– Очевидно, Тартар – это не «где», а «что».

– Это… правда?

– Я достаточно уверена в этом.

Его реакция была искренней. Я не знаю, почему я так решила, но мое шестое чувство подсказывало мне, что Брейв ничего плохого не замышляет. Кроме того, он всегда казался мне чрезвычайно миролюбивым. Он был глупым мишкой в обличье Адониса. Я слегка расслабилась и ударила его по плечу. В этот раз я целенаправленно выбрала поврежденное. Он вздрогнул.

– Я тебе верю.

– Правда?

– Да. Но помни одно: если ты решишь продать меня Пиасу, я заставлю Бладклоу слопать твою красную задницу.

Мой собеседник тяжело сглотнул:

– Справедливо.

– Хорошо. Что мы будем делать теперь?

Брейв почесал затылок:

– Я не знаю, но Пиас говорил, что, если я приведу его к тебе, мне надо идти в направлении рынка.

– Значит, здесь и рынок есть?

– Понятия не имею.

– Невероятно. Ладно, мы просто поедем дальше. Блад, ты сможешь везти нас обоих? – обратилась я к своему мохнатому спутнику, который дерзко приподнял бровь.

– Мы должны ехать верхом на этой штуке?

– Именно так, олимпийский красавчик, поэтому залезай.

Брейв выглядел так, будто собирался провалиться в песок.

– Не валяй дурака!

– Но это адское существо!

– Прямо как я. Теперь поехали. – Я ободряюще толкнула его в сторону Бладклоу, который, невинно высунув язык, ударил его хвостом по лицу. Я с трудом подавила улыбку, а затем залезла на пса уже более умело и уселась сзади Брейва, который со стоном выплевывал собачью шерсть. Мы сдвинулись с места. Перед нами был один песок, и если бы ситуация не была такой сумасшедшей, я бы подумала, что мы на сафари. Правда, вместо верблюда мы, два бога, ехали на адском цербере, постепенно превращаясь в чернослив под лучами палящего зноя.

– Выглядит как дюны, – сказал Брейв, держа себя за заживающее плечо и пытаясь не упасть.

– Я тоже иначе представляла себе Тартар, – согласилась с ним я, откидывая голову.

Мы молчали, так как не знали, что сказать друг другу. Он был олимпийским красавчиком, звездой среди детей богов и сыном большого босса. Я была маленьким выродком Аида, совершенно не умевшим держать рот на замке и держаться подальше от неприятностей.

Я вспотела как свинья, хотя солнца нигде не было видно. Несмотря на это, было очень жарко и светло. Небо было окрашено пульсирующим красным светом. Бладклоу все шел и шел. Со временем у меня заболели спина и шея. Песок летал над землей, и я стала считать холмы. На тысяча пятом холме я сдалась.

– Как ты представляла себе Тартар? – внезапно спросил у меня Брейв.

– Не знаю. Нечто похожее на средневековую темницу, как в Аваддоне.

– Я никогда не был в Аваддоне. Играют ли боги в гольф там, внизу?

– Нет, не играют.

– Правда? – Тон Брейва был таким недоверчивым, что я захихикала:

– Нет, Брейв. В Аваддоне мы также не занимаемся йогой и медитациями, а в двенадцать никто не приносит нам зеленые смузи.

– А что там есть?

– Ну… – Я помедлила с ответом и ненадолго задумалась. – Там есть бои крококуриц, которые достаточно веселые.

– Крококуриц?

– Это такие существа, которые являются наполовину курицей, наполовину крокодилом. Эти чудовища адски пахнут гнилью и могут плеваться кислотой.

– И вы заставляете их сражаться друг с другом?

– Да, у каждого из моих братьев есть крококурица. Не так-то просто найти их яйца и еще сложнее высидеть их. Мэдокс сидел на яйце целую неделю, пока не узнал, что они вылупляются лишь при температуре в двести градусов. – Я засмеялась, вспомнив это, но тут же почувствовала укол страха в своей груди.

Мэдокс. Если он погиб, в этом была виновата только я одна. Мне не нужно было так цепляться за него. Он слишком часто вытаскивал меня из бардака, который я сама и устраивала. Нет, он не погиб. Я бы почувствовала это… Не так ли?

– И что вы делали потом? – спросил Брейв. Он повернулся ко мне лицом, насколько это было возможно, и смотрел на меня, широко распахнув глаза. Я улыбнулась, почувствовав неожиданную волну привязанности к сыну Зевса. Я медленно начала осознавать, почему Даймонд выбрала его в качестве своего партнера. Брейв был простым и очень искренним человеком, с которым было приятно находиться рядом. Его хотелось защищать, и я сделаю это ради нее. Даже если мы никогда отсюда не выберемся.

– Ну, мы положили яйцо в микроволновку.

– Серьезно?

– Это же логично. Она может нагревать предметы до двухсот градусов. Нам казалось это более безопасной затеей, чем искать дракона, чтобы тот высидел яйцо.

– В Аваддоне есть драконы?

– Нет, по крайней мере, настоящих нет. Только их потомки.

– Ух ты! А я и не знал.

– Я так же себя чувствовала во время своего последнего визита на Олимп. Ваши летающие лошади действительно поразили меня.

Он фыркнул:

– Зевс держит их лишь потому, что они красивые. На самом деле они только какают тебе на голову.

– Хе-хе. Я тоже думала об этом.

– Так, рассказывай дальше. Как закончилась история с яйцом?

– Ты правда хочешь это знать?

– Непременно.

Я вздохнула:

– Ну ладно. Чтобы все было наверняка, мы выставили в микроволновке температуру в 230 градусов. Но это было идиотской затеей: оно взорвалось.

Брейв тут же громко засмеялся:

– Правда?

Вспомнив об этом, я приложила ладонь ко лбу:

– Да! Это было жутко. Внутри яйца была чистая кислота, которая за считаные секунды уничтожила не только саму микроволновку, но и пол под ней. Наш особняк сделан из камня и даже титана, но пол все равно сдался, и половина кухни упала в ванную комнату Аида. Тогда… тогда он как раз принимал душ.

Я покраснела. Господи! Мне все еще было стыдно за эту историю. Брейв засмеялся так громко, что у него по щекам потекли слезы. Он чуть не упал со спины Бладклоу, который тоже весело хихикал.

– Неееет, ты же шутишь, верно?

– Нет, все было именно так. В качестве штрафа нам с Мэдоксом пришлось убирать весь этот бардак. Вручную. Кислота сожгла нам руки и колени, хотя мы были одеты в костюмы из титана. У Мэда все еще остались шрамы после этого. У меня – нет. Может быть, надо было уже тогда задаться вопросом, почему мои раны излечились гораздо быстрее, чем у него.

Брейв перестал смеяться.

– Не думай об этом, Ворриор. У меня тоже было достаточное количество симптомов, но я их игнорировал. Я никогда не думал, что могу быть бессмертным. Мой отец и все остальные высмеяли бы меня просто за мысли об этом. Или того хуже.

– Да, – прошептала я, – меня бы тоже.

Мы снова замолчали. Оба утонули в своих собственных размышлениях. Думаю, его мысли, как и мои, не были радостными. Пейзаж тоже не вдохновлял нас на думы о пушистых кроликах. Пустыня была все такой же, как и много часов назад. Кажется, она становилась все мрачнее и печальнее. Здесь не было ничего, ни облачка на красном небе. Песок вился вокруг нас, дул в лицо и мешал дышать. Ветер стал немного сильнее, но не освежал. Он был даже горячее режущего воздуха, и моя кожа, кажется, шипела от жары.

Бладклоу споткнулся и фыркнул.

– У тебя все в порядке? – спросила я у него.

– Все хорошо, госпожа Ворриор. У нас прогресс.

– Правда? – с сомнением спросил Брейв. – Мы разве не проходили мимо этого холма?

– Какого?

– Вон того справа.

– Они же все одинаково выглядят.

– Нет, этот нет. Он похож на улыбающееся лицо.

– Серьезно? – Прищурившись, я пыталась рассмотреть в поднимающемся вихре лицо, но увидела только… песок.

– У тебя солнечный удар.

– Мне нужно отдохнуть! – застонал бог.

Я согласилась с ним, и Бладклоу осторожно опустился на землю.

– Мне кажется или песка здесь стало меньше? – спросил Брейв, с трудом шевеля языком.

– М-м-м, полагаю, ровно столько же.

Бладклоу лег рядом с нами, высунув язык.

– Ну вы и плаксы. Я здесь тоже не просто так хожу, – услышала я от пса, но мне могло показаться.

– У тебя все хорошо, здоровяк? – спросила я у цербера.

– У меня все отлично, госпожа Ворриор, но я волнуюсь о правильности взятого нами курса. Мы же не можем вечно бродить по пустыне, а делать длительный привал на такой жаре опасно.

– Но мы же бессмертные, не так ли? Мы все выдержим, – застонала я, падая на спину. Дышать стало совсем трудно. Брейв начал махать руками и ногами.

– Что ты делаешь?

– Песчаного ангела.

– М-м-м, отличная идея. – Я тоже стала двигать руками и ногами, создавая форму на песке. Сухими глазами я уставилась в горящее небо. Оно мерцало. Мои веки с каждым морганием издавали странный звук, и меня это нервировало. Абсолютно все в моем теле уже пересохло.

– Я ненавижу пустыни! – ругалась я.

– Я хочу пить! – жаловался Брейв. – Я уже много недель не хотел ни пить, ни есть.

– Правда? Но я же видела, как ты ел с нами, причем за двоих.

– Да, но после этого меня стошнило.

– Фу, скажи еще, что Даймонд ничего не заметила!

– Нет, думаю, не заметила. Она слишком переживала за тебя.

– М-м-м, так похоже на нее. Она, кстати, спрашивала о тебе, когда ты не появился на поле для гольфа.

– Когда это было? Сегодня, вчера? Как долго мы уже здесь ходим?

– Понятия не имею.

– Мы почти два дня провели здесь, госпожа Ворриор.

– Спасибо, Бладклоу.

– Всегда к вашим услугам.

– Почему этот зверь ходит с тобой? – спросил Брейв, и я даже услышала немного зависти в его голосе.

– Аид подарил мне его перед тем, как нас отправили в Тартар. В качестве поддержки.

– А где моя поддержка?

– У тебя есть мы.

– А от моего отца? Почему твой заботится о тебе, а мой просто выбросил меня сюда?

– Да, это странно. Я думала, что Зевс – отличный отец.

– Много кто так думает.

– Это не так?

– Не знаю. Он обожает всех наказывать. Когда мне было тринадцать, я три недели был вишневым деревом, потому что выкурил одну из его сигар.

– Кошмар! – Я не знала, что еще сказать на это.

– Да, тот еще ужас. Поэтому теперь я возбуждаюсь, когда мимо пролетает пчела.

Я захихикала.

– Тебя что, опыляли пчелы?

– Только один раз. После этого я больше не смотрел порнографию, а только документальные фильмы о пчелах. Пчелка Майя стала моей влажной мечтой.

Я рассмеялась.

– А Даймонд знает о твоем фетише на пчел?

– Нет. Но она немного похожа на пчелку Майю, не так ли?

– Э-э-э… – Я попыталась представить Даймонд с маленькими антеннами, черно-желтыми полосками и крылышками. – Она наверняка была бы красивой пчелой, – согласилась я.

Морда Бладклоу нависла над моим лицом:

– Нам надо идти дальше, госпожа Ворриор. Ваш пульс зашкаливает, это не очень хорошо.

Я облизнула губы. У них был вкус наждачной бумаги. Самая настоящая наждачная бумага.

– Хорошо, но ты должен помочь мне встать! – Я протянула руки, обернула их вокруг шеи Бладклоу и позволила ему поднять себя на ноги. – Идешь, Брейв?

– Нет, я останусь здесь. Тут так пахнет колбаской.

– Это твой нос.

– Ничего себе, я и не знал, что в нем скрывается такой потенциал.

– Пойдем, сарделька.

Мне стоило огромных усилий поднять бога на ноги. Ветер тем временем стих, и в воздухе повисла сухость. Бладклоу шел быстрее, чем прежде. Кажется, он хотел как можно быстрее вывезти нас из этого ада. Он громко дышал, и язык высунулся из пасти. Грудная клетка под моими ногами напряженно поднималась и опускалась. Эти движения заставляли мою голову гудеть. Мне становилось все сложнее удерживать свое тело на его спине.

Брейв застонал:

– Я умру от жажды. Сейчас.

– А ну держаться! – приказала ему я, мысленно молясь богам. Почти сразу я поняла, что это было бесполезно, ведь теперь богами были мы. Абсолютно бесполезными богами, которые даже воды себе наколдовать не могут.

– Опять этот улыбающийся холм! – вдруг сказал Брейв, указав вперед. Я растерянно подняла взгляд. Он был прав.

– Где ты видишь улыбку, Брейв?

– Вон там. Это точно она. Если бы кто-то дал нам знак и… Господи, наше спасение!

– Брейв! – Я с ужасом наблюдала за тем, как он сполз со спины Бладклоу и метнулся вперед, как горностай. Впервые я увидела в нем хоть что-то божественное: кажется, он светился. Золотой блеск и песок вились у его ног, и он бежал на холм так быстро, что его силуэт стал размытым. Прежде чем я успела моргнуть, он исчез за дюной.

– Господи! Он сейчас превратится в жареный картофель, – застонала я. Бладклоу тут же ринулся вперед на гору, утонул в песке и наступил на пару вихрей, которые чуть не унесли нас назад. Он ожесточенно боролся с ветром, пытаясь не утонуть в дюне. Я уже размышляла о том, чтобы слезть с него и немного подтолкнуть, но мы наконец добрались до вершины и… увидели дерево. Это было дерево, которое я еще никогда в жизни не видела. Его ствол был черным как смоль и гладким, как стекло. Его ветки извивались, словно тонкие пальцы, а пышная сочно-зеленая листва отбрасывала тень, позволяющую спрятаться от палящего зноя. Счастливый Брейв уже сидел под деревом.

– Тут есть плоды! – взволнованно крикнул он, махнув мне рукой.

– Не тронь их! – предупредила его я. Бладклоу сразу же пошел дальше. Брейва, правда, было уже не остановить. Он высоко подпрыгнул, ненадолго исчез в ветвях и снова приземлился на землю, но с пустыми руками. Он сердито скривил лицо и опять подпрыгнул. Мы уже подошли к нему, но Бладклоу помедлил с тем, чтобы зайти в тень.

– Я нашел! – услышала я крик Брейва. Ухмыляясь, он направился к нам. В руке он держал блестящий золотой плод. Он был похож на гибрид сочного яблока и сладкой сливы. Он все еще висел на согнувшейся ветке. Не знаю почему, но при виде этого плода мне стало дурно и меня охватил неописуемый страх. Несмотря на высокую температуру воздуха, по моей коже пробежал холодок.

– Не срывай его! – прошипела я, пытаясь выбить плод из его рук, но он, словно пытаясь отогнать надоедливую муху, ударил меня в ответ и попал прямо в щеку. Пощечина оказалась такой сильной, что я слетела со спины Бладклоу. Пес зарычал на Брейва, который ухмыльнулся и крепче сжал плод.

Я выплюнула песок и в панике посмотрела на него.

– Не срывай! Ты даже не знаешь, что это такое! – предупредила его я, но было уже слишком поздно.

Хрусть!

Брейв резко потянул плод на себя и вонзил зубы в сочный фрукт. Я задержала дыхание. Видела, как он мгновенно его проглотил. Юноша отбросил кожуру в сторону. Я наклонилась над ней и рассмотрела остатки плода. Кожура была странной, похожей на человеческую кожу, а внутри плод был волокнистым, словно человеческая плоть.

Я поднялась на ноги.

– А ну выплюнь! – скомандовала я, подбегая к Брейву, который уже потянулся за вторым фруктом.

– Отстань от меня, Ворриор! Вкус просто божественный! – отмахнулся он, откусывая еще раз. Звучало так, будто он ест сырое мясо. Я почувствовала грохот под землей. Брейв съел второй плод и нетерпеливо искал следующий.

– Помоги мне! – крикнула я церберу, который с рыком прыгнул в нашу сторону, но Брейв с удивительной скоростью уклонился от его прыжка. Он едва избежал удара лап и зубов, поднял кулак и так сильно ударил пса в череп, что тот, скуля, упал на землю. Я услышала грохот, и шея Бладклоу согнулась под странным углом. Брейв без особых усилий сломал шею животному.

– Ты что делаешь? – заревела я. Кожа Брейва светилась, как горящая звезда. Его глаза выглядели странно. Я присмотрелась. Зрачки были такими гигантскими, что голубой радужки почти не было видно. Этот придурок был под действием наркотиков. Бладклоу растворился в воздухе, превратившись в дым, и вернулся на мою кожу. Я надеялась, что он скоро поправится.

– Только не ешь больше! – крикнула я, но он удержал меня одной рукой. Затем Брейв отбросил меня назад, словно маленького ребенка, подпрыгнул, схватил третий плод и с улыбкой откусил кусок. Еще и причмокивал. Я прикусила губу и почувствовала еще один толчок где-то под землей. Под деревом появилась трещина. Несколько мясистых плодов упало с дерева, один из них – на голову Брейва. Он удивленно поднял взгляд, во рту у него был еще один кусок фрукта. Трещина стала больше и загрохотала. Я округлила глаза и посмотрела на Брейва, который теперь тоже выглядел обеспокоенным.

– Бежим отсюда. Сейчас же! – зашипела я.

Брейв кивнул и бросил плод. В то мгновение, когда он коснулся земли, трещина окончательно раскрылась. Фонтан песка устремился вверх, сбивая нас с ног. Мой крик смешался с пронзительным визгом другого существа, которое вынырнуло из-под земли. Я закашляла, прищурилась и увидела гигантского червяка, прыгавшего вверх. Его тело было черным и все в шишках, как у дождевого червя. Сам он был гладким, как стекло. У него не было глаз или ушей, но был огромный круглый рот с кучей острых зубов, которые, кажется, кружились в его пасти.

Как газонокосилка, внезапно подумала я. Странное дерево на его голове качалось в такт жутким крикам, которые издавало существо. По сравнению с червяком деревце было крошечным.

Я визжала, Брейв вопил, мы оба кричали и видели, как существо опустило в нашу сторону свою невероятных размеров голову. Оно нас видело и все отлично понимало.

– Бежим отсюда! – крикнула я, схватила Брейва за руку и попыталась увести его за собой, но этот идиот не сдвинулся с места.

– Ворриор, ты что, давай сделаем песчаных ангелов! – крикнул он, полный энтузиазма, и упал на спину. Он что, спятил? Только что он пронзительно визжал, как девчонка, а теперь начал смеяться? – Этот червяк потом сможет выбрать лучшего ангела!

– Хватит нести ерунду! Побежали! – крикнула я с недоверием, пока Брейв, весело хохоча, валялся в песке и делал ангелов одного за другим.

Чудище заревело. Я отшатнулась назад, пытаясь утащить Брейва силой, но монстр уже летел вниз. Куда быстрее, чем можно было предположить, принимая во внимание его внешний вид. Он открыл рот, схватил бога за пятки и поднял его вверх.

– Нееет! – крикнула я.

– Даааа! – радовался Брейв. – Подними руки, Ворриор, так будет веселее! – крикнул он мне. Чудище подбросило Брейва вверх, как кусок мяса, и снова схватило его.

– Брейв!

– Ого! Это было тройное сальто!

Опешив, я наблюдала за тем, как счастливый Брейв исчезает в пасти червяка.

– Бладклоу, ты мне нужен! – застонала я, но пес и не дрогнул. Теперь червяк увидел меня. В отличие от Брейва я не очень хотела делать кульбиты в воздухе. Чудище свернулось клубочком, мотая головой то влево, то вправо. Оно поднялось, открыло рот и выплюнуло наручники Брейва мне под ноги. Я сглотнула, повернулась и побежала прочь. Позади меня что-то гремело. Фонтаны пыли стреляли мне в спину. Оставшаяся часть существа вылезла из ямы и помчалась за мной словно змея. Я ненадолго оглянулась. Зубы вертелись у него во рту, как в миксере. Задыхаясь, я свернула, бросилась в другую сторону и еле ускользнула от челюстей чудища. Кусок плода полетел в мою щеку. Я споткнулась и свернула еще раз, возвращаясь в первоначальное место. Монстр ревел и следовал за мной. Мое сердце бешено колотилось. Я фыркнула, как скаковая лошадь. Я бегала по песку так быстро, насколько это было возможно, но под моими ногами будто были зыбучие пески. Я почти не продвинулась. Явно недостаточно быстро, чтобы сбежать от этой проклятой личинки. Ругаясь, я упала на живот, почувствовала дыхание и скрип зубов газонокосилки. Я быстро перевернулась на спину и посмотрела на червяка. Он шипел, как змея, да еще и визжал. Защищаясь, я подняла руки. На меня капнула слизь изо рта чудища. Я задыхалась, плевалась и ползла назад, пытаясь закопаться ногами в песок. Мои скользкие руки выскользнули из наручников. В замешательстве я захлопала глазами. Я была свободна!

Червяк снова завизжал. Я завизжала в ответ и зажмурилась. Ну вот и все. Меня съели лишь для того, чтобы чуть позже снова съесть. Что будет дальше? Страна сладкой ваты?

Я чувствовала, как его пасть обхватила мои протянутые вверх руки. Ощутила, как острые, как иглы, зубы разрезают мою кожу и как мои ноги отрываются от земли, когда монстр подбрасывает меня в воздух, как и Брейва незадолго до этого. Я дрожала. Полетела вверх, округлила глаза и падала в пасть монстра, в его черную глотку, и… там что, торчала светлая голова Брейва? Я отправлюсь вслед за ним.

Монстр ринулся вперед и укусил. Меня ухватили за бок, я упала на землю и почувствовала, как сдавило мою грудь. Рядом с собой я услышала громкий лязг. Мотор взревел.

– Ии-хаа! Вот что я называю дождевым червяком.

Я увидела мужчину в ковбойской шляпе, который ехал верхом на гигантской лисе с тремя жалами, как у скорпиона. Может быть, жало было только одно, но у меня перед глазами все расплывалось.

– У тебя все в порядке, малыш? Выглядишь немного измученной, – весело сказал мужчина. В правом углу его рта дымилась сигара.

В качестве ответа я могла только завизжать:

– Червяк!

– Ой! – Он тут же поднял поводья своей лисы. Голова червяка упала туда, где только что был чужак. Он засмеялся. Монстр отчаянно закричал и снова поднялся. Песок закрывал нам вид. Я зажмурилась, а мужчина лишь небрежно стянул лыжную маску со шляпы на лицо, достал пистолет из кобуры на ноге и выстрелил. Пуля выскочила из ствола и попала в существо. Черная слизь полетела во все стороны. Существо скорчилось от боли.

– Кажется, это его только разозлило, – понял мужчина. Словно в ответ на его действие чудище ринулось вперед, щелкнуло зубами и чуть не поймало меня. Я сбежала от него, нырнув вперед.

Мужчина заликовал и снова выстрелил. Я услышала хлопок. Тело чудища теперь украшала дыра размером с кулак, а сам червяк покраснел от гнева.

Ковбой направил свою лису ближе к чудищу, которое сжалось от боли. Его голова снова устремилась вниз.

– Сожри это! – услышала я рев мужчины, прежде чем он вытащил из кармана что-то подозрительно похожее на гранату и бросил это в открытый рот существа. Оно проглотило наживку, но беспрепятственно поползло вперед, так что мужчине снова пришлось увести лису в сторону. Червь качал своей слепой головой, и плоды летели во все стороны. Он открыл рот и заревел. Вдруг я услышала взрыв, и его голова разорвалась. Черная слизь дождем падала на меня. Подняв руки в защитном жесте, я увидела, как остатки монстра качались и беспомощно дрожали, прежде чем упасть в гигантскую песчаную воронку.

– Можешь закрыть рот, милая, а то мухи залетят.

Я посмотрела на своего спасителя:

– Ой…

– С вашего позволения. – Ковбой положил руку на шляпу и слез с лисы-скорпиона. – Меня зовут Бизар. И мне было приятно спасти девушку из беды. – Он осторожно пробрался ко мне сквозь слизь. Его сигара все еще торчала у него изо рта. Он протянул мне руку.

Я посмотрела на нее так, словно она собиралась меня укусить.

– Ты что, в шоке или как? – весело спросил он, шевеля пальцами. – Давай уже, я ничего с тобой не сделаю. Обещаю.

– Ой… хорошо. – Я неуверенно взяла его за руку и позволила ему вытащить меня из слизи, которая продолжала с меня стекать.

– Фуу… еле спасли. Еще секунда – и чудище бы тебя слопало.

К слову о таких.

– Брейв! – выдавила я.

– Э?.. – Бизар удивленно смотрел на меня, когда я скользила по слизи в направлении останков червяка.

– Брейв! – громко крикнула я, осматриваясь вокруг.

– Что такое Брейв? – с любопытством поинтересовался Бизар. Естественно, он присоединился к моей спасательной операции.

– Это не что, а кто! Червяк сожрал его.

– Правда?

– Дааа!

– Недавно?

– Дааа!

– Ну тогда… – Бизар радостно подошел к хвосту червяка и наступил на него. Мертвое тело забулькало. Что-то поднялось внутри него, и волна слизи вместе с Брейвом хлынула наружу.

– Слава богам! – Я упала на землю рядом с юным богом и попыталась найти его лицо в грязи.

– Брейв! Брейв! Просыпайся! – Я положила его голову себе на колени и отвесила ему пощечину. Я также пыталась убрать слизь с его носа, чтобы он хотя бы мог дышать.

– Это твой друг? – Бизар с любопытством смотрел на нас.

– Э-э… нет… хотя да. Нас вместе здесь бросили.

Он присвистнул. Из его угловатого подбородка выступала коричнево-красная щетина.

– Бросить сразу двоих в пасть чудищу – это жестоко. Как вспомню, как старики бросили меня сюда! День был не очень.

– Что… что это была за штука? Вот эта? – заикалась я.

Брейв что, дышал? Да! Совсем немножко, но фух!

– Это была лернейская змея.

Мой озадаченный взгляд, видимо, говорил сам за себя. Бизар улыбнулся:

– Слепой червь.

– Ой!

– Именно.

– Я и не знала, что слепые черви бывают такими огромными.

– Здесь вполне. Здесь все большое.

– Это я заметила.

– Твой друг что, сожрал плод?

– Да.

– Плохая идея.

– Я знаю, но я не смогла его остановить.

– Хм… Послушай, ты еще долго собираешься бить своего друга? Кажется, он еще не скоро проснется. Эти фрукты достаточно жестко действуют. Мой лагерь находится недалеко отсюда, а вы выглядите достаточно убитыми. Можете поспать там, у меня есть запас амброзии для подкрепления.

Я была готова согласиться сразу же, но медлила и решила повнимательнее рассмотреть этого парня. Его лицо было угловатым, щеки впалыми, скулы острыми, а глаза отливали темным. Его нос был кривоват, будто он уже не раз его ломал. Он, без сомнения, был привлекательным в своей грубоватой, провинциальной манере, казался открытым, и улыбка была дружелюбной. Даже слишком дружелюбной. Похож на жуткого псевдопродавца мороженого, который собирался похитить тебя после того, как наобещает кучу сладкого. Он спас нам жизнь, а теперь предлагал питание и ночлег. Все это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Я не верила ему. Но был ли у меня другой выбор, кроме как принять его предложение? Если мы останемся одни, то умрем, в этом не было никаких сомнений.

– Что ты хочешь взамен? – недоверчиво спросила я.

Бизар пошевелил бровями:

– Как насчет массажа?

– Нет!

– Отлично. Тогда скажешь свое имя.

– Мое имя?

– Да, – улыбнулся он. Его зубы были ослепительно белыми. – Хочу знать твое имя. Кто ты такая, кто он такой, откуда вы. Я человек со скромными требованиями. Только не врите. Я замечу, если информация будет ложной.

Я колебалась. Посмотрела на останки червяка, затем на Брейва, потом окинула взглядом пустыню, безжалостно простирающуюся перед нами.

– Хорошо, мы пойдем с тобой.

– Замечательно. А ты снимешь этот жуткий капюшон?

– Нет!

– Это твое любимое слово?

– В последнее время да.

– Ух, люблю недотрог.

Общими усилиями мы взвалили отключившегося Брейва на лису-скорпиона. Я села сзади и держала его тело. Кожа седла скрипела.

– А меня он не уколет? – Я подозрительно уставилась на жало скорпиона, маячившее надо мной.

– Только если я прикажу ему это сделать.

– А ты прикажешь?

– Ох, пока что нет. Мне слишком интересно, что за ценные кадры встретились мне на пути. Поехали, нам недалеко. – Он взял вожжи и потащил лису за собой. Я крепко держала Брейва, и мы качались на спине животного. Ковбой и два бога, испачканные черной слизью слепого червя, сидевшие верхом на спине лисы-скорпиона. Разве что-то могло пойти не так?



Глава 16

Я бог, а ты, черт возьми, кто такой?

Лагерь и вправду находился недалеко. Мы даже могли проезжать мимо него, так как выяснилось, что мы действительно ходили кругами. Бесконечными песочными кругами. Вот тебе и «держим курс прямо». Бизар лишь смеялся и повел нас через высокую дюну, за которой располагался лагерь с костром, палаткой и большим военным грузовиком. Мои глаза округлились от изумления. Как можно было заехать сюда на автомобиле?

– Костер? Зачем? Здесь же минимум тысяча градусов! – задыхалась я.

Бизар ухмыльнулся и подозвал меня поближе. Я медленно сползла со спины лисы, потащила за собой Брейва и осторожно положила его в песок. Он упал на землю и остался лежать у костра. М-м-м… ну и хорошо. Пусть радуется, что я не ударила его по достоинству после его выходки с червем. Я очень хотела это сделать, но была слишком уставшей, чтобы тратить так много энергии. Я лишь придвинулась к костру на ватных ногах и удивленно вздрогнула, когда увидела пару голубых огоньков.

– Он холодный?!

Бизар с наслаждением вздохнул:

– Так и есть. Приятный ветерок в этой жуткой жаре.

– А здесь всегда так… пустынно? – поинтересовалась я, наслаждаясь холодным бризом, исходящим от «костра».

Бизар вяло осмотрелся.

– Да, тут всегда так. А еще здесь не бывает темно. По крайней мере, в этой части.

– А в другой?

Он пожал плечами, изучая меня.

– Тартар большой. Я знаю лишь некоторые места. Большинство богов находятся не наверху, а внизу. – Он указал на свои ноги.

Я нахмурилась:

– Что?

Бизар отмахнулся:

– Это неважно, но ты сама все поймешь. Вот.

Он протянул мне чашку с надписью «По утрам я божественная сучка». Я помедлила, но бог так долго размахивал кружкой у меня под носом, что я наконец взяла ее и сделала глоток. Потрясающий запах мяты, лимона, меда, корицы и апельсина ударил мне в нос.

– Амброзия, – удивленно сказала я.

Бизар кивнул, налил себе амброзии и сел рядом со мной, скрестив ноги. На его чашке было написано «Я бог, а ты, черт возьми, кто такой?».

Уголки моего рта приподнялись. Мне уже нравилось чувство юмора Бизара. И все же меня не покидало странное предчувствие. Возможно, дело было в ужасном дне или его ковбойской шляпе. Она просто была странной. Я молча поднесла свою кружку к губам и сделала первый глоток спустя вечность. Жидкое золото стекало по моему горлу, и мой желудок сжался от восторга. Я со стоном закрыла глаза, наслаждаясь взрывом вкуса у себя во рту. Каждая моя клеточка впитала амброзию, и я почувствовала покалывание на своей коже.

– Ты светишься!

– М-м-м? – Я вопросительно открыла один глаз и посмотрела в заинтересованное лицо Бизара, которое оказалось в опасной близости от меня. Я быстро отодвинулась назад и натянула капюшон на лицо.

– Да, я иногда так делаю. Как проклятый светлячок, – пошутила я.

Бизар хрипло засмеялся и расслабленно откинулся назад.

– Хорошая фраза, распечатаю ее тебе на майке.

Я приподняла бровь:

– Ты что, можешь это сделать тут, внизу?

Огонь потрескивал. Вверх полетело несколько холодных искр, осветив белые зубы Бизара, которые устрашающе сверкнули. Его борода рисовала на лице темные линии, заставляя его выглядеть немного диким и неукротимым.

– Я много что могу, милая. Это моя работа.

Я внимательнее посмотрела на него, попытавшись дать хоть какое-то объяснение странному чувству тревоги, которое продолжало распространяться. В моей голове гудело.

– Ты бог, – сказала я очевидное. До этого я только подозревала, но теперь, когда мой пульс был меньше ста восьмидесяти ударов в минуту, а адреналин в моей крови опустился до нормального уровня, я была совершенно в этом уверена.

– Это так, – спокойно согласился он. – Здесь, внизу, множество богов. Старые, молодые, новые, не такие новые. Те, кому лишь предстоит стать богом, и те, кто никогда не сможет им стать.