Ландсель

(принимая ее)



       На Эрика надеть
Прикажешь?



Христиерн



      Хорошо.



Оттон Крумпен



         (И то прекрасно!
С меня на мальчика!)



Эрик

(отталкивая цепь, которую хочет надеть на него Ландсель)



          За что же мне?
В великих подвигах участником не был
Твой бедный паж, твоя сиделка.
Мне ль цепь, когда меча носить не смею?
Скорее пяльцы мне; скорей иглу,
Шелки, чтоб этих подвигов узоры
На память будущим векам изобразить.



Ландсель



Опомнись.



Христиерн



     Брось, брось, он другой дождется цепи!
Теперь с детьми возиться нам не время;
Хочу великого Густава видеть.



(Удаляется, за ним Эрик и Ландселъ; Оттон Крумпен выходит в другие двери.)



Явление V



Гаральд

(один)



Он счастлив... А! настал мой час. Все в дело!
Ум, хитрость и любовь и мщенье... Мщенье!
Подай мне силу льва и злобу тигра,
И взгляд орла глубокий мне подай.
И вы, о мать моя, о мой отец,
Чета прекрасная, земли венец,
Лишенные злодеем жизни, чести,
Всего, что лучшего на свете только есть.
С небесной высоты пошлите помощь мне:
За вас уж настает святой час мести.





Явление VI

Сцена представляет небольшой двор на берегу моря, между зданиями королевского замка, которые оканчиваются башнями, выдающимися в море; среди левого крыла зданий виден сход из дворца, среди правого крыла — ворота. Вечер, солнце на закате.

Густав, с цепями на руках, Родериг и стража.



Густав



И вот опять на датской мы земле!
Два года, ровно два, как я здесь был.
Тогда я приезжал не так, как ныне,
Невольником, в цепях, залогом жалким
Покоя жалкого моей отчизны;
Я приезжал тогда послом от ней,
Христьерну самому едва не равный,
С челом возвышенным и речью смелой.
Тогда и ты, Ютландии краса,
Чудесное сиянье полуночи,
Какого не видал отвека Север,
Кидала на меня лучи свои;
Тогда, роскошный цвет, в снегах рожденный,
Чтоб дивом быть снегов, души своей
Ты посылала мне благоуханье.
Прочь память этих дней! все, все прошло;
Елисавета — дочь тирана...
Все бич его кровавым залил следом.



(Немного погодя.)



Но разве я теперь не так же счастлив?
О мать моя, тебе несу свободу;
Надел я эту цепь, чтоб снять твою;
Купил я ею жизнь отцу, тебе могилу
Под небом севера благословенным.



(Прохаживается по двору, заглядывая в окна зданий)



Где ж мать?.. В которой же из этих башен
В неволе дни влачит?.. где мне искать ее,
Скажи мне, сердце; пусть на твой призыв
Откликнется она!.. Нет встречи, нет привета;
Отзыва не дает знакомый голос!
Молчание, как в гробе... Тс! тише, сердце;
Замри на этот миг... Мне показалось,
Тень у окна знакомая мелькнула...



Матильда показывается у окна



Явление VII

Те же и Матильда.



Густав



О, Боже! ты ль, родная?



Матильда

(протягивая к нему руки сквозь решетку)



А!.. сын мой!.. дорогой
Мой, милый, обними меня.. Железо,
Везде железо!.. не смогу., а то б
Я бросилась к тебе... И ты здесь,
Мой верный Родериг?



(Родериг старается знаками изъяснить свою преданность.)

Густав



          Хоть издали
Пошли ты мне свое благословенье



Матильда

(вглядываясь в него)



В цепях ты?.. Нет благословенья!



(Скрывается.)



Явление VIII

Те же, кроме Матильды, и Гаральд.



Гаральд

(кривляясь, кланяется Густаву)



Герой полуночи, которого так имя
По всей подсолнечной гремит, позволь
Приветствовать тебя с великой западней.



Густав



Прочь, шут!



Гаральд



     Что лучше, быть предметом шутки,
Или шутить? орлом в железной клетке,
Или насмешницей сорокой на свободе?



Густав



Прочь, говорю, и в клетке у орла
Есть клюв и когти.



Гаральд



         Жаль! и те бедняжки
Так шуткой скованы, что разве я,
Да, я их разорвать могу.



Густав



            Христиерн
К цепям послал и это униженье!



Гаральд



Вот видите, король шутить изволит;
А если эта блажь им в голову придет,
Так голове чужой порядком достается.



Родериг показывает руками на облик свой и потом взорами на Гаральда.

Густав

(тихо Родеригу)



Да, смелый, умный вид и добрый — редкость
Здесь, при дворе Христьерна.



Родериг делает ему еще знаки, показывая на башню.

Густав



               Понимаю!
Как капли две воды Кронсгельм, тот самый,
Что с башни этой



(указывает на одну из башен)



         сброшен, а жена,
Красавица, в позор вовлечена
Насильственно. Была она ведь Шведка
И роду нашего. Исчахла
Несчастная!.. Был сын у них... неужли шут?



Гаральд



Вглядися в шутку, каяться не будешь;
Скорлупку разгрызи — найдешь ядро.



(Убегает в сторону.)

Густав

(Родеригу)



Какое чудное он впечатленье
Оставил; объяснить не можно. Шут!
А между тем неведомая сила
Меня к нему влечет. Не тайна ль крови?





Явление IX

У всех окон и на балконах показываются дамы и рыцари; у одного окна — Елисавета: увидав Густава, она закрывает глаза платком и на время удаляется; в продолжение явления показываются и уходят разные лица



Густав



Лишь этого еще не доставало!
О Господи, какое униженье!
Смотри, Христьерн, тебе отплатит Небо.



(Ландсель проходит по сцене.)

Густав

(останавливая его)



Эй, господин! стоять я долго ль буду
У этого позорного столба?
Найдется ль хоть один между рабами,
Который королю сказать бы смел,
Что я заложник, не преступник,
Что стыд ему — меня позорить, стыд!
Бесчестие не мне в плену — ему, владыке.



Ландсель



Я ничего не знаю, ничего
Не слышу.



Густав



     Так тебя давно я знаю!
Стой здесь ты, деревянный столб,



(накладывает на плечо его руку)



И унижению служи опорой,
Пока его не придут снять с меня.
А вы, честные рыцари и дамы,



(кланяется)



Пред вами я на суд Христьерна вызываю.
За жизнь отца и матери свободу,
За тишину страны моей родной,
Я отдался заложником Христьерну:
Свободно отдался — свободен должен быть.
Меж королем и мной на то условье
Его, епископа великим словом
И государственной печатью скреплено.
Теперь вы видите, я предстою
Унижен, оскорблен, в железа скован.
Где слово рыцаря? не говорю,
Где слово короля, великое, святое,
Залог народной правоты и чести?
Не я, Христьерн условье раздирает.



(Немного погодя.)



Молчите, рыцари?.. Ужели слово
Боитесь произнесть за дело чести?



(Слышен ропот.)

Елисавета

(показываясь у окна)



Когда молчат защитники ее,
За благородных дам я отвечаю.
Густаву Вазе цепи не позор:
Он долг исполнил свой, как паладин.



Густав



Благодарю.



Баронесса Ландсель



     Что делаешь, принцесса?
Мятежник он.



Елисавета



      Достойному
Плачу достойное.



Матильда

(показываясь у решетки)



        Позор Христьерну!



Начальник замка



Густава Эриксона к королю.



По этому призыву все дамы и рыцари скрываются.

Густав



В цепях я не пойду.



Начальник замка



          Изволит ждать.



Густав



Хоть вечность целую прождать изволит.



Ландсель



Мне в церемонью...



Густав



          Церемонься здесь.



Эрик