– Эри не такая, – возразила Майю. – Народ любит ее. Люди знают, что она никогда не сделала бы ничего подобного. Справедливость восторжествует.

И тогда Ринат, отчаявшись найти кого-нибудь из соклановцев, залез в Сеть в поисках заказа.

Она посмотрела на принцессу, но та в ответ лишь указала на дверь.

Подпольные сайты почти не изменились за год. Были контракты, были и те, кто готов эти контракты выполнить. Хотя почти никто и не вспоминал о Сталкерах, о Волках, о Dark Souls. Хакеры продолжали жить – рулили новые кланы, новые ассоциации и сообщества…

– Идем. У нас будет время все обсудить, когда мы поедим и отдохнем.

Пару дней повертевшись в Сети, Ринат встретил нескольких старых знакомых и с их помощью нашел не очень сложный – правда, и не очень дорогой – заказ.

Потребовалось время, чтобы разобраться с лабораторией. Тамара привела доктора в чувство, и он, в свою очередь, разбудил остальных кергудов под наблюдением королевы Леути и Эри. Вместе с Рейемом их было четверо, но кроме него никто больше не помнил своих настоящих имен. Они ничего не спрашивали и ни о чем не просили. Они просто стояли – кто-то с крыльями, кто-то с рогами, кто-то с клешнями, – ожидая приказа. Идеальные солдаты. Может быть, они были изменены сильнее, чем Рейем? А может, просто ни у одного из них не было своего Бергина, который напоминал бы им, что они состоят не только из боли и гнева?

Сейчас он заново почувствовал все сложности работы в одиночку – криминальные заказы вполне могли оказаться жесткой подставой, и страх не отпускал Рината вплоть до того момента, когда он передал заказчику диск. И только выйдя из бара, Ринат успокоился и почувствовал, как поднимается его настроение. Не из-за денег и не из-за проделанной работы, которая на самом деле была довольно пустячной. Он снова вернулся к своей жизни, он снова очутился в родной стихии. Он снова чувствовал себя в движении.

Майю смотрела, как запирают лабораторию и Бергин с Рейемом кидают последний взгляд на место, ставшее для них ожившим кошмаром. Здесь находились доказательства, и пока все должно было остаться неприкосновенным.

За ним следили. Скорее всего, с момента его встречи с заказчиком.

«Но я вернусь», – пообещала она себе. Пусть ей никогда не удастся прогнать пустоту из глаз брата, но она разнесет это место по кирпичику, если придется. А потом посмотрит, как оно сгорит дотла.

Думая сначала, что это обыкновенные гоп-стопники, Ринат попытался объяснить, что денег нет и в квартире брать нечего, за что получил ощутимый удар в живот.

Их было двое. Молодые парни, грузины, они особо не церемонились с Ринатом – втолкнули его внутрь квартиры, зашли следом и закрыли дверь.

Поездка в летний дворец не заняла много времени. Он расположился в зеленой лощине на берегу прекрасного озера и служил убежищем для членов королевской семьи и важных гостей короны в жаркие летние месяцы.

– Ну что делать с тобой, черномазый? – насмешливо спросил тот, что был с пистолетом. В голосе его звучал явный акцент, он несильно ткнул Рината в плечо дулом и подмигнул своему сообщнику.

Майю с братом и Бергиным сидела в гостиной, выходящей в сад, и смотрела, как медленно поднимается над озером солнце. Других гришей и кергудов расселили в отдельные, тщательно охраняемые комнаты, но Бергину разрешили остаться с Рейемом.

– Черномазый? – автоматически Ринат провел рукой по своим волосам, которые были едва темнее соломы, и покачал головой. – Парни, вы, похоже…

– И что будет теперь? – спросил он. – Я не могу вернуться в Фьерду.

– Сколько тебе заплатили, ниггер? – спросил второй, осматриваясь.

Майю не знала. Она не загадывала дальше того момента, когда найдет и освободит Рейема.

В полумраке коридора их лица были плохо видны, но они, кажется, не ставили перед собой цели скрыть их.

– Мы могли бы отправиться домой, – предложила она. – Мама и па…

– За что? – спросил Ринат, пытаясь понять, кто это такие.

– Нет, – резко оборвал ее Рейем. – Я не хочу, чтобы они увидели меня таким.

– За то, что ты у пиццерии сайт грохнул, ламер, – пояснил второй. – Только не ври, чревато.

– Они думают, что ты мертв.

– Хорошо. Пусть оплачут меня.

Врать действительно не имело смысла – эти грузины, видимо, имели достаточно информации для того, чтобы знать правду.

– Рейем, – взмолилась Майю. Ей нужно было узнать, что есть шанс вернуть назад хоть часть их прежней жизни. – Они любят тебя. Больше всего на свете. Больше меня. Больше, чем свою жизнь. Они будут любить тебя так же, как любили прежде.

– Двести пятьдесят, – нехотя ответил Ринат и добавил: – Баксов.

– Но я не уверен, что смогу ответить на их любовь.

– Глянь, Каха, ниггер правдивый. – Второй ухмыльнулся. – И где наши тридцать копеек, черномазый?

Майю отвела взгляд. Ей было невыносимо вспоминать своего милого, веселого, щедрого брата и понимать, что его больше нет.

– В смысле? – на этот раз Ринат действительно не понял, о чем идет речь.

В дверь постучали, и вошла Тамара.

– Тридцать процентов, ниггер, – пояснил второй. – Я говорю о тридцати процентах. В сумме это составляет семьдесят пять долларов. Плюс мы катались из-за тебя, бензин спалили, так что сотка вкруговую. Это для начала.

– Им нужны твои показания.

Теперь до Рината дошло.

Майю поднялась и почувствовала прикосновение к руке.

Скорее всего, заказчик был подставой – только не сетевиков, а этих рэкетиров.

Рейем смотрел на нее. Сестра. Кеббен. Пусть на этом все закончится.

Подобное встречалось и раньше. В роли вымогателей выступали боевые отделы других кланов, которые если и терпели конкурентов, то только мелких и только для того, чтобы снять с них проценты.

В ответ она смогла лишь улыбнуться и кивнуть. Он навсегда останется ее братом, неважно, чего он лишился.

В Dark Souls поиском заказов, как правило, занимался ТуФед, у которого при огромных связях была еще и потрясающая интуиция. С ним осечек не бывало.

Королева Леути ждала в храмовом зале, на троне, в окружении своих Тавгарадов и сидящей справа от нее Эри. Статуи Шестерых Стражей сияли в залитых солнцем нишах стен. Макхи усадили на низкую подушку слева от королевы, чтобы смирить ее гордыню. Но она и там сидела, гордо выпрямившись и с таким безмятежным лицом, словно сама занимала трон.

Сейчас Ринат был один.

– Майю Кир-Каат, – обратилась королева Леути. – Ты расскажешь нам свою историю?

И кто ему поможет? Уж не Алиса, это точно.

Майю не смогла скрыть своего удивления. Она ожидала, что ей придется лишь подтвердить сказанное Эри, как случилось во время разговора с министрами Нагхом и Цзиун. Она посмотрела на Тамару, затем на Эри, которая чуть заметно кивнула ей в знак поддержки.

– Слушайте… – Ринат решил пойти ва-банк. – Джамбу знаете? Я с ним работаю…

– Начни со своего брата, – подсказала принцесса. – Когда ты узнала, что он исчез?

Майю сделала глубокий вдох.

Он осекся, увидев резко изменившиеся лица своих гостей, и понял, что сказал что-то не то.

– Мне сказали, что он мертв, но я не поверила. Я слышала разговоры о кергудах, да и не только я. Поэтому решила разыскать его.

Сначала она говорила с запинкой. Ей казалось, что слова приходится вытягивать из себя, но постепенно история начала раскручиваться, а потом захватила ее, и оставалось только следовать ее развитию. В какой-то момент она поняла, что плачет. Никогда еще ей не приходилось рассказывать кому-то свою историю, историю Исаака, никогда у нее не получалось соединить начало с серединой и с тем, что могло бы стать концом.

Грузины переглянулись. Первый направил пистолет прямо Ринату в голову, а другой достал из кармана телефон.

Когда она закончила, королева Леути произнесла:

– Ты сейчас совершил крупную ошибку, ниггер, – задумчиво произнес он. – У нас договор с Джамбой – он не лезет в Сеть, а мы… Короче, либо косяк упорол Джамба, либо ты. Сейчас я позвоню старшим, пусть они разбираются – и если это ты лажанулся… Короче, у тебя есть пять секунд, чтобы попытаться исправить ошибку.

– Ты сослужила короне хорошую службу, Майю Кир-Каат. Я бы хотела попросить тебя остаться одной из наших соколов. В грядущем Эри понадобится защита тех, кому она сможет доверять.

И он, пристально глядя в лицо Рината, на ощупь нажал на телефоне несколько кнопок.

Майю отдала честь.

Ринат вспомнил последнюю встречу с Джамбой. Вспомнил, как тот сказал: «Братан, я сейчас не связываюсь с хакерами, это не мое». Тогда Ринат подумал, что это Алиса его предупредила.

– Я с радостью буду служить нашей будущей королеве.

– Но я не стану королевой, – мягко возразила Эри.

Вряд ли Джамба за него впишется. Дело серьезное. Помощи ждать неоткуда. Он один. И решать проблему, судя по всему, тоже придется в одиночку.

– Значит…

– Погоди! – Ринат тяжело вздохнул. – Джамба не имеет к этому отношения.

Леути подняла руку.

Кажется, они ожидали этого ответа.

– Я останусь на троне до тех пор, пока не подрастет одна из моих правнучек. Эри и Макхи станут при ней регентами.

– Ты врубаешься в то, что ты сейчас сделал, придурок? – равнодушно спросил он, убирая телефон. – Ты сейчас лажанулся и попал на штуку баксов. А теперь скажи, мы решим этот вопрос по-хорошему?

– Вы не можете говорить этого всерьез! – воскликнула Майю. Солдат, которым она была когда-то, возможно, промолчал бы, зная свое место, но, побывав в жуткой лаборатории, та девочка из прошлого необратимо изменилась, к тому же кто-то должен был высказаться от имени жертв жестокости Макхи. – Макхи нарушала ваши заветы, даже не успев стать королевой. Она виновна в появлении юрда-парема. Она виновна в том, что мой брат… что никто из этих людей никогда не станет прежним. Они были солдатами, которые служили вашей семье и этой стране. Они заслуживают лучшего.

Алиса, это она! Сто процентов.

– Лаборатории закроют, – сказала королева Леути, – а у Макхи не будет больше доступа к распоряжению казной. Она не сможет возобновить эту программу. Всех кергудов отправят в убежище.

Впрочем, сейчас важно не это. Сейчас надо действительно решить этот вопрос по-хорошему, потому что если эти двое переняли методы Сталкеров или Волков…

– В убежище? – переспросила Майю. – Вы имели в виду в ссылку, да?

– Блин, парни… – Ринат развел руками. – В натуре, траблы с деньгами, раскладов не знал.

– Их существование должно остаться тайной. На время они останутся в этом летнем дворце, чтобы отдохнуть и восстановить силы, а мы отправимся в столицу.

Рукоятка пистолета врезалась ему в челюсть. Чертыхнувшись, Ринат упал на колени, хватаясь рукой за подбородок.

Майю не могла поверить тому, что слышала.

– Значит, не решим, – грузин снова целился Ринату в голову. – Каха, иди, глянь.

– Бергин был прав. Он говорил, что правосудия не будет. И Макхи со своими приспешниками не понесут наказания. – Она обратила свой гнев на Эри. – А я сказала ему, что вы не такая.

Каха развернулся и пошел в комнату. Вернулся он минут через десять, ухмыляясь и держа под мышкой системный блок.

Но ответила ей Тамара.

– Короче, черномазый, – вяло бросил он, – с тебя еще шесть сотен. Тебе два дня. Пойдешь к мусорам – сам сядешь за сетевое. А если сядешь, мы тебя в тюрьме достанем. Попробуешь подтянуть кого-нибудь, мы обоснуем, что ты не прав, ты будешь должен в десять раз больше. Понял?

– Если станет известно, что натворила Макхи, воцарится хаос. Каждая из сестер бывшей королевы Табан сможет претендовать на престол.

Не дожидаясь ответа, оба грузина вышли из квартиры.

– Они убивали гришей! – закричала Майю. – Таких же, как ты! Разве тебе…

Тамара даже не поморщилась.

Ринат просидел в прихожей еще минут двадцать. Настроение колебалось от бешенства до глубокого отчаяния.

– Я – гриш, но я еще и шуханка. Я не хочу видеть, как эту страну разрывает гражданская война, подобная той, что была в Равке.

Через полчаса в приоткрытую входную дверь вошел нагулявшийся Ромеро. Недоуменно махнув хвостом, он посмотрел на хозяина, скрючившегося на полу, потом переключился на два пакета из супермаркета, лежащих возле вешалки, и тут же принялся вытаскивать из них лапой вкусно пахнущие свертки.

– Тебе наплевать на Шухан. Тебе просто нужно заполучить союзника, чтобы дать отпор фьерданцам. Макхи должна предстать перед судом.

Это вывело Рината из ступора. Прикрикнув на кота, он закрыл дверь и поплелся с пакетами на кухню.

– Суда не будет, – отрезала королева Леути. – Макхи объявит о своей болезни и о том, что рада будет послужить своей стране вместе с сестрой.

Майю вскинула руки к небесам. Неужели то, что сделали с ее братом, с гришами, с ней и Исааком, ничего не значит?

– Вы знаете, что она на этом не успокоится. Макхи нельзя доверять.

1000110

– С этим я полностью согласна, – сказала королева Леути. – Поэтому и позаботилась о страховке.

В доме был кто-то посторонний. Это Ринат почувствовал сразу, как только открыл глаза.

Она подала знак своим стражам, и вошел министр Йервей, человек, служивший личным врачом у трех королев Табан.

– Он? – неверяще спросила Майю. – Йервей – ее самый доверенный советник.

Он задремал в кресле, вырубился после бутылки пива и двух сигарет – на фоне недавнего нервного потрясения этого оказалось достаточно. Проспал, похоже, несколько часов – во всяком случае, за окном уже стемнело. И вот теперь, едва проснувшись, он услышал какой-то шорох на кухне, а потом, скосив глаза, увидел, что единственный, кроме него, обитатель квартиры дрыхнет на диване, свернувшись калачиком.

Но Макхи не выглядела торжествующей. Впервые за весь разговор маска безмятежности дала трещину и показалось ее побелевшее лицо. Королева Леути печально посмотрела на внучку.

Ринат не стал метаться по комнате в поисках оружия, не стал хватать телефон, чтобы вызвать ментов. Ему было уже настолько все равно, что, поднявшись с места, он без колебаний пошел на кухню.

– Я надеялась, что это неправда, – сказала она. – Но вижу, что министр Йервей не солгал. Эри должна была стать наследницей вашей матери.

Шумел старый электрочайник, из его носика валил пар, он вот-вот должен был закипеть.

– Это… этого не может быть, – выдохнула Эри.

За узким столом сидел Джет. Увидев Рината, он кивнул ему, налил в чашку кипяток и стал задумчиво размешивать сахар.

Губы Макхи искривила усмешка.

– И как ты сюда попал? – задал Ринат глупый вопрос, на который Джет даже не соизволил ответить.

– Она сказала, что мне от рождения присуще коварство Табан, а вот доброты Табан не досталось.

Не дождавшись никакой реакции, Ринат вышел из кухни и вскоре вернулся с зажженной сигаретой в зубах.

– Боюсь, она была права, – вздохнула королева Леути. – Министр Йервей подготовил признание, не так ли?

– Ну и…? – Он уселся напротив Джета, посмотрел на него.

– Так, ваше величество. Четыре копии, как вы и приказали.

– Небогато живешь. – Джет окинул взглядом кухню. – Тебе бы ремонт сделать.

– Макхи, ты тоже подпишешь эти признания. Потом мы их запечатаем. Одно останется у меня, одно – у Эри, одно – у министров Нагха и Цзиун, – незнакомых с его содержимым. Одно отправится в Равку с Тамарой Кир-Батар. Ты будешь следовать условиям, установленным мной, и собственноручно тобой подписанным договором, или твои преступления против короны станут достоянием гласности и тебя станут судить, как предательницу рода Табан.

– Зачем пришел? – хмуро спросил Ринат.

– Я никогда не склоню головы перед другой королевой Табан, – процедила Макхи.

– Ты не поверишь, – спокойно сказал Джет.

– Это твое решение. В этом случае ты удалишься от двора и проведешь остаток дней во дворце по своему выбору, под охраной Тавгарадов по моему выбору. Если тебе нужно занятие, рекомендую садоводство.

– Я постараюсь, – пообещал парень.

– Ваше величество, – обратилась Тамара, выступая вперед. – Я хотела попросить…

Джет сделал глоток и поморщился.

– Я знаю, о чем ты хотела попросить, Тамара Кир-Батар. Я не могу послать войска в помощь твоему королю.

– Не обидишься, если я скажу тебе, что этот чай – дерьмо?

– Королева Макхи подписала договор. Нападение на Равку – это нападение на Шухан.

– Это для гостей, – буркнул Ринат. – Я чай не пью. Так зачем ты пришел?

– Мы отправим королю Равки наши самые искренние извинения и заверения в дружеских чувствах, но мы не можем посылать наших солдат умирать в чужой войне.

– Бабушка, – вмешалась Эри, – но Николай Ланцов спас мне жизнь.

– Кис-кис-кис! – внезапно Джет наклонился и одной рукой подхватил заглянувшего на кухню кота. Посадил его на колени, провел рукой по рыжему загривку и улыбнулся, заметив, что хозяин кота заметно занервничал.

– Мы перед ним в долгу, – подтвердила Майю. Она не любила равкианского короля, но они с братом были обязаны ему жизнью. Он мог бы приговорить ее к смерти за те преступления, что она совершила. Он мог бы заставить Эри стать его женой, чтобы скрепить союз, и бросить на произвол судьбы гришей и кергудов, запертых в секретных лабораториях. – Мы не можем оставить его страну без помощи.

– Джет! Чего ты хочешь?

Леути подняла руку.

– Очень хотелось посмотреть на твоего четвероногого друга.

– Мы отдаем этот долг, соблюдая наш договор и соглашаясь поддержать права всех гришей. Мы не сможем этого сделать, если нас сочтут марионетками Равки.

Джет еще раз погладил Ромеро, потом опустил его на пол.

Тамара посмотрела сперва на Леути, потом на Макхи и, наконец, на министра Йервея.

– Подумать только… – задумчиво произнес он. – По сути, решающим фактором в развитии ситуации стала твоя привязанность к нему.

– Вы заключили с фьерданцами какое-то соглашение, не так ли? Они хотят, чтобы вы оставались в стороне.

– Фьерда дала нам понять, что если они захватят Равку, то будут уважать наши суверенные границы.

Он кивнул головой на Ромеро, который, задрав хвост, призывно мяукнул, требуя, чтобы его накормили.

Тамара медленно покачала головой.

– Ни забот, ни хлопот, верно, Ринат? – подмигнул Джет. – Пожрать, поспать, погулять, снова пожрать. Есть несколько основных целей, а все происходящее вокруг его не волнует. Его не волнует даже то, что происходит с тобой, Ринат. Им управляет не разум, а алгоритмы животных инстинктов…

– Вам остается только надеяться, что они более надежны, чем вы с внучкой.

– Для чего ты мне это рассказываешь? – спросил Ринат.

– Мы не можем послать помощь королю Ланцову. Министры нас не поддержат и будут правы. Это не наша война.

– Ты становишься похожим на него, – сказал Джет. – Попрошайничаешь, воруешь то, что, как тебе кажется, плохо лежит – и все это для того, чтобы набить брюхо и оплатить услуги какой-нибудь старой проститутки.

– Станет вашей, если Равка не будет стоять между вами и Фьердой.

Знакомые слова. Знакомые интонации.

Королева Леути Кир-Табан, Небеснорожденная, не дрогнула.

– Ты… – Ринат с подозрением посмотрел на него.

– Если волки придут, мы их встретим. А пока пусть лис разбирается с ними сам.

– Единственное, что тебя отличает от этого бесполезного животного – то, что ты пока еще не потерял способность думать, – сказал Джет и поднялся с места. – Подумай, Ринат. Просто подумай.

– Блин! – только и сказал Ринат.

33. Монах

Джет вышел из кухни. Хлопнула, закрываясь, входная дверь.

Александр обозревал свою армию верующих, своих последователей, людей, с которыми он построит новую жизнь. Впервые за несколько сотен лет ему захотелось виски.

А когда Ринат вернулся в комнату, он обнаружил, что на столе, на том месте, где еще недавно стоял системный блок, лежали доллары. Шесть сотенных купюр разложены аккуратным веером. Рядом с ними стояла небольшая коробка – когда Ринат открыл ее, внутри оказался маленький ноутбук с телескопической клавиатурой, спутниковым модемом и холоэкраном с активной матрицей, стоящий как минимум в десять раз больше, чем тот комп, который забрали грузины.

– Они готовы, – доложил брат Чернов, светясь гордостью, и его густая, с проседью борода, казалось, встала дыбом от волнения.

«Готовы умереть, я полагаю», – подумал Александр, но ничем не показал своего разочарования.

Еще через пятнадцать минут, подключив новый компьютер к Сети, Ринат узнал, что процессор с кэшем первого уровня в пятьсот двенадцать мегабайт и с интегрированным квантовым сопром будет запущен в серийное производство только лишь через три месяца.

Вместо этого он хлопнул Чернова по спине.

Алиса появилась сразу после того, как Ринат прочел эту информацию.

– Вперед, к откровению.

– Сначала забираешь, а потом даришь? – поинтересовался Ринат, глядя в объектив встроенной веб-камеры.

Здоровяк почтительно следовал за ним, пока они обходили лагерь. Александр понятия не имел, где именно нападут фьерданцы, поэтому привел своих последователей – а теперь они принадлежали ему – в местечко к северу от Адены, чтобы дождаться слухов о битве. Но они требовали отправиться на запад, в Каньон, чтобы проводить ночи в единении с Беззвездным святым. «Я прямо здесь», – хотелось ему крикнуть. Но выбора ему не оставили, и пришлось согласиться на паломничество в святые пески.

Фигурка на холоэкране чем-то напоминала снежную бабу – непропорционально огромный зад вихлялся из стороны в сторону.

Его это не особо расстроило. Отчасти по практическим причинам. В Каньоне негде было укрыться, там не было травы для лошадей и добычи для охотников. Им приходилось питаться вяленым мясом и сухарями, принесенными с собой, и запивать парой баррелей разбавленного пива и водой из фляг.

– Я не имею отношения к тем, кто тебя ограбил, если тебя это беспокоит, – раздалось в мощных динамиках ноута.

Они спали на голой земле, без малейшего укрытия, будь то скала или дерево, способного защитить от ледяного зимнего ветра. И все равно его спутники ликовали. Они проводили службы на закате, а в течение дня молились и тренировались. В конце концов, им предстояло вступить в битву, и, хотя Александр не ждал, что они смогут проявить себя в сражении, нужно было, чтобы они хотя бы внешне напоминали солдат.

– Но ты ведь знала, что на меня наедут? – допытывался Ринат.

– Откуда у вас такие познания в военном деле, Юрий? – спросил брат Азаров, когда Александр в очередной раз отправил паломников бегать. Он и сам был солдатом до того, как дезертировал, чтобы примкнуть к Беззвездным.

– Некоторые события должны произойти с большей вероятностью, чем другие, – уклонилась от ответа Алиса. – Если ты настолько глуп, что не видишь очевидного, то тебе стоит поучиться у своего бесполезного животного, а не рассчитывать на то, что я брошу все свои дела и буду заниматься твоей безопасностью.

– Получил, когда был в святой страже, – солгал Александр.

– Хорошо сказано. – Ринат кивнул головой. – Особенно про бесполезное животное и брошенные дела. Объясни мне одну вещь, Алиса. Только что у меня был Джет, и его поведение навело меня на мысль о том, что…

Юрий никогда даже ружья в руках не держал. Монах был счастлив, проводя жизнь в библиотеке.

– Сконцентрируйся на своей жизни, Ринат, – перебила его Алиса. – Не забивай себе голову беспочвенными домыслами.

– Нам нужно больше оружия, – заявил он.

– Беспочвенными?! – хмыкнул Ринат. – А то, что он…

Густые брови Чернова взметнулись вверх.

– Джет не причинит тебе никакого вреда. Это все, что тебе стоит знать о нем, – во второй раз перебила его Алиса.

– Зачем? Когда Беззвездный…

– Слушай, я всего лишь…

– Мы не можем указывать Беззвездному святому, когда явиться. Поэтому нужно быть готовыми защищаться самостоятельно.

– Ринат, занимайся своей жизнью, а не чужой. Закрыли эту тему. – При этих словах «снежная баба» развернулась и комично уперла руки в бока.

«Они что, так жаждут умереть?» – гадал он.

– От тебя пользы не больше, чем от Ромеро, – Ринат вздохнул. – С котом хоть поиграть можно…

«Они веруют, – последовал ответ Юрия. – Веруют в тебя».

И это к лучшему, но война есть война.

Ровно через три секунды после его слов на экране появился длиннющий список каких-то названий на разных языках. Присмотревшись, Ринат понял, что Алиса выложила названия игр.

– В старой крепости к востоку от Раевости есть тайник с оружием, – сказал брат Азаров. – Нас размещали там ненадолго.

Ринат усмехнулся.

– Думаешь, оно все еще там? – спросил Александр.

– Просто выбери игру, – предложила Алиса.

– Если Беззвездный ведет нас, оно там будет.

Пальцы дотронулись до плавающей трехмерной поверхности холоэкрана. Изображение заколыхалось, словно по нему прошла волна.

Александр с трудом подавил желание закатить глаза. Если он правильно помнил, старая крепость давно пустовала и использовалась только как склад боеприпасов.

Ринат пролистнул страницу списка. Потом еще одну, потом еще. Появилось окно, позволяющее отсортировать игры по названиям, по сетевому рейтингу, по году выпуска…

– Мы отправимся туда сегодня ночью, – сказал он.

Стратегии, симуляторы, эрпэгэшки, все четыре «Дума», включая несколько клонов-квестов, полное собрание «НФС» со всеми ремейками, знаменитые «Лайф» и «Джи-аут», обе «Астарты»… 2001 год… 2000 год… 1988 год… Что же за игры делали в то время?

– После службы.

США, Англия, Япония, Россия, Украина, Франция… Даже Уругвай нашелся.

– Конечно.

Неужели здесь все? Страницы не пронумерованы. Похоже, список бесконечен.

Когда пришла ночь, они запрягли в фургон двух лошадей и отправились в старую крепость. Миновать охрану удалось довольно легко. Трудно было лишь призвать тень, скрывавшую их передвижения, так, чтобы не показать свою силу брату Азарову.

– А если я выиграю? – спросил Ринат, понимая, что выиграть у Алисы невозможно, если она сама этого не захочет.

Но удача вскоре от них отвернулась.

– Я не собираюсь брать на себя какие-либо обязательства в случае твоего выигрыша, – осадила его Алиса. – Если ты хочешь развлечься, я могу потратить на это часть своих ресурсов. Если ты хочешь улучшить свое благосостояние, тебе придется поработать самому.

– И это все? – спросил Александр, глядя на ящик древнего оружия. Он взял одно из старых, еще однозарядных ружей. – С таким же успехом мы могли бы просто забить ими врага до смерти.

Подвинув кресло, Ринат уселся поудобнее и ткнул пальцем в «Джи-аут» – комиксовую стратегию-пародию, которая, по слухам, принесла разработчикам бешеную прибыль. Когда-то он неплохо справлялся с искусственным интеллектом этой игры, но теперь ему противостоит гораздо более мощная программа.

– Беззвездный защитит нас.

Орки в волшебной ауре с минометами, эльфы-автоматчики в черных рубашках с закатанными рукавами на мотоциклах, гномы-рабочие и гномы-зомби, представители внеземных цивилизаций – всем им требовались для развития два основных ресурса: мистический мифрил, который добывался из навоза с ферм единорогов, и нефть, которую гномы-рабочие вырабатывали из каких-то растений, подозрительно напоминающих каннабис. Игра была довольно смешная, и даже битвы, проходившие в реал-тайме, выглядели скорее комедийно, чем кроваво.

Александр изучающе посмотрел на брата Азарова в темноте подвала.

– Ты солдат…

Развить деревню до города, присоединить еще пару деревень… Это село разрушить, в этом назначить губернатора… И фермы, фермы! Как можно больше единорогов, чтобы больше навоза, чтобы больше мифрила! Вот первая армия уже готова, на подходе вторая, уничтожены две вражеские диверсионные группы, из окрестностей люди несут подати, растет благосостояние, появились первые камикадзе – люди, настолько довольные своим правителем, что готовы отдать свои жизни за него без ущерба для рейтинга…

– Я был солдатом.

Он собирался поиграть от силы два-три часа. Но сделав пятиминутный перерыв, обнаружил, что играет уже почти четыре. Он сходил в «маленькую комнату», как называл ее Рубен, потом вернулся, но садиться за компьютер не спешил. Остановился перед столом, скрестив руки на груди, и задумчиво посмотрел на застывшую картинку.

– Что ж. Ты когда-то был солдатом и теперь собираешься выйти на поле битвы, вооруженный лишь верой?

– Если того требует наш святой.

– Разрабатываешь тактические планы? – осведомилась Алиса.

Александра должна была обрадовать такая вера, когда достаточно показать фокус с тенями, чтобы люди пошли за тобой на смерть. Так почему ему было неспокойно?

– Какого черта ты это делаешь? – поинтересовался Ринат.

«Ты защитишь их?»

– Уточни, что ты имеешь в виду, – попросила Алиса.

Он мог бы. И защитит, если будет нужда. Его сила вернулась к нему. Он мог создать ничегой, чтобы те сражались за него. Его последователи могли бы выйти на поле боя с кирками и лопатами и все равно остаться победителями.

– Ты могла уничтожить меня намного раньше, – сказал Ринат. – Когда твои берсерки забрались на ферму единорогов, ты не сожгла ее и дала мне возможность обнаружить их. Для чего? Тебе интересно со мной играть, потому что у меня какая-то особенная тактика?

И все же его что-то тревожило.

– Твое самомнение слишком высоко, – сказала Алиса. – Мне всего лишь интересно твое поведение в тот момент, когда ты находишься в плену иллюзий.

Они выбрали несколько ружей, на вид вполне пригодных к использованию, и в молчании поскакали назад, к Адене. Поскольку они взяли фургон, теперь им надо было встретить брата Чернова с помощниками на окраине городка, чтобы помочь доставить купленные на рынке припасы.

– Каких иллюзий?

Александр никак не мог прогнать из головы мысли о первой созданной им армии.

– Ты так увлекся виртуальностью, что не обращаешь внимания на то, что действительно важно, – сказала Алиса. – Извини за резкие слова, но для тебя говно этих несуществующих животных ценнее, чем твоя работа, которой у тебя нет, чем твоя семья, которой у тебя нет…

Тогда королем был Евгений Ланцов, и ему на протяжении всего своего царствования пришлось воевать с Шуханом. Он не смог удержать южную границу, и его войска были истощены до предела. Александр жил тогда под другим именем. Леонид. Первый Дарклинг, поставивший свой дар на службу королю.

– Да пошла ты! – искренне возмутился Ринат. – Это всего лишь игра! В которую ты сама предложила поиграть!

Его мать советовала ему не ходить. Они жили тогда у старого кожевенного завода, где запах дубильных веществ и потрохов всегда висел в воздухе.

– У меня есть время для отдыха, – сказала Алиса. – У тебя – нет.

– Когда о тебе узнают, изменить этого не получится, – предупреждала она его.

– То есть мы не будем играть дальше? – Ринат с легким сожалением бросил взгляд на холоэкран, где в режиме паузы зависли две группы его камикадзе.

Но он ждал именно такого правителя, как Евгений, – практичного, дальновидного и попавшего в отчаянное положение. Александр отправился в столицу, попросил аудиенции у короля и во время нее выпустил тени на свободу. Тогда Большой дворец еще даже не построили, был лишь обветшалый замок из грубого камня и гнилых бревен.

Мощная сила с точки зрения игры. Мощная и ценная. С такой силой можно любого противника прищучить.

Король и его придворные были в ужасе. Кто-то назвал его демоном, другие заявляли, что он обманщик и лицедей. Но король оказался слишком прагматичным, чтобы упустить такой шанс.

– Как хочешь, – равнодушно отозвалась Алиса.

– Ты со своими талантами отправишься на границу, – велел он Александру. – Будь то настоящее волшебство или фокусы, ты используешь их против наших врагов. И если победа будет за нашей армией, ты получишь награду.

Колебался Ринат всего секунду. После чего вновь уселся в кресло.

Александр отправился на юг с солдатами короля, и когда они сошлись с шуханцами в битве, он спустил тьму на противников, ослепляя, не давая двинуться с места. Войска Равки в тот день победили.

Еще несколько часов он наслаждался «иллюзией виртуальной власти», развивая свою империю и собирая огромные армии.

Но когда Евгений предложил Александру обещанную награду, тот отказался от царского золота.

А потом Алиса послала на него свои войска. Полчища войск.

– Есть и другие, такие же, как я, гриши. Они всю жизнь скрываются. Дай мне право предложить им убежище, и я создам для тебя такую армию, какой мир еще не видел.

Грифоны, заливающие пространство напалмом, роботы, вооруженные луками и секирами, какие-то пауки-пулеметчики, чертовски напоминавшие думовских, змеиные чудовища, похожие на драконов из «Технономикона»… Половины юнитов из армий Алисы, Ринат был готов поклясться, в «Джи-ауте» не существовало.

Александр путешествовал по всей Равке, по местам, где они бывали с матерью, в отдаленные земли, куда он отправлялся один, учиться. Он знал тайные тропы и укрытия гришей, и куда бы ни приходил, везде обещал новую жизнь, в которой не будет места страху.

Пятиэтажный мат, сдобренный обвинениями в наглом жульничестве, Алиса проигнорировала.

– Нас будут уважать, – убеждал он. – Почитать. У нас наконец-то появится дом.

– Я всего лишь показала тебе, насколько иллюзорен твой виртуальный мирок, – сказала она. – Если ты не сталкивался с чем-то, что сильнее тебя, это еще не означает, что ты самый сильный.

Сначала они не хотели идти с ним. Они были уверены, что это уловка и что, как только они окажутся за двойными стенами столицы, их всех убьют. Но несколько гришей согласились отправиться с ним и стали первыми солдатами Второй армии.

– Это беспредел! – Ринат наблюдал на экране, как волосатые гусеницы-кентавры вытаптывают его посевы и грабят очередную его деревню. Похоже, их броню не могли пробить даже танки Рината. – Эти монстры из других игр! Почему я не мог делать таких уродов?

Само собой, от знати и священников посыпались протесты, обвинения в темной ворожбе, но поскольку на военном поприще продолжались победы, споры постепенно затихли.

– Потому что это моя разработка, – ответила Алиса. – Довольствуйся тем, что у тебя есть, а если считаешь, что этого мало, разработай их сам.

И только Апрат короля Евгения продолжил борьбу против гришей. Он предрекал, что святые отвернутся от Равки, если король не перестанет селить ведьм и колдунов под своей крышей. Каждый день он приходил к королю и разглагольствовал до тех пор, пока не начинал задыхаться и краснеть. И однажды просто испустил дух. А если ему немного и помог в этом корпориал, прятавшийся за занавешенным окном, так ведь никто и не заметил.

Игра не по правилам. Точнее, по правилам, установленным Алисой. Наглый шулер сдал себе пять тузов и совершенно не испытывал угрызений совести. Ринат набрал в грудь побольше воздуха, чтобы сказать все, что он думает по этому поводу, но не успел – неожиданно в дверь кто-то позвонил.

Следующий Апрат был более осмотрителен в своих возражениях. В его проповедях прозвучала легенда о Яромире, Санкт-Феликсе и Первом алтаре, история о невероятных солдатах, которые помогли королю объединить страну, и спустя два года Александр начал строительство Малого дворца.

Парень скосил глаза на часы. Пять утра. В такое время хорошие новости не приносят.

Тогда он думал, что выполнил свою задачу, что нашел своим людям надежное убежище, дом, где им не приходилось нести наказание за свою силу.

– Кто это? – автоматически спросил он у Алисы.

Что же изменилось? И ответом было – все. Короли жили и умирали. Их сыновья бывали честными, а бывали продажными. Войны заканчивались и начинались снова – и снова, и снова. Гришей так и не приняли: их ненавидели в Равке, на них охотились за ее пределами. Люди сражались с ними сначала мечами, потом ружьями, чем дальше, тем хуже. Процесс был бесконечным, а ему хотелось положить всему этому конец. Найти силу, равной которой не будет. Мощь, которую нельзя будет не брать в расчет. Результатом стал Каньон.

– Я тебе что, дворецкий? Пойди и посмотри.

Его первые солдаты были давно мертвы. Любовницы, союзники, бесчисленные короли и королевы. И только он продолжал жить. Вечность требовала практики, а у него была возможность попрактиковаться. Мир стал другим. Война стала другой. А он не стал. Он путешествовал, учился, убивал. Он встретил свою сводную сестру, превратившуюся в легенду и ставшую святой. Он по всему миру искал других детей его матери, в стремлении ощутить родство, увидеть себя в других. Он менял жизни, как змея меняет кожу, становясь одновременно привлекательнее и опаснее с каждым новым воплощением себя. Но, возможно, в каждой сброшенной коже он оставлял кусочек того, кем на самом деле был.

«Были бы деньги, можно было бы видеофон поставить», – вздохнул про себя Ринат, пропустив ее ответ мимо ушей.