– Ваша Честь, клянусь, что это – ошибка! – запричитал юноша, в отчаянии сжимая руки. – Я не знаком с этой куртизанкой, я не присвоил ни медяка из денег своего господина! Сознаюсь, и с великим удовольствием, что я действительно влюблен в Пух Ивы, и имею основания полагать, что мое чувство небезответно. Я никогда не говорил с ней, но я часто вижу ее в саду у храма, и… Так как Ваша Честь уже знает мою сокровенную тайну, вы должны также знать, что все остальное – неправда!

Судья Ди протянул ему одно из писем, найденных у танцовщицы, и спросил:

– Вы это писали или нет?

Лянг Фэн внимательно изучил предложенное письмо. Возвращая его судье, он спокойно сказал:

– Почерк похож на мой и имеет очень много особенностей, свойственных моему почерку. Но я не писал этого. Должно быть, тот, кто подделал его, имеет в своем распоряжении много образчиков моего почерка. Это все, что я имею сказать!

Судья Ди мрачно посмотрел на него и холодно сказал:

– Ван И-фан арестован. Сейчас я буду допрашивать его. Вам придется присутствовать на заседании. А сейчас можете пройти в зал суда!

Когда молодой человек ушел, Старшина Хунг заметил:

– Я думаю, что Лянг говорит правду, Ваша Честь!

Судья Ди не ответил. Он жестом приказал старшине помочь ему облачиться в судейскую одежду.

Три удара гонга возвестили об открытии вечернего заседания суда. Судья Ди вышел из своего кабинета в сопровождении Хунга и Тао Ганя. Усевшись за судейский стол, он увидел, что в зале всего лишь около дюжины зрителей. Жители Хань-юаня, наверное, на сей раз не надеялись услышать скандальные новости. Но судья тотчас заметил, что в переднем ряду стоят Хан Юнг-хан, Лянг Фэн, а за ними – мастер Су.

Совершив перекличку, Судья Ди заполнил бланк, передал его начальнику стражи и велел привести Ван И-фана.

Ван И-фан, казалось, был абсолютно не расстроен своим арестом. Он дерзко посмотрел на судью, встал на колени и твердым голосом ответил на положенные вопросы о своем имени и роде занятий.

Судья Ди сказал:

– Имеются доказательства того, что вы лгали суду. Это ведь вы пытались убедить Доктора Дянга, чтобы он купил вашу дочь. Хотите услышать подробности или сознаетесь?

– Ваш слуга, – почтительно ответил Ван И-фан, – признает свою вину в том, что пытался ввести в заблуждение Вашу Честь. Я позволил себе увлечься желанием помочь своему другу и покровителю, господину Лю Фей-по в его недавнем деле против ученого. Так как, в соответствии с законом, я за незначительностью проступка могу быть взят на поруки с уплатой штрафа, я прошу Вашу Честь назвать должную сумму. Нет никакого сомнения в том, что господин Лю Фей-по выразит желание взять меня на поруки и внесет необходимый залог!

– Во-первых, – сказал Судья Ди, – у суда достаточно доказательств, что вы, воспользовавшись тем обстоятельством, что Советник Лянг впал в детство, убедили его заключить невыгодную в денежном отношении сделку, и нажились на этом!

Второе обвинение, казалось, также не произвело никакого впечатления на Ван И-фана. Он спокойно ответил:

– Я решительно отвергаю обвинение в нанесении материального ущерба Советнику Лянгу. Господин Лю Фей-по представил меня Его Превосходительству, и по совету господина Лю я рекомендовал советнику продать часть имущества, которое, по мнению весьма сведущего господина Лю, в ближайшем будущем значительно потеряет в своей стоимости. Я прошу Вашу Честь попросить господина Лю засвидетельствовать это.

– К сожалению, – сказал Судья Ди, – я не имею возможности сделать это. – Господин Лю внезапно уехал, забрав с собой деньги и ценные бумаги!

Ван И-фан вскочил на ноги. Лицо его смертельно побледнело, и он закричал:

– Куда ехал? В столицу?

Начальник стражи хотел опять поставить Ван И-фана на колени. Судья отрицательно покачал головой и сказал:

– Господин Лю исчез, и его домочадцы не знают, где он находится.

Ван И-фан на глазах терял самообладание. На лбу его выступила испарина. Он пробормотал едва слышно: «Лю скрылся… » Затем взглянул на судью и с трудом произнес:

– В таком случае я должен пересмотреть мои показания. – Немного поколебавшись, допрашиваемый добавил: – Я прошу Вашу Честь даровать мне время на размышление.

– Я удовлетворяю вашу просьбу! – сразу же ответил судья – он увидел горячую мольбу в глазах Вана.

Когда Ван И-фана вновь увели в тюрьму, Судья Ди поднял председательский молоток, чтоб закрыть заседание. Но в этот момент в передний ряд протолкался мастер Су с двумя членами своей гильдии. Один из них был резчик по нефриту, другой – поставщик самого камня. Последний продал мастеровому глыбу нефрита, но тот, расколов его на куски, обнаружил в камне изъян и требует вернуть плату. Но, так как он обнаружил изъян, уже расколов камень, он также не может вернуть его поставщику. Су пытался их примирить, но они отвергли все его предложения.

Судья Ди терпеливо выслушивал сбивчивые объяснения обеих сторон. Оглядывая зал, он заметил, что Хан Юнг-хан уже ушел. Когда Су изложил свое мнение, Судья Ди сказал:

– Суд считает, что виновны вы оба. Торговец, знаток камня, должен был знать, что кусок нефрита имеет изъян, когда закупал его, а ремесленник, в силу своего опыта обращения с камнем, должен был определить, что камень испорчен, его не ломая. Торговец приобрел камень за десять серебряных слитков и продал его за пятнадцать. Суд постановляет: торговец уплатит мастеровому десять серебряных слитков. Разбитый камень будет поделен меж ними поровну. Оба заплатят штраф по пять серебряных слитков за просчеты в своем ремесле.

И он стукнул молотком по столу, закрывая заседание. В своем кабинете Судья Ди сказал старшине и Тао Ганю:

– Ван И-фан хочет сообщить мне что-то важное, но не осмелился сделать это на открытом заседании. Правила запрещают допрашивать заключенных в частном порядке, но я чувствую, что в этом случае я имею право сделать исключение. Я прошу привести его прямо сейчас. Вы обратили внимание – он сказал, что Лю Фей-по сбежал. Сейчас мы узнаем о…

Вдруг дверь распахнулась и в комнату вбежал начальник стражи, а за ним – смотритель тюрьмы. Первый, задыхаясь, сказал:

– Ван И-фан отравился, Ваша Честь!

Судья Ди ударил кулаком по столу и грозно зарычал на смотрителя тюрьмы:

– Ты что, не обыскивал заключенного, собачья голова?

Тот упал на колени.

– Я клянусь, у него не было с собой пирожного, Ваша Честь! – жалобно возразил он. – Должно быть, кто-то тайком принес отравленное пирожное в его камеру!

– Значит, ты пропустил посетителя в тюрьму?! – рыкнул судья.

– В тюрьму не проходил никто из посторонних, Ваша Честь! – завопил смотритель тюрьмы. – Я в отчаянье!

Судья Ди вскочил и вышел из кабинета. В сопровождении Хунга и Тао Ганя он пересек внутренний двор, прошел по коридору, расположенному за архивом, и вошел в помещение тюрьмы. Смотритель тюрьмы освещал фонарем дорогу.

Ван И-фан лежал на полу у деревянной скамьи, служившей заключенным кроватью. Свет фонаря упал на его искаженное лицо; на губах мертвеца запеклась кровавая пена. Смотритель тюрьмы молча указал на круглое пирожное, валявшееся на полу возле правой руки Вана.

Было видно, что Ван только раз откусил от него. Судья Ди нагнулся. Это было круглое пирожное со сладкой соевой начинкой, такие продавались в любой булочной города. Но сверху, на месте штампа, которым обычно помечает изделие тот или иной мастер, был вытиснен цветок лотоса.

Судья завернул пирожное в свой платок и положил в рукав. Ничего не сказав, он повернулся и направился в свой кабинет.

Старшина Хунг и Тао Гань, обеспокоенные, пристально смотрели на непроницаемое лицо судьи. Судья понимал, что знак лотоса был вытиснен не для Вана, так как в камере было темно, когда посланец принес ему смертоносный подарок. Знак лотоса был адресован ему, судье! Это было предупреждение от Белого Лотоса! Ди устало сказал:

– Вана убили, чтобы заткнуть ему рот. Отравленное пирожное передал кто-то из служащих суда. В моем доме – предатель!

Глава 16

Двое странников нарушают покой округа Шанг-пей; коварное нападение на мирное речное судно


Ма Джунг и Чао Тай, изучив в архиве карту провинции, составили план своего опасного похода.

На конюшне они выбрали себе двух добрых коней и вскоре выехали из города, держа путь на восток. Спустившись в долину, они ехали по дороге около получаса. Затем Ма Джунг придержал коня и сказал:

– Тебе не кажется, что, если мы срежем путь и поскачем по рисовым полям, то скорее доберемся до пограничной реки? И выедем, так, скажем, на десять ли ниже по течению нашей военной заставы у моста?

Они свернули на узкую тропинку, бежавшую рисовыми полями. Стояла жара, и путники очень обрадовались, заметив небольшую хижину. Они жадно напились из ведра вкусной колодезной воды, которую им предложил крестьянин. Дав ему горсть медяков, приятели сговорились с мужиком, что он присмотрит за их лошадьми. Пока тот ставил коней в конюшню, Ма Джунг и Чао Тай разлохматили волосы и повязали их тряпками. Потом заменили сапоги для верховой езды соломенными сандалиями, лежавшими до того в переметных сумах.

Закатывая рукава, Чао Тай воскликнул:

– Ну что, брат! Все как в старые времена, когда мы вместе бродили по лесам!

Ма Джунг похлопал друга по плечу, потом каждый выдернул по жерди из изгороди, и путники тронулись пешком по тропинке, ведущей к реке.

Старый рыбак сушил на берегу свои сети. Он перевез их на другой берег за два медяка. Расплачиваясь с ним, Ма Джунг спросил:

– Здесь нет поблизости стражи, не правда ли?

Старик испуганно посмотрел на него, ничего не ответил и поспешил к своей лодке.

Ма Джунг и Чао Тай продрались через заросли высокого тростника на проселочную дорогу. Чао Тай сказал:

– Все правильно. Судя по карте, эта дорога ведет в деревню.

Друзья закинули свои бамбуковые дубинки на плечи и, с чувством распевая непристойную песенку, бодро зашагали вперед. Через полчаса они вышли к деревне.

Ма Джунг отправился первым и зашел на постоялый двор, расположенный на небольшой рыночной площади. Он тяжело опустился на деревянную скамью и крикнул, чтоб ему принесли вина. Потом в харчевню зашел Чао Тай и, садясь напротив друга, сказал:

– Я осмотрел деревню. Все спокойно!

Четверо пожилых крестьян, сидевших за соседним столом, испуганно оглянулись на вновь прибывших. Один из них поднял ладонь, скрестив указательный палец с мизинцем – жест, обозначающий разбойников с большой дороги. Его приятели закивали головами в знак согласия.

К гостям подбежал хозяин с двумя чарками вина.

Схватив его за рукав, Чао Тай прохрипел:

– Что это значит, собачья твоя голова! Убери-ка эти наперстки и принеси целый кувшин!

Хозяин убежал и скоро вернулся, неся вместе с сыном кувшин в два локтя вышиной и два бамбуковых черпака с длинными ручками.

– Так-то лучше! – воскликнул Ма Джунг. – И нечего к нам приставать с какими-то чарками!

Они запустили свои черпаки в кувшин и начали жадно поглощать вино – им очень хотелось пить после путешествия по жаре. Хозяин принес тарелку с солеными овощами. Чао Тай набрал целую горсть овощей – они были обильно приправлены чесноком и красным перцем. Довольно причмокивая, он сказал:

– Брат, это будет получше, чем пресные городские лакомства!

Ма Джунг кивнул, не в силах раскрыть набитый рот. Когда кувшин наполовину опустел, друзья съели огромную миску лапши и освежили рты деревенским чаем, который приятно горчил на вкус. Потом они встали и полезли в свои пояса.

От денег хозяин торопливо отказался, уверяя, что гости оказали ему высокую честь, посетив его заведение. Но Ма Джунг настоял на расплате и добавил щедрые чаевые. Два друга вышли на улицу. Они разлеглись под большой елью и вскоре уже громко храпели.

Ма Джунга разбудил удар по ноге. Он сел, огляделся и тихонько подтолкнул Чао Тая. Над ними стояли пятеро мужчин, вооруженных дубинками, а за их спинами виднелась толпа зевак – крестьян из этой деревни. Ма Джунг и Чао Тай поднялись с земли.

– Мы – стражники суда из Шанг-пея, – рявкнул коренастый мужчина. – А вы кто такие и откуда пришли?

– Ты что, слепой? – высокомерно ответил Ма Джунг. – Ты разве не видишь: я – Губернатор провинции, путешествую инкогнито!

В толпе загоготали. Начальник стражи угрожающе поднял дубинку. Ма Джунг быстро схватил его за отвороты куртки, поднял на локоть над землей и встряхнул так, что у того лязгнули зубы. Стражники хотели было помочь своему начальнику, но Чао Тай ткнул самому дюжему из них палку меж ног и опрокинул его на землю.

Вращая вокруг себя бамбуковым колом, он просвистел им над головами остальных, в непосредственной близости от их макушек. Охранники разбежались под улюлюканье толпы. Чао Тай с громкой бранью побежал вдогонку.

Начальник стражи был не из трусливых, он яростно пытался ослабить железную хватку Ма Джунга и нанес несколько сильных ударов ему по ногам. Ма Джунг с глухим стуком бросил пленника на землю и быстро схватил свой бамбуковый кол. При этом он успел отразить удар дубинки, направленный ему в голову, и сильно ударил начальника стражи по руке. Тот выронил дубинку и хотел сразиться врукопашную, но Ма Джунг не подпускал его к себе, ловко орудуя колом. Начальник понял, что ему долго не продержаться в этой неравной борьбе, развернулся и побежал прочь.

Вскоре вернулся Чао Тай.

– Эти ублюдки разбежались! – тяжело дыша, сказал он.

– Вы задали им хороший урок! – с довольным выражением на лице заметил какой-то старик-крестьянин.

Хозяин постоялого двора наблюдал за происходящим с безопасного расстояния. Теперь он подошел к Чао Таю и торопливо зашептал:

– Вам лучше побыстрей убраться отсюда! Местный судья со стражей совсем недалеко – они схватят вас!

Чао Тай почесал в затылке.

– А я и не знал! – сказал он с унынием в голосе.

– Не огорчайтесь, – прошептал хозяин, – мой сын проведет вас полями к Великой Реке. На берегу имеется лодка. Через пару часов вы будете на Острове Трех Дубов. Тамошние молодцы вам помогут, только скажете им, что вас послал старый Шао!

Приятели торопливо поблагодарили хозяина постоялого двора. Вскоре они уже пробирались рисовыми полями, следуя за идущим впереди юношей. После долгой ходьбы по раскисшей от влаги почве парень остановился. Показав на деревья, видневшиеся впереди, он сказал:

– Там в маленькой заводи вы найдете лодку. Течение, отнесет вас прямо туда, куда нужно, только остерегайтесь водоворотов!

Ма Джунг и Чао Тай легко нашли в кустах лодку. Ма Джунг вытолкнул ее из-под низко склонившихся ветвей. Вскоре друзья увидели реку. Ма Джунг бросил кол и взял в руки весло. Быстрый поток грязно-бурой воды отнес их от берега.

– Не слишком ли мала эта скорлупка для такой бурной реки? – с беспокойством спросил Чао Тай.

– Не тревожься, братишка! – смеясь, ответил Ма Джунг. – Не забывай, что я родом из Кянгсу – я вырос в лодке!

И он стал энергично грести, лавируя, чтобы избежать водоворотов. Они уже были посредине огромной реки – поросший тростником берег казался узкой плоской полоской. Потом и он полностью скрылся из глаз – вокруг расстилалась лишь широкая гладь коричневых вод.

– Меня клонит в сон от вида такого количества воды! – раздраженно сказал Чао Тай и лег на спину.

Более часа они молчали. Чао Тай крепко спал, а Ма Джунг сосредоточил все свое внимание на управлении лодкой. Вдруг он воскликнул:

– Посмотри-ка, там что-то зеленеет!

Чао Тай сел на дне лодки. Впереди он увидел множество клочков суши, поднимавшихся примерно на локоть над водой и поросших травой. Через полчаса они оказались среди больших островов, покрытых густым кустарником.

Смеркалось. Со всех сторон доносились мрачные крики ночных птиц. Чао Тай вдруг насторожился.

– Это не просто кричат птицы, – сказал он. – Это сигналы, которыми пользуются разведчики в армии!

Ма Джунг что-то проворчал в ответ. Ему было трудно управлять лодкой в извилистой протоке. Вдруг кто-то вырвал весло у него из рук. Лодка резко накренилась. У кормы вынырнула чья-то мокрая голова, а за ней – еще две.

– Сидите спокойно, или мы опрокинем лодку. Кто вы такие?

Говорящий положил руки на борт. Весь заляпанный грязью и увешанный водорослями, он походил на водяного.

– Старый Шао из деревни, что вверх по течению, послал нас сюда! – ответил Ма Джунг. – Мы попали в переделку с местной стражей!

– Расскажешь все это нашему главарю! – произнес человек и отдал весло, добавив: – Греби прямо на тот огонек!

Шестеро хорошо вооруженных парней поджидали их на грубо сколоченной пристани. Их предводитель держал в руке зажженный фонарь, и в его свете Чао Тай разглядел, что все люди одеты в военную форму, но без знаков отличия. Вооруженный отряд повел их через густой лес.

Вскоре показались огоньки, тускло мерцающие сквозь ветви. За деревьями открылась широкая поляна. Около сотни мужчин собрались вокруг костров, на которых в чугунных котлах варился рис. Все были вооружены до зубов.

Ма Джунга и Чао Тая провели на другой конец поляны, где под старыми узловатыми дубами на низеньких лавках сидели четверо мужчин.

– Вот те двое парней, о которых доложили дозорные, капитан! – почтительно доложил главный из сопровождающего их отряда.

Человек, которого назвали капитаном, был широкоплечий молодец в плотно подогнанной кольчуге и мешковатых штанах из черной кожи. Его волосы были повязаны красной лентой. Оглядев обоих друзей сверху донизу маленькими злыми глазками, он рявкнул:

– Говорите, мошенники! Зачем пришли? Откуда вы? Как вас зовут? Рассказывайте все!

Его резкие выкрики походили на звуки армейских команд. Чао Тай подумал, что он, наверное, дезертир.

– Меня зовут Юнг Бао, капитан, – с заискивающей улыбкой сказал Ма Джунг. – Я и мой приятель – лесные братья.

И он рассказал, как они подрались с охранниками и как хозяин постоялого двора послал их на Остров Трех Дубов. Потом он добавил, что двое крепких парней сочтут за великую честь, если капитан возьмет их к себе на службу.

– Сначала мы проверим, что за байки ты тут наплел, сколько в них правды и сколько лжи, – сказал капитан и обратился к охране: – Отведите их к остальным!

Обоим выдали по деревянной миске, наполненной рисом, и провели лесом на соседнюю поляну, размером поменьше. Свет факела осветил сложенную из бревен большую хижину. Перед ней на корточках сидел человек и ел рис. На краю поляны под деревом на коленях сидела девушка, одетая в синюю рубаху и штаны, какие носят крестьяне. Она также держала в руках палочки для еды.

– Отсюда вам не уйти! – предупредил конвоир и удалился.

Ма Джунг и Чао Тай, скрестив ноги, сели напротив мужчины. Тот мрачно на них посмотрел.

– Мое имя – Юнг Бао! – приветливо обратился к нему Ма Джунг. – А твое?

– Мао Лу, – угрюмо ответил тот. Он бросил пустую миску девушке и проворчал: – Вымой!

Девушка молча встала и подобрала ее. Она подождала, пока поедят Ма Джунг и Чао Тай, и забрала их миски тоже. Ма Джунг разглядывал ее с одобрением. Она была грустна и двигалась с трудом, но ее красота сразу бросилась в глаза. Мао Лу проследил его взгляд, нахмурился и грубо сказал:

– Она не для тебя, парень! Это моя жена!

– Очень хорошенькая! – заметил Ма Джунг равнодушно. – Послушай, почему они держат нас здесь? Можно подумать, что мы – какие-то злоумышленники!

Мао Лу сплюнул и быстро взглянул на сгустившиеся вокруг них тени. Потом он тихо сказал:

– Да, на дружелюбие это не похоже. Я пришел сюда вместе со своим другом, боевым парнем. Мы сказали, что хотим примкнуть к ним. Капитан забросал нас всякими придирчивыми вопросами. Моему другу надоело, и он что-то вякнул на этот счет. Знаете, что из этого получилось?

Ма Джунг и Чао Тай отрицательно покачали головами. Мао Лу провел большим пальцем руки по кадыку.

– Именно это, – сказал он с горечью. – Они держат нас здесь, как в тюрьме. Вчера ночью двое бандюг подкрались и хотели похитить мою жену – мне пришлось с ними драться, пока не подошли часовые. Надо сказать, что у них тут соблюдается дисциплина, но в остальном это просто мерзкая стая. Жаль, что я пришел к ним!

– Что они замышляют? – спросил Чао Тай. – Я-то думал, что они – честные разбойники, которые всегда рады таким людям, как мы!

– Пойди и спроси у них! – усмехнулся Мао Лу.

Девушка возвратилась и поставила чашки для риса под деревом. Мао Лу проворчал:

– Почему бы тебе со мною не поговорить?

– Сам развлекайся! – спокойно ответила девушка и ушла в хижину.

Мао Лу покраснел от злости, но не предпринял даже попытки последовать за ней. Грязно выругавшись, он сказал:

– Я спас этой девочке жизнь! И что я с этого поимел? Кислую рожу! Я задал ей хорошую взбучку, но это не помогло!

– Женщине нужно, чтоб о ее спину измочалилось несколько ли хороших веревок, прежде чем она поумнеет! – мудро заметил Ма Джунг.

Мао Лу встал, подошел к подножью старого дуба, сгреб кучу листьев и улегся на ней. Ма Джунг и Чао Тай тоже улеглись на сухих листьях. Вскоре они крепко спали.

Чао Тай проснулся от того, что кто-то дул ему в лицо. Ма Джунг зашептал приятелю в ухо:

– Я все разведал, брат. В главной протоке стоят две большие джонки, готовые к отплытию завтрашним утром. На них нет охраны. Мы можем треснуть нашего друга Мао Лу по голове и забрать девушку на одно из этих судов. Но нам с тобой не стащить тяжелую джонку к реке. Кроме того, неплохо бы знать дорогу.

– Давай спрячемся в трюме, – прошептал Чао Тай. – А завтра, когда эти негодяи выведут судно на реку, мы захватим их врасплох.

– Отлично! – сказал Ма Джунг. – Или мы – их, или они – нас. Такие простые задачки мне по зубам. Что ж, обычно они отплывают до рассвета. У нас еще есть время, чтобы вздремнуть.

Вскоре оба уже храпели.

За час до рассвета Ма Джунг поднялся и потряс Мао Лу за плечо. Когда тот сел, Ма Джунг сильным ударом в висок лишил его чувств и крепко связал ему руки и ноги тонкой цепью, которую носил на поясе. Потом оторвал кусок ткани от его куртки и заткнул ему рот. После разбудил Чао Тай и вместе с ним вошел в хижину.

Пока Ма Джунг будил девушку, Чао Тай достал кресало и трут и зажег огонь.

– Мой друг и я – служители суда в Хань-юане, госпожа Дянг! – сказал он. – У нас есть приказ привезти вас обратно в город!

Фея Луны поглядела на них подозрительно и резко ответила:

– Не рассказывайте мне сказок. Если вы дотронетесь до меня, я закричу!

Ма Джунг тяжело вздохнул и достал письмо Судьи Ди, которое прятал под повязкой на голове. Девушка прочитала его и топорливо спросила:

– Как мы выберемся отсюда?

Когда Ма Джунг объяснил ей свой план, она сказала:

– Охрана приносит утренний рис сразу после рассвета. Они поднимут тревогу, когда обнаружат наше отсутствие!

– Ночью я целый час занимался тем, что прокладывал в лесу ложный след в противоположном направлении, – ответил Ма Джунг. – Можете довериться нам, мы знаем свое дело, милочка!

– Побереги свои учтивые обороты для кого-нибудь другого! – вдруг выпалила госпожа Дянг.

– Бойкая девица! – со вздохом сказал Ма Джунг Чао Таю.

Они вышли из хижины. Ма Джунг взвалил Мао Лу на плечи. Ориентируясь в лесу, как дома, он уверенно повел за собой Чао Тая и девушку через заросли по направлению к протоке. Вскоре перед ними выросли черные силуэты судов.

Когда беглецы подняли на борт одного из них, Ма Джунг направился к люку на корме и спустил Мао Лу вниз по крутому трапу. Затем спрыгнул в трюм сам. Чао Тай и Фея Луны последовали его примеру. Они очутились в маленьком камбузе – дальше трюм был забит до самой палубы штабелями больших деревянных ящиков, перевязанных толстыми соломенными канатами.

– Заберись наверх штабеля, Чао Тай, и попытайся сдвинуть чуть в сторону верхние ящики во втором ряду, – посоветовал Ма Джунг. – Получится прекрасный тайник. Я скоро вернусь!

Он взял с собой ящик с инструментами, что стоял в углу, и поднялся по трапу. Пока девушка обследовала камбуз, Чао Тай взобрался на самый верх штабелей и прополз в узкую щель между ящиками и потолком. Начав двигать ящики, он пробормотал: «Ух, какие тяжелые! Эти парни, должно быть, набили их валунами!»

Когда Чао Тай расчистил место, достаточное, чтобы укрыть четверых, вернулся Ма Джунг.

– Я проделал пару пробоин во второй джонке! – сообщил он. – Когда они обнаружат, что трюм затоплен, им не скоро удастся найти их!

Ма Джунг помог Чао Таю запихнуть Мао Лу в убежище. К тому уже вернулось сознание, и он дико вращал глазами.

– Пожалуйста, будь столь милостив, не задохнись! – сказал ему Чао Тай. – Помни, что наш судья желает допросить тебя прежде, чем ты умрешь!

Когда они уложили Мао Лу меж двумя ящиками, Ма Джунг протиснулся на передний штабель и протянул руки.

– Идите сюда, – сказал он Фее Луны. – Я помогу вам!

Девушка не ответила, она о чем-то раздумывала, покусывая губы. Вдруг она спросила:

– Сколько человек составляют команду такого судна?

– Шесть или семь! – нетерпеливо ответил ей Ма Джунг. – Ну, поторапливайтесь!

– Я остаюсь здесь, – заявила девушка. – Я вовсе не испытываю желания ползать по этим грязным ящикам.

Ма Джунг в сердцах выругался.

– Если ты… – начал он.

Вдруг сверху, с палубы, до них донеслись тяжелые шаги, зазвучали слова команд. Фея Луны приоткрыла крышку люка и выглянула наружу. Потом подошла к ящикам и прошептала: «Около сорока вооруженных людей поднимаются на палубу другой джонки! »

– Сейчас же иди сюда! – прошипел ей Ма Джунг.

Девушка вызывающе рассмеялась и скинула рубаху.

Полуобнаженная, она начала мыть кастрюли.

– У нее превосходная фигура! – прошептал Ма Джунг Чао Таю. – Но, во имя Неба, этот лоскут юбки неплохо соображает, что делает!

Тяжелые веревки с глухим стуком упали на палубу, и джонка стронулась с места. Моряки, шестами приводившие судно в движение, затянули монотонную песню.

Вдруг трап заскрипел. Дюжий матрос замер на лестнице и, открыв рот, уставился на полуобнаженную женщину. Девушка нахально глянула на него и небрежно спросила:

– Ты пришел мне помочь на кухне?

– Я… я должен проверить груз! – с трудом выдавил из себя парень. Взгляд его был прикован к округлой груди девушки.

– Что ж, – фыркнула Фея Луны, – если ты предпочитаешь общество загаженных ящиков, поступай, как знаешь! Я прекрасно управлюсь и сама!

– Ни за что! – воскликнул раззадоренный парень. Он быстро сбежал по трапу и подошел к девушке вплотную. – Разве ты не красавица? – сказал он, широко улыбаясь.

– Ты тоже неплох, – ответила Фея Луны. Она позволила обнять себя на минуту, потом оттолкнула его и сказала: – Делу – время, потехе – час. Подай мне ведро с водой!

– Эй, Лю, ты где там запропастился? – раздался над люком чей-то грубый голос.

– Осматриваю груз! – крикнул парень в ответ. – Сейчас я приду! Ты проверь, готов ли к поднятию парус?

– На сколько человек приготовить рис? – спросила девушка. – У нас на борту имеются воины?

– Нет, все они – на второй джонке, плывущей за нами, – ответил человек, которого звали Лю, и протянул девушке ведро. – Приготовь что-нибудь вкусное для меня одного, моя милая. Я здесь сам себе господин, а рулевой и четверо гребцов могут поесть, что останется.

С палубы донесся звон оружия.

– Ты же сказал, что на борту нет солдат, – заметила Фея Луны.

– Это дозорные с нашего последнего поста, – ответил ей Лю. – Они пришли осмотреть судно, прежде чем мы выйдем на реку!

– Мне нравятся военные люди! – сказала ему девушка. – Пусть они спустятся сюда!

Парень быстро поднялся по трапу, высунул голову из люка и крикнул:

– Эй вы, я осмотрел весь трюм! Здесь жарко, как в аду!

Вслед за этим последовала короткая перепалка, после чего он вернулся с довольным видом.

– Ну вот, я от них избавился! – сказал он. – Я ведь тоже из вояк и свое дело знаю!

Тут он обхватил девушку за талию и нащупал шнурок, на котором держались ее мешковатые крестьянские штаны.

– Только не здесь! – сказала Фея Луны. – Я еще не потеряла стыда, как некоторые. Пойди пошуруй среди ящиков, не найдется ли там для нас укромного уголка!

Лю торопливо подошел к ящикам и подтянулся на руках. Ма Джунт схватил его за горло, втащил наверх и сжимал мертвой хваткой до тех пор, пока тот не лишился сознания. Потом он спрыгнул вниз. Фея Луны торопливо захлопнула люк и снова надела рубаху.

– Замечательная работа, моя красавица! – взволнованно прошептал Ма Джунг и вдруг пригнулся у трапа. На ступеньках показались чьи-то тяжелые сапоги.

– Где тебя черти носят, друг Лю? – раздался сердитый мужской возглас.

Ма Джунг дернул мужчину за ноги. Тот упал с трапа, ударился головой об пол и больше не двигался. Чао Тай протянул сверху руки и помог Ма Джунгу уложить его на ящиках.

– Свяжи его и спускайся вниз, братец Чао! – прошептал Ма Джунг. – Будь готов к приему других негодяев, я отправлю их к тебе.

Он выбрался наружу через люк, пробрался вдоль борта по якорному канату и бесшумно ступил на палубу. Убедившись, что его никто не видел, он направился к рулевому, который обеими руками держал тяжелую ручку руля, и сказал ему:

– В трюме становится слишком жарко!

Он огляделся и увидел, что джонка находится уже посредине реки. Потом развалился на палубе, насмешливо глядя на рулевого.

Рулевой испуганно поглядел на него и громко свистнул. На свист прибежали трое дюжих моряков.

– Кто ты такой? – спросил первый из них.

Ма Джунг заложил руки за голову, зевнул и сказал:

– Я – дозорный, мне было предписано проверить груз. Мы со стариной Лю только что закончили это дело.

– Лю не сказал нам ни слова на этот счет! – недовольно проворчал моряк, заговоривший с ним первым. – Он слишком много о себе думает! Пойду и спрошу, сколько парусов он хочет поднять!

Моряк направился к трапу. Ма Джунг встал и пошел за ним с двумя остальными.

Когда тот остановился над люком, Ма Джунг неожиданным ударом послал его вниз по лестнице, затем быстро, как молния, развернулся и ударил в челюсть другого моряка. Тот, шатаясь, направился к поручням. Ма Джунг ударил его в грудь и перебросил через поручни в воду. Третий бросился на Ма Джунга с длинным ножом в руке.

Ма Джунг быстро пригнулся, и нож прошел над его спиной, когда он ударил врага головой в солнечное сплетение. Нападавший, задыхаясь, упал ему на спину. Ма Джунг выпрямился и бросил владельца ножа за борт.

– Хорош корм для рыбок! – крикнул он рулевому. – А ты держи курс, дружище, а то отправишься вслед за ними!

Ма Джунг посмотрел на вторую джонку. Она осталась далеко позади. Было заметно, что она резко осела на правый борт, люди в суматохе бегали по накренившейся палубе.

– Эти парни уже никогда не высушат свои рубахи! – довольно отметил он и направился к главному парусу.

Чао Тай высунул голову из трюма.

– Ты прислал ко мне только одного! – сказал он. – Где же остальные?

Ма Джунг указал рукой на воду. Он пытался поставить парус. Чао Тай вылез на палубу и сказал:

– Госпожа Дянг готовит нам обед.

Дул сильный ветер, джонка быстро бежала по волнам Великой Реки. Чао Тай разглядывал берега, а затем спросил рулевого:

– Когда мы доплывем до военного поста?

– Через пару часов! – хмуро ответил тот.

– Куда вы направлялись, ублюдок? – снова спросил Чао Тай.

– В Лю-шанг, это в четырех часах пути отсюда. Наши друзья собирались дать там сражение.

– Тебе повезло, парень! – заметил Чао Тай. – Теперь тебе уже не придется участвовать в этой потасовке!

Пока они ели рис в тени паруса, Ма Джунг поведал госпоже Дянг о приключениях ее мужа. Когда он закончил, глаза ее были полны слез.

– Бедный, бедный мой мальчик! – проговорила она с нескрываемой нежностью.

Ма Джунг и Чао Тай переглянулись. Ма Джунг прошептал:

– Ты можешь понять, что такая красивая женщина нашла в этом малохольном ораторе?

Но Чао Тай не слушал его, а внимательно смотрел вдаль. Вдруг он воскликнул:

– Ты видишь эти флажки? Это военный пост, брат!

Ма Джунг вскочил и велел рулевому приставать к берегу. Потом он подобрал парус. Через полчаса они подошли к причалу.

Ма Джунг протянул письмо Судьи Ди начальнику караула и доложил, что привез четырех разбойников с Острова Трех Дубов и одного – из их округа.

– Я не знаю, чем загружена джонка, – добавил он, – но груз очень тяжелый.

Вместе с четырьмя воинами они отправились осмотреть груз. Так же как и начальник караула, воины были в плотно подогнанных шлемах, железных наплечниках и латах поверх кольчуг. На поясе рядом с мечом у каждого висел тяжелый топор.

– Зачем вы, ребята, таскаете на себе так много железа? – спросил Ма Джунг с удивлением.

Начальник коротко ответил:

– Ходят слухи о стычках с вооруженными бандами ниже по реке. Нас здесь только четверо воинов, а остальные во главе с капитаном ушли в Лю-шанг!

Тем временем воины вскрыли один из ящиков. В нем были железные шлемы, кожаные куртки, мечи, арбалеты, стрелы и другое оружие. На шлемах спереди был изображен белый лотос, а в ящике лежала целая сумка с сотнями таких же маленьких серебряных знаков. Чао Тай набрал целую горсть в рукав и сказал начальнику караула:

– Джонка направлялась в Лю-шанг, за ней следовало второе судно с сорока разбойниками на борту. Но оно отправилось на дно.

– Это – хорошая новость, – воскликнул начальник караула. – Потому что, если мой капитан попадет в переделку в Лю-шанге, у него будет в распоряжении только тридцать воинов! Чем я могу вам помочь? На той стороне – военный кордон, охраняющий южную границу вашего округа Хань-юань.

– Быстрее перевези нас туда! – сказал Ма Джунг.

Очутившись на своей территории, Ма Джунг попросил четырех лошадей. Начальник заставы сказал им, что если они отправятся берегом озера, то будут в городе через два-три часа.

Чао Тай вытащил кляп изо рта Мао Лу. Тот хотел было выругаться, но его язык так распух, что он смог выдавить из себя лишь хриплое карканье.

Ма Джунг, привязывая ноги Мао Лу к подпругам, спросил госпожу Дянг:

– Вы умеете ездить верхом?

– Да, – ответила она, – но я немного больна, одолжите-ка мне свою куртку!

Накрыв седло сложенной курткой, она вскочила на лошадь.

Кавалькада тронулась в путь.

Глава 17

Рассказ очевидца об убийстве, произошедшем в храме, Судья Ди находит решение старинной загадки


Пока Ма Джунг и Чао Тай вместе с госпожой Дянг и арестованным Мао Лу возвращались в Хань-юань, Судья Ди вел дневное заседание суда.

В судебном присутствии было очень жарко, тяжелое парчовое одеяние судьи липло к его взмокшему телу. Судья чувствовал себя усталым и раздраженным – он провел всю предыдущую ночь и все утро вместе со Старшиной Хунгом и Тао Ганем, изучая бумаги, содержащие сведения о прошлом и образе жизни каждого из служителей суда, но эта работа не дала никакого результата.

Никто из стражников или писцов – а тем более слуг – не тратил денег больше, чем мог себе позволить по своему положению; никто из судейских не позволял себе частых отлучек – и вообще, не было найдено ничего подозрительного.

Судья во всеуслышание высказал версию, что Ван И-фан покончил с собой. Тело положили во временный гроб, который до вскрытия трупа поставили в одной из камер тюрьмы.

Заседание суда длилось долго из-за большого количества нуждающихся в рассмотрении рядовых дел. Ни одно из них не было особенно важным, однако, если бы их не рассматривали вовремя, управление уездом сбилось бы с установившегося порядка. Судье в этой рутинной работе помогал только Старшина Хунг, потому что Тао Ганю Судья Ди приказал пойти в город и выяснить царящее там настроение.

Закрывая заседание, Судья Ди облегченно вздохнул. Когда Хунг помогал ему переодеваться, в покои судьи пришел Тао Гань.

– В городе что-то назревает, Ваша Честь. – В голосе Тао Ганя слышалось беспокойство. – Я побывал в нескольких чайных – люди ждут каких-то волнений, но никто не знает точно, откуда придет беда. Ходят слухи о бандах, которые собираются в соседнем уезде Шанг-пей; кое-кто предполагает, что вооруженные разбойники собираются переправиться через реку и прийти сюда, в Хань-юань. Когда я возвращался, владельцы лавок уже закрывали ставни, а это – дурной знак.

Судья подергал себя за усы и сказал помощникам:

– Это началось несколько недель назад. Я почувствовал что-то неладное сразу по прибытии в этот город, а теперь мое беспокойство обретает более ясные очертания.

– Я заметил, что за мной наблюдают, – закончил Тао Гань свой рассказ. – Единственное, что я могу предположить, это то, что в городе меня многие знают, и то обстоятельство, что я участвовал в аресте Монаха, без сомнения, вызвало много пересудов.

– Ты узнал человека, который следил за тобой? – спросил Судья Ди.

– Нет, Ваша Честь. Это был высокий парень с мощными мускулами, красной рожей и круглой бородой.

– Ты приказал охранникам арестовать его, когда подошел к нашим воротам? – нетерпеливо спросил судья.

– Нет, Ваша Честь, – печально ответил Тао Гань, – я не мог. Когда я проходил мимо храма, к нему присоединился второй, и они стали преследовать меня. Я остановился около лавки, торгующей растительным маслом, рядом с открытым чаном, стоявшим на улице. Когда этот верзила ко мне приблизился, я толкнул его прямо на чан. Он упал и опрокинул чан на себя – масло залило всю улицу. Из лавки выбежало четверо дюжих работников. Этот грубиян заявил, что я напал на него и потому во всем виноват. Но, оглядев нас обоих, работники решили, что он их дурачит. Последнее, что я видел, – это то, как они разбивают каменный кувшин об его голову, а второй мошенник удирает, точно заяц! – закончил Тао Гань свою историю.

Судья Ди испытующе посмотрел на этого тщедушного человека. Он помнил рассказ Ма Джунга о том, как Тао Гань заманил Монаха в гостиницу «Красный карп». Он подумал, что этот хитрец, с виду совсем безобидный, может оказаться опасным противником.

Дверь отворилась, и в комнату вошли Ма Джунг и Чао Тай, за ними последовала госпожа Дянг.

– Мао Лу – в тюрьме, Ваша Честь! – победно возвестил Ма Джунг. – А эта девушка – исчезнувшая невеста!

– Молодцы! – широко улыбнулся Судья Ди. Жестом пригласив девушку присесть, он сердечно к ней обратился: – Вы, госпожа, несомненно стремитесь как можно быстрее попасть домой. В свое время вам предстоит дача показаний в суде. А сейчас я хочу, чтобы вы рассказали мне, что с вами произошло после того, как вас поместили в буддийском храме, – я хотел бы проверить свою версию убийства, там совершенного. Подробности несчастного случая, который привел вас к этой неприятной ситуации, мне в общих чертах известны.

Щеки Феи Луны зарумянились. Овладев собой, она начала свой рассказ:

– В какой-то момент я подумала, что гроб уже наглухо заколочен. Но потом я почувствовала легкое дуновение воздуха, который проникал сквозь щели, оставленные неплотно пригнанной крышкой. Собрав все силы, я попыталась поднять крышку, но она не поддавалась. Я начала звать на помощь, стучала по стенкам руками и ногами, пока не разбила их в кровь. Дышать стало труднее, и я испугалась, что вот-вот задохнусь. Не знаю, как долго я пролежала в таком состоянии. Потом я вдруг услышала смех. Я закричала, что было сил, и снова начала стучать в стенки гроба. Смех резко оборвался. «Там кто-то внутри! – раздался хриплый возглас. – Это – злой дух, давай убежим!» Я неистово закричала: «Я – не злой дух! Меня положили в гроб заживо, помогите мне ради Небес!» Гроб затрясся от сокрушительных ударов, наносимых снаружи. Крышку подняли, и я наконец смогла глотнуть свежего воздуха. Я увидела двух мужчин, с виду мастеровых. У старшего было доброе, все в морщинах, лицо, а второй казался угрюмцем. По их раскрасневшимся физиономиям я сразу определила, что они уже много сегодня выпили, но неожиданное открытие их отрезвило. Они помогли мне вылезти из моего гроба, отвели в сад при храме и усадили на каменную скамью рядом с прудом с лотосами. Старик зачерпнул воды из пруда, чтобы я умыла лицо, а молодой заставил глотнуть какого-то крепкого напитка из бутылки, сделанной из тыквы-горлянки. Когда я почувствовала себя несколько лучше, я рассказала им, кто я такая и что со мной случилось. Тогда пожилой сказал, что его зовут плотник Мао Юань и что сегодня днем он работал в доме Доктора Дянга. А потом он встретил в городе своего племянника, и они вместе поужинали, а так как было уже очень поздно – решили переночевать в пустом храме. «Теперь мы отведем вас домой! – сказал плотник. – Доктор Дянг вам расскажет все остальное».