У Гейси был излюбленный типаж. Он предпочитал совсем молоденьких парней, чем симпатичнее, тем лучше, и вначале был невероятно мил и улыбчив, но, как только наручники защелкивались, появлялось чудовище. Гейси получал огромное удовольствие, причиняя боль своим жертвам, и то, что они были скованы и совершенно беспомощны, раззадоривало его еще больше.
— Послушайте! Деньги пропали на вашей улице. Вы все здесь господа, но где мои деньги? Горе твоему дому, бедняга Фангари!
Тогда Хаджадж с вызовом сказал:
Он заманивал молодых людей к себе по-разному, но после того, как они оказывались в наручниках, пути назад не было. Гейси насиловал их, забавлялся некоторое время и в конце концов затягивал на горле веревку или шнурок и медленно душил.
— Надо всех обыскать! Давайте проверим каждого мужчину, каждую женщину, каждого ребенка, каждый угол.
Но Гулта не согласился.
Клоун Пого. Рисунок Джона Уэйна Гейси
— Устроив обыск, вы сами себя опозорите!
— Этот человек вышел из дома управляющего, — проговорил Хаджадж, — и первым делом пошел в квартал Габаль, значит, и поиски надо начинать в квартале Габаль!
Первое время Гейси выбирал момент, когда жены с детьми не будет дома, чтобы заняться преступными делами. Однажды работавший на него 18-летний Джон Буткович поругался из-за задержки заработной платы. Гейси в ответ задушил и его. Хотя тело юноши было закопано под их собственным домом, жена Гейси понятия не имела, чем занимается муж в ее отсутствие. Их брак, однако, не был счастливым и распался в 1976 г.
— Пока я жив, этому не бывать! — вскричал Гулта. — Не забывайте, Хаджадж, ведь ты мне не ровня!
После развода Гейси остался один в пустом доме. Ему больше не нужно было опасаться чужих глаз, и он мог убивать свободно. Количество тел, захороненных в подвале дома, росло. Но места требовалось больше, поэтому Гейси поручил работникам своей фирмы прорыть дополнительные траншеи, а потом засыпал их известью, чтобы замаскировать запах разлагающихся тел.
— А ты, Гулта, не забывай, что у меня на теле ран от драк больше, чем волос!
— А у меня и вовсе нет живого места!
Оставшись в одиночестве, Гейси стал похищать, истязать, насиловать и убивать все чаще и чаще. Большинству его жертв было от 15 до 20 лет. Они клевали на очаровательные манеры Гейси и его пустые обещания. Но их ждали лишь истязания и сексуальное насилие, а затем – удушение и неглубокая могила под домом убийцы.
— Аллахом заклинаю, отойди подальше, шайтан! Фангари тем временем не переставал причитать:
Не все потенциальные жертвы погибали. Дэвид Крэм, 22 лет, работал на строительную фирму Гейси и в течение нескольких месяцев в 1976 г. жил в его доме. Однажды, придя вечером с работы, он увидел своего начальника и домовладельца в клоунском наряде, включая грим на лице.
— О горе мне! Разве вам не будет стыдно, если станут говорить, что меня ограбили на вашей улице?
В тот день у Крэма был день рождения. Гейси, лукаво улыбаясь, предложил ему показать фокус с наручниками. Ничего не подозревающий молодой человек согласился, но, как только его руки оказались скованы, Гейси преобразился. «Сейчас я тебя изнасилую!» – прорычал клоун, хватая его, но Крэм отчаянно отбивался ногами, и Гейси отступил.
Какая-то женщина, рассердившись, крикнула ему:
Через несколько недель нападение повторилось, но Крэм снова отбился. После этого он решил, что с него хватит, и съехал. Только позже молодой человек понял, насколько близко был к тому, чтобы стать очередным трупом в подвале дома 8213 по Уэст-Саммердейл-авеню.
— Цыц, совиная рожа! Ты навлекаешь позор на нашу улицу!
Убийства продолжались. Земля под домом уже настолько переполнилась трупами, что Гейси пришлось вывезти часть их и сбросить в реку Дес-Плейнс. По меньшей мере четыре тела полетели в нее поздней ночью с моста.
Вдруг чей-то голос спросил:
Как и многих других серийных убийц, Джона Уэйна Гейси подвела самонадеянность. В марте 1978 г. он похитил очередную жертву, 26-летнего Джеффри Ригналла. На этот раз он применил хлороформ и увез почти бесчувственного парня в свой дом. Там он неоднократно жестоко насиловал его, нанося многочисленные травмы.
— А почему деньги не могли быть украдены в квартале бродяг? Там больше всего воров и нищих.
— Наши воры не воруют на своей улице! — отозвался Саварис.
Как ни странно, на этот раз все обошлось без убийства. Гейси отвез Ригналла в парк и выкинул из машины. Мало что соображая, Ригналл тем не менее сумел запомнить одну важную вещь – марку и цвет машины Гейси. Он решил во что бы то ни стало выследить его и, как только немного поправился, стал караулить у шоссе, пока не увидел черную машину Гейси. Он сообщил о ней полиции, и Гейси поймали.
— А кто это докажет?
У Савариса глаза запылали гневом.
Гейси прятал тела своих жертв в подвале своего дома. Это стало еще легче делать, когда после развода он остался в доме один
— Довольно оскорблений! Пусть обыск обнаружит вора! Если же нет, то позор падет на всю улицу.
В ответ раздалось сразу несколько голосов:
— Начинайте с квартала бродяг! Саварис не выдержал:
Была назначена дата суда, но полицейские еще не догадывалась, что арестовали серийного убийцу. Только спустя несколько месяцев, в декабре того же года, Гейси совершил фатальную ошибку. Последней его жертвой стал работник аптеки Роберт Пист, которого он также привез к себе домой, мучил и в конце концов убил. Семья Писта сразу же заявила в полицию об исчезновении юноши, не поверив в то, что он просто сбежал из дома.
— Порядок требует начать с квартала Габаль и кто этот порядок нарушит, получит дубинкой по голове!
С этими словами он взмахнул дубинкой, и тотчас его люди окружили его стеной. Хаджадж и Гулта последовали его примеру. Обойщик поспешил скрыться за дверью какого-то дома, не переставая лить слезы. Сумерки все сгущались. Все приготовились к кровавой драке. Вдруг на середину улицы вышел Касем и громко крикнул:
Свидетели видели, как Гейси говорил с Пистом, и в ходе проверки тут же всплыли прошлое дело о содомии и отложенный суд за избиение Джеффри Ригналла. Поэтому Гейси сразу стал главным подозреваемым, и судья выдал ордер на обыск в его доме.
— Погодите! Пролитая кровь не вернет потерянных денег. Все равно в Гамалийе, Даррасе и аль-Атуфе будут говорить, что на улице Габалауи обокрали человека, хотя он находился под покровительством управляющего и футувв.
Какой-то мужчина из рода Габаль спросил:
Полицейские обнаружили там много подозрительных предметов – от гей-порно до доски с прорезями для рук (с помощью которой Гейси сковывал своих жертв), а также украшения и водительские права нескольких молодых людей, большая часть которых считались пропавшими без вести.
— Чего хочет этот пастух?
Касем миролюбивым тоном ответил:
Но то, что полицейские нашли в подвале, привело их в ужас.
— Я придумал способ вернуть деньги хозяину, избежав драки.
После длительного расследования под домом Гейси было найдено 29 тел. Из реки достали еще четыре. Всего к моменту предъявления обвинения было обнаружено 33 захоронения с человеческими останками на разной степени разложения.
Обойщик кинулся к нему со словами: «Я отдаюсь твоей воле!»
Фото Гейси, сделанное при аресте в 1978 г.
А Касем, обращаясь ко всем, проговорил:
— Деньги будут возвращены их владельцу, но вор не будет назван.
Но, возможно, их было больше.
Воцарилось молчание. Все устремили взоры на Касема, а он продолжал:
Несмотря на очевидные доказательства, хитрый манипулятор Гейси категорически отказывался признать себя виновным. Это было типичным для него поведением, к которому он прибегал не раз. Возможно, тут сказывалось влияние отца, который в детстве называл Гейси «слабаком».
— Надо дождаться полной темноты и, не зажигая ни фонаря, ни свечки, всем вместе пройти вдоль улицы, через каждый квартал, не минуя ни один из них. Тот, кто взял деньги, сможет в темноте незаметно кинуть их на землю. Потом мы осветим улицу и найдем деньги без всякой драки.
Обойщик в отчаянной мольбе сжал руку Касема.
Кроме того, Гейси был патологическим лжецом. На допросах он утверждал, что никогда не причинил никому физического вреда. Из-за больного сердца он якобы был просто не в состоянии с кем-то справиться. Все обвинения – это результат клеветы его работников. Это они во всем виноваты!
— Это разумный выход. Ради меня, согласитесь на это предложение, — уговаривал всех он.
• • •
— Неплохо придумано! — крикнул кто-то. А кто-то другой сказал:
Пикник удался. Джон Уэйн Гейси сделал своим тюремщикам конкретный заказ: несколько кусочков жареной курицы «Кентакки фрайд чикен», жареная картошка, клубника и большая диетическая кола, чтобы запить это все. Обычно заключенные Иллинойсского исправительного центра питались намного скромнее, но сегодняшний день был особенным. Осужденному предстояла последняя трапеза. Потом – молитва. Можно только догадываться, каково было священнику, когда он отпускал грехи человеку, приговоренному к смерти за жестокое убийство как минимум 33 человек.
— Мы даем вору возможность спастись самому и спасти честь улицы.
Одна из женщин радостно заголосила в знак одобрения, и взгляды всех обратились теперь на троих футувв, которые стояли в нерешительности. Ни один из них не желал из-за гордости первым дать согласие, а жители улицы в страхе ожидали, победит ли наконец разум или заговорят дубинки и прольется кровь?
После 14 лет в камере смертников Джон Уэйн Гейси наконец-то дождался встречи с Создателем. Но и здесь все пошло слегка не по плану. Обычно для смертной казни достаточно 10 минут, но в случае Гейси процесс занял почти вдвое больше. Гейси привязали к кушетке и ввели в вену иглу. Прозвучал приказ об исполнении приговора, и машина смерти включилась.
Вдруг знакомый голос крикнул: «Эй, вы!», и главный футувва улицы Лахита появился на пороге своего дома.
— Соглашайтесь, цыгане! — насмешливо предложил он. — Если бы вы были поумнее, вам не пришлось бы прибегать к помощи пастуха.
Чтобы лишить человека жизни, применяют три препарата. Первый, пентотал натрия, вводит человека в кому. До этого момента все шло нормально. Но при введении второго, панкурония, начались проблемы. Лекарство начало загустевать в капилляре, и его пришлось менять. Только после этого мышцы Гейси, включая дыхательные, перестали сокращаться.
Толпа одобрительно загалдела. А сердце Касема гулко забилось. Взглянув на дом Камар, он увидел ее черные глаза, наблюдающие за ним из выходящего на улицу окна. Юноша почувствовал гордость и неведомую дотоле сладость победы.
Все ждали наступления темноты. Люди нетерпеливо взглядывали то на небо, то в пустыню, откуда постепенно, шаг за шагом, надвигалась ночь. Очертания предметов потихоньку стирались, лица становились неразличимыми, люди превращались в тени. Обе тропинки, ведущие в пустыню со стороны Большого дома, затянула тьма.
Свидетельство о смерти Джона Гейси. Он до конца отрицал свою вину. Его последними словами были: «Поцелуйте меня в зад»
Наконец толпа пришла в движение. Люди свернули к Большому дому и оттуда быстрым шагом прошли по всей улице до самой Гамалийи. Затем каждый направился в свой квартал. В этот момент Лахита повелительным тоном крикнул:
— Огня!
Через несколько секунд после того, как он сделал последний вздох, большая доза хлорида калия остановила его сердце, наконец-то покончив с тем, кто оборвал жизни стольких людей. Его последними словами были: «Поцелуйте меня в зад».
Первым свет зажегся в доме Камар, в квартале бродяг, потом засветились фонари на ручных тележках, в кофейнях, пока наконец улица вновь не ожила. Люди осматривали землю вокруг себя. Вдруг кто-то крикнул:
— Вот он, кошелек!
Фангари подбежал к кричавшему, схватил кошелек, быстро пересчитал деньги и, не оборачиваясь, устремился к Гамалийе, провожаемый смехом и криками. Тогда все повернулись к Касему, стали хвалить и поздравлять его, обсуждая его выдумку. Он оказался в центре внимания. Похвалы сыпались на него, как розы. А когда Касем со своими друзьями Хасаном и Садеком пришли в кофейню, футувва Саварис встретил их приветливой улыбкой и сказал:
— Кальян за мой счет!
Герберт Баумейстер – Душитель с трассы I-70
67
У всех семейных пар есть свои секреты. У кого-то – относительно мелкие грешки вроде слишком больших трат по кредитной карте или посещения порносайтов в отсутствие супруга. Но есть и такие, у которых тайны намного серьезнее.
С порозовевшим от смущения лицом, с блестящими глазами и с бьющимся сердцем вошел Касем на следующее утро во двор дома Камар, чтобы забрать овцу. Повторяя про себя: «Помоги, о Господи!», он стал отвязывать стоявшее под лестницей животное. Тут он услышал скрип открывающейся двери и голос госпожи Камар:
У Герберта «Герба» Баумейстера была поистине страшная тайна – он, серийный убийца, лишил жизни немало молодых людей. Тайная жизнь – неотъемлемая часть натуры маньяков. Многие из них от природы обаятельны и харизматичны, поэтому им несложно производить впечатление на «нормальных» людей и прятать темные стороны своей натуры от посторонних глаз.
— Доброе утро!
Семья Баумейстер со стороны выглядела идеально. Герб и его жена Джули владели небольшой сетью магазинов подержанных вещей в районе Индианаполиса и вели вполне благополучную жизнь. Дела у них шли настолько хорошо, что они смогли приобрести большой дом в сельской местности Уэстфилда, штат Индиана, и 7 га земли. Поместье носило название Фокс-Холлоу, и это название приобрело жуткую известность после событий, разыгравшихся там в 1990-е гг.
— Да будет оно счастливым для вас, госпожа! — ответил он, вложив в ответ все обуревавшие его чувства.
Герб, несмотря на то что был женат, питал слабость к мужчинам, особенно к тем, которые помоложе. Когда жена с детьми отсутствовала и просторный старый дом оставался в полном его распоряжении, Герб сбрасывал маску и давал волю своей истинной натуре.
— Вчера ты сделал для жителей улицы доброе дело.
— Аллах наставил меня! Певучим голосом она произнесла:
— Ты нам доказал, что мудрость надежнее силы.
На цокольном этаже дома в Фокс-Холлоу располагался роскошный бассейн. Баумейстер без труда заманивал туда своих жертв
«А твоя благосклонность дороже мудрости!» — подумал Касем, а вслух сказал:
— Да хранит тебя Аллах!
У него был четко выраженный почерк. На цокольном этаже дома в Фокс-Холлоу, в отдельном помещении, к которому прилегала комнатка для оборудования, располагался большой бассейн. В соседнем помещении находился небольшой бар с мини-кухней и удобный мягкий диван.
— Ловко ты управился с жителями улицы, словно с овцами, — пошутила Камар.
Со всех сторон бассейн окружали жутковатые манекены. За барной стойкой тоже стоял искусственный бармен, как будто подавая напитки невидимым клиентам. Все фигуры были одеты в пляжные костюмы и изображали гостей вечеринки. По показаниям свидетеля, который лично знал Герба Баумейстера, у каждого манекена были свое имя и история.
— Да сопутствует тебе удача, — пожелала она ему на прощание.
Прежде чем отправиться в город, Герб закрывал бассейн специальным покрытием и поднимал температуру, насколько возможно, превращая его в своего рода кухонный котел.
Касем ушел, унося счастье в душе. У каждого дома стадо его пополнялось то овцой, то козой. Люди приветливо здоровались с ним. Даже футуввы, которые обычно не отвечали на его пожелания доброго утра, сегодня смотрели на него не так косо.
Выходя из машины и направляясь в один из гей-баров Индианаполиса, Герб менял образ и превращался в человека по имени Брайан Смарт. На нем всегда был безукоризненный костюм с галстуком. В баре он занимал такое место, откуда было хорошо видно все помещение.
Шагая вслед за стадом, Касем обогнул стену Большого дома и вышел в пустыню. Солнце, поднявшееся над горой Мукаттам, встретило его ярким светом.
Утренний ветерок уже нес в себе его горячее дыхание.
Баумейстер искал мужчин определенного типа: молодых, желательно без родных и близких, которые могли всполошиться при их исчезновении. В таких личностях не было недостатка среди геев Индианаполиса. Мужчины из подобных баров постоянно куда-то пропадали. Большинство считали, что они просто переезжают в другие города, возможно за пределы штата. Слухи пошли только тогда, когда число пропавших стало слишком большим и заметным. На стенах и в туалетных кабинках появились постеры – «ВЫ ВИДЕЛИ ЭТОГО ЧЕЛОВЕКА?»
У подножия горы он заметил несколько пастухов. Какой-то мужчина в рваной одежде шел, наигрывая на свирели, а в ясном небе парили коршуны. Воздух был чист и благоуханен. Огромная гора, одиноко стоявшая в пустыне, казалась в этот час обителью прекрасных надежд. Окинув пустыню взглядом из края в край, Касем ощутил радость от увиденного и, переполненный счастьем, запел:
Герб предпочитал молодых, худощавых и легко поддающихся манипуляциям мужчин. Некоторые из его жертв ранее подвергались арестам за проституцию. Опрятный, застенчивый и мягкий Брайан Смарт рассказывал им, что работает в строительстве и именно сейчас занимается большим загородным домом. И в этом доме есть прекрасный бассейн! Может быть, поедем туда и устроим вечеринку?
О красота! О прелесть! О счастье!
Имя твое начертано в моем сердце.
Многие с радостью хватались за такое предложение. Даже когда поползли слухи о том, что молодые геи пропадают неизвестно куда, все равно находились те, кто уезжал с Гербом. Они отправлялись на ферму Фокс-Холлоу, где ждал манящий бассейн.
Он переводил глаза со скалы Кадри и Хинд на место, где погибли Хумам и Рифаа, потом на место, где произошла встреча Габалауи с Габалем. Все соединилось здесь — солнце, гора, песок, слава, любовь, смерть. И в его сердце взошла любовь. Но что все это значит? Что было в прошлом и что последует в будущем? Юноша размышлял об улице с ее враждующими кварталами и соперничающими футуввами, с ее преданиями, которые рассказываются в каждой кофейне на свой лад.
Герб со своим спутником, совершенно не подозревавшим, что его ждет, спускался из кухни по лестнице на цокольный этаж. Первая дверь слева вела в помещение с бассейном. Вода под покрытием была уже почти горячей.
Перед полуднем Касем погнал свою отару к рынку Мукаттам, где навестил, как обычно, муаллима Яхью. Старик спросил его:
Приготовив пару коктейлей, в один из которых было обычно что-то подмешано, Герб медленно открывал покрытие бассейна, а потом распахивал дверь, впуская прохладный ночной воздух. От перегретой воды сразу начинал подниматься густой пар.
— Говорят, ты что-то совершил вчера на нашей улице? Стараясь скрыть смущение, Касем отхлебнул глоток чая, а Яхья продолжал:
Все помещение заполнялось туманом. Иногда поток свежего воздуха внезапно открывал манекен, глядящий на воду безжизненными глазами. Манекены были единственными свидетелями того, что происходило далее.
— Лучше бы ты позволил им подраться, чтобы они перебили друг друга.
Раздевшись, двое мужчин залезали в воду. Ожидая, пока алкоголь и наркотики затуманят мозг жертвы, Герб предлагал развлечься взаимными ласками. Теплая вода усиливала действие веществ, расширяя кровеносные сосуды. У жертвы начинала кружиться голова, эффект усиливался необычной обстановкой, дезориентирующим туманом вокруг и поведением самого Герба. Решив, что жертва созрела, Герб переходил к действию.
Касем, не поднимая глаз, тихо сказал:
«Я знаю одну крутую штуку», – обычно говорил он, выбираясь из бассейна. Через несколько секунд он вновь появлялся из тумана с резиновым шлангом в руках. Обернув его вокруг шеи молодого человека, Герб начинал шептать, что если лишить мозг кислорода во время секса, то можно испытать самый потрясающий оргазм. Это напоминает «фокус» Джона Уэйна Гейси с наручниками. Тот тоже проделывал его с той же целью: сделать жертву совершенно беспомощной.
— Ты так не думаешь на самом деле?
Молодой человек, уже порядком одурманенный и покорный, обычно не сопротивлялся, когда Герб туго затягивал шланг у него на шее.
— Не позволяй людям хвалить себя, не то вызовешь гнев футувв!
— Чем я могу их разгневать?
К тому моменту, как он понимал, что происходит, было уже поздно. Герб стягивал удавку все сильнее, пережимая сонные артерии и яремные вены. Отрезанный от кровотока мозг отключался, у жертвы останавливалось дыхание, а затем и сердце. Только окончательно убедившись, что молодой человек мертв, Герб Баумейстер ослаблял шланг, отпуская тело плыть вниз лицом.
Ожидая, пока алкоголь и наркотики затуманят мозг жертвы, Герб предлагал развлечься взаимными ласками.
— А кто мог подумать, что Рифаа будет так вероломно предан? — вздыхая, проговорил старик.
Некоторые предполагают, что, впервые попробовав аутоэротическое удушение на партнере, Герб не собирался его убивать, но не рассчитал. Конечно, мы уже не узнаем правды, однако более поздние открытия дают повод усомниться в таком варианте.
— Разве можно сравнивать великого Рифаа со мной? — удивился Касем.
Гербу нужно было избавиться от тела до возвращения жены с детьми. Он оттаскивал трупы в лес за домом на одну из «компостных куч». Там он поливал их бензином и сжигал, пытаясь избавиться от улик. Не всегда удавалось уничтожить тело полностью, поэтому убийца экспериментировал с разными методами сокрытия своих жутких деяний.
Когда юноша собрался уходить, муаллим напутствовал его:
Несмотря на внешнее благополучие, в семье Баумейстер на самом деле не все было гладко. Герб с женой все больше отдалялись друг от друга. Чем чаще Джули с детьми уезжала на выходные в их домик на озере Ваваси, тем больше у Герба было возможностей предаться своей жуткой страсти.
— Всегда храни подаренный мной амулет. Вечером, сидя в тени скалы Хинд, Касем услышал голос Сакины, звавшей свою овцу. Он вскочил, обогнул скалу и увидел служанку: она стояла возле овцы, гладя ее шерсть. Поздоровавшись, Сакина сказала:
Сегодня, стоя на лужайке фермы Фокс-Холлоу, можно увидеть много домов по соседству. Но в начале 1990-х гг. этот район был мало населен. Позади дома сразу же начинался лес, скрывая его от взглядов. Ферма была настолько изолированной, что Гербу не стоило большого труда скрыть преступления.
— Я иду по делу в Даррасу и решила сократить путь, пройдя здесь.
Герб всегда был эмоционально неустойчив, и со временем ситуация ухудшилась. Он начал совершать ошибку за ошибкой. Если бы он более тщательно прятал трупы и другие улики, то мог бы избежать разоблачения еще долгие месяцы, если не годы. Надеялся ли он, что никому не придет в голову забраться в лес за его домом? Или он подсознательно хотел быть пойманным, чтобы довести тайну своей жизни до логического конца?
— Но сегодня в пустыне очень жарко!
Как бы то ни было, ситуация начала выходить из-под контроля. Герб допустил ошибку, оставив в живых одну из своих жертв – юношу, известного под именем Том Харрис. Харрис сумел сбежать из Фокс-Холлоу и направился в полицию, где заявил, что был дома у убийцы и едва спасся.
— Поэтому я и хочу немного отдохнуть в тени скалы, — с улыбкой проговорила Сакина.
Они сели рядышком там, где лежал посох Касема, и Сакина продолжила разговор:
Шланг, которым Герб Баумейстер душил своих жертв, до сих пор висит у бассейна на ферме Фокс-Холлоу
— Вчера, когда ты спас честь улицы, я поняла, что твоя мать молилась за тебя перед смертью.
— А ты не хочешь помолиться за меня? — улыбнулся Касем.
Сакина лукаво подмигнула.
Обычно Герб выискивал молодых людей, которых вряд ли хватятся в случае исчезновения. Но чутье подвело его. Он убил юношу, чья мать очень беспокоилась о нем и даже наняла частного детектива по имени Верджил Вандагрифф, чтобы найти пропавшего сына. Вандагрифф, бывший полицейский с большим опытом, быстро понял, что в последние годы в гей-сообществе Индианаполиса бесследно пропал не один человек. При этом все пропавшие были похожи внешне и по образу жизни. Детектив начал подозревать, что эти пропажи – дело рук серийного убийцы.
Когда Вандагрифф встретился с Харрисом, два кусочка пазла сложились. Вандагрифф внимательно выслушал историю спасшегося, делая заметки для себя. Постепенно у него начал вырисовываться образ человека по имени Брайан Смарт.
— За таких, как ты, молятся благородные женщины.
— Кому нужен пастух?!
Вандагрифф насторожился, когда Харрис упомянул о том, что его отвезли в поместье под названием «какая-то там ферма», которое он уже видел на самодельном деревянном указателе в конце очень длинной дороги. Далее Харрис рассказал, что в процессе сексуальных утех Смарт почти задушил его и ему удалось спастись только благодаря тому, что он притворился мертвым и обмяк в руках убийцы.
— Пути Господни неисповедимы! А ты сейчас сравнялся с футуввами, не пролив ни капли крови.
Потом он якобы уговорил Смарта отвезти его домой. Если все это было правдой, то Тони Харрис, вероятно, был единственным человеком, вырвавшимся из лап маньяка, которого потом назвали Душителем с трассы I-70.
— Клянусь, твоя речь слаще меда!
Вандагрифф, бывший полицейский с большим опытом, быстро понял, что в последние годы в гей-сообществе Индианаполиса бесследно пропал не один человек.
Подняв на юношу свои выцветшие глаза, женщина спросила:
— Хочешь, я укажу тебе путь?
В те времена еще не существовало Google-карт или чего-то подобного, поэтому Харрис просто начал ездить по дорогам. Он лишь смутно помнил район, куда отвез его Смарт, – где-то на севере от города – и резной деревянный знак. Вандагрифф занимался примерно тем же самым, твердо решив разгадать загадку, которая все больше походила в его глазах на серию связанных убийств.
— Да! — взволнованно проговорил Касем.
Местный отдел полиции тоже включился в дело. Под руководством детектива Мэри Уилсон отряд полицейских под прикрытием стал посещать гей-бары и прочие злачные места Индианаполиса. Но шли месяцы, а им так и не удалось найти никого подходящего под описание Брайана Смарта.
— Попытай счастья, посватайся к нашей госпоже! Касем не поверил своим ушам.
Но в конце концов их терпение было вознаграждено. Смарт появился в том же баре, что и Том Харрис. Они мило поболтали, как старые друзья, но Харрис на этот раз отказался поехать с ним. Однако он запомнил номер его машины.
— О ком ты говоришь, Сакина?
Этого прорыва и ждала детектив Уилсон. По номеру быстро установили личность хозяина авто – Герберта Ричарда Баумейстера, жившего в Уэстфилде к северу от Индианаполиса. Его поместье называлось фермой Фокс-Холлоу. Брайана Смарта разоблачили.
— Не притворяйся, что не знаешь! В нашем квартале только одна госпожа.
— Госпожа Камар?!
Ничем не примечательный Баумейстер нередко назывался Брайаном Смартом. Его настоящую личность смогли установить по номеру машины
— А кто же еще?
Дрожащим голосом Касем проговорил:
— Ее муж был знатным человеком, а я всего лишь пастух.
Когда детектив Уилсон приехала к нему, Герб Баумейстер не пожелал сотрудничать. Он не позволил полиции осмотреть дом без ордера. Джули, жена Герба, поддержала его. Но ордер получить не удалось, и расследование на время застопорилось.
— Но если судьба улыбнется, ее улыбка осветит все вокруг.
Однако у Джули Баумейстер были причины сомневаться в уверениях мужа о том, что все в порядке. Она не могла забыть странного случая, произошедшего годом ранее, когда их сын нашел в лесу за домом нечто очень похожее на человеческий череп. Пойдя за ним, Джули обнаружила и другие кости, разбросанные по земле.
— А ее не разгневает мое сватовство?
Поднимаясь с места, Сакина наставительно проговорила:
Когда муж вернулся домой, она тут же спросила его об этом. Герб беззаботно отмахнулся от нее и заявил, что это просто старый учебный скелет, оставшийся с тех времен, когда его отец учился на врача. Не волнуйся, сказал он ей, но она вспомнила об этом теперь, когда к ним пришла полиция.
— Никто не знает, что обрадует женщину, а что рассердит. Положись на Аллаха! Ну, будь здоров!
В последующие полгода заметно усилилась психическая неуравновешенность Герба, его семейная жизнь тоже дала трещину. Чувствуя, что кольцо вокруг него сжимается, он становился все более отчаянным и непредсказуемым. В конце концов Джули изменила свое решение и позволила детективам устроить обыск на ферме. То, что они обнаружили, оказалось поистине ужасным.
Касем поднял голову к небу и зажмурил глаза, как в сладком сне.
Первые кости были найдены буквально в нескольких метрах от края леса за домом. Мэри Уилсон с коллегами сразу же поняла, что это не кости животных. От многих остались только обломки, но было ясно, что они принадлежали людям. Большинство костей были обугленными и раздробленными. По всей видимости, убийца пытался, пусть и не слишком успешно, избавиться от улик. Чем дальше в лес углублялись полицейские, тем больше он напоминал склеп. Один из полицейских буквально споткнулся о разложившуюся человеческую ногу.
68
Детектив Уилсон и сержант Кен Уизман пригласили судмедэкспертов для подтверждения своих подозрений относительно останков. Но костей и их фрагментов было так много, что пришлось вызвать на помощь целую армию оперативников. В конечном итоге они собрали не одну тысячу частей скелетов – от малюсеньких кусочков меньше ногтя до целых костей.
Сидя после ужина вокруг еще не убранной таблийи, дядюшка Закария, его жена и сын Хасан в замешательстве смотрели на Касема. Качая головой, Закария говорил:
На это ушла не одна неделя физически и морально тяжелой работы. Когда казалось, что все уже закончено, обнаружилась новая страшная находка. Вдоль границы фермы Фокс-Холлоу с соседним поместьем шла дренажная канава, залитая водой. В ней тоже лежали кости. Только теперь следователи начали осознавать масштаб произошедшего. Помимо костей, эксперты обнаружили наручники. Все улики указывали на одного человека – Герба Баумейстера.
— Ты плетешь какую-то несусветицу. Я всегда считал тебя человеком умным и достойным, несмотря на бедность. Неужели у тебя помутился рассудок?
Прекрасно понимая, что найдет полиция в лесу за домом, Герб был вынужден признать, что игра окончена. Взяв с собой минимум необходимых вещей, он помчался к канадской границе. Спустя сутки беглец остановился под каким-то мостом, чтобы вздремнуть, но его разбудил постучавший в окно машины полицейский.
Жена Закарии во все глаза разглядывала юношу, любопытствуя узнать, что же произошло.
— Со мной разговаривала ее служанка, и разговор этот подал мне надежду, — объяснил Касем.
Говорят, что Герб любил снимать свои сексуальные забавы и последующие убийства на видео. Но это так и не было доказано. Когда канадский офицер взглянул на заднее сиденье машины Герба, он увидел коробку с видеокассетами. Однако эти кассеты так и не нашли. В подвале фермы Фокс-Холлоу также было большое количество кассет. Изъявшие их полицейские пересмотрели записи, но не нашли в них состава преступления. Оказалось, что Герб был фанатом сериалов, и на большинстве кассет были просто записаны эпизоды сериалов вроде «Далласа» и «Династии».
— Служанка?! — вырвалось у тетки, которая глазами умоляла Касема продолжать.
Дядюшка растерянно усмехнулся и недоверчиво заметил:
Я был на заднем дворе фермы Фокс-Холлоу, где Баумейстер закапывал тела своих жертв. Он называл эти места просто «компостными кучами»
— Быть может, ты ее не так понял?
Касем ровным голосом, скрывавшим волнение, ответил:
Весь следующий день Герб снова провел за рулем в поисках подходящего места. Найдя его на уединенном пляже на берегу озера Гурон, он устроил своего рода прощальный ужин – съел любимый бутерброд с арахисовым маслом. После этого он написал предсмертную записку. Однако, до конца оставаясь трусом, Герб не признался в убийствах, а лишь заявил, что решил покончить с собой из-за рухнувшего брака и безвыходной финансовой ситуации. Впрочем, один намек на них все же был. Письмо было подписано «Тот самый Герберт Баумейстер».
— Я понял правильно, дядя! Тут тетка не выдержала:
После этого Герб приставил револьвер к виску и застрелился. Ужасам, которые он творил, пришел конец, но полный масштаб его преступлений до сих пор остается неизвестным.
— Так оно и есть! Если служанка сказала, значит, и госпожа говорила.
Герберта Баумейстера так и не обвинили в убийствах на ферме Фокс-Холлоу. Из-за сильного разрушения костей из них невозможно было извлечь ДНК для убедительного доказательства его вины. Если бы Герб решил остаться в живых и все отрицать, его также могли так и не признать виновным. Он мог бы заявить, что понятия не имеет о том, как эти останки оказались на территории его поместья. Даже свидетельства Тони Харриса вряд ли хватило бы, чтобы упечь его за решетку.
— Наш Касем — всем мужчинам мужчина! воскликнул Хасан, гордясь любимым братом.
А Закария, качая головой, бормотал себе иод нос: «Вот тебе и «Горячий батат!»
Некоторые удивляются, как жена Герба могла не подозревать о том, что творилось в ее доме, и не представлять, каким чудовищем на самом деле был ее муж. Конечно, что-то можно было заметить, но для этого нужно было приглядываться. Джули видела своего мужа обнаженным всего лишь несколько раз за все время их брака и говорила, что у них не было сексуальной жизни как таковой. Герб делал все, чтобы его не видели голым, возможно из-за нежелания демонстрировать свою тщедушность. Многие подозревают в чем-то своих супругов, но обычно подобные подозрения касаются измен, а не убийств.
— Но у тебя нет ни миллима! — обратился он к Касему.
После того как стало известно о жутких находках в Фокс-Холлоу, правоохранительные органы подняли ряд старых нераскрытых дел. Особый интерес полицейских вызвала серия более давних убийств, произошедших на трассе I-70 в Огайо в конце 1980-х гг. Там нашли тела девяти обнаженных или частично раздетых молодых мужчин. В ходе расследования выяснилось, что по времени находки совпали с периодом, когда Герб Баумейстер ездил по этой дороге «по делам». Причастность Баумейстера к этим убийствам так и не была доказана, но если их действительно совершал он, то на его счету вдвое больше жизней, чем считали изначально.
— Но он пасет ее овцу, возразила жена, так что ей должно быть об этом известно. — И засмеявшись, добавила: — Дай слово, Касем, что в погоне за счастьем ты не принесешь в жертву овец.
— Бакалейщик Увейс приходится дядей госпоже Ка-мар, — в раздумье проговорил Хасан. Он самый богатый человек в нашем квартале и станет нашим родственником, как и Саварис. Чего еще можно желать?!
Симпатичный дом фермы Фокс-Холлоу в псевдотюдоровском стиле разительно контрастирует с теми ужасами, которые происходили в нем
— Госпожа Камар через ее покойного мужа состоит в родстве с Аминой— ханум, женой управляющего, — вспомнила его мать.
— Это только осложняет дело, — забеспокоился Касем. Вдруг дядюшка Закария, поняв, что сулит его семье столь высокое родство, с неожиданной решимостью заявил: — Ты, Касем, так же разумен, как в тот день, когда обокрали обойщика. Ты смелый и мудрый человек. Мы вместе пойдем к госпоже узнать ее мнение, а потом уж навестим Увейса. Если же мы сначала заговорим об этом деле с ним, он отправит нас в больницу для умалишенных! Так они и поступили. Поэтому через несколько дней бакалейщик Увейс, беспокойно теребя густые усы, сидел в гостиной Камар и ожидал, когда она наконец выйдет. Она появилась, одетая в скромное платье, с темным платком на голове. Вежливо поздоровавшись с дядей, села. В глазах ее были написаны спокойствие и решимость.
— Я ничего не могу понять, доченька, — начал Увейс, — вчера ты отказала управителю моих дел Мурси под предлогом, что он тебе неровня, а сегодня выбираешь простого пастуха!
Щеки Камар зарделись от смущения, но она сказала:
Кроме того, это означает, что первое убийство, совершенное Гербом в Фокс-Холлоу, не было случайно зашедшей слишком далеко сексуальной игрой. Душитель с трассы I-70, скорее всего, убивал своих жертв на пустынных участках дороги, в сельских районах. Если за этими убийствами действительно стоял Герб, значит, он пользовался возможностью предаться однополому сексу с последующим убийством вдали от глаз жены.
— Он бедный человек, дядя, это верно, но, спроси любого в нашем квартале, все скажут, что он честен и добр.
Убийство на людях – всегда рискованное дело. Как бы тщательно ни готовился убийца, какие бы меры предосторожности ни предпринимал, шансы попасться все равно высоки. Тем не менее большинство маньяков чувствуют непреодолимую тягу к убийству, и им как будто плевать, что их могут поймать. При этом многие предпочитают заманивать жертв в безопасное для себя место, где они могут подготовиться ко всему заранее.
— Правильно, и слуга может быть честным и добрым, но равенство в браке — совсем другое дело.
— Тогда покажи мне хоть одного человека, который был бы так же воспитан, как он! Или хотя бы одного, кто не похвалялся бы своим жульничеством, подлостью, жестокостью?!
Убийства на трассе I-70 прекратились так же внезапно, как и начались, – всего за несколько месяцев до того, как семья Баумейстер поселилась на ферме Фокс-Холлоу.
Увейс чуть было не дал волю гневу, но вовремя вспомнил, что разговаривает не просто с дочерью своего брата, но с женщиной, чьи немалые капиталы вложены в его торговые дела. Поэтому он проговорил умоляюще:
— Камар, если бы ты захотела, я выдал бы тебя за любого из футувв нашей улицы. Сам Лахита был бы рад иметь тебя одной из своих жен!
Иэн Брейди и Майра Хиндли – Убийцы с болот
— Не люблю я футувв! Мне не нравятся такие люди! Мой отец, как и ты, был добрым человеком, но он был суров с теми, кто жил нечестно, и я унаследовала его нелюбовь к ним. А Касем — воспитанный человек. Ему не хватает лишь денег, зато у меня их достаточно!
Увейс вздохнул, затем окинул Камар долгим взглядом и сказал, делая последнюю попытку:
Если считать Фреда и Розмари Уэст, владельцев печально известного Дома ужасов на улице Кромвеля, самой злобной и извращенной парой убийц в человеческой истории, то Иэн Брейди и Майра Хиндли, так называемые Убийцы с болот, вполне заслуженно займут второе место.
— Аминаханум, жена управляющего, просила сказать тебе, чтобы ты опомнилась, пока не поздно. Она не хочет, чтобы ты совершила поступок, который сделает тебя притчей во языцех всей улицы.
Все убийства ужасны, но есть что-то особенно порочное и отвратительное в убийствах детей. Дети – по-настоящему невинные жертвы, поэтому нам кажется невероятно трагичным, когда ребенок попадает в лапы серийного убийцы или пары убийц.
— Меня не касаются приказы ханум, — с горячностью воскликнула Камар, — она, наверное, не знает, кого на нашей улице поступки их уже сделали притчей во языцех!
Всего за два с небольшим года Убийцы с болот заманили, замучили и убили пятерых детей. Даже сейчас, спустя несколько лет после смерти Брейди и Хиндли, их имена вызывают отвращение и ненависть у жителей Соединенного Королевства. Майру Хиндли даже называют «самой жестокой женщиной Великобритании».
— О дочь моего брата! Она желает сохранить твою честь!
Иэн Стюарт (тогда еще не Брейди) родился в Глазго в 1938 г., его матерью была официантка, а имя отца доподлинно неизвестно. Но мальчик не остался с матерью надолго. Она не могла прокормить его на свой скудный доход, поэтому отдала на воспитание местной паре по фамилии Слоун. Мать регулярно навещала его, но именно Слоуны стали настоящей семьей для мальчика, и он с удовольствием согласился взять их фамилию. Нет никаких свидетельств о том, что Иэн Слоун в детстве подвергался эмоциональному или физическому насилию, так что можно предполагать, что причина совершенных им впоследствии ужасных преступлений кроется не в воспитании, а в самой природе этого человека.
— Дядя! Не верь, что она заботится или хотя бы помнит о нас. Прошло уже десять лет после смерти мужа, а она ни разу не спросила обо мне!
Явно смущенный этими словами, Увейс запнулся, но все же продолжал:
Известно, что юный Слоун мучил животных – факт, встречающийся в биографии многих серийных убийц. Фрэнк Флэнаган, живший по соседству, рассказывал, что будущий Брейди как-то раз выбросил кошку из чердачного окна, а другую закопал живьем, чтобы посмотреть, как долго она протянет без воздуха. (К счастью, Флэнаган спас эту кошку.) Сам Брейди в книге Алана Китли «Иэн Брейди: Нерассказанная история убийств на болотах» отрицает эту и другие истории о жестоком обращении с животными. Китли был доверенным лицом Брейди в последние годы жизни и посещал его в тюрьме. Заявления Брейди, сделанные во время этих разговоров, помогают понять его образ мыслей, однако не стоит забывать, что он мог солгать не задумываясь. Кроме того, он был умелым манипулятором, и книга Китли создает впечатление, что Брейди намеренно старался произвести определенное впечатление.
— Она говорит еще, что неразумно женщине выходить замуж за мужчину, который неровня ей, да к тому же посещает ее дом, хотя бы и по делу. Лицо Камар побелело от гнева.
— Пусть у нее отсохнет язык! Я родилась, выросла, вышла замуж и овдовела на этой улице. Меня тут все знают, и репутация моя безупречна!
В юности Брейди обожал фильмы ужасов и ходил на них так часто, что заслужил прозвище Дракула. Следует заметить, хотя это и не вписывается в классический образ маньяка, что он любил не только ужасы и жестокие триллеры, а, как заядлый киноман, с удовольствием смотрел и классику вроде «Касабланки».
— Конечно, доченька, конечно! Аминаханум лишь предостерегала, что так могут сказать.
Мать Иэна в конце концов вышла замуж за Патрика Брейди, и юноша взял его фамилию. Ни мать, ни отчим не подозревали, во что постепенно превращается их сын.
— Оставим ханум в покое, дядя! К чему портить из-за нее нервы? Я сообщила тебе, поскольку ты мой дядя, что я решила стать женой Касема. И хочу, чтобы этот брак совершился с твоего одобрения и в твоем присутствии.
Увейс помолчал, размышляя. Ему нечего было возразить, а сердить ее ему не хотелось из боязни, что Камар изымет свой капитал из его торговли. Поэтому он глядел себе под ноги в смущении и печали. Открыл было рот, собираясь что— то сказать, но так и не произнес ничего внятного. А Камар продолжала смотреть на него с непоколебимой решимостью.
По мере взросления у Брейди появился интерес к философии Фридриха Ницше и к некоторым аспектам нацизма – в первую очередь его привлекала не сама идеология, а способность Адольфа Гитлера завладевать вниманием аудитории и внушать ей свои мысли. Иэн не был идиотом – на самом деле уровень его интеллекта превышал средний, – но довольно рано стало понятно, что он не станет добропорядочным гражданином. Ему еще не исполнилось 16, когда он оказался замешан в ряде мелких краж.
69
Хотя, конечно, кражи – это не насильственное преступление, но склонность к агрессии у Брейди проявлялась с детства. Его друзья были фактически малолетней бандой, временами устраивавшей потасовки с другими такими же. Горбалз – район Глазго, где они собирались, – был суровым и безжалостным местом. Во время одной из драк Брейди ударил мальчишку по лицу тяжелой дубинкой, и это вскружило ему голову, вызвало восторг. С тех пор он практически никогда не выходил из дома без какого-нибудь самодельного оружия.
Дядюшка Закария одолжил своему племяннику несколько фунтов, чтобы тот смог купить необходимое к свадьбе. При этом он сказал:
— Я бы дал тебе больше, если бы мог, ведь твой отец, мой родной брат, очень помог мне в день свадьбы.
В юности Брейди увлекся идеями немецкого философа Фридриха Ницше, а также Гитлера
На полученные деньги Касем купил себе новую галабею и белье, ярко расшитую головную повязку, желтые сапоги, бамбуковую трость и хорошего нюхательного табаку. Рано утром, в день свадьбы, Касем отправился в баню, где он сначала парился и нырял в бассейн, потом отдал себя в руки массажиста, снова парился и мылся, после чего отдыхал в комнате для раздевания, пил чай и мечтал о близком счастье.
Его жестокость была направлена не только на соперников-мальчишек. Узнав о том, что его девушка встречается с другим, разозленный Брейди пригрозил ей ножом.
Камар взяла на себя подготовку к свадьбе: на крыше своего дома с помощью приглашенной ею женщины, имевшей большой опыт в устройстве свадеб, она приготовила все для приема гостей и пригласила также искусного повара. Во дворе был раскинут шатер, где перед приглашенными должен был выступать певец.
Много лет спустя Иэн Брейди стал утверждать, что окончательно встал на путь тьмы после смерти любимой собаки. Этот случай, говорил он, убедил его в том, что Бога не существует. Сложите это заключение с философией Ницше, и вы поймете, откуда берет начало нигилизм в его взглядах.
На свадьбу пришли родные и друзья Касема и жители его квартала во главе с муаллимом Саварисом. И началось веселье. Из рук в руки передавались стаканы с пивом и кальяны, число которых достигало двадцати, так что через некоторое время густое облако ароматного дыма окутало всех присутствующих. Слышались здравицы в честь новобрачных, раздавался смех, звучали веселые голоса.
Дядюшка Закария, которому вино ударило в голову, расхвастался:
Попав в исправительное учреждение для несовершеннолетних за воровство, Брейди пристрастился к чтению. Но вместо того чтобы использовать заключение как возможность для исправления, Брейди лишь катился вниз по наклонной, например доставал где-то виски и напивался. Один из подобных инцидентов привлек внимание начальника тюрьмы, и Брейди перевели в учреждение с усиленной охраной. Там он начал изучать философию и проводить все больше времени за книгами. Ему очень нравились книги Федора Достоевского, особенно рассуждения автора о лишении свободы и несправедливости. В свободное от размышлений о главных вопросах бытия время Брейди изучал бухгалтерское дело.
— Наша семья благородная, она принадлежит к древнему роду!