- Наш настоятель повелел нашему другу, брату Веренду, послужить братству своим умением в знании иноплеменных языков! Так вот, мы последний месяц искали разные способы, чтобы выполнить это повеление, но так ничего и не вышло! Видите ли, караванщики отказываются от услуг переводчика, а капитаны плавают по уже знакомым портам и из-за этого не берут нашего брата с собой! К тому же, все языки степных поселений, все наречия Юга и Севера брату Веренду уже известны. Может быть Вы отправитесь туда, где, с одной стороны, ему будет чем пополнить свои знания, а с другой он сможет быть Вам особенно полезен?
Капитан ненадолго задумался, а потом ответил:
- Что ж, пусть поднимается на борт! Я положу ему жалование не слишком большое на первое время, но этого ему хватит для поддержания собственных сил! Ну, еще что-нибудь?
- О, нет, капитан! Мы благодарим Вас от лица всего братства! Да благословит Вас, весь Ваш экипаж и судно лучезарная Инрия!
Нетерлих и юнга переглянулись, а изобретатель едва слышно сказал:
- Так-так, лошади, а теперь переводчик, способный перевести с любого наречия! Понимаете, куда все клонится, юноша?
- -
\"Этот дырявый рыбий пузырь, эта куча гнилых бананов, эта вонючая свинья! Четырнадцать лет тому назад я так удачно всё подстроил - и вождь этих презренных рыбаков умер от моего яда, и король другого, соседнего острова умер без наследника по мужской линии. Так нет же! Этот бездарь всё испоганил!\" - шаман Куитун-Го со злости швырнул в очаг веточку дерева лики-лики, которую только что так внимательно разглядывал. - О мать Парабайя, богиня смерти! Почему ты покарала своего верного слугу, хотя я и принес тебе в жертву стольких пленников! Ну почему ты сделала так, что вождем стал этот дурак Тагароэ! Пара разграбленных деревень, несколько захваченных лодок, куры, свиньи и так мало пленных! А еще пыжится быть Императором Всех Островов!\"
Молодой воин с амулетом из клыков дикой свиньи прервал ход мрачных и злобных мыслей шамана иомангов.
- С чем ты пришел, Пиоити? Говори! - медленно произнес шаман, стараясь говорить как можно спокойнее.
- Тагароэ не смог победить рыбаков из той лагуны только потому, что в дело вмешались летучие ящеры!
- Радужники? Причем тут эти твари?!
- Они… они воевали на стороне тех людей! Ими управлял сын тамошнего вождя, кажется, его зовут Кэманке!
- М-м-м, этот молодой прохвост еще не знает, во что вмешался! Говоришь, ему помогали радужные драконы? О-о-о, имей я такой дар, уже давно все люди поклонялись бы мне, как могучему чародею! Жаль, что меня там не было! Я отдал бы за это самый лучший свой амулет, только бы увидеть, только бы узнать секрет того заклинания, которым этот юный ублюдок сумел приворожить радужников к себе! Вот что: сегодня вечером приведи сюда еще троих, будет разговор, о котором никто, кроме нас, знать не должен! Под страхом смерти и вечной кары со стороны могучей Парабайи! Чу-чу, всё, иди немедля!
Такого поворота шаман и в правду никак не ожидал. Он всегда думал, что радужные драконы - просто безмозглые рыбоеды. \"Надо извлечь из услышанного как можно больше пользы! Кто бы мог подумать - у этого недоноска дар к магии и колдовству! Что ж, тем хуже для него!\" - думал Куитун-Го.
Действительно, тут было над чем поразмыслить. Во-первых, если всё, что рассказал воин - правда, то у деревни рыбаков вновь появился сильный вождь, наличие которого осложняло покорение этих упрямцев. Во-вторых, дети растут весьма быстро - дочь вождя острова Белого песка стала править своим народом - не смотря на молодость её выбрали королевой. Эта девица весьма умна, её не провести вот так запросто! Ее люди миролюбивы, однако предки иомангов уже пытались сделать их своими рабами, и получили сильнейший отпор. А теперь еще эти ящеры, с которыми вообще не понятно как совладать! Определенно, у этих существ есть одно слабое место - их гнездовья расположены недалеко от вулкана Инилуи, и шаману те места прекрасно известны. Однако, до них очень трудно добраться - там кругом густые джунгли, да и сами радужники бдительно стерегут ту самую долину!
Размышляя так, Куитун-Го вошел в свой дом. Его служанка, молодая Кахику, толкла в ступе зерно, чтобы испечь лепешек на ужин. Жестом он повелел ей прервать свою работу. Кахику поклонилась шаману.
- Тебе, дитя, придется идти в деревню, на побережье, и чем скорее, тем лучше! Вот, отдай этот плод охранникам в доме вождя Тагароэ, и вели передать ему следующие слова: \"Сегодня, перед закатом солнца!\" Ну, ты запомнила?!
- Да, господин!
- Тогда отправляйся сейчас же! Ну, чего же ты медлишь?
- Извините, хозяин, но Ваш ужин… Я еще не успела приготовить лепешки и нарвать свежих плодов!
- Ничего, не беспокойся, я один вечер обойдусь без твоей стряпни! Ну же, иди быстрее!
Кахику пошла по тропе в сторону моря, сокрушенно качая головой. Старик, конечно, весьма своенравен, а временами просто несносен, иногда и груб, но она его всё равно жалела. Прошло четыре года, как колдун похоронил последнюю свою жену, толстуху Заилуо, что была родом из-за дальних холмов. С тех пор шаман стал еще более мрачен и нелюдим, чем даже предполагает его ремесло. Конечно, теперь кроме Кахику некому о нем позаботиться. Впрочем, к наступлению ночи она уже вернулась обратно.
В условленное время пришел Тагароэ. Шаман принял вождя в доме, а Кахику велел оставаться снаружи и как можно дальше от постройки - он собирался говорить с вождем о слишком важных вещах, чтобы какая-то служанка подслушивала их беседу! Тень обиды пробежала в душе Кахику, но она всё прекрасно понимала - секреты есть секреты, с этим ничего не поделаешь! Она взяла корзину, плетенную из пальмовых листьев, и отправилась за плодами на возделываемые участки земли, что находились всего в нескольких шагах от густых зарослей.
В это время вождь и шаман разговаривали, присев у очага.
- Мне казалось, я всё делал, чтобы Парабайя помогла тебе, чтобы военная удача была на твоей стороне! И что же я вижу? Твои жалкие потуги никак не могут увенчаться успехом! Конечно, ты, Тагароэ, вождь всего народа, но я-то хотел, чтобы ты стал вождем над всеми вождями и чтобы все острова поклонились Парабайе! - заговорил Куитун-Го кисло и раздраженно.
- Мои воины берутся за оружие крайне неохотно - они ленивы и тупы! Если бы ты мог вселить в них дух отваги и смелости, мне стало бы гораздо легче вести их за собой! А так - я казнил недавно нескольких трусов, так теперь остальные смотрят на меня с опаской, но всё так же без понимания! - сказал Тагароэ, оправдываясь за поражение.
- Поторопись, Тагароэ! Вожди деревень могут потерять терпение, если не получат свою долю добычи! Да и терпение богини не бесконечно - она может на тебя рассердиться и тогда даже я не смогу спасти тебя от внезапной смерти!
- Ты заговариваешься, шаман! Смотри, а то Парабайя может тоже неожиданно остаться без своего верного слуги, который как-нибудь утром может проснуться со свернутой шеей!
Оба были готовы вцепиться собеседнику в горло, однако, что-то остановило их от этого шага.
- Ладно, есть кое-что, чем можно заняться, не покидая родной остров! - примирительно заговорил старик. - Две деревни на побережье недалеко от Мангрового леса противятся твоей власти, вождь! Направь на них свои силы, накажи примерно, чтобы другим было неповадно! Вот тогда-то у твоих воинов улучшится настроение и они отправятся за тобой в более дальний поход!
- Хорошо, эти деревенские дураки поплатятся за свою глупость! Первая деревня сгорит дотла, а нескольких ее жителей я оставлю в живых, чтобы они нагнали страху на других, спрятавшихся во второй деревне. Потом я нападу и на нее!
- Славно, славно придумано! - Куитун-Го прищурил глаза. - Но перед этим есть еще одно дело, для исполнения которого понадобятся твои лучшие воины, три-четыре обычных и одна большая, разукрашенная пирога с богатыми дарами внутри. Я говорю о том, что к твоим трем женам пора добавить еще одну, молодую, красивую и гордую! Догадываешься, о ком это я?
- Тебе не терпится моими руками присвоить остров Белого песка?! Да, мне самому нравиться и этот остров, и его королева! Я видел ее еще ребенком. Наверно, сейчас она стала настоящей жемчужиной своего племени! Я еще слышал, что их воины храбры и очень проворны, особенно в воде. Что ж, если она согласиться, у нас будет больше воинов, чем у всех ближних племен. Если так, то нам не будут страшны никакие преграды!
- Да, да, а еще не забудь, что их воины - искусные лучники! Это как раз то, что тебе так необходимо для завоевания племени рыбаков, которые посмели прогнать тебя!
Планы вождя осуществились, но не полностью. Тагароэ завоевал две непокорные деревни, однако молодая королева не пожелала стать его четвертой, младшей женой. Она согласилась заключить с иомангами военный союз и дала им отряд лучников под командованием одного из своих воевод, Утихаку-Юо, бесстрашного опытного воина, который снискал славу человека хладнокровного, умного и решительного. В его молодые годы король Тапиноэ доверил ему один из отрядов своей армии во время войны с одним из соседних племен и не ошибся в своём выборе. Воины под командованием Утихаку-Юо незаметно подкрались к врагам, используя густые заросли, а потом внезапно напали на них сзади. Когда те опомнились и бросили в бой свои главные силы, молодой воевода увел своих лучников за реку, чтобы ночью снова атаковать противника на его стоянке. Когда, в конце концов, вражеские воины достигли места главного сражения, их боевой дух весьма пал, а боевые порядки были несколько потрёпаны. Страх ночных налетов, а главное - потеря снабжения пищей и водой из-за действий отряда Утихаку-Юо, который убивал всех \"фуражиров\", сделали своё дело - враги потерпели поражение и с позором бежали. Тагароэ мог быть доволен приобретением на свою сторону такого военачальника, хотя его большая пирога со всеми подарками и не достигла главной цели. Шаман успокоил его тем, что объяснил ему - эти приношения пошли придворным королевы Ватхитхи, которые теперь наверняка будут влиять на свою госпожу в нужную для иомангов сторону. Тагароэ горел желанием уничтожить, стереть в пыль поселение рыбаков в лагуне. Шаман всячески поддерживал огонь этой ненависти в своём сюзерене, строя свои собственные, ему одному ведомые планы на будущие завоевания…
- -
Знаменитые маяк и волнорез Ланика остались далеко позади. Все паруса были подняты и ловили попутный ветер. \"Золотая лань\" грациозно скользила по воде. Солнце уже начало клониться к закату, когда Капитан, Хизго и Оннерэ поднялись на капитанский мостик. Вся команда находилась на верхней палубе. Капитан выступил на пару шагов вперед и поднял вверх руку - мгновенно воцарилась полная тишина.
- Ребята, наконец настал тот час, когда я могу объявить вам всем, куда именно пойдет наша \"Золотая лань\" и к чему мы все так долго готовились! Так вот, мы идем на запад! Да, вы не ослышались! Мы идем в ту сторону, где наши предки искали несбыточный край - Лагоду! Я не верю в старинные байки, но я вполне допускаю, что море есть и за течением Змеиный Язык, а раз так, то там есть и новые острова, которые раньше никто и никогда не видел. Я не знаю, какие земли предстоит нам найти, но полагаю, что в этих новых краях найдется место чудесам и несметным сокровищам!
- Ура, ура Капитану! - раздалось в ответ.
\"Золотая лань\" взяла курс на запад-юго-запад с таким расчетом, чтобы потом подойти к южной оконечности мыса Морн, где-то между гребнями подводных скал, которыми так печально знамениты те места. На карте Нетерлиха этот район был отображен довольно подробно, что позволяло найти проходы между рифами.
Вот край мыса Морн стал ясно виден справа по боту. Урру, а затем и Ашаши из своего \"гнёздышка\", сообщили о бурунах прямо по курсу. Капитан сам встал к штурвалу. Теперь судно двигалось медленно и осторожно, лавируя между камнями.
- Смотрите! Там, слева по борту! - крикнул Ашаши. Урру завыл протяжно, страшно и заунывно. В том месте, о котором говорил Ашаши, над поверхностью воды торчал свежий обломок мачты, а под водой виднелся затонувший корабль. Моряки затихли в суеверном страхе, а Хизго тихо прошептал:
- Храни нас Инрия от такого конца!
- Эй, там, вы что остолбенели, а ну все по местам! - крикнул Капитан. Этот его возглас прозвучал как щелчок бича и вывел всех из оцепенения. - Глядеть в оба, да не зевать, а то тоже пойдем на корм крабам!
Наконец, полоса бурунов осталась позади. Паруса убрали для того, чтобы Нетерлих записал точные координаты места безопасного прохода между рифами. Корабль очень медленно дрейфовал на запад.
И тут вдруг урру навострил уши. Он подскочил к юнге и приложил свою \"руку\" к его виску. Раминос после этого хотел что-то крикнуть капитану, но в этот момент сверху раздался голос Ашаши:
- Капитан, вижу парус! Нас догоняет корабль!
- Какой у него флаг, Ашаши?
- Сейчас, пусть подойдут поближе! - а через несколько минут добавил - Капитан, у них какой-то странный флаг - серая тряпка, а на ней намалёвана белая птица!
- Это пираты Северного братства! Какого демона они сюда припёрлись?! Далековато для них! Возможно, это их местные наёмники! - проворчал Капитан, и уже громко спросил: - Что они сейчас делают, Ашаши?
- Они готовят корабль к бою, капитан!
- Ну, вот, дождались! А ну, все наверх, приготовиться! Эй, Хизго, \"скорпионы\" - на правый борт!
- Капитан, я закончил с картой! Мы можем двигаться! - сказал Кнаус.
Капитан повернул \"Золотую лань\" правым бортом к противнику. Не смотря на поднятые паруса, судно почти не шевелилось - по приказу капитана в воду опустили доски и бочки на длинных канатах. По сигналу с мостика следовало втащить всё это обратно на палубу. Пиратское судно приблизилось к рифам, приспустило паруса и стало медленно поворачиваться. Капитан призвал на мостик Думблеза с его оружием, передал штурвал рулевому и взял в руки рупор.
- Эй, я - капитан \"Золотой лани\"! Кто это посмел преследовать меня? Чего вам надо? Отзовись!
С чужого корабля донеслось:
- Я, Тахир-ут-Месдари, повелеваю тебе отдать карту, принадлежащую Северному братству, которое меня и наняло! Предупреждаю тебя - сопротивление бесполезно!
- Этот наглый индюк у меня уже на прицеле, капитан! Позвольте нажать на спуск! - сказал Думблез.
- Подожди! - остановил его капитан и снова закричал через рупор. - Не торопись со стрельбой, Тахир Месдарский! О какой карте идет речь?
- Он еще спрашивает! У тебя на борту была женщина, у неё должна была быть карта с указанием мест, где Уретт зарыл свои сокровища!
- Я не занимаюсь поисками денег Уретта! А женщин у меня на борту нет!
- Да?! А вот она говорит другое!
На корму пиратского судна вывели фигуру, покрытую до пят серым балахоном. Когда Тахир сдернул капюшон, все на \"Золотой лани\" увидели, что это была Сэди.
- Я готов обменять карту на эту женщину! - заявил Тахир, нагло улыбаясь с чувством собственного превосходства.
- Ну, вот, теперь нам класть головы за эту бабу! - заворчал Хизго.
- Заткнись, боцман! - оборвал его Капитан. - Я обещал ей помощь, так я сдержу это слово! Но подставлять головы никто не собирается!
Потом Капитан опять заговорил с Тахиром:
- Хорошо, я согласен! Спускайте ее в шлюпке, я выйду тоже на шлюпке к вам!
- Капитан, Вы и вправду отдадите им карту? Мою карту?! - заволновался Кнаус.
- Не переживайте, господин ученый! Они хотят карту - они ее получат! Но это не означает, что я ее им отдам! Ну, Вы поняли?
- О, да…, кажется, да! Но что же делать?
- Принесите мне Ваш футляр, но прежде зайдите ко мне в каюту и захватите там карту южного побережья - я ее и так наизусть выучил за годы плаваний в тех водах! Нарисуйте на ней крест для пущей убедительности!
- Отлично, капитан! Только где мне его проставить?
- Да где хотите! Эти дураки и так на нее клюнут! Ну, а если нет, нам нужно будет быстро убираться отсюда! Так что всем быть наготове и ждать!
Две шлюпки встретились, Капитан передал футляр с картой, пираты пересадили Сэдиллу в его шлюпку.
Когда пленница и капитан вернулись на борт, часть \"балласта\" была поднята из-за кормы - \"Золотая лань\" двинулась прочь от рифов. В это время на пиратском судне поднялся шум и суета, потом прогремел выстрел из носовой пушки. Ядро взрезало воду позади \"Золотой лани\".
- Ага, они просекли! Долго же они соображали! Капитан, не рвануть ли нам теперь вперед?! - обрадовано закричал Хизго.
- Делай! Весь груз - на палубу!
Заскрипели блоки и через минуту-другую \"Золотая лань\", ничем не удерживаемая теперь, устремилась в открытое море. Пираты пытались пройти там же, где и она - они повернули и направили нос своего корабля между двух рифов, но, очевидно, сильно ошиблись в расчетах, подгоняемые яростью и досадой. Как только ветер наполнил их паруса, а корабль рванул вперед, последовал страшный удар - судно со всего маха налетело на подводную скалу.
- Поворачиваем! - скомандовал Капитан.
Завершив маневр, \"Золотая лань\" стремительно прошла перед носом пиратского судна и дала залп всем бортом. Разрывные зажигательные ядра сделали своё дело - на борту \"Альмагоста\" начался пожар.
- Всё, уходим! - сказал Капитан, вздохнув с облегчением.
- Вы, конечно, спасли мне жизнь, но не будет ли лучше помочь этим неудачникам тоже спастись? - спросила Сэди.
- Нет, мадам, мы продолжаем плаванье!
- Но это ведь бессмысленная жестокость!
- Успокойтесь, пожалуйста! Им сейчас нет другого дела, кроме как спасать свои шкуры - на корабле пожар и сильная течь ниже ватерлинии! Они уж всё сделают, чтобы вовремя оттуда смыться! Пожар у них на носу, а большая часть шлюпок стоит ближе к корме - на их месте я бы не мешкал! Если поторопятся, то еще засветло успеют пристать к мысу Морн!
\"Золотая лань\" отошла на порядочное расстояние, когда огонь, охвативший \"Альмагост\" целиком, добрался до порохового погреба. Страшный грохот пронесся над рифом. Море поглотило горящие обломки.
- -
\"Золотая лань\" прошла на север, чему способствовала карта Нетерлиха. Позади остались скалистые гребни Прибрежных островов, мрачные и неуютные места, где обитали лишь морские птицы. Корабль благополучно обогнул северную оконечность острова Драконий гребень, последнего в гряде Прибрежных, а затем повернул на запад, чтобы попасть в центральную часть течения Змеиный Язык. Капитан хотел воспользоваться его мощными струями, чтобы уйти несколько южнее, а потом продолжить плавание строго на запад. Возможно, это - не самый короткий путь для выхода в неизвестные воды, однако бороться с течением, не имея хорошего попутного ветра, бесполезно. Шайнат, подуй он немедля, принудил бы путешественников уйти еще дальше на юг или, чего доброго, заставил бы корабль снова оказаться у самых рифов мыса Морн. Через несколько дней \"Золотая лань\" оказалась в зоне полного безветрия, однако тут ее подхватило течение, и судно стало дрейфовать на юго-запад, причем - довольно быстро. На утро четвертого дня удалось поймать легкий ветер, с помощью которого корабль переместился из главного потока в открытое море. Теперь судно плыло точно на запад.
В тот день Раминос был свободен от вахты и по своему обыкновению, смотрел куда-то вдаль с кормы чрез свою маленькую подзорную трубу. Тут к нему подошел Капитан, держа свою трубу в руке.
- Позволь полюбопытствовать! Давно хотел предложить поменяться ненадолго оптическими приборами!
- О нет, капитан, для меня это такая честь! Да и потом - она маленькая, через нее, боюсь, Вы ничего не увидите!
- Не беспокойся, юнга, я же не уроню ее за борт!
Ритерго, как видно, нехотя уступил.
- Ха, а внешне и не скажешь! - удивился Кавпитан. - Эта маленькая штучка имеет увеличение чуть не в два раза лучше, чем моя собственная труба! Что ж, могу только поздравить тебя, юноша, с такой вещью - ею может гордиться всякий мореплаватель!
Капитан приблизился к Ритерго и спросил:
- А скажи откровенно, зачем тебе такой инструмент? Ну, когда мы шли вдоль побережья, - это еще понятно! Птицы, морские котики - и это понятно! А тут? Тут-то нет даже намека на китов или там буревестников! Так к чему тебе такая вещица?!
- Капитан, я заметил, что наш юнга - пижон, каких мало! Смотрите-ка, у него и сейчас на руках перчатки! Он только укоротил их, концы пальцев подрезал, а так - даже спит в них! Ну, расскажи-ка, мальчик, что ты от нас скрываешь? - Хизго говорил, стоя на палубе подбоченясь и широко расставив ноги.
Ритерго побледнел и попятился, но уперся в ограждение. Капитан, Лабстердаг и несколько матросов пристально смотрели на него. Прошло несколько томительных минут, прежде чем юноша сумел справиться со своей нерешительностью и волнением - видимо, то, о чём ему предстояло поведать окружающим, было для него важно и весьма болезненно.
- Хорошо, раз вы все настаиваете! - сказал он подавлено. - Только, Капитан, Вам, да и всем остальным это не понравиться. Я предчувствовал это и потому тянул время. Я считал, что всё образуется как-нибудь само собой, но, как видно, сильно ошибся!
- Будь уверен, я ничего плохого тебе не сделаю, чтобы там ни произошло! - заверил Капитан. - Я так же могу поклясться чем угодно, что буду на твоей стороне, а если надо, то помогу тебе, чем только будет возможно. Пожалуйста, расскажи нам, в чем дело!
- Это длинная история и начать мне придется с того времени, когда я покинул частную школу, которую основал господин Нетерлих - он сам может подтвердить, что я говорю правду!
- Пожалуйста, говори, мой юный друг! - подбодрил юнгу Кнаус.
- Так вот, я покинул эту школу вовсе не случайно! Мой отец и моя мать представляли два древних рода, которые в прошлом были сильны в магических искусствах. Эти две династии волшебников породнились для того, чтобы угасающий огонь древнего ремесла не пропал бы вовсе. Я только совсем недавно узнал, что магические знания, которые передались по наследству моим родителям, относились к боевой магии, причем магические книги, хранившиеся под замком в нашем доме, содержали в себе одни из самых мощных заклинаний. Я захотел тайно овладеть этими знаниями, но отец и мать считали это опасным. Они так же считали, что заклинания бесполезны в нынешнем мире, потому что современное оружие может убивать и разрушать куда сильнее и быстрее, чем самые сильное колдовство. Я их не послушал и по ночам доставал колдовские фолианты и упорно изучал их страница за страницей. Мне еще вдобавок пришлось перечитать целую гору старинных книг, чтобы понять полностью то, что собирался освоить. В одну из таких ночей я решил, что уже знаю достаточно, чтобы управлять магическими стихиями и сражаться с их помощью. Я подобрал одно наиболее сильное и тонкое колдовство и прочел заклинание. В результате половины этого заклинания у меня в руках образовались две шаровые молнии, но чтобы их бросить или направить на цель нужно было правильно произнести вторую часть магической формулы. В тот момент я понял, что не могу вспомнить, чем заклинание должно закончиться. Лихорадочно соображая, я попытался кое-как завершить волшебную фразу, но результат оказался более чем плачевный - обе молнии вошли мне в руки и прожгли ладони. Последовал взрыв, от которого в нашем доме вылетели все стекла, а меня едва не расплющило о каменную стену нашего сада. Я лишился чувств, а очнулся уже дома. Я долго лежал как полумертвый в своей постели - родители уже приготовились к тому, что я так и не открою глаза! Тут как из неоткуда в нашем доме объявился некий колдун, который предложил свои услуги с условием, что если я выживу, то послужу ему в одном важном деле некоторое непродолжительное время. После его волшебства я, действительно, встал и смог ходить, но руки мои так и не зажили до конца. Колдун сказал, что я должен прикоснуться к шкуре живого дракона и тогда всё будет хорошо. Я пал духом, потому что уж чего-чего, а драконов в наших краях давно не водилось. Волшебник, однако, назвал мне место, где я могу найти последнего из этих существ.
Путешествие заняло много дней, но в конце концов я очутился в той самой горной долине. Колдун снабдил меня этой самой трубой, чтобы я смог пораньше обнаружить зверя и как можно тише подойти к нему. Я увидел, что дракон спит на берегу горного озера. Я крался долго и вот уже подошел к спящему существу совсем близко. Он - большой и страшный, а у меня не было даже ножа с собой! В общем, трясясь от страха, я приблизился к его боку и положил свои руки на его чешую. В тот же миг позади меня возник волшебник. Он начал произносить какое-то заклинание, от которого руки мои как будто приросли к шкуре животного. Я видел, что обе дыры, наконец-то, зарастают, но на ладонях и с обратной стороны на поверхности моей кожи образовалось что-то подобное драконьей чешуе. И вот, когда колдун стал вскрикивать особенно громко, чудище вдруг начало ворочаться с боку на бок. Меня подняло сперва вверх, а потом драконья туша навалилась на меня - я ведь прилепился к его коже и не мог даже шагу ступить в сторону! Я не выдержал и закричал от боли и ужаса. Дракон проснулся, увидел колдуна и пришел в ярость - он негодовал, что кто-то пытается завладеть его силой против его воли. Колдун оказался, наверно, слишком туп или жаден, но он не обратил на это внимания и продолжал заклинать. Дракон плюнул в него огнем - только его амулеты рассыпались по камням на отдельные бусины и камешки. Потом зверь почуял, что я продолжаю болтаться на его боку. Он взял меня пастью поперек туловища и резко рванул в сторону - на моих ладонях остались большие куски его чешуи и кожи. Сперва он бросил меня в воду, а потом взял за шиворот и выволок на прибрежный песок. Не знаю, как я не потерял тогда сознание, не захлебнулся или не умер от страха, но он приблизился и заговорил со мной. Врать перед лицом смерти сможет не каждый, потому я и рассказал этому дракону всё, что со мной случилось. Он сжалился надо мной и, взяв меня в лапы, отнес в дремучий лес, к какой-то избушке, где меня потом несколько дней лечил знахарь, друг дракона. Драконья кожа и чешуя с тех пор так и остались на моих руках и именно с тех пор я обнаружил, что могу общаться с дикими созданиями, могу понимать их.
- Именно поэтому твои спутники - шарган и урру? - спросил Капитан.
- Да, но еще и потому, что мы действительно стали друзьями, пока путешествовали в северных краях. Но я еще не успел сказать, что у меня есть еще один необычный друг с тех самых пор!
- И кто это?! - несколько громко спросил Хизго, видимо, заранее приготовившись к тому, что на борту \"Золотой лани\" тайно живет какая-то тварь, что его, безусловно, не могло обрадовать.
- Мне будет проще показать его вам! Капитан, верните мне мою подзорную трубу, пожалуйста!
Получив вещь, юнга отвинтил ее окуляр и изнутри выпал кристалл правильной формы. Ритерго поднял его высоко над головой, шевеля кристалл пальцами. Солнце заиграло в отшлифованных гранях. Вдруг один из \"зайчиков\", особенно яркий и тонкий, скользнул по воде, стрелой полетел к горизонту. Поначалу ничего не случилось - все замерли в томительном ожидании, вглядываясь в океанский простор. Но вот над волнами, очень далеко, показалась неясная тень. Она двигалась в воздухе очень быстро, а потом опустилась к водной поверхности и исчезла. Прошло некоторое время, как вдруг на расстоянии пушечного выстрела моряки заметили, что к кораблю приближается бурлящий водоворот. Внезапно завихрение остановилось и прекратилось. Через мгновение водная гладь вздыбилась за кормой и в воздух поднялся дракон с черными крыльями и необычной, блестящей грудью. Пока создание махало крыльями, набирая скорость и высоту, люди на корабле разглядели, что на груди дракона висит нагрудник из металла, сверкающий на солнце. Тварь была от морды до кончика хвоста как две трети длины корпуса корабля. Чешуи на голове дракона почему-то были бесцветными, от чего голова дракона казалась мутно-белой издали.
- Феоникс, Феоникс!! - закричал Раминос и замахал руками, приветствуя своего \"дружка\".
- Ты звал меня, юный человек? - раздался голос сверху, напомнивший морякам грозный грохот шторма. - Ты в беде? Тебе нужна моя помощь?
- Нет, спасибо, эти люди хорошо ко мне относятся, я учусь у них морскому ремеслу! Они просто хотели видеть тебя! Я рассказал им про свои руки! - кричал Ритерго, преодолевая шум ветра от драконьих крыльев.
- Что ж, не буду мешать! Если понадоблюсь тебе или твоим друзьям, ты знаешь, где меня искать - я по-прежнему буду следовать за вами неподалеку! Привет!
Феоникс поднялся еще выше, а затем повернул к северу. Он спланировал к волнам и почти без всплеска ловко нырнул.
- Вот… вот это да! - только и смог произнести Хизго, тяжело отдуваясь. Его глаза буквально лезли из орбит, а рот был широко открыт. - Три тысячи демонов! Вот это тварь!! Ну, юноша, предупреждать надо, что у Вас такие… такие попутчики!
- Он, конечно, силен, но что он еще может, этот дракон?! - спросил Капитан.
- Он - огнедышащий! - сказал юноша.
- А ты что, целовался с ним что ли, что так в нём уверен, будто так хорошо его знаешь? Говоришь, он твой дружок? - едко, издевательски проговорил Хизго.
Матросы, боцман, даже сам капитан сперва начали хихикать, а потом в голос рассмеялись. Увидеть дракона и поверить в его существование - это одно, но услышать, что дракон, да еще и огнедышащий, подчиняется щуплому юнге - это было уже слишком!
Видя, что его повествование не принято всерьёз, юноша воскликнул:
- Ах так! Вы смеётесь! Так вот же, глядите все сюда! - и сорвал с рук кожаные перчатки.
Люди увидели, что и тут Раминос оказался прав. На палубе воцарилась мертвая тишина.
Молодой человек с горьким чувством спустился вниз и брел через отсеки корабля, не разбирая дороги. Он остановился лишь тогда, когда оказался рядом с импровизированным стойлом, устроенным внутри трюма. Здесь он присел в темном углу, сложил руки на колени и склонил к ним голову. Обида жгла его, обида и сожаление о том, что он, быть может, ошибся в людях, окружавших его и с которыми его теперь свела судьба. Так он просидел какое-то время, пока не заметил высокую фигуру, медленно вышедшую на середину помещения из противоположного угла. Когтистая \"рука\" легла ему на плечо, а другая прикоснулась к виску.
\"Что там случилась, хозяин?\" - услышал юноша в своем сознании.
- В общем - ничего особенного, Рурроур! Просто… просто мне не хотят верить!
\"Знаю, это трудно, когда не хотят понимать!\"
- Извини, я… я хотел бы побыть один сейчас!
\"Твои глаза, хозяин! Они увлажнились!\"
- Нет-нет, ничего, ничего! Пожалуйста, не называй меня хозяином! Ты ведь свободен и можешь идти, куда захочешь!
\"Могу - да, хочу - нет! Я, воин урру, я избрал себе хозяина, когда был еще совсем один и так беспомощен! Нет, этого не изменить! Ты - мой хозяин, и я с тобой всегда и везде, чтобы там ни происходило! А сейчас советую тебе лечь на эту подстилку и немного отдохнуть. Я буду стеречь твой сон!\"
Но заснуть юнге не пришлось. Сверху, по ступеням застучали чьи-то каблуки - кто-то твердой поступью спускался в трюм. Ритерго встал и повернулся лицом к спускавшемуся. Урру стоял впереди на несколько шагов от него. По ступеням сходил сам капитан. Очутившись перед юношей, он заговорил примирительным тоном:
- Я пришел принести тебе извинения за себя и за всю команду! Это было глупо, очень глупо с нашей стороны! Ну, как, мир? - Капитан протянул руку юнге.
- Мир! - обрадовался Ритерго.
Через несколько дней после этого происшествия в капитанской каюте состоялось совещание по поводу дальнейшего хода всей экспедиции. Такие важные вопросы, как состояние корабля и команды, курс корабля, ветры и течения, а так же запасы на борту уже обсудили, когда Капитан сказал:
- А теперь, господа, я хочу предоставить вашему вниманию важнейшие сведения, которые вынужден был держать в тайне до сего дня!
Присутствовавшие удивленно переглянулись. Капитан извлек из своего шкафа для одежды небольшую шкатулку, из которой достал толстую тетрадь в сафьяновом переплёте.
- Вот, извольте сравнить эти записи с судовым журналом!
- Но здесь огромная разница! Что это значит? - воскликнул Нетерлих.
- Это означает то, господа, что мы уже более пяти дней идем по неизвестным водам. В связи с этим прошу Вас, господин ученый изобретатель, завести отдельно большой чистый лист бумаги, дабы на нём построить примерную карту того пространства, которое нам предстоит пересечь и, по возможности, изучить. Моим действиям, господа, есть только одно оправдание - экипаж не должен знать истинное положение судна во избежание бунта! Да, конечно, я надеюсь на наших людей, однако страх может толкнуть их на те действия, которые повлекут за собой нашу общую гибель! Я намерен через несколько дней огласить правильные координаты \"Золотой лани\" и всем остальным, а пока я надеюсь на вашу порядочность!
- Хм, почему же Вы сразу не сказали всё всем?! Тогда угрозы бунта удалось бы избежать изначально! - спросил Думблез.
- Возможно, я так и поступил бы, если бы не обещал сокровищ и будущего богатства! Думаю, что кое-кто из команды принял на веру полностью сведения из журнала, а знай они всё с самого начала, то могли бы решить, что нам не хватит запасов на обратный путь, если никакой земли впереди нет!
- А разве такая опасность имеет место? - спросил Лабстердаг.
- Не исключено! Думаю, день объявления настанет тогда, когда надо будет либо повернуть назад, либо продолжить плавание не смотря ни на что. Повторяю, прошу вас всех соблюдать молчание до этого решительного момента!
Что касается всего остального, дела на судне шли наилучшим образом. Последние дни погода благоприятствовала путешественникам, так что команда не была слишком изнурена текущей работой. Однако вскоре произошло то, что резко изменило ход событий и нарушило планы Капитана.
Это произошло ночью, когда в небе ярко светили звезды, а на легких волнах играла лунная дорожка. В \"вороньем гнезде\" как раз дежурил Ашаши, а по палубе в это время прогуливался урру. Вдруг лесной следопыт остановился, глядя вперед, и насторожился. Ашаши посмотрел на него и тоже встревожился. Он оглядел внимательно море через подзорную трубу, но ничего подозрительного в сумраке не заметил. Урру продолжал стоять в напряженной позе. Вдруг он завыл - его вой нес тревогу и предупреждал об опасности. Несколько человек от этого проснулось и выбежало на палубу. Они начали с фонарями и факелами в руках оглядываться по сторонам - нет, ничего явно опасного они не увидели. Капитан тоже оказался здесь, а на повторный вой прибежал юнга.
- В чем дело? - громко спросил Капитан.
- Я ничего не вижу! - ответил Ашаши сверху.
Раминос приблизился к своему шерстистому приятелю - тот явно о чем-то беспокоился. В этот момент, продирая глаза, на палубу вышел Кнаус и стал озираться, пытаясь оценить обстановку.
- Что случилось, господа? - спросил изобретатель, явно ничего не понимая.
Ритерго взял своего приятеля за лапу:
- Что ты почувствовал, Рурроур, какую опасность?
Урру поднял правую \"руку\", указывая ею куда-то вдаль. Только теперь люди заметили, что яркий лунный свет у самого горизонта не достигает водной поверхности. Лучи дробились и тонули в клочьях не то дыма, не тумана. Эта облачность, по мере приближения к ней, всё росла и расползалась в стороны рваными клоками. \"Золотая лань\" на полном ходу протаранила один из клубов этого странного тумана. В этот момент урру начал принюхиваться и с шумом и фырканьем выдыхать через нос. Вскоре он замотал головой из стороны в сторону и бросился в трюм, то и дело чихая по дороге.
- Лево на борт!! - закричал Капитан рулевому.
Судно начало поворачивать и, пожалуй, как раз во время, - над клочковатым серым над водой поднимался более плотный грязно-желтый туман. Когда корабль зацепил его покрывало правым бортом, все на палубе ощутили резкий, удушливый запах. Кто-то закашлялся, а кто-то стал тереть глаза руками, другие зажимали рты и носы рукавами или полами одежды. Благодаря повороту \"Золотая лань\" скоро покинула место скопления опасных испарений. Было решено лечь в дрейф с таким расчетом, чтобы не приближаться, но и не очень удаляться от этого странного тумана, чтобы как следует осмотреться при свете дня. Кудлатое облако, шапкой покрывающее наблюдаемую часть океана, никуда не двигалось, не смотря на небольшой ветер.
Рано поутру обнаружилось еще кое-что - вода кругом оказалась прозрачной на столько, что было ясно видно всё почти на милю вниз. Тут моряки увидели, что вблизи от места скопления едких паров со дна поднимаются скалы, округлые в сечении, напоминающие своим видом гигантские колонны какого-то затопленного древнего храма. Нетерлих внимательно осмотрел их, проследовав к ним поближе на шлюпке с четырьмя матросами. Вернувшись из разведки, он сказал, что скорее всего эти скалы - вулканического происхождения, или по крайней мере, их появление в океане как-то связано с вулканами. Разведчикам повезло - от порыва ветра дымка ненадолго отодвинулась в сторону - ученый сумел заметить и разглядеть в подзорную трубу, что желтоватый туман является вулканическим газом, содержащим, судя по всему, серу. Этот газ вырывался на поверхность из-под воды, где, очевидно, находилась горловина морского гейзера. Доказательством того, что найденное образование напоминает гейзер послужило шумное извержение - вся команда могла наблюдать, как пар, газы и кипяток взметнулись столбом вверх, оглашая окрестность шипением и клокотанием. Кнаус заключил, что для такого высокого выброса требуется много тепловой подземной энергии, так что извержения этого гейзера происходят не слишком часто, тем более, что часть газа имеет возможность свободно выходить наружу, смешиваясь с водяной дымкой с образованием едкого тумана, скорее всего - из крошечных капель кислоты. Энергия этих выходящих газов, будь она использована для повышения давления в самом гейзере служила бы причиной более частых случаев его фонтанирования. Ученый нанес это удивительное место на свою новую карту, а название Туманной банки ему дали всей командой.
- Капитан! - сказал Кнаус. - Насколько мне известно по опыту изучения подобных явлений у нас, в Диких Землях, такие гейзеры никогда не бывают сами по себе - либо неподалеку в глубине моря существует вулкан, который даст о себе знать на поверхности еще очень не скоро, либо где-то дальше имеется вулканический остров, и, может быть, даже не один!
- Ты говоришь остров?! Что ж, твое предположение обнадеживает - возможно, скоро мы ступим на твердую землю после стольких дней странствования!
- Но капитан, мы еще не знаем, что если эти клочки суши будут всего с монетку величиной или окажутся безжизненными, или, еще хуже - покрытыми такими вот испарениями!
- Спасибо за предостережение, Кнаус! Однако, коль скоро у нас есть шанс открыть тут острова, грех такой шанс упускать! Сейчас мы пойдем отсюда широкими зигзагами, чтобы постараться обнаружить сушу и подойти к ней. И так, вперед, друзья мои!
- -
Тагароэ мог торжествовать: самые большие населенные острова теперь - в его руках! Но он не давал чувству гордости овладеть собой, потому что на его пути к абсолютной власти на архипелаге оставалось еще несколько препятствий. Тагароэ, будучи человеком последовательным и решительным, вознамерился устранять эти препятствия одно за другим.
Для начала вождь собрал огромную по островным меркам армию - около трех тысяч воинов. Он повел эту свою армию в одну долину своего родного острова, как будто для упражнений в стрельбе, метании и рукопашном бою. На самом деле целью похода являлось совсем другое.
Когда его воины и лучники под предводительством Утихаку-Юо остановились для краткого отдыха, Тагароэ вышел в центр стоянки и прокричал:
- Мои воины! Вы славно бились несколько дней тому назад! Вы взяли богатую добычу! Но ваши успехи могли бы быть еще больше, если бы не гнусное предательство!
- Как? Что это такое? Кто же нас предал? Когда? - доносились с разных сторон недоуменные вопросы.
- Воины с острова Белого песка стали нам как братья, но я точно знаю, что именно среди них скрываются подлые изменники! Возглавляет их - о, ужас, братья! - сам Утихаку-Юо! Он хотел тайно отравить меня и всех ваших старшин, чтобы, потеряв своих вождей, вы сделались стадом диких свиней! Он замыслил украсть у вас славу ваших побед, присвоив себе право называться Императором Всех Островов, чтобы все завоеванное вами стало безраздельно его собственным! Он хотел обокрасть вас - всю дань с побежденных он хотел брать себе и только себе!
Поднялся шум, люди стали галдеть и кричать. Многие не верили тому, что только что услышали.
- Больше того, братья, предатель, склонявший и склонивший к измене некоторых из вас, был направляем в своих действиях с острова Белого песка! Я говорю о том, что он действовал по указке из дворца, по прямому приказу королевы!
Утихаку-Юо выступил вперед.
- Тагароэ! Ты так громко кричишь, что рыбы на дне моря перевернуться от страха! Я и мои люди находились рядом с тобой не в одном сражении и ничем не выказали желания предать тебя! Так почему ты оскорбляешь подозрением их и меня? И потом - чем ты докажешь свои слова?! Пока что моё слово против твоего, но слова унесёт ветер и их нет! Так докажи свою правоту, если сможешь!
Тагароэ ждал, что командир лучников бросит ему этот вызов. Он поднял руку - люди вскоре умолкли. Тогда вождь продолжил:
- Сегодня на берегу мои воины обнаружили лодку, где сидели двое лучников. Воины открыто приблизились к ним, как к друзьям и спросили, что эти двое делают там. Вместо ответа два этих изменника стали стрелять из своего оружия в моих людей и подло убили двоих. К счастью, их удалось догнать и покарать по заслугам! Но, как оказалось, они везли послание на листе дерева вапа-вапа, которое удалось найти. Вот оно! - Тагароэ показал и швырнул на землю лист, свернутый в трубочку и обвязанный волокнами лианы. - Я открывал его и смог прочесть - там говорилось, что пора убить вождя Тагароэ, убить всех вождей-помощников, завести воинов в чащу, в болота, и бросить там на погибель! Я читал это и не верил своим глазам! Ведь тот, кто писал, казался таким надежным и верным!
- Кто это был? - закричали воины гневно с разных сторон.
- Это был он, Утихаку-Юо! Там, в конце, стояло его имя!
Командир лучников понял всю глубину коварства Тагароэ. Письмо действительно отправили на листе вапа-вапа с двумя посыльными на остров Белого песка. В нем Утихаку-Юо сообщал королеве о некоторых текущих событиях, - в общем, ничего такого, что можно расценить как заговор против вождя иомангов. Теперь он остался в меньшинстве, потому что большая часть лучников перешла на сторону Тагароэ. Чтобы он не попытался бы сказать в своё оправдание теперь, все его доводы будут отвергнуты. Утихаку-Юо мгновенно оценил окружающую обстановку и бросился с горсткой верных людей к побережью, чтобы сесть там в долбленые лодки иомангов и бежать на остров Белого песка. Там следовало бы предупредить королеву о произошедшем. Но как только он и его стрелки побежали, иоманги с криками набросились на них и жестоко растерзали на месте. Утихаку-Юо отбивался до последнего и погиб, проклиная Тагароэ.
Теперь подлый вождь иомангов принялся осуществлять вторую часть своего плана. Его армия погрузилась на лодки и поплыла к острову Белого песка. Он правильно рассчитал, что его люди захотят расправиться с королевой за предательство, а вот тут-то он сам появиться перед нею, чтобы предложить себя в качестве спасителя и усмирителя разошедшегося не на шутку воинства. Впрочем, на пути к дворцу произошла некоторая заминка: оказавшись возле одной из деревень, лучники, перешедшие на сторону Тагароэ, решили узнать у вождя деревни, что происходит на их острове. Старейшины и вождь деревни стали уговаривать воинов успокоится и подождать возле её частокола, чтобы посыльные успели сходить до дворца королевы и обратно. Однако, как только двое гонцов побежали по дороге в сторону \"столицы\", Тагароэ, показывая на них, закричал, что эти гонцы обязательно вернуться с подкреплением и что теперь у этой деревни всё войско ждет ловушка. Поддавшись, иоманги окружили деревню и осадили её. Лучники не захотели убивать своих соплеменников, за что их и казнили на месте. Деревня подверглась разорению и немедленному сожжению. Гонцов поймали и зверски убив, развесили их тела на деревьях. Тагароэ устремился к дворцу.
Столицы как таковой на острове Белого песка не существовало - несколько хижин, стоявших вокруг резиденции королевы Ватхитхи нельзя было назвать даже деревней. Сам дворец представлял из себя большую хижину, украшенную резными каменными столбами, которая находилась в середине прямоугольной ровной площадки. Эта плоскость располагалась на вершине небольшого вала, стенки которого снаружи были выложены тёсаным камнем. От прочей местности вал отделялся неглубоким рвом, через который в двух местах были перекинуты деревянные мосты. Кроме того, рядом с \"дворцом\" находилось капище с идолом - покровителем острова.
Те немногие, кто спасся из разорённой деревни, прибежали сюда и поведали королеве и придворным всё, что случилось. Подданные укрылись за частоколом, стоявшим вдоль верхней кромки вала, а деревянные мосты немедленно подняли. Вскоре армия Тагароэ окружила дворец со всех сторон. Сам изменник, выступив вперед, стал обращаться к королеве с тем, чтобы она позволила ему войти внутрь. Ватхитхи назвала его подлым и коварным, сказала, что не желает больше говорить с таким человеком. Тогда, горя злобой, Тагароэ приказал забросать укрепления тлеющими снарядами из пращей - пращники делали такие из древесной смолы, камней и сплетенных высохших пальмовых листьев. Крыша дворца вспыхнула и загорелась. В крепости началась паника. Воспользовавшись этим, воины Тагароэ перебросили через ров несколько стволов пальм и ринулись ломать частокол. Вскоре они ворвались внутрь. Нет, про месть они давно уже забыли! Началась жестокая резня, беспощадная и бессмысленная! Тагароэ едва успел войти внутрь и спасти королеву от неминуемой гибели. Ватхитхи связали и отправили на побережье, к лодкам, как простую рабыню. В порыве алчности и жажды крови иоманги разорили и две оставшиеся деревни на острове. Теперь на берегах острова Белого песка стало безлюдно - завоеватели либо убили, либо увели с собой всех людей!
Разумеется, Тагароэ не был глуп: когда он вернулся с войском и добычей на родной остров, там его уже поджидали три отряда лучников, полностью снаряженных и обученных. Дело в том, что сразу после заключения союза с королевой Ватхитхи Тагароэ взял в свою армию под видом простых бойцов нескольких искусных мастеров. Те сумели выведать все секреты изготовления и применения луков у их владельцев или, по крайней мере, большинство из них. Потом эти мастера отбыли обратно и начали делать луки, стрелы и обучать новобранцев.
Отпраздновав свою победу, вождь иомангов отправился по прошествии нескольких дней к шаману. Куитун-Го встретил его невесело.
- Дары, что ты прислал, благосклонно приняты нашей покровительницей, всемогущей Парабайей! Однако, скажу прямо - этих приношений слишком мало! Слишком!!
- Чего же тебе еще надо, старый скряга?! - бросил в лицо шаману Тагароэ.
- Мне?! Да как ты смеешь так богохульствовать перед лицом нашей покровительницы! Смотри, она прогневается на тебя, вождь, нашлет на тебя бурю, когда ты будешь один в лодке, или змею, что ужалит тебя во сне!
- Про бури я ничего не знаю, а вот одну ядовитую тварь я сейчас как раз вижу перед собой! Остынь лучше, старик, не то я найду способ тебя утихомирить!
- Что?! Презренный!! Кем бы ты был сейчас, если бы не наша Парабайа?! Ты, вечный неудачник, слюнтяй!!
- Я не знаю, кем бы я стал по твоей прихоти, но теперь я - настоящий правитель островов, это перед моей силой склоняются племена и их деревни! Ты грозишь мне карами со стороны своего идола? Так он - просто деревяшка, воткнутая в песок и увешанная человеческими костями! Нет, я сам куда могущественнее этой палки! Теперь я сам хочу в главные боги всех островов! Пусть все поклоняются мне и немедля, потому что в отличие от идолов и изваяний я могу покарать мятежников тут же, не сходя с места!
- Вон! Вон отсюда!! Нечестивец!! - давясь собственным криком, прохрипел Куитун-Го. - Ты низложен с позором! Об этом узнают все!! Парабайа накажет тебя ужасной смертью! Иди и будь готов принять свою судьбу!!
Тагароэ держался при этом удивительно спокойно и самоуверенно, однако было заметно, что он едва сдерживает свой гнев.
- Судьбу?! Это те уроды, которых ты подослал в мой лагерь, чтобы они меня подкараулили? Один из них так струсил, когда мы его схватили, что выболтал всё о твоих намерениях на мой счет! Ну, скажешь, что ничего такого не было?
Лицо шамана перекосилось от злобы, он задрожал всем телом, схватил двумя руками свой посох и бросился с ним на Тагароэ. Вождь увернулся от удара, подхватил свою ужасную плоскую палицу с акульими зубами и сам нанес страшный удар. Мертвый шаман пал лицом в песок. Тагароэ издал торжествующий крик. По его приказу капище Парабайи было разорено. Немного позже, в военном лагере, он провозгласил себя Императором Всех Обитаемых Островов и Верховным воплощением всех островных духов-хранителей. Теперь все иоманги и их союзники обязаны преклоняться перед ним, как перед божеством и верховным владыкой. И теперь, став Императором, он отдал приказ готовить большой поход - настал час отомстить рыбакам и их союзникам - Радужным драконам!
- -
Яркая Искра нежилась в маленьком озерце, воду в которое нес ручей, спускавшийся со склонов горы Огненный Великан и петлявший в зарослях несколько миль. Уже наступил полдень, на небе не было ни облачка, и солнце припекало во всю силу. Ей нравилось лежать в этой прохладе и ни о чем не думать, наблюдая порхание мотыльков и бабочек над мокрым береговым песком. Время от времени она, сомлев, закрывала глаза, но потом открывала снова. Внезапно большая тень скользнула по озеру. Яркая Искра вытянула шею и долго озиралась - нет, ни рядом, на крошечной полянке, куда она сама едва смогла сесть, ни дальше, в лесу, никого из родичей не было видно. \"Странно, - подумала Яркая Искра, - если это кто-то из старших, то почему он или она не поздоровались? А если этот взрослый спешил куда-то, то куда именно?\"
Подгоняемая любопытством, Яркая Искра взлетела над зарослями и стала высматривать с высоты, куда мог деться этот неизвестный. Она пролетала уже над побережьем, когда увидела на опушке джунглей одиноко разгуливающего петуха, привязанного за ногу к колышку в центре этого пространства. \"Зачем это двуногим понадобилось оставлять свою птицу тут совершенно одну?\" Она опустилась на землю и пошла в ту сторону, где разгуливал привязанный петух. Когда ей оставалось сделать еще пару шагов, под её лапой что-то щелкнуло, а откуда-то сверху на нее упало множество веревок из лиан, к концам которых были привязаны небольшие камни. Яркая Искра встрепенулась и попыталась избавиться от пут, но это привело лишь к тому, что эти тонкие канатики перепутались и заплелись между собой, еще крепче прижав её к земле. Всё походило на то, что это - ловушка и ловушка именно для радужника! Одна из веревок довольно туго сжала шею Яркой Искры - та едва могла дышать. Ей невозможно даже пошевелить пальцами на лапах, чтобы еще туже не затянуть многочисленные переплетения. Ее голова была прижата к земле, да так неудобно, что она не могла даже позвать на помощь погромче. И тут рядом, на берег, сверху опустился кто-то очень большой с чешуйчатыми лапами. Яркая Искра не могла в своей неудобной позе как следует рассмотреть незнакомца, но всё же попыталась к нему хотя бы обратиться:
- Кто здесь? Ты - один из старших? Не поможешь ли выбраться? Сама не знаю, зачем двуногие поставили здесь эту ловушку - мы их не трогали, даже наоборот, один из них стал нашим другом и вот, пожалуйста! Да кто ты такой? Назовись да подойди поближе, я не могу так тебя рассмотреть! Не бойся, я ни за что не буду кусаться! Только помоги мне, пожалуйста! Почему ты медлишь?
Незнакомый дракон, а это был именно дракон, если судить по лапам и хвосту, волочащемуся по песку - медленно обошел распластанную Яркую Искру кругом, постоял рядом какое-то время и лишь потом начал зубами рвать веревки. Наконец, пленница получила свободу и смогла расправить затекшие крылья. Она осмотрела неизвестного: большое тело в темной чешуе, бледная чешуя на голове, черные большие крылья, довольно длинный хвост, напоминающий тело змеи, а не уплощенный с боков, как у всех радужников.
- Благодарю тебя, о незнакомец! Я - Яркая Искра! А как зовут тебя? Что ты тут делаешь и с какого острова ты прибыл? И, позволь спросить, что это у тебя прикреплено на груди такое большое и блестящее, как поверхность моря в тихую погоду?
- Меня зовут Феоникс, я прибыл сюда издалека, сопровождая своего друга! - глухой рокот голоса чужака поначалу слегка испугал Яркую Искру, но потом она привыкла и он ей даже чем-то понравился. Дракон меж тем продолжал: - Я вижу ты - дракон-женщина, твой вид для меня несколько странен, потому что, хоть я и живу на этом свете уже довольно долго даже по драконьим меркам, я таких, как вы, раньше не встречал! Ты здесь одна? Или есть еще драконы?
- Феоникс? Какое необычное имя! Что ж, чужестранец, тебе повезло! Тут, на нашем острове, живет целая колония нас, Радужников! Мы мирно сосуществуем с людьми, что обитают там, недалеко от пролива! А кто твой друг?
- Он тоже человек!
- И на каком же острове он живет, в каком племени?
- Э…э… вообще-то, он еще пока тут и не поселился, но, думаю, он скоро сюда прибудет на корабле со своими товарищами!
- Корабль?! А что это такое? А откуда прибудут эти твои друзья?
- Хм, а разве те люди, которых ты знаешь, не плавают по морю на таких штуках, которые они сами мастерят из стволов деревьев?
- Тебе еще раз повезло! Я как раз наблюдаю за нашими соседями, так вот они выдалбливают эти вещи из цельных стволов деревьев и называют это лодками! А твои люди разве не делают то же самое?!
- Те люди, которых я знал и знаю, весьма хитры и изобретательны и уж точно способны на многое!
- Как интересно! Что ж, полетели, я хочу познакомить тебя со своими родителями, братьями, сёстрами и, конечно, со своим наставником, Раскатом Грома! Но сначала я освобожу эту глупую птичку от ее веревки!
- Кхе-кхе, вообще-то, я несколько проголодался с дороги! Ловить рыбу в море мне уже надоело, вот я и думаю - не употребить ли эту пичугу в качестве червячка, которого надо заморить?!
- ?!
- Сейчас я его изжарю: горячая курятина - просто смак!
Яркая Искра опешила от удивления - чужестранец приоткрыл свою пасть и просто чуть-чуть выдохнул. В воздухе пролетел огненный шар и накрыл птицу. Кругом распространились запахи жареного мяса, сгоревших перьев и еще чего-то чадного, чего раньше Яркой Искре не доводилось нюхать.
- Хе-хе, закуска подана! Конечно, это всего на пол зуба, но, надеюсь, дикие кабаны у вас тут есть?
- Так ты… ты… ты выдыхаешь огонь?!! - пролепетала Яркая Искра.
- Да, а что в этом плохого?
- Это… это ужасно! Ужасно!!
- Что такое? Я тебя испугал?! Ну, извини пожалуйста - я не нарочно!
- Нет! Не приближайся! Я… я вспоминаю! Ах, да, конечно! Учитель же мне говорил! Ты - Изгнанник!
- Изгнанник? Нет, я тут никогда не был! Да и родился точно не здесь!
- Нет, нет! Ты - из рода Изгнанных! Не приближайся к вулкану и не вздумай следовать за мной! - с этими словами Яркая Искра взлетела и устремилась прочь от побережья, вся наполненная страхом и тревогой.
Феоникс был озадачен и прибывал в некоторой растерянности:
- И чего это она так испугалась? Радужники? Хм, Изгнанники?! Ничего подобного ни от кого раньше не слышал!
Он взлетел и направился вдоль линии прибоя на юго-восток, а где-то там, в океане, резал волны трехмачтовый корабль с позолоченной статуэткой антилопы на носу…
- -
Первые четыре дня поиска ничего не дали. На пятый попалось сразу четыре острова, если так можно назвать те \"пятачки\" из песка с несколькими пальмами, да торчащие из воды макушки скал, едва прикрытые шапками стелющейся травы. Из живых существ там были лишь гнездящиеся морские птицы да крабы. Еще два дня прошли в напряженном наблюдении за морем. И вот в середине седьмого дня впередсмотрящий прокричал: \"Земля! Земля!\", указывая вперед на длинную полосу суши, покрытую густыми зарослями. Кнаус и Хизго с другими моряками на шлюпках решили обойти этот новый остров вокруг. Оказалось, что зелень скрывала за островом пролив, а за ним - широкое побережье, над которым поднималась гора с уплощённой вершиной. Это уже куда интереснее, чем всякая \"мелочь\"!
Длинный остров назвали Причальным. На него было решено высадиться, чтобы обследовать в поисках пресной воды. Кроме этого, на песчаный берег перевезли лошадей - они должны обрести утраченную форму, прежде чем пойдут на главный остров и их там навьючат.
Разведчики нашли небольшое пресное озеро, которое, скорее всего, питалось дождевой водой. Сама вода оказалась весьма пригодна для питья, хотя и отдавала тиной на вкус. На некотором расстоянии от берега был устроен временный лагерь, куда с корабля доставлялись необходимые для дальней экспедиции припасы и вещи. Окончив разгрузку, \"Золотая лань\" отплыла и встала на четыре якоря на некотором отдалении от острова. Капитан приказал поставить судно именно так, потому что опасался неожиданных порывов ветра, которые могли бы выбросить корабль на мель в этих неизученных водах.
На следующий день, рано утром, в прибрежные волны опустился Феоникс. Он приблизился к лагерю и стал ждать, пока к нему выйдут. Моряки встретили дракона настороженно.
- Приветствую тебя, Дух Огня! - вышел вперед юнга и помахал дракону рукой.
- Доброе утро! У меня есть новости, хотя и странные, скажем так!
- И что?
- Я оказался на большом острове раньше вас, люди! Так вот, там я повстречал другого дракона!
- Дракона?!
- Это был дракон-женщина! Я увидел её в ловушке из перепутанных верёвок! Разумеется, я её освободил. Она говорила, что на острове есть другие люди! Но, почему-то она испугалась, когда я применил своё огненное дыхание, чтобы угостить её дичью. Она не захотела, чтобы я последовал за ней вглубь острова!
- А что, эта девчонка пришлась тебе по сердцу?! Признайся, дракон, тебе она понравилась?! - стал ехидничать Хизго.
- Нет тут ничего смешного, человек! Если там люди, которые охотятся на драконов, то, выходит, что я зря летел столько времени!
- Не видел ли ты кого-либо из этих людей на побережье, сразу напротив нашего острова? Не хотелось бы напороться на туземцев вот так сразу, после высадки! - спросил Нетерлих.
- Нет, я никого там не видел! Тут еще вот какая странность…
- Какая?
- Молодая драконша сказала, когда я выдохнул пламя, о каких-то Изгнанниках. Если бы еще знать, кто это такие?!
Стоявший недалеко брат Веренд наморщил лоб и о чем-то глубоко задумался, потом стал рыться в книгах из своего багажа.
- Ты что-то потерял, брат? - с участием спросил Ритерго.
- Сейчас, сейчас… Это было где-то тут… - бормотал монах себе под нос, перебирая страницы старинных фолиантов.
- Всё же, я намерен побывать вблизи той большой горы, что в середине острова, даже не смотря на запрет со стороны этой драконши. Надеюсь, я еще увижу тебя, молодой человек! - сказал дракон Раминосу. Феоникс взлетел и направился в сторону большого острова.
Монах извлек, наконец-то, нужный ему свиток.
- Я нашел!
- Что ты нашел, брат Веренд? - спросил Капитан.
- Вот копия с древнего манускрипта, подлинник которого храниться в одном из храмов Инрии! Здесь записана древняя легенда о том, откуда и как в Диких землях появились драконы! В общем, если кратко, то драконы появились на свет не без помощи людей-магов и некоторых из Древних, называемых Хранителями. Было решено, что поначалу драконы будут жить в отдельной долине. Однако, боясь случайно потерять этих своих созданий, маги отослали некоторых из них куда-то очень, очень далеко. Видимо, маги и драконы в этом отдельном поселении не очень поладили между собой и пути их разошлись. Через какое-то время некоторые драконы вернулись в Дикие Земли. Возможно, что они и были Изгнанниками - драконы тоже разделились!
- Значит, мы вполне можем встретить здесь древних волшебников? - спросил Капитан.
- Нет, я так не думаю! Если уж древняя магия почти совсем покинула этот мир, то вряд ли они могли отсидеться тут! Скорее, мы столкнёмся с потомками как тех, так и других - людей и драконов!
- А меня больше интересует вот что: ну как наш чешуйчатый приятель перейдёт на сторону своих родственников? Если уж мы не найдем на острове ничего стоящего, то как тогда мы сможем взять эти земли себе? И еще - как на счет туземцев? - язвительным тоном спросил Хизго.
- Успокойтесь, боцман! Мы еще недостаточно знаем про эти места, так что, считаю, пока будет весьма разумно вести себя очень осторожно и аккуратно как с местными жителями, так и с живностью! - посоветовал Кнаус.
- Изобретатель прав! Нам нужно как можно скорее пересечь пролив и приступить к обследованию того острова! - сказал капитан. - А приказ мой будет таков: здесь останутся двенадцать человек и будут держать наготове лодки, чтобы прийти к нам на помощь по первому сигналу. Остальные переправятся на другой берег. Там разделимся еще раз: с десяток наших людей будут охранять шлюпки, другие пойдут в заросли на разведку!
Все приступили к сборам. Через несколько часов передовой отряд уже был на большом острове. Там оказалось, что на побережье из джунглей идет узкая тропа. Разведчики отправились как раз по ней. Последним на Суюл-Дае ехал юнга - в случае нападения он должен вихрем домчаться до берега и позвать на выручку. Остальные лошади шли здесь же, навьюченные всем, что только можно было взвалить на их спины - люди в это время прорубались сквозь растительность. Это приходилось делать потому, что тропа уж слишком заросла - скорее всего, ею давно не пользовались.
Примерно через полмили пешего пути оказалось, что лесная \"дорога\" раздвоилась возле высокого дерева. Одна тропа шла прямо, вглубь острова, а другая отходила левее, отклоняясь в сторону побережья пролива. Шедший впереди всех урру указал несколько раз на левое ответвление, очевидно, настойчиво предлагая пройти по нему. Капитан, Нетерлих, Хизго, Думблез и остальные гуськом последовали за ним. Через некоторое время заросли поредели и раздвинулись. Окружающая растительность выглядела так, как будто когда-то на этом месте существовала гарь, причем - весьма обширная. Рурроур вдруг весь напрягся и снял с пояса два метательных крюка - остальные последовали его примеру, взяв оружие на изготовку и напрягшись. Далее группа шла, ступая очень тихо и всё время озираясь по сторонам. Возле нескольких высоких деревьев с узловатыми раскидистыми ветвями Рурроур остановился, поднял морду вверх, принюхался, а потом оскалился, брезгливо и глухо заворчав. Капитан, шедший следом, взглянул туда же, куда и урру - примерно на середине высоты ствола, на толстых ветвях висели человеческие скелеты, еще кое-где покрытые остатками плоти. Эти мертвецы были подвешены как попало - кто - за ноги, кто за руки, у некоторых оказались сломаны отдельные кости или пробиты черепа. Проходя под деревом, Кнаус присмотрелся к ним повнимательнее - у одного из скелетов между рёбер застряла стрела с острым каменным наконечником. Немного пройдя вперед от зловещего места, разведчики остановились. Кнаус заговорил с капитаном, но так, чтобы слышал каждый:
- Судя по состоянию костей и учитывая жаркий климат, этих людей убили и подвесили не слишком давно! Кто бы они ни были, ясно одно - если на острове имеются племена туземцев, то среди них есть и весьма жестокие! Заросшая гарь, что осталась позади, скорее всего, - поле или огород! Я не нашел в траве ни одного древесного пня - это может еще означать и то, что мы находимся вблизи от поселения, скорее всего - разрушенного!
- Хорошо, не будем останавливаться подолгу на одном месте! И надо держать ухо востро! - сказал Капитан.
Как и предсказал Нетерлих, вскоре впереди показался частокол, весьма сильно обугленный и порушенный. Пройдя за него, разведчики нашли больше десятка заросших травой пепелищ с торчащими кое-где обугленными столбами. Вне всякого сомнения, тут стояла довольно большая деревня, которую полностью уничтожили какие-то враги. Двигаться дальше частокола на другом конце разрушенного поселения не имело смысла - на небольшом расстоянии от изгороди заросли делались настолько густы, что там совершенно невозможно было двигаться. Нетерлих, увидев эти заросли, заключил, что их тут не тревожили со времени существования деревни, а точнее - гораздо раньше её основания.
Капитан приказал двигаться по тропе назад, к развилке. Уже покидая развалины, Нетерлих обнаружил в траве ручное оружие местных жителей. Оно напоминало формой широкое перо короткого весла, по кромке которого оказались воткнуты акульи зубы. Оружие имело довольно большой вес для своих размеров. Кнаус сказал, что, судя по всему, это разновидность боевой булавы.
Оказавшись на развилке, разведчики решили вернуться ненадолго на берег, а потом продолжить обследование местности, двигаясь по направлению вглубь острова. На береговой стоянке обнаружилось присутствие еще одного члена экипажа. Его появления Капитан не ожидал, поскольку отдал ясные распоряжения на счет того, кто и где должен оставаться. В кустах, недалеко от линии прибоя, лежа на спине похрапывал шарган. Рядом, на песке, валялись два \"скорпиона\" и маленькая абордажная пушка, обмотанная вместе с лафетом цепью и канатами. У шаргана на плечах и шее были лямки от нескольких торб, которые он щедро набил боеприпасами и рожками с порохом.
- Нет, вы на него посмотрите! Капитан, это же не в какие ворота не лезет! - возмущался Дорвельд, главный канонир, стоя возле кустов. - Дрыхнет как ни в чем не бывало!
- Что произошло? Чего ты шумишь?! И, кстати, как ты сам тут очутился? - спросил Капитан.
- Я прекрасно слышал, как Вы приказали ему оставаться на борту корабля! Так он увидел, как вы все собираетесь переправиться сюда и засобирался сам по себе! Его шлюпка чуть ко дну не пошла, когда он в нее уселся. Ещё бы! Навесил на себя и нахватал с собой столько оружия и пороха, точно собрался в одиночку флейгат потопить! Ну, усесться-то уселся, а грести тяжело! Вот, пришлось выручать - помог ему благополучно добраться до этого берега!
- Да?! Небось самому захотелось по суше пошататься?! Ладно уж, приплыли, так приплыли! Ну, буди этого \"героя\"!
От пинка в ступню Турвал-Кай вскочил, протер кулаками глаза, а потом вытянулся перед капитаном по стойке \"смирно\".
- Что же это ты, младший канонир, приказы мои нарушаешь?!
- Моя видеть хозяин и капитан идти остров! Моя давать слово давно ходить хозяин! Моя дать слово не покидать хозяин! Моя идти за хозяин! Моя не хотеть нарушать приказ капитан! Никак не хотеть!! Но хозяин уходить!!
- А-а, хватит! - Капитан махнул на шаргана рукой. - Дал слово, так держи его! Только вот что: оружие и всё прочее тащи на себе сам, и чтобы ни единого звука не было, когда в лес войдем! Если твои услуги потребуются нам, я тебя призову!
- Моя слушать, капитан! - младший канонир снова вытянулся в струнку. Он и вправду потащил на себе весь арсенал, который доставил сюда с корабля, а абордажную пушку так вообще примотал к своей груди так плотно, что та на ней и не шевелилась.
У шлюпок осталось лишь несколько человек, остальные двинулись вглубь зарослей. Юнга вел своего коня в поводу, а еще несколько моряков вели вьючных лошадей за собой. Авангард отряда прочесывал джунгли. До самого вечера они двигались в густых зарослях, но перед самым закатом вышли на наклонную равнину, полого нисходящую к опушке влажного леса.