— У нее были очень странные глаза, — повторила Ева. — И улыбка. Я уже видела такую улыбку, Пибоди. Пару раз.

Убрав вещественные доказательства, Пибоди взглянула на Еву.

— Вы думаете, это как-то связано с другими случаями?

— По крайней мере, я точно знаю, что Сериз Деван была удачливой и честолюбивой женщиной. Конечно, надо действовать как положено, но бьюсь об заклад, что мы не найдем мотива самоубийства. Давайте продолжим. Итак. Она отослала Рэббита… — Ева услышала гудение где-то поблизости и посмотрела сквозь стеклянную стену. Вертолет телевизионщиков кружил вокруг, как коршун. — Найдите, как опускаются жалюзи, Пибоди. Мне надоели эти нахалы.

— С удовольствием. — Пибоди подошла к панели управления. — Кажется, я видела среди них Надин Ферст. Она так высовывалась из окна, что еще немного — и сама стала бы героем теленовостей.

— Она хотя бы не будет перевирать информацию, — сказала Ева себе под нос. Жалюзи опустились, и она облегченно вздохнула. — Отлично. Так чем же Сериз занималась, явившись сюда так рано?

— Очевидно, хотела для начала расслабиться, подготовиться к длинному дню.

Ева заглянула в холодильник. Газированные напитки, соки, фрукты, вино. Одна из бутылок была открыта и заткнута пробкой, но стакана поблизости не наблюдалось, так что едва ли Сериз начала пить с утра. «Кроме того, от пары бокалов у нее не появилось бы такого странного взгляда», — рассуждала про себя Ева.

В ванной были джакузи, мини-сауна, кабинка для релаксации, а еще — шкафчик с транквилизаторами и стимуляторами.

— Наша Сериз верила в чудодейственную силу лекарств, — заметила Ева. — Их тоже на экспертизу.

— Бог мой, да у нее здесь целая аптека! — поразилась Пибоди.

Ева зашла в соседнюю комнату с установкой для компьютерных игр. Судя по всему, Сериз отдыхала именно здесь. На столе лежал аккуратно сложенный светло-зеленый костюм. Под столом стояли туфли в тон. Рядом с костюмом в стеклянной вазочке находились драгоценности — золотая цепочка, роскошные серьги, тонкий браслет-часы.

— И все-таки почему она разделась, Пибоди? Зачем?

— Некоторые люди лучше расслабляются без одежды, — пожала плечами Пибоди и, заметив Евин взгляд, добавила, покраснев:

— Я об этом слышала.

— Да. Может быть. Но это с ней как-то не вяжется. Сериз была очень собранной женщиной. Ее ассистент сказал, что даже без туфель никогда ее не видел, так что вряд ли она была тайной нудист-кой. — Ева взглянула на виртуальные очки, лежавшие на ручке кресла. — Но компьютерные игры она явно любила. Очевидно, решила расслабиться, пришла сюда, уселась в это кресло и включила виртуальную программу.

Ева присела, взяла в руки очки и вспомнила, что Фицхью и Матиас тоже пользовались такими перед смертью.

— Пибоди, мне необходимо узнать, что именно она запрограммировала. Если после этого у меня появятся позывы к самоубийству или я решу, что расслабляться лучше голышом, сразу вяжите меня и вырубайте.

— Будет исполнено, мэм.

— Только не слишком этому радуйтесь, — сказала Ева предостерегающе.

— Исполню ваше приказание с отвращением, — торжественно пообещала Пибоди.

Ева слабо усмехнулась и надела очки.

— А ведь я попала в точку! Она пользовалась ими в восемь семнадцать сегодня утром.

— Послушайте, Даллас, может быть, тогда вам не стоит этого делать? Отдадим их на проверку экспертам…

— Экспертом будете вы, Пибоди. Если я вдруг соберусь уйти из жизни, остановите меня, — Ева уселась поудобнее и включила последнюю программу. — Бог ты мой!

Ей навстречу шли два молодых самца — мускулистых, загорелых, одетых в узкие плавки черной кожи, отделанные серебром. Она находилась в белой комнате, большую часть которой занимала, кровать; тело ее было обнажено, она лежала на атласных простынях. В комнате горели свечи в хрустальном подсвечнике.

Звучала какая-то языческая музыка. Ева почти парила на пуховых подушках. Один из юных богов склонился над ней.

— Слушай, парень…

— Все только ради вашего удовольствия, госпожа! — ответил он и принялся осторожно натирать ей грудь какими-то благоухающими маслами.

«Кажется, это была неудачная идея», — подумала Ева, чувствуя, что начинает дрожать от удовольствия. Умелые руки растирали ее грудь, плечи, живот, бедра. Она понимала, что в такой ситуации женщина готова раздеваться, блаженно улыбаясь. Но что могло толкнуть ее на самоубийство?

«Переключись!» — приказала себе Ева и стала думать об отчете, который должна предоставить майору. И о таинственных затемнениях в мозгу. Ей очень захотелось прекратить эти непристойные забавы, но нужно было до конца понять, что испытывала Сериз перед смертью.

Чьи-то зубы осторожно сомкнулись на ее соске, она выгнулась, пытаясь освободиться, и рука ее уперлась в крепкое мужское плечо. Второй красавец внезапно опустился на колени и, раздвинув ей бедра, стал ублажать ее языком.

Ева ничего не смогла с собой поделать. Она ощутила оргазм и только тогда судорожным движением сорвала с себя очки. На нее изумленно смотрела Пибоди.

— Это была не прогулка по пустынному пляжу, — сказала Ева, задыхаясь.

— Я заметила. А в самом деле, что это было?

— Пара обнаженных красавцев и кровать с атласными простынями! — Ева наконец выдохнула и отложила очки в сторону. — Кто бы мог подумать, что на нее расслабляюще действуют сексуальные фантазии?

— Лейтенант, я ваша помощница и считаю, что обязана проверить это на себе, — решительно заявила Пибоди. — Из соображений объективности.

— Нет, Пибоди, я не могу позволить вам идти на такой риск.

— Я полицейский, мэм. И не должна бояться рисковать.

Ева встала и протянула Пибоди очки. У бедняжки загорелись глаза, но Ева ехидно усмехнулась:

— Присовокупите к другим вещественным доказательствам, сержант.

Поникшая Пибоди уложила очки в пластиковый пакет.

— Черт! Но они хоть были красивые?

— Пибоди, они были прекрасны, как боги. — Ева вспомнила о том, что она прежде всего офицер полиции, и серьезно оглядела комнату. — Надо вызвать команду для обыска, но, думаю, они ничего не найдут. Дискету с собранной вами информацией я возьму с собой в участок, потом свяжусь с родственниками. Хотя наши репортеры наверняка постарались, и об этом уже знает вся страна. А знаете, Пибоди, у меня нет ни малейшего позыва к самоубийству.

— Рада это слышать, мэм.

Ева взглянула на нее исподлобья.

— Как долго я этим занималась? Минут пять?

— Почти двадцать, мэм, — усмехнулась Пибоди. — Когда занимаешься сексом, время летит незаметно.

— Я не занималась сексом! — Ева почему-то виновато погладила свое обручальное кольцо. — Во всяком случае — в буквальном смысле. Должна же я была понять, нет ли чего в этой программе. Но, боюсь, здесь снова тупик. На всякий случай отдайте ее на экспертизу.

— Непременно.

— Дождитесь Фини. Может, он найдет что-то интересное в телефонных разговорах. Я пойду уламывать майора. Когда вы все здесь закончите, отвезите вещественные доказательства в лабораторию, а потом жду вас у себя. — Ева направилась к двери, но на полпути обернулась. — И никаких экспериментов с вещественными доказательствами!

— Собака на сене, — буркнула Пибоди, когда Ева уже не могла ее услышать.

Глава 12

Майор Уитни сидел за своим огромным столом и слушал. Он оценил то, как четко и ясно Ева все изложила, а также то, как изящно она опустила некоторые подробности. Уитни считал, что хороший полицейский должен держать себя в руках в любой обстановке, и с удовольствием отметил, что лейтенант Даллас в совершенстве владеет этим искусством.

— Вы проводили анализ результатов вскрытия Фицхью за пределами участка?

— Да, сэр, — ответила Ева, не моргнув глазом. — Этот анализ необходимо было провести на оборудовании, которого, к сожалению, нет в распоряжении нью-йоркской полиции.

— И у вас был доступ к такому оборудованию?

— Я смогла его получить.

— И смогли самостоятельно провести анализ? — спросил он недоверчиво. — Вы ведь, кажется, не слишком сильны в компьютерах, Даллас.

— Я постоянно овладеваю новыми знаниями, майор, — ответила Ева, глядя ему прямо в глаза.

Уитни позволил себе усомниться в этом, но промолчал.

— Насколько мне известно, у вас в руках оказались секретные документы государственной службы безопасности.

— Так точно. Но я бы не хотела называть источник информации.

— Источник? — переспросил Уитни. — У вас что, есть агент в службе госбезопасности?

— Агенты могут быть везде, — сдержанно ответила Ева.

— Будем надеяться, что это сойдет вам с рук, — буркнул Уитни. — А если нет, то вас вызовут на комиссию в ту же госбезопасность.

У Евы вспотели ладони, но ответила она спокойно:

— Я к этому готова, сэр.

— Да уж, будьте готовы. — Уитни задумчиво подпер ладонью подбородок. — А что с этим делом о самоубийстве в «Олимпусе»? Я знаю, что вы занимаетесь им, хотя этот район к вам, лейтенант, не имеет никакого отношения.

— Получилось так, что я оказалась на месте происшествия. Я предоставила отчет полиции Гамильтона.

— Но не оставили попыток разобраться во всем самостоятельно?

— Майор, я имею право запрашивать сведения по делам, имеющим отношение к тем, которые я веду.

— Это должно быть обосновано.

— Сведения были мне необходимы именно для того, чтобы обосновать связь между двумя делами.

— Какая может быть связь между самоубийствами?

— Я убеждена в том, что все четыре случая, включая и гибель Сериз Деван, являются убийствами.

— Даллас, я только что просмотрел видеозапись последнего происшествия. Я видел полицейского и самоубийцу на карнизе, видел, как полицейский пытался отговорить женщину, но она все-таки прыгнула вниз. Ее никто не толкал, не принуждал, ей никак не угрожали.

— Я считаю, что ее к этому принудили.

— Как?

— Пока не знаю. — Евой впервые овладело чувство безысходности. — Но я уверена, совершенно уверена в том, что на лобной доли ее мозга найдут тот же самый ожог! Это я знаю точно, майор. Я только не знаю, как он появляется. — Она помолчала. — И не знаю, кто это делает.

— Вы считаете, что кто-то побуждает людей к самоубийству, имплантируя нечто в их мозг?

— Мне не удалось выявить никакой другой связи между потерпевшими. Они принадлежали к различным социальным группам, получили разное образование. Они росли в разных городах, пили разную воду, ходили в разные спортивные клубы. Но у них у всех одинаковым образом поражен мозг. Это не может быть простым совпадением, майор. Повреждения были каким-то образом нанесены, в результате чего погибли люди. Я полагаю, что у нас есть все основания считать это не самоубийствами, а убийствами. А расследование убийств — моя непосредственная работа.

— Вы балансируете над пропастью, Даллас, — сказал Уитни после недолгой паузы. — У погибших остались семьи, и эти семьи хотят, чтобы дела были закрыты. Ваши расследования только причиняют им лишнюю боль.

— Мне их очень жаль.

— Наверху тоже выражают недовольство, — добавил он.

— Я готова предоставить отчет начальнику полиции, если получу соответствующее распоряжение. — В душе Ева очень надеялась, что этого делать не придется. — Я остаюсь при своем мнении, майор.

— Даже опытные полицейские иногда ошибаются, Даллас.

— Значит, и я имею право на ошибку. — Он хотел что-то возразить, но она продолжала:

— Сегодня я была на том злополучном карнизе. Я видела ее, смотрела ей в глаза. И я знаю.

Уитни оперся руками о стол. В отделе была масса других дел, и ему было нужно, чтобы Ева занималась ими: бюджета на дополнительную рабочую силу никогда не хватало. Но руководитель должен всегда искать возможность компромисса.

— Могу дать вам неделю, не больше. Если вы не найдете ответов на свои вопросы, дела будут закрыты.

— А начальник полиции?

— Я переговорю с ним лично. Найдите хоть что-нибудь, Даллас, иначе вас переведут на другие дела.

— Благодарю вас, сэр.

— Вы свободны, — сказал он и добавил, когда она уже подошла к двери:

— Да, Даллас, если вам придется в своих изысканиях.., свернуть с проторенной дороги, будьте очень осторожны и внимательны. Передавайте привет мужу.

Ева едва заметно покраснела и, пробормотав что-то невразумительное, выскочила из кабинета.

Взглянув на часы, она судорожно взъерошила волосы и бросилась бежать по коридору, поскольку опаздывала в суд.



В конце рабочего дня Ева наконец добралась до своего кабинета, где за ее столом с чашкой кофе в руке сидела Пибоди.

— Вам удобно, сержант? — спросила Ева, прислонившись к косяку.

Пибоди вздрогнула, пролила немного кофе и откашлялась.

— Я не знала, когда вы появитесь.

— Понятно. Что-нибудь случилось с вашим компьютером?

— Нет, мэм. Я просто решила, что лучше загрузить информацию прямо в ваш.

— Отлично придумано, Пибоди. Держитесь этой версии. — Ева взяла термос и налила кофе себе — нетрудно было догадаться, почему Пибоди предпочла устроиться в кабинете шефа. — И что за информация?

— Капитан Фини обработал все переговоры Деван. Кажется, нет ничего, что имело бы отношение к делу. У нас есть также ее электронная записная книжка с расписанием встреч и данные последнего медицинского обследования.

— Были проблемы со здоровьем?

— Никаких. Ни единого намека на физические или душевные болезни. Чересчур много работала, часто попадала в стрессовые ситуации, но принимала транквилизаторы. У нее был сожитель, и у них, судя по всему, все обстояло благополучно. В настоящее время его нет в городе. Вот список ее ближайших родственников. Имеется сын от первого брака.

— Да, я с ним уже говорила. Он работает в отделении «Таттлер» в Лос-Анджелесе. Скоро приедет. Так, значит, вам здесь удобно, Пибоди?

— Да, мэм… Ой, извините! — Она поспешно вскочила из-за стола и пересела на колченогий стул рядом. — Как прошла беседа с майором?

— Нам дали неделю, — ответила Ева, садясь. — Времени терять нельзя. Есть заключение медэкспертов по Деван?

— Пока что не готово.

— Придется их поторопить, — сказала Ева и подняла телефонную трубку.



Домой она едва добралась. То, что придется остаться без ужина, было даже к лучшему: посетив морг и посмотрев на то, что осталось от Сериз Деван, Ева думать не могла о пище. Ее беспокоило другое: даже на компьютере Рорка вряд ли удастся воссоздать то, что некогда было мозгом Деван.

Войдя в дом, она едва не наступила на хвост коту, растянувшемуся на пороге, и, собрав остаток сил, взяла его на руки. Галахэд посмотрел на нее неодобрительно.

— Никто бы тебя не тронул, приятель, если бы ты не устроился на проходе.

— Лейтенант! — Соммерсет, как всегда, появился непонятно откуда.

— Да, я опоздала, — с вызовом сказала Ева. — Можете поставить мне на вид.

Соммерсет не стал, как это делал обычно, язвить в ответ: он видел в новостях сюжет о том, как она стояла на карнизе с самоубийцей. И видел Евино лицо.

— Вам надо поужинать.

— Я не хочу. — Ей действительно хотелось только одного — спать.

— Лейтенант, — он очень серьезно посмотрел на нее, — женщина, которая спускается на карниз, чтобы остановить самоубийцу, либо очень смела, либо очень глупа.

— Я даже спрашивать не буду, к какой категории вы меня причисляете, — фыркнула Ева и начала подниматься по лестнице.

А Соммерсет глядел ей вслед и думал о том, что никогда не встречал раньше такой бесстрашной женщины.

Спальня была пуста. Сказав себе, что отдохнет минутку, а потом попытается разыскать по телефону Рорка, Ева повалилась на постель. Галахэд устроился у нее в ногах. Несколько минут спустя вошедший в спальню Рорк увидел лежавшую в полном изнеможении Еву и охраняющего ее кота.

Он стоял и молча смотрел на нее. Теленовости он тоже видел и примчался домой, как только позволили дела. Рорк знал, как часто Ева встречается со смертью, и много раз говорил себе, что привык к этому. Но сегодня утром он, беспомощно глядя, как она балансирует на карнизе, страдая за нее и вместе с ней, он понял, что к этому привыкнуть невозможно.

Теперь она была здесь, дома. Поразительная женщина — такая смелая и решительная, а иногда такая беззащитная.

Он подошел к ней, сел рядом и положил ладонь ей на лоб.

— Сейчас отдохну пять минут и встану, — пробормотала она.

— Да уж, пожалуйста. Что за безобразие — валяться среди дня!

Ева улыбнулась, не открывая глаз.

— Слушай, ты не мог бы убрать с меня эту тушу? Рорк взял Галахэда на руки и меланхолично его погладил.

— Горячий у вас выдался денек, лейтенант. В новостях только про вас и рассказывают.

Она повернулась к нему, но глаз открывать не спешила.

— Хорошо, что я этого не видела. Значит, ты уже знаешь про Сериз?

— Да. Утром, готовясь к первому заседанию, я включил «Канал 75».

Она услышала в его голосе плохо скрытую тревогу и открыла глаза.

— Извини.

— Ты, конечно, скажешь, что просто выполняла свою работу? — Он спустил с рук Галахэда и пригладил Евины волосы. — Но это было чересчур, Ева. Она могла утянуть тебя за собой.

— Я туда не собиралась. — Она прижалась щекой к его руке. — Знаешь, там, на карнизе, я вдруг вспомнила, как девчонкой стояла у окна в какой-то квартирке, которую он снимал. Я тогда хотела прыгнуть вниз — просто чтобы послать все к черту. Но была не готова. И сейчас не готова.

Галахэд прополз под рукой Рорка и улегся Еве на живот. Рорк улыбнулся.

— Кажется, он, как и я, хочет, чтобы ты никогда никуда не уходила. Что ты сегодня ела?

— Это допрос?

— Так. Значит, ответить тебе нечего, — понял он.

— Я сейчас не склонна думать о еде: я только что вернулась из морга. Должна сказать, падение с семидесятого этажа не идет на пользу телу.

— Что же вы будете исследовать?

Ева печально усмехнулась и села на кровати.

— Ты все всегда правильно понимаешь, Рорк. Это-то меня в тебе и привлекает.

— А я думал, ты ценишь во мне совсем другое…

— То, что ты имеешь в виду, — следующий пункт. — Она задумчиво покачала головой. — Да, боюсь, материала для сканирования мозга маловато. Но все эти дела наверняка связаны, понимаешь?

Рорк подошел к бару и начал смешивать протеиновый коктейль.

— Сериз была умной, тонкой и одержимой работой женщиной. При этом — достаточно тщеславной и кого угодно могла довести до белого каления. — Он протянул Еве стакан. — Но она была не из тех, кто прыгает с крыши собственного здания, причем на виду у репортеров.

— Я учту полученную информацию. — Она хмуро посмотрела на густой белый напиток. — Это что такое?

— Питательный коктейль. Пей. — Он поднес стакан к ее губам.

Ева сделала крохотный глоток, поняла, что это не такая уж гадость, и выпила все остальное залпом.

— Умница. Ну как, получше тебе?

— Кажется, да.

— Уитни разрешил продолжать работу?

— У меня в запасе еще неделя. Знаешь, он, по-моему, догадался, что я пользовалась твоим.., оборудованием. — Она отставила стакан, потянулась и вдруг вспомнила:

— Мы же собирались есть поп-корн, валяться на диване и смотреть старые фильмы.

— Но ты меня обманула. — Он потрепал ее по коленке. — Придется разводиться.

— Ох, какой ты строгий! — Вспомнив еще кое-что, Ева нервно потерла руки. — Раз ты в таком настроении, я уж лучше признаюсь сразу во всем.

— Ты что, гуляла с кем-то?

— Не совсем…

— Не понял.

— Хочешь выпить? Кажется, у нас здесь есть немного вина.

Ева попыталась встать, но он удержал ее.

— Поясни, что ты имела в виду.

— Это я и собираюсь сделать — просто решила, что под вино пойдет лучше. Хорошо?

Рорк пожал плечами, но все-таки позволил ей встать. Под его холодным и пристальным взглядом Еве стало неуютно. Она подошла к холодильнику, достала бутылку вина и, налив его в бокалы, начала говорить, не приближаясь к кровати.

— Мы с Пибоди осматривали офис Деван. У нее там, оказывается, есть комната отдыха…

— Мне это известно.

— Естественно! — Она сделала глоток, чтобы собраться с силами перед признанием. — Короче, я увидела там виртуальные очки, они лежали на подлокотнике кресла. Матиас, перед тем, как повеситься, пользовался такими же. Фицхью тоже любил виртуальные игры. Это единственное, что было между ними общего.

— Огромное количество людей имеет виртуальные очки, — заметил Рорк, по-прежнему не сводивший с нее взгляда.

— Да, но в нашем деле это единственная зацепка! Ведь компьютерные игры действуют как на нервную систему, так и на мозг. Мне пришло в голову, что, если в этих очках была какая-то неисправность — случайная или преднамеренная, — это могло вызвать у человека, который ими пользуется, позыв к самоубийству.

— Хорошо, кажется, это я уяснил, — кивнул он.

— Поэтому я решила попробовать их на себе.

— Подожди-ка! — остановил ее Рорк. — Ты подозревала, что очки каким-то образом связаны со смертью Сериз, и нацепила их на себя? Ты в своем уме?

— Пибоди за мной следила. Я велела ей остановить меня, если в этом будет необходимость.

— Вот как? — поморщился Рорк. — Очень мило. Разумный и взвешенный поступок. Она должна была тебя вырубить, если бы ты собралась прыгать с крыши.

— Ты правильно понял. — Ева села с ним рядом и протянула ему бокал. — Я проверила последнюю программу, которую она использовала за несколько минут до того, как отправилась на карниз. Я была уверена, что найду там что-то важное. — Она помолчала немного. — Знаешь, я думала, что это какая-нибудь расслабляющая программа. Сеанс медитации, прогулка по берегу моря или по цветущему лугу.

— Полагаю, ты ошиблась?

— Да, ошиблась. Это была фантазия. Ну, понимаешь, сексуальная фантазия.

Заинтригованный, Рорк посмотрел Еве в глаза.

— Неужели? — Сделав глоток, он отставил бокал. — И какая же?

— Ну, там были такие парни…

— Парни?

— Всего двое. — Она чувствовала, что краснеет, и ненавидела себя за это. — Я же проводила расследование.

— Ты была обнажена?

— Рорк!

— Я полагаю, что это вопрос по существу.

— Ну, разве что минуту. Мне надо было все проверить, я не виновата, что эти парни на меня кинулись!

Она виновато замолчала и с изумлением обнаружила, что он смотрит на нее с улыбкой.

— Ты находишь это смешным? — Она толкнула его кулаком в плечо. — Я весь день чувствовала себя шлюхой, а ты считаешь, что это смешно?

— Дорогая моя, я приблизительно представляю себе, какие ощущения вызывают подобные программы. Так чем же закончился сеанс?

Она посмотрела на него почти мечтательно.

— Они были великолепны! Я непременно заведу себе такую же программу для личного пользования, и ты мне больше не понадобишься. У меня будет парочка виртуальных рабов-любовников.

— Ах, не понадоблюсь? Поспорим? Он опрокинул Еву на кровать и стянул с нее рубашку.

— Прекрати! Я тебя не хочу, меня удовлетворяют мои рабы!

Она попыталась вывернуться, но он успел приникнуть губами к одному из ее сосков, а его рука скользнула ей между ног. Еву словно молния пронзила.

— Черт возьми! — выдохнула она. — Не воображай о себе слишком много, я просто притворяюсь, что мне это нравится.

— Как хочешь.

Он стянул с нее брюки, и последняя преграда исчезла. Оргазм обрушился на Еву, на сей раз это была не короткая вспышка, а шторм, шквал, гром и молния! Она стонала, произнося его имя, но, когда потянулась к нему, он сжал ее запястья и завел ей руки за голову.

— Нет. — Рорк дышал тяжело и неровно. — Не делай ничего. Просто прими меня.

Он медленно вошел в нее, и глаза ее стали постепенно темнеть. Сдерживая свою страсть, он дал ей возможность снова испытать оргазм, а когда она обмякла и задышала прерывисто, стал действовать активнее и быстрее.

— А теперь еще, — шептал он, и она обвивала его руками, ногами, бедрами. — И еще!

Еве казалось, что она не выдержит такого напряжения, тело ей не принадлежало, наслаждение было столь острым, что граничило с болью.

— Я больше не могу, — с трудом проговорила она, и Рорк почувствовал себя победителем.

Только после этого он позволил волне восторга накрыть их обоих с головой.

Когда Ева пришла в себя, она с удивлением обнаружила, что оба они полуодеты и лежат на покрывале. В углу кровати сидел Галахэд и взирал на них с нескрываемым отвращением. А может — с завистью.

Рорк перекатился на спину, на лице его блуждала такая довольная улыбка, что Ева не выдержала и ткнула его пальцем под ребра.

— Если ты хотел меня таким образом наказать, то выбрал неверную тактику.

Он открыл глаза и посмотрел на нее ласково и чуточку удивленно.

— Дорогая, неужели ты решила, что я сочту твое приключение виртуальной изменой?

Ева нахмурилась: как ни смешно, но ее обидело то, что он не стал ревновать.

— Может быть…

Рорк вздохнул и сел на кровати.

— Можешь предаваться любым фантазиям — по профессиональной необходимости или по личному желанию. Я тебе не сторож.

— И тебя это не волнует?

— Никоим образом! — Он усмехнулся, а потом вдруг взял ее твердой рукой за подбородок:

— Но учти: если ты хотя бы однажды попробуешь это с живым человеком, я вынужден буду тебя убить.

Ева широко раскрыла глаза, и сердце ее предательски забилось.

— Да? Ну что ж, по крайней мере — честно предупредил.

— Так и будет, — сказал он просто. — А теперь, когда мы со всем разобрались, отправляйся-ка спать.

— Я совсем не чувствую себя усталой. — Она натянула брюки.

— Полагаю, это значит, что ты хочешь поработать? — спросил он со вздохом.

— Если бы ты позволил мне пару часов посидеть за твоим компьютером, ты бы очень облегчил мне жизнь.

Рорк тоже натянул брюки.

— Пошли.

— Спасибо! — Ева взяла его под руку, и они направились к лифту. — Рорк, ты ведь не смог бы меня убить, правда?

— Еще как смог бы. — Он снисходительно улыбнулся. — Но, учитывая наши предыдущие отношения, постарался бы сделать это быстро и безболезненно.

— Тогда я должна предупредить тебя о том же самом.

— Естественно. В этом я ни секунды не сомневался.

Глава 13

Следующие несколько дней Еве казалось, что она непрерывно бьется головой о стену. Когда ей нужно было взять передышку, она заставляла биться головой о стену Пибоди. Еще она требовала от Фини, чтобы все свободное время он посвящал ее делу. Ей нужно было найти хоть что-нибудь!

На ее стол ложились новые дела, она стискивала зубы и работала дни и ночи напролет.

Когда парни из лаборатории работали медленнее, чем ей хотелось, она начинала их подгонять. Дошло до того, что в лаборатории перестали отвечать на ее вызовы. Тогда она решила отправиться туда лично.

— Только не говори, что ты больше ничего не можешь сделать, Дики!

Дики Беренски, по кличке Дикхед, посмотрел на нее с тоской. Он был начальником лаборатории и мог выставить против разъяренного следователя дюжину своих подопечных, но все они бежали, как крысы с тонущего корабля. «Сейчас полетят головы», — подумал он со вздохом.

— А что я еще могу сказать? Послушай, Даллас, я всем велел первым делом выполнять твои поручения. Просил оказать тебе любезность, а ты…

— Любезность? Ничего себе! Разве я тебе не давала взятку — билеты в ложу на концерт Арены Болл?

— Я решил, что это подарок, — ответил он сдержанно.

— Но учти: больше я взяток давать тебе не буду. Отвечай, что там с виртуальными очками? Почему я до сих пор не получила отчета?

— Потому что мне не в чем отчитываться. Программа весьма заводная, Даллас, — он еле заметно подмигнул ей, — но абсолютно чистая. Никаких дефектов. Так же, как и остальные программы — чистые, лицензированные. Больше скажу, — заговорил он возбужденно, — я еще таких не видел! Я заставил Шейлу все разобрать по винтику и снова собрать. Чертовски качественное оборудование. Высший сорт. Наивысший! Технология, каких не бывает. Впрочем, этого и следовало ожидать от продукции Рорка.

— Так это… — Ева замолчала, решив скрыть свое удивление. — Какой завод его производит?

— Черт, все сведения у Шейлы. Но не в Америке, в этом я уверен. У нас рабочая сила дороже. Эта штучка, видно, пришла прямо со склада: она на рынке всего месяц, не больше.

У Евы засосало под ложечкой.

— Но все исправно?

— Абсолютно. Просто чудо! Я сам решил такой обзавестись. — Он посмотрел на нее многозначительно. — Могла бы мне достать по оптовой цене.

— Немедленно предоставь мне отчет со всеми подробностями — тогда я подумаю.

— Сегодня Шейла взяла отгул, — сообщил он, тщетно пытаясь изобразить сочувствие. — Завтра к полудню она все сделает и передаст тебе отчет.

— Как жаль, Дики! — Ева была хорошим полицейским, а хороший полицейский всегда знает слабости противника. — А я как раз собираюсь сделать тебе подарок.

— Ну, в таком случае.., подождите минутку, лейтенант. — Поняв намек, он поспешно удалился в глубь лаборатории.

— Даллас, такая штуковина стоит никак не меньше двух тысяч долларов, — сообщила Пибоди, с отвращением глядя вслед Дики. — Вы ему явно переплачиваете.

— Мне необходим отчет! — Ева решила, что у Рорка наверняка кое-что отложено для подарков разным политикам, фабрикантам и знаменитостям. — У меня осталось три дня, а на руках ничего нет. Боюсь, мне не удастся уговорить Уитни не закрывать дело.

Она оглянулась и увидела возвращавшегося Дики.

— Шейла почти все подготовила. — Он протянул Еве дискету. — Обрати внимание: это компьютерная распечатка схемы последней программы. Шейла обнаружила там парочку странных выбросов сигналов.

— Каких еще выбросов? — Ева взяла у него лист, испещренный всякими непонятными графиками.

— Точно сказать не могу. Может быть, это какая-то дополнительная опция, действующая на подсознание. В новейших аппаратах есть пакеты с дополнениями к программам. Видишь, эта сублиминальная тень появляется в программе каждые несколько секунд.

— А чем это объясняется? — Ева вдруг почувствовала небывалый прилив энергии. — Подожди-ка, ты хочешь сказать, что в этой программе заложены дополнительные возможности, действующие на подсознание?

— Во всяком случае, я знаю, что такие вещи разрабатываются. Их собираются использовать для отучения от вредных привычек, для регулировки сексуального поведения, для улучшения памяти. Короче говоря — в медицине.

— А можно, например, дать установку.., на самоуничтожение?

— Понимаешь, обычно на подсознание влияют для того, чтобы вызвать какие-то ощущения. А прямое воздействие… — Он задумчиво покачал головой. — Здесь надо проникать глубже, и, я думаю, для воздействия на нормальный мозг потребуется несколько сеансов. Инстинкт выживания слишком силен.

Он снова покачал головой.

— Мы проигрывали эти программы много раз, проверяли их на испытуемых. Никто с крыш не прыгал и вообще не выдавал никаких необычных реакций. Очень заводились, но больше ничего.

— Мне нужен подробный анализ этих сигналов, воздействующих на подсознание.

— Тогда мне придется оставить аппарат у себя. Шейла уже начала этим заниматься, но нужно время. Потребуется заново запускать программу, фиксировать сублиминальные тени, анализировать, готовить заключение… Хороший сигнал — а этот, я думаю, из лучших — очень трудно отловить. И выяснить его схему посложнее, чем провести анализ на детекторе лжи.

— Сколько времени потребуется?