— Мы можем поднять тост за новую сделку, Мерсер?
В тот день в доме Ньютонов царило мрачное, подавленное настроение. У любого постороннего наблюдателя сложилось бы мнение, что Элис и дети ожидают предчувствуют ужасную бурю, готовую разразиться с минуты на минуту.
— Почему бы и нет? — улыбнулась она. — За этим столом сложно хранить тайны.
Бетховен и Мисси тоже понимали — грядет что-то неприятное. Почему-то все люди не радовались жизни, хотя что, казалось бы, препятствовало этой радости? Щенки, конечно же, не обращали ни малейшего внимание на тревожную атмосферу и продолжали весело резвиться и играть, как будто ничто в целом мире не могло обеспокоить их.
— Контракт на две книги с издательством «Викинг». Сегодня утром предложили.
Все, включая миссис Ньютон, пытались заниматься своими повседневными делами, однако каждый, помимо своей воли, внимательно прислушивался: не вернулся ли домой мистер Ньютон? В начале шестого с подъездной дорожки донесся звук автомобильного мотора, а несколько секунд спустя хлопнула дверца машины.
Все радостно зашумели и стали поздравлять Мерсер. Клод тем временем убрал тарелки из-под супа, налил еще вина, холодного шабли, и начал разносить новое блюдо — небольшие тарелки копченых устриц. С востока задул легкий ветерок, пустив мягкую рябь по густому жаркому воздуху.
— Вот он, — прошептал Тэд.
Перемещаясь туда-сюда между кухней и верандой, Клод поглядывал на экран маленького телевизора возле плиты. «Лео» никуда не делся, он дрейфовал на месте, вихрился и озадачивал экспертов отсутствием четкого курса.
— Всем сохранять спокойствие, — приказала миссис Ньютон. Однако у нее самой на душе было неспокойно.
7
В замке повернулся ключ, и мистер Ньютон, распахнув дверь, возник на пороге.
Брюсу нравилось, когда ужины длились по нескольку часов с перерывами между блюдами на вино и беседу. Убрав со стола раковины от устриц, они с Клодом вновь наполнили бокалы вином и объявили, что следующим блюдом будет черненый морской окунь — деликатес, которого придется немного подождать.
— Всем привет! Я…
Он замер, в удивлении взирая на все семейство, стоящее в прихожей.
Клод отошел к плите, где уже стояла разогретая чугунная сковорода. Достав из холодильника поднос с маринованным филе, он осторожно положил в сковородку два куска, посыпав каджунской приправой по собственному рецепту: чеснок, паприка, лук, соль и специи. По воздуху поплыл чудесный густой аромат.
— Добрый вечер, милый, — произнесла Элис. Подойдя к мужу, она поцеловала его в щеку. Райс, Тэд и Эмили бросились к отцу и принялись наперебой обнимать его.
Неизменно пребывавший во время готовки в хорошем настроении, Клод напевал себе под нос, попивая из бокала и наслаждаясь раскатами смеха с веранды. Званые ужины у Брюса всегда были для него событием. Отличное вино, вкусная еда, интересные гости, никакой спешки, никаких забот.
— Папочка!
— Папа!
Вечеринка закончилась только в полночь, когда Мерсер и Томас пожелали всем доброй ночи. Брюс и Клод убрали со стола и поставили тарелки на кухонную стойку. Завтра кто-нибудь другой наведет порядок. Неважно, во сколько Брюс ложился спать, вставал он всегда рано и к семи часам уже отправлялся в книжный магазин. Как только Клод ушел, он запер двери, поднялся на второй этаж, разделся и рухнул поперек кровати. Через минуту Брюс уже спал как убитый.
— Папуля!
Примерно в час ночи «Лео» наконец определил свой дальнейший маршрут.
Мистер Ньютон слегка покачнулся под тяжестью этой семейной любви. Его несколько озадачило подобное проявление пылких чувств со стороны его семейства. Чаще всего, когда Джордж возвращался домой, Райс сидела у себя в комнате и слушала музыку, Тэд торчал у телевизора и резался в свои видеоигры, а Эмили возилась с куклами. Миссис Ньютон, как правило, в это время готовила ужин на кухни. Однако сегодня мистер Ньютон учуял доносящийся из кухни аромат, который явственно свидетельствовал, что вечерняя трапеза уже готова.
8
— Но сегодня вовсе не мой день рождения, — пробормотал мистер Ньютон. — Ведь так?
Ник Саттон всегда спал очень чутко и, если просыпался перед рассветом, читал час-другой, прежде чем снова заснуть. На сей раз он из любопытства включил телевизор, чтобы посмотреть выпуск новостей, надеясь, что все спокойно. Однако это было не так. Метеорологи били тревогу, потому что «Лео» внезапно повернул на запад, и его предполагаемая траектория вела теперь точно на остров Камино. В данный момент он, достигнув третьей категории и набирая силу, оказался на расстоянии двухсот миль от острова и двигался со скоростью десять миль в час. Ник стал щелкать по каналам — паника нарастала с каждой минутой. Он начал обзванивать и будить друзей, многие из них и так уже не спали, неотрывно наблюдая за погодными сводками.
— Совершенно верно, милый, — отозвалась миссис Ньютон. — Мы просто хотели порадовать тебя. Что в этом плохого?
В пять часов утра Ник позвонил Брюсу и сообщил новости. Тот десять минут изучал погоду, после чего перезвонил ему с инструкциями собрать вещи и как можно скорее встретиться в магазине.
— Ничего, — неуверенно ответил мистер Ньютон. — Это просто как-то… неожиданно.
— Дорогой, почему бы тебе не пойти в свою комнату и не отдохнуть? А я принесу тебе попить что-нибудь холодненькое.
К рассвету весь Камино был охвачен страхом. Как барьер между морем и землей он неизбежно должен был принять на себя удар любого шторма, который может двинуться на материк. Плоский, окруженный водой остров с максимальной высотой над поверхностью моря всего в двадцать четыре фута вполне могло накрыть штормовым приливом, хотя никому из жителей острова не приходилось переживать подобного затопления.
— Ну ладно… — Мистер Ньютон сделал шаг по направлению к лестнице, но вдруг остановился. — Погодите. Что-то тут не так…
В семь ноль три из-за спокойных вод океана выглянуло солнце — так, словно их ждал еще один погожий солнечный денек. К этому моменту «Лео» уже достиг четвертой категории и, казалось, впервые твердо решил двигаться в одном направлении, не отклоняясь ни вправо, ни влево. В семь пятнадцать губернатор объявил о полной эвакуации прибрежных зон к северу от Джексонвилла. Суть его обращения сводилась к совету: «Выбирайтесь немедленно!», и он ясно дал понять, что в ближайшее время можно ожидать приказа об обязательной эвакуации.
Элис и дети затаили дыхание.
— На подготовку нет времени, — мрачно заявил он. — Просто уходите сейчас же.
— Чего-то не хватает. — Джордж уставился на жену и детей. — Обычно что-то… — И тут его осенило: — Собаки! Где собаки?
— Собаки? — переспросила Эмили. — Какие собаки?
На острове круглогодично жили сорок тысяч человек, и примерно половина из них — в самой Санта-Розе. Других населенных пунктов, стоящих упоминания, на острове не было. Границы города были не очень четко очерчены и сливались с остальной территорией. К началу августа туристов на острове осталось уже меньше, чем в июне и июле, однако, по подсчетам, в прибрежных отелях и в съемном жилье сейчас проживало около пятидесяти тысяч отдыхающих. Ранним утром их попросили уехать, и поскорее. Некоторые сбежали сразу, но бо`льшая часть предпочла для начала посмотреть за завтраком местные новости. Остров Камино с материком соединял всего один четырехполосный мост, и к восьми часам утра движение по нему уже было затруднено. Каждый день тысячи людей пересекали мост, чтобы добраться на работу в гостиницы острова, но сегодня их разворачивали обратно. Никому не позволяли проехать. Всех отправляли на запад. Куда именно? Не важно. Главное — прочь с острова.
— О-ох, — выдохнул Тэд.
С каждой минутой метеорологи все более укреплялись в своей версии — «Лео» направлялся в самый центр Санта-Розы.
— Вот, оказывается, что не так! Обычно, когда я возвращался домой, единственными, кто уделял мне внимание, были эти нахальные псы. А сегодня их здесь нет, зато меня встречаете вы все. Значит, что-то случилось. И я начинаю беспокоиться…
— Но хорошо еще, что не сердиться, — выпалила Эмили.
В восемь пятнадцать губернатор объявил обязательную эвакуацию и привлек два подразделения Национальной гвардии. Полиция начала обходить дома. По закону жителя острова нельзя было принудить к отъезду, однако у тех, кто решил остаться, полицейские брали телефоны близких, а также предупреждали, что сотрудники экстренных служб не будут проводить спасательные мероприятия. Обе больницы были эвакуированы; тех, кто находился в тяжелом состоянии, отправили в Джексонвилл. Шесть продуктовых магазинов на острове открылись рано, и их сразу заполнили взволнованные покупатели, жаждущие запастись питьевой водой и продуктами с большим сроком годности.
Тэд зажал сестре рот ладонью.
Тех, кто планировал остаться, предупредили, что после шторма на острове какое-то время будет мало еды и воды и совсем не будет электричества. А еще — почти никакой медицинской помощи.
— Не обращай на нее внимания. Она несет всякую ерунду.
Предостережение звучало повсюду, предельно четко: покидайте остров!
Мистер Ньютон помрачнел.
9
— Сердиться, Эмили?… Скажи-ка мне, на что я должен сердиться.
В «Книгах Залива» работали семеро сотрудников: три на полную ставку и четыре на почасовой оплате. Всех вызвали, и Брюс, отрывисто раздавая приказы, помогал перетаскивать книги на второй этаж, где их складывали на полу. Столы и стулья в маленьком кафе сдвинули в сторону, чтобы освободить место. Двоих парней, работавших на полставки, отправили в магазин Ноэль, чтобы перенести ее многочисленный антиквариат.
Миссис Ньютон поняла, что следует немедленно вмешаться.
В восемь тридцать в магазин зашел пожарный инспектор и сказал Брюсу:
— Ничего особенного, милый, просто у нас сегодня стряслось маленькое несчастье, однако мы уже все исправили сами…
— Вы находитесь всего на четырех футах над уровнем моря, можно ожидать затопления.
— И в этом никто не виноват, — добавила Райс.
Гавань была в шести кварталах к западу, пляж — в миле к востоку.
— На самом деле никто, — заверил Тэд. — Честное слово.
— Вы знаете, что объявлена обязательная эвакуация? — спросил он.
Мистер Ньютон скрестил руки на груди.
— Я никуда не уеду, — ответил Брюс.
— Ну ладно. Что происходит? Я хочу, чтобы вы немедленно объяснили мне, в чем дело.
Тогда инспектор записал его фамилию, телефон и контактные данные Ноэль, а потом поспешил к соседнему магазину. Ровно в девять часов утра Брюс собрал сотрудников и посоветовал им захватить ценные вещи и покинуть остров. Все сразу исчезли, кроме Ника Саттона, которого словно захватила идея пережить сильный ураган. Он твердо отказался эвакуироваться.
— Ну, это щенки, — протянула Элис. — Они добрались до кое-каких вещей, которые лежали не на месте, и погрызли их. — Она пожала плечами. — Жалко, конечно, однако это не конец света.
Полки в кабинете Брюса на первом этаже были заставлены ценнейшими первыми изданиями. Брюс попросил, чтобы Ник закончил складывать их в коробки, а потом доставил к нему домой, за четыре квартала от магазина. Сам он направился к дому Майры и Ли, которые лихорадочно закидывали вещи и сажали собак в багажник своего старого автомобиля.
— Тем не менее это гибель… чего именно?
— Куда нам теперь, Брюс? — спросила Майра, насквозь мокрая от пота и испуганная.
— Нескольких пар твоих носок, — выпалила Райс, — маминых туфель и некоторых наших вещей.
— Выезжайте на десятую автостраду и двигайтесь в сторону Пенсаколы. После шторма я проверю, как у вас тут дела.
Мистер Ньютон кивнул. Невооруженным глазом было видно, что он старается обуздать свой гнев.
— Ты остаешься? — удивилась Ли.
— Ну ладно… Полагаю, я это переживу.
— Да. Буду присматривать за магазином и проверять, что к чему. Со мной ничего не случится.
— И еще кое-что, — осторожно добавила миссис Ньютон. — Боюсь, они добрались до твоей сумки для гольфа.
— Тогда мы тоже останемся, — заявила Майра, правда, неуверенно.
— Нет. Тут будет полный хаос — поваленные деревья, наводнение, отсутствие света. Выбирайтесь отсюда и найдите себе номер в гостинице. Как только заработают телефоны, я вам позвоню.
Никто не был готов к тому, что случилось вслед за этой фразой.
— Ты не волнуешься?
Все ждали взрыва: багрового от гнева лица, яростных воплей и проклятий. Вместо этого мистер Ньютон побледнел, голова его поникла, плечи опустились. Вид у него был чрезвычайно жалкий.
— Разумеется, волнуюсь. Но со мной ничего не случится.
— Я… я… я хотел бы выпить чего-нибудь холодненького, — произнес Джордж тихим, полным отчаяния голосом.
Брюс помог им загрузить все бутылки с водой, что были в доме, ящик спиртного, три мешка продуктов и десять фунтов собачьего корма. Затем он буквально запихнул подруг в машину и помахал им рукой на прощание. Отправляясь в путь, они обливались слезами.
— Конечно, милый. — Элис вихрем помчалась на кухню.
Брюс позвонил Эми — та уже выехала и даже миновала мост. У ее мужа тетка жила в Мейконе, штат Джорджия, и там они планировали остановиться. Брюс пообещал проверить и их дом после шторма и позвонить. Он попытался попасть на пляж, но полиция заблокировала все движение в восточном направлении. Мерсер не отвечала на звонки.
Дети взяли мистера Ньютона за руки и повели в его комнату.
10
— Нам на самом деле жаль, папа, — сказала Райс. — Щенки не знали, что они делают что-то плохое.
Мистер Ньютон медленно кивнул.
Тесса построила свой пляжный коттедж тридцать лет назад. В детстве Мерсер проводила там каждое лето — на безопасном расстоянии от воюющих друг с другом родителей. Ларри всегда находился рядом — ухаживал за домом, пререкался с Тессой о том, как правильно возделывать сад, и приносил фрукты и овощи из собственного. Он родился на острове и никогда бы его не покинул, даже из-за такой серьезной угрозы, как «Лео».
— Я знаю… Просто я очень любил эту сумку. Она была мне так дорога…
В то утро Ларри приехал очень рано и привез восемь листов потрепанной фанеры, дрели и молотки; вместе с Томасом они заколотили все окна и двери, пока Мерсер торопливо складывала вещи в машину. Ларри настаивал на том, чтобы они уехали как можно скорее. Первый этаж коттеджа находился на высоте восемнадцати футов над уровнем моря, а еще дом защищали двести футов дюн. Ларри был уверен, что прилив не доберется до коттеджа, но волновался из-за ветра.
— Мы понимаем, — заверил Тэд. — Мы будем откладывать деньги и купим тебе другую, точно такую же. Конечно, на это понадобится год или два, но…
Тесса погибла во время шторма, и Мерсер не желала оставаться на острове. Ровно в одиннадцать она обняла Ларри на прощание и уехала. За рулем сидел Томас, на консоли между ними пристроился его золотистый лабрадор. До моста они добрались через час, и, когда ползли по нему, поглядывая вниз на бурные воды реки Камино, небо потемнело и начался дождь.
— Спасибо, Тэд.
11
Эмили крепко обняла отца.
Надежно спрятав редкие книги во встроенный сейф рядом со своей спальней, Брюс попытался расслабиться. Вот только это было невозможно. Предштормовую панику по телевизору не получалось игнорировать, и он со страхом наблюдал, как глаз «Лео» в режиме реального времени закручивается все туже и неуклонно приближается к острову. Брюс с Ником ели бутерброды на веранде и смотрели на дождь. Домработница уехала, она уже успела добраться до Таллахасси и даже позвонить оттуда.
— Нам так жалко, папочка.
Коллекция Брюса стоила гораздо больше, чем весь ассортимент его магазина, картины на стенах и ценный антиквариат, который Ноэль сбывала своим богатым клиентам. Спрятав редкие издания, он обезопасил увесистую долю своего капитала от любого бедствия: пожара, наводнения, урагана, кражи. Самая крупная часть хранилась в офшоре, и об этом не знал никто, кроме Ноэль.
Джордж погладил ее по голове.
«Книги Залива» были закрыты и накрепко заперты, как и все остальные магазины, рестораны и кофейни в центре. Сейчас жителям было не до кофе и покупок. Мэйн-стрит пустовала, если не считать полицейских в желтых дождевиках. В обычные дни на острове почти никто не нарушал закон. Потенциальные мародеры жили в других местах. Самой серьезной опасностью были штормовой прилив и разбитые стекла.
— Все в порядке, доченька. В мире есть куда более важные вещи, чем сумка для гольфа.
В четырех кварталах от центра, там, где уже много лет располагались изысканные викторианские особняки, основную опасность представляло падение деревьев. Здешним дубам было по триста лет, и тень их густых ветвей, покрытых испанским бородатым мхом, ложилась на все дома до единого. Эти величавые деревья были памятниками истории и источником постоянной гордости, но через несколько часов им предстояло превратиться в угрозу.
Эмили с готовностью закивала.
Ник вернулся к столу с бутылкой «Хайнекена», а Брюс налил себе еще бокал белого вина и сверился со списком.
— Я знаю, что ты хотел сказать, папа. Щенки куда важнее, чем сумка для гольфа.
— По-моему, будет разумнее, — сказал он, — если ты останешься здесь, пока не закончится шторм. У меня нет опыта общения с ураганами, но все-таки безопаснее держаться вместе. Ветер, вода, упавшие ветки, жизнь без электричества — вдвоем мы легче с этим справимся.
— Ну… это не совсем то, что я имел в виду. — В голосе мистера Ньютона звучала такая горечь, что Райс почувствовала, как на глаза ей наворачиваются слезы.
Ник кивнул, хотя еще сомневался.
— Это ужасно, — шепнула девочка брату.
— А сколько у тебя еды?
— Я знаю, — отозвался Тэд. — Было бы гораздо лучше, если бы он вышел из себя и начал орать на всех.
— Нам вдвоем — на неделю. У меня есть небольшой генератор, его хватит на несколько дней на самое необходимое. Залью топлива в канистры. Ты на велосипеде?
— У меня просто сердце разрывается смотреть на него, — добавила Райс.
— Как всегда.
Миссис Ньютон вошла в комнату, неся большой стакан чая со льдом. Судя по всему, она очень беспокоилась за мужа, зная, что подобные приступы меланхолии куда более серьезны, нежели взрывы ярости.
— Ладно. Возьми мой «тахо», съезди домой и загрузи всю еду и воду, что сможешь найти. Заправь бак бензином. И поторопись.
— Вот, выпей, милый. Садись, устраивайся поудобнее…
— А пиво у тебя есть? — спросил Ник.
— Спасибо. — Мистер Ньютон опустился в свое любимое кресло. Но едва он сел, как раздался громкий треск!
— Погреб забит пивом, вином и кое-чем покрепче. Надо только водой запастись. У твоего деда есть бензопила?
— А-а-а! — громко закричал мистер Ньютон.
— Да. Я привезу.
Все четыре ножки кресла неожиданно подломились, кресло опрокинулось на спинку, и мистер Ньютон упал вместе с ним. Хуже того, в момент падения полный стакан ледяного чая выплеснулся прямо ему на голову!
— Отлично, план готов.
Райс немедленно осознала, что произошло.
Ник уехал, и Брюс прикончил бутылку. Попытался вздремнуть в гамаке, но поднялся ветер, и стало слишком шумно. В доме было три ванны; Брюс заполнил их водой доверху. Занес в дом всю садовую мебель и запер окна и двери. Его список включал в себя тридцать одну фамилию — сотрудников магазина, друзей и, конечно же, его писателей. Из всей компании на острове остались пятеро, включая Боба Кобба и Нельсона Керра. Майра и Ли тащились по загруженной автостраде, потягивая ром, успокаивая собак и слушая аудиозапись одного из своих любовных романов. При этом они хихикали, как пара пьянчужек. Поэт Джей Арклруд направлялся в Майами. Энди Адам бежал с острова раньше остальных — отчасти из опасения, что его намерение быть трезвым не выдержит хаоса, который оставит за собою смертельный ураган. Боб Кобб окопался у себя дома с женщиной. Нельсон Керр сидел на пирсе в дождевике, смотрел, как поднимаются волны, и до поры до времени наслаждался нервной энергией острова. Он жил неподалеку от Боба, и они планировали держать связь, когда ударит шторм.
— О нет! Долли обгрызла ножки папиного кресла!
— Они все-таки погрызли мебель, — горестно промолвил Тэд. У него было сильное предчувствие, что вскоре щенки будут изгнаны из дома Ньютонов.
Скорость ветра достигла ста пятидесяти пяти миль в час, и «Лео» оказался на грани пятой категории. Прогноз сулил катастрофические разрушения и потерянные жизни. К тому же теперь «Лео» двигался быстрее, преодолевая почти по пятнадцать миль в час в западном направлении, и должен был коснуться земли в самом центре острова в десять тридцать вечера. К четырем часам дождь уже лил стеной, а край урагана принес с собой порывы ветра, способные ломать ветки. По улицам полетел мусор. В пять тридцать в дверь Брюса постучал полицейский и поинтересовался, какого черта тот делает дома. Брюс объяснил, что уже уведомил власти и никуда не собирается. Потом спросил про соседей — как выяснилось, все уехали.
Когда к шести часам вернулся Ник, на острове вдруг стало очень темно. Небо почернело, и плотные тучи яростно заклубились почти над самой землей. Брюс запустил свой маленький генератор и отключил электричество везде, кроме гостиной и кухни. Больше светом решили не пользоваться. У них припасено вдоволь фонариков и батареек. Ужинали стейками на решетке и картофелем фри с бутылкой пино нуар.
Глава третья
В семь часов, когда ветер уже грохотал со скоростью восемьдесят миль в час, Брюс в последний раз обзвонил всю компанию. Майра и Ли сидели в мотеле в Пенсаколе со своими пятью собаками, которые нервно лаяли, вызывая недовольство соседей и персонала. Эми унесло аж в Мейкон. Джей остановился у друга в Майами. Энди Адам — у матери в Шарлотте. Все волновались за свои дома и за безопасность Брюса. Они как приклеенные сидели у телевизоров, слушая прогнозы, которые с каждым часом становились все более зловещими. Брюс заверил друзей, что они с Ником в безопасности и хорошо подготовлены. Пообещал как можно скорее проверить их жилища и позвонить, когда восстановится связь. Доброй ночи и храни вас Боже.
Только что все было тихо, мирно и печально — но все изменилось буквально за долю секунды. Мистер Джордж Ньютон лежал на полу навзничь, поверх опрокинутого кресла, и яростно ревел.
По словам главы местного агентства по чрезвычайным ситуациям, самой уязвимой частью острова была полоса пляжа длиной в полмили, известная как пролив Поли. Он находился на северной окраине, рядом с «Хилтоном», и, как и большая часть прибрежной полосы, был плотно застроен жилищными комплексами, старыми и новыми коттеджами, семейными мотелями, пляжными барами и кафе, а также многоэтажными современными гостиницами. Он поднимался над уровнем моря всего на несколько футов, и перед ним совсем не было дюн, способных защитить от приливной волны. Именно там жили Боб Кобб и Нельсон Керр — в элитном комплексе «Марш-Гроув». Брюс позвонил им последними. Боб и его дама устраивались на ночь. В интонации Боба сквозила беспечность — он явно успел прилично выпить. Нельсон Керр сидел в темноте и жалел, что не уехал с острова. Брюс предложил срочно перебраться к нему домой, где будет безопаснее, но Нельсон сказал, что полиция уже перекрыла все дороги. Деревья и столбы линий электропередач начали падать, ливень шел потоком.
Он орал, ругался и изрыгал страшные проклятия на протяжении еще доброго получаса. Он вихрем носился из комнаты в комнату, так и не смыв с себя ледяной чай. Промокшая рубашка прилипла к телу, а сам мистер Ньютон едва не сорвал себе глотку криком, перемежая ужасные ругательства с клятвенными заверениями в том, что этим ненавистным щенкам больше не будет места в доме Ньютонов! Гнев Джорджа был столь громогласен, что миссис Ньютон была уверена: все соседи отлично слышат эти яростные вопли. Дети скрылись с глаз отца — от греха подальше, а Бетховен, Мисси и их отпрыски сидели в гараже, прижавшись друг к другу, и гадали, какая страшная судьба ожидает их теперь.
— На этот раз все будет по-моему! — бушевал мистер Ньютон. — Свет не видел таких гадких, таких непослушных, таких… — Джордж запнулся, пытаясь подобрать самый убийственный эпитет для щенков. Наконец он отыскал точные слова, способные выразить всю глубину его ярости: — Таких подлых изничтожителей сумок для гольфа!
К восьми часам вечера непрекращающийся ветер перевалил за сто миль в час и завывал так громко, что Брюсу с Ником трудно было усидеть на месте. Освещая себе путь фонариками, они бродили по первому этажу и осторожно выглядывали в окна, чтобы оценить ущерб, проверить, повалило ли ветки, затапливает ли вода улицу. Потом усаживались на минуту в гостиной, пытаясь сосредоточиться на вкусе бурбона, но их постоянно отвлекали то порывы ветра, сотрясавшие дом, то резкий пронзительный треск.
Миссис Ньютон понимала, что ей следует как-то утихомирить мужа, однако тот не прислушивался ни к каким доводам, пока не выкричал весь свой гнев.
Треск был хуже всего. Первые два раза они не поняли, что произошло. Потом сообразили, что это ветер отламывает толстые ветви с таким звуком, словно поблизости стреляют из ружья. Каждый раз Брюс и Ник вздрагивали и подкрадывались к окну.
— Дорогой, не мог бы ты немного успокоиться? Тебе вредно так волноваться.
Брюс владел Марчбэнкс-Хаусом пятнадцать лет. Это был викторианский дом постройки 1890 года — добротный, способный выдержать ураган, поэтому сейчас Брюса не волновала возможность лишиться крыши или крыльца. Но рядом с домом росли два древних дуба, ветви у которых такие огромные, что могли причинить серьезный ущерб.
— Успокоиться? Успокоиться?! Да как я могу успокоиться, когда кругом, куда ни глянь, везде эти псы и их обожатели! Как я могу не волноваться, когда вся моя семья против меня? Как такое вообще можно вынести?
Будто завываний, грохота и треска было недостаточно, они уловили в шуме урагана странный гул. Рев был постоянным и постепенно становился все громче, но примерно раз в минуту его пронизывали звуки еще более сильных порывов ветра, словно предупреждая, что худшее еще впереди — пока над водой, однако ждать осталось недолго. Порывы стихали, шторм возвращался к постоянному шуму и силе, а Брюс с Ником снова глотали бурбон, надеясь, что порывов уже не будет. Вскоре трещала очередная ветка, и они опять выглядывали в окно.
— Дорогой, — нежным голосом произнесла Элис, — может быть, тебе принести еще что-нибудь холодного? Похолоднее и покрепче?
В самом начале десятого линии электропередач не выдержали и стали рваться. Шторм приближался, и на острове воцарилась темнота.
— Это будет неплохо, однако от этого ничего не изменится, — многозначительно изрек мистер Ньютон. — Я твердо решил. Щенков следует убрать из нашего дома.
Через два часа, наслушавшись ветра, дувшего со скоростью сто миль в час, они уже были сыты по горло. Брюс хотел пошутить: «Что ж, видимо, все-таки следовало уехать», но поленился. Глаз шторма все еще находился в двух часах от них, скорость ветра не достигла пика. Улица превратилась в реку из-за дождя, а впереди ожидал прилив. Брюс не сомневался, что на первом этаже магазина «Книги Залива» уже стоит вода.
— Папочка! — воскликнула Эмили. — Не надо!
Но здесь и сейчас было сухо и безопасно. Они с Ником мало что могли сделать до утра. К десяти тридцати — в это время ожидалось прибытие глаза шторма — Брюс был уверен, что их вот-вот сдерет с фундамента и грохнет о дом доктора Бэгуэлла через улицу. Полы и потолки вибрировали, а стены тряслись. Больше всего он боялся, что ветка дуба разобьет окно гостиной и откроет дорогу в дом ветру и потокам воды. Им с Ником придется убегать и искать убежище, но где? Идти ведь некуда.
— Пожалуйста, папа, — взмолилась Райс. — Они больше не будут. Мы обещаем, что они больше такого не сделают! Правда?
— Истинная правда! — поддержал ее Тэд.
Когда ветер прекратился и настала абсолютная тишина, было почти одиннадцать часов. Брюс с Ником вышли из дома и добрались до дороги. Посмотрев на небо, они увидели звезды. Метеоролог по телевизору сказал, что глаз «Лео» должен пройти мимо примерно через двадцать минут, и Брюс ощутил искушение сходить в центр города, взглянуть, как там его магазин. Но снова поленился. Ему ведь не остановить наводнение, а устранять последствия можно будет только утром. Хорошо, что у него обширная страховка.
— Видите ли, дети… Даже если не учитывать, что после них остаются такие разрушения, словно… словно Мамай прошел, то все равно глупо, если в доме живет больше собак, чем людей. Ведь верно? — Мистер Ньютон пристально посмотрел на Тэда, Райс и Эмили. — Разве у кого-нибудь из ваших друзей есть шестеро собак? Кто из них вообще держит в доме собаку? Если вы хотите обзавестись шестью одинаковыми домашними животными, то купите шесть золотых рыбок.
Они побрели по улице, по щиколотку в воде, и не увидели ни одного человека, ни одного огонька. Полицейский был прав — всем соседям хватило здравого смысла уехать. В темноте не представлялось возможным увидеть, куда именно упали ветки, но мусор валялся повсюду.
— У некоторых есть собаки, — сказала Райс.
Затишье в сочетании с бурбоном слегка успокаивало нервы, пусть и ненадолго. Через несколько минут с запада подул легкий ветерок, словно напоминая о том, что миновала лишь половина шторма.
— Шесть штук сразу?
12
— Нет, — признала Райс.
— Вот видишь!
Двухнедельный гнетущий ужас, который внушил всем «Лео», официально достиг пика в десять пятьдесят семь вечера по Восточному стандартному времени, когда центр его глаза коснулся берега на северном краю острова Камино. Верный себе, «Лео» слегка махнул «хвостом», передвинулся на север, притормозив на месте ровно настолько, чтобы удержать за собой четвертую категорию с максимальной скоростью ветра в сто сорок пять миль в час, и едва не достиг редчайшей пятой категории, разогнавшись до ста пятидесяти шести. Не то чтобы это было принципиально. Разница в одиннадцать миль в час при таком мощном урагане почти ничего не значит; его ветра начали трепать Камино задолго до того, как глаз коснулся острова, и продолжали еще долго после его ухода. Старые коттеджи, построенные десятки лет назад, снесло со свай. Более новые выдержали, однако потеряли окна, двери, крыши, террасы. Приливная волна вокруг глаза поднялась в некоторых областях до максимума в пятнадцать футов — достаточно, чтобы затопить сотни коттеджей, домов, мотелей и магазинов. На Мэйн-стрит стояло четыре фута воды. Старые дома в ее исторической части залило впервые за все время их существования.
— Милый, — вмешалась миссис Ньютон. — Эти собаки — члены нашей семьи. Мы любим их, а они любят нас.
Вдоль океана не осталось ни одной прогулочной дорожки или пирса. В глубине острова улицы перегородило завалами из веток и целых стволов. Парковки усыпало черепицей, мусором и обломками веток. Лодки всех размеров были разбросаны в доках и гаванях, как щепки.
— Ты бы выставил из дома кого-нибудь из нас? — требовательно вопросила Эмили.
Хотя практически все покинули остров, из немногих оставшихся кто-то не выжил. На рассвете по всему острову завыла первая сирена.
— Нет, конечно. Но…
13
— Вот видишь! — торжествующе возвестила Эмили.
— Как ни жаль, но щенкам придется покинуть этот дом. И это окончательное решение.
Брюс проспал два часа на диване в гостиной и, проснувшись, кое-как разлепил веки и разогнул спину. Ветер успокоился, в доме было тихо и темно — шторм закончился. Брюс подошел к окну и увидел первый проблеск солнца. Обув резиновые сапоги, он вышел на улицу, перебрел через дорогу по шести дюймам воды и посмотрел на собственный дом. Крыша потеряла несколько пластин черепицы, с третьего этажа оторвало водосточный желоб, но, в общем и целом, дом находился в хорошем состоянии. Все тяжелые дубовые ветви, за которые он так беспокоился, остались там, где им положено. В четырех домах к западу вода добралась до порога Киганов и остановилась около первых ступеней.
Мистер Ньютон и раньше многократно заявлял это, но на сей раз у детей сложилось впечатление, что отец намерен претворить свое решение в жизнь.
Брюс сунул руку в карман и достал сигару. Почему бы не покурить? Он отрезал кончик, щелкнул зажигалкой, а потом долго стоял в грязной воде посреди Шестой улицы. Небо светлело, наступало утро. Облака истончились, солнце уже показалось из-за горизонта, и день обещал быть жарким и влажным, причем из-за отсутствия электричества на кондиционер рассчитывать не приходилось. Вокруг не было ни души, не слышалось ни единого звука. Брюс отправился на юг по Шестой улице к Эш-стрит, где вода уже исчезла и можно было разглядеть асфальт. Открылась дверь, на крыльцо своего дома вышел мистер Честер Финли и пожелал Брюсу доброго утра.
— Ветерок слегка подул вчера, а? — с улыбкой произнес он. В руках Финли держал бутылку воды.
В субботу утром, выйдя из дома, мистер Ньютон, как обычно, забрал у разносчика утреннюю газету. Он не стал просматривать передовицу, спортивные новости или раздел юмора. Вместо этого Джордж сразу открыл страницу рекламных объявлений. Пробежав глазами по колонке, он расплылся в улыбке.
— Совсем чуть-чуть. Как у вас дела?
— Ага! Вот то, что мне нужно!
— Все в порядке. Дому Додсонов пришлось туго, но сами они уехали.
Каждую субботу местная газета печатала объявления о бесплатной отдаче «в хорошие руки» различных животных. И сегодня среди прочих было объявление о четырех щенках сенбернара, помещенное мистером Ньютоном. У Джорджа сразу сделалось легко на душе — впервые за долгое время. Он вернулся в дом, чтобы позавтракать и выпить кофе.
— Правильно поступили. Если нужна будет помощь — я тут.
Пока он сидел за столом, в кухню по одному заходили дети.
Брюс завернул за угол и замер, увидев красивый викторианский дом Додсонов. Огромная ветка дуба, который рос у них на заднем дворе, буквально разрубила дом пополам. Брюс двинулся дальше и остановился перед Викер-Хаусом 1867 года постройки, который тринадцать лет назад приобрели Майра и Ли. Они покрасили его в розовый цвет с ярко-синей окантовкой, и выстоял он неплохо. Одна ветка пробила стекло в окне, выходящем на улицу, и Брюс подозревал, что внутрь попало много воды. Они с Ником могли бы взять цепную пилу и разобраться с веткой. Пожалуй, этим следует заняться в первую очередь.
— Привет, мам.
Возвращаясь на Шестую улицу, он услышал звук, который ни с чем нельзя перепутать — шум лопастей вертолета. И точно, вскоре в небе появился «Морской ястреб» ВМФ — летел он совсем низко, оценивая ущерб. Явились профессиональные спасатели; эта мысль успокаивала. Вертолет улетел, но через пару минут в сторону центра прожужжал еще один. Этот был поменьше и раскрашен в яркие цвета новостной станции.
— Привет, Райс.
— Доброе утро, дочка, — обратился мистер Ньютон к Райс.
14
В ответ он получил лишь сердитый взгляд. Райс взяла тарелку с бутербродами и вышла из кухни.
Мерсер с Томасом попивали кофе в постели и ждали первых отчетов о событиях. Они остановились в мотеле рядом с Дотаном, штат Алабама, единственным, в котором махнули рукой на правило «с животными нельзя» и пустили их с собакой уже после наступления темноты. Пробки на дорогах были просто кошмарные, и, чтобы найти ночлег, им пришлось двигаться все дальше и дальше на запад. Кабельные станции отключились вскоре после десяти часов вечера, когда ветер усилился, но к десяти утра уже снова работали. Почти сразу после рассвета по телевизору пустили прямое включение с вертолета, летевшего над пляжем. Взволнованный корреспондент на борту пытался описать ущерб. Один большой многоквартирный дом был абсолютно разбит, другой — частично обрушился. Крыши посрывало. Несколько небольших пляжных домиков оказались практически раздавлены. Пустые парковки засыпаны мусором и обломками. У Главного пляжа — в обычное время самого оживленного места на острове — разгружались военные суда. Мерсер не удалось заметить коттедж Тессы, но она почти не сомневалась, что он пострадал. В глубине острова повалило тысячи деревьев, по улицам невозможно было двигаться из-за поваленных веток и стволов деревьев. Ветром снесло церковный шпиль.
— Не слишком вежливо с ее стороны, — заметил мистер Ньютон, обращаясь к жене.
— Ну, ведь ты же решил избавиться от щенков, чего же ты ждал? Поцелуев и объятий? Поразмысли как следует, дорогой.
На улицах ближе к центру Санта-Розы стояла вода — судя по виду, примерно по колено. Туда-сюда медленно передвигались спасательные бригады на лодках. Один спасатель помахал рукой вертолету. Сюжет переключился на репортера внизу, и тот вкратце рассказал о своих героических попытках провести на улице целую ночь, пока съемочная группа налаживала камеру. Потом сообщил, что, по прогнозу агентства по чрезвычайным ситуациям, электричества на острове не будет по меньшей мере неделю. Национальная гвардия уже прибыла на место. Остров был практически необитаем, однако поступила информация о жертве стихии в проливе Поли, подробнее расскажут позже. Мост закрыли для проверки на предмет повреждений.
— Это для их же блага, — пробормотал мистер Ньютон, вновь погружаясь в чтение газеты. — Почему они этого не понимают?
Забежав на кухню, Тэд не удостоил отца даже взглядом. Налив себе стакан молока, мальчик вышел следом за Райс.
Было очевидно, что на острове воцарился хаос — на недели, а то и месяцы. Ни Мерсер, ни Томас не горели желанием мчаться обратно на груду обломков, тем более что к коттеджу их все равно бы не пропустили. Мерсер надеялась, что Ларри еще там — и сделает все, что в его силах. В мотеле они тоже не собирались задерживаться, ведь оксфордская квартира Мерсер находилась всего в шести часах езды.
Заскочила Эмили, показала отцу язык и убежала.
Томас ушел искать завтрак и корм для собаки. Мерсер направилась в душ. Она волновалась из-за Ларри, но была счастлива, что книжный тур позади, хотя окончание и получилось не совсем таким, как ей хотелось, и больше всего — оттого, что можно вернуться домой. Они с Томасом уже два месяца жили на чемоданах.
— И долго это будет продолжаться?
Миссис Ньютон немного поразмыслила.
— Не очень долго. К тому времени, как Эмили поступит в колледж, это, безусловно, закончится.
— Очень весело, — хмыкнул мистер Ньютон. И тут зазвонил телефон.
К изумлению мистера Ньютона, очень многие желали приобрести чистопородных щенков сенбернара. Человек, позвонивший самым первым, предложил забрать всех четверых.
— Всех четверых? Вы уверены?
Человек на другом конце провода усмехнулся.
Глава вторая
— Мистер, отнюдь не каждый день я вижу подобные объявления. Таких животных не так часто продают. К тому же они стоят тысячу баксов каждый.
Место преступления
— Они — что?
1
— С вашей стороны очень расточительно отдавать их просто так.
Мистер Ньютон проглотил комок, вставший в горле.
Брюс, у которого не было никакого опыта обращения с цепной пилой, быстро отдал инструмент Нику — тому, по крайней мере, уже случалось держать его в руках. На то, чтобы разобраться, как запустить треклятую штуковину, у них ушло десять минут, но вскоре Ник уже орудовал на заднем дворе, измельчая даже самые тонкие веточки и сучья. Брюс следовал за ним на безопасном расстоянии и собирал обрезки. Взяв часть веток, он отошел, чтобы бросить их в кучу, и вдруг перед ним появился полицейский из Санта-Розы. Брюс подал знак, и Ник выключил пилу. Было слышно, как вдалеке работает еще одна.
— Ты знаешь, что эти собаки стоят тысячу долларов каждая? — спросил он у жены.
Элис Ньютон выглянула в окно и увидела, что щенки играют на лужайке с Тэдом и Эмили. Райс сидела на траве, а Бетховен лежал рядом с ней, положив свою огромную голову на колени девочки. Дети были так счастливы; до Элис доносился заливистый смех Эмили.
Полицейский представился и после нескольких минут беседы о шторме сказал:
— Если хочешь знать, я думаю, что они стоят гораздо дороже.
— К сожалению, есть несколько погибших. Похоже, что большинство случаев на северном краю острова.
Брюс кивнул и спросил, как это связано с ним.
Первый посетитель, прибывший взглянуть на щенков, явился в середине утра. Это был хмурый тощий мужчина; они приехал на побитом грузовичке-пикапе.
— Ваш друг Нельсон Керр был ранен в голову и не выжил.
Детям он не понравился с первого взгляда. Да и сам посетитель едва взглянул на собак.
— Нельсон! — воскликнул Брюс. — Нельсон умер?
— Выдайте мне какого-нибудь, — бросил он, едва разжимая губы. — У меня свалка, и мне нужна большая псина, чтобы стерегла ее. — Он оглянулся на Бетховена. — Если хотите, могу взять и этого здоровенного…
— К сожалению. А в качестве местного контакта он оставил ваш адрес и номер телефона.
Мистер Ньютон буквально чувствовал, как Тэд, Райс и Эмили сверлят взглядами его спину.
— Но что с ним случилось?
— Я… э-э, я не думаю, что эти собаки вам подойдут.
— Не знаю. Меня там не было. Мне велели найти вас. Капитан просит, чтобы вы явились на место происшествия и опознали тело.
— Как так?
Брюс бросил ошарашенный взгляд на Ника, который от изумления не смог выдавить ни слова, и произнес:
— Они очень дружелюбны, — заявила Эмили. — Даже мухи не обидят. Воры растащат с вашей свалки все до последнего винтика.
— Что ж, ладно. Поехали.
— Ты не понимаешь, девочка. Больших собак все будут бояться. — Посетитель ухмыльнулся, продемонстрировав неровные зубы со множеством дырок. — И, кроме того, я знаю, как сделать их злыми. — Он поднял с земли щенка — это оказался Мо — и ухватил его за шкирку.
— Пилу лучше прихватите, — добавил полицейский, посмотрев на Ника. — Может понадобиться.
— Вот этого, похоже, можно научить быть злобным.
Перед домом был припаркован желто-зеленый вездеход «Джон Дир» — полноприводный «гатор» с двумя сиденьями. Брюс сел впереди, плечом к плечу с полицейским, а Ник забрался назад. Они стартовали, повернули к западу и, огибая ветви и мусор, усыпавшие улицу, двинулись прочь от центра города. Ехали медленно, постоянно петляя между обломками.
Бетховен и Мисси зарычали.
Урон, нанесенный острову, поражал воображение. Все дороги были завалены деревьями, ветками, оборванными проводами, садовой мебелью, досками, черепицей и мусором. Всюду стояла вода. Десятки домов пострадали от упавших стволов и веток. Жителей на улицах почти не было, а у тех, кто все-таки разбирал завалы, вид был удрученный. На Атлантик-авеню, главной городской артерии, ведущей к пляжу, толпились сотрудники Национальной гвардии с цепными пилами, кирками и топорами. По дороге едва можно было проехать, но полицейский медленно вел «гатор» сквозь этот хаос.
— Угу, этот будет в самый раз.
— Похоже, больше всего пострадал район пролива Поли, — сообщил он. — «Хилтон» сильно потрепало. На парковке нашли уже два тела.
Бетховен и Мисси поднялись на ноги, их ворчание становилось все громче. Шерсть на спинах у обоих сенбернаров встала дыбом, в глазах зажглись нехорошие желтые огоньки.
— Сколько всего погибших? — спросил Брюс.
— Ну ладно, я пошел, — сказал посетитель. Он все еще держал Мо за шиворот и обращался со щенком так небрежно, словно тот был не живым существом, а полиэтиленовым пакетом.
— Пока три человека. Ваш друг и те двое, но, боюсь, будут еще.
И в эту секунду Мисси и Бетховен сорвались с места. Мисси выхватила Мо из рук у посетителя, а Бетховен встал на дыбы и залаял. Он выглядел так грозно, что даже Ньютоны попятились в испуге.
— Эй! — воскликнул посетитель. — В чем дело?
Он свернул с Атлантик-авеню на узкую улочку, тянувшуюся с севера на юг. Пробираясь между толстыми ветвями и обломками, они снова повернули, двинулись на восток и вскоре остановились на Фернандо-стрит, главной из улиц, расположенной вдоль набережной. Там тоже занимались расчисткой гвардейцы. Полицейский остановился, и они помогли столкнуть с дороги перевернутую машину. В сотне ярдов к востоку лежал спокойный океан; солнце взошло, и уже начиналась жара.
— Кажется, Бетховен не одобряет ваш выбор, — сказала Райс. — Боюсь, что вам отказано в передаче щенка в ваши руки.
— Да вы тут просто все чокнутые!
Нельсон Керр жил в трехэтажном таунхаусе на тупиковой улице неподалеку от отеля «Хилтон». Дома в округе сильно пострадали — окна выбиты, крыши сорвало. Они подошли к подъездной дорожке, где ждал Боб Кобб. Приятели поздоровались за руку, а потом Боб стиснул Брюса в объятии. Глаза у него были налиты кровью, длинные седые волосы растрепаны.
Бетховен продолжал рычать, низко опустив голову, как будто готов был в любую секунду перейти в наступление.
— Тяжелая получилась ночка, дружище, — сказал он. — Надо было уезжать с теми, кто поумнее.
— Сэр, — промолвил мистер Ньютон, — я должен извиниться перед вами. Это была ошибка. Кажется, эти щенки действительно вам не подойдут.
— Где Нельсон? — спросил Брюс.
— Так почему вы мне сразу этого не сказали?
— Сзади.
— Извините, что отняли у вас время.
Нельсон лежал поперек невысокой кирпичной стены, которая окружала его патио. Без всякого сомнения, мертвый. На нем были джинсы, футболка, старые кроссовки. Охранял его еще один полицейский — сержант, судя по виду, не имеющий представления, что делать дальше.