- Код правильный, слушаю вас! В какой информации вы нуждаетесь?
- Посмотрите, пожалуйста, в своей базе, есть ли какие-нибудь сведения о причинах задержки рейса Москва - Будапешт. - Он назвал номер рейса, дату и время вылета из Москвы.
- Минуту... - Послышался стук клавишей, вскоре последовал ответ: - В наличии имеется единственное сообщение, опубликованное РИА \"Новости\". Зачитать или прислать по факсу?
- Зачитайте.
- \"Сообщение РИА \"Новости\". Сегодня в аэропорту Шереметьево на три часа двенадцать минут был задержан вылет самолета, следующего в Будапешт. Руководство аэропорта сообщило, что вылет задержался по техническим причинам. Нам удалось связаться с нашим надежным источником в службе безопасности полетов, который сообщил, что самолет вылетел точно по расписанию, однако спустя примерно полтора часа он вернулся и сел в Шереметьево. Со слов этого источника стало известно, что была предпринята попытка захвата самолета в воздухе. Что произошло в воздухе и кто были эти террористы, выяснить не удалось, однако на борту обнаружено не меньше трех убитых. Подробности читайте в завтрашних выпусках новостей...\"
- Это все?
- Да, все.
- Спасибо. - Тим Рот положил трубку на аппарат.
Теперь понятно, чем вызвано опоздание самолета, но это не дало ответа на вопрос, почему Бешеного не было на борту. Действие введенного ему транквилизатора рассчитано более чем на двадцать часов. Конечно, можно допустить, что этот Бешеный обладает недюжинным здоровьем и период воздействия этого препарата уменьшился на час-другой, - все равно в запасе оставалось еще достаточно времени, и он никак не мог восстать с ложа и устроить заварушку.
Конечно, нельзя исключать и случайность: что, если среди трупов, обнаруженных на борту, и сам Бешеный? Ведь как гласит русская народная мудрость, и на старуху бывает проруха! При сложившейся ситуации это был бы для него, Тима Рота, не самый плохой выход. На нет, как говорится, и суда нет. Было бы хуже, если бы случилось другое и внимание сотрудников ФСБ, расследовавших захват самолета террористами, чем-то привлек странный больной.
Вот это самый настоящий провал! Прямые наследники КГБ не разучились развязывать язык подозреваемым, и вряд ли сопровождающий Бешеного агент Тайного Ордена долго продержится. Вполне возможно, что уже зачирикал, как тот воробей, и потому-то и молчат все телефоны московского руководителя спецгруппы Ордена. Может, уже всех \"повязали\"! Но это самый скверный исход этой операции. Остается маленькая двойная надежда либо на случайную смерть Бешеного, либо на то, что вмешалась медицина: как-никак, а \"больного\", согласно документам, везут для проведения срочной операции, а здесь непредвиденная многочасовая задержка.
- Стоп! - Тим Рот стукнул себя по лбу: его осенило. - Может быть, именно это и имел в виду Колокольников, сообщая, что наш \"больной\" вылетает в Нью-Йорк? - Он так взволновался от этого предположения, что не заметил, что разговаривает вслух. - Вполне правдоподобно! Сажают захваченный самолет, освобождают заложников, и агент, сопровождающий \"больного\", просит срочной отправки \"больного\" на Запад, для спасения его жизни. Что ж, остается только набраться терпения и ждать. Причем ждать-то совсем немного: через... - он взглянул на часы, - четыре часа тридцать шесть минут самолет из Москвы приземляется в аэропорту Кеннеди...
Распорядившись о встрече московского \"больного\", Тим Рот, чуть успокоившись, вновь углубился в изучение документов о Бешеном. Он настолько увлекся, что не сразу среагировал на звонок мобильного телефона: лишь на шестом сигнале он взял трубку:
- Да, Тим Рот слушает!
- Это Стейк! - раздался голос руководителя группы, встречающей Бешеного.
- Все в порядке? - настороженно спросил Тим Рот, хотя по голосу Стейка уже интуитивно почувствовал, что и здесь что-то не склеилось.
- Среди прибывших пассажиров наш \"больной\" не обнаружен! На всякий случай я пообщался с представительницей российской авиафирмы и уговорил ее ознакомить меня со списком вылетавших из Москвы пассажиров.
- Для чего? - не понял Тим Рот.
- А вдруг он должен был вылететь, но не вылетел по каким-либо причинам!
- Ну и...
- К сожалению, списки подтвердили, что все пассажиры, купившие билеты на этот рейс, прилетели. Вероятно, у меня был такой несчастный вид из-за неприбытия моего родного брата, что добрая женщина настолько прониклась ко мне жалостью, - с усмешкой добавил Стейк, - что дала мне взглянуть на список пассажиров, прилетающих завтра, но и в том списке нет ни первой, ни второй фамилии нашего \"больного\". Какие будут указания?
- Возвращайтесь к текущим делам! - недовольно бросил Тим Рот, тут же отключился и со злостью застучал трубкой по столу, с остервенением выкрикивая: - Дьявол! Дьявол! Дьявол!
Выплеснув негативную энергию, он почти сразу же успокоился. Проверил мобильник, не разбил ли. Нет, работает. Он положил его на стол и задумался, машинально выстукивая пальцами по дереву стола какой-то замысловатый ритм. Если до прилета московского рейса в Нью-Йорк у него и были какие-то сомнения, то сейчас он твердо уверовал, что неприбытие зловредного Бешеного - результат происков российских спецслужб.
Профессионально работают, мерзавцы! Ясно, что и о Колокольникове теперь можно забыть навсегда. Он даже нисколько не удивился бы, если бы подтвердилось, что сообщение о вылете Бешеного в Нью-Йорк отправлял уже не Колокольников, а какой-нибудь ушлый спец ФСБ.
Ну как можно добиться успеха в таких условиях? Сидишь днями и ночами, вынашиваешь планы, находишь самых лучших специалистов, тратишь немереные средства, а тут бац - и все планы летят насмарку! Недаром у него изначально было плохое предчувствие. Однако, черт бы тебя побрал, как же тебе везет, господин Бешеный! Заговоренный ты, что ли? Как теперь докладывать Его Святейшеству?
Не успел он мысленно произнести его имя, как прозвучал звонок.
- Тим Рот слушает.
- Ну, как наши дела?
Тим Рот услышал знакомый голос, и в его мозгу немедленно пронеслось: \"Стоит помянуть черта, как он тут как тут! - Он испуганно перекрестился: Прости меня, грешного!\"
- Приветствую вас, Ваше Святейшество. Исполнение вашего поручения двигается... если честно, то не совсем с той скоростью, как хотелось бы...
- Помощь нужна?
Великий Магистр предлагал помощь только в двух случаях: во-первых, когда давал поручение, и это было в порядке вещей, во-вторых, когда начинал испытывать нетерпение, и это считалось плохим предзнаменованием. Третьего предложения лучше было бы не слышать: за ним следовали серьезные последствия.
- Нет-нет, Ваше Святейшество! - с трудом скрывая беспокойство, возразил Тим Рот. - Почти все находится под контролем.
- Почти? - недовольно спросил тот.
- Почти, потому что случилась нелепая история. - Тиму Роту пришла спасительная мысль. - Наш человек уже вывез его на самолете из Москвы, но какие-то террористы захватили самолет...
- Вот как? И где же приземлились эти террористы? - В ворчливом голосе Великого Магистра послышалось любопытство.
- К сожалению, российским службам удалось вернуть самолет в Москву, и сейчас мы пытаемся выяснить подробности происшедшего, а также где находится наш \"объект\".
- Да, слишком много непредсказуемых людей появилось в нашем неспокойном мире, - задумчиво проговорил Великий Магистр и со вздохом добавил: - Очень много!
Своим лисьим чутьем Тим Рот почувствовал, что тучи над его головой чуть-чуть рассеялись, и немедленно воспользовался этой передышкой.
- Прошу вас дать мне еще несколько недель, учитывая расстояние, отделяющее нас от \"объекта\", - попросил он.
- Хорошо, - после некоторого раздумья согласился Великий Магистр. - У вас есть еще месяц. Надеюсь, что этого вполне достаточно, даже если ваш \"приятель\" находится в Антарктиде, не так ли?
- Вы, как всегда, правы, о Великий... - облегченно начал Тим Рот, но из трубки уже доносились короткие гудки.
Отключив связь, Тим Рот истово перекрестился: кажется, пронесло. Надолго ли? Может быть, он напрасно отказался от помощи? Взял бы и призвал на помощь кого-нибудь из недоброжелателей: глядишь, в случае провала и удалось бы все спихнуть на него. Но, с другой стороны, если бы все получилось и Бешеный оказался перед Великим Магистром, то все лавры достались бы тому, а не Тиму Роту. А вот этого он не мог себе позволить! Достаточно того, что Великий Магистр позволил не жалеть средств.
Что ж, может быть, именно человеческая алчность и поможет ему доставить неуловимого Бешеного пред светлые очи Великого Магистра! Придется использовать свои старые связи в криминальном мире, тем более, насколько он понял из досье Бешеного и его двойника, они и сами давно не прочь с ним разобраться. Им и карты в руки - об этом уж он позаботится.
Несколько дней потратил Тим Рот, созывая Великую сходку наиболее уважаемых в своих странах криминальных авторитетов. Вызвать у них первоначальную заинтересованность не составило большого труда: пятнадцать миллионов долларов на дороге не валяются. Гораздо труднее было собрать их всех вместе. Тиму Роту понадобился весь арсенал его многолетних навыков: от способности убеждать людей до непревзойденного умения лгать. Главная сложность состояла в том, чтобы выбрать для встречи страну, устраивавшую всех: кому-то не нравится одна, кому-то другая, в третьей стране у кого-то врагов немерено, а в четвертой кого-то по прибытии немедленно арестуют местные власти.
После долгих раздумий и замысловатого просчета всех \"за\" и \"против\" Тим Рот остановился на нейтральном Сингапуре, который, судя по всему, устраивал всех пятерых приглашенных - безусловно, ярких и незаурядных личностей.
Первый - Дон Кастелло - довольно тучный мужчина с проседью на висках, один из самых уважаемых \"крестных отцов\" Италии. Почти безвылазно находясь на своей вилле \"Примавера\", он с помощью двух сыновей и нескольких десятков головорезов не только получает деньги от строительных подрядов, казино и контрабанды, но и вершит скорый и \"праведный\", как считает сам, суд, когда к нему обращаются простые граждане Италии. Дон Кастелло является приверженцем старых мафиозных традиций, хотя иногда и идет за новыми веяниями времени.
Второй - Жан Моро - высокий, сухопарый француз с довольно привлекательной внешностью. Обычно про таких говорят: добропорядочный гражданин, которого очень любят женщины. Этот марсельский делец издавна специализировался на торговле \"живым товаром\". Его жизненный путь ничем не отличался от пути множества детей из неблагополучных семей. Родившись в семье алкоголиков, маленький Жан рано познал жизнь улицы, нищету и голод, рано связался с уличной шпаной. А когда первый раз попал в тюрьму, там познакомился с \"деловыми\" людьми и, выйдя на свободу, занялся контрабандой и сутенерством. Его беспощадный и жестокий характер вскоре сделал его влиятельным криминальным авторитетом европейского уровня и даже нештатным советником мэра Марселя по экономическим связям с зарубежными партнерами. Однако основной доход он по-прежнему получал от контрабанды \"живого товара\", и доходы эти за последние годы неизмеримо выросли...
Третий - Томас Сэндвик - англичанин. Глядя на его неприметную внешность, неброскую одежду и дешевую машину, никогда не подумаешь, что он один из самых крупных воротил криминального мира Великобритании. Благодаря родственным связям с несколькими судовладельцами, он занялся контрабандными перевозками. Основой его бизнеса стала доставка наркотиков, оружия, алкоголя и \"живого товара\", то есть проституток, которых он доставлял в любую часть света. Сколотив очень приличное состояние, серьезную его часть тратил на любимое хобби коллекционирование антиквариата.
Постепенно вкладывая деньги в легальный бизнес, стал респектабельным дельцом и даже влиятельным членом партии консерваторов и со временем, потратив немалые средства, был избран в парламент от одного из округов в графстве Кент, после чего вошел в многочисленные экономические комиссии.
Четвертым приглашенным был китаец Ли Бао. Несмотря на свои восемьдесят с лишком лет, он оставался очень бодрым и подвижным человеком. После нескольких таинственных смертей высших членов всемогущей таинственной \"Триады\" - китайской мафиозной организации, контролирующей наркобизнес, стал одним из самых влиятельных ее главарей. Имеет сына и дочь, которых безумно любит. Много времени уделяет любимому занятию садоводством.
На протяжении всей жизни Ли Бао увлекался учением Конфуция. Его опыт, знания и связи позволяли ему претендовать на титул криминального патриарха всего Востока. К тому же он обладал огромным авторитетом среди международных дельцов черного бизнеса.
Последним, пятым, был приглашен американец Гэбриэл Джуиссон, пятидесяти трех лет, среднего роста с мощным торсом и жилистыми рабочими руками. Возглавляя самую влиятельную нью-йоркскую гангстерскую \"семью\", владел тремя банками, фактически руководил профсоюзами докеров и машиностроителей, контролировал многие казино в Лас-Вегасе и Атлантик-Сити. Любил хоккей настолько, что купил весьма популярный хоккейный клуб. Его авторитет в криминальных кругах Америки очень высок.
Всех пятерых, как выяснил Тим Рот, объединяло желание найти виновника срыва очень многих крупных сделок, связанных с огромными партиями наркотиков. А этим виновником, как вы догадываетесь, был Бешеный...
Последним доводом, заставившим Тима Рота все-таки остановиться на Сингапуре, послужила достоверная информация, что именно там и проживал человек, на которого Тим Рот возлагал едва ли не большие надежды, чем на всех будущих участников сходки, вместе взятых.
Этого человека Тим не знал. Он вычислил его существование чисто логическим путем, интуитивно заинтересовавшись им. Первый раз эта неясная фигура возникла, когда он читал донесения одного из членов Великого Ордена, внедренного в весьма перспективное сообщество противников существовавшего тогда советского режима.
Не без финансовой поддержки Тайного Ордена в Казахстане, под землей, на территории заброшенной геодезической базы, был создан учебный центр по подготовке боевиков очень широкого профиля, способных выполнять любые задания: от устранения неугодных людей до захвата складов с оружием.
База была оснащена по тем временам по самому высшему разряду: видеонаблюдение не только по всему периметру базы, но и в каждом помещении внутри, разнообразный транспорт, все виды оружия. Эта база имела неизменный численный состав: тридцать. Каждому присваивался личный номер: от первого до тридцатого. Чем меньше номер, тем выше звание. Занять более высокое положение можно было только в случае гибели вышестоящего номера. Самый старший на базе имел номер \"Четвертый\". \"Третий\" отбирал лучших боевиков для выполнения особых индивидуальных заданий, \"Второй\" занимал высокое положение в Кремле, а \"Первый\" всем руководил из-за границы.
Постепенно агент Великого Ордена достиг места \"Четвертого\", то есть непосредственного руководителя подземной базы. Все шло как нельзя лучше и неуклонно двигалось к августовскому часу \"Z\", но тут, как назло, на базе появился номер \"Тридцатый\", под которым числился тот самый Бешеный.
Несмотря на огромные силы, привлеченные для его уничтожения, Бешеный не только расправился с теми, кто охотился за ним, но и отправил на тот свет \"Четвертого\", агента Тайного Ордена, а по сообщенным им координатам армейские части уничтожили подземную базу. В результате чего августовский путч девяносто первого года, не поддержанный подготовленными боевиками, попросту говоря, провалился.
После сокрушительного провала августовского путча, исподволь подготовленного Тайным Орденом, прошло некоторое время, и одному из сотрудников Ордена удалось завербовать в его ряды того, кто шел под номером \"Третий\". Под этим номером скрывался не кто иной, как сам Рассказов, бывший генерал КГБ. Именно от него второй раз пришла информация о номере \"Первом\". Первоначальные попытки завербовать и того наталкивались на категорический отказ. По распоряжению Великого Магистра за ним было установлено постоянное наблюдение, как говорится, впрок, что в будущем могло пригодиться либо для вербовки, либо для шантажа.
И вот сейчас, по мнению Тима Рота, как раз и наступило это время, когда понадобилось если и не согласие \"Первого\" вступить в Великое Братство Ордена, то хотя бы оказать посильное содействие в реализации плана захвата Бешеного. Тим Рот не без оснований полагал, что \"Первый\" имеет точно такой же зуб на Бешеного, как и Орден.
Читатель резонно спросит: а чем может помочь \"Первый\" в захвате Бешеного? Но у Тима Рота есть готовый ответ на этот вопрос. Дело в том, что он выяснил, как Бешеный попал на эту подземную базу в Казахстане!
Оказывается, у Бешеного есть брат. Не родной, даже не двоюродный, а названый брат - черт разберет этих русских! - за кого он готов рисковать даже собственной жизнью. Некий Андрей Воронов. Тим Рот послал одному из своих тайных московских агентов, которого старался использовать в самых крайних случаях, запрос на Андрея Воронова, примерно пятьдесят пятого - пятьдесят восьмого года рождения, провоевавшего несколько лет в Афганистане в звании капитана.
Ожидать сведений пришлось недолго: на следующий день Тим Рот уже читал переданную ему информацию, и она привела его в шоковое состояние. Круг замкнулся! Оказывается, Андрей Семенович Воронов из капитана стал майором, но шок вызвал не этот, вполне обычный для офицера факт, а то, что он, оказывается, перешел на службу в Управление ФСБ!
Другой, узнав об этом, на месте Тима Рота, наверное, сотни раз все бы взвесил, прежде чем продолжить выполнение задания Великого Магистра, но Тим Рот относился к той категории людей, которые, столкнувшись с трудностями, не только не опускают рук, а, наоборот, с еще большим рвением бросаются в борьбу. Впрочем, не оголтело и безрассудно, а с куда большим вниманием и осторожностью, чем прежде.
Не имея информации о Воронове, Тим Рот не сомневался в том, что у Бешеного нет \"ахиллесовой пяты\": полный сирота, ни жены, ни детей, нет даже любимой девушки, то есть никого, ради спасения которого он пойдет на любой риск. А оказалось, такой человек существует: это его названый брат, Андрей Воронов. Эта новость - как рождественский подарок! Почти бесценный. Подумать только, дорогой для Бешеного человек и к тому же служит в ФСБ.
Судя по отчету \"Четвертого\", присланному незадолго до его гибели, сильное чувство дружбы и привязанности испытывает не только Бешеный к своему так называемому братцу, но и сам Воронов готов рисковать чем угодно, даже своей собственной жизнью, ради Бешеного. В изобретательном мозгу Тима Рота моментально созрел дьявольский план - одним выстрелом убить двух зайцев: не только захватить Бешеного, но и завербовать офицера ФСБ. Чем черт не шутит, когда Бог спит! Получись это - и переход на более высокую ступеньку в Ордене ему гарантирован!
И самая главная роль в этом плане отводилась \"Первому\". Да, именно на него Тим Рот поставил свою честь, свою репутацию, свое благополучие, наконец, свою жизнь...
Почему? Да потому, что он откопал такую информацию о \"Первом\", что она вселила в него окончательную уверенность в успешном выполнении задуманного им плана...
VIII
Следы ведут в Америку
Не предполагая, какая страшная угроза нависла над ним и над Андреем Вороновым, Савелий не спеша приводил свое тело в порядок. Чувствуя огромную ответственность за новую миссию, возложенную на него Космосом, он понимал, что сейчас обязан быть намного крепче телом, яснее умом и справедливее сердцем, чем раньше.
Теперь его сутки были поделены на три равновеликие части: восемь часов глубокий сон тела и духа - накапливание внутренней энергии, вторые восемь часов - совершенствование телесной оболочки - нагрузка на мышцы, которая делала их сильнее и эластичнее, и затем восемь часов созерцательного отдыха - Савелий познавал себя и окружающий мир на каком-то новом, доселе неведомом уровне.
Зло в его конкретных проявлениях было ему очевидно, но теперь ему было доступно иное ощущение какого-то высшего космического зла; к встрече с ним он обязан быть всегда во всеоружии.
Каждый день приносил Савелию открытия в познании окружающего мира: природы, людей, мира животных и растений. Если раньше он восстанавливал свои силы, принимая энергию от тех или иных деревьев, то сейчас учился \"разговаривать\" с ними, обмениваться с ними информацией.
Он как бы заново знакомился с самим собой, прислушивался к своему сердцу, своей ауре, своим мышцам. Совершенно случайно, словно слепец, который исследует незнакомый предмет, мысленно \"ощупывая\" каждую клеточку своего организма, он обнаружил, что обрел способность управлять своими внутренними органами. Усилием воли Савелий мог заставить свое сердце биться сильнее или медленнее, почти до полной остановки, надолго задерживать дыхание, заставляя организм получать кислород через всю кожу.
Однажды, выполняя какой-то очень опасный трюк, он не совладал в полете со своим телом и сильно ударился об пол бедром. Савелий не сразу понял, как это произошло: его отвлекло необыкновенное чувство познания самого себя. Еще в полете, не опустившись на пол, он ЗАРАНЕЕ УВИДЕЛ, что произойдет с его телом дальше. Ощущение было столь острым, что он даже вскрикнул от боли, которая пришла только несколько секунд спустя. Так он открыл в себе уникальную способность \"предвидеть\" ближайшее будущее.
А когда на бедре проявился синяк, Савелий решил \"взглянуть\", что собой представляет этот синяк, под кожей изнутри. Он положил на синяк руку, прикрыл глаза и направил туда \"свой взгляд\". Сначала ничего не получалось: какой-то сплошной хаос, непонятные разноцветные потоки, какие-то волокна, нечто похожее на нити. Но вскоре до него дошло, что \"нити\" - это вены, по которым бежит кровь, волокна, ответвляющиеся от них, - мелкие сосуды. Кровь в них, натолкнувшись на какую-то темную бесформенную массу, застыла, не в силах пройти дальше. Так вот что такое синяк! Мелкие поврежденные сосуды...
Савелий внутренне сконцентрировался и направил через руку мощную энергетическую струю. Буквально на глазах бесформенная масса принялась дробиться на многочисленные островки, к которым со всех сторон устремились небольшие светлые ручейки.
Савелий открыл глаза, убрал руку и тут же заметил, что синяк исчез, словно его никогда и не было. Выходит, он может не только лечить других людей, но и помогать самому себе! Хотя, судя по мгновенно появившейся усталости, лечить себя гораздо тяжелее, чем лечить других.
В редкие свободные от этих занятий часы Савелий оказывал помощь Константину Рокотову. Нет, он не подключился непосредственно к поискам ребенка, он стал на некоторое время мозговым центром, анализирующим всю поступающую от Константина информацию, изучающим многочисленные публикации на тему киднеппинга и полученные из МВД оперативные сводки и подвергающим критическому детальному рассмотрению подобные преступления.
С подачи Савелия Константин предоставил следственным органам свои предположения и записи опроса Грицацуевой, надеясь уговорить их задержать Численко Алексея Михайловича, владельца ножа, подозреваемого в похищении ребенка, кроме того, передал им компьютерный фоторобот \"секс-бомбы\", отвлекшей внимание гражданки Грицацуевой от ее ребенка.
Фоторобот \"секс-бомбы\" следователя заинтересовал, и он разослал его по всем отделениям милиции Москвы с указанием задержать девицу как подозреваемую в соучастии похищения ребенка. А вот с Численко все оказалось сложнее: следователь не нашел никаких оснований задерживать его. То, что потерпевшая видела человека со шрамом в машине, проезжавшей вблизи места преступления, не давало, по его мнению, повода к его задержанию, тем более она видела лысого человека со шрамом, а Численко обладал пышной шевелюрой.
Конечно, Константин попытался рассказать следователю версию Савелия о превращении человека с волосами и со шрамом в лысого человека со шрамом, но тот просто рассмеялся ему в лицо.
Когда Рокотов-младший рассказал об этом Савелию, тот недовольно покачал головой:
- Без помощи милиции тебе будет очень тяжело. - Он задумался. - Послушай. Во время октябрьских событий девяносто третьего года я познакомился с одним подполковником, который произвел на меня впечатление очень толкового и ответственного человека. Где проживает твой Численко?
- Где-то возле Бутырки.
- Очень симптоматично, - усмехнулся Савелий и как бы про себя добавил: Кажется, что его территория.
- Чья?
- Сейчас. - Савелий порылся в своей записной книжке, отыскал нужную запись и набрал номер.
- Примаков. Слушаю вас, - прозвучал низкий голос.
- Приветствую вас, Петр Васильевич. Это Савелий вас беспокоит.
- Савелий? - Подполковник явно не вспомнил его.
- Девяносто третий год, здание мэрии, хулиган с ножом, - перечислил Савелий.
- Господи, Савка, привет, - сразу обрадовался подполковник. - Где столько пропадал?
- Долго рассказывать...
- Есть проблемы? - догадливо спросил тот.
- Понимаешь, Васильич, нужно разыскать одного человека.
- Какие есть исходные?
- Все, вплоть до прописки в районе Бутырки.
- Моя территория. И в чем проблема?
- По месту прописки не проживает.
- Понятно. Не секрет, зачем он тебе нужен?
- Мой друг - частный детектив, занимается одним преступлением, в котором, возможно, замешан этот человек, а для официального розыска фактов маловато.
- Все понял, присылай своего человека. Помогу чем смогу.
- С меня причитается.
- А как же, - хохотнул подполковник, но тут же добавил: - Шучу, конечно. Когда увидимся?
- Как только - так сразу... - Положив трубку, Савелий сказал: - Вот тебе телефон, звони, встречайся... Будешь удивлен, увидев его фигуру. Настоящий боевик-спецназовец. Не обращай внимания на его угрюмую внешность. На самом деле он добрый и отзывчивый.
- И фамилия у него замечательная, - заметил Константин, читая запись: Десятое отделение... первая Тверская-Ямская...
Подполковник Примаков действительно оказался отзывчивым человеком: услышав рассказ Рокотова, тут же связал его с нужным человеком и попросил оказать всяческое содействие.
Однако Рокотов не сдался и, посоветовавшись с Савелием, поддержавшим его, собрался сам поискать Численко.
По месту прописки Алексея Численко обнаружить не удалось: опрошенные соседи в один голос твердили о дебоширском характере Численко, но никто из них не видел его всю последнюю неделю. И только одна молодая женщина - Екатерина Самозванцева, пришедшая к Константину по собственной инициативе, посчитала своим долгом рассказать все, что ей известно о Численко. К ней от кого-то из соседей случайно попала визитная карточка Константина.
Катерина знала его гораздо ближе, чем все те, кого опрашивал Константин: Численко уже более года пытался завоевать ее расположение.
Рокотову она рассказала следующее.
- Сначала он вел себя очень благопристойно и корректно: в кино, в театры приглашал, дарил цветы, - перечисляла она. - Вы не поверите, даже стихи известных поэтов читал.
- И вам, конечно же, было приятно такое внимание, ведь правда? предположил Константин.
- Как и всякой женщине, - спокойно ответила Катерина, - какой женщине было бы не приятно внимание мужчины, тем более если он ведет себя по-джентльменски, на подарки тратится. Однако Численко, к его несчастью, был не в моем вкусе, и я не раз ему на это намекала.
- А он?
- Видно, Численко мои намеки воспринимал по-своему, и моя неприступность лишь раззадоривала его. И однажды, находясь под воздействием алкогольных паров, он приступил к более активным действиям... - Она зло усмехнулась.
- Что, собрался комиссарского тела попробовать? - поинтересовался Константин, невольно взглянув на ее округлые коленки.
- И вы туда же, - разочарованно произнесла она. - Все вы, мужики, одинаковы: у вас только одно на уме: как бы скорее женщину в кровать затащить.
- Но я же руки не распускаю! А отворачиваться от красивого, тем более от прекрасного, это же просто глупо! - Он вновь скользнул взглядом по ее коленкам. - Не говоря уже о том, что если бы вы не захотели, чтобы я увидел ваши ножки, то вы бы постарались их прикрыть, не так ли? - Константин, боясь, что может потерять найденный с ней контакт, сохранял обходительно-вежливый тон.
- И правда, чего это я на вас насела-то? - удивилась девушка сама себе. Вы-то здесь при чем? Извините. - Она сделала вид, что хочет прикрыть колени, но они еще больше оголились, что ее, впрочем, нисколько не смутило.
- Ладно, чего там, - облегченно улыбнулся Константин. - Итак, дослушаем ваш рассказ. Вы остановились на том, что Численко перешел к активным действиям...
- Ага! Под юбку полез, проверить, все ли на месте. - Она снова усмехнулась, на этот раз ехидно. - Я ж не в тепличных условиях выросла-то. Меня с детства знаете, как мальчишки прозвали? Никогда не догадаетесь.
- Откуда? - подыграл Константин.
- Катька-сорванец, вот как! - Девушка гордо выпрямилась. - Как дала ему сначала под дых, а потом в глаз так приложила, что под ним мгновенно, и без всякой косметики, проявился вот такой синячище!..
- А он?
- А что он? Видно, это было для него настолько неожиданно, что он несколько минут смотрел на меня с таким удивлением, словно инопланетянку повстречал. Потом обиженно спросил: \"Драться-то зачем?\" - \"А зачем, - говорю, руки распускаешь?\" - \"Я, - говорит, - думал, что тебе это понравится...\" - \"А ты меньше думай - умнее будешь казаться!\" - с усмешкой отвечаю я, а сама готова разорвать его на куски, и этот охламон вдруг и говорит: \"Неужели я тебе нисколько не нравлюсь?\" - \"Ни вот столечко!\" - Катерина показала Константину свой мизинец.
- Бедовая ты девчонка! - покачал головой Рокотов.
- А то!
- И что же Численко?
- \"Смотри, - говорит, - потом жалеть будешь!\"
- На угрозы, выходит, перешел?
- Какие угрозы, Константин Михайлович? В его голосе угрозы не было ни вот столечко, - Катерина вновь показала мизинец, - потому-то меня и разобрало любопытство. \"Это почему же я жалеть буду?\" - спросила. \"А богатых все любят!\" Тут я даже рассмеялась и говорю: \"Тоже мне, Березовский нашелся!\" \"Березовский не Березовский, - говорит, - а \"зелени\" будет до фига!\" Меня совсем занесло: \"Что, - говорю, - банк ограбишь?\" А он так спокойно, на полном серьезе и говорит: \"Зачем банк, когда можно сделать так, что мне за непыльную работу такие бабки отстегнут, что тебе и не снились! Да еще и уговаривать будут: привези еще!\"
- Очень интересно, - задумчиво произнес Рокотов.
- Вот и мне тоже интересно стало. \"И что же это за непыльная работа такая, за которую такие бабки отстегивают? И что привезти будут уговаривать? - говорю я. - Неужели ты, Численко, решил наркотиками заняться?\" Потом взяла и так в упор уставилась прямо ему в глаза. \"Нет, - говорит, - наркота не для меня: опасно очень, не менты, так конкуренты замочить могут!\" И знаете, что меня поразило?
- Что же?
- Что он говорит так серьезно, словно и сам верит.
- И что же вы?
- Я и спрашиваю: если не наркота, то что тогда? Вы бы видели, как ему хотелось поделиться со мной своей тайной: аж распирало от нетерпения, но, немного подумав, не решился и потому отделался банальной шуткой: \"Много будешь знать - скоро состаришься!\" Тут меня совсем заело! Думаю, подначу его. \"Ну и болтун ты\", - говорю ему. \"Болтун!..\" - вскрикивает он с обидой и снова едва не проговорился, но, видно, испугался чего-то, поморщился, как от зубной боли, а потом твердо так говорит: \"Посмотрим, что ты скажешь, когда я вернусь с пачками \"зеленых\"?\" - \"Откуда вернешься-то, из пивнушки, что ли?\" - вновь подколола я его, а он вдруг и выпалил: \"Из-за границы, вот откуда!\" Здесь я снова рассмеялась. \"Ой, уморил! - говорю. - Из-за границы! Не забудь там пустую посуду сдать, на таможне!\" Это точно вконец вывело Численко из себя, и он выхватил из внутреннего кармана заграничный паспорт: \"А это ты видела? Пустую посуду...\" Он настолько разозлился, что как даст меня этим паспортом по носу.
- А вы?
- А что я? Хотела уже \"поблагодарить\" его за это коленкой в промежность, но он вдруг обиженно махнул рукой и пошел прочь... - Катерина со злостью хлопнула ладонью по столу. - Чтобы какой-то там уголовник шлепал меня по носу? Никогда не прощу!
- Почему уголовник? - заинтересовался Константин: откуда она может знать про его \"ходки\"?
- Так он сам рассказывал о своих похождениях.
- Что ж, спасибо вам.
- Я вам и правда помогла?
- Правда-правда. Если еще что вспомните, звоните. - Константин протянул ей свою визитку.
- А у меня уже есть, - улыбнулась девушка, потом встала и протянула ему руку. - Не обижайтесь на мой всплеск. Вы действительно не такой, как все. Даже приставать не стали. - В ее голосе проскользнули нотки сожаления.
- Это я просто заслушался вашей историей, а то бы ух... - Константин в шутку угрожающе поднял над собой руки и сделал пару шагов ей навстречу. - Как нападу сейчас!
- Ой, не надо, Серый Волк! Не ешь меня, лучше приюти-обогрей, - подыграла ему девушка.
- То-то же! Вас проводить?
- Не стоит, у вас и без меня много забот. - Кивнув на прощанье, она направилась к выходу из квартиры.
Проводив девушку, Рокотов набрал номер телефона центрального ОВИРа. По телефону получить какую-либо информацию из отдела виз и регистраций, где оформляются заграничные паспорта, было почти невозможно. К счастью, у Константина там работал его школьный товарищ, который, опять же к счастью, оказался на месте.
- Привет, Сидорчук, это Рокотов. - Несмотря на то что они долго не общались, Константин сразу узнал его специфический голос.
Не видя его, а слыша только голос, можно было представить, что собеседник огромного роста и с внушительной фигурой. На самом деле все было с точностью до наоборот. У Сидорчука был такой низкий баритон, что в школе к нему надолго приклеилось прозвище Левитан. Собственно говоря, Сидорчук и внешне чем-то напоминал великого диктора советского радио: такой же невзрачный, тоже в очках и тоже невысокого роста. Человек добродушный, честный и верный, он имел очень много друзей.
- Котик? - обрадовался он: так называли Рокотова в школьные годы его одноклассники. - Давно не слышал тебя. Наверное, есть проблемы? - Сидорчук со школьных лет нисколько не изменился и остался таким же заботливым, приветливым и отзывчивым парнем.
- Ты, Левитан, как всегда, угадал.
- Чем могу?.. Рассказывай.
- Я тут одним расследованием занимаюсь... Хотя ты вряд ли знаешь: я открыл свою контору.
- Как же, наслышан о твоем частном агентстве. Молодчинка! Положись на меня: помогу чем смогу, а не смогу сам, то найду того, кто сможет.
- Друг, он и в Африке друг! Мне нужно узнать следующее: получал ли некто Численко Алексей Михайлович, одна тысяча девятьсот шестьдесят девятого года рождения, уроженец Москвы, загранпаспорт?
- На такой сложный вопрос отвечу через пару секунд, - хмыкнул он, и было слышно, как застучали клавиши компьютера. - Не получал, да и не обращался, вскоре ответил он.
- Спасибо, Левитан, я тебе очень благодарен.
- Не за что, всегда рад тебе помочь. Звони.
- Сам звони, просто так, чтобы потрепаться.
- Договорились.
Положив трубку, Рокотов тут же позвонил Савелию и рассказал все, что услышал от Катерины.
- В ОВИРе проверить можно? - спросил Савелий.
- Ты о паспорте? Никакого загранпаспорта он не получал и даже не обращался, понимает, что с его судимостями ему фиг дадут.
- Но какой-то же паспорт он показал Катерине - я думаю, фальшивый, на другую фамилию.
- Правильно думаешь, - согласился Савелий, - а летит он в Америку.
- Может, ты и город назовешь, и улицу? - усмехнулся Рокотов.
- Улицу - нет, а город, скорее всего, назову, - никак не среагировав на его усмешку, спокойно ответил Савелий.
- Разыгрываешь?
- Никоим образом.
- Тогда чего тянешь?
- Батон-Руж!
- Может, Мулен Руж? - съязвил Константин.
- Нет, Батон-Руж, штат Луизиана, - терпеливо пояснил Савелий.
- Чего ты мне голову морочишь? Откуда такая твердая уверенность? - вспылил Константин.
- Не психуй, - примирительно сказал Савелий. - А почему Америка и Батон-Руж, поясняю. Я проанализировал все известные дела о похищении детей за последние два года. Причем основное внимание уделил тем случаям, что напоминают похищение ребенка твоей клиентки.
- Не томи душу! - взмолился Константин.
- Опущу мелкие подробности и остановлюсь на главном: восемьдесят процентов похищенных детей доставлялись в Америку, как раз в город Батон-Руж.
- Господи, как же это возможно? А как же документы, визы и прочее, прочее...
- Похитители нашли слабое место в законодательстве Узбекистана: похищают где-нибудь ребенка или находят беременную женщину, готовую продать будущего младенца, отвозят их в Узбекистан и там, заплатив необходимую сумму, оформляют нужные документы: либо об усыновлении, либо свидетельство о вновь родившемся ребенке у подставной матери. А потом везут ребенка в Батон-Руж, где официально, с патентом, действует Агентство по усыновлению детей, а дальше все катит по наезженной, официальной схеме.
- Знаешь, Савелий, об Узбекистане я слышал, но мне и в голову не мог прийти такой сложный путь. Это же какие деньги нужно иметь, чтобы оплатить все расходы?
- А ты представляешь себе, сколько стоит американской семье усыновить ребенка?
- Честно говоря, нет.
- От пятидесяти до ста тысяч долларов!
- Ничего себе! Теперь понятно, почему похитители идут на такой риск. Десять-пятнадцать детей украл, и куча долларов в кармане. Выходит, найти Васька нет никаких шансов, - обреченно заключил Константин.
- Если ребенка уже переправили в Батон-Руж, то надежда только на одно, что ему не сразу найдут новых родителей. Хотя на это надеяться не стоит.
- Почему?
- Потому что чаще всего похищают определенного ребенка, фотографию которого будущие усыновители уже видели, дали свое согласие и внесли установленный задаток.
- Значит, совсем труба: никаких шансов? - Он вспомнил свое предположение о том, что мать с младенцем \"пасли\".
- В твоем случае шанс, хотя и не слишком большой, есть, - обнадежил Савелий.
- Правда? - обрадовался Константин. - Какой?
- С момента похищения ребенка прошло не очень много времени: вряд ли похитители успели так быстро все оформить, да еще и доставить его в Батон-Руж... - Он намеренно сделал паузу.
- Так ты думаешь, что я успею перехватить его при вылете? - неуверенно предположил Константин.
- Один шанс из ста!
- Один из ста? - растерялся он и обреченно добавил: - Нереально!
- Но восемьдесят шансов из ста, если попытаться перехватить его при прилете, - возразил Савелий. - Конечно, при условии, что можно будет доказать, что ребенок похищен и его настоящие родители проживают в Москве, а не в каком-нибудь Канзасе! У твоего Василька есть какие-нибудь приметы? - неожиданно спросил он.
- Есть! - обрадованно воскликнул Константин. - Родимое пятнышко на мочке правого ушка.
- Отлично!
- Так что, лететь?
- А ты как думаешь?
- Может быть, и ты со мной прошвырнешься? О деньгах не думай: за все уплачено.
- А чего тут думать, - согласился Савелий и после паузы ответил: - Только мне, в отличие от тебя, к вылету придется тщательно подготовиться.
- Ты имеешь в виду... Извини, я об этом как-то не подумал, - смутился Рокотов. - Все понял: тебе ж самому беда грозит!
- А тебе терять время никак нельзя. Так что действуй пока один. Подготовь все необходимые документы. Помни: в Америке гораздо больше бюрократии, чем у нас! На любой чих, тем более когда речь идет об иностранном гражданине, нужен документ, составленный на двух языках: русском и английском, и заверенный нотариально, и, конечно же, юристом-международником. Тебе все понятно?
- Вот уж не думал, что все окажется так сложно! - признался Константин.
- Ты хочешь не только найти мальчика, но и вернуть его матери?
- Конечно, что за вопрос?
- В таком случае действуй!
- Спасибо тебе, Бешеный!
- Приходите еще, - ответил Савелий словами своего давнего знакомого.
Положив трубку, Константин отправился к бедной матери Василька. Она коротко поздоровалась и во все глаза молча уставилась на него. Выдержав небольшую паузу, Константин осторожно проговорил:
- Я, Лолита, не волшебник: не ждите от меня сразу больших результатов.
- Вы что-то выяснили! - уверенно сказала женщина. - Только не говорите \"нет\"!
- Увы, не слишком много.
- Говорите, прошу вас!
Он снова сделал паузу, не мигая глядя ей в глаза:
- Скорее всего, вашего ребенка, возможно, попытаются вывезти за границу...
- Я знала, я чувствовала, что на вас можно положиться!
Чтобы понять, сколько ей пришлось пережить за эти дни, нужно было видеть ее обрадованное лицо.
- Поводов для радости пока маловато. - Он осторожно попытался охладить ее пыл.
- Нет! Нет! Как я могу не радоваться, если не было ни единой зацепочки, ни единого следочка, а тут слышу от вас, что моего сына везут за границу!
- Я сказал: возможно, попытаются вывезти за границу, - поправил Константин.
- Я уверена, я чувствую, что вы правы! Уверена, что вы знаете, куда его увезут!
- Предполагаю, что его повезут в Америку. - Рокотов понял, что спорить с женщиной, потерявшей сына, бесполезно.
- В Америку? Так чего же мы сидим? Нужно срочно заказывать билеты, оформлять визы и лететь! - Она даже потянулась к телефону.
- Я понимаю ваше горе, мадам Лолита, понимаю ваше желание сразу броситься по возможному следу, однако вам, именно вам, этого как раз делать-то и не нужно.
- Но почему, господи?
- Во-первых, потому, что американский след предположительный и, вполне возможно, он никуда не приведет, во-вторых, если верно наше с вами \"во-первых\", вам необходимо быть в Москве.
- Не понимаю...
- А вдруг похитители никуда и не собирались вывозить ребенка и он находится где-то в Москве или в Подмосковье, а они просто хотят довести вас до такого состояния, когда вы отдадите им все до последней рубашки?
- И отдам!
- Вот видите. Нет, вы должны находиться рядом со своим телефоном и набраться терпения.
- А если все-таки его увезут за границу?
- А вот если они повезут вашего сына за границу, то я там их и встречу! Неужели вы думали, что я не разыграю и вторую нашу карту?
- Что ж, вы, скорее всего, правы, - согласилась женщина и вздохнула всей грудью, даже не подозревая, насколько обрадовался Константин, который с большим трудом удержался, чтобы скрыть это.
- Но прежде чем я улечу в Америку, мне необходимо оформить с вашим участием несколько важных документов, и для этого нужен юрист-международник.
- Без проблем: есть близкий приятель моего мужа! - воскликнула она и начала набирать номер: - Вадик? Привет! Это Лолита, нужно срочно повидаться. Да, очень... Хорошо! Через час - мы у тебя! Потом все расскажу.
Через час они уже входили в богатый офис юридической конторы. Быстро вникнув в ситуацию, Вадик помог им не только составить нужные документы, но и заверил каждый документ у своего коллеги - нотариуса, оказавшегося к тому же специалистом по международным делам. Константин запомнил его необычную фамилию и имя - Ярослав Дзядык. Кстати, этот нотариус - чрезвычайно импозантный мужчина - подсказал весьма дельную вещь: оказывается, американское законодательство не признает документы, заверенные иностранными нотариусами, и поэтому бумаги, оформленные нотариусом для предъявления американским властям, обязательно должны быть легализованы или, проще говоря, зарегистрированы в Министерстве юстиции России.
Через неделю после оформления всех необходимых документов по похищенному ребенку Константин, без особого труда получив американскую визу, имея с собой несколько фотографий маленького Василия, уже сидел в самолете, улетающем в Америку, и махал в иллюминатор Савелию, стоявшему на балконе аэропорта Шереметьево...
Проводив Константина, Савелий, задумчиво глядя под колеса идущего впереди \"Ситроена\", машинально вел машину, еще и еще раз взвешивая, насколько он был прав, уговорив Константина всерьез остановиться на американской версии. Ведь вполне вероятно, что этот Численко не имеет никакого отношения к похищению и все обнаруженные фактики - самые банальные совпадения.
Вертел всю историю с похищением и так и этак, и всякий раз интуиция убеждала его в том, что он поступил совершенно правильно. Уже в аэропорту Савелий на всякий случай, понимая, что они с Костиком могут разминуться в Америке, дал другу телефон Майкла Джеймса, чтобы Рокотов, если понадобится помощь, обратился к нему. Сам же решил обязательно позвонить американцу и предупредить о возможном звонке своего приятеля.
Ладно, пора отбросить в сторону размышления об Америке: вроде бы все сделано, все обдумано и передумано, и переиграть что-либо поздно - обратно самолет не вернешь. Пора подумать о себе и о своей безопасности.
Конечно, было очень соблазнительно отправиться в Америку вместе с Константином, чтобы помочь ему вернуть ребенка, но что, если там, прямо в аэропорту, его поджидают люди Тайного Ордена? Тогда он не только не будет полезен Рокотову, но тут же подвергнет и его жизнь опасности. Тогда не о похищенном ребенке придется думать, а о том, как самим уберечься от серьезной беды!
- Хорошо, когда выпала нужная масть, но как бы самим не пропасть! - совсем по-гусарски выкрикнул он и рассмеялся удачно сложившейся рифме.
В этот момент и раздалось пиликанье сотового телефона.
- Привет, Мануйлов! Ты где сейчас? - услышал Савелий чуть встревоженный голос полковника Рокотова.
- Здравствуйте, Михаил Никифорович. Из Шереметьево еду. Что-то случилось?
- Твой брат пропал!
- Андрей?! - воскликнул Савелий. - Где пропал?
- В Омске. Генерал ждет тебя. Пропуск заказан. - Полковник Рокотов, всегда такой любезный и словоохотливый, сейчас говорил сухо и отрывисто, что Савелия более всего встревожило.
- Через полчаса буду! - бросил он и переключил скорость.
- Не гусарь в дороге! Не дай Бог...
- Бог не выдаст - свинья не съест! - оборвал его Савелий, отключился и придавил педаль газа до упора.
\"Форд-Скорпио\", оставленный Константином Савелию, рванулся вперед, легко обгоняя шедшие впереди машины.
\"Господи, что же случилось с тобой, братишка? Что произошло, родной мой? Куда ты пропал? - сменяя друг друга, колотились в голове тревожные мысли. Неужели исчезновение Андрюши связано со мной? Не вышло прямым путем, пошли огородами? Действовать через близких! Конечно, ты, Андрюша, не Константин Рокотов - бывал в самых сложных переделках и сможешь достойно постоять за себя, но...\"
Савелий покачал головой: что-то его волновало, и в душу прокралось беспокойство. Возбужденный, он вошел в кабинет Богомолова, который тоже нервно ходил по кабинету, и, увидев Савелия, кивнул ему на кресло и сам присел:
- Привет, крестник, садись...
- Почему вы решили, что Воронов пропал? - спросил Савелий, заняв кресло напротив генерала.
- Он третий день не выходит на связь.
- Можно обо всем поподробнее?
- Ты же в курсе, зачем я его послал в Омск?
- Расследовать странные смерти четырех солдат. Кстати, а чем странные?
- Подозрительно похожие медицинские заключения, написаны будто под копирку и звучат словно отписки, - это во-первых, кроме того, не кажется ли тебе, что слишком много смертей на одну часть за столь короткое время? Это же не госпиталь с тяжелобольными, а воинская часть. - Голос Богомолова был раздраженным, недовольным.