Настройки шрифта

| |

Фон

| | | |

 

Лишь там, на западе, бродит сиянье, -

Помедли, помедли, вечерний день,

Продлись, продлись, очарованье.

Пускай скудеет в жилах кровь,

10 Но в сердце не скудеет нежность…

О ты, последняя любовь!

Ты и блаженство и безнадежность.

Лето 1854

Какое лето, что за лето!

Да это просто колдовство -

И как, прошу, далось нам это

Так ни с того и ни с сего?..

5 Гляжу тревожными глазами

На этот блеск, на этот свет…

Не издеваются ль над нами?

Откуда нам такой привет?..

Увы, не так ли молодая

10 Улыбка женских уст и глаз,

Не восхищая, не прельщая,

Под старость лишь смущает нас.



***



Увы, что нашего незнанья

И беспом_о_щней и грустней?

Кто смеет молвить: _до свиданья_

Чрез бездну двух или трех дней?



***



Пламя рдеет, пламя пышет,

Искры брызжут и летят,

А на них прохладой дышит

Из-за речки темный сад.

5 Сумрак тут, там жар и крики,

Я брожу как бы во сне, -

Лишь одно я живо чую:

Ты со мной и вся во мне.

Треск за треском, дым за дымом,

10 Трубы голые торчат,

А в покое нерушимом

Листья веют и шуршат.

Я, дыханьем их обвеян,

Страстный говор твой ловлю…

15 Слава богу, я с тобою,

А с тобой мне - как в раю.



***



Так, в жизни есть мгновения -

Их трудно передать,

Они самозабвения

Земного благодать.

5 Шумят верхи древесные

Высоко надо мной,

И птицы лишь небесные

Беседуют со мной.

Все пошлое и ложное

10 Ушло так далеко,

Все мило-невозможное

Так близко и легко.

И любо мне, и сладко мне,

И мир в моей груди,

15 Дремотою обвеян я -

О время, погоди!



***



Эти бедные селенья,

Эта скудная природа -

Край родной долготерпенья,

Край ты русского народа!

5 Не поймет и не заметит

Гордый взор иноплеменный

Что сквозит и тайно светит

В наготе твоей смиренной.

Удрученный ношей крестной,

10 Всю тебя, земля родная,

В рабском виде царь небесный

Исходил, благословляя.



***



Вот от моря и до моря

Нить железная скользит,

Много славы, много горя

Эта нить порой гласит.

5 И, за ней следя глазами,

Путник видит, как порой

Птицы вещие садятся

Вдоль по нити вестовой.

Вот с поляны воров черный

10 Прилетел и сел на ней,

Сел и каркнул, и крылами

Замахал он веселей.

И кричит он, и ликует,

И кружится все над ней:

15 Уж не кровь ли ворон чует

Севастопольских вестей?



***



О вещая душа моя!

О, сердце, полное тревоги,

О, как ты бьешься на пороге

Как бы двойного бытия!..

5 Так, ты - жилица двух миров,

Твой день - болезненный и страстный,

Твой сон - пророчески-неясный,

Как откровение духов…

Пускай страдальческую грудь

10 Волнуют страсти роковые -

Душа готова, как Мария,

К ногам Христа навек прильнуть.

‹Из Микеланджело›

Молчи, прошу, не смей меня будить.

О, в этот век преступный и постыдный

Не жить, не чувствовать - удел завидный…

Отрадно спать, отрадней камнем быть.



***



Не богу ты служил и не России,

Служил лишь суете своей,

И все дела твои, и добрые и злые, -

Все было ложь в тебе, все призраки пустые:

5 Ты был не царь, а лицедей.



1856



Стоим мы слепо пред Судьбою.

Не нам сорвать с нее покров…

Я не свое тебе открою,

А бред пророческий духов…

5 Еще нам далеко до цели,

Гроза ревет, гроза растет, -

И вот - в железной колыбели,

В громах родился Новый год…

Черты его ужасно строги,

10 Кровь на руках и на челе…

Но не одни войны тревоги

Принес, он людям на земле.

Не просто будет он воитель,

Но исполнитель божьих кар, -

15 Он совершит, как поздний мститель,

Давно задуманный удар…

Для битв он послан и расправы,

С собой принес он два меча:

Один - сражений меч кровавый,

20 Другой - секиру палача.

Но для кого?.. Одна ли выя,

Народ ли целый обречен?..

Слова неясны роковые,

И смутен замогильный сон…



***



Все, что сберечь мне удалось,

Надежды, веры и любви,

В одну молитву все слилось;

Переживи, переживи!

Н. Ф. Щербине

Вполне понятно мне значенье

Твоей болезненной мечты,

Твоя борьба, твое стремленье,

Твое тревожное служенье

5 Пред идеалом красоты…

Так узник эллинский, порою

Забывшись сном среди степей,

Под скифской вьюгой снеговою,

Свободой бредил золотою

10 И небом Греции своей.



***



Над этой темною толпой

Непробужденного народа

Взойдешь ли ты когда, Свобода,

Блеснет ли луч твой золотой?..

5 Блеснет твой луч и оживит,

И сон разгонит и туманы…

Но старые, гнилые раны,

Рубцы насилий и обид,

Растленье душ и пустота

10 Что гложет ум и в сердце ноет, -

Кто их излечит, кто прикроет?..

Ты, риза чистая Христа…



***



Есть в осени первоначальной

Короткая, но дивная пора -

Весь день стоит как бы хрустальный,

И лучезарны вечера…

5 Где бодрый серп гулял и падал колос,

Теперь уж пусто все - простор везде, -

Лишь паутины тонкий волос

Блестит на праздной борозде.

Пустеет воздух, птиц не слышно боле,

10 Но далеко еще до первых зимних бурь -

И льется чистая и теплая лазурь

На отдыхающее поле…



***



Смотри, как роща зеленеет,

Палящим солнцем облита,

А в ней какою негой веет

От каждой ветки и листа!

5 Войдем и сядем над корнями

Дерев, поимых родником, -

Там, где, обвеянный их мглами,

Он шепчет в сумраке немом.

Над нами бредят их вершины,

10 В полдневный зной погружены,

И лишь порою крик орлиный

До нас доходит с вышины…



1***



В часы, когда бывает

Так тяжко на груди,

И сердце изнывает,

И тьма лишь впереди;

5 Без сил и без движенья,

Мы так удручены,

Что даже утешенья

Друзей нам не смешны, -

Вдруг солнца луч приветный

10 Войдет украдкой к нам

И брызнет огнецветной

Струею по стенам;

И с тверди благосклонной,

С лазуревых высот

15 Вдруг воздух благовонный

В окно на нас пахнет…

Уроков и советов

Они нам не несут,

И от судьбы наветов

20 Они нас не спасут.

Но силу их мы чуем,

Их слышим благодать,

И меньше мы тоскуем,

И легче нам дышать…

25 Так мило-благодатна,

Воздушна и светла,

Душе моей стократно

Любовь твоя была.



***



Она сидела на полу

И груду писем разбирала,

И, как остывшую золу,

Брала их в руки и бросала.

5 Брала знакомые листы

И чудно так на них глядела,

Как души смотрят с высоты

На ими брошенное тело…

О, сколько жизни было тут,

10 Невозвратимо пережитой!

О, сколько горестных минут,

Любви и радости убитой!..

Стоял я молча в стороне

И пасть готов был на колени, -

15 И страшно грустно стало мне,

Как от присущей милой тени.

Успокоение

Когда, что звали мы своим,

Навек от нас ушло