– Милицию ты вызвала? – спросил Мурзаев.

– Разумеется, – кивнула она. – А перед этим предупредила Михаила, что его вполне могут попытаться убить.

– Ну ты и стерва. – Старик покрутил головой. – Ты знаешь, что у меня троих убили?

– Я знаю, что двоих, а один застрелился. Но я не понимаю, чем ты недоволен? Ведь трупам деньги платить не надо.

– Я выплачиваю их семьям погибших, – сказал Сахид. Помолчав, засмеялся. – Чем же тебе не угодил твой верный пес Миша? – поинтересовался он.

– После того как получил посылку с головой Кости, – она закурила, – запаниковал. Собрался сначала в милицию, потом к Палусовой. А этого я допустить не могла. – Затянувшись, посмотрела на дверь. – Его вполне могли запомнить милиционеры, – имея в виду раненого, сказала Галина. – А я бы не хотела…

– Мурзаев не допустит этого, – сказал о себе Сахид.

– Ты согласен послать людей в долину? – перевела она разговор на то, ради чего пришла.

– Мы уже говорили об этом, – напомнил ей Мурзаев, – но ты сначала решила убрать Михаила. И знаешь, мне это не понравилось. Ты убиваешь тех, кто с…

– Это только начало, – с улыбкой перебила его Галина. – К тому же я не пойму тебя. – Она пожала плечами. – Ты этим зарабатываешь деньги. Какая тебе разница, на ком?

– Разницы нет, – согласился он. – Просто мне не нравятся люди, которые спокойно оплачивают смерть своих друзей.

– Михаил был моим любовником, – уточнила она, – но не другом. К тому же я сейчас не могу ошибаться. Я молода и красива, – спокойно проговорила она, – и начала дело, которое обязательно закончу. Миша не первый и не последний из моих знакомых, кто умрет раньше отпущенного небом срока. Я уже не говорю о тех, кто так или иначе встал у меня на пути. Миша – это уже прошлое. Вернемся к настоящему. Ты можешь послать еще людей в район озера?

– Надеюсь, ты помнишь мой ответ, – усмехнулся Сахид. – Но теперь появился и вопрос. Кто на этот раз поедет с парнями?

– Если ты услышишь, – она пристально посмотрела на него, – что я, будешь удивлен?

– Я только потому и жив, – спокойно проговорил Мурзаев, – что давно перестал удивляться. Сколько тебе нужно людей?

– Пятеро. Потому что если поеду я, то хочу вернуться живой.

– Но это будет стоить гораздо дороже, – предупредил Сахид. А вспомнив разговор с Зинаидой, быстро подумал: «Что-то там есть. И, судя по заинтересованности этих бабенок, дорогое. Наверно, пора брать инициативу в свои руки».

– А что ты скажешь, – словно прочитав его мысли, спросила Галина, – если я предложу тебе работать вместе? Если все получится как надо, ты будешь сказочно богат.

Галина рассчитывала на жадность Сахида. Человек за хорошую плату, с легкостью посылающий молодых здоровых парней на верную смерть, не упустит возможности без риска получить хорошие деньги. По его вспыхнувшим глазам женщина поняла, что не ошиблась.

– Прежде чем узнать подробности, – немного помолчав, рассудительно заметил он, – я должен взвесить все «за» и «против».

– Что? – поразилась Галина. – Ты еще хочешь обдумать что-то?

– Давай на этом прекратим, – вздохнул Сахид. – Ответ я дам завтра. Или парней, или согласие. Насколько я понял, ты предлагаешь мне партнерство, потому что у тебя почти не осталось людей. А тем, кто есть, ты перестала верить. – Глубокий вздох Галины подтвердил его догадку. – Кстати, – угрюмо проговорил он. – Это ты была на мотоцикле?

– Я, – кивнула она. – Меня твой придурок чуть не убил.

– У меня был заказ на этот адрес не только от тебя, – усмехнулся Мурзаев. – Заказали убийство женщины, которая там живет.

– Вот как? – удивилась она, но сумела сдержаться и не стала спрашивать, кто заказчик. Сахид оценил это.

– Ты умеешь быть сдержанной. Впрочем, если завтра я соглашусь на твое предложение, ты все равно узнаешь имя заказчика. Поэтому скажу сразу: Галя, твоя тезка. Но кто она, сказать не могу, заказ делали через человека. В последнее время такое практикуется.

– Сахид, – спросила Галина, – а заказ на мужчину, гостя Паулюса, ты не брал?

– Вопрос не совсем правильный, – ответил он. – На гостя Паулюса брать заказ – значит надевать себе петлю на шею. Даже если исполнитель будет убит, все равно узнают, кому это нужно и даже за какую сумму.

– Неужели Паулюс обладает такой силой? – искренне удивилась Галина.

– У него к рукам прибраны почти все дяди из высоких кресел, – кивнул Мурзаев. – Кроме того, у него армия уголовников всех мастей. От убийц до карманников. Надеюсь, ты знаешь, кем был Палусов?

Не отвечая, она улыбнулась.

– А раз знаешь, меня удивляет твой вопрос.



– Гром и молния, – пробормотал лежащий на койке Серов. – Кому я настолько перешел дорогу, что меня пытались убить? – Закрыв глаза, вспомнил номер «Волги», из которой в него стреляли. Криво улыбнулся и открыл глаза. – Раньше заметил бы, что целятся, – пробормотал он. – А сейчас в упор стрелять будут – не среагирую. – Сжав ладонями виски, снова прикрыл глаза. И глухо, протяжно застонал. – Надя, – еле слышно выдохнул Сергей. – Алешка, Димка. Где вы? – Рывком сел, осмотрел тесную каюту, прищурился. – Что там, в долине гейзеров? Все из-за этого началось. Дочь Бунин послал… – Задумавшись, замолчал. – Стоп. Она наверняка сюда к кому-то приехала. Ее встретили, а уже потом она отправилась в долину. Но если здесь, похоже, ее встретила Зинка Палусова, то там… – Усмехнувшись, он вздохнул. – Если бы знать, кто ее встретил там, то все было бы проще. Гром и молния! – разозлился Серов. – Какого дьявола лезешь в это?! Сейчас главное другое. Ну, духи! – угрожающе процедил Ковбой. – Как только мои будут в безопасности, я вам устрою третью мировую! – Хлопнув себя по карману, достал пачку сигарет. Палусов пообещал устроить с ним так называемую пьянку, но куда-то ушел. Зинка тоже. Впрочем, может, это и хорошо. Иначе куда бы оно вылезло?

«А что если Зинку в заложницы? – внезапно осенило Серова. – И условие папе. Или… – Поморщившись, усмехнулся: – Первогодок, ты же видишь, как папа к дочери относится. Он, кстати, уже давал тебе эту возможность. Вы в каюте вдвоем ночевали. Скорее бы что-нибудь делать», – подумал Сергей.



– Идиот! – брызгая слюной, потрясая кулаком перед носом Шерифа, орал Колдун. – Ты должен был убить всех! Кретин! – Он звучно шлепнул Шерифа по щеке.

Тот глухо проговорил:

– Я объяснил, как было. Мы сделали все, что могли.

– Да? – ехидно спросил Колдун. – Тогда откуда там появилась милиция? Почему вас встретили выстрелами?

– Не знаю, – пожал плечами Шериф. – Мы вели наблюдение…

– Болван! – снова закричал Колдун. – «Вели наблюдение», – насмешливо повторил он слова Шерифа. – Здорово вы его вели! – Он снова ударил Шерифа. – Если вас заметила милиция… – Сказав это, негромко, словно обессилев, махнул рукой. – Исчезни с глаз моих.

Бросив на него злой взгляд, Иван быстро вышел.

– Зря ты так с ним, – заметила сидевшая на кровати Алевтина. – С ним считаются боевики. Он знает свое дело. А ты его по роже. Зря, – повторила она,

– Не лезь не в свои дела! – заорал Колдун. – Еще ты…

– Что? Не в свои дела? Ах ты недомерок! – закричала Алевтина. – Где бы ты был, если бы не я? Возомнил о себе, – она издевательски засмеялась, – припадочный. Ты бы уже сгнил, если бы тебя не…

– Заткнись! – крикнул он и бросился к карабину. Схватил, передернул затвор. Развернулся и застыл. Алевтина в вытянутых руках держала «макаров», ствол которого был направлен в грудь Колдуна.

– Положи карабин, – приказала она, – а то пристрелю как бешеную собаку. – Ее голос, взгляд и особенно зрачок пистолетного ствола подтверждали слова.

– Алька! – Мгновенно побледневший Колдун дрожащими руками осторожно положил карабин на потертый кожаный диван. Выпрямился и, выставив перед собой руки, умоляюще глядя на женщину, попросил: – Убери пистолет. Я боюсь направленного на меня оружия. Ты же знаешь. Ведь ты помнишь, что я спас тебя.

– А ты настоящий придурок, – опуская пистолет, засмеялась Алевтина.

Колдун со вздохом облегчения уронил руки.

– А ты бы выстрелила?

– Я думала, ты хорошо меня знаешь, – сунув «макаров» в медицинскую сумку, сказала Алевтина.

– А почему ты назвала меня придурком? – спросил он.

Услышав в его голосе обиду, Алевтина снова рассмеялась.

– А как я должна была реагировать на то, что ты взял карабин? – поинтересовалась она.

– Разве пистолет, направленный мне в грудь, не ответная реакция? – Колдун насмешливо посмотрел на сумку.

– Что ты хочешь делать с Буниной? – переводя разговор, спросила она.

– Еще не решил. – Он дернул костлявыми пальцами.

– Она здесь уже столько времени, – заметила Алевтина, – что мог бы и найти правильное решение.

– А почему ты спросила о ней? – Он остро взглянул на нее.

– Хотя бы потому, – она засмеялась, – что я женщина и по-женски смотрю на присутствие здесь другой красивой женщины.

– Ты думаешь, я вижу в Галине бабу? – удивился Колдун.

– Не то что думаю, – уклончиво проговорила она, – но мне непонятно, почему ты…

– Аля, – вздохнул он. – Я шел к этому, – его руки обвели плавный круг, – долго. Через страх и боль, кровь и смерть…

– Ты умеешь говорить красиво, – прервала она. – Но если можно, то объясни проще и конкретнее. Я хочу знать, что ты решил насчет Гальки.

– Почему тебя это вдруг заинтересовало? – Он внимательно всмотрелся в ее глаза. – Только не повторяйся насчет женщины.

– Я все-таки делю с тобой все, – немного помолчав, проговорила Алевтина, – так что хочу знать…

– Я повторяю! – вспылил он. – Насчет Гальки еще не решил. Так что не торопи меня. В конце концов, это мое личное. Она дочь Бунина.

– Не злись, – примирительно бросила Алевтина. – Иначе мы снова возьмемся за оружие. Давай лучше выпьем. – Она подошла к холодильнику и достала бутылку виски.

– Нет, – замотал головой Колдун. – Сегодня у меня должна быть трезвая голова. Я должен решить один вопрос.

– Ты уже стал скрывать от меня свои дела? – обидчиво спросила она.

– Сегодня приезжает человек Николая, – сказал Колдун. – Я хочу говорить с ним обстоятельно. Николай взял несколько камней. Вот я и хочу знать, что и как получилось.

– Ты отдал Николаю алмазы?! – воскликнула Алевтина. – Ты понимаешь, что может произойти? Если пограничники обнаружат их при досмотре, Купин молчать не будет. И тогда нам всем крышка! Ты это понимаешь?

– Но человек от Николая звонил сегодня утром, – улыбнулся Колдун. – Значит, все нормально.

– Ты уверен, что он от Купина?

– Абсолютно, – ответил он, посмотрел на часы и встал. – Договорим потом. Мне пора. Что же касается Буниной, – остановившись около двери, он взглянул на Алевтину, – можешь делать с ней все, что захочешь. Я отдаю ее тебе.

– Сволочь, – прошептала Алевтина. – Но ничего, скоро ты запоешь по-другому.



– Ты можешь объяснить мне, – кричала Галина, – почему твой хозяин…

– Я ничего не знаю, – зло перебил ее вошедший Шериф. – К тому же отвечать сейчас будешь ты. Кто эта женщина? – он сунул ей в лицо фотографию.

– Палусова, – вздохнула Галина. – Зинаида Васильевна.

– А эти? – Он бросил на ее колени еще два снимка.

– Не знаю.

– Эта баба, – Шериф взял фото Палусовой, – часто бывает у этого. – Он ткнул пальцем в одну фотографию.

– Я ее знаю, – повторила Галина.

Шериф сильными пальцами скомкал фотографии и поднес к ним огонек зажигалки.

– Кто тебя встретил в Петропавловске? – спросил он.

– Она. Отец послал меня к ней.

– Ясно. – Он бросил горящие снимки на пол и шагнул к двери.

– Скажи своему Колдуну, – крикнула вслед Галина, – что я хочу переговорить с ним!

Но Шериф ушел. Галина, плюнув, грубо выругалась. Перевела взгляд на догорающие фотографии. «Почему он спросил о них? – задумалась Галина. – Неужели о чем-то догадался? А если сказать Колдуну правду? – Закусив верхнюю губу, помотала головой. – Нет. Иначе он меня убьет. Но непонятно, почему он меня здесь держит. Зачем-то я нужна ему. Что бы он ни предложил, – Галина криво улыбнулась, – соглашусь сразу».



– Я могу быть уверен в том, что он мертв? – пристально всмотревшись в холодные глаза Японца, спросил Колдун.

– Естественно. – Японец погладил лежащий на коленях мелкокалиберный карабин с оптическим прицелом и усмехнулся: – Японец поставил еще одну отметину, – он показал свежую зарубку на прикладе. – Девятая. И…

– Запомни, Алик, – холодно перебил его Колдун, – никогда не говори мне такого, – и вышел.

Узкие глаза Японца на короткое мгновение обожгла вспышка ненависти.



– Что ты делал у этой шлюхи? – подойдя к курившему на крыльце Ивану, спросила Людмила.

– А тебе-то что? – Он недовольно покосился на нее.

– Как это что? – возмутилась она. – Я же тебе, Ванечка, сколько раз говорила, – она повысила голос, – люблю я…

– Уйди, Люська, – зло сказал Шериф, – катись ты со своей любовью знаешь куда! – Он встал и вошел в домик.

– Что, Людмила, – услышала рыжая насмешливый голос подходившей Алевтины, – другая поперек дороги встала?

– Я ей, – зло бросила Людмила, – всю рожу…

– Ты уже пробовала, – засмеялась Алевтина. – Галька – баба крепкая. Да и, если говорить честно, видная деваха. Так что Ванька скорее всего на нее глаз положил. Оно, конечно, и понятно, – посочувствовала Алевтина разъяренной Людмиле, – Галька – баба городская, из столицы приехала. Знает, как мужиков кадрить. Окрутит Ивана, и все. С собой в Москву заберет. Он-то, сама видишь, к ней все чаще похаживает.

Покрывшаяся злым румянцем Людмила быстро пошла к двум летним домам. По губам Алевтины скользнула едкая улыбка.

– Тебе, я вижу, Бунина покоя не дает, – раздался за ее спиной негромкий голос. Обернувшись, она увидела Колдуна. – С чего бы это? – пытливо вглядываясь в ее лицо, усмехнулся он.

– Да, – вызывающе вскинула голову Алевтина. – Я хочу знать, зачем ты ее держишь? Я, в конце концов, имею право знать это!

– Алька, – предупредил он, – не заводи меня. Я хочу получить свое. Галька – дочь моего врага! И это мое, и только мое дело! А тебя предупреждаю! – Он выразительно потряс кулаком. – В это не смей совать свой нос! Я тебе и так позволил слишком много. Бунину не трогай. Если эта рыжая что-то ей сделает, отвечать будешь ты.

– Вас просила зайти Галина, – обратился к нему куривший у входа в домик, где была радиостанция, Шериф.

– Когда захочу, – буркнул Колдун, – зайду. – Но остановился и пытливо взглянул на Ивана: – Как понравилась наша посылка адресатам?

– Я боевик, – недовольно проговорил тот, – и эти фокусы с передачей заспиртованных голов мне не в кайф. Ты сказал, чтобы я убил…

– Все, – резко прервал его Колдун. – Надо менять Шерифа, – пробормотал он, когда тот ушел, – а то Ивашка стал слишком часто возражать.



– Андрей, – сердито спросил Якин, – где женщина и ее сыновья?

Малыш виновато опустил голову:

– Мы ищем их. Тут…

– Ах, вот как? – деланно изумился Якин. – Вы все же ищете? И позвольте узнать, сколько времени вам потребуется, милейший, чтобы наконец-то найти их? – елейным голосом поинтересовался он. – Надеюсь, трех лет хватит?

– Петр Авдеевич, – Андрей обиженно взглянул на него, – я же только что хотел сказать. Мне сообщили, что видели женщину, похожую на Серову, в Гурзуфе. У нашей старой знакомой – Негужевой Лилии Максимовны.

– Так в чем дело?! – закричал Петр Авдеевич. – Тебе чего, нужна санкция прокурора, чтобы навестить Негужеву?

– Я обойдусь без нее, – улыбнулся Малыш. – Но ваше разрешение необходимо.

– Немедленно отправляйся в Гурзуф и привези Серову. Но как и почему она вдруг оказалась у Лильки? – пробормотал Петр Авдеевич. Задумавшись, некоторое время молчал. Потом спросил: – Кто тебе сообщил?

– Вы его не знаете. Он работал в ОБХСС, мой старый приятель. Я показал ему фотографию Серовой, он вспомнил, что видел ее выходящей из машины с двумя мужчинами около дома…

– Ему можно верить? – перебил его Якин. И приказал: – Немедленно отправляйся к Негужевой!



Надежда выключила душ и стала вытираться. Она не услышала легкого скрипа приоткрывшейся двери. Леший осторожно сделал шаг вперед и впился взглядом в стройную, стоявшую к нему спиной, длинноногую женщину. Облизнув мгновенно пересохшие губы, криво улыбнулся.

– Ты самое то, – хрипло выдавил он.

– Закрой дверь, – холодно ответила Надежда.

– Лихо. Другая завизжала бы, хотя бы для понта.

– Надеюсь, ты и раньше видел обнаженных женщин. – Не поворачиваясь, Надя закуталась в полотенце и взглянула в зеркало. Побледневшее лицо выдавало ее испуг.

– Не бойся, – сказал Леший. – Я просто зашел сказать, что мы сматываемся отсюда. Так что одевайся и дергаем. Только шустро.



– Где она? – вставив патроны в переломленные стволы двуствольного обреза, спросил стоявший у окна Влас.

– Мылась, – буркнул Леший. Увидев обрез, усмехнулся. – Все не можешь с привычкой своего прадеда-кулака расстаться? – ехидно спросил он.

– Картечью с трех метров любого изрешечу, – спокойно отозвался здоровяк. – А то и двоих зацеплю, если рядом стоять будут. Вот из пистолета не умею стрелять. Держу при себе, – он вытащил из-за пояса ПМ, – на всякий случай. Но если…

– Ты из-за чего кипиш поднял? – прервал его Леший.

– Ни хрена себе! – Влас возмущенно посмотрел на него. – Я же сказал! Казак, сучонок, своих придурков на поиск Надюхи бросил. Значит, и сюда занырнуть могут.

– А с чего это вдруг Казак начал интерес к ней проявлять? – удивился Леший.

– Его Малыш напугал. Мне Фантик по пьяни болтанул. Малыш Казака при нем отоваривал, вот он и удивился. Я сразу сюда и двинул. Ведь эту хату Казак знает. Он здесь со «шкурами» бывал. Так что когти рвать надо.

– А почему ты вдруг решил мне помочь? – поинтересовался Леший. – Ведь ты с Казаком вроде в приятелях был?

– Не я, – сумрачно поправил его Влас, – братан мой, Витька. Его Казак в дело втянул. Помнишь базар о стрельбе в шхуне-баре?

– Когда какого-то маримана французского подстрелили?

– Француза Казак хлопнул, а Витька по делу пошел. Ему поднапели: мол, не боись, ты малолетка, под дурачка закоси, и все. В дурдоме пару месяцев отлежишь и гуляй. А он там сдох. Короче, у меня на Казака руки чешутся. Предъявить ничего не могу. Он блатней, гнида. Я-то даже нар не нюхал. Вот и хочу, чтобы Авдеич с него шкуру снял. Так что валим. Где эта стерва?

– Стерва готова, – с натянутой улыбкой сообщила вошедшая в комнату Надя.



– Что вам нужно? – загородив собой дверь и разведя руки, сердито спросила пожилая женщина остановившегося перед ней рослого парня.

– Свали, тетка. – Рослый парень, освобождая проход, отодвинул женщину в сторону.

– Да ты что себе позволяешь? – рассердилась она. – Я вот сейчас…

– Спокойно, – перебил ее подошедший Малыш. – Мы просто освободим вас от гостьи, и все.

– Какой гостьи? – удивилась женщина. – Нет у меня…

– Вот мы сейчас и посмотрим, – улыбнулся Андрей. – Если нет, то извинимся и исчезнем.

– Не пущу! – Она снова попыталась встать перед дверью. – Моя хата…

Уловив кивок Малыша, рослый резким ударом в живот согнул женщину и забросил ее в прихожую. Едва он сделал шаг вперед, в комнате сухо треснул пистолетный выстрел. Рослый парень упал. В руке отпрянувшего в сторону Малыша щелкнул курок «ТТ». Подскочившие к двери дома трое парней с оружием в руках уставились на него.

– Быстро! – рявкнул Малыш. – Берите ее и уходим!

Один из парней, дважды выстрелив, прыгнул вперед. Из комнаты снова ударил пистолет. Вздрогнув всем телом от попавшей между лопаток пули, парень влетел в прихожую и уже мертвый ударился головой о стену. Подстегнутые яростным «Вперед!» Малыша, двое других, выставив перед собой оружие, не переставая стрелять, рванулись в дом.

– Караул! – раздался от соседнего дома пронзительный крик. – Милиция! Караул!



– Тихо. – Лежа перед раскрытой дверью с пистолетом в вытянутых руках, Роман оглянулся на бледного с расширенными страхом глазами Алешку. – Только не плачьте. Все будет хорошо.

Вздрогнув от выстрелов двух пистолетов, мальчик сжался и, дрожа всем телом, прикрыл собой маленького брата. С коротким посвистом пять пуль оставили в стекле аккуратные дырочки и ушли дальше. Две пули впились в стену. Одна попала в стоявший на подоконнике горшок с цветами. Роман снова дважды нажал на курок. Вскочил.

– За мной! – бросившись в раскрытую ударом ноги дверь, крикнул он.

Алешка, с трудом сдерживаясь, чтобы не заплакать, быстро говорил Димке:

– Дяди в войну играют, не бойся.

Роман подскочил к детям.

– Точно, – улыбнулся он. – И поэтому надо уходить, чтоб нас фашисты не поймали. Знаешь, кто такие фашисты? – взяв на руки Димку, спросил он Алешку. Алешка заплакал. – Что бы твой папан сказал? – с Димкой на руках бросаясь к двери, укоризненно сказал Роман. Услышав громкие голоса на улице, бросил: – Быстро!

Алешка кинулся за ним.



– Если только пискнешь, – уперев ствол обреза в бок сидевшей рядом с ним на заднем сиденье «шестерки» Нади, пригрозил Влас, – сразу свинцом накормлю!

Увидев махнувшего жезлом милиционера, Леший начал притормаживать.

– Не дури, – взглянув в зеркальце заднего вида и увидев напряжение на лице женщины, предупредил Леший. – Не забудь, что сыновей твоих еще не нашли.

Сглотнув воздух, Надя опустила голову, чтобы подходящий к машине сержант не увидел ее глаз.



– Ты понимаешь, что произошло?! – громко проговорила в телефонную трубку Лиля. – Она в больнице с инфарктом! В доме милиция нашла двоих убитых и двоих раненых! Ты…

– Где мальчишки?! – требовательно проговорил в трубке женский голос.

– Не знаю! – закричала Лиля. – И знать не хочу! Ты понимаешь, во что меня втянула?! Меня милиция ищет! Ты…

– Приезжай ко мне. Ничего не бойся. Я все улажу.

– Я сама все улажу! – воскликнула Лиля. – Я сейчас позвоню…

– Положи трубку, – раздался позади тихий угрожающий голос. Вскрикнув, она бросила трубку и резко обернулась…

– Сучка, – держа в опущенной руке пистолет, процедил Роман. – Подставила. А пела за любовь и ласку.

– Рома, – облегченно вздохнула Лиля, – я так боялась, что с тобой что-то случилось. Ми…

Роман вскинул руку с «ТТ» и ткнул стволом ей в живот. Она согнулась и, обхватив живот руками, начала падать. Роман подхватил трубку, прижал ее к уху.

– Алло! – услышал он обеспокоенный женский голос. – Лиля! Что с тобой?! Алло?! Ли…

Он бросил трубку на рычажки. Присев рядом с Лилей, Роман запрокинул ее лицо, приставил ствол пистолета к носу и усмехнулся:

– Чувствуешь? Ты меня, сучка, подставила. Кто ищет мальчишек? Где их мать?

– Рома, – хрипло прошептала Лиля, – ты…

Рукоятка пистолета проломила ей висок. Роман смачно плюнул на выпученные в предсмертном ужасе глаза женщины.

– Ну что же. – Сунув пистолет за ремень, начал обыскивать комнату.



– Понятно, – держа у уха радиотелефон, кивнул Якин.

– В том, что там были два мальчишки, – говорил мужской голос, – я убежден. Вещи, игрушки и…

– Как они сумели уйти? – перебил собеседника Якин.

– Тот, кто стрелял, – услышал он, – увел их через подвал. Оттуда в подземный гараж и в сад. Милиция прибыла на место через десять минут после вызова. Сосед услышал выстрелы и позвонил. А…

Не дослушав, Якин отключил телефон.

– Значит, там была Серова с детьми, – пробормотал он. – А бабенка метко стреляет! – Он натянуто улыбнулся. – Но как она попала к Лиле? – Поднявшись, громко позвал: – Спартак!

В раскрытую дверь кабинета стремительно вошел рослый, атлетически сложенный молодой мужчина.

– Найди Негужеву и доставь ко мне!

Атлет вышел.

– Что случилось? – в кабинет вошла обеспокоенная Татьяна.

– Тебя это не касается, – хмуро отозвался Якин. – Я же просил не лезть в мои дела.

– Но я твоя дочь, – сказала Татьяна, – и просто не могу не волноваться за тебя.

– Спасибо. – Он иронически улыбнулся. – Но я уже взрослый дяденька и сумею сам разобраться с неприятностями, даже если таковые возникнут. Но тем не менее мне приятно было услышать твое слово.

– Я завтра улетаю в Стамбул, – сообщила дочь. – Поставка кофе «Арабика» почему-то задерживается.

– Делай что хочешь, – думая о своем, махнул он рукой.

– Ты по-прежнему хочешь найти Серову? – вдруг спросила Татьяна. Отец с явным интересом посмотрел в ее сторону.

– А что, ты можешь помочь мне?

– Ты знаешь, как я к ней отношусь, – сердито напомнила она, – и поэтому…

– Я не люблю предисловий, – резко оборвал отец. – Я задал вопрос, и будь добра ответить. Или хотя бы объясни свою заинтересованность. Но так, чтобы я понял.

– Папа, – вздохнула она, – ну почему ты во всем видишь какой-то интерес? – Еще раз вздохнув, вышла.

– Почему ее интересует Серова? – чуть слышно пробормотал Якин.

– Разрешите? – в приоткрытую дверь заглянул Андрей.

– Где ты был?! – заорал Якин.

– Вы знаете, что произошло? – спокойно спросил Малыш. – Нас встретили выстрелами. Извините, шеф, но вы дали мне каких-то хулиганов, а не бойцов. Я не стал вступать в перестрелку, тем более что рядом раздавались крики о помощи, и отступил. Единственное, чем он мог воспользоваться, это подземный гараж, который соединен с жилым домом. И оказался прав. Парень с маленьким мальчиком на руках и другой мальчишка постарше выскочили из гаража и побежали в сад.

– Парень? – опешил Петр Авдеевич.

– Я могу отличить бабу от мужика, – серьезно проговорил Андрей.

– Где они?

– Он оставил мальчишек у одного старика, – не спрашивая разрешения, Андрей достал пачку сигарет, – и куда-то уехал.

– Почему ты не взял мальчишек?! – взвыл Якин.

– Во-первых, – Малыш щелкнул зажигалкой, – у меня был приказ доставить женщину. Во-вторых, брать мальчишек я не захотел, так как не вижу причины…

– Идиот! – заорал Якин. – Немедленно поезжай туда и привези пацанов! Немедленно! И еще, – он остановил шагнувшего в дверь с недовольным лицом Малыша, – того, кто стрелял, тоже доставить! Живым!



– Хорошие хлопцы, – раскуривая длинную закопченную трубку, седобородый старик бросил из-под кустистых бровей внимательный взгляд на вошедшего Романа.

– Отвези нас в горы, – попросил Роман.

– Кто они? – выдохнув клуб едкого дыма, спросил старик.

– Не знаю. Меня Лилька попросила помочь ее матери. Ты же знаешь, Атаман, – Роман криво улыбнулся, – любил я ее.

– Я говорил, что она не та дивчина. Но ты не ответил. Кто эти хлопцы?

– Я же сказал! – вспылил Роман. – Не знаю. За ними кто-то охотится. Сегодня у Лилькиной матери были гости. – Он усмехнулся, приподнял рубашку, дотронулся до рукоятки «ТТ».

– Что думаешь делать? – поднимаясь, спросил старик.

– Отвези нас в горы, – повторил Роман. – Многие знают, что я жил у Лильки. Так что тот, кто ее навещал, может попытаться добраться до меня. За себя я не боюсь, – торопливо добавил он. – С мертвой любовью жить на земле плохо. Хочу пацанов спасти. Как я понял, их мать где-то в Ялте. Лильке их кто-то привез, по-моему, баба.

– Вот ключи. – Выудив из кармана широких шаровар брелок с ключами, старик бросил его Роману. – Поезжай. Я трохи подзадержусь.



Надя, осмотревшись, тяжело вздохнула. Одноэтажный дом с большим запущенным садом был грязным и неухоженным. На полу валялись ржавые банки и пустые бутылки, обгрызенные мышами куски хлеба. По углам свисала паутина в несколько рядов.

– Не нравится? – спросил стоявший сзади Леший. – Это усадьба моей мамы. – Он ухмыльнулся. – Крутая женщина была, но рак съел, за месяц окочурилась. Сейчас немного разгребем весь этот хлам, – он поддел ногой ржавый помятый самовар, – и ничего.

– Ты, может, объяснишь мне, – спросила Надежда, – зачем я тебе нужна, что ты хочешь?

– Сам не знаю. – Он пожал плечами. – Просто так получилось. Мамелюк, сука, меня втянул в эту компашку. А ты… – Он усмехнулся. – Хрен его знает. Просто уж так вышло, что цапанул тебя во время того кипиша. Но сукой буду, с тобой все будет путем. Просто мне интересно, на кой хрен ты кому-то понадобилась? Ведь тебя Эмир по заяве из Москвы тяпнул. А вот кто пацанов твоих взял – без понятия. Впрочем, сейчас нужно свою шкуру спасать. Тут один блатюк по указке некоронованного короля тебя шарит. Ладно, потом перебазарим. Сейчас давай приведем эту хибару в более-менее житейский вид. Влас пожрать привезет. Вот…

– Из-за чего у тебя приступы? – перебила его Надя.

– Тебе-то что?! – заорал он. – Не лезь не в свои…

– Я врач, – вздохнула Серова, – только поэтому и спросила. У тебя, как я поняла, была травма головы. Судя по всему, пулевое ранение. Ты в Афгане был?

– Чего я там забыл, – ухмыльнулся Леший. – И вообще! – взъярился он. – Не твое дело! – Выскочил, гулко хлопнул дверью.

– Ты чего? – спросил подошедший с набитой хозяйственной сумкой Влас.

– Да ну ее! – зло буркнул Леший.

– Господи, – прошептала присевшая на грязный покосившийся диван Надя. – Когда же это все кончится? Где дети? Что с ними?



– Пока поживем здесь, – открывая дверь небольшого домика, сообщил Алешке Роман.

– Я к маме хочу! – громко пропищал уцепившийся за руку брата Димка.

– Скоро мы найдем вашу маму, – твердо проговорил Роман. – Только не хныкать, – строго предупредил он. – У меня враз настроение портится. Не боись, малыши, – сказал он испуганно притихшим мальчишкам, – я вас в обиду не дам.

* * *

– Старый! – раздраженно обратился к сидевшему перед телевизором Атаману Малыш. – К тебе недавно пацанов привел один мужик. Где они?

– Не знаю. – Не поворачиваясь, старик пыхнул трубкой. – Не видел никого.

– Взять его, – недовольно бросил Малыш.

Четверо крепких парней молча бросились вперед. Заломив старику руки, выволокли его на середину комнаты и вопросительно уставились на Малыша.

– Дед, – вздохнув, тот подошел к старику, – мне нужны мальчики и тот, кто их привел. Где они?

Вскинув голову, Атаман обжег его злым и одновременно презрительным взглядом.

– Значит, Авдеичу хлопцы нужны, – неожиданно для Малыша довольно улыбнулся он. – Свела все-таки судьбина нас напоследок, – пробормотал он.

– Где пацаны? – Уловив взгляд отступившего Малыша, один из парней ухватил старика за бороду и вздернул его лицо вверх. – Говори!

– Да иди ты, пес! – выплюнул Атаман.

Смахнув рукавом плевок со щеки, парень резко ударил старика в лицо. Обмякнув в руках державших его боевиков, тот поник головой. По бороде алым пунктиром забрызгали капли крови из рассеченных губ.

– В машину его, – приказал от дверей Малыш. – Пусть шеф сам разбирается.



Юрист удивленно посмотрел на невозмутимого смуглолицего мужчину и засмеялся.

– А я думал, вы борцы за свободный Крым, – сквозь смех проговорил он.

– Он похитил нашу родственницу, – сурово сказал коренастый татарин. – Вот мы и навестили Эдика, – презрительно закончил он.

– Так я, значит, свободен? – перестав смеяться, вопросительно оглядел обоих Павел.

– Вот билет до Москвы. – Смуглый протянул ему паспорт с авиабилетом. – Мы поверили в то, что ты будешь молчать. Кроме того, ты тоже что-то ищешь в Крыму. Вернее, кого-то.

– Вы неплохие мужики, – с сожалением заметил Юрист, – но, надеюсь, знаете, что такое чужая тайна. Если бы дело касалось только меня, – вздохнул он, – я бы, вполне возможно, обратился к вам за помощью. Но, увы„. – Павел развел руками. – А посему общий привет. И надеюсь, что в подобной ситуации мы больше не встретимся. – Подхватив небольшой чемодан, быстро пошел к зданию аэропорта.



– Первокурсники! – Тигр зло взглянул на лежащего на кровати с загипсованной ногой Корсара. – Подставились!

– Торопились, – виновато поморщился тот. – Вот и пошли наобум. Сам подумай, – раздраженно сказал он курившему у раскрытого окна Абреку, – может, Надю и мальчишек вот-вот убивать будут. А мы что? Должны сначала…

– Вы должны были думать! – перебил его Тигр. – На кой милиционеров взяли?

– Да я же говорил, – вздохнул Юрий, – Юрист нашел какого-то своего приятеля. Мы через него и вышли…

– Сам-то он где? – тише спросил Федор. Взглянув на помрачневшее лицо Корсара, коротко выматерился.

– Может, карательную экспедицию обдумаем? – предложил Алексей. – Акт возмездия…