Наталия Антонова

Гость без приглашения

Посвящается Доктору с большой буквы, благородному и милосердному человеку – Марии Вячеславовне Шишковой-Лаврусь с бесконечной признательностью от автора
Действующие лица и события романа вымышлены, и сходство их с реальными лицами и событиями абсолютно случайно.
Автор

Глава 1

Никифор Лаврентьевич Твердохлёбов всегда мечтал жить за городом в своём доме то ли оттого, что родился он в селе, затерянном на просторах Сибири добротном пятистеннике, который достался семейству Твердохлёбовых ещё от прадеда. То ли потому, что впоследствии, окончив после школы военное училище, мотался он долгие годы по гарнизонам, часто жил с семьёй в самых отвратительных условиях, в основном в Средней Азии и на Ближнем Востоке. Жара, песчаные бури, вода жёлтого цвета. Бытовые условия не способствовали укреплению семьи, и, как тогда говорили, семейная лодка Твердохлёбовых разбилась о рифы быта, несмотря на то что женился бравый лейтенант по страстной любви. И юная Ариадна, как тогда казалось Никифору, отвечала ему столь же пылкой взаимностью. Но как показало время, была это вовсе не любовь, а юношеская влюблённость. Розовые очки упали с носа юной Ариадны, и она сбежала от него, забрав маленькую дочь. Твердохлёбов долго не мог простить своей первой жене Ариадне Всеволодовне именно то, что она разлучила его с дочерью. Ведь он души не чаял в маленькой Анфисе.

Но рано или поздно упорные лейтенанты дослуживаются до генеральских должностей. Никифор Лаврентьевич генералом не стал, так как, устав тянуть лямку, ушёл в отставку в чине полковника, отслужив положенные в таком случае двадцать пять лет. И наконец, вздохнув свободно, занялся своим бизнесом. К этому времени он уже был женат второй раз и растил сына. О дочери от первого брака Твердохлёбов тоже не забывал, подкидывал деньжат, привечал в своём доме и зорко следил за тем, чтобы его вторая жена Розалия Павловна не вздумала обижать его девочку. Когда Анфиса собралась замуж, Твердохлёбов устроил ей пышную свадьбу, хотя зять, тогда ещё жених, Тихон Поздняков не приглянулся ему с самого начала. «Не мужик, а серая мышь», – подумал тогда про него Никифор Лаврентьевич. Твердохлёбову сразу стало понятно, что выше начальника отдела Тихон Поздняков не поднимется, так и просидит всю жизнь в одной конторе тише воды ниже травы. И имя ему родители дали соответствующее характеру сына… Да и фамилия Поздняков была ему в самый раз, так как Тихон опоздал родиться как минимум лет на сорок. Вот в советские времена он был бы человеком на своём месте. Но дурочка Анфиса в муже души не чаяла, и Твердохлёбов скрепя сердце согласился на свадьбу, не желая ломать дочь через колено.

Никифор Лаврентьевич тогда думал, что поживёт дочка с Тихоном годок-другой и глаза у неё откроются. Но, видимо, Анфиса уродилась не в мать. Трудности её не пугали. Была она из той редкой породы женщин, которым с милым и в шалаше рай. Зря Твердохлёбов пребывал в уверенности, что такие женщины давно вымерли, как динозавры. Ан нет, вот его Анфиска как раз из таких. Не откладывая, как сейчас принято у молодёжи, дело в долгий ящик, родила она своему Тихону двух детишек – сына и дочку. Внук, по мнению Твердохлёбова, был точной копией папочки. «Такой же тюфяк вырастет», – думал про себя Никифор Лаврентьевич. Но, даже не возлагая на внука больших надежд, находил в своём сердце для мальчика тепло. Зато внучка была гордостью деда, та ещё оторва, ей бы парнем родиться, – часто думал Никифор Лаврентьевич, – но она и в женском обличье далеко пойдёт, был уверен дед.

И с существованием самого Тихона Твердохлёбов постепенно смирился, видя, как расцвела и похорошела подле него Анфиса. Ведь когда он увидел дочь в первый раз после долгой разлуки, была она неуклюжим голенастым подростком с испуганными глазами. Увидев девочку, свою кровиночку, Никифор Лаврентьевич второй раз по-серьёзному озлобился на свою первую жену. Он пытался отогреть дочку, осторожно расспрашивал, не обижает ли её отчим.

Смирнов Константин

Анфиса в ответ только головой качала и не улыбалась.

Не придется ли закрывать открытие гробницы Тутанхамона

– Растёшь ты у меня царевной Несмеяной, – порой в сердцах вырывалось у Твердохлёбова.

Константин Смирнов

– Но что ты, папочка, – отвечала Анфиса, клала голову на грудь отца, и Никифор Лаврентьевич чувствовал, как на его кожу сквозь тонкую ткань рубашки просачивается пара горячих дочерних слезинок. Он скрипел зубами от бессилия и гладил большой ладонью русую головку Анфисы. Несмотря на все усилия, ему ничего не удалось накопать ни на бывшую жену, ни на её нового мужа. Переезжать жить к нему Анфиса, по непонятной ему причине, отказывалась.

НЕ ПРИДЕТСЯ ЛИ ЗАКРЫВАТЬ ОТКРЫТИЕ ГРОБНИЦЫ ТУТАНХАМОНА?

Анализ обстоятельств находки знаменитой гробницы Тутанхамона наводит на крамольную мысль: это - одна из самых масштабных фальсификаций в истории археологии. В истории археологии едва ли найдется событие, сопоставимое по своему значению с обнаружением гробницы фараона Тутанхамона в Долине царей, сделанное в 1922 г. Говардом Картером. Хотя грабители проникли в погребальную камеру еще в древние времена, она оказалась необворованной, и ученые нашли в ней несметные сокровища, множество предметов древнеегипетского обихода и совершенно нетронутую мумию. Но вот загадка: в гробнице была обнаружена надпись - \"Смерть быстрыми шагами настигнет того, кто нарушит покой мертвого правителя!\" И в жизни это предупреждение исполнилось почти буквально. На протяжении восьми лет после раскопок умерли один за другим практически все причастные к ним люди за исключением самого Картера! И вот уже восьмой десяток лет специалисты ищут объяснение этого таинственного \"проклятия фараонов\". Одни считают, что археологов постигла небесная кара за разграбление могилы. Другие утверждают, что египетские жрецы \"поселили\" в усыпальнице болезнетворные бактерии, которые и сгубили неосторожных ученых. Между тем, безвременная кончина людей, напрямую связанных с раскопками, может получить более прозаическое объяснение...

Никифору Лаврентьевичу даже в голову не приходило, что дочка заботилась об отцовском благополучии. Несмотря на то что внешне отношение Розалии Павловны к дочери мужа от первого брака было безупречным, Анфиса чувствовала, что вторая жена отца не приняла её. Всего лишь терпит, притворяясь, что всегда рада появлению Анфисы в их доме. А будь её воля, костьми бы легла на пороге, только бы не впустить девчонку в свой дом. Но гнева мужа Розалия Павловна побаивалась и поэтому своё недовольство держала при себе. Анфиса же, будучи натурой тонкой и впечатлительной, чувствовала флюиды ненависти, исходящие от улыбки, которую источала Розалия Павловна.

ИСТОРИЯ СЕНСАЦИОННОГО ОТКРЫТИЯ

Совсем отказаться от встреч с отцом было выше Анфисиных сил. Но на просьбу отца переселиться к нему она твёрдо отвечала – нет, опасаясь, что, если она станет постоянным членом отцовской семьи, Розалия сорвётся и начнутся неминуемые скандалы. А отцовское спокойствие девочка ставила намного выше болезненных столкновений с родной матерью, которая постоянна была недовольна дочерью и неустанно повторяла – и в кого ты такая уродилась?

И вот встреча с Тихоном, а потом и брак с ним научили Анфису не только улыбаться, но и заливаться звонким счастливым смехом любимой и уверенной в себе женщины.

Услышав этот смех дочери в первый раз, Твердохлёбов не поверил своим ушам. А потом решил раз и навсегда – чёрт с ним, с Тихоном, главное, чтобы дочке было с ним хорошо.

К широкомасштабным раскопкам в Долине царей англичанин Картер и его спонсор лорд Карнарвон приступили осенью 1917 г. Впоследствии Картер неоднократно заявлял, что собирался отыскать гробницу именно Тутанхамона. Он сразу же напал на место, где впоследствии и было сделано открытие. Но по непонятной причине археологи вскоре перешли в другой район Долины царей. К 1922 г. они перекопали ее вдоль и поперек, не найдя ничего существенного. Относительно слабо изученным остался лишь тот самый участок, с которого и начались работы. И вот, наконец, было решено пропахать и его. 3 ноября 1922 г. Картер (Карнарвон находился в Лондоне), сломав остатки древних жилищ, обнаружил каменные ступени. После того как они были очищены от щебня, стало ясно: найдена какая-то гробница, вход в которую был замурован и опечатан. \"За этим ходом могло находиться буквально все, что угодно, и мне пришлось призвать на помощь все мое самообладание, чтобы не поддаться искушению сейчас же взломать дверь и продолжить поиски\", - записал в своем дневнике Картер. Он приказал засыпать раскоп и дождаться возвращения из Англии Карнарвона. 23 ноября лорд прибыл в Египет, а уже 24-го рабочие расчистили вход в гробницу. Картер вновь очутился перед запечатанной дверью. Он увидел, что здесь успели побывать грабители - замурованный проход дважды вскрывали и вновь заделывали. Вскрыв кладку, археологи обнаружили коридор, заваленный камнями. После многодневной работы они добрались до еще одной замурованной двери. Проделав в ней отверстие, Картер увидел комнату, заставленную различными предметами. Здесь были золотые носилки, массивный золотой трон, две статуи, алебастровые вазы, необычного вида ларцы. Обследовав помещение, ученые обнаружили между статуями еще одну запечатанную дверь. Рядом с ней находился заложенный ход, проделанный еще древними грабителями. Помимо всего прочего, в камере стояли три больших ложа, под одним из них нашли небольшую дыру, которая вела в боковую комнату, также до отказа заполненную различными предметами обихода и драгоценностями. И тут Картер принимает странное решение: вместо того, чтобы продолжить исследования, распоряжается засыпать гробницу и, как он сам говорил, уезжает в Каир для организационной работы. Раскоп раскрыли вновь 16 декабря, но лишь 27-го первая находка была извлечена на поверхность. Тем временем для вывоза сокровищ сооружается узкоколейная железная дорога до берега Нила протяженностью 1,5 км. По ней 13 мая 1923 г. первая партия ценностей была доставлена на специально зафрахтованный пароход, который через неделю выгрузил их в Каире. 17 февраля Картер продолжил работы и вскрыл замурованную дверь в усыпальную камеру, а ней оказался огромный деревянный саркофаг, обитый золотыми пластинами. Кроме того, из этой комнаты небольшой ход вел еще в одно помещение, забитое изделиями из золота и драгоценных камней. Убедившись, что печати на саркофаге не тронуты, Картер облегченно вздохнул - здесь грабители не побывали. После этого исследования вновь приостанавливаются, и к вскрытию золоченого саркофага ученые приступили только зимой 1926-1927 гг. Раскопки гробницы Тутанхамона продолжались целых пять лет. Но уже на первой стадии исследований родилась легенда о \"проклятии фараона\". Толчком к ее появлению стала безвременная смерть лорда Карнарвона. В 1923 г. он скончался от заражения крови после неосторожного бритья. За этой смертью последовали другие не менее загадочные: скоропостижно ушли из жизни Арчибальд Рейд, делавший рентгеновский анализ мумии; А.К. Мейс, вскрывавший вместе с Картером погребальную камеру; секретарь Картера молодой лорд Вестбурн; умирает от укуса москита и леди Карнарвон. Несколько человек, участвовавших в раскопках, кончают жизнь самоубийством: сводный брат Карнарвона Обрей Герберт, лорд Вестбурн - отец секретаря Картера. К 1930 г. из числа непосредственных участников экспедиции в живых остается только Говард Картер. И поныне идут споры о том, случайность ли эта цепь смертей, есть ли между ними связь, и если есть, то какая. Самая фантастическая версия - \"проклятие фараона\", вполне устраивающая жадных до сенсаций журналистов. Увы, она не выдерживает объективной критики. Между тем, официальная версия загадочных смертей, высказанная самим Картером, тоже кажется не вполне убедительной. По его мнению, люди нашего века не могут верить в такую мистическую чушь, как \"проклятие фараона\"; скорее всего цепьсмертей это всего лишь случайность. Однако можно ли поверить, что гибель одного за другим 21 ученого, исследовавших вместе с ним гробницу, - роковое стечение обстоятельств? Едва ли!

И если зятю в заслугу Никифор Лаврентьевич ставил хотя бы умение делать счастливой его дочь, то собственный сын от второго брака Эдуард был для отца полным разочарованием. Никифор Лаврентьевич, особо и не скрывая этого, считал появление сына на свет своим самым неудачным проектом. Легкомысленный, безответственный, с детства избалованный матерью, Эдуард хотел получить всё и сразу. Он то и дело клянчил деньги то у отца, то у матери, строил прожекты, хватался то за одну утопическую идею, то за другую, но ни разу ещё ни одну из них не довёл до логического завершения. Удача не оставила в его руках не то что золотого хвоста, даже ни единого пёрышка. И Твердохлёбов, давно махнув на сына рукой, не решался лишь окончательно отказать ему от дома. Всё ж таки сын. К тому же Никифор Лаврентьевич чувствовал себя виноватым перед второй женой. Хотя он давно охладел к Розалии, но ушёл от неё, когда она серьёзно приболела и попала в больницу, сын тогда заканчивал институт. И теперь, несмотря на то, что он оплатил тогда Розалии и отдельную палату, и уход за ней медперсонала, душа его время от времени зудела. Не зря его бабка говорила, что как ни усыпляй свою совесть, она может проснуться в самый неподходящий момент.

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА, ВЫЗЫВАЮЩИЕ НЕДОУМЕНИЕ

Но тогда, когда он решил расстаться с женой, Твердохлёбов ни о какой совести не думал, да и не считал себя особо виноватым. Разве он был виноват в том, что у него случилась новая любовь. Он буквально потерял голову от юной дамы полусвета, с которой познакомился на одном из фуршетов. Ради неё он и оставил семью. Никифор Лаврентьевич не жалел денег на возлюбленную, старался предугадывать её желания, ловил на лету все её капризы, заваливал её дорогущими подарками, дошло до того, что он купил ей машину и квартиру, свозил на целый месяц в Европу. А потом, как сказала бы его бабка, «оборотимся котом и будем мяукать». Твердохлёбову хотелось вовсе не мяукать, когда он в собственноручно подаренной квартире застал любовницу в недвусмысленной позе со своим охранником, а рычать!

До сих пор никто не взял на себя труд внимательно изучить весьма странные обстоятельства, сопровождавшие поиски и раскопки гробницы Тутанхамона. А ведь их анализ позволяет, оказывается, не только раскрыть тайну \"проклятия фараона\", но и заподозрить, что мы имеем дело с величайшей археологической фальсификацией. С самого начала должен настораживать тот факт, что гробница Тутанхамона единственная из всех найденных не была разграблена, хотя в ней и побывали воры. Неужели она была замаскирована лучше других? Удивляет ее странная планировка и малые размеры. Следующий странный факт - долгие сроки раскопок. Неужели для описи богатств, предметов обихода, саркофагов и мумии в гробнице общей площадью 80 кв. ми для их извлечения, даже с величайшей осторожностью, необходимо почти 5 лет? Но самым удивительным, по здравому рассуждению, выглядит поведение Картера. В 1917 г., приступив к раскопкам в Долине царей, он весьма тщательно исследовал местность, где находился вход в погребальный комплекс Тутанхамона, якобы не нашел его и следующие пять лет лопатил другие участки. А в 1922 г. вдруг опять вернулся на хорошо изученное место и практически сразу же наткнулся на захоронение. Именно Картер, к слову сказать, затягивал сроки раскопок. Он не давал своим коллегам вскрывать запечатанные двери и заставлял их с ненужной тщательностью изучать уже найденное, хотя это легче было сделать в лабораторных условиях, а не на месте. Далее, зачем ему потребовалось построить к гробнице узкоколейку? Для того чтобы вывезти вовсе не такие уж громоздкие предметы, умещавшиеся на площади, сопоставимой с площадью неплохой квартиры в Москве? Немало странностей можно заметить и в самой гробнице. Почему побывавшие в ней, якобы еще в древности, грабители ничего не взяли? Почему они, проникнув в погребальную камеру, не вскрыли обшитый золотом деревянный саркофаг? Кроме того, в их поведении есть еще одно загадочное обстоятельство. Часть замурованных дверей была ими вскрыта, а в обход некоторых они пробили в скальной породе ходы. Неумно, не правда ли? Ведь легче сломать тонкую стенку, сложенную из камней, чем сутками дробить монолит, проделывая в нем ход? Удивляет и состояние практически всех находок. Огромный обшитый золотыми листами саркофаг сразил исследователей своим блеском: ничуть не запылившись и не помутнев, он простоял более трех тысячелетий. Отличным было и состояние других предметов, но вместе с тем внутренние деревянные гробы, как отмечал Картер, были сильно попорчены сыростью, хотя наружный и остался совершенно цел. Создается впечатление, что те, в отличие от всего прочего, хранились в плохих условиях, а ведь находки-то лежали в одном помещении. И еще. В первой камере ученые обнаружили четыре колесницы, которые из-за своих огромных размеров не могли быть внесены в гробницу целиком и были распилены! Интересно, чем? Неужели бронзовой пилой? Ну и, наконец, все исследователи отмечали плачевное состояние самой мумии, хотя, по идее, оно должно быть прекрасным, ведь ее, в отличие от мумий других фараонов, жрецы не переносили с места на место, пряча от осквернителей могил...

ТУТАНХАМОН - ТВОРЕНИЕ КАРТЕРА

Любовницу Твердохлёбов не тронул, а охранника сослал на Колыму, причём в прямом смысле этого слова. Парню дали билет и сказали, либо он едет туда и не показывает носа в течение пяти лет, либо никто не гарантирует, что однажды его не найдут на дне Волги с камнем на шее. Если, конечно, вообще найдут. Парень выбрал первый вариант и исчез.

Говард Картер открыл Тутанхамона и в прямом, и в переносном смысле. Мало того, что он отыскал его гробницу, он ввел этого фараона в историческую науку. До того, как англичанин приступил к раскопкам в Долине царей, данные о Тутанхамоне ограничивались лишь одной-двумя печатями с упоминанием его имени, найденными археологом Девисом. И то без указания царского титула. Многие ученые считали, что такого фараона не существовало вовсе, а печати вполне могли принадлежать просто какому-то знатному человеку. Иными словами, все данные о Тутанхамоне как правителе Египта получены в результате раскопок Картера, то есть из его рук.

А Никифор Лаврентьевич долго зализывал раны и едва не стал женоненавистником. Может, и стал бы им, если бы однажды не увидел на даче своего старинного друга, тоже полковника в отставке Игната Варфоломеевича Калитовского прекрасную девушку, похожую как две капли воды на Снегурочку. И имя у неё было подходящее – Снежана.

Рис. 1. План гробницы, раскопанной Г. Картером.

Никифор Лаврентьевич влюбился в неё с первого взгляда! Он чувствовал себя юным и окрылённым, вся тяжесть прожитых лет упала с его спины, как вязанка хвороста. И его не смутило то, что Снежана была невестой сына его друга и они вскоре должны были пожениться.

Однако разве мог юный Ромео, которого звали Виталий Калитовский, соперничать со швыряющим без счета деньги, вошедшим в раж Твердохлёбовым? Конечно, нет. Что он мог подарить своей Джульетте в образе Снежаны? Разве только прогулку по Волге на теплоходе, но никак не круиз по Средиземному морю. Ни на норковое манто, ни на бриллианты, ни на дорогую иномарку денег у недавно закончившего институт и только делающего первые шаги в карьере Виталия не было. Да и отец его не барствовал, бизнеса не имел и скромно жил на заслуженную пенсию полковника в отставке. Нет, не бедствовал, конечно, но и не шиковал.

Когда лучший друг увёл у любимого сына невесту, Калитовский-старший только и сказал словами песни, что если невеста предпочла другого, то это ещё не значит, что в проигрыше остался тот, от которого она ушла. Да и мать сказала: «Виталя, зачем тебе такая девушка». Калитовский-младший ничего не ответил родителям и боль свою затаил в себе.

Никифор Лаврентьевич женился на Снежане… И она родила ребёнка. Только, как он сам думал, вовсе не от него… Твердохлёбов решил сделать ДНК. Ребёнок сейчас жил у родителей Снежаны. Если бы Никифор Лаврентьевич считал этого ребёнка своим, он бы ни за что не разрешил увезти его и вскармливать искусственно. А так он нутром чуял: не его кровь. Он знал, что у Снежаны есть молодой любовник. И даже догадывался, кто это. Короче, самые близкие люди приносили Твердохлёбову, несмотря на все вложенные в них инвестиции, одни сплошные разочарования.

Для того чтобы раскрыть тайну \"проклятия фараона\" и объяснить все нелепости и странности экспедиции, нужно сделать лишь одно предположение, которое, на первый взгляд, может показаться фантастическим: Тутанхамона никогда не существовало, он плод фантазии предприимчивого археолога. В этом случае история раскопок Картера выглядит следующим образом. К моменту начала работ его экспедиции в Долине царей все были абсолютно уверены, что найти здесь что-либо значимое невозможно. О том в разное время писали многие археологи. Так, еще в начале прошлого века Бельцони, раскопавший могилы Рамсеса 1, Сети 1, Эйе и Минтухотепа, заявил: \"Я твердо убежден, что в долине Бибан аль-Мулук нет никаких других гробниц, кроме уже найденных\". Почти такую же мысль тридцать лет спустя высказал руководитель немецкой экспедиции Рихард Лепсиус. Он утверждал, что в Долине царей не осталось, наверное, ни одной песчинки, которую бы по меньшей мере трижды не переместили с одного места на другое. Тем не менее в некрополе постоянно копошились археологи, но их \"улов\" ограничивался исключительно мелочами. Поэтому, приступая к работе, Картер, который, в отличие от Карнарвона, был профессиональным ученым, не мог не понимать, что его не ждут великие открытия. В 1917 г., начав исследования, он, по-видимому, наткнулся на скромное захоронение, принадлежавшее какому-то знатному египтянину. Скорее всего его уже обследовали другие экспедиции, и оно, судя по всему, было вообще пустым, ограбленным еще в древности. Не найдя в могиле ничего интересного, предшественники Картера попросту засыпали ее, как это обычно и делается. Возможно, именно тогда в голову англичанина и пришла мысль превратить эту пустую гробницу в роскошную царскую усыпальницу. Для чего были нужны лишь предприимчивость, время и деньги. Однако в первой четверти нашего века история Древнего Египта была уже хорошо изучена. В ней осталось всего несколько небольших периодов, для которых имена фараонов считались неизвестными. В одну из таких ниш археолог и задумал пристроить несуществовавшего Тутанхамона. Чтобы не вызывать лишних подозрений, его биография была объявлена непримечательной - он ничем не прославился да и царствовал недолго. В случае успеха своего предприятия ловкий археолог получал лавры египтолога № 1 в мире. Оставалось решить вопросы финансирования. Деньги мог дать только тот, кто рассчитывал получить от махинации дивиденды. Проанализировав ситуацию, Картер понял, что лучшего спонсора, чем правительство Египта, не найти. Ведь оно получало немалую часть денежных средств от продажи исторических ценностей н от толп туристов, жаждавших увидеть следы древних цивилизаций. Кроме того, официальный Каир не отличался особой щепетильностью, периодически продавая крупнейшим музеям мира предметы старины, на поверку оказывавшиеся подделками. Придя к такому выводу, Картер отправляется в Каир, чтобы предложить египетскому правительству свой смелый план. По всей видимости, предложение понравилось чиновникам, и деньги были выделены. Следом за этим началась подготовка фальсификации, длившаяся вплоть до 1922 г. В течение этого срока Картер неоднократно ездил в Каир и практически не занимался непосредственно раскопками, которые вела его экспедиция. Лишь несколько доверенных лиц тайно подготавливали гробницу к \"великому археологическому открытию\". Фальсификаторы заказали у различных подпольных ремесленников, специализировавшихся на подделках \"а ля древний Египет\", золотые украшения, настенные барельефы с фрагментами из истории царствования фараона, предметы обихода и несколько саркофагов. Мумию же попросту купили, достать ее, при наличии средств, в Египте не представляет труда и сегодня. Конечно, то была мумия вовсе не фараона, мумификацию производили по более простой технологии, чем это делалось с телами правителей. Вот почему ее состояние и было значительно хуже, чем у любой другой царской мумии. Ко второй половине 1922 г. доверенные лица Картера загрузили камеру сокровищами, и он перевел свою партию на уже исследованный пять лет назад участок и быстро \"нашел\" вход в погребение. Такое развитие событий подтверждается тем, что к 1922 г. он полностью сменил весь состав экспедиции, в ней не осталось никого, кто бы знал о результатах раскопок 1917-го. Исключением был только лорд Карнарвон, однако он лишь наездами появлялся в Долине царей и скорее всего во время первого обнаружения гробницы отсутствовал. Перед тем, как приступить непосредственно к работам в захоронении, Картер вызывает опять-таки находящегося в отъезде Карнарвона, который, судя по всему, даже не подозревал об афере. Всех, участвовавших в раскопках, изумил тот факт, что древние грабители, побывавшие в гробнице, ничего в ней не взяли. К тому же двери, ведущие в первую камеру, они вскрывали дважды, а в погребальную - один раз. Для воров поведение, согласитесь, весьма странное. Между тем эта загадка легко объяснима. Просто люди Картера в уже готовое захоронение добавляли различные предметы. Первую камеру они загружали два раза, а сокровищницу, соединенную с погребальной камерой незапечатанным проходом, - один. Следы же своего проникновения маскировали под следы древних грабителей. Обратим внимание и на то, что некоторые двери не вскрывали, а обходили подземными ходами. Это сделано в тех местах, где действия, связанные с разрушением двери, могли бы повредить предметы, стоящие внутри в непосредственной близости от нее. Иными словами, тем, кто проникал в гробницу, было известно расположение хранившихся там вещей. Более того, псевдодревности доставлялись в район раскопок и прямо в процессе исследований! В пользу такого предположения говорит затея с сооружением узкоколейки. По официальной версии, по ней в сторону Долины царей везли пустую тару, а назад - запакованные ценности. Скорее же всего, часть ящиков уже туда шли гружеными, и их, даже не распаковывая, отправляли обратно. Только для таких челночных рейсов, собственно, и была нужна железная дорога. Иначе как объяснить: количество \"ценностей\", якобы вывезенных из погребения Тутанхамона, столь велико, что едва ли могло уместиться в помещении площадью всего 80 кв. м? Становится понятной и загадка колесниц. Они действительно не вошли в двери, и их распилили на куски, но не древние египтяне, а люди Картера с использованием обыкновенных пил. Следы современных инструментов остались и на огромном деревянном ящике, обшитом золотом, в котором хранились многочисленные саркофаги лжефараона. Его из весьма искусно изготовленных фрагментов собирали на месте. Конструкция была столь сложна, что некоторые куски рабочие состыковали неверно и, подгоняя, лупили по ним молотками. Круглые отпечатки слесарных молотков отчетливо видны во многих местах. Теперь ясно, зачем Картер тормозил ход исследований. Он приостанавливал их для того, чтобы лишний раз добавить в еще \"неисследованные\" камеры дополнительную порцию \"бесценных предметов старины\". Возникает вопрос: неужели никто из опытных археологов, время от времени привлекавшихся к работам, не догадывался о грандиозной фальсификации? Здесь мы подходим непосредственно к \"проклятию фараона\". Конечно, некоторые ученые обратили внимание на многочисленные странности раскопок. Насторожился и лорд Карнарвон. Например, большое удивление могло вызвать у него место, где была обнаружена гробница. Он ведь знал, что Картер обследовал его в 1917 г. и ничего тогда не нашел. По-видимому, английский аристократ догадался о проделках своего помощника, и его попросту убрали слишком многое было поставлено на карту. Не исключено, что он умер от яда, а не от ранения при бритье. То же можно предположить о судьбе практически всех опытных исследователей, участвовавших в раскопках, которые погибли при таинственных обстоятельствах. Будучи настоящими учеными, они, видимо, начинали сомневаться в подлинности гробницы Тутанхамона, и закоперщику фальсификации приходилось их убирать руками наемных убийц - возможно, связанных с египетскими спецслужбами. Этим и объясняется то, что из изучавших гробницу в живых остался только он, хотя, исходя из \"проклятия фараона\", как главный осквернитель должен был бы погибнуть первым. Впрочем, и сама легенда о \"проклятии\" тоже, скорее всего, запущена в оборот им. Благодаря ей ловкий археолог отвлек внимание общественности от действительно странных обстоятельств своей экспедиции. Результаты раскопок Говарда Картера удовлетворили всех устроителей. Сам он стал египтологом № 1, сравниться с ним может, пожалуй, лишь Генрих Шлиман. К тому же Картер прилично заработал на этом деле. Египетское правительство, субсидировавшее аферу, также в накладе не осталось. Лишь малая толика \"сокровищ Тутанхамона\" хранится в Каире, большая же часть за баснословные деньги была продана в известнейшие музеи мира, принеся Египту миллионы. А если к этому добавить толпы туристов, привлеченных на берега Нила желанием узреть гробницу Тутанхамона, то афера Картера вполне может стать образцом супервыгодного помещения капитала. Те прибыли, которые получили устроители, безусловно, стоили того, чтобы ради них пойти на несколько убийств.

И только племянник, сын его младшей, рано ушедшей из жизни сестры, Олег Георгиевич Кушнарёв, никогда и ничем не огорчал дядю. Он и денег никогда не просил, старался всего добиваться сам. Даже когда Никифор Лаврентьевич предложил племяннику оплатить его учёбу, Олег только плечами пожал и сказал: «Зачем же, дядя? Я и сам на бюджетный поступлю». И поступил, и окончил с красным дипломом. Работу сам нашёл ещё во время учёбы в институте и теперь работает в хорошей фирме, зарплату получает не то что дай бог каждому молодому специалисту, а уже и вполне опытному.

Рис. 2. Алебастровый кубок из гробницы Тутанхамона. Состояние этой находки таково, что сама собой напрашивается мысль: \"А не сделан ли он в наше время?\"

Теперь вот жениться собрался, сказал, что хочет дядю с девушкой своей познакомить. Никифор Лаврентьевич тепло улыбнулся. Что и говорить, с племянником ему повезло.

Рис. 3. Золотая маска Тутанхамона. На ней были почти нетронутые полотняные покровы и гирлянда цветов, сохранивших естественную окраскуНеужели им три тысячелетия?

Ну и в заключение отметим, что возможная фальсификация раскопок захоронения Тутанхамона - пожалуй, не единственный подлог в истории археологии. Так, известный французский археолог Поль Эмиль Ботта, нашедший Ниневию, как-то в частном разговоре признался, что в каждой сделанный им раскоп он перед тем, как его засыпать, бросал безделушку - мраморного слоника, заранее смеясь над теми, кто когда-нибудь откопают фигурку и будут серьезно считать, что нашли историческую ценность. Конечно, проделки француза пустяк по сравнению с махинацией англичанина, тем не менее очень может быть, что, посещая музеи и восторгаясь памятниками древних цивилизаций, мы любуемся предметами, ведущими свою родословную от слоников Ботта. Вспомните, что писала \"ТМ\" (№ 4 и 7 за 1996 г. ) хотя бы об открытии Шлимана.

Глава 2

Снежана Матвеевна Твердохлёбова в детстве, как и большинство детей, верила в Деда Мороза, обожала Снегурочку. И была очень удивлена, когда ей однажды сказали, что она сама похожа на Снегурочку. Но во все следующие разы, когда ей говорили об этом, только плечами пожимала – похожа так похожа. Даже перестав верить в Деда Мороза, она продолжала верить в сказку новогодней ночи, в исполнение желаний, загаданных под бой курантов. Повзрослев, она стала мечтать, как и многие девушки, о принце на белом коне. И желания она загадывала о встрече с ним, о большой и чистой любви.

Когда ей едва исполнилось семнадцать лет, к ней стал подкатываться сосед по лестничной площадке, особенно когда был нетрезв. Снежана пожаловалась на него старшему брату, а тот рассмеялся и ответил ей словами бородатого анекдота: все девушки мечтают о принце на белом коне, а приезжает пьяный король на трамвае.

– Какой же он король?! – обиделась на брата Снежана.

А тот похлопал её по плечу и сказал: «Не волнуйся, сестрёнка, поговорю я с твоим навязчивым ухажёром».

И поговорил. Сосед не только перестал с ней заговаривать, но и, увидев её во дворе, сразу исчезал, а если у него была открыта дверь, когда Снежана поднималась по лестнице, дверь мгновенно с грохотом захлопывалась. «Что такого мог сказать ему брат?» – недоумевала Снежана.

После окончания школы она поступила учиться на кондитера и переехала жить в общежитие. Комната с тремя не очень шумными подружками показалась ей кусочком рая по сравнению с родительской квартирой, где все жили, выражаясь фигурально, друг у друга на голове. В семье было одиннадцать детей, и тишина не наступала никогда, даже ночью. Потому что и во сне кто-то обязательно сопел, кряхтел, кашлял, ворочался на кровати и вставал то в туалет, то попить на кухню. Наверное, тогда Снежана и решила, что рожать больше двух детей ни за что не станет.

Она по-прежнему, несмотря на насмешливое замечание брата, мечтала о принце. А он всё не появлялся. Плакать в подушку по ночам Снежана не решалась – вдруг она и на самом деле Снегурочка. … И если даже не растает на весеннем солнце, то может истечь изнутри слезами. Конечно, девушка разумом понимала, что всё это одни сплошные глупости. Но факт оставался фактом – она не только не была похожа на своих родителей, но и не имела ни малейшего сходства хоть с кем-то из своих братьев и сестёр. Все они были смуглые, румяные, весёлые, с карими глазами и каштановыми волосами. А Снежана белолицая, бледная, светловолосая, с голубыми, почти прозрачными глазами. И чаще всего грустная.