— У меня их нет и где они, не знаю.
— Это мы еще выясним. — Колиди махнул рукой. — Макси... Пожалуйста.
Ко мне приблизился громадный толстый детина с руками, подобными чугунным рычагам. Он испытующе оглядел меня и вдруг хлестнул по щеке, а потом по другой. Он бил открытыми ладонями, почти отрывая мне голову от плеч, а когда остановился, мой рот был полон крови, глаза же готовы были вылезти из орбит.
— Вы в состоянии меня слышать, Дип? — спросил Колиди. — Мне сообщили, что вы твердый парень. Естественно, вы можете догадаться, что вас ждет: будете говорить или умрете. Очень медленно...
— Я знаю вашу методику, — кое-как проскрипел я. — Но это ничего не даст.
— Он лжет, — проговорил Собел.
— Почему вы так думаете?
— Потому что знаю, в каких отношениях были эти парни. Беннет все оставил ему.
— Он бы уже использовал эти бумаги.
— Послушайте, — настаивал Собел, — никто не может сказать, какую игру он собирался вести. С Беннетом все было ясно, а этот что-то затевает. От него всего можно ожидать. Даю голову на отсечение, что он знает, где бумаги. Нажми и он заговорит.
— Возможно, вы хотите что-нибудь сказать, Дип?
Колиди произнес это так вежливо и вкрадчиво, так задушевно, что даже зная его, я удивленно поднял брови.
— Говорите. Мы с удовольствием вас послушаем, — продолжал он.
— Черт возьми, если вы собираетесь уничтожить меня — начинайте...
— Не к спеху. Мы располагаем временем, чего нельзя сказать о вас.
Будет гораздо лучше, если вы заговорите.
— Еще, мистер Колиди? — встрепенулся Макси.
Тот остановил его движением пальца.
— Может быть, через минуту-две. Вы видите, Дип, Макси уже беспокоится. Скоро вы увидите, что он может проделать с сигаретой. И даже с обыкновенными спичками. И с булавками тоже. Есть у него в запасе и различные хирургические штучки. В этом вы скоро убедитесь.
— Это ни к чему не приведет. Только потеряете время.
Сделав усилие, я глубоко вздохнул. Рук своих я уже почти не чувствовал. Туго затянутые веревки затрудняли циркуляцию крови.
— Сопротивление может оказаться весьма болезненным, Дип. Говорить разумнее.
— Ладно, спрашивайте. Что вы хотите знать?
— Так-то оно лучше, — улыбнулся Колиди. — Начнем, пожалуй, с вашего друга. Кто его убил?
— Вы...
— Разумеется, нет. Это был бы совершенно неоправданный риск. Хотя Беннет из-за своих старомодных привычек создавал некоторые неудобства, но парень он был надежный. Правда, чересчур самостоятельный. Так что, нет.
Никто из нас к этому не причастен. Вы занимались этим делом. Пришли к какому-нибудь выводу?
— Это мог сделать Хью Педл, — сказал я.
— Интересная мысль, — кивнул Колиди. — Наш друг Педл заметно вырос.
Он предъявлял большие требования к организации, но Беннет крепко держал его в руках. Если бы он мог действовать свободно, то стал бы крупным дельцом. Но Беннет его осаживал. Кроме того, Педл никогда не церемонился в выборе средств, а поэтому не нужно обладать большим воображением, чтобы представить себе его действия. Так что эта мысль, Дип, неплоха. Кстати, знаете, как он действовал против вас?
— Мори Ривс и Лео Джеймс. Он нанял их, чтобы прихлопнуть меня.
— Совершенно верно. Мы могли бы вмешаться, но узнали о плане Педла уже после того, как вы ликвидировали Ривса. Конечно, мы не хотели, чтобы документы Беннета попали в неблагонадежные руки и предупредили Педла относительно вас, но он не внял нашему совету и предпочел действовать на свой страх и риск. Это доказывает, что он до сих пор не обладает бумагами Беннета.
— Так оно, наверное, и есть, — сказал я.
— Никаких сомнений. Но организация не может позволить себе потерять лицо. В последние дни, а именно после убийства Беннета, все держалось на хвастовстве Матика, так как была вероятность, что изворотливый Бенни мог организовать убийство и овладеть бумагами. Но скоро выяснилось, что никаких документов у него не было и нет. Между прочим, его убийство до сего дня остается весьма загадочным делом. Никто в нашей организации не причастен к убийству Бенни. И если в отношении Беннета у кого-то могли быть мотивы, как, например, у тех же Бенни и Педла, то в последние дни стало ясно, что у Бенни нет тех бумаг, которые могут скомпрометировать почти всех членов клуба, да и не только их. Вы это знаете.
— Есть еще Педл, — заметил я.
— Не исключено. Но об этом мы еще его спросим. Тем более, что действия Педла в последние дни, безусловно, являются вызовом всему руководству. Но вы были нужны нам живым и невредимым, чтобы окончательно выяснить: не у вас ли эти бумаги?
— Теперь вы это знаете.
— Но пока не уверены.
— Выходит, именно поэтому хотите захватить Педла? — спросил я, стремясь продлить беседу.
Колиди понял это, но сделал вид, что никакого значения моему вопросу не придает.
— Хью Педл получит урок, который никогда уже не сможет забыть.
Хорошего парня мы обязаны подправить, независимо от того, хочет он этого или нет. Однако, если бы обнаружилось, например, что он овладел бумагами Беннета и нам их не предъявил, то его положение стало бы аналогичным вашему. Кажется, я выражаюсь ясно?
— Да, а пока что ваш парень застрелил моего нового друга.
— Верно. Вы ухлопали Мори и ранили Лео. Мы не могли не позаботиться о раненом и послали к нему нашего парня. Лео, однако, оказался чурбаном, связался зачем-то с Кэтом, в результате и сам погиб и, видимо, его подвел под удар. Как видите, Дип, я с вами вполне откровенен. Полагаю, теперь вы понимаете, что ваша самостоятельность нам не нравится. Занять место Беннета в организации вы не можете. Вместе с тем, приняв наши условия, взяли бы на себя определенные функции.
— Условия?
— Они вам известны, Дип, Главное — немедленная передача пакета Беннета.
— Но я уже...
— В противном случае...
Колиди сделал многозначительную паузу.
— Вы теряете время, — подал голос Собел.
— Беседа с неглупым человеком может дать неплохие результаты, — мягко возразил Колиди.
— Но я не слышу, чтобы он кричал и вопил.
— Сожалею, но в данный момент мне это не нужно.
Голос Колиди по-прежнему был тих и мягок. Собел замолчал.
Я попытался приподнять голову, но вновь ощутил приступ сильной боли и с трудом проговорил:
— Слишком много парней погибло... Кэт, Оджи... И это еще не все.
— Вы могли бы остановить...
— Нет... К сожалению. Я больше ничего не могу сказать.
— Мистер Колиди! — В голосе Собела звучали какие-то новые нотки.
— В чем дело, Ленни?
Собел поднялся, схватил меня за волосы и торжествующе ухмыльнулся.
— Мы ведем это дело неправильно, поскольку начали не с того конца...
— безобразная улыбка искривила его рот.
— Объяснитесь, Ленни.
— Дама... Элен...
— Так. Дальше.
Колиди посмотрел на меня.
— Это так просто, — продолжал Собел, — чертовски просто. Она выручит нас. — Он наслаждался тем, что мог читать мои мысли:
— Припомните-ка, два года она играла с Беннетом, как кошка с мышкой. Он оказывал ей особое внимание, преподносил подарки, а она вела себя как настоящая актриса, закрутила его так, что он готов был для нее на все. Черт возьми, она проделывала это и со мной... При одном воспоминании мне становится не по себе. Что ж, хорошо. Я был сопливым сосунком, хотя вовремя спохватился.
Надо, правда, было намного раньше...
— Ближе к делу, — прервал его Колиди.
— Да, да. Дело в том, что Беннет зашел так далеко, что начал раскрывать перед ней свои карты.
— То есть?
— Он сообщил ей все о себе. Рассказал, чем был и как стал во главе созданного им клуба, как нажил капитал и как с ним управлялся. Вы знаете, как Беннет вышел наверх. Он пробивал себе дорогу точно так же, как Гитлер, и когда достиг вершины, окружавшие считали его хорошим парнем. Но мы-то знали его лучше. Эта дама тоже видела его насквозь. Беннет во что бы то ни стало хотел показать ей, какой он великий человек. А знаете, каким образом? — Собел окинул взглядом присутствующих. — Он хотел на ней жениться!
— Ты сумасшедший! — крикнул я. — Не Беннет, а ты имел какие-то грязные намерения... Запомни, Собел, если ты ее тронешь, я тебя убью!
— Ха-ха! Посмотрите на него.
— Да, — заметил Колиди, — в этом что-то есть.
— Возможно, вы слышали о вечере, который Беннет хотел устроить в клубе «Рыцарей Совы»? — спросил Ленни.
Колиди кивнул.
— Он собирался объявить там о своей помолвке с Элен.
Из моего рта сами начали вылетать ругательства, и я был не в состоянии остановиться, пока не охрип. Колиди медленно качал головой, с симпатией глядя на меня.
— Довольно сильная реакция, — мягко заметил он.
— И очень хорошо играет роль слюнтяя-сосунка, — добавил Собел. Беннета прихлопнули еще до того, как эта Элен успела все захватить в свои руки. Сейчас она продолжает игру с Дипом, рассчитывая, что он сможет сделать для нее то, что не успел Беннет.
Колиди медленно поднялся, его лицо приняло задумчивое выражение.
— Вы, Дип, сделали это?
— Конечно, — ответил за меня Собел. — Он дал ей пакет Беннета и попросил припрятать его, пока он не наладит нужные контакты и не устранит противников. Вот почему он охотился за Хью Педлом. — Ленни громко рассмеялся. — Хью должен благодарить нас. Если бы не мы, этот парень давно бы его прикончил... — Собел извлек из своего кармана мой револьвер и многозначительно потряс им.
Колиди поднял телефонную трубку, набрал номер и сказал:
— Мне нужно, чтобы вы привезли знакомую Беннета, некую Элен... Да, я здесь... минутку... Ленни! Ее адрес?
Ленни назвал адрес Элен, и Колиди сообщил его собеседнику. Положив трубку, он направился в другую комнату. Остальные потянулись за ним, и вскоре я услышал звон стаканов и оживленный смех. Громче всех хохотал Собел. Зазвонил телефон. Из соседней комнаты выбежал Макси и взял трубку.
В дверях показался Колиди.
— Сообщают, что птичка улетела, — произнес Макси, не вешая трубку.
— Не сказали, куда?
— Нет, но там, у дома, есть киоскер. Он задержался и видел, как она выходила с парнем. Это был наш Хью Педл.
Я стиснул зубы.
— Куда они пошли?
Макси повторил вопрос, подождал ответ и сказал:
— Они сели в такси. Взяли его на стоянке около самого киоска. Киоскер знает шофера.
— Все?
— Нет. Два парня уже разыскивают таксиста.
— Как только они узнают, куда направился Педл, пусть немедленно сообщат.
Макси передал распоряжение и положил трубку.
— Похоже, все, как вы и говорили, Ленни. События начинают проясняться.
— Ублюдок! — прорычал Собел.
— Однако очень ловкий. Действует с обоих концов... Придется его вдвойне проучить.
— Что вы намерены делать? — спросил Ленни.
— Я? Ничего. Абсолютно ничего. Я буду в каком-нибудь известном приличном баре, на виду у людей. Но вы, Ленни, вы — другое дело.
Оставайтесь у телефона и ждите звонка. Мне нужно, чтобы вы взяли Педла.
Это ваше дело и вы за него отвечаете. По-видимому, он хочет выжать из нее информацию, — Колиди остановился, о чем-то подумал и, повернувшись ко мне, серьезно спросил:
— Дип, у вас чувство к этой женщине, не так ли?
Я промолчал, но он и без того знал, что это так.
— И вы представляете, на что способен Педл?
— Да, но она ничего не знает! — воскликнул я с отчаянием.
— Неужели, сосунок? — проговорил Собел, ухмыляясь.
— Спокойно, Ленни, — резко оборвал его Колиди. — Если вы знаете, куда он мог направиться...
Я покачал головой.
— В таком случае, вернемся к нашему предложению... Если вам известно, где находятся бумаги, и вы сможете их добыть, мы берем на себя заботу о Педле и Элен будет в безопасности. Ничего, кроме папки Беннета, нас не интересует, Так как я не ответил, он пожал плечами и сказал:
— Что ж, поступайте, как знаете.
Подошел Макси.
— Шеф, вы не позволите мне попробовать. Если я сейчас...
— Не будьте столь недалеким, Макси. Дело в том, что Дип вскоре будет готов на все, лишь бы спасти любимую женщину. Ваши хирургические эксперименты не понадобятся. Он расскажет нам все... Если, конечно, действительно что-то знает. Так что придется немного подождать. Он от вас не уйдет.
Итак, все ясно. В любом случае, я должен был умереть. Колиди надел плащ, новую гамбургскую шляпу и стал похож на дельца-банкира.
Ткнув в мою сторону пальцем, он сказал:
— Держите здесь Тони и Эда.
— Я в них не нуждаюсь, — огрызнулся Ленни.
— Делайте, что вам говорят, — резко оборвал его Колиди. — Ждите звонка. Когда установят местонахождение Педла и женщины, вызовите одну из наших групп. Помните, что Педл не работает один. Следует окружить его.
Пусть действуют только под вашим руководством. Не важно, что случится с Педлом, но женщину желательно доставить сюда живой. У Макси будут два объекта. С парнями Педла не церемоньтесь. В любом случае помните, что нам нужна только информация. Я или кто-либо от моего имени периодически будем справляться о ходе операции по этому телефону. Вы — руководитель, а потому Тони и Эд должны находиться здесь неотлучно. Теперь вам все ясно?
Собел кивнул и сказал, что все будет выполнено.
У двери Колиди обернулся.
— Очень жаль, Дип, но вы зря пытались идти против нас. Думаю, вы понимаете, что у нас нет никаких личных претензий, но дело прежде всего.
Подумайте еще раз перед нашим, возможно, последним свиданием.
Мне захотелось ответить ему достойным образом, но я был не в состоянии вообще что-либо произнести...
Скрученный веревками и привязанный к стулу, я сидел, подобно манекену, и молча смотрел, как Колиди и его свита покидают помещение. В комнате остались только Собел и два бандита: Тони и молчаливый Эд. Ленни, ухмыляясь, достал пару перчаток и принялся натягивать их. Тони поднялся, закурил сигарету и заявил:
— Спущусь чего-нибудь перекусить. Целый день ничего не ел.
— Принеси и мне чего-нибудь, — попросил его молчаливый партнер.
После этого он направился в спальню и, судя по скрипу пружин, повалился на кровать.
— Долго я ждал этого часа... — злобно ухмыляясь, процедил Ленни.
Я плюнул ему под ноги.
— Ты слишком дряхлая свинья. Но придет время и я обучу тебя твисту...
И тогда это началось...
Глава 13
Я лежал на полу, понимая, что должен ощущать боль, однако чувствовал только какое-то неприятное дрожание. Каждый удар сердца отдавался в голове. Потом я услышал голос Собела, звавшего парня и требовавшего убрать меня из комнаты.
Тот неохотно вышел из спальни, потрогал меня ногой и проворчал:
— А зачем это? Ему что, нельзя тут валяться?
Ленни уже не был тем, прежним Ленни. Теперь он не имел прежнего влияния и ему все чаще приходилось повторять свои распоряжения.
— Убери его с моих глаз и не задавай больше вопросов. Отволоки в спальню и оставайся там с ним.
— А зачем это? Я устал. Когда мы его прихлопнем, нам еще нужно будет тащить труп в ту паршивую каменоломню. А когда же спать?
— Спи в кресле. Убери его в спальню. И хватит болтать.
— А он еще живой?
— Хватит. Тащи...
Чтобы тащить, Эд должен был отвязать меня от стула. Чертыхаясь, он схватил меня под мышки и поволок по полу в спальню, а там бросил на ковер, лицом вниз. Нисколько не заботясь, жив ли я или нет, Эд вышел из спальни и проворчав что-то, принялся звенеть стаканами и бутылками, приготовляя питье.
Собравшись с силами, я подтянул колени и попытался подложить под себя руки. Разумеется, из этого ничего не вышло, но внезапное движение вызвало неожиданный эффект: оно восстановило боль — боль подавляющую, режущую, совершенно невыносимую. Сознание затуманилось и я вновь упал лицом вниз...
Вскоре Эд вернулся с веревками, которыми я был раньше привязан к стулу. Он встал на колени, связал мне руки и ноги, а затем как ни в чем не бывало завалился на кровать. Слышно было, как в соседней комнате Ленни готовит себе питье, вполголоса изрыгая проклятия. Эд дышал ровно и легко.
Он еще не совсем заснул, и я опасался потревожить его неосторожным движением. В руках все еще чувствовалась колющая боль Но связал он меня непрофессионально: небольшого напряжения мускулов оказалось вполне достаточно, чтобы ослабить натяжение веревок.
Боль стихла, и я почувствовал, что никаких сколько-нибудь серьезных повреждений у меня нет, но пока должен был лежать и выжидать своего часа, обдумывая новые факты и пробуя связать воедино различные концы нити.
Почему был убит Беннет? Видимо, он представлял для кого-то угрозу, поскольку обладал значительной властью и вел дела по собственному усмотрению.
Колиди признал это, а Педл доказал своим присутствием на собраниях в клубе. Имелись и другие свидетельства. Колиди сказал весьма важную вещь: у «Синдиката» не было намерения убрать Беннета, им было удобнее придержать его, а не убивать. Этому можно верить. Разумеется, Беннет знал много тайн организации. но ведь он был частью ее. Нет, мощный гангстерский «Синдикат» тут ни при чем.
Тогда что же? Остается предположить, что в его убийстве замешано определенное лицо. Вильсон Беттен? Мотивы для устранения Беннета у него были, поскольку при определенных условиях он мог завладеть значительной частью наследства. Но этим дело и ограничивается. Ни одна ниточка, ни один след к нему не ведут.
Бенни? Неправдоподобно. Мотив тоже есть, но мерзавец Бенни не был способен на такого рода шаги. Если бы он задумал нечто подобное, Беннет первым бы это узнал. Или это заметили бы другие. В любом случае организация ликвидировала бы Бенни. С документами Беннета он стал бы намного опаснее для всех. А его блеф? Но он продолжался всего несколько дней и закончился тем, чем и должен был закончиться, то есть убийством.
Убрать Бенни должен был «Синдикат». Но они его не убивали...
Тут замешано какое-то определенное лицо. По-видимому, оно намеревалось что-то найти. Что? Предположим, папку Беннета. Но если это же лицо убило Беннета, остались бы явные следы тщательных поисков. Однако какая непоправимая ошибка с моей стороны! Заняться тщательными поисками в квартире Бенни и не удосужиться определить калибр револьвера, из которого стрелял неизвестный. Непростительная оплошность! А вдруг калибр тот же, что и в случае с Беннетом?
Было еще убийство Тилли, почти забытое в последние дни. И еще кое-что, а именно вывод, к которому я пришел: тот, кто убил Тилли, прикончил Беннета и пытался убить меня. Здесь нити связывались крепко.
Педл? Нет. Категорически нет! Этот ублюдок не мог действовать вслепую, не имея представления, где именно находится папка Беннета. Да и орудия убийства, не употребляемые профессионалами: мелкокалиберный пистолет и бутылка. И то и другое, разумеется, смертельное, хотя и не всегда надежное оружие. Особенно бутылка. Забава для подростков. Однако эта забава раскрутила целую серию убийств, конца которым не видно.
С самого начала все выглядело довольно странно. Прежде всего убийца считал, что Беннет хранит документы у себя дома. В этом он не сомневался.
Никто же из синдикатских людей такого предполагать не мог. Далее, убийца знал, что в доме находятся Беннет и Дикси. Он выжидает. Как только Дикси уходит, убийца звонит в дверь. Беннет предполагает, что это вернулся Дикси, открывает и убийца стреляет. Стреляет он один раз. Пуля попадает в шею Беннета. Возможно, Беннет упал, но еще жил. Убийцу охватила паника. Он бросился вниз, оставив свое намерение обыскать квартиру.
Что же, собственно, произошло потом? Вероятнее всего, Беннет узнал убийцу и мог предположить, куда он побежал. Раненный, он бросился за ним.
Для этого он использовал пожарную лестницу: спустился во двор и через него попал на аллею, короче, проделал тот самый путь, которым я преследовал Мори Ривса после убийства Оджи. Только я двигался наискосок, преодолевая преграды, а он, должно быть, бежал вдоль самого дома. Все это время Беннет зажимал рану, но произошло внутреннее кровоизлияние и он умер прямо в аллее.
Так. Теперь Тилли. Она возвращалась домой после очередной попойки.
Сокращая путь, Тилли должна была пройти через аллею. Она заметила убитого, а узнав его, плюнула и пошла дальше. Позднее, спохватившись, что сболтнула лишнее, она почувствовала страх. Но почему? Только лишь потому, что проговорилась в беседе со мной? Нет, не может быть. Значит, она знала больше. И это вселило в нее ужас...
А затем в аллее появился Педро и обобрал убитого. Где же в это время был убийца? Учитывая последующее, несомненно, где-то поблизости. Он видел Тилли и Педро, хотя мог и не знать последнего. Но он определенно знал Тилли. Педро, занятый своим делом, не видел убийцу. А она? Не исключено. А если это так, то смерть ее вполне объяснима. Затем убийца перенес труп в дом. Но зачем? А что если представить себя на его месте? И цель убийства — деньги и документы? Да, при подобных обстоятельствах, я лично прежде всего подумал бы о времени. Оно понадобилось бы для розысков в доме. Поэтому, прежде всего, надо было бы убрать тело, которое могло привлечь в дом непрошеных свидетелей и полицию. Для этого не обязательно, конечно, тащить его в дом, но... здесь нельзя также исключить намерение убийцы запутать следы, что, как известно, и удалось.
Так или иначе, но он перетащил Беннета в дом и поднял его с помощью лифта наверх. Затем он приступил к обыску, но все старания оказались напрасными. Полицию ввела в заблуждение одна деталь. Беннет потерял много крови, ее следы обнаружили не только на ковре и на полу, но и на входной двери, за которую он хватался. Кто же мог предположить, что он выходил из дома? Любой бы посчитал, что это нереально. И тем не менее, это факт.
Только вернулся он не сам.
Странное сочетание. Простое убийство сомнительным оружием и хитрейшее заметание следов!
Все эти мысли вихрем пронеслись в моей голове, но, когда я вдруг почувствовал, что приближаюсь к чему-то важному, звон брошенной пустой бутылки в соседней комнате вернул меня к реальности.
На этот раз Ленни принялся громко ругаться. Он был пьян. Я видел, как Собел несколько раз, пошатываясь, прошелся по ком нате и вдруг показался в дверях.
— Трижды проклятый клуб, — слегка заикаясь, проговорил он. — Банда бродяг и воров... Я еще до вас доберусь!
У меня мелькнула мысль, что все кончено. Однако Собел при крыл дверь и вернулся к буфету за новой бутылкой. Да, это было любопытно. И похоже на то, о чем говорила Элен. Все было связано с клубом...
И вдруг истина взорвалась в моей голове. Она все росла, ошеломляя меня своей ясностью.
Поразительно! Может быть, кое-что следует проверить? Но, нет.
Кажется, все концы сходятся. Правда, есть еще детали. И очень существенные, но... Посмотрим.
Боль почти утихла. Я почувствовал новый прилив энергии. Эд дышал глубоко и ровно. Пора было действовать.
Как можно тише я принялся за веревки. Максимально расслабив руки, я начал сложную операцию по растягиванию и развязыванию узлов. Дважды Эд поворачивался, бормоча что-то во сне, и всякий раз я замирал, выжидая, пока он не угомонится.
Спустя некоторое время, мне удалось наконец, содрав кожу, освободить одну руку, а остальное было уже плевым делом. Я освободил другую руку и развязал ноги. Затем еще некоторое время лежал, сгибая и разгибая их, чтобы восстановить кровообращение. Потом, медленно поднявшись на ноги, я распрямился и ощутил в себе достаточно сил.
Для начала я обработал Эда и через две минуты он уже лежал без сознания: с кляпом во рту и тяжело дыша через нос. Одной из веревок я скрутил ему руки на спине и подтянул к ним согнутые в коленях ноги так, что никакой возможности освободиться самостоятельно у него не было.
Затягивая последнюю петлю, я услышал звонок телефона и звук отодвигаемого стула. Собел подошел к телефону.
— Да, да... Понял... Все.
Затем он положил трубку и набрал какой-то номер.
— Дейв? Сколько вас там? Хорошо, шестерых хватит. Что? Звонил Колиди?
Отлично. Значит, вы знаете, что должны получить указания. Так...
Оставайтесь там и без меня не начинайте. Расставьте людей у входов.
Незаметно. Я скоро буду. Как только подъеду, пусть все входят внутрь.
Скажите, что женщину надо взять живой. Да, это его распоряжение. Парней Педла, ликвидировать... Тоже, если будет сопротивляться... Да, можно...
Нет, вы меня знаете, я прибуду на грузовике с красной полосой, который принадлежит ресторану... Да, он стоит здесь... Да, да. Увидите его и можете входить в клуб. Только не раньше. Понятно?.. Тогда все. Сейчас выезжаю...
Собел рассмеялся, подошел к буфету и начал готовить себе очередную порцию спиртного, но резкий звонок телефона заставил его вновь снять трубку — Да, мистер Колиди. Все в порядке. Сейчас выезжаю... Само собой, связанный... Нет, нет. Они спать не будут... Слушаюсь. Как только доставим, позвоню... Так... 2-97-76? Хорошо...
Положив трубку, Ленни вновь подошел к буфету, выпил и направился к спальне. Открыв дверь, он остановился на пороге, размахивая моим револьвером. Собел в полумраке спальни мог только смутно различить очертания фигуры на кровати, которую, вероятно, принял за меня, и кресло, на котором, как он, наверно полагал, спит Эд.
Я стоял за дверью, прижавшись к стене. Собел шагнул внутрь.
— Эд, вставай! Дип, знаешь, куда Педл затащил Элен? В клуб «Рыцарей Совы». Ха-ха... А почему? Да потому, что она знает, где припрятаны бумажонки. Ха-ха... Только Педл не сможет ими воспользоваться... А через полчаса я вернусь и первая пуля из этого револьвера будет всажена тебе в голову... Эд, вставай! О!.. Э!..
Комнату потряс дикий вопль, и через секунду грузная туша Собела распласталась на полу. Включив свет, я взял веревку и принялся было за работу, но услышав шум открываемой двери, поднял свой револьвер и, погасив свет, занял удобную позицию у порога.
Тем временем в комнату вошел Тони. Медленно прикрывая за собой дверь, он подозрительно огляделся. Рука его потянулась к кобуре. Но в этот момент он заметил нацеленное на него дуло револьвера и, по-видимому, сумел что-то прочесть в моих глазах, так как рука тотчас отдернулась от кобуры и бессильно повисла, Он покорно пожал плечами.
— Я ведь говорил Собелу и Колиди...
— Брось свою штуку, Тони. Только осторожно.
Револьвер вывалился из кобуры на пол. Тони оттолкнул его ногой.
— А где Собел и Эд? Ухлопал?
Я подобрал оружие.
— Догадываюсь... — кисло улыбнулся он. — Делай свое дело, только поскорее.
— Они там. Связаны, — ответил я. — Повернись.
— Спасибо, Дип.
Он повернулся к стене и я вырубил его точно рассчитанным ударом рукоятки револьвера по затылку. Потом, подтащив обмякшее тело к двери в спальню, сорвал антенну и кусок телефонного провода и тщательно связал Тони, а заодно и Собела. Затем, разорвав полотенце, я аккуратно забил им в рот кляпы, растащил по разным углам и осмотрел карманы Ленни. Но ключа от машины не обнаружил.
Выключив свет, я запер за собой двери и бросился на улицу...
Грузовик с красно-белыми полосами стоял позади дома. Ключ от зажигания был на месте. Машина плавно тронулась с места. В это время улицы были полупусты и можно было развить значительную скорость. Выбирая кратчайший путь, я нарушал правила и лишь слегка притормаживал перед светофорами, чтобы не врезаться в какую-нибудь машину.
Для многих клуб являлся как бы матерью. Именно здесь начиналась полная опасностей жизнь — преступная и в то же время романтичная. Как часто я сам, притаившись в ночной тиши, ощущал в своей руке револьвер.
Правда, чаще удавалось обходиться кулаками, но его наличие придавало мне уверенность.
Сентиментальность... Более двадцати лет я хранил револьвер.
В какой-то степени он служил мне символом воспоминаний. Коп, у которого я его отнял, был убит спустя год в схватке с гангстерами банды Ринчеты. Случалось, я расставался с ним, но ненадолго и всегда он возвращался ко мне. В некотором роде мы были старыми друзьями. И в данный момент, ощущая его за поясом, я знал, что на этот раз он мне абсолютно необходим.
Я резко снизил скорость и медленно повел машину, присматриваясь к уличным теням. Никого не было видно, но я знал, что они где-то здесь.
Проехав на малой скорости мимо клуба, я бросил взгляд на окна. Они не светились. Тогда я вернулся на угол, остановил машину подальше от фонаря и с минуту выжидал, вглядываясь в темноту. Какая-то фигура пересекла улицу и приблизилась к машине.
— Их там трое. И эта женщина тоже. Минут десять-пятнадцать всего... Он внезапно остановился, взглянул на меня...
И на этот раз я использовал тяжелую рукоятку револьвера. Втащив Дейва в машину, я убедился, что очнется он не скоро.
Собел сказал шесть. Теперь их должно быть пять и они уже направлялись к главному и боковому входам в клуб. Я запер дверцу машины и выждал еще несколько секунд. Одна из групп могла ждать Дейва, но могла уже, наконец, начать штурмовать клуб, они могли подумать, что Собел задержал Дейва у машины.
Впрочем, всего не предусмотришь, а действовать надо было немедленно.
Не теряя больше ни секунды, я обогнул здание. В этом доме мне знаком был каждый кирпич. Когда-то мыс Беннетом, предусматривая всякие неожиданности нашей, полной опасностей, жизни, сооружали здесь тайники и скрытые переходы. Здание, правда, основательно ремонтировалось и, возможно, не один раз, но под непосредственным наблюдением Беннета, а его привязанность к прошлому была мне отлично известна.
С задней стороны дома имелись две пожарные лестницы, начинавшиеся высоко над землей. В крайнем случае, можно было подкатить машину и использовать ее в качестве трамплина. Одна ко это было несколько рискованно. Тем более зная более удобный путь. В подвальном помещении здесь имелся угольный бункер для засыпки угля, куда вело продолговатое окно с заслонкой, которая никогда не запиралась. В этом я смог убедиться и на сей раз.
Лаз был весьма грязноватым, но раздумывать было некогда. Я опустился на колени, боком пролез в отверстие и скользнул в черную пустоту. Тотчас же мои ноги погрузились в груду угля. Заслонка захлопнулась, и я оказался в непроглядной темноте. Однако мне был знаком здесь каждый дюйм. Сойдя с кучи угля, я дошел до угла и нащупал проход в соседнее помещение, служив шее запасным бункером, но практически никогда не использовавшееся, так как там отсутствовало отверстие для засыпки. Вот это самое заброшенное помещение и было, в свое время, предметом наших особых забот.
Я повернул выключатель и загорелась слабая лампочка. Я сразу почувствовал себя в прошлом. Мне показалось, что все здесь точно так же, как и двадцать лет назад: старинная квадратная печь с обрывками асбестовых листов, дубовые полки, заваленные никому не нужными вещами. И всюду угольная пыль. На всем... За исключением одного места. Вернее, там ее было просто поменьше. Одна из средних дубовых полок легко отодвигалась от стены, в которой находилась замаскированная ниша-тайник. В прошлом она служила арсеналом для доверенных членов клуба. Здесь хранились ножи, кинжалы, патроны и несколько револьверов.
Не имея намерения задерживаться возле этого тайника, я все же не удержался от любопытства. Приподняв нижние опоры полки, я сразу заметил надколотую доску и изогнутую железную петлю. Похоже, кто-то искал тайник, нашел его и долго возился, пока, наконец, не сломал дверцу.
Открыв нишу, я заглянул внутрь. Кроме ножей и кобуры, там ничего не было. Только следы рук на плотном слое пыли и отпечаток револьвера. Похоже мелкокалиберного...
Поспешно толкнув полку на место, я подошел к участку фундамента, где находился тайник — святая святых, место, известное только мне и Беннету.
Простукивания и пожары были ему не страшны. Простой и надежный механизм приводил в движение цельный тяжеловесный блок. В свое время его разработала для нас группа инженеров и стоил он немалых денег. Теперь я уже был более чем уверен, что бумаги именно здесь. Беннет романтизировал прошлое, преклонялся перед ним и всегда стремился со хранить то, что напоминало ему о тех далеких днях. Он был организатором клуба, а клуб его детищем, тем пьедесталом, который поднял его наверх. Его мысли всегда вращались вокруг и около клуба, который, в сущности, был его жизнью, даже тогда, когда превратился в ответвление мощного «Синдиката».
В те дни я был такой же романтик, и вся моя жизнь тоже была полностью связана с клубом. Мы оба являлись его порождением. Уже только одна эта мысль должна была натолкнуть меня на верный путь, но, к сожалению, осознал это только теперь...
Подойдя к знакомому месту, я нажал на боковые основания цементного блока. Никакого эффекта! Сердце мое екнуло... Тут же, взяв себя в руки, я припомнил правильное положение пальцев, необходимое для приведения в действие механизма. Наконец-то! Глыба сдвинулась и повисла на мощных стальных рычагах, основания которых уходили на несколько метров в фундамент. Наш тайник был цел! И в нем лежали несколько пакетов!
Я бегло просмотрел два из них, никакого сомнения — это было то, за что «Синдикат» не пожалел бы никаких денег. Многих сотен тысяч долларов!
Их искали Педл, Собел, Бенни и неизвестный убийца. Здесь были документы, фотокопии документов, счета, записки, квитанции, адреса и имена, много имен...
Положив все обратно, я закрыл тайник, выключил свет и пробрался через угольный бункер в старое подвальное помещение клуба, которое я недавно осматривал с Хенни. Оттуда пробивался свет.
На этот раз дверь была не заперта. Осторожно приоткрыв ее, я увидел, что все здесь перевернуто вверх дном. А у лестницы лежал добрый, старый Хенни с кляпом из грязной тряпки во рту, связанный обрывком веревки. Он был в сознании.
— Они... только что... Педл... — с трудом проговорил Хенни.
— Знаю. Спрячьтесь пока.
Я кивнул на проход к угольному бункеру, а потом бросился в освещенное помещение и схватил трубку телефона. Он был в исправности. Набрав номер «Службы Информации», я попросил узнать телефон Роска Тейта, а потом позвонил ему. Прошло несколько неимоверно длинных секунд, и я услышал его голос:
— Роск?
— Да. Кто это?
— Дип...
Несомненно, он уже побывал в квартире Бенни и успел разослать в газеты материалы, в которых намекал на мою персону. Что ж, пусть убийца радуется, читая злобные статейки этого ненавистника, не подозревая, что жадность Тейта к сенсационным уголовным делам лишь облегчает мне розыски, — Еще один большой куш, Роск, — сказал я.
— Я уже говорил, что не нуждаюсь в вашей благотворительности.
— Дело идет к концу. Банда раскололась. Через пять минут они вцепятся друг другу в глотки, а те, кто выживут, окажутся у меня под колпаком.
Почему? Да потому, что я нашел знаменитый портфель Беннета и теперь все эти свиньи примутся визжать и вопить.
— Откуда вы говорите, Дип?
— Из старого подвального помещения клуба. Захватите блокнот и торопитесь. Это будет самая большая удача в вашей жизни...
— Дип!
— Торопитесь! Они захватили Элен, и я попытаюсь освободить ее. Может быть, и вы поспеете... — сказал я и бросил трубку.
А потом набрал еще один номер. На этот раз я не мог позволить себе действовать в полном одиночестве. Силы были слишком неравны.
— Хард у телефона.
— Это Дип. Слушайте и не перебивайте...
В нескольких словах я обрисовал сложившуюся обстановку и дал адрес квартиры, где находился Собел и его подручные.
— Дип...
— Нет времени. Действуйте быстро.
— Имею указания насчет вас...
— Не интересуюсь.
Бросив трубку, я в несколько прыжков оказался на лестнице. Хенни там уже не было. В пустом вестибюле горела только одна лампочка. Где-то наверху послышался приглушенный крик. Спустя несколько секунд я проскользнул в темный коридор. Со стороны бокового входа доносился треск взламываемой дубовой двери. Опять раздался чей-то крик.
\"Спокойнее, спокойнее, — убеждал я себя, сжимая рукоятку револьвера.
— Здесь ошибки мы уже не допустим\".
Кратчайшим расстоянием наверх была главная лестница, но она могла охраняться одним из педловских подручных. Время... Время...
Примерно с час назад сюда явился Педл с Элен. Он обошел с ней все закоулки, а когда Хенни отказался открыть подвальное помещение, избил его и отобрал ключи. Не найдя ничего, он вызвал по телефону своих подручных.
Они явились сюда минут десять — пятнадцать тому назад. Педл никогда и ни к кому не испытывал жалости, но своими руками выжимать информацию, а тем более из женщин, не привык. Его дело было приказывать.
Итак, холл был пуст. Но не успела ли группа Дейва пробраться в клуб, пока я был в подвале? Или сейчас она, вместе с другой, пробивает себе путь через боковой вход. В любом случае, путь через главную лестницу был для меня закрыт.
Внутренние помещения клуба, за исключением подвального, обычно никогда не запирались. Не задерживаясь ни на секунду, я бросился в одну из комнат, расположенных слева, в ту, рядом с которой проходила пожарная лестница. Здесь лучше был слышен шум, доносившийся сверху, следовательно, банда находилась в одной из комнат, окна которой выходили во двор.
Когда-то в прошлом, при надобности, а чаще всего просто для тренировки, мы с Беннетом неоднократно лазили верх и вниз по обеим пожарным лестницам, изучая способы бесшумного открывания окон и дверей. От этих навыков теперь зависело многое.
Несколько секунд, и я уже взбирался вверх по мокрым от дождя стальным перекладинам. В окнах верхнего этажа из-за задернутых штор пробивался свет, Я помнил, что там находится большая комната, служившая для совещаний. Мне пришлось подняться к самой крыше и повиснуть на одной руке — только так я сумел заглянуть внутрь и оценить обстановку.
В комнате было две двери. Одна из них, по-видимому, запер тая на задвижку, выходила в коридор, а другая, неплотно прикрытая, вела в смежную комнату. Там свет был потушен. В семи-восьми ярдах от боковой двери на полу лежала Элен, тщетно пытаясь отбросить от себя грязный башмак Эла, которым он тыкал ей в лицо и грудь. Другой парень, гогоча во все горло, обвязывал здоровую руку Эла полотенцем, приготавливая его, видимо, к какой-то операции из арсенала Макси.
Эл начал что-то объяснять Элен, толкая ее подошвой своего ботинка, в то время как другой бандит прижал ее руку коленом к полу. Глаза Элен расширялись от ужаса. Хью Педл стоял справа у стены и сосредоточенно рассматривал кончики своих пальцев.
Моя свободная рука потянулась к поясу. Ничего не было проще, как разбить стекло, уложить одного бандита, а остальных держать под прицелом.
Но это был не лучший вариант, тем более, что обстановка, по-видимому, скоро должна была измениться.
Я спустился на несколько ступенек вниз, вынул нож и обработал форточку окна смежной комнаты. И вскоре уже стоял у приоткрытой двери.