть туда, куда всю жизнь стремился. Правда, в несколько отличном от предполагаемого качестве, ну да ладно. В конце концов, надо же кому-то чай разливать и пыль вытирать?

Маги с растерянностью переглядывались. Их лидер в ужасе отшатнулся:

— Я не верю тебе! Ты лжешь!

— Зря. Впрямую мы обманываем крайне редко, — демоница в задумчивости постучала изящным пальчиком по губам. — Ты угрожал моему принятому, оскорбил меня и обвинил во лжи… Два раза или три? А! Еще ты поставил под сомнение силу хозяина сей земли, в самом начале речи. Точно три. — Она с довольной улыбкой потянулась, словно кошка, получившая вожделенную игрушку. Обернулась к слегка напуганной Алле и объяснила: — Дурацкая традиция, но ничего не поделаешь. «Правило трех речей» даже в Соглашении прописано. Теперь я имею полное, абсолютно обоснованное право наказать оскорбившего меня смертного. Ноночка! Ноночка!

Смешно перебирая короткими лапками и бешено виляя хвостиком-прутиком, такса засеменила к хозяйке. «Собачья почта» у придорожного столбика осталась прочитанной не до конца, однако чего не сделаешь ради любимого существа? Подбежав, Ноночка радостно запрыгала, норовя лизнуть присевшую Эвиар в лицо и жалуясь на долгую трехминутную разлуку. Демоница засюсюкала в ответ:

— Хорошая моя, лапушка, хорошая собачка. Какая ты красивая, какая умница… Сделай мне приятное. Сделаешь?

Судя по виду собаки, она была готова хоть сейчас мчаться бороздить просторы космоса. Только прикажи, хозяйка.

— Видишь плохого дядю? — Эвиар развернула таксу в нужном направлении. — Очень плохой. Очень. Взял и обидел девушку, то есть меня, ни с того, ни с сего. Куси его, Ноночка, куси.

— Да что за бред…

Эти слова оказались последними, произнесенными слишком многое позволившим себе Крейцером. Демонице не следовало угрожать, и уж тем более не следовало злить. Позднее Шурик скажет Алле, что его кузина поступила в каком-то смысле даже милосердно, или просто не желала подставлять хозяина. Она многое могла бы сотворить с оскорбителями. Многое, — но ограничилась простым убийством.

Такса деловито подбежала к магам, остановилась, коротко тявкнула. Позднее Алла пыталась восстановить дальнейший ход событий и не смогла. Все произошло невероятно быстро, можно сказать, за один такт. Голова Ноночки вдруг увеличилась в размерах, превратившись в одну зубастую пасть, эта пасть сверху навалилась на оторопевшего чародея… Звонко клацнули клыки.

Прежде, чем свидетели успели моргнуть, на асфальте снова стояла маленькая такса породы «быть шлангом круто». Чего-то жевала, поглядывая на оставшуюся четверку магов.

— А вы мне ничего не хотите сказать?

Губы демоницы раздвинулись в широкой улыбке. Очень широкой. От уха до уха. Белоснежно блеснули зубы-иглы.

— Нет? — с легкими нотками сожаления прокомментировала ошарашенное молчание, последовавшее за ее вопросом, Эвиар. — Жаль, очень жаль. Впрочем, нам все равно пора. Ноночка!

Маги дернулись. Алла почувствовала, что еще немного — и упадет в обморок. Такса вытянула шею, с усилием проглотила нечто во рту и с готовностью, бешено виляя хвостиком, посмотрела на хозяйку. Дескать, жду дальнейших указаний.

— Идем домой. Хватит, милая, — такса торопливо подбежала, поставила передние лапы на колено дханне, пачкая белоснежные брючки, и жалобно заскулила. — Нет, нет! Никаких «на ручки»! Не маленькая уже, сама беги. Сама! Я кому сказала! Ох, горе ты мое…



Подчас расставаться тяжело. Друзья уходят, оставляя за собой кусок сердца — метафорически, разумеется — и не зная, встретятся ли вновь. Добрые чувства остаются лишь в памяти, постепенно подергиваясь пеплом прошлого. Однако бывает и так, что хозяева ждут не дождутся отъезда излишне назойливых или одиозных гостей.

— У нас две лишние машины представительского класса есть? — вполголоса поинтересовался Шурик у принятой.

— Найдем. Зачем тебе? — с подозрением уточнила Алла.

— Ну, вдруг у гостей свои сломаются.

— Не переживай, Ассомбаэль, — Эвиар спускалась по высокой лестнице особняка и, конечно же, прекрасно слышала разговор. Как и прочие звуки в доме и окрестностях. — Скоро мы уедем и ты сможешь вернуться к столь милым твоему сердцу камушкам.

В подтверждение слов хозяйки зажатая подмышкой такса звонко тявкнула. Аллу передернуло. Вчера она излила душу, поведав Шурику кошмарную историю о пережеванном и проглоченном иноземце, однако понимания не нашла. Толстяк высказался в том духе, что Ноночка — фигня, а вот бабкин кот настоящий монстр, и пошел к тетке благодарить за помощь.

Дима, невольная причина случившихся в последнюю неделю событий, уезжал вместе с Эвиар. Он уже переговорил с отцом Николаем, сообщив о своем решении, и сейчас стоял возле машины, морально готовясь впервые надолго уехать из родного города. Получалось не очень.

Послышались шаги, громкий плач, выкрики, и к компании присоединились Этбаал в сопровождении его растрепанной подопечной. По протоколу следовало бы сказать наоборот, Риссамат и старший принятой ее отца, однако Сидонец давно доказал свое право плевать на любые запреты и правила. Выглядел он чем-то очень довольным.

— Что, сбежали «розочки»? Жаль, жаль, я бы с ними с удовольствием пообщался. А Мозг не пришел?

— Сидит у себя в церкви. Сейчас как раз служба идет.

— Будь у меня время, — Этбаал с отвращением посмотрел на дочь своего господина, — я бы устроил небольшие полевые учения. Исключительно для закрепления навыков. Ну, ничего, до приезда домой обойдемся теорией. Княжна, как следует следить за святошей?

С демонстративным чмоком вытащив леденец изо рта, Риссамат глубоко вздохнула, эротично надув пухлые губки, встала по стойке смирно и спрятала конфету за спину. Ее глаза обрели стеклянный блеск и уставились куда-то в непостижимые дали, в то время как сама девушка принялась вещать:

— В числе методов сбора информации следует упомянуть о подслушивании, тайном наблюдении и засекании слухов. Данные способы представляются наиболее удобными с точки зрения безопасности лица, обеспечивающего сбор сведений, постольку, поскольку позволяют не вступать в контакт ни с объектом интереса, ни с его окружением. Тайно подслушивать можно как формальные, деловые контакты объекта, так и личные беседы, причем последние зачастую позволяют составить более четкую картину окружения и увлечений, а следовательно, являются ценными с точки зрения дальнейшей разработки. Необходимо прояснить цели и намерения, понимать образ мышления действующих лиц, предсказывать их реакции на события. Осуществлять подслушивание можно как с помощью технических, магических средств, так и непосредственно путем подслушивания.

Дима почувствовал, как рушится только-только сформировавшаяся картина мира. Образ клубной девочки никак не вязался с произносимыми с идеальной дикцией и в приличном темпе фразами. Между тем, у Риссамат в легких закончился воздух, она быстренько заглотила новую порцию и продолжала доклад:

— Тайное наблюдение подразумевает наблюдение как за стационарным объектом, так и за индивидом. Скрытое слежение за человеком позволяет выяснить его контакты, маршруты, наиболее предпочтительные места встреч, явные привычки, образ жизни и прочие аспекты, необходимые для получения полной и исчерпывающей информации при разработке отдельной личности или организации. Наблюдение же за стационарным объектом является стандартным поисковым мероприятием….

Алла с круглыми, как у совы, глазами повернулась к Шурику. Толстяк стоял с кислой миной на лице и, кажется, ничего удивительного в происходящем не наблюдал. В ответ на явное недоумение принятой он еле заметно пожал плечами, после чего тайком, одними губами, совершенно неслышно для окружающих проартикулировал «папа».

Действительно. Папа.

Последовавшая короткая церемония прощания сюрпризов не преподнесла. Немного напрягало отсутствие Славомиры, обычно не упускавшей случая поиздеваться над окружающими, однако Шурика это обстоятельство нисколько не расстроило. Скорее наоборот. Толстяк проводил взглядом кортеж, помахал вслед наконец-то уехавшим дорогим гостям ручкой и со вздохом глубокого облегчения рухнул на спину. На его обращенном к небу лице расползалась широченная улыбка.

— Уехали…

Алла в целом разделяла чувства своего повелителя, но не только.

— Бедная девочка, — немного подумала и уточнила. — Бедные дети.

— Наплюй, — дханн даже не пошевелился. — Ничего с ними не случиться.

Но материнский инстинкт вкупе с жалостью заставлял женщину действовать.

— Как думаешь, мы Риссамат еще увидим?

— Наверное… — настроение у Шурика слегка испортилось. Впрочем, он сразу же повеселел. — Но сюда они не скоро приедут.

Принятая довольно кивнула.

— Я, пожалуй, приготовлю бедолаге небольшой подарок. Будем в Москве — купим маленькую розовенькую машинку.



Маленький город занимался своими делами, постепенно начиная отходить от нежданного нашествия. Ведающие получали весточку от родных и знакомых, подумывая о возвращении; в больнице добрые доктора внимательно выслушивали сектантов, что-то помечая в своих карточках; сатанисты со швабрами и тряпками сновали по родному подвалу, готовя помещение к ритуалу. Пашка Уральцев ходил с разбитой мордой — его бывший начальник узнал, кто подкинул его супруге компрометирующие фото, и увольнением не ограничился.

Мозг писал отчет начальству, Боди учил жизни впечатленную его умениями местную гопоту.

Позвякивая ключами, по лестнице поднимался Урзал. Он первым узнал о бегстве магов и отъезде делегации дханна, и теперь торопился вернуться в любимую квартиру. Вид у него был довольный.

В домике на окраине о чем-то шушукалась с котом Славомира.

Наталья Незвольская ломала голову над вопросом, что от нее скрывают.

Олег Варварин сидел за компьютером, выписывая на листок названия сверхъестественных существ и их характеристики. Он очень ответственно относился к своей работе.

Алла колебалась между необходимостью заняться делами и желанием отдохнуть. Лень с трудом побеждала.

Шурик счастливо балдел.

Жизнь продолжалась.