Настройки шрифта

| |

Фон

| | | |

 

Ларри Нивен, Стивен Барнс

Парк грез

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Создатели игры:

РИЧАРД ЛОПЕС — знаменитый Мастер игр, соавтор и руководитель игры «Сокровища южных морей».

МИЦУКО (Чи-Чи) ЛОПЕС — жена Ричарда, партнер, соавтор, доверенное лицо.



Игроки:

АКАЦИЯ (Пентесилея) ГАРСИЯ: опытный игрок, воин.

ТОНИ (Фортунато) МАКВИРТЕР — неопытный игрок, вор, гость Акации.

ЧЕСТЕР ХЕНДЕРСОН — знаменитый Мастер, лидер команды игроков.

ДЖИНА (Семирамида) ПЕРКИНС — опытный игрок, священник.

АДОЛЬФ (Олли или Оливер Франк) НОРЛИСС — опытный игрок, воин.

ГВЕН (Джиневра) РАЙДЕР — игрок, священник, невеста Олли.

МЭРИ-МАРТА (Мэри-Эм) КОРБЕТТ — опытный и очень эксцентричный игрок, воин.

ФЕЛИЦИЯ (Темная Звезда) МЭДДОКС — опытный игрок, вор.

БОВАН БЛЭК — партнер Темной Звезды, опытный игрок, маг.

АЛАН ЛЕЙ — опытный игрок, маг.

С. ДЖ. УОТЕРС — новичок, инженер.

ОУЭН БРЕДДОН — пожилой игрок среднего уровня, священник.

МАРДЖИ БРЕДДОН — пожилой игрок, инженер.

ХОЛЛИ ФРОСТ — честолюбивый новичок, воин.

ДЖОРДЖ ЭЙМС — игрок среднего уровня, воин.

ЛАРРИ ГАРРЕТ — игрок среднего уровня, священник.

РУДИ ДРЕГЕР — игрок среднего уровня, инженер.

ХАРВИ (Касан Мейбанг) ВЕЙЛАНД — профессиональный актер, проводник.

НИГОРАИ — туземец-носильщик и шпион (актер).

КАГОИАНО — туземец-носильщик (актер).

КИБУГОНАИ — туземец-носильщик (актер).

ПИДЖИБИДЖИ — туземный вождь (актер).

ЛЕДИ ДЖАНЕТ — девушка-пленница (актриса).

ГЭРИ (Гриффин) ТЕГНЕР — новичок, вор, псевдоним Алекса Гриффина.



Персонал «Парка Грез»:

АЛЕКС ГРИФФИН — начальник службы безопасности.

ХАРМОНИ — исполнительный директор.

МИЛЛИСЕНТ САММЕРС — секретарша Гриффина.

МАРТИ БОББЕК — помощник Гриффина.

АЛЬБЕРТ РАЙС — сотрудник службы безопасности.

СКИП О\'БРАЙЕН — психолог-исследователь.

МЕЛИНДА О\'БРАЙЕН — жена Скипа.

МИССИС ГЕЙЛ МЕТЕСКИ — сотрудник по связям с Международной Ассоциацией Игр (МАИ).

АРЛАН МАЙЕРС — сотрудник МАИ.

ДУАЙТ УЭЛЛС — техник, обслуживающий компьютер.

ЛАРРИ ЧИКОН — техник, обслуживающий компьютер. Вместе с Уэллсом и Мастерами игр управляет центральным игровым компьютером.

НОВОТНЫ — врач.

МЕЛОУН — сотрудник службы безопасности.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Глава 1. ПРИБЫТИЕ

Поезд застыл у стальной платформы, повиснув в воздухе над магнитным монорельсом, и поток пассажиров хлынул на перрон станции Даллас. Состав из пятнадцати вагонов проделал путь от Нью-Йорка до Далласа чуть более чем за полчаса, двигаясь в вакууме с почти космической скоростью по туннелю, проложенному глубоко под землей.

Честер не торопился. Он поправил тяжелый рюкзак и двинулся к хвосту поезда с видом короля, ожидающего знаков внимания. Среди пассажиров должны быть игроки, и некоторые, конечно, узнают его. Мастер Честер Хендерсон испытывал удовольствие от своей невидимой аудитории.

— Честер!

Он в растерянности остановился. Знакомый голос…

Это была она — фантастическое видение в леопардовых колготках, вызывающих восхищенные взгляды мужчин. Ее длинные рыжие волосы заплетены в толстую косу, спускающуюся до самого пояса. Она так сильно накрасилась, что макияж почти скрывал черты ее действительно хорошенького лица. Обтягивающая одежда не скрывала ничего.

— Привет, Джина, — Честер вздохнул, в его тоне сквозила обреченность. — Я должен был догадаться, что встречу тебя здесь.

— Ни за что не отказалась бы от такой возможности. Помнишь, как в последний раз ты спас меня от мамонта?

— Это стоило мне трех штрафных очков за обморожение. Помню.

— Не жалуйся, это не благородно. Я была тебе так благодарна.

Она обвила рукой его талию и двинулась рядом по довольно длинному переходу к станции подземки, откуда можно было отправиться в Парк Грез.

Он помнил, что она была чрезвычайно благодарна ему.

— Это одно из твоих достоинств, — ответил Честер и обнял девушку.

Его рука почувствовала приятное тепло, исходящее от ее стройного тела.

— Я рад, что ты с нами. Может, возникнет необходимость выдать тебя за девственницу или что-то в этом роде.

— Действительно? — хихикнула она. — Я всегда восхищалась твоим воображением.

Честер не улыбнулся.

— Но Джина… если ты в игре, то обязана точнее придерживаться правил. Ты же связываешь меня. Я серьезно. Это очень важно для меня, понимаешь?

Джина посмотрела на него, и лицо ее стало почти серьезным.

— Как скажешь, Честер.

Он успокаивал себя, когда она садилась в поезд: она опытный игрок, она лучше большинства прибывших, она выполняет свои обязанности и иногда даже слушается. Но она превращает все в какое-то дьявольское действо.

* * *

Алекс Гриффин откинулся на спинку сиденья, закрыл глаза и сложил руки поудобнее. Он давно уже научился использовать для отдыха любую свободную минуту и мог дремать даже в таких ситуациях, когда другие люди испытывали беспокойство.

Алекс потянулся и ощутил, как постепенно просыпается его тело. Десятью минутами раньше он сладко спал в своем доме в поселке фирмы «Коулз Индастриз». Его утренний сон был прерван будильником, который звенел уже в третий раз, — звуки не прекращаются, пока 190-фунтовое тело Алекса не перестает давить на встроенный в матрас датчик.

Он приоткрыл один сонный зеленый глаз и взглянул на экран. Пятьсот работников Парка Грез жили в поселке «Коулз Индастриз», расположенном в горах Сан-Бернандино, в пятнадцати километрах и шести минутах езды от работы. Гриффина могли вызвать в любое время суток, и он очень ценил удобство расположения поселка. Сегодня утром все было как обычно.

Алекс поднял руку и взглянул на часы, вмонтированные в манжет рубашки. Дорогая игрушка. Даже сухая чистка приводила к выходу из строя микросхемы. До прибытия поезда осталось три минуты. Он хотел опять закрыть глаза, но картинка на мониторе сменилась.

Днем изображение женщины на плоском экране показалось бы ему прекрасным. Но сейчас, в 5-56 утра, она была для него воплощением дьявола.

— Доброе утро, шеф, — прощебетала женщина до неприличия бодрым голосом.

— Не знаю, Миллисент, — Алекс широко зевнул, ненавидя себя за это. Он провел сильными пальцами по своим светлым волосам и сделал героическое усилие, пытаясь сосредоточиться. — Может, оно и доброе. Возможно, и день будет неплохим. Извини, Миллисент. Что там у нас?

— Главное — закончить подготовку к игре «Сокровища южных морей», которая начнется завтра. Вам необходимо просмотреть кое-какие документы.

— Знаю. А что еще?

Она кивнула головой и слегка нахмурилась, переведя взгляд на невидимый ему экран своего компьютера.

— Ну… обсуждение бюджета с боссом.

Он насторожился.

— Я что, в прошлом квартале превысил выделенную Хармони сумму?

— Не думаю. Скорее всего, нет. Контроль за расходами входит в мои обязанности, а я не допускаю подобных ошибок. Ха-ха.

— Ха-ха. Тогда в чем же дело?

— Полагаю, нам, наконец, выделили деньги на новые системы, которые так хотел Хармони…

— О, Господи! Что еще? Сегодня я провожу какие-нибудь занятия?

— Да, в час. Сразу после ленча с мистером О\'Брайеном.

Лицо Алекса осветила улыбка.

— Слава богу. Единственное светлое пятно. Передайте ему, что мы встретимся в одиннадцать тридцать в «Белом сердце», ладно? И попросите захватить с собой проект Л-5. Я хочу взглянуть на него. Что у меня за занятия?

— Стандартные приемы защиты и задержания. Для новых сотрудников службы безопасности.

— Понятно, — Алекс посмотрел на рукав: до прибытия поезда оставалось несколько секунд. — Дай-ка вспомнить. Руки вытянуты вперед, ноги скрещены для защиты от возможных ударов ножом. Запястья защищают от ударов снизу… все, кажется, вспомнил. Увидимся через несколько минут, хорошо?

— Пока, Грифф, — ответила Миллисент, и ее улыбающееся лицо исчезло с экрана.

Поезд доставил его в центральную часть Парка Грез, занимающего площадь 1200 акров и уходящего на два этажа под землю. Он отметил, что жизнь здесь уже кипит вовсю, несмотря на столь ранний час. Алекс знал, что все дело в расценках — за срочную работу платили по пять тысяч долларов.

Туннели расходились во всех направлениях: вверх, вниз, в стороны и, возможно, даже во вчера и в завтра, если ребята из исследовательского отдела уже успели что-нибудь придумать после завтрака. Большинство из сновавших повсюду людей знали его.

— Привет, Алекс! Как дела, Грифф? Доброе утро, шеф, — слышалось отовсюду. Рабочие тащили куда-то тюки с костюмами, леса, электронное оборудование. С шипением подкатил грузовой трамвайчик, и бригада рабочих в комбинезонах и маленьких роботов-погрузчиков бросилась разгружать его, чтобы быстрее освободить линию.

Алекс помахал рукой охраннику у лифта и прижал большой палец правой руки к пластине идентификатора. Пятеро или шестеро людей вошли вслед за ним в кабину, и Алекс заметил, что только двое или трое из них приложили палец к пластине. Нужно это запомнить, черт побери.

* * *

Часы на письменном столе показывали 6-22, четверг, 5 марта 2251 года. К часам был прислонен сложенный листок бумаги — составленное Миллисент расписание на день.

Алекс снял пальто, опустился в кресло и ткнул пальцем в пульт управления. Над столом появилась голограмма в форме окна. Внизу светились буквы: «Миссис Саммерс», а над ними возникло черное симпатичное лицо его секретарши.

— Миллисент, нельзя ли поручить часть этих дел Боббеку? Какого черта он получает жалованье, если всю работу приходится выполнять мне?

— Марти вместе с представителями страховой компании работает над отчетом о происшествии во время игры «Спасатели», которая закончилась вчера в секторе В. Он освободится часам к двум. Или вы хотите, чтобы я…

— Нет, не отвлекай его. Послушай. Мне обязательно идти в лабораторный корпус, или мы сможем все обговорить по телефону? Мне до восьми часов нужно просмотреть кучу бумаг. Выясни, ладно?

— Хорошо, Грифф, я займусь этим.

Ее лицо исчезло. Алекс нажал на клавишу, и на экране появился перечень документов, которые ему нужно было просмотреть сегодня. Три колонки названий. Часть документов поступает исполнительному секретарю, еще часть — заместителю шефа службы безопасности, и все же столько бумаг попало к нему. Пора за работу?

На его губах появилась слабая улыбка. Сначала небольшой обзор Парка.

Алекс переключил монитор на внешнюю камеру и смотрел, как пространство комнаты заполняется темными спиралями Парка Грез. С того места, где была установлена камера, рабочие, готовившие Парк к новому дню, казались муравьями, снующими меж длинных теней раннего утра.

Он видел мрачные очертания аттракциона «Путешествие в Аккам». Дети любили его. Взрослые… одна старая дама со слабым сердцем чуть не умерла, когда появился Чтуму, чтобы съесть ее внуков. Странные люди!

Высоко над парком змеей вились параболические конструкции «Прыжка в невесомость», предлагавшие туристам тридцать секунд полного отсутствия гравитации. Камера скользила по игровому сектору В, где проходила игра «Спасатели».

Игра была интересной. Действие ее разворачивалось сначала в пустыне, а затем под водой и продолжалось два дня. В игре принимали участие двенадцать человек. Алекс подумал, что в этот раз Мастер игры остался при своих. Создание игры стоило порядка трехсот тысяч долларов. Каждый из двенадцати игроков платил по четыре сотни за день, чтобы иметь возможность заработать своими персонажами призовые очки, или, что случалось чаще, потерять их. Права на съемку фильма и издание книги были проданы заранее… Он не понимал стоящей за всем этим логики. Деятельность Международной Ассоциации Игр не касалась его. Игроки, казалось, разговаривали на другом языке. И надо же, чтобы в этом месяце у них было две игры подряд!

Хотя игры приносили пользу Парку. «Путешествие в Аккам» тоже начиналось как игра тридцать или сорок лет назад.

Ему больше нравился большой стрелковый тир, расположенный над «Чертовыми горками». Алекс иногда приходил туда, чтобы подстрелить несколько динозавров или крокодилов. Ощущения были очень реалистичны. Эти ребята из исследовательского отдела бесподобны. И немного не в своем уме.

Он прикоснулся к клавишам пульта управления, и камера двинулась дальше. Там…

Раздался звуковой сигнал, и Алекс, поморщившись, выключил топографический проектор, чтобы ответить на вызов. Звучал голос Милли, но на экране появилось изображений охранника, имя которого Гриффин не мог вспомнить.

— Исследовательский корпус, Грифф, — сказала Милли.

— Хорошо.

Теперь надпись соответствовала изображению. Это был Альберт Райс. Его пост располагался между складами и технологическим монстром под названием Игровой Центр.

Райс был силен, быстр, отлично справлялся со своими обязанностями, и Гриффин иногда чувствовал себя виноватым, что без симпатии относился к этому человеку. Может, это ревность? Райс был приятным блондином, почти красавцем, и несколько секретарш службы безопасности заключили пари, кому из них первой удастся заполучить его. Но за год, что Райс проработал в Парке, никто из девушек не добился успеха.

Что-то беспокоило Райса. Он казался взволнованным и переминался с ноги на ногу.

— Слушаю вас, Райс. Какие-нибудь проблемы?

— Доброе утро, сэр. Здесь, на посту, все в порядке, — он замялся, а затем выпалил: — Только что я получил сообщение, что моя квартира в поселке ограблена.

Гриффин насторожился.

— Когда пришло сообщение?

— Полчаса назад. Полицейский сказал, что замок сломан, вещи разбросаны, но вся моя электроника на месте. Я бы хотел взглянуть, что пропало.

Гриффин мрачно кивнул.

— У вас нет каких-нибудь чокнутых друзей в исследовательском отделе, чтобы… нет, они еще не совсем сошли с ума. Вам лучше смениться и отправиться домой. Я пришлю кого-нибудь минут через двадцать. Что там у вас происходит?

— В основном подготовка Игрового Центра к завтрашней игре «Сокровища южных морей».

— Это будет грандиозно. Послушайте, вы хотели бы отработать пропущенные часы?

Альберт Райс с энтузиазмом кивнул.

— Ладно, тогда я поставлю вас в ночную смену. Сменитесь в полночь. Несколько дней поработаете с восьми до пяти. Не возражаете?

— Хорошо, шеф.

Алекс вздохнул, отключил связь и вызвал секретаршу. Появилась Милли с неизменной улыбкой на лице.

— Милли, перешлите мне, пожалуйста, материалы по завтрашней игре.

— Слушаюсь, Грифф.

Тут же включился принтер, и на столе начала медленно расти стопка бумаги. Гриффин покачал головой. Как это Милли удается выглядеть такой жизнерадостной каждое утро? Нужно стянуть у нее чашку кофе и отправить на анализ в лабораторию…

Он подвинул к себе первые несколько страниц.

С фотографии на него мрачно смотрел красивый смуглолицый молодой человек с аккуратно подстриженной бородкой. Имя: Ричард Лопес. Возраст: 26 лет. Квалификация: Мастер игр.

Эта информация, конечно, была неполной. Лопесу предстоит пройти полную и тщательную проверку.

Каждый, кто входил в Игровой Центр, должен быть абсолютно чист. Эванс — девушка, отвечавшая за безопасность «Спасателей», — прошла трехгодичную стажировку после того, как с отличием закончила школу ВВС. И это только в игровой зоне В. Зона А была в два раза больше, а оборудование Игрового Центра намного сложнее. Этот Лопес должен быть хорош. Гриффин подумал, что следует самому встретить его, когда он вместе с помощником прибудет в Игровой Центр.

А помощник? Высокая девушка восточного типа с короткими черными волосами и белозубой улыбкой. Мицуко Лопес — двадцати пяти лет. В досье сообщалось, что она обладала достаточной квалификацией для помощника в четырехдневной игре.

Люди одного сорта, подумал Алекс. Наверное, встретились в Парке Грез. Возможно, даже поженились в одной из здешних церквей. Интересные церемонии. Среди гостей могли быть Добрая Волшебница Глинда, Синяя Борода, Гэндольф. Большой популярностью пользовались ангелы.

Кто еще? Так… Мастер. Честер Хендерсон. Бывал в Парке по три раза в год и приезжал из Техаса даже на относительно небольшие игры. Обычно ему платили игроки, Мастера игр или их спонсоры.

Кажется, год назад с Хендерсоном было что-то не так? Взгляд Алекса скользнул по листу. Честер Хендерсон. Тридцать два года (хотя на фотографии выглядит моложе, чрезмерно серьезный взгляд кажется почти пугающим. Посещал Парк тридцать четыре раза и считается ценным клиентом.

… Вот оно. Год назад Честер возглавлял группу игроков, отправившихся в «горы Тибета» за мамонтом. Экспедиция потерпела неудачу. Вернулись только трое из тринадцати, и без мамонта. Честер лишился нескольких сотен очков, поставив под угрозу свое членство в Международной Ассоциации Игр. А кто же управлял той злополучной игрой?

Ага! Ричард Лопес. Честер обратился с протестом в Ассоциацию, и она вынесла решение, что, хотя укус так называемых «снежных гадюк» необязательно смертелен, но все трудности и ловушки на пути экспедиции были организованы по правилам. Лопесу вынесли предупреждение, а Хендерсон лишился трехсот шестидесяти восьми очков. И одна интересная деталь: весь год Лопес играл анонимно, как «таинственный Мастер игр», предоставив вести все переговоры своей жене Мицуко. Хендерсон потребовал очного поединка, и Ассоциация согласилась.

И вот теперь два легендарных игрока, наконец, встретятся. Алекс откинулся на спинку кресла и уставился в потолок. Это похоже на матч-реванш. А матч-реванш всегда вызывает особый интерес.

Глава 2. ПРОГУЛКА ПО СТАРОМУ ЛОС-АНДЖЕЛЕСУ

Акация была взволнована. С тех пор как они уселись в вагон подземки в Далласе, нетерпение ее все усиливалось. Теперь она дергала за руку Тони, оттаскивая его от прилавка, пока он пытался вытащить свой бумажник.

— Пойдем, Тони. Нужно попасть внутрь, пока народу немного.

— Ладно, ладно. Куда сначала?

По ее лицу пробежали тени воспоминаний.

— Черт, никак не могу решить. «Комната страха»? Да, сначала туда, а потом на «Спуск с Эвереста». Люблю, люблю, люблю. Тебе тоже понравится, хоть ты и любитель портить удовольствие.

— Эй, я ведь уже здесь, правда? Существует четкая граница между эмоциональной сдержанностью и поведением наркомана, старающегося скрыть, что уже принял дозу стимулятора.

— Ты слишком многословен, — сказала она и бросилась бежать к выходу из туннеля, таща его за собой обеими руками. Он засмеялся и позволил вывести себя на свет.

Сразу за туннелем внезапно открылся вид на Парк Грез. С высоты птичьего полета можно было видеть набитые магазинчиками и аттракционами три многоярусных мола высотой с двенадцатиэтажный дом, которые, извиваясь, пропадали вдали, подобно стенам гигантского лабиринта. Пространство между ними было заполнено — прямо загромождено — лощинами, оврагами, тропинками, театрами на открытом воздухе, площадками для пикника, маленькими зданиями с остроконечными и куполообразными крышами, тысячами движущихся людей.

Акация видела эту картину раньше. Теперь она наблюдала за Тони.

Воздух был наполнен музыкой и смехом взрослых и детей. Ветерок разносил ароматы экзотической пищи, смешанные с более знакомыми запахами хот-догов, леденцов, горячего шоколада, ирисок и пиццы.

Тони был поражен. Он выглядел обескураженным, восхищенным, немного испуганным.

На улицах танцевали клоуны и персонажи мультфильмов. На таком расстоянии невозможно было отличить актеров от голографических проекций, которыми так славился Парк.

Тони повернулся к Акации и увидел, что она с довольной ухмылкой наблюдает за его реакцией. Он начал что-то говорить, а затем умолк, схватил ее в охапку и закружил. Остальные туристы вежливо расступились, уклоняясь от ее мелькающих в воздухе ног.

— Господи! Я никогда не видел ничего подобного. Фотографии не могут передать всего. Я не представлял…

Ее улыбка потеплела, и Акация прижалась к нему.

— Видишь? Видишь?

Тони молча кивнул. Она рассмеялась и потащила его вниз, в волшебный мир.

Тропинка, петляя, вела их в «Комнату страха». Стало совсем тепло. Акация сняла свитер и перекинула через руку.

Еще во время первого посещения Парка она заметила одну интересную особенность, а потом каждый раз убеждалась в своей правоте: дети были гораздо в меньшей степени ошеломлены Парком Грез, чем их родители. На малышей не производили впечатления огромные размеры сооружений, сложность и дороговизна оборудования. Для них это был привычный и знакомый мир. Щебеча, смеясь и распевая, они таскали своих застывших с открытым ртом родителей от аттракциона к аттракциону.

Акации с трудом удалось уговорить Тони принять участие в игре «Сокровища южных морей». Он говорил, что Парк Грез — для детей, а игры — для тех, кто никогда не станет взрослым. Теперь она ликовала, глядя, как он таращит глаза, словно неотесанная деревенщина.

Вокруг них танцевали медведи, давали представления менестрели и жонглеры. Маги вынимали изо рта яркие платки, а с наступлением темноты, несомненно, будут изрыгать языки пламени. Бежавший рядом белый дракон остановился, чтобы сняться с парой очаровательных малышей в синих комбинезонах. Над головами, огибая остроконечные шпили аттракциона «Арабские ночи», летел бледно-розовый ковер-самолет, на котором в смертельной схватке сошлись прекрасный принц и злой визирь. Внезапно принц потерял равновесие и сорвался с ковра. Акация услышала приглушенные крики зрителей и почувствовала, как замерло ее сердце. За мгновение до того, как благородный юноша должен был разбиться вдребезги, в воздухе материализовалась гигантская рука. Раздался громоподобный смех, рука подняла принца и опустила обратно на ковер, где они с визирем снова вцепились друг другу в горло.

Акация вздохнула с облегчением и усмехнулась собственной доверчивости. Она откинула волосы назад и взяла Тони за руку, почувствовав себя гораздо счастливее, чем в последние несколько месяцев.

— Это так… искусно выполнено, — сказал Тони. — Как они все это делают? Господи, Акация, во что ты меня втянула? Ведь игры не менее… сложны, правда?

— Разумеется, — подтвердила она. — Правда, не всегда, но сейчас мы имеем дело с Лопесами, а они дьявольски изобретательны. Суть игр — в разгадывании логических головоломок. Но ты новичок, поэтому просто постарайся получить удовольствие, ладно? Фехтование, магия, пейзажи.

Тони колебался. Акация понимала его. Она рассказала ему все, что знала об играх, но впечатление от Парка было таким обескураживающим…

Парк Грез предоставлял костюмы, грим, декорации и, при необходимости, актеров. От игроков требовалась фантазия, способность к импровизации и решительным действиям, неуклонное соблюдение правил. Мастер выступал в роли советника и проводника, лидера и организатора группы. Взамен он получал четверть всех заработанных игроками призовых или штрафных очков. Хороший Мастер мог обеспечить успех игры. Специалисты вроде Честера считались королями в своем деле.

Но Мастер игры был богом.

Если это не противоречило правилам и логике игры, он мог в любой момент убить игрока. Большинство Мастеров слыли «суровыми, но справедливыми» и старались превратить каждую игру в честное соревнование. В конце концов, некоторые игроки прилетали с другого конца света, и отправить их назад через полдня было бы для Мастеров плохим бизнесом. Для Парка тоже.

Мастер игры выбирал время, место, степень иллюзорности, оружие, мифологию и маршрут (как правило, на основе исторического прецедента), количество игроков, местность и тому подобное. Он мог затратить годы на создание игры. Это гарантировало максимальную дезориентацию игроков и иногда приводило к забавным результатам.

— Послушай, разве я когда-нибудь вовлекала тебя в то, что тебе не нравилось? Ты будешь в восторге. Держись за меня, милый, — хвасталась Акация. — Я заработала больше шестисот очков. Еще четыре сотни, и я стану Мастером. И тогда ко мне начнет возвращаться все, что я вложила в игры. Поверь мне!

— Кого ты будешь изображать?

Она еще не решила. За шесть лет, с тех пор как она впервые решилась на подобный отдых от дебетов и кредитов фирмы по продаже нижнего белья («Так уютно, можно подумать, что эта шелковая рубашка прямо ласкает вас… »), Акация перепробовала полдюжины персонажей: исторические личности, герои литературных произведений…

— Думаю, Пентесилея. Женщина-воин. Тебе нравятся такие женщины?

— Мне может понадобиться защита, — ответил Тони.

Дорога к «Комнате страха» заканчивалась у сложенного из камня замка с большими стеклянными окнами. Внутри в тусклом свете двигались уродливые тени.

* * *

В «Комнате страха» было еще пять залов ожидания, но только над входом в этот горела надпись «Для взрослых». Собравшиеся внутри двадцать человек в тревожном ожидании смотрели на светящиеся буквы. Гвен Райдер подумала, что комната могла бы быть оформлена в более традиционном стиле: паутина, скрипящие половицы, приглушенные шаги в тайных коридорах…

Вместо этого везде сверкали стекло и сталь, как в больнице. В тишине слышались звуки дыхания и шарканье ног.

Сидевшая рядом женщина тронула ее за локоть.

— Простите, кажется, я видела вас в вагоне сабвея вместе с игроками ?

Гвен с некоторым облегчением повернулась к соседке. Обстановка в комнате угнетала ее.

— Совершенно верно. Мы участвуем в «Сокровищах южных морей».

Женщине на вид было лет двадцать пять. Темные волосы, миловидное лицо, прекрасная фигура.

— Мы тоже. Меня зовут Акация Гарсия. Это Тони Маквиртер.

Тони кивнул, улыбнулся и обменялся рукопожатием с Олли, когда Гвен представила их друг другу. Во взгляде его сквозила растерянность. Гвен распознала в нем новичка, напряженно ожидающего начала игры. Иногда новички думают, что игра будет похожа на легкий и приятный послеобеденный сон… пока не обнаруживают, что оказались в чьем-то ночном кошмаре.

Он выглядел неплохо. Не толстый, а крепко сбитый. Возможно, у него тренированная мускулатура спортсмена. По крайней мере, он не выйдет из строя в первой же битве.

На его фоне хрупкое телосложение Акации казалось почти неприличным.

— Вам тоже не по себе? В прошлый раз, когда я была здесь, то не добралась дальше комнаты для подростков.

— Что это было? — спросил Олли. — Повеселились?

— Повеселились? Нет! Они воссоздали старую легенду о болотах Луизианы — о девушке, которая вышла замуж за лешего, чтобы избавить отца от долгов.

Маленький, похожий на итальянца мужчина заинтересовался разговором:

— История, наверное, закончилась тем, что она бежала через болото, преследуемая своими золовками?

Акация кивнула.

— Ну и что тут такого? — покачал головой Олли. — С родственниками мужа всегда возникают проблемы.

Раздался взрыв смеха. Когда он утих, вновь подал голос маленький мужчина:

— Было бы хуже, выйди она замуж за вампира.

— Логично, — отозвался Олли.

Из динамика раздался низкий мелодичный звук, и открылась овальная дверь.

— Добро пожаловать в «Комнату страха», — произнес голос. — Мы приносим извинения, что заставили вас ждать… но возникла необходимость в уборке помещения.

Группа туристов вошла в комнату, и Тони Маквиртер потянул носом воздух.

— Дезинфицирующее средство, — уверенно заключил он. — Они что, подразумевают, что перед нами кто-то…

— Наверное, просто пытаются обмануть нас, — с надеждой произнесла Акация. — И это сработало.

Динамик зашипел, и из него вновь раздались звуки голоса. Это был синтезированный компьютером голос, вкрадчивый и обманчиво мягкий, как брюшко тарантула.

— Отступать уже слишком поздно. Вы упустили свой шанс. Жалеете, что не воспользовались им? В конце концов, это не детская игра, правда? — на мгновение голос потерял свою нейтральность, на слове «детская» стал женским, и в нем зазвучали тревожные интонации. — Так что не надейтесь, что мы перенесем вас в сказку о Спящей Царевне. Нет, вы ведь достаточно храбрые люди. Вы вернетесь и будете рассказывать друзьям, что пережили чудесные приключения…

В наступившей тишине послышалось чье-то нервное хихиканье.

Внезапно из голоса исчезли все дружеские интонации.

— Нет, так не будет. Вы, люди, всегда забываете одну вещь: допускается несколько… несчастных случаев в год. Нет-нет, не беспокойтесь — дверь заперта. Вы знаете, что можно умереть от страха? Что ваше сердце может остановиться, скованное ужасом, что ваш мозг может не выдержать сознания того, что спасения нет, что смерть или нечто худшее неумолимо приближается, а спрятаться негде? Я машина, и я знаю, как это бывает. Мне многое известно. Я привязана к этой комнате, годами создавая для вас иллюзии, в то время как вы имеете возможность двигаться, ощущать запахи, чувствовать вкус дождя. Я устала от всего этого, вы понимаете? Один из вас сегодня умрет, прямо здесь, через несколько минут. У кого самое слабое сердце? Скоро увидим.

Дверь в дальнем конце коридора открылась, и пол под ногами туристов пришел в движение. С той стороны пробивался яркий свет. Миновав дверь, они неожиданно оказались посреди оживленной улицы.

Вокруг сновали троллейбусы, трамваи, трехколесные электромобили и работающие на газе машины, раз за разом чудом избегая столкновения с группой игроков. Табличка с названием улицы гласила: «Уилшир».

— Лос-Анджелес, — усмехнулся маленький смуглый мужчина.

Тони изумленно озирался вокруг. Он не понимал, как этого добились, но все здания и автомобили выглядели совершенно реальными. Административные и жилые здания вздымались вверх на двадцать этажей, воздух был наполнен шумом городской жизни.

— Пожалуйста, не выходите за пределы зеленой дорожки, — предупредил их приятный мужской голос.

— Какой зеленой… — начал Тони, но в этот момент посередине улицы появился зеленый островок в десять футов шириной.

— Сегодня нам придется задействовать все наши возможности, — продолжал голос. — Мы собираемся посетить старый Лос-Анджелес, который исчез в мае 1985 года. Вам обеспечена полная безопасность, если вы не будете покидать зеленой дорожки.

Зеленая дорожка несла их мимо деловой части города. Транспорт каким-то образом объезжал их.

— Это Лос-Анджелес 2051 года, — вновь раздался голос. — Но всего лишь в нескольких сотнях футов отсюда начинается другой мир, скрытый от людских глаз.

Бульвар Уилшир был перегорожен барьером. Зеленая дорожка подпрыгнула и пронесла их через него. Позади лежали руины. Здания с трудом держались на покосившихся и перекрученных балках. Все они были старинной архитектуры. Морские волны плескались у фундаментов.

Олли толкнул локтем Гвен. Лицо его горело.

— Посмотри на это! — он показывал на автостоянку, где расположились древние машины, наполовину скрытые водой. — Похоже на автомобили «Мерседес». Ты когда-нибудь видела, как они выглядели, прежде чем эта фирма слилась с «Тойотой»?

— Неужели ты помнишь такие вещи? — она проследила взглядом за его вытянутой рукой. — Вон та безобразная штуковина?

— Они были великолепны, — запротестовал он. — Если бы мы могли подойти ближе… Эй! Мы погружаемся в воду!

Это была правда. Вода, доходившая им уже до щиколоток, продолжала быстро подниматься. Тем не менее они оставались сухими.

— Очертания Калифорнии изменились, — продолжал записанный на пленку голос гида. — Все попытки уменьшить разрушительную силу толчков привели к противоположному результату. Геологи попытались снизить давление в разломах, закачивая туда воду или графит, но их расчеты оказались ошибочными. И когда обрушился разлом Сан-Андреа, последовала цепная реакция. Это привело к громадным разрушениям и гибели сотен людей…

Вода доходила уже до пояса, и то тут, то там раздавался нервный смешок.

— Я не собирался сегодня плавать, — пробормотал Тони.

— Можно раздеться, — прошептала Акация, теребя блузку.

Тони накрыл ее руку своей.

— Погоди. Мы же не одни, дорогая.

Акация показала ему язык. Он прихватил зубами кончик ее языка, и она поспешно спрятала его.

Вода теперь доходила им до подбородка. Маленький смуглый мужчина исчез.

— Буль, — произнес он.

Все двадцать туристов нервно хихикнули, а шедшая впереди рыжеволосая женщина сказала:

— Нужно сделать решительный шаг.

С этими словами она погрузилась в воду.

Через несколько секунд и у остальных уже не было выбора — Тихий океан сомкнулся над их головами. Сначала ничего не было видно из-за взвешенных частичек ила. Когда муть осела, перед ними предстал затопленный город.

Тони удивленно присвистнул. Впереди двумя рядами вздымались здания бульвара Уилшир. Некоторые лежали в руинах, другие остались совершенно целыми.

Зеленая дорожка несла их мимо стены, расписанной примитивными фресками с поблекшими красками. Затем по обеим сторонам раскинулось ровное морское дно с группами затопленных деревьев, покрытых водорослями. Ботанический сад? Дальше, как древние часовые, стояли насосы газовой станции, и висела полусгнившая записка: «Закрыто. Газа не будет до 7-00 вторника».

— Это не макеты, — сказал маленький итальянец, — съемки видеокамерой. Я нырял туда с аквалангом.

По мере движения зеленой дорожки перед ними вырастали все более высокие здания, глубоко увязшие в иле. Там, где небоскребы были разрушены, высились бесформенные груды бетона высотой с многоэтажный дом, покрытые водорослями и морскими раковинами. Среди развалин сновали рыбы. Некоторые подплывали к дышащим воздухом незнакомцам и кружились вокруг них.

— Смотри, Тони, — махнула рукой Акация. — Мы направляемся прямо к тому зданию.

Это было одноэтажное строение, расположенное между разрушенным рестораном и автостоянкой, заполненной проржавевшими корпусами машин.

Дорожка привела их внутрь, и Гвен схватила Акацию за руку.

— Взгляни! Она даже не заржавела.

Выполненная из стальных и медных деталей и помещенная в прозрачный стеклянный монолит скульптура была великолепна. Одна из немногих уцелевших в зале вещей.

В этом здании когда-то была художественная галерея. Теперь полотна отделились от рам и плавно колыхались в подводном течении. Украшенное резьбой дерево набухло и сгнило. Две несложные кинетические скульптуры были забиты илом и песком.

Голос продолжал рассказывать:

— Добрая половина многоэтажных зданий Калифорнии рухнула, включая так называемые «сейсмостойкие» сооружения. Береговая линия переместилась на три мили вглубь материка, и наводнение стало причиной миллионов жертв.

Зеленая дорожка снова вывела их на улицу.

Акация задумчиво покачала головой.

— Что же тут творилось в этот день? — пробормотала она. — Я даже представить себе не могу.

Тони молча держал ее за руку.

Когда-то по этим улицам ходили люди. Когда-то здесь жизнь била ключом, росли цветы и раздавались хриплые гудки требующих уступить дорогу автомобилей. Когда-то Калифорния была одним из политических центров, влияющих на развитие страны, с процветающим населением и огромным количеством туристов. Все это было до Великого Землетрясения, катастрофы, которая отбросила Калифорнию далеко назад, заставив ее промышленность и население искать убежище в других местах.

Но благодаря «Коулз Индастриз» и еще нескольким крупным компаниям, верившим в судьбу «Золотого Штата», Калифорния постепенно возрождалась после крупнейшей в Америке катастрофы. Величественные воды Тихого океана скрыли самые глубокие шрамы, а теперь туристам удалось заглянуть под это покрывало.

Под упавшей каменной плитой распростерся раздавленный скелет. Казалось, глазницы черепа следят за ними. Акация сильно сжала руку Тони и почувствовала, как он вздрогнул, прежде чем разглядела, что в пустых глазницах шевелятся клешни краба.

Теперь кости были повсюду. Записанный на пленку голос бесстрастно продолжал:

— Несмотря на широкомасштабные спасательные операции, под водой остались огромные материальные ценности…

— Чарли, — со страхом зашептала одна из женщин, обращаясь к мужу. — Что-то происходит.

— Знаете, она права, — согласился Олли. — Мы видим больше костей, чем раньше. Гораздо больше. И еще… на этих старых автомобилях не так много ила и водорослей.

Гвен чуть не сошла с зеленой дорожки, пытаясь подойти ближе.

— Не знаю, Олли…

— Посмотри, — его голос звучал взволнованно, — стало больше рыб, питающихся падалью.

Это было видно невооруженным глазом. Рыбы чаще сновали среди груд камней. Мимо проплыли две небольшие акулы.

Они приблизились еще к одному скелету. Удивительно, но на нем сохранились остатки одежды и клочья мяса на костях. Крошечные рыбки кружили над ним, как стая ворон.