— Это уже серьезное обвинение. Одно могу сказать, что у нас пропал контейнер с алмазной пылью.

— Так, а ею можно отравить человека?

— По технике безопасности все отходы алмазной обработки необходимо собирать, вот у нас для этого и существуют металлические цилиндры с крышками. В древности, измельченный до порошка алмаз, использовали в качестве яда.

— Осталось узнать, кто это знал и взял контейнер, и понятно, что взял его Марк и всыпал в торт. Я узнавала, все продукты на столе были куплены в престижном универсаме в герметичной упаковке. Торт из того универсама, но у торта упаковка легко открывается и закрывается, а белая присыпка из кокосового порошка блестит, и алмазный порошок с ней легко может объединиться.

— Молодец, Марианна, красиво говоришь! Жаль, что это не твоя профессия. Если бы это сделал Марк, то он бы отравил Майкла, поскольку тот Марку вместо алмазов подсунул топазы.

— Теперь все понятно! — воскликнула Марианна и отключила мобильный телефон.



Агнесса села за свой стол и вспомнила свое первое свидание с Майклом. Среди монолитных домов мелькали золотисто-бордовые листья кленов. Бриллианты света пронизывали полыхающие красками листья осени. Осеннее солнце прогрело землю перед снегом. Вечные травы еще грелись под солнцем, а она открыла осеннюю охоту. Черно-белая кожаная куртка подчеркивала ее неоднозначность. Черно-белая сумка подчеркивала куртку. Белая часть куртки выгодно оттеняла ее конский хвост. Черная часть куртки встречалась с черными кожаными брюками.

Белая машина Агнессы медленно проезжала мимо черных автомобилей. Она внимательно осматривала проезжающие автомобили, в надежде встретить своего кумира молодого бабьего лета. Запах духов вырывался из ее машины в бензиновые пары автострады. В одной из пробок рядом с белой машиной остановилась черная машина с мужчиной за рулем. Взгляды двух охотников встретились и они поняли, что нашли друг друга на это золотистое бабье лето.

Две машины поехали дальше вместе. Недовольные машины объезжали их. Автомобили словно слиплись, получилась машина — катамаран на дороге. Молодой человек и девушка держались за руки. Одна машина была с правым рулем, а вторая с левым. Они держали свои рули и разговаривали одновременно. Его звали Майкл, он тоже открыл свою осеннюю охоту на приключения. Молодой человек был в вишневом кожаном пиджаке в цвет листьев клена и черных кожаных брюках. Общим у пары был только цвет брюк, но этого очень мало для удачной охоты.

Встретились два охотника на автостраде, а где же дичь? Две машины заехали на автомобильную стоянку, словно их склеили. Они вышли навстречу друг другу и о, ужас! Майкла оказался на пол головы ниже Агнессы, размер его туловища от талии до головы был таким, как у нее, но ее ноги были значительно длиннее. Глаза их удивленно округлись. Они сели в свои машины, но машины не разъезжались. Они поехали одновременно, с одной скоростью, а это очень трудно в оживленном осеннем городе, когда перед зимней спячкой вылезли все машины — медведи. Они сдались и остановились на очередной автомобильной стоянке, куда смогли заехать два автомобиля одновременно.

Майкл уже четко знал, что не хочет продолжать охоту на девушку из автомобиля, но думал, что хочет. Знал одно, а думал другое.

Агнесса думала, что этот молодой человек, очень похожий на большого человека, ей не подходит, но твердо знала, что подходит. Они вновь вышли из своих машин, зная, что друг другу они абсолютно не подходят по стоячему росту, а подходят только по сидячему росту.

— Что будем делать? — спросил Майкл, играя перстнем перед глазами молодой девушки.

— Оставим машины и уедем на такси, — спокойно ответила Агнесса, показывая крупную бриллиантовую брошь на лацкане куртки.

— Уедем в разные стороны? — уточнил Майкл, не отрывая глаз от алмазной брошки.

— По своим домам, — неожиданно злобно ответила девушка, запахивая курточку, дабы прикрыть прелесть открытой груди.

Майкл блеснул перстнем с черным алмазом, доставая сотовый телефон.

А вот и дичь!

Они вновь изменили мнение друг о друге и решили, что можно продолжать охоту на такие блестящие камни.

Марк вызвал два такси. Но о, ужас и два такси слиплись в одно… Водители автомобилей пришли в полное замешательство, а Майкл нервно рассмеялись. Водители других машин стояли у четырех машин, а точнее двух автомобильных катамаранов и не знали, что делать. Он вызвал аварийную машину, но приехали две машины и слиплись.

Агнесса решила проблему просто, из багажника своей машины она вынула черные туфли без каблуков. Рост ее значительно снизился. Они вместе пошли пешком через золотистую осень, куда глаза глядят. Они шли по осеннему парку и смеялись. Она посмотрела вблизи на черный алмаз, но он показался ей фальшивым. Он посмотрел на брошь, и подумал, что это бижутерия. Но дичь их уже не волновала! Осеннее солнце светило в глаза, а рост их был одинаковый. Они улыбнулись друг другу и слиплись в поцелуе.

Долго ли они стояли, соединенные одним продолжительным поцелуем? Совсем нет. Машины так и стояли на стоянке спаренные, и никто их не мог разъединить и эвакуировать, так как эвакуаторы могли поднять только одну машину. Никто не мог разобрать машины на запчасти, ведь тот, кто к ним подходил сам приклеивался и засыпал. Страшное зрелище находилось внутри города. Власти приняли решение сделать крышу над машинами и оградить это непонятное место от Людей, птиц и животных. На этом Агнесса проснулась.



Джек лежал на спине, его колени были согнуты, на них лежал ноутбук и одним краем упирался в живот. Его мучили смутные сомнения по поводу того, можно ли вернуть героя в жизнь очередной истории, если в предыдущей истории он погиб по разным причинам, составляющих суровую нить повествования? Но, если он погиб в прошлой жизни, то пусть он живет в другой жизни. Может другая история происходит в другое время, и герой имеет право вновь появиться? И потом, актеры не любят играть умирающих актеров, поскольку это психологически плохо на них действует, но если герой, как переходящее знамя истории остается живым, так может его и играть можно?

Что главное для сочинителя? Главное сделать ноги от известности и популярности. Косвенная известность, если ее автор выносит — допустима, но прямая популярность, если она не предназначена для получения денег, вообще не нужна. Если автора хвалят, то чаще для того, чтобы зависнуть крепко в его коммах для увеличения личной популярности. Если ругают, то для потопления ближайших конкурентов. К чему песня? В сети снизошли до сетевого автора. Вникните, господа сочинители! Всемогущая сеть дошла до того момента, когда авторы известные в сети, могут стать объектом для общего обсуждения. Актеры и певцы, которых уже со всех сторон обгрызли словами, не давали подписку на то, что их будут третировать в сети по любому поводу. Результат? Чище стала главная страница сайта, и остальных литературных сайтов, испугались господа авторы и покинули блок пост известности. Не за горами то время, когда тысячи неизвестных авторов тонкой струйкой попадут на главное чистилище — на главную страницу сети. Для чего человек пишет? Для того чтобы отвести душу и очистить голову от назойливых мыслей.

Публикации в сети для этого более чем достаточно. Кто хочет опубликоваться на бумаге, должен иметь деньги и бронированную нервную систему. При публикации в бумаге автор теряет личную индивидуальность. Его творчество исправляют до такой степени, что автор теряет чувство реальности. В его душе появляется устойчивая ненависть к тем, кто его тексты исправил, снимая с него часть ответственности. Если тексты не правят за автором, то они неизбежно становятся болотом. Чтобы стать популярным автором, надо хорошо поссорить деньгами для личной рекламы. А оно надо? Современные книжные магазины угнетают затоваренностью. Ваши книги оставят под потолок, и никто их не увидит. Книги современных классиков так многочисленны, что вызывают ужас своим количеством. Книги авторов, в которые автор вложил тьму денег на издание и на рекламу, поражают своей не дееспособностью. Авторы, живите долго и счастливо, главное обдумывайте свою популярность заблаговременно.

Он пытался писать лежа. О чем? Скорее о ком. Была в его жизни платоническая любовь по имени Агнесса. Он посмотрел в окно: белесое небо ответило ему полным спокойствием. Да и он был спокоен. Его любовь, проверенная временем, никогда не имела физического завершения. Это было тогда, когда не было компьютеров и сотовых телефонов. Ему захотелось создать повесть о той, которая постоянно попадала в его поле зрения, но никогда его не любила. Он всю сознательную жизнь работал домашним детективом этой женщины. Его она не замечала, даже тогда, когда он был рядом. Джек увидел Агнессу в окно агентства, расположенного рядом с ювелирным магазином, где он был негласным охранником. Из его окна был виден вход в магазин, за которым он невольно наблюдал. Он увидел молодую особу в белой шубке, с красным длинным шарфом, завязанным под воротником. Концы шарфа совпадали с длиной шубки. На руках у нее были красны варежки, а на голове был — белый берет с красным помпоном. Столь яркая девушка заставила его подняться с места и выйти на улицу.

Снег летел и кружился. Легкие изящные снежинки танцевали свой снежный танец. Они спокойно цеплялись за темно — зеленые иголки елей и сосен. Иголки не удерживали снежинок, и они, срываясь с иголок, летели на землю. В кирпичной башне, расположенной рядом с сосновым бором, разместился магазин «Серебряное копытце». Джек вошел в магазин. Свет дневных ламп освещал маленькие блестящие камни на кольцах и сережках. Девушка стояла у витрины с золотыми украшениями, ее неудержимо притягивали к себе прозрачные сверкающие камни в золотом оформление. Агнесса попросила продавца показать сережки с бриллиантами. Хрустальные грани сверкали на ее ладони так близко и призрачно, что она невольно приложила их к мочке уха, и посмотрела в зеркало. Прозрачные грани, переливаясь в лучах света ламп, вызвали у Джека странное чувство, о том, что он знает, как можно найти в этом мире бриллианты. В его доме никогда не было бриллиантов, но когда он о них читал в книгах или смотрел фильмы с погоней в поисках бриллиантов, ему всегда казалось, что он все знает раньше любого героя. Он очень любил детективы с алмазами, другие камни его не привлекали. Девушка на секунду задумалась, и тут же вернула сережки с маленькими бриллиантами продавцу. Денег у нее хватило на сережки — гвоздики с красным камнем, турмалином, которые напоминали ей ягоды рябины. Джек и не сомневался тогда, что она купит красные камни под цвет шарфа и помпона.



Через несколько дней Джек вновь увидел очаровательное создание. У него появилась жгучее желание с ней познакомиться, но он упустил свой первый шанс.

Легкий снег искрился в лучах уличного фонаря. Агнесса крутилась на одной ножке вместе со снежинками, как ножка сережки в ее ухе, когда она проверяла, на месте ли она. Ее светлая шубка в снежинках превратилась в сверкающее чудо. Рядом с девушкой остановился Марк. Девушка удивленно посмотрела на него. Он был в темном коротком пальто, с пушистым шарфом на шее.

— Спасибо за фотографию с рябиной у губ, — промолвила смущенно девушка, вспоминая молодого человека, которого она встречала один раз.

Не все умела Агнесса: она плохо ориентировалась по компасу. Как-то ее пригласили участвовать в соревнованиях по ориентированию по пересеченной местности на лыжах. Идти на лыжах одно удовольствие, но держать ориентир, и выяснять с какой стороны у деревьев мох растет — это не по ее части. Она могла запросто в лесу заблудиться. Девушка могла запоминать ориентиры на лыжне, но поставить ориентир на карте она не могла. Тормозило ее что-то. В результате Агнесса почувствовала, что проигрывает соревнования по ориентированию из-за своей неумелости.

Господин случай ей помог. По лыжне шел самый обыкновенный чайник на старых лыжах с убогими палками в руках. На нем был застиранный костюм зеленого цвета. Шапочка неопределенного цвета закрывала лоб. Ничего красивого во встречном лыжнике не было. И шел он плохо. И выглядел скверно. Агнессе лыжник не понравился, и она растерянно взирала на компас и планшет с картой. Страшилка на лыжах остановился, посмотрел на муки лыжницы. Его глаза мгновенно стали умными, а пальцы без грубых варежек оказались необыкновенно красивыми. Незнакомец поставил нужную точку на карте и рукой показал, где следующий ориентир на местности.

Он сказал странную фразу:

— Девушка, вы остановились на историческом месте: здесь в 1812 году проезжала карета, а в 1941 году по льду проехал танк…

— Простите, но я сейчас участвую в соревнованиях по лыжному ориентированию, — бросила на ходу Агнесса. — Спасибо за точку на карте!

В нужное время, в нужном месте оказался этот человек. Она заняла второе место.

После такой встречи на лыжне, в памяти Агнессы постоянно возникал образ мужчины на лыжне, классного ориентировавшегося в пространстве. Его руки без варежек ее преследовали. Противоречивые чувства вызвал в душе странный лыжник. В городской газете появился портрет Агнессы с заиндевевшими ресницами, в шапочке, покрытой снегом на фоне заснеженных деревьев. К губам она подносила ветку рябины. Фотография в высшей степени художественная ее обрадовала. Она вновь вспомнила лыжника в зеленом костюме, который протянул ей ветку с замороженными ягодами рябины, пока смотрел на ее карту. Потом он быстро выхватил из-за пазухи фотоаппарат и сфотографировал ее. Ниточка к тому, чтобы найти фотографа у девушки появилась…

— Всегда, пожалуйста, — улыбнулся молодой человек. — Меня зовут Марк.

— Я знаю ваше имя. А меня зовут Агнесса. Марк, я приглашаю вас на плюшки с чаем.

— Не откажусь.

Они зашли в ближний подъезд, поднялись по ступенькам на четвертый этаж, остановились напротив двери, обитой гвоздиками с большими шляпками. Дверь открыла женщина лет сорока с короткой стрижкой.

— Мама, это Марк! Помнишь мое фото в газете? Он фотографировал, — представила Агнесса молодого человека.

— Приятно познакомиться, — улыбнулась ее мать. — Агнесса, ты ушла к Марианне, а пришла с молодым человеком. Как тебя понимать?

— Я вышла из дома, покружилась среди снежинок, а Марк остановился около меня. Мама, мы посидим у нас дома и никуда не пойдем, — ответила девушка, совсем забыв про подругу. — Марк, снимайте пальто, будем пить чай.

Они сели на стулья с гнутыми спинками, которые стояли вокруг овального стола, покрытого скатертью с вышитыми гладью анютиными глазками. В комнате стоял комплект мебели: полированный сервант с хрустальной посудой, плательный шкаф и телевизор на тумбочке. На большой, плоской тарелке, стоящей на столе, лежали свежие плюшки, обсыпанные сахарной пудрой. Агнесса заварила свежий чай в чайнике, из носика которого висело металлическое ситечко. Крепкий чай она разлила в белые чашки, стоящие на блюдцах. Тепло и уютно стало в небольшой комнате. На экране телевизора мелькали фигуристы. Только сейчас Агнесса посмотрела на Марка: черные густые брови, черные с вишневым отливом волнистые волосы, зачесанные назад; крупные карие глаза, прямой нос, крупные губы, согретые чаем… Марк в ответ посмотрел на Агнессу: русые волосы лежали на плечах, большие серые глаза сияли, ямочка на щеке лучилась от улыбки…

Они не похожи друг на друга, — подумала мама Агнессы.

— Агнесса, кто у нас в гостях? Чья одежда висит в прихожей? — спросил вошедший в квартиру мужчина.

— Папа, я познакомилась с Марком.

Мужчина разделся, вымыл руки, переоделся и зашел в комнату.

— Здравствуйте, Марк! Я — отец Агнессы.

— Добрый вечер! Извините, за вечернее вторжение, — Марк пожал протянутую ему руку.

— Смотри, Марк, нашу Агнессу не обижай.

— Не обижу, — ответил Марк, и потянул руку за следующей плюшкой.

— Мать, давай что-нибудь посерьезней, чем эти плюшки. И Марк с нами поест, а водочки не держим. Не положено. И пивком редко балуемся.

— Да и я не пью. Работа моя точности требует: я — шлифовщик. А фотографии — это мое хобби, — сказал, как отчеканил гость.

— Это хорошо, что не пьешь. Рабочие, хорошие рабочие никогда не пьют водку.

— Марк, идемте ко мне в комнату, — вторглась в разговор Агнесса и встала.

Они ушли в комнату девушки. Дверь за ними закрылась.

— Мать, а парень-то хорош! — воскликнул отец Агнессы и сел за стол.

— Твоя, правда, отец. И мне понравился этот парень. У Агнессы глаза сияют. Я чувствую, что с этим парнем у нее надолго роман затянется.

В комнате Агнессы обои и шторы были в белых и розоватых тонах. Здесь все было чисто, опрятно, спокойно. Марк сел в кресло, положил руки на деревянные подлокотники. Рядом с ним стоял овальный журнальный столик, выполненный из полированного дерева. На столике лежала вышитая салфетка, на которой стояла хрустальная цветочная ваза.

— Знаешь, Агнесса, тебе не хватает бриллиантов в ушах, — заметил молодой человек.

— Марк, вы шутите? Зачем мне бриллианты? Мне и турмалина достаточно! Я эти сережки совсем недавно купила в магазине «Серебряное копытце». Я попросила продавца показать мне сережки с бриллиантами. И невольно приложила их к мочке уха. Я посмотрела в зеркало: алмазные грани, переливаясь в лучах света ламп, вызвали у меня странное чувство, о том, что я знаю, как можно найти в этом мире бриллианты.

— Агнесса, так тебе нравятся бриллианты?! Так это же замечательно! Мне они тоже нравятся! — обрадовано прервал ее речь Марк. — А турмалин в твоих ушах похож на ягоды рябины. А я люблю блеск хрусталя и бриллиантов. Люблю, когда стекла сверкают, — мечтательно проговорил Марк.

— Я включу музыку. У меня есть новый диск с песнями. Я уже почти все песни с него знаю.

— Ты поешь песни под диски? Интересно, я никогда не подпевал певцам.

— А почему нет? Мне еще нравится Диксиленд. Там одна мелодия. А еще у меня есть репродукции картин. Хотите посмотреть?

— Посмотрю. С тобой я и репродукции картин могу посмотреть.

И они стали переворачивать большую книгу с репродукциями картин, на которых были изображены дворцы, квартиры, интерьеры.

— Агнесса, вам подойдут только бриллианты в сережках, — мечтательно сказал Марк. Он смотрел на красочные дворцы в книге и на сережки в ушах Агнессы. Турмалин размером в вишневую косточку, мерцал при вечернем освещении с вишневым оттенком.

— Марк, турмалин безопаснее, но бриллианты — это здорово!

— Вот, ты уже понимаешь меня. Я подарю, тебе Агнесса — бриллиантовый комплект.

— Скажите тоже, — отозвалась девушка, закрыв книгу с репродукциями прошлого.

Так они и говорили, путая, и «ты», и «Вы», и им было хорошо.

— Мне пора уходить, ехать домой далеко. Я был в вашем районе по делу, — поднялся с кресла молодой человек.

— Я вас провожу до двери, — вздохнув, сказала Агнесса.



Агнесса невольно стала отдаляться от подруги Марианны. Отвыкли они друг от друга за последнее время.

Стоило Марианне позвонить, как Агнесса отвечала:

— Марианна, Марк пригласил меня на выставку картин на Крымском валу. Мы вместе с ним обошли Третьяковскую картинную галерею. Мы не поленились и посетили алмазный фонд страны. Мы с ним вместе ходили в театр оперетты. Мы ходили в старый драматический театр, который находится за Большим театром. Мы даже на концерт ансамбля «Березка» попали в Кремлевский дворец съездов. Марианна, ты не обижайся, но мне — некогда! Лучше приходи на нашу свадьбу!

После свадьбы Агнесса рассказала Марианне о своей первой, настоящей любви:

— Ночная любовь скрепляет нашу молодую семейную пару. Острые ощущения от прикосновения к любимому человеку стоят того, чтобы перенести временные трудности первых дней совместной жизни. Я с упоением приникаю к широкой груди мужа, лишенной всякой растительности. На груди у него растет всего три волоска. Я испытываю полное блаженство, когда моя голова касается его мускулистой груди. Я с трепетом исследую красивое тело молодого мужчины. Оно мне все нравится. Марку нравятся мои нежные, играющие и легкие прикосновения. Когда прикосновения от рук теряют свою остроту, в любовь включаются губы. Можно целовать, вызывая трепет его тела. Я сама при этом испытываю прилив желаний. Марк целует меня так, словно вытягивает соки, которые в меня еще не поступали.

Поцелуи губ сводятся к полной вибрации. Желания нарастают стремительно. Чувство реальности утрачивается. Контроль над событиями исчезает. Мы готовы к большому проникновению. Чувство осторожности. А кто о нем помнит в такую минуту? Об осторожности надо помнить до прикосновения мужчины. Он любит меня. Я изгибаюсь в ответ. Движения становятся парными. Он двигается. Я двигаюсь в такт ему. Единственное правило его любви: он не признает любовь, лежащий без движения женщины. Вот я всегда и двигаюсь. Всегда вторю своему мужу. Мое тело становится гибким и подвижным. Постепенно я научилась улавливать признаки, предшествующие завершению нашей любви. И в такой момент особенно сильно в такт двигаюсь. Старания мои окупаются взаимной радостью состоявшейся любви. И однажды Марк сказал мне, что вот теперь меня можно ревновать к любому фонарному столбу и есть за что.



Марианна слушала Агнессу, не перебивая, и очень хотела попасть на ее место. Ее душу скребла элементарная ревность. И она нашла возможность разлучить Агнессу и Марка! Она своего отца попросила, чтобы он организовал дело так, чтобы Марк попал к нему на срочную службу.

Марка призвали в армию. Половина года учебы и он — солдат пограничник. Граница — всегда действующая армия. Пришлось ему лазить по горам. Он хорошо ориентировался в горной местности. За его спиной постоянно висел некий огнестрельный предмет. По горам часто приходилось передвигаться, используя и руки, и ноги. Климат горный, воздух озоновый, такой, что голова кружится. Пограничная застава находилась высоко над уровнем моря.

Рядом с Джеком постоянно находился Марк. Похожи они были, как кожаный сапог на кирзовый сапог. Ребята они нормальные, и вдвоем всегда веселее службу нести. Нельзя сказать, что нарушителей в этих местах много, но любителей горных восхождений, судьба им посылала. Послала судьба навстречу пограничникам симпатичную девушку, по городским меркам простую, а по местным меркам, что надо! Джек сразу узнал в девушке Марианну. Он сказал Марку, что пойдет в сельский кинотеатр, где показывают старый фильм, что это лучше, чем воздухом дышать, в нарядах надышался. Но не ушел.

Джек и Марк подошли к Марианне. А у нее глаза разбежались: два одинаковых красавца. Ребята повеселели, стали с ней разговаривать. А она вроде на том же языке говорит, а все как-то странно для них. И так она им понравилась, что захотелось им по одному с ней погулять. А она, все пыталась уйти от них домой. Еще она им сказала, что дома ее ругать будут, если увидят в их обществе, потому что отец служит на этой пограничной заставе.

В Джека и Марка, словно бес вселился. Голову они потеряли из-за Марианны. Увольнительная быстро прошла. Сговорились парни с девушкой, что если их в следующие выходные отпустят, то зайдут за ней. Она согласилась. Не будет ведь она двум солдатам говорить «нет». Служба у пограничников пошла веселее. Ходят они по горам и о встрече с Марианной мечтают. Им бы теперь нарушителя границы задержать. Между пограничниками вражда пошла, стали они между собой спорить. Джек подумал, как это их так быстро Марианна поссорила, и лишь бы беды не было.

С автоматами лазить по горам трудно, но надо. Ноги у солдат налились крепкими мышцами, и сами они окрепли. Заметил Джек в бинокль, будто кто ползет по горе. Зверь, или человек сразу не поймешь. Вскоре темное пятно поднялось на ноги. Стало видно, что человек через границу с той стороны на эту идет. Джек предупредил Марка о нарушителе границы. Вдвоем стали ждать.

Интересно, что нарушитель их тоже заметил. Белым платком над головой замахал. Ребята стрелять в белый флаг права не имели. Пошли они к нарушителю, следят за руками с белым платком, вдруг обманет и их перестреляет. Осторожно подошли друг к другу.

Парень оказался странный, в руках у него не было ничего, только белый платок, а все твердил:

— Марианна, Марианна… — и в грудь себе показывал, что он к Марианне идет.

Пограничники поняли одно, что этот парень и Марианна через границу разговаривали, а знают они друг друга с детства. Марианна последнее время перестала показываться на границе, вот парень с той стороны границы и пошел к пограничникам узнать, что с девушкой случилось. Парни поняли и то, что отец девушку не выпускает на улицу.

«Ой, до чего дело дошло», — подумал с тоской Джек, а вслух сказал:

— С Марианной все нормально. Мы обязаны вас, как нарушителя границы привезти на заставу.

— Я вас понимаю, но меня дома искать будут, — заныл парень с большим акцентом.

Парни тоже хотели увидеть Марианну, но для этого нарушителя надо было отвезти по назначению. Парень сдался: их двое и они вооружены. Передали пограничники парня, куда следует.

А командир заставы им сказал:

— Задержанный человек мне хорошо знаком: это местный маятник. Его зовут Майкл. Он всегда ходил у границы с той стороны. Не знаю, что с ним и делать. Знаю, что он мою дочь Марианну любит. Ребята, а вы в мою дочь еще не влюбились? Лучше не надо, — и командир заставы продолжил говорить, — отведите его туда, где взяли. Мы маятника предупредили в последний раз.

Майкл попросил пограничников отвести его к Марианне. Он очень хотел посмотреть на нее, сказать ей два слова, а потом уйти совсем. Парни и сами хотели ее увидеть. Пошли они к голубоглазой девушке, с русыми волосами до колен.

Девушка на выданье, как светофор на перекрестке в городе.

Марианна, увидев всех парней вместе, не знала, что и делать: радоваться или нет.

— Майкл, будь человеком, перестань рисковать! Убить тебя могут случайно. Не все будут с тобой разбираться! Или совсем оставайся на этой стороне границы.

— Марианна, а ты замуж за меня пойдешь? — спросил Майкл, похоже, не в первый раз.

— Ой, Майкл! Не хочу я быть десятой женой в твоем будущем гареме, — отмахнулась она от него.

А счастье было так возможно. После этого случая Марк вновь обратил внимание на Марианну. И она это заметила. Ему так не хватало Агнессы! А тут, рядом с ним была ее подруга, в которую влюблялись все, а он рыжим никогда не был. Марианна и Марк случайно встретились в горах. В голове Марианны звучали слова Агнессы о том, что Марк хороший любовник, даже для собственной жены. Зависть требовала реализации! На площадке между скал Марк и Марианна долго разговаривали. Их глаза светились. Губы пылали. Организмы требовали объединения. Он коснулся ее волос. Она взяла его руку. Он поцеловал волосы. Она коснулась губами его руки, потом лица. Он обнял ее легко, она прижалась к нему всем телом, конвульсии прошли по их телам. Они оба легли на траву между камнями. Их руки проникали под одежду…

Марк написал письмо Агнессе о том, что он домой после армии не вернется, так как у него есть срочное дело в Алмазном городе. У Агнессы от такой новости в душе родилась волна пустоты. А мать ее всем уши прожужжала о зяте, который не вернулся к ее дочери из армии, только и оставил вместо себя маленького, зеленого попугая…

Глава 4. Алмазные вишневые косточки

После армии Марк действительно не вернулся к Агнессе, а поехал работать на Алмазный завод. На завод поступил заказ на сотню орденов. Власть страны решила отметить открытия в науке бриллиантовыми орденами. Такой орден можно было прировнять по ценности к государственной премии. Первую партию орденов предстояло отправить в комитет по распределению бриллиантовых орденов в этом году. На завод поступила партия особо качественных алмазов. Алмазный завод, как главный банк страны, в средствах массовой информации не упоминался.

В цеха рабочие проходили и выходили в раздетом виде. Новая партия алмазов была так хороша, что у всех, кто с ними работал, появлялось странное желание наградить себя лично за успехи в науке и технике. Головы шальные задумались о том, как бы вынести с завода лучшие камни, а между собой товарищи — господа рабочие не договорились. Каждый думал: «Возьму один бриллиант, никто сразу и не заметит». Но юмор заключался в том, что двадцать человек сразу так подумали. Понятно, что бриллианты охранялись, и выдавались по одному. Один бриллиант обработал, сдай, возьми другой. И все же появлялась некоторая безответственность в отношении бриллиантовой валюты — и не все и не сразу все фиксировалось.

Люди просто работали над каждой гранью. Алмазы попались твердые. Инструмент приходилось менять, или он приходил в негодность. Обычная производственная ситуация. Люди выносили бриллианты в ушах, в нескромных местах, во рту, в волосах. Порой их элементарно ловили. За особо крупные хищения грозила смертная казнь, но и это мало останавливало отчаянные головы.

Марк еще в детстве засовывал косточки из вишни в ноздрю, когда дома делали вишневое вино. Родители пугались, возили его к врачу. Косточку вытаскивали, но вскоре в ноздре оказывался новый предмет. Марк обладал приличным носом, и отчаянным складом характера. В науках он не блистал, но изворотливость ума на нестандартные решения у него была.

Традиционно бриллианты, вынесенные с Алмазного завода, прятались в простейший пластилин, и с помощью пластилина фиксировались в любом месте для временного хранения. Все было продумано на заводе: и как охранять, и как выносить. Те, кто продавал украденные бриллианты, рано или поздно, попадались на глаза компетентным органам, за что получали расстрел или решетку. Марк яркий мужчина, с прямым и красивым носом, сразу бы попал под наблюдение охраны, и жизнь его была бы короткой. На заводе, после того как пришла новая партия алмазов для орденов, облавы происходили за облавами, и все же не могли найти вынесенные с завода алмазы.

Часть алмазов пропадала без следа. Самые крупные камни оставались на месте, не находили бриллианты размером в вишневую косточку. Марк пришел на завод сразу после армии, и обучения на огранщика алмазных граней. В армии он подружился с парнем, чей отец некогда работал на Алмазном заводе. Полтора года службы на границе сдружили парней. Марк все, что можно и нельзя выведывал у приятеля. Еще до прихода на завод, он знал про весь криминал, что окружал производство бриллиантов. Он сразу решил, что работать будет хорошо, и бриллианты красть первое время не будет. Марк постоянно тренировал ноздри в домашних условиях на ношение вишневых косточек.

Алмазы робостью не отличались, они бы ему весь нос повредили. Поэтому в ноздри Марк засовывал пластилиновые шарики. Шарик крепил на тонкую прочную нить, нить крепилась в ноздре особым клеем к волоскам, а сам шарик уходил в ноздрю достаточно глубоко, чтобы снаружи не было видно. Тренировки и тренировки изо дня в день. Марк в раннем детстве случайно разбил стеклянный плафон на лампе. Лампу ночник включали ему в комнате родители, чтобы он их ночью не беспокоил. Разбитый плафон склеили клеем, и маленький мальчик заметил, что свет по комнате от плафона более тревожный. После армии Марк дома обрабатывал обычное стекло до алмазного блеска, грани были такие, как на настоящих бриллиантах. Из стеклянных бриллиантов Марк сделал себе ночник. Его забавляла игра света по комнате. У него появилась мечта: сделать бриллиантовый светильник. Сидела в нем жилка ювелира. И он приступил к осуществлению плана. Бриллианты выносил с завода в ноздре, дома за нитку доставал их из недр носа и никому ничего не говорил. И склеивал бриллиантовый светильник. Ордена сделали, но несколько бриллиантов найти не могли.

Агнесса видела бриллиантовый светильник Марка. Он его привозил для показа, и сказал, что сделал светильник из стекла. Но она бриллиантовый блеск ощущала физически и от стекла могла отличить. Она дыхнула на бриллиантовые грани, и пар мгновенно испарился с их поверхности. Ночь взаимной любви и Марк уехал в Алмазный город, подарив Агнессе бриллиантовый комплект: сережки и кольцо. Размером все три бриллианта были с вишневые косточки.

Вскоре о сделанном Агнессе подарке, Марк очень жалел. У него возникло чувство, что зря он подарил бриллианты, но уж очень хотелось ему выполнить старое обещание. Чтобы не страдать от борьбы с собственной совестью, у него появилось развлечение: любование своей внешностью. Марк качал мышцы, а принесенные домой бриллианты, он собирал для украшений своей собственной персоны. Сделав бриллиантовый светильник, он решил сделать бриллиантовый комплект для себя: крест, обручи на запястье, обруч на голову. Иногда он брал бриллианты меньшего размера.

Вечером, плотно закрыв шторами окна, он включал свет в хрустальной люстре, надевал бриллиантовый крест на грудь, бриллиантовые обручи на запястья и совершал некий бриллиантовый Танец. На одну стену единственной комнаты он повесил большие зеркала. Музыку предпочитал без слов, и чаще звучала в комнате джазовая музыка. Бриллиантовые искры отражались в зеркалах, бриллиантовый светильник излучал великолепные лучи. Ему нужен был зритель, ему нужен был молчаливый зритель!

Он пошел в общество инвалидов и высмотрел себе девушку, которая не умела и не могла говорить. Он сказал председателю общества, что ему нужна для выполнения домашних работ молчаливая девушка. Зоя была ослеплена блеском бриллиантов и хрусталя, но не могла говорить об этом, она поняла, что эта ее работа: смотреть на танцующего мужчину, хлопать в ладоши, убирать в квартире и иногда готовить еду. Работа была несложной, и девушка чувствовала себя вполне спокойно. Девушка решила, что мужчина совершает танцы, как шаман, и очень сверкает при этом. Марк был доволен ее спокойствием, которое она проявляла при виде сверкающего блеска. Домой к себе он никого не водил, и Зоя была первой, кто увидел его бриллиантовый Танец.



Агнесса положила кольцо и сережки с бриллиантами в золотистую, соломенную шкатулку. Жила она с мужем в разных городах: она в столице, а он в Алмазном городе. Женский язык не удержался, и она рассказала женщинам на работе о бриллиантах. Женщины рассказали своим мужчинам и приятельницам. Не прошло и недели, как соломенная шкатулка с бриллиантами исчезла. Она пересмотрела все содержимое шкафа и обнаружила старую газету со своим портретом, на котором она прикоснулась губами к замороженной ветке рябины. Рядом с газетным портретом лежали сережки с турмалином. Лежал старый фотоаппарат Марка.

— Марианна, у меня бриллианты пропали, мне Марк их подарил, а они исчезли, — сказала Агнесса подруге по телефону.

— Агнесса, я даже не знала, что они у тебя были! Обратись в частный сыск, он находится рядом с ювелирным магазином «Серебряное копытце». Они найдут твои алмазы, за деньги, разумеется, — ответила всезнающая Марианна.



Агнесса оделась и пошла в агентство, и страшно удивилась, узнав в напарнице Джека, актрису Марианну. Джек выглядел великолепным блондином среднего роста, средней упитанности, молодым и задорным. Джек сказал Агнессе, что поможет ей найти пропавшие ювелирные изделия за определенную плату. Вот в чем великая привилегия частного сыска! Еще великий Шерлок Холмс даром не работал, и брал оплату за свой труд. Мало того, бриллиант или черную жемчужину он прятал в своем сейфе, просто потому, что их нашел! О том, что Холмс возвращал их хозяину, в книгах не упоминалось. Агнессе было жаль бриллиантов, сама еще надеть их не успела, а они уже исчезли! Грусть до зубной боли охватывала все ее существо. Что она расскажет Джеку? И сказать нечего. Бриллианты лежали в шкатулке, которая находилась в шкафу вместе с парфюмерией. Почему? В этот шкаф пять раз в неделю Агнесса обязательно заглядывала, а два выходных нет, потому что не красилась! Вот в выходные дни, когда она ездила за покупками, кто-то ее и выследил. Украшения имели свою цену, но и мужа выдавать ей тоже не хотелось.

Джек, посмотрев стальными глазами на металлические двери в квартире Агнессы, пришел к выводу, что работали профессионально, все было чисто и на месте. Он попросил показать ключи. Один ключ подделке не подлежал.

— Агнесса, кто приходил к вам в последнее время? Вы заметили, что-нибудь подозрительное? Кто из ваших знакомых мог их взять? — спросил Джек.

— Грузчики привозили мягкую мебель. Один грузчик выходил из квартиры. Второй грузчик с бритой головой никуда не выходил, пока не установил мебель на место.

— Агнесса, вы выходили из комнаты? Грузчики исчезали из вашего поля зрения?

— Да, я открывала двери первому грузчику, когда он вернулся.

— А, что делал второй грузчик во время вашего отсутствия в комнате?

— Он дернулся при моем появлении от шкафа и нервно сунул руку в карман.

— Грузчика можно найти в мебельном магазине, — сказал Джек, подходя к двери.

— Вы, уже уходите? — нервно спросила Агнесса. — Значит, вы бриллианты не найдете?

— Я обещал взять Марианну на одно дело, мне надо за ней заехать, — ответил уклончиво Джек.

В мебельный магазин заглянул один. Он спросил о грузчиках, которые привозили мягкую мебель Агнессе. Нужные ему грузчики были на выезде. Продавец мебели ответила, что бритоголовый мужчина по имени Глеб в магазине работает, его судьба с налетом прегрешений, но он сильный мужик, хорошо работает по переноске тяжестей, поэтому его держат, а он в свою очередь обещал не шалить.

У Агнессы в душе образовалась пустота. Бриллианты были для нее карманным памятником мужу. Прожила она с ним мало. Все больше врозь жили. Родственников мужа она практически не знала, знала, кого, как зовут и все. Нельзя сказать, что годы одиночества всегда благодушно влияют на женщину. Женский организм Агнессы продолжал работать и требовать физической любви. Иногда ее выкручивало так, что хоть на стенку лезь, до такой степени ее организму требовался мужчина. Она пересмотрела газеты, но в них везде предлагали женские услуги, мужчин женщинам не предлагали. Пару лет были для нее мучительны от выматывающих сексуальных потребностей, в отсутствие привычного мужа и практически единственного мужчины в ее женской жизни.

Как-то вечером по телевизору показывали интервью шустрой журналистки с женщинами пожилого возраста, вопрос журналистки звучал так:

— Скажите, пожалуйста, что надо делать, чтобы жить долго?

— Надо любить себя, повторяю, надо научиться любить себя! — Агнессе запомнился этот ответ интеллигентной пожилой женщины. Ответ женщины потряс ее, она долго думала, как его понять? В каком плане любить себя? Но не поняла.



Джек встретился с бритоголовым грузчиком Глебом, и спросил у него про бриллианты. Глеб, помялся и зашуршал в кармане.

— Покажите содержимое кармана, — сказал решительно Джек.

Мужик снял куртку, вытряхнул солому из кармана. Бриллиантов в трухе не было.

— Глеб, а где бриллианты? Кольцо? Сережки?! — невольно вскрикнул Джек.

— Лучше бы я не связывался с этой соломой, — ответил Глеб с печалью в голосе, — шкатулочка стояла на видном месте, видно хозяйка забыла ее убрать. Я взял соломенную шкатулку в руки, но лапы у меня сильные, в руке солома раскрошилась, а тут хозяйка стала возвращаться из прихожей, ну я труху соломенную не стал бросать, положил мусор в карман. А дома обнаружил в трухе кольцо и сережки с бриллиантами.

— Глеб, где бриллианты? — с надрывом в голосе спросил Джек, сверкая гневно глазами.

— Бриллианты лежат дома, не носить ведь их с собой на работу, еще потеряю, — пробубнил Глеб.

— Что будем делать? Поедем за бриллиантами немедленно! — повысил голос Джек.

— Не выдавайте меня в магазине! Уволят. Как я жить буду?! — заныл бритоголовый грузчик.

— Хорошо, мы поедем к хозяйке бриллиантов. Вы ей покаетесь, заплатите за нарушенную ювелирную композицию, отдадите бриллианты, — после минуты молчания предложил Джек.

— Ой, как она мне понравилась! — с восторгом воскликнул Глеб. — Хозяйка этого кольца и сережек мне очень понравилась! Она такая красивая!

Джек посмотрел на него с удивлением, но выбор одобрил.



К Агнессе приехали Джек и Глеб.

— Простите меня, будьте моей женой! — неожиданно для всех выпалил Глеб, и протянул Агнессе кольцо и сережки.

В его огромной ладони бриллианты смотрелись маленькими звездочками.

Молодая женщина вспыхнула: крутой бритоголовый мужчина ей понравился.

Джек удивленно посмотрел на новую пару, и пошел к двери, у него зародилось подозрение насчет происхождения бриллиантов Агнессы. Джек поехал к Марианне.

— Марианна, ты видела бриллианты Агнессы? Ты хорошо их разглядела? Что-нибудь странное заметила в сережках или кольце?

— Да, я хорошо рассмотрела бриллианты, такие редко попадаются. Знаешь, они были похожи на самоделки, какие-то они не настоящие.

— И я так подумал. В магазинах продают бриллианты не крупнее пшенного зернышка, или вообще маковые росинки, а здесь бриллиант размером с вишневую косточку, и все три камня одинакового размера. Подозрительно, где Агнесса могла взять такую роскошь? Живет одна. Муж, как в армию ушел, так его больше никто не видел. Она, правда, говорила, что он приезжал.

— Джек, надо проверить мужа Агнессы.

— А нам это надо? — как-то безразлично ответил Джек и с насмешкой взглянул на Марианну.

— Но мы должны знать больше, чем это необходимо! — возмутилась Марианна, — нам могут пригодиться эти знания для оправдания частной деятельности перед страной.

— Марианна, а ты умная женщина! Хорошо, мы проверим Марка. Надо найти его дороги из армии. Что с ним было в армии — мы знаем, но из армии он домой не вернулся. Где он был все это время?

— Хорошо, я попытаюсь поговорить с Агнессой, тем более что надо забрать деньги за работу по поиску бриллиантов.



Дверь Марианне в квартире Агнессы открыл Глеб, весьма крепкий мужчина.

— Я к Агнессе. Мне надо взять деньги за работу, — выпалила быстро Марианна, чувствуя, что пришла не вовремя.

— Марианна, спасибо! Вы мне так помогли! — сказала Агнесса с доброжелательной улыбкой, которая у нее с лица не сходила, после приезда к ней Глеба.

— Агнесса, мне надо немного с вами поговорить. Желательно без свидетелей, — сказала Марианна и покосилась на огромного Глеба.

— Идемте, в другую комнату, там и поговорим, — проговорила Агнесса, уводя бывшую актрису подальше от мужчины.

— Можно еще раз взглянуть на бриллианты? Они мне очень понравились, — попросила Марианна и тут же вцепилась мертвой хваткой в бриллианты, как только Агнесса открыла красивую расписную шкатулку с сокровищами. В ее руках бриллианты казались еще больше и манили своим великолепным блеском граней.

— Агнесса, как бриллианты к вам попали? Простите, но я тоже хочу такое великолепие! — воскликнула вполне искренне Марианна.

— Ой, лучше и не спрашивайте! Мне муж еще в день нашего знакомства пообещал подарить бриллианты, но я тогда не поверила его словам, а он взял и подарил целый комплект! Марк сказал, что бриллианты в магазине «Серебряное копытце» купил.

— А, где сейчас Джек? Кем он работает? Где живет? С кем живет? — Марианна задавала вопросы один за другим, словно не надеялась получить ответ.

— Знала бы, где он живет, так я бы к нему давно съездила, но он мне не говорил. Я не знаю, кем он работает и где работает, деньги он мне тоже не высылал, — заныла Агнесса в оправдание своей одинокой жизни.

— Марк — огранщик. Агнесса — обманщик, — заговорил попугай о своем любимом хозяине, сидя в золотистой клетке.

— Агнесса, попугай говорит, что Марк работает огранщиком, — заметила Марианна.

— О, предатель! Да Марк работал шлифовщиком, однажды сказал слово «огранщик».

— Огранщиком бриллиантов он работает? — удивленно переспросила Марианна.

— Ой, а вдруг, он и правда работает огранщиком бриллиантов? Я об этом не думала, — задумчиво произнесла Агнесса.

— Марк может сделать такие же бриллианты для меня? В бриллиантах весьма интересная огранка.

— Не знаю. Об обработке алмазов у нас речь не шла. Если он сюда еще приедет, тогда я у него спрошу, — пролепетала Агнесса. — Да, Марианна, вот ваши деньги, извините, что не сразу отдала.

— До свидания, Агнесса! Я надеюсь, что при следующей встрече с Марком, вы вспомните мою просьбу?

— Я постараюсь вам помочь, — ответила Агнесса, закрывая за ней дверь.

Марианна вышла на улицу и села в машину Джека.

— Джек, вы правы. В этом деле с бриллиантами должно быть много интересного скрывается. Муж Агнессы работает огранщиком, но где, неизвестно.

— Так надо узнать, где у нас в стране бриллианты обрабатывают! Есть ли алмазные заводы! Всех ювелиров нам не обойти за всю жизнь.

— Хорошо, я узнаю, про заводы, — заверила шефа Марианна.



На Алмазном заводе терялись в догадках насчет пропажи бриллиантов размером с вишневую косточку. К поиску пропавших алмазов подключили компетентные органы, проверили всех людей, работающих на заводе. Результатов не было.

И вдруг в кабинете директора прозвучал долгожданный звонок:

— Герман Петрович, с вами говорит частный детектив Джек. На вашем заводе не пропадали случайно бриллианты размером с вишневую косточку?

— Что!? Повторите!? Я правильно понял? Вы говорите о бриллиантах размером в вишневую косточку? — радостно воскликнул директор.

— Да. Я спрашиваю о бриллиантах размером в вишневую косточку!

— Милый, вы человек! За любые сведения по этому вопросу гарантируем крупную награду! Приезжайте! Немедленно! Вас пропустят, паспорт не забудьте взять с собой!

— Марианна, надо ехать на Алмазный завод, находящийся в Алмазном городе. Поедем вместе? — обратился Джек к своей напарнице.

— Нет, Джек, я буду вести дела здесь, а вы поезжайте один, все и так почти ясно.



Джека пропустили на завод и проводили до кабинета директора.

— Джек, выкладывайте все, что знаете по вопросу бриллиантов размером с вишневую косточку! Не утаивайте от меня свои познания, — попросил директор завода.

— Герман Петрович! Дело в том, что в нашем городе у одинокой женщины Агнессы пропали три бриллианта размером с вишневую косточку. Правда ее муж Джек где-то работает огранщиком.

— Агнесса!? Быть не может! У нас работает Марк! Он чист, как стеклышко! Ни одного задержания. У него есть жена Агнесса, я все данные огранщиков выучил. О, гора с плеч. Но как он выносит бриллианты? Его ни разу не заподозрили! Он нигде не светился! Не продавал! Не участвовал!!!

— Этого я не знаю. И Агнесса о нем мало знает. Она говорила, что в день знакомства он обещал ей бриллианты и подарил.

— Уточните, когда он ей обещал? — тревожно спросил Герман Петрович.

— Он ей обещал подарить бриллианты до армии, до того, как он у вас стал работать.

— Значит, он давно все задумал! Молодец, мужик! А мы тут головы ломаем! — громко проговорил Герман Петрович, и наклонился в сторону местной связи, — Верочка, немедленно ко мне начальника охраны заводы! Есть для него работа!

— Сейчас, Герман Петрович, я позову начальника охраны, — послышался женский голос.

В кабинет директора завода вошел начальник охраны в чине капитана.

— Капитан, Джек работает частным сыщиком. Он обнаружил три бриллианта размером в вишневую косточку. Поговори с ним. У меня дела.

Джек с начальником охраны завода покинули кабинет директора.

Директор завода, сунул таблетку под язык, откинулся в кресле, снял галстук.

— Верочка, открой форточку! — крикнул он почти шепотом, расстегивая рубашку.

— Сейчас! Герман Петрович, вам вызвать врача? — с испугом спросила Верочка.

— Нет, мне уже лучше не пускай никого ко мне минут двадцать.

— Хорошо, Герман Петрович! — сказала секретарша и вышла из кабинета.

Директор задумался на мгновение, и вспомнил, что в детстве его приятель в нос засовывал вишневую косточку…

— Верочка, позови капитана!

— Они еще не ушли. Сейчас он к вам зайдет, Герман Петрович.

— Капитан, вы в носах бриллианты не искали? — обратился директор к начальнику охраны, с шутливой улыбкой, держа руку на левой стороне груди.

— Нет, Герман Петрович! Что за шутки? Вам плохо? Вызвать врача?

— Мне хорошо! Подставь огранщика Джека Груздева, подбрось ему бриллианты размером в вишневую косточку, а потом ищи их у него в носу!

— Будет сделано, — улыбнулся начальник охраны и вышел из кабинета.



О, какая женщина сидела перед Джеком! Серебряная женщина. Нет, она не была покрыта седыми волосами. Крашенные черные волосы волнами огибали уши. На руках на восьми пальцах из десяти мерцали серебряные кольца и перстни. Джеку захотелось приподнять ее черные локоны, он был уверен, что на ушах у нее тоже серебро. Божественный запах духов обволакивал серебряную женщину. Духи с запахом свежести! Какой вкус! Выходить из приемной ему не хотелось. Так бы и сидел в волнующих волнах духов! Но встал, и вышел: дел в приемной директора у него больше не было, его труд оплатили.

Свежий ветер затмил запах духов, и они исчезли в пространстве без следа. Джек зашел в магазин, купил серебристого зайца и серебряную цепочку. Он надел цепочку на шею зайца и вернулся к серебряной женщине. Верочка усмехнулась, взяла в руки зайца. Увидев на зайце приличную серебряную цепочку, она рассмеялась, и тут же надела ее себе на шею.

— Спасибо, Джек! Мне понравился ваш подарок!

Прошло пару дней.

Капитан пригласил Марка в парилку после работы. Из пазух ноздрей — потек пластилин, и алмазы выпали в ладошку. Других бриллиантов у него не обнаружили и его просто уволили с завода, и сослали на поселение на два года на север.

Агнесса услышала телефонный звонок, взяла трубку телефона, и стала смотреть в окно.

— Марианна, я обратилась в частный сыск, а они вывели Джека на чистую воду и сослали. Я теперь одна! — голос Агнессы звенел от напряжения.

— Да, ты всегда одна. А ты к нему съезди в гости, навести, — посоветовала добрая подруга.

Властелин Красных гор, узнав о сложившейся ситуации, сослал всех в Холодный город.

Глава 5. Ссылка в Холодный город

В Холодном городе, точнее в его окрестностях, росли те же ягоды, за которыми дома ходил в лес Марк. Клюква, брусника, голубика — хранят в себе здоровье северных жителей страны. Грибы сушеные, соленые — белое мясо в зимний день, палочка выручалочка всех застолий. Полноводная река — это удовольствие для катания на моторных лодках, это и рыба на столе. Муку, сахар привезут, и жить можно в северной области. Еще бы водку не привозили в эти здоровые места, так и милиционеры занималась бы другим видом деятельности. Газовики и нефтяники, жители Холодного города, часто работали вахтовым методом, они уезжали на пару недель на новые места работы, потом на две недели возвращались домой.

А две недели, чем заниматься? Рыбалка для мужчин — одно удовольствие, для более крутых мужчин и охота за мясом — удовольствие и добыча пищи. Можно было бы завести домашних животных и не бегать круглый год по тайге за животными и птицами, но пути добычи пищи — не предсказуемо — предсказуемы. Одно можно сказать, есть, чем заняться мужчинам в северной области, чтобы не быть голодными и холодными. Леспромхоз, он как гора Магнитка, сегодня есть деревья нужных пород поблизости, и леспромхоз себя оправдывает. Исчерпали местные запасы, и доходной горы не стало.

В Холодном городе существовало отделение милиции, а в отдельных деревнях и милиционеров не было, ни то, что отделения. Но народ не без странностей, одни уезжают из этих мест в более крупные города, а из крупных городов люди приезжают отдохнуть в Холодную область, потом еще разок приедут, и еще. Смотришь, и превращается отдыхающий в местного жителя. Джек, работая участковым милиционером, фиксировал поселенцев типа Марка. Джек оставил Марка работать своим помощником.

В отделение Холодного города приходили письма из разных городов страны от жен добытчиков. Вот отрывок из одного письма от бабы: «В ваш город муж уехал отдыхать, да забыл вернуться, чем его там у вас приворожили: грибами, ягодами, или рыбой, птицей? Привозил муж раньше от вас клюкву, да домой возвращался, а теперь пропадает у вас месяцами, полгода дома его не видим». В таких случаях пытался Джек отыскать загулявшего ягодного добытчика, и находил, а Марк ему помогал. Но не всегда людей можно вернуть из этих заповедных мест, привыкали люди и не уезжали домой. Свободу чувствовали, радость от местной, щедрой природы и забывали обо всем на свете.

Холодный город, маленький городок по большим понятиям, в него люди ехали с дарами природы из сел и деревень, из дальних мест. До больших городов далеко, до него — ближе. Значит и деловыми людьми город не был обделен. Скупщики даров природы всегда любили приезжать в Холодный город, с ними можно было воевать, можно было и не трогать. Скупщики всегда были готовы откупиться, но Джек был обычным принципиальным милиционером, и его уход был бы свободой для скупщиков, перекупщиков, и еще для многих относительно деловых людей.

Однако народ уважал милиционера Джека, и его шутки-прибаутки знали наизусть:

— У реки побыл минутку, раз пульнул — и тащит утку.

— В доме клюква и брусника, проживешь, не зная лиха.

— В речку удочка нырнула, сразу с рыбкой затонула.

А так ли на самом деле? Холодная область — водная область, омывается морями-океанами, напичкана реками-озерами. 260 дней в году — зима со средней температурой минус 26 градусов, 100дней в году — не лето, температура летом плюс 15 градусов. Такой ли райский уголок поселок? Что охранять в таких суровых условиях? Рыбу в реке? Так ее в озерах области много больше, а еще больше в море-океане. Край лесов и водной стихии, край сосен, елей и берез. Вот сосны, похоже, и вырубал местный леспромхоз, березы в такой местности высотой не отличаются. Чтобы жить в поселке, надо иметь скромные запросы. Хотя именно в таких местах бывают тайные миллионеры! Почему нет? Светских вечеров нет, шикарные машины здесь не к месту, тут больше вездеходы нужны, в крайнем случае, Нива. И люди копят деньги.

И такой был звонок Джеку от женщины:

— Джек, мне охрана нужна, я деньги накопила, помоги шубу купить.

И это не шутка. Работали люди, привыкли к скромной жизни, а жизнь за последние годы и в Холодной области стала лучше. Выросла заработная плата у газовщиков и нефтяников, и опять они, как гуси на юг потянулись — деньги тратить. Дома строят себе в южных городах, чтобы на старости было, где кости греть. Да, вот беда, съездят туда, как в отпуск, и опять их тянет в морозные, водные края и в тайгу. У милиционера Джека появилась новая работа: охрана богатых — нищих. Трудно угадать, кто богат, кто беден. Но нет-нет, да просят Джека вместе с лешим, побыть охранниками в домах, не всегда на первый взгляд достойных охраны.

Свои принципы Джек не нарушал, и охранял. Можно бы и охранные устройства для сельской местности поставить, и их ставят. Перепела — перепили — вызовут Джека, — утихомирь. Утихомирит. Народ милиционера в пьяном виде особенно почитает. Милиционер может справиться со многими делами за частную оплату, по договоренности, а может и по совести. Твердый характер, честный взгляд, совесть Холодного города — милиционер Джек. Помогать простым людям… А как определить простой человек, или накопитель? Справедливость искать? В чем? Искать справедливость, все равно, что с медведем в лесу встречаться. Жизненный опыт Джека подсказывал, что люди, которые постоянно ищут какой-нибудь справедливости, когда ее находят, не знают, что с ней делать. Есть люди, которые постоянно возмущаются по любому поводу, и опять же опыт говорит, что Джек плохому характеру Людей жизнь не добавит. В Холодном городе расцветал малый бизнес, на все нужны лицензии: на отстрел, на рыбную ловлю, на сбор ягод. В Холодном городе особо развитием техники не занимались, все больше: нефть, газ, грибы, ягоды, пушнина, рыбка. Марк наелся местных ягод на всю оставшуюся жизнь.

В холодные края компьютеры добрались, первым делом их в бухгалтерию поставили деньги обсчитывать. А люди тоже хотели на них поиграть — поработать, а было время в магазинах-то их еще и не было. Марк от скуки решил, взять себе новую игрушку. А как ее из неволи бухгалтерской забрать, чтобы никто не заметил пропажи, и главное самого Марка? Он долго дома перед зеркалом крутился, внешность менял, наряд свой продумывал. Живот втягивал, в профиль себя рассматривал. На телевизор свой поглядывал. Наконец придумал: телевизор вместо монитора у него будет, нужна клавиатура, да ящик железный. Решил — выполнил. Покрутился среди бухгалтеров, да и затаился в какой-то кладовке. Сам понимает, сразу все не унести. Ящик большой и тяжелый, тот, куда дискетки вставляют. Решил, что дискетки ему не нужны, а платы заморские нужны. Вскрыл он ящик и решил, что возьмет то, что вместо мозгов… Повесил Марк клавиатуру на спину, взял платы в сумку, повесил на живот, решил, что, направляющие для плат дома сотворит. Утром, когда бухгалтерши грим наводили, Марк и прошмыгнул наружу в плаще, слегка располневший. Бухгалтерши не сразу схватились клавиатуры, компьютер-то на месте стоит. Потом смотрят, и системного блока нет. Позвонили Джеку.

— Джек, у нас тут пропажа странная. Часть компьютера исчезла. Одно есть — другого — нет, — сказала женщина, чей компьютер пропал.

Джек сам еще в ту пору компьютер не освоил, но слышал про него. Почесал он в своей умной голове, да решил, что такой подвох мог сотворить только местный умелец. А золотых рук мастеров по пальцам можно пересчитать. Что хочешь, сделают из консервной банки, хоть корпус для компьютера, хоть прибор любой. И все будет работать, как это не странно.

У женщин милиционер Джек спросил, не видели ли они странного человека или знакомого.

А те в один голос:

— Нет!

Решил Джек обойти местных радиолюбителей. Но дети первыми проболтались. Бегает один парнишка и кричит: «А у нас компьютер есть!» И кому кричал? К Марку Джек зашел, а тот не успел спрятать краденое, шибко увлекся мастерить направляющие для плат. Джек заставил его вернуть компьютер в бухгалтерию, и попросил больше не совершать краж.

Ой, а вот и важный звонок из медпункта от Марианны:

— Джек, помоги, с молодой женщины золото сняли!

— Где? Когда? Оля, подробней говори, пожалуйста!

— Первый случай произошел с немой Зоей. Шла она с электрички, каблук сломала, ногу подвернула, ей парень у железнодорожного вокзала помог подняться, да кольцо незаметно снял с пальца. Она домой приехала, внучка старика Платоновича.

— Как незаметно снял золото?

— Специалист видно по золото сниманию.

— А сейчас, что произошло?

— С последней электрички шла Агнесса, приехала она в наш городок к тебе. Так вот, мужик неопределенной внешности ее догнал, стал рвать с нее сережки, да грубо так, ухо немного надорвал. Агнесса разозлилась и стала защищаться, в пальто была. В грязь свалились, дрались. Снял он с нее сережки с алмазами, и кольцо с алмазом. Сильный мужик. А пальто стало — комок грязной ткани, хоть выбрасывай. Джек, ты уж подумай, кто так мог поступить, и городок маленький, все всех знают.

— Марианна, ты меня хорошо озадачила, — сказал Джек.